Арбитражный суд Московской области

       107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/ 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-41187/24

04 декабря 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 18 сентября 2024 года 

Полный текст решения изготовлен 04 декабря 2024 года

 

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Михайловой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Виватенко Р.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1, ИП ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мотоускоритель», 

при участии в судебном заседании: согласно протоколу, 

 

УСТАНОВИЛ:

13.05.2024 в Арбитражный суд Московской области поступило исковое заявление ФИО1 к ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании задолженности в размере 607 965 руб. 68 коп.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.05.2024 исковое заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.05.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Мотоускоритель».

В адрес суда от ФИО4 поступил отзыв на заявленные требования, который приобщен к материалам дела.

В адрес суда от ФИО1 поступили возражения на отзыв ответчика, которые также приобщены к материалам дела.

Также в адрес суда от ИП ФИО2 и ФИО3 поступили заявления о присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной  ответственности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.08.2024  к участию в деле в качестве соистцов привлечены ИП ФИО2 и ФИО3

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте картотека арбитражных дел http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель  ФИО4  представил  для  приобщения  к  материалам  дела отзыв  с приложением, который приобщен судом к материалам дела.

Также от ИП ФИО2 поступило пояснение к иску, приобщено к материалам дела.

От ФИО3 в адрес суда поступило ходатайство об истребовании доказательств.

В судебном заседании представитель ФИО4 возражал против удовлетворения данного ходатайства об истребовании доказательств.

Суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, поскольку ответчиком представлены указанные документы в материалы дела.

Представитель ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения искового заявления.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3 ст. 61.14 названного Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В Арбитражный суд Московской области поступило исковое заявление ФИО1 о признании ООО «Мотоускоритель» (ИНН 

<

***>)   несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Московской области от 01.11.2023 по делу №А41-88355/23 заявление ФИО1 о признании  ООО «Мотоускоритель» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражного суда, возбуждено производство по делу о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.03.2024 производство по делу №А41-88355/2023 о признании ООО «Мотоускоритель» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) прекращено в соответствии с абзацем восьмым п.1 ст. 57 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.19 Закона о банкротстве заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила п. 2 ст. 61.15, пунктов 4 и 5 ст. 61.16 настоящего Федерального закона.

В соответствии со ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как следует из материалов дела, решением Мотовилихинского районного суда города Перми по делу № 2-2800(2022)  исковые требования ФИО1 к ООО «Мотоускоритель» о защите прав потребителей, компенсации морального вреда, штрафа удовлетворены частично. Суд признал расторгнутым агентский договор на приобретение и доставку транспортного средства - мотоцикла HARLEY- DAVIDSON XL883 IRON 883 (Sportster 883) от 27.12.2020 №27/12/2020-1, заключенный между ООО «Мотоускоритель» и ФИО1, с 16.04.2022 и взыскал с ООО «Мотоускоритель» в пользу ФИО1 сумму уплаченных по вышеуказанному договору денежных средств в размере 472 965 руб. 68 коп., неустойку в размере 80 000 руб., компенсацию морального вреда  в размере 5 000 руб., штраф в размере 50 000 руб. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 06.12.2023 по делу №А41-66059/2023 исковые требования ИП ФИО2 удовлетворены, с ООО «Мотоускоритель» в пользу  ИП ФИО2  взыскано неосновательное обогащение в размере 578 600 руб., расходы на оказание юридических услуг в размере 25 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 572 руб. (с учетом определения Арбитражного суда Московской области от 08.12.2023  об исправлении описок, опечаток или арифметических ошибок).

Решением Канавинского районного суда города Нижнего Новгорода по делу №2-1559/2024 с ООО «Мотоускоритель» в пользу ФИО3 взысканы 1 800 000 руб. предварительно уплаченных денежных средств, 24 000 руб. неустойки, 15 000 руб. компенсации морального вреда, 919 500 руб. штрафа в соответствии с Законом «О защите прав потребителей» за отказ в удовлетворении требований в добровольном порядке.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, ФИО1 ссылался на то, что ФИО4 подлежит к привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мотоускоритель» на основании пп. 1,2 п.2 ст. 61.11, ст. 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан подать заявление должника в суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств; неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены названной нормой, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

По смыслу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума N 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по этим основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Указанное основание субсидиарной ответственности имеет существенно отличающую его от иных оснований, закрепленных в статье 61.11 Закона о банкротстве, специфику, выражающуюся в том, что размер ответственности упомянутого руководителя ограничен объемом обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (абзац 1 пункта 14 постановление Пленума N 53).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что договоры между истцами и ООО «Мотоускоритель», в связи с которыми у последнего возникло обязательство по уплате денежных средств, подписаны в 2020 году, в 2021 году и в 2023 году и, установив, что из материалов дела не усматривается наличие у ООО «Мотоускоритель» признаков неудовлетворительного финансового состояния в период совершения названных сделок, а доказательства иного, подтверждающие, что на дату совершения данных сделок ООО «Мотоускоритель» отвечало признакам неплатежеспособности, отсутствуют, при этом истцами не указана конкретная дата наступления у ответчика обязательства, предусмотренного Законом о банкротстве, для обращения с заявлением о признании должника банкротом, а также, исходя из того, что сведения, содержащиеся в бухгалтерском балансе, и само по себе наличие кредиторской задолженности у должника, не могут служить достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, а формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером его активов не является свидетельством невозможности для должника исполнить свои обязательства перед кредиторами, и, принимая во внимание, что наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности подать в суд заявление о банкротстве должника, с которой законодатель связывает показатели, объективно отображающие наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, тогда как в данном случае такие доказательства, свидетельствующие о критическом финансовом положении должника, являющемся основанием для подачи в суд заявления о банкротстве должника в период до 2020 года, в материалы дела не представлены, суд приходит к выводам о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия у ФИО4 обязанности по подаче заявления о банкротстве ООО «Мотоускоритель», а иное не доказано.

При этом суд считает необходимым отметить, что ООО «Мотоускоритель» в настоящее время продолжает свою деятельность и исполняет свои обязательства перед много контрагентами, что подтверждается представленными в материалы дела агентскими договорами, актами сдачи-приемки оказанных услуг и актами приема-передачи транспортных средств и документов за период с 2021 года по 2024 год.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума N 53).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в его пользу либо одобрения им одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об обществах с ограниченной ответственностью и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют (искажены);

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице (пункты 1, 2, 4, 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

ИП ФИО2 и  ФИО3  поддержали доводы  ФИО1, изложенные в заявлении  о привлечении ФИО4  к субсидиарной ответственности.

В соответствии с частями 1 - 4, 7 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Судом установлено, что ФИО4 с 21.08.2019 по настоящее время является генеральным директором ООО «Мотоускоритель».

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Само по себе заключение 27.12.2020 агентского договора № 27/12/2020-1, 03.06.2021 агентского договора на приобретение транспортного средства № 03062021-1 и заключение 24.02.2023 агентского договора № 24022023-1 к числу вышеуказанных действий отнесено быть не может.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Доказательств того, что заключение вышеуказанных договоров привело к банкротству ООО «Мотоускоритель» или того, что данные договоры должником были заключены исключительно с намерением не выполнять его условия не представлено.

Само по себе неисполнение обязательств ООО «Мотоускоритель» перед ФИО1, ИП ФИО2 и ФИО3 не свидетельствует о совершении ФИО4 действий, приведших к банкротству Общества.

При этом истцами не представлено доказательств невозможности принудительного исполнения решений, положенных в основу требований заявителей, в том числе в связи с отсутствием у должника имущества.

ООО «Мотоускоритель» является действующим юридическим лицом и в процедуре банкротства не находится.

Прекращение определением Арбитражного суда Московской области от 14.03.2024 производства по делу №А41-88355/23 о банкротстве ООО «Мотоускоритель» в связи с отсутствием средств, достаточных для покрытия расходов на процедуру банкротства, не лишило истцов права, на получение фактически присужденных ими вступившими в законную силу решений денежных средств.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30 января 2020 года N 306-ЭС19-18285 по делу N А65-27181/2018, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений.

Учитывая исключительный характер субсидиарной ответственности, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Требуется, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) таких лиц привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (фактически за доведение до банкротства).

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств того, что неисполнение спорных обязательств вызвано недобросовестными или неразумными действиями ответчика, равно как не представлено доказательств того, что ответчик, являясь руководителем ООО «Мотоускоритель», намеренно уклонялся от погашения задолженности перед заявителями, скрывал имущество и выводил активы организации.

В том случае, когда вред, причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, не должен был привести, исходя из разумных ожиданий, к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 названного Кодекса.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В данном случае суд не усматривает оснований для взыскания с ответчика убытков.

В силу пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно п. 3.2 ст. 64 Закон о банкротстве, не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В абз. 3 п. 47 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в случае отказа или уклонения лиц, обладающих сведениями о должнике и принадлежащем ему имуществе, от предоставления таких сведений арбитражному управляющему, он вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании по правилам частей 4 и 6 - 12 статьи 66 АПК РФ. В определении об их истребовании суд указывает, что они должны быть переданы арбитражному управляющему; в случае неисполнения соответствующего судебного акта суд вправе выдать исполнительный лист, а также наложить на нарушивших свои обязанности лиц штраф (ч. 9 ст. 66 АПК РФ).

Суд принимает во внимание, что по делу №А41-88355/2023 процедура наблюдения, а тем более конкурсного производства, то есть процедура, обязывающая бывшего руководителя должника в полном объеме передать документацию должника, имущество, материальные ценности, печати и штампы, в отношении должника не вводилась.

Кроме того истец не указал, непередача каких документов должника затруднила проведение процедуры банкротства.

Сам по себе факт не предоставления отзыва на заявление не является основанием для привлечения такого руководителя к субсидиарной ответственности. 

Кроме того, судом установлено, что в определении Арбитражного суда Московской области от 14.03.2024 по делу №А41-88355/23 указано, что должником предоставлены справки об отсутствии движимого и недвижимого имущества.

Кредитор обязан привести доводы недобросовестности и неправомерного поведения ответчика и обосновать их соответствующими доказательствами. Само по себе наличие у кредитора заинтересованности в получении денежных средств за счет механизма, установленного Законом № 14-ФЗ, не может предоставлять ему необоснованных преимуществ в рамках состязательности арбитражного процесса.

В то же время при отсутствии доказательств, свидетельствующих о недобросовестности или неразумности действий руководителя должника, его противоправном поведении, о наличии причинно-следственной связи между неисполнением обязательств должником и действиями руководителя, о том, что руководитель должника предпринимал меры к уклонению от исполнения обязательств, определения суда, принятого в пользу истца, при наличии возможности такого исполнения; при отсутствии доказательств того, что именно действия (бездействия) руководителя должника, а не иные обстоятельства явились причиной финансового положения должника, неисполнения обязательств, суд приходит к выводу о недоказанности наличия совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 постановления N 53).

В рамках настоящего дела истцами не представлено доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, недобросовестного или неразумного характера поведения ответчика, а также то, что соответствующее поведение ответчика стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

Таким образом, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ истцами не доказано надлежащими, достоверными и бесспорными доказательствами совокупность условий для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения искового заявления.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления ФИО1, ИП ФИО2 и ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня его принятия.

 

Судья                                                                                                   Н.А. Михайлова