ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-20998/2018

г. Вологда

30 мая 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2019 года.

В полном объеме постановление изготовлено 30 мая 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Докшиной А.Ю., судей Алимовой Е.А. и                   Болдыревой Е.Н., при ведении протокола секретарями судебного заседания Миловкиной А.В., Рогалевой Р.Д., 

при участии от муниципального унитарного межрайонного предприятия электрических сетей «Тверьгорэлектро» ФИО1 по доверенности                   от 24.12.2018 № 39, от государственного учреждения – Тверского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО2 по доверенности от 16.01.2019 № 14-23/6904-378, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы муниципального унитарного межрайонного предприятия электрических сетей «Тверьгорэлектро» и ФИО3 на решение Арбитражного суда Тверской области от 22 февраля 2019 года по делу                 № А66-20998/2018, 

у с т а н о в и л:

муниципальное унитарное межрайонное предприятие электрических сетей «Тверьгорэлектро» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 170008, 

<

...>; далее – МУМПЭС «Тверьгорэлектро», предприятие) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением к государственному учреждению – Тверскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 170008, 

<

...>; далее – фонд, учреждение) о признании незаконным и отмене:

- решения от 12.12.2018 № 235 о непринятии к зачету расходов на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в части требования пункта 1 о непринятии к зачету расходов на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, произведенные предприятию за период январь 2017 года – сентябрь 2018 года в сумме 214 795 руб. 50 коп., произведенные инженеру 2-ой категории ОТК ФИО3; в части пункта 2.1 о проведении корректировки суммы расходов на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством за период                           2017 - 2018 годов в сумме 214 795 руб. 50 коп., произведенной инженеру                    2-ой категории ОТК ФИО3; в части пункта 2.2 о доплате страховых взносов с учетом суммы не принятых к зачету расходов в счет уплаты страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в сумме 214 795 руб. 50 коп., произведенных инженеру 2-ой категории ОТК                ФИО3; 

- решения от 12.12.2018 № 236 о выделении (отказе в выделении) средств на осуществление (возмещение) расходов страхователя на выплату страхового обеспечения в части требования пункта 2 об отказе в выделении средств на осуществление (возмещение) расходов, произведенных страхователем на выплату страхового обеспечения, в сумме 214 795 руб. 50 коп., произведенных инженеру 2-ой категории ОТК ФИО3.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3 (место жительства: 170001, Тверская область, город Тверь).

Решением Арбитражного суда Тверской области от 22 февраля 2019 года в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме. 

Предприятие с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального права, на несоответствие выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела. Указывает на то, что судом неверно истолковано понятие «незначительное сокращение рабочего времени». Полагает, что в сложившейся ситуации сокращение рабочего времени ФИО3 на 2 часа ежедневно не может быть признано незначительным. Также податель жалобы не согласен с выводом суда об осуществлении ухода за ребенком до 1,5 лет иным лицом, а не его матерью, поскольку в оспариваемых решениях фонда признан факт осуществления отцом ребенка трудовой деятельности в режиме полного рабочего времени. Кроме того, предприятие ссылается на то, что в период с 2016 по 2018 годы третье лицо в спорные отчетные периоды, получая одновременно заработную плату и пособие по уходу за ребенком фактически зарабатывало меньше и не получило дополнительно материального стимулирования, по сравнению с периодом, когда осуществляло трудовую деятельность в режиме полного рабочего времени.

ФИО3 также не согласилась с решением суда, в апелляционной жалобе просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы также ссылается на то, что судом неверно истолковано понятие «незначительное сокращение рабочего времени».

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал доводы и требования апелляционных жалоб.

Учреждение в отзыве на апелляционную жалобу и его представитель в судебном заседании с изложенными в ней доводами не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третье лицо надлежащим образом извещено о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителя в суд не направило, в связи с этим дело рассмотрено в его отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации                       (далее – АПК РФ).

Заслушав объяснения представителей общества и фонда, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для их удовлетворения.

Как следует из материалов дела, 13.11.2018 предприятие обратилось в фонд с заявлением о выделении необходимых средств на выплату страхового обеспечения в размере 2 591 630 руб. 88 коп.

Учреждением 16.11.2018 проведена выездная проверка в отношении предприятия по вопросам расходов страхователя на выплату страхового обеспечения за период с 01.01.2017 по 31.10.2018, по результатам которой составлен акт от 16.11.2018 и приняты решения:

- от 12.12.2018 № 235, которым не приняты к зачету расходы, произведенные предприятию за период январь 2017 года – сентябрь 2018 года в сумме 235 491 руб. 39 коп. на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством (пункт 1); предприятию предложено произвести корректировку суммы расходов на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством за указанный период в этой же сумме (пункт 2.1) и доплатить страховые взносы с учетом суммы непринятых к зачету расходов в счет уплаты страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в сумме 235 491 руб. 39 коп.;

- от 12.12.2018 № 236 об отказе в выделении средств на осуществление (возмещение) расходов страхователя на выплату страхового обеспечения в сумме 235 491 руб. 39 коп. 

Не согласившись с названными решениями учреждения в оспариваемых частях, предприятие обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По смыслу статей 65, 198 и 200 АПК РФ обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие). 

Исходя из части 2 статьи 201 АПК РФ обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативного акта недействительным (решения, действий, бездействия незаконными) является установление судом совокупности юридических фактов: во-первых, несоответствия таких актов (решения, действий, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а во-вторых, нарушения ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 2 части 1, пункту 4 части 2 статьи 11 Федерального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» (далее – Закон № 165-ФЗ) страховщик обязан обеспечивать контроль за расходами на обязательное социальное страхование. При этом страховщик имеет право проверять документы, связанные с выплатой страхового обеспечения.

Контроль за правильностью расходования средств на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством осуществляется в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 4.2, статьей 4.7 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (далее – Закон № 255-ФЗ).

Пунктом 3 части 1 статьи 11 Закона № 165-ФЗ, пунктом 4 части 1              статьи 4.2 Закона № 255-ФЗ установлено, что страховщик имеет право не принимать к зачету в счет уплаты страховых взносов расходы на выплату страхового обеспечения застрахованным лицам, произведенные страхователем с нарушением законодательства Российской Федерации.

Частью 5 статьи 4.6 Закона № 255-ФЗ также определено, что в случае отказа в выделении страхователю необходимых средств на выплату страхового обеспечения территориальный орган страховщика выносит мотивированное решение, которое направляется страхователю в течение трех дней со дня вынесения решения.

Подпунктом 1 пункта 1 статьи 9 Закона № 165-ФЗ предусмотрено, что отношения по обязательному социальному страхованию возникают у страхователя (работодателя) по всем видам обязательного социального страхования с момента заключения с работником (застрахованным лицом) трудового договора, у застрахованных лиц – по всем видам обязательного социального страхования с момента заключения трудового договора с работодателем.

Основанием для назначения и выплаты страхового обеспечения застрахованному лицу является наступление документально подтвержденного страхового случая (статья 22 Закона № 165-ФЗ).

Подпунктом 6 пункта 2 статьи 12 указанного Закона установлена обязанность страхователя выплачивать определенные виды страхового обеспечения застрахованным лицам при наступлении страховых случаев в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе за счет собственных средств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Закона № 255-ФЗ обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством подлежат лица, работающие по трудовым договорам.

Страховое обеспечение в виде ежемесячного пособия по уходу за ребенком предоставляется, согласно Закону № 165-ФЗ, в связи с таким социальным страховым риском, как утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода при наступлении страхового случая, а именно при осуществлении ухода за ребенком в возрасте до полутора лет.

Условия, размеры и порядок обеспечения этим пособием определяются Законом № 255-ФЗ и Федеральным законом от 19.05.1995 № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей», закрепляющими право на получение матерью ребенка либо его отцом, другим родственником, опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком и находящимся в отпуске по уходу за ребенком, предоставленном на основании статьи 256 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), ежемесячного пособия по уходу за ребенком.

Таким образом, ежемесячное пособие выплачивается именно тому родителю, который фактически осуществляет уход за ребенком и не может заниматься трудовой деятельностью.

В соответствии со статьей 256 ТК РФ по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяются федеральными законами. Отпуска по уходу за ребенком могут быть использованы полностью или по частям также отцом ребенка, бабушкой, дедом, другим родственником или опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком. По заявлению женщины или лиц, указанных в части второй настоящей статьи, во время нахождения в отпусках по уходу за ребенком они могут работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию.

Данная гарантия предусмотрена для родителей, которые реально могут работать и одновременно осуществлять уход за ребенком. При этом большая часть времени лица, находящегося в отпуске по уходу за ребенком и работающего на условиях неполного рабочего времени, должна быть посвящена уходу за этим ребенком, а не трудовой деятельности.

Поскольку право на ежемесячное пособие по уходу за ребенком имеют лица, фактически осуществляющие уход за ним, сохранение за работником права на пособие по уходу за ребенком в случае его работы на условиях неполного рабочего времени предполагает, что у него остается достаточно свободного от работы времени для осуществления такого ухода, а также то, что другой родитель или иной родственник фактически не осуществляет уход за ребенком.

Именно в целях защиты интересов лиц, совмещающих уход за ребенком с работой в режиме неполного рабочего времени, частью 2 статьи 11.1                   Закона № 255-ФЗ предусмотрена возможность сохранения за ними права на получение ежемесячного пособия по уходу за ребенком при условии, что они находятся в отпуске по уходу за ребенком, работают на условиях неполного рабочего времени и продолжают осуществлять уход за ребенком. 

Выплачиваемое в этом случае пособие по уходу за ребенком имеет своей целью компенсацию заработка, утраченного из-за неполного рабочего времени, сокращение которого вызвано необходимостью в оставшееся рабочее время продолжать уход за ребенком.

Названная норма, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 28.02.2017 № 329-О, является исключением из общего правила, согласно которому право застрахованного лица на получение ежемесячного пособия связано с наступлением такого страхового случая, как уход за ребенком в возрасте до полутора лет, который подтверждается предоставлением указанному лицу соответствующего отпуска. Поэтому при решении вопроса о наличии оснований для продолжения выплаты ежемесячного пособия по уходу за ребенком следует исходить из оценки страхователем и страховщиком обстоятельств страхового случая, характеризующих объем реализации социального страхового риска.

В силу статьи 93 ТК РФ по соглашению сторон трудового договора работнику как при приеме на работу, так и впоследствии может устанавливаться неполное рабочее время (неполный рабочий день (смена) и (или) неполная рабочая неделя, в том числе с разделением рабочего дня на части). Неполное рабочее время может устанавливаться как без ограничения срока, так и на любой согласованный сторонами трудового договора срок.

При работе на условиях неполного рабочего времени оплата труда работника производится пропорционально отработанному им времени или в зависимости от выполненного им объема работ.

Таким образом, получение работником пособия по уходу за ребенком до достижения им 1,5 лет призвано компенсировать заработок, утраченный им из-за неполного рабочего времени, сокращение которого вызвано необходимостью в оставшееся рабочее время продолжать осуществлять уход за ребенком.

Выплата пособия по уходу за ребенком возможна при наличии двух оснований: работник фактически осуществляет уход за ребенком и работает на условиях неполного рабочего времени, причем ежемесячное пособие компенсирует утраченный заработок и не является дополнительным материальным обеспечением.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2017 № 307-КГ17-1728.

Согласно статье 104 ТК РФ нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени. Для работников, работающих неполный рабочий день (смену) и (или) неполную рабочую неделю, нормальное число рабочих часов за учетный период соответственно уменьшается.

В рассматриваемом случае в ходе проверки фондом установлено, что предприятием в нарушение норм действующего законодательства о страховых взносах неправомерно осуществлена выплата страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в сумме 214 795 руб. 50 коп.

Как следует из материалов дела, Правилами внутреннего трудового распорядка для работников предприятия, являющихся приложением к Коллективному договору от 01.01.2018, установлен следующий режим работы: начало работы в 1-ю смену – 8:00, во 2-ю смену – 20:00; окончание работы                   в 1-ю смену – 17:00, во 2-ю смену – 8:00; перерыв на обед с 12:00 до 12:45; окончание работы по пятницам в 15:45, в предпраздничные дни время работы сокращается на 1 час; суббота, воскресенье – выходные дни.

Подателями жалоб не отрицается тот факт, что такой режим работы существовал на предприятии в 2017 году 

В ходе проверки выявлено, что на основании личного заявления ФИО3, инженера 2-й категории ОТК приказом от 14.02.2017 № 34л/с в период с 15.02.2017 по 20.05.2018 предоставлен отпуск по уходу за ребенком в возрасте до 1,5 лет.

В этом же приказе, а также в дополнительном соглашением от 14.02.2017 № 13 «Об изменении режима работы» данному сотруднику установлен следующий режим работы: с понедельника по пятницу с 08:00 до 15:00 (то есть по 6 часов ежедневно с оплатой пропорционально отработанному времени); перерыв для отдыха и питания в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка; суббота, воскресенье выходные дни.

Таким образом, ФИО3 приступила к работе на условиях неполного рабочего времени в период частично-оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до полутора лет с сокращением рабочего дня с понедельника по четверг на 2 часа, в пятницу – на 45 минут. 

Помимо заработной платы ФИО3 продолжало выплачиваться пособие по уходу за ребенком.

Оценив продолжительность рабочего времени, отведенного                   ФИО3 для ухода за ребенком, и сравнив суммы, недополученные ею в связи с установлением неполного рабочего дня (не более 15,75 % от среднего заработка), с размером выплаченного пособия по уходу за ребенком, руководствуясь правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18.07.2017 № 307-КГ17-1728, суд пришел к обоснованному выводу о том, что подобное сокращение рабочего времени являлось формальным, не обеспечивало продолжение осуществления ухода за ребенком и не влекло существенной утраты работником заработка. 

Объективная возможность реального осуществления ухода за ребенком должна прослеживаться именно во время осуществления работником своих трудовых обязанностей с одновременным получением заработной платы и пособия по уходу за ребенком до 1,5 лет.

В силу условий пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускается заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Апелляционная коллегия поддерживает вывод обжалуемого решения о том, что сокращение рабочего времени на 2 час в день с соответствующим уменьшением заработной платы не свидетельствует о наступлении страхового случая (ухода за ребенком (детьми)) и не может расцениваться как мера, необходимая для продолжения осуществления ухода за ребенком (детьми), повлекшая утрату заработка, так как не является обстоятельством, дающим возможность осуществлять фактический уход за ребенком в возрасте до 1,5 лет.

Напротив, при таких обстоятельствах указанный работник, выполняя свои трудовые функции, не мог осуществлять в оставшееся от работы время фактический уход за ребенком, а пребывание его в одновременно в отпуске по уходу за ребенком следует расценивать как злоупотребление правом ради одновременного получения фактически полного заработка, а также дополнительного материального обеспечения в виде пособия по обязательному социальному страхованию, возмещаемого за счет средств фонда.

Возмещение средств из Фонда социального страхования является восстановительной мерой, направленной на компенсацию реальных затрат страхователя, а создание предприятием искусственной ситуации для получения средств фонда является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении таких расходов.

Иными словами, выплата пособия по уходу за ребенком при столь незначительном сокращении рабочего времени противоречит целям установления самого пособия. Следовательно, страхователь не вправе относить такие расходы за счет Фонда социального страхования.

Ограничение же случаев обеспечения пособием по временной нетрудоспособности, обусловленное целевым назначением данного вида страхового обеспечения в системе обязательного социального страхования, не может рассматриваться как ущемляющее конституционные права на заботу о детях и на социальное обеспечение для воспитания детей, которые реализуются в рамках другого вида социального обеспечения, целевое назначение                           которого – компенсировать утрату заработка, обусловленную рождением и воспитанием ребенка, осуществлением надлежащей заботы о нем.

Оценив данные обстоятельства в совокупности, суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что указанное сокращение рабочего дня является формальным, не обеспечивает продолжение осуществления ухода за ребенком и не влечет утрату работником заработка.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что фактически уход за ребенком осуществлялся другим лицом, а пребывание работника                                 в отпуске – не что иное, как злоупотребление правом ради одновременного получения фактически полного заработка, а также дополнительного материального обеспечения в виде пособия по обязательному социальному страхованию, возмещаемого за счет средств Фонда социального страхования.

Ссылка подателей жалобы на то, что учреждением не установлено конкретное лицо, которое могло бы осуществлять удод за ребенком, не имеет правового значения для настоящего спора, так как определяющим фактором в рассматриваемом случае является установление невозможности осуществления такого ухода именно тем работником, который получает одновременно заработную плату и пособие.

Доводы ФИО3, изложенные в письменных пояснениях, поступивших в суд апелляционной инстанции 20.05.2019, о том, что ей было достаточно времени в обеденный перерыв добраться до дома и обратно для кормления ребенка, отклоняются апелляционным судом, поскольку данные доводы документально не подтверждены и не заявлялись ни предприятием в возражениях на акт проверки, ни предприятием и третьим лицом – в суде первой инстанции при рассмотрении настоящего спора по существу. 

Факт выявленного учреждением правонарушения подтверждается материалами и предприятием документально не опровергнут. 

При этом расчеты среднего заработка, приведенные заявителем в апелляционной жалобе и дополнениях к ней, не принимаются апелляционной коллегией во внимание, поскольку такие возражения ни при рассмотрении материалов выездной проверки фондом, ни в суде первой инстанции предприятием не заявлялись и документально не подтверждались.

Следует отметить, что расчет среднего заработка третьего лица содержится в тексте акта проверки, который изучен страхователем, однако заявитель при обращении в суд первой инстанции не предъявлял каких-либо претензий относительно правильности определения ответчиком размера среднего заработка ФИО3 в спорные отчетные периоды.

Кроме того, данные доводы апеллянта не влияют на правильность выводов, изложенных в решении суда, относительно объективной невозможности осуществления ФИО3 фактического ухода за ребенком в период нахождения на режиме неполного рабочего времени.

При недоказанности факта осуществления работником ухода за ребенком, формальное соблюдение предусмотренных законом условий не подтверждает право страхователя на зачет (возмещение) выплаченного такому работнику сумм страхового обеспечения.

Предложение заявителю в пункте 2.2 решения от 12.12.2018 № 235 доплатить страховые взносы с учетом суммы не принятых к зачету расходов в счет уплаты страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в сумме 214 795 руб. 50 коп., произведенных инженеру 2-ой категории ОТК                ФИО3 не нарушает прав предприятия, поскольку конкретная сумма страховых взносов в данном пункте решения не доначислена и к уплате подателю жалобы не предъявлена.   

В связи изложенным у суда первой инстанции не имелось оснований для признания недействительными оспоренных решений учреждения. 

В удовлетворении заявленных требований отказано правомерно.

Выводы суда, изложенные в решении, соответствуют обстоятельствам дела. Решение принято с учетом доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства. 

Несогласие заявителя и третьего лица с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм законодательства, подлежащего применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные АПК РФ процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Различная оценка одних и тех же фактических обстоятельств и материалов дела судом первой инстанции и обществом, а также третьим лицом не является правовым основанием для отмены решения суда по настоящему делу.

Поскольку судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены нормы материального и процессуального права, оснований для отмены состоявшегося судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Ввиду отказа в удовлетворении апелляционных жалоб в силу статьи 110 АПК РФ уплаченная при подаче жалобы государственная пошлина относится на их подателей.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 22 февраля 2019 года по делу № А66-20998/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы муниципального унитарного межрайонного предприятия электрических сетей «Тверьгорэлектро» и Шадриной Татьяны Дмитриевны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий                                     А.Ю. Докшина

Судьи                   Е.А. Алимова

                   Е.Н. Болдырева