﻿/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-31848/2016

г. Краснодар

25 августа 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 августа 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 августа 2020 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Герасименко А.Н., судей  Андреевой Е.В. и Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании конкурсного управляющего открытого акционерного общества «ЭНЕКС» Рынденко Е.Я. – Андреева Д.В. (доверенность от 22.08.2019), Белогая А.А. (довренность от 09.01.2020), Шигидиной Е.А. (доверенность от 21.01.2020), от Инкова Сергея Викторовича – Некряча В.Е. (доверенность от 12.12.2018), Инков Сергей Викторович (лично) в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Инкова Сергея Викторовича на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2020 по делу № А32-31848/2016, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Энекс» (далее – должник, общество) конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением к бывшему руководителю должника Инкову С.В. о взыскании в конкурсную массу убытков в размере 421 808 005 рублей 72 копеек в связи с недобросовестными действиями бывшего руководителя должника Инкова С.В. 

Определением суда от 28.02.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 16.06.2020, с Инкова С.В. в пользу должника взысканы убытки в размере 421 808 005 рублей 72 копеек. 

В кассационной жалобе Инков С.В. просит отменить принятые по делу судебные акты и направит дело на новое рассмотрение. По мнению подателя жалобы, судебные акты приняты с нарушением норм материального права и процессуального права, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела. Инков С.В. ссылается на то, что суды не установили противоправный характер его действий, приведший к убыткам. Податель жалобы считает, что суд апелляционной инстанции неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания. 

В отзыве на кассационную жалобу должник просит судебные акты оставить без изменения, отказать в удовлетворении кассационной жалобы Инкова С.В.

В судебном заседании представитель Инкова С.В. поддержал доводы жалобы, просил судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение  в суд первой инстанции. Представители конкурсного управляющего поддержали доводы отзыва, просили судебные акты оставить без изменения.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, ООО «Реалсервис» обратилось в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 13.02.2017 требования ООО «Реалсервис» признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Решением суда от 07.08.2017 в отношении должника открыто конкурсное производство. 

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника Рынденко Е.Я. с заявлением о взыскании в конкурсную массу убытков в размере 421 808 005 рублей 72 копеек в связи с недобросовестными действиями бывшего руководителя должника Инкова С.В. В обоснование заявления указано следующее. В период с 31.03.2016 по 24.03.2017 МИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Краснодарскому краю (далее – уполномоченный орган) в отношении должника была проведена налоговая проверка, проверяемый период с 01.01.2013 по 31.12.2014. Решением уполномоченного органа от 09.02.2018 № 12-17/1323 должник привлечен к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа в размере 5 915 194 рублей, должнику доначислены НДС, налог на прибыль организации на общую сумму 327 997 107 рублей. При этом уполномоченным органом установлено, что характер взаимоотношений между должником и его контрагентами, в частности с ООО «Спецэнергострой», ООО «Энергосервис» свидетельствует только о документальном оформлении хозяйственных операции с целью получения необоснованной налоговой выгоды без намерения осуществлять реальную экономическую деятельность. Должником с июля 2013 по май 2014 в пользу ООО «Спецэнергострой» было перечислено не менее 366 316 616 рублей 56 копеек по договорам от 13.05.2013 № 03сп/110/12; от 11.03.2013 № 23сп/13183; от 20.05.2013 № 24сп/13183; от 10.06.2013 № 25сп/13183; от 16.07.2013 № 11сп/26/пр/0187/13; от 02.12.2013 № 019сп/12256 СЭС; от 18.12.2013 № 46сп/13183; от 12.11.2013 № 02-сп/13; от 12.11.2013 № 03-сп/13; от 12.11.2013 № 04-сп/13; от 02.12.2013 № 05-сп/13 без какого-либо встречного предоставления. С мая по июль 2014 года должником в пользу ООО «Энергосервис» было перечислено не менее 49 576 195 рублей 16 копеек по договору от 11.12.2013 № 23сп/12256 без какого-либо встречного предоставления. Руководителем должника на период перечисления денежных средств в указанной сумме являлся Инков С.В. (согласно прилагаемым документам он был руководителем должника с 12.07.2002 по 28.10.2016). Перечисленные должником в пользу ООО «Спецэнергострой» и ООО «Энергосервис» в указанном размере денежные средства, а также штраф за совершение налогового правонарушения являются убытками (реальным ущербом) должника, возникшими по вине бывшего руководителя должника – Инкова С.В.

В силу статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

При рассмотрении заявленных требований, суды руководствовались положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности; правовым подходом, изложенным в определении Верховного суда Российской Федерации от 14.12.2015 № 304-ЭС15-15459.

Суды установили, что Инков С.В. с 12.07.2002 занимал должность единоличного исполнительного органа должника. Полномочия Инкова С.В. прекращены по решению совета директоров должника от 28.10.2016 № 2 после возбуждения производства по делу о банкротстве. Следовательно, применительно к положениям статьи 2 Закона о банкротстве Инков С.В. являлся контролирующим должника лицом. 

Согласно статье 9 Устава общества в редакции от 04.03.2013 (далее – Устав), в спорный период (2013 – 2014) органами управления общества являлись: общее собрание акционеров, совет директоров, единоличный исполнительный орган – генеральный директор. Органом контроля за финансово-хозяйственной деятельностью общества являлась ревизионная комиссия. 

В соответствии с пунктом 10.3 Устава в спорный период к компетенции общего собрания акционеров общества, среди прочего (не имеющего отношения к обстоятельствам рассматриваемого спора), относилось решение следующих вопросов: принятие решений об одобрении сделок в случаях, предусмотренных статьи 83 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон 208-ФЗ) (сделки с заинтересованностью); принятие решений об одобрении крупных сделок в случаях, предусмотренных статьей 79 Закона № 208-ФЗ; утверждение годовых отчетов, годовой бухгалтерской отчетности, в том числе отчетов о финансовых результатах (счетов прибылей и убытков) общества. 

Суды установили, что договоры с ООО «Спецэнергострой», являющиеся основанием для взыскания убытков с генерального директора общества, не являлись сделками с заинтересованностью. ООО «Энергосервис» состояло из работников должника, было создано по указанию Инкова С.В., который приглашал на работу в нем работников должника, формально сам Инков С.В. не выступал в нем ни учредителем/участником, ни состоял в органах управления. 

Договоры с ООО «Спецэнергострой» и ООО «Энергосервис», вследствие заключения которых и перечисления денежных средств по которым были причинены убытки должнику, не подлежали одобрению как сделки с заинтересованностью, и по этому основанию не могли попасть в компетенцию деятельности и в круг ответственности общего собрания акционеров. 

Одобрение спорных сделок не входило в компетенцию общего собрания акционеров, так как они не являлись крупными сделками, даже в совокупности. 

Судами установлено, что в годовых отчетах общества за 2013 – 2014 спорные сделки, равно как и информация о привлечении в качестве контрагентов должника ООО «Спецэнергострой» и ООО «Энергосервис» Инковым С.В. как генеральным директором должника в годовых отчетах не раскрывались. 

Вступившим в силу решением Советского районного суда по делу № 2-7147/2017, имеющим преюдициальное значение для рассматриваемого спора, было установлено, что бухгалтерская отчетность должника в спорный период была ответчиком существенно искажена в целях завышения показателей прибыли и выручки общества. Более того, с 17.04.2013 акционером должника с долей 25+1% стало ООО «Менеджмент Южного ИЦ энергетики», в котором 21% долей принадлежало Инкову С.В., остальные доли участия принадлежали работникам должника, находящимся в подчинении ответчика, в том числе его супруга. 

Спорные сделки, не являлись сделками с заинтересованностью и в соответствии с пунктом 2 статьи 79 Закона № 208-ФЗ не требовали одобрения совета директоров. по данному основанию также не требовалось. 

Согласно протоколу № 9 заседания совета директоров общества от 16.02.2008 лимит по сделкам, совершаемым единоличным исполнительным органом, установлен в размере 500 млн рублей. Как следует из письма от 30.10.2014 № 01-4382 за подписью Инкова С.В. по состоянию на 30.10.2014 для генерального директора данный лимит сохранялся. 

В рассматриваемые периоды (2013 – 2014 год) единоличным исполнительным органом общества являлся Инков С.В. Коллегиальный исполнительный орган в обществе отсутствовал.

Как следует из пункта 22.2 Устава к полномочиям генерального директора в спорный период относилось, в том числе: оперативное (текущее) руководство деятельностью общества; организация ведения бухгалтерского учета и отчетности в обществе; распоряжение имуществом общества, совершение сделок от имени общества, открытие расчетных и иных счетов в банках и иных кредитных организациях; право первой подписи на финансовых и иных документах.

Дополнительно в трудовом договоре генерального директора от 07.12.2012 предусмотрены следующие права и обязанности: право самостоятельно решать вопросы по текущей деятельности общества; обязанность обеспечивать финансовую и договорную дисциплину в обществе (пункт 4.2.7.); обязанность организовать надлежащий контроль за использованием имущества общества; обязанность обеспечить соблюдение трудовой дисциплины в обществе. Таким образом, именно генеральный директор осуществляет и, как следствие, несет ответственность за текущую хозяйственную деятельность общества, заключение сделок, перечисление денежных средств, в компетенцию генерального директора общества входило осуществление руководства обществом (в том числе, выдача доверенностей, контроль за работниками общества, выбор и проверка контрагентов). 

Из представленных в материалы дела договоров видно, что они подписаны по доверенности, выданной генеральным директором общества. При этом согласно позиции, изложенной в пункте 6 постановления № 53 даже при полном передоверии управления другому лицу на основании доверенности, генеральный директор не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Генеральный директор был не номинальным, а фактическим, реально руководил деятельностью общества. Как следует из показаний свидетелей (в том числе, показания Кима В.В., данные в ходе налоговой проверки), фактически и юридически отвечая за текущую деятельность общества, именно генеральный директор давал указание на перечисление денег и, как следствие, контролировал перечисление денежных средств по спорным сделкам, причинившим убытки обществу. 

Ответчик занимал должность генерального директора с момента основания общества и до начала процедуры банкротства (с 2002 по 2016 год), то есть порядка 15 лет, в течение всего этого времени был членом совета директоров общества, участником одного из акционеров общества. 

При рассмотрении заявленных требований судами принято во внимание, что ООО «Спецэнергострой» зарегистрировано в ЕГРЮЛ за неделю до подписания договора с обществом, не имеюло допуск в СРО для проведения строительных работ и не обладало никакими ресурсами для их проведения. 

Согласно показаниям допрошенных налоговым органом в ходе проверки свидетелей Архипова В.В., Кузьмина П.В., Кулик Н.В., Ким В.В. именно ответчик предложил им формально оформиться на работу к другому контрагенту должника – ООО «Энергосервис». Учредители и генеральный директор ООО «Энергосервис» Комова И.В. и Шкиря В.Д. были работниками должника и непосредственно подчинялись ответчику. Как следствие, ответчик не мог не знать, что у этой компании нет необходимых ресурсов для выполнения договора, что она фактически дублирует работу должника в отсутствие на это экономических и иных разумных оснований. 

Соответственно, осуществляя руководство текущей деятельностью общества, действуя вопреки его интересам именно генеральный директор совершил спорные действия, повлекшие за собой причинение убытков обществу в виде денежных средств, перечисленных «фирмам-однодневкам», дублирующим организациям в отсутствие равноценного встречного исполнения. 

Ссылки ответчика на ответственность работников общества также являются несостоятельными, поскольку для них установлены другие виды ответственности и другие основания ответственности, за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. Контроль за действиями работников возлагается на генерального директора. Именно генеральный директор несет корпоративную ответственность за ненадлежащий контроль за действиями работников в виде убытков, причиненных обществу, что соответствует пункту 6 постановления № 53. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве. Материалы мероприятий налогового контроля являются в силу статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимыми к делу доказательствами, их отклонение со стороны суда согласно части 5 статьи 71 Кодекса не может быть оправдано лишь тем, что заявивший требование кредитор представил минимальный набор документов, указывающих на исполнение сделки, не раскрыв при этом с достаточной полнотой все существенные обстоятельства ее заключения и исполнения. 

Согласно решению налогового органа от 09.02.2018 № 12-17/1323 о привлечении должника к налоговой ответственности, законность и обоснованность которого подтверждена определением суда от 02.07.2018 делу № А32-31848/2016, ООО «Спецэнергострой» и ООО «Энергосервис» являются «фирмами-однодневками», характер взаимоотношений с ними свидетельствует только о документальном оформлении хозяйственных операций с целью получения необоснованной налоговой выгоды без намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (т. 1 л. д. 51 – 55, т. 2 л. д. 70 – 73). Данным решением общество привлечено к налоговой ответственности в виде штрафа в размере 5 915 194 рублей.

О наличии у ООО «Спецэнергострой» признаков «фирмы-однодневки» также свидетельствует отсутствие у нее допуска к СРО, необходимого для осуществления деятельности в области строительства, исключение ее из ЕГРЮЛ налоговым органом в связи с отсутствием хозяйственной деятельности и не сдачей отчетности. Исключение данной организации из ЕГРЮЛ не позволило конкурсному управляющему заявить требования о признании спорных сделок недействительными и привело к ущемлению прав кредиторов. 

Квалификация ООО «Энергосервис» в качестве «фирмы-однодневки» также подтверждается вступившими в законную силу судебными актами по обособленным спорам в рамках рассматриваемого дела о банкротстве. 

Так, определении Арбитражного суда Краснодарского края от 19.07.2019 (обособленный спор № 15/83-Б-97С) признан недействительным договор № 23сп/12256 эс, который является предметом рассмотрения в данном споре. Судом было отмечено следующее: «стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, а, следовательно, данную сделку следует квалифицировать как мнимую. … фактическим исполнителем работ являлся должник. … действия указанных сторон по заключению оспариваемой сделки направлены на выведение денежных средств из оборота путем перечисления свободных средств для их «обналичивания», а также для получения необоснованной налоговой выгоды посредством неправомерного возмещениям НДС». 

Судебные инстанции при решении вопроса о причинении должнику убытков действиями бывшего руководителя обоснованно приняли во внимание результаты выездной налоговой проверки относительно правильности исчисления и своевременности уплаты обществом налогов за период с 01.01.2013 по 31.12.2014. 

Довод Инкова С.В. о недоказанности фактического перечисления денежных средств по договору от 18.12.2013 № 46сп/13183 в размере 18 182 тыс. рублей, был предметом рассмотрения судебных инстанций и правомерно отклонен, поскольку заявителем в материалы дела представлено платежное поручение от 21.01.2014 № 707 на 18 182 тыс. рублей. Указание в назначении платежа на договор № 47сп/13183 вместо 46сп/13183 является опиской, что подтверждается бухгалтерской отчетностью и справкой за подписью лица, являвшегося главным бухгалтером общества на дату проведения спорного платежа. 

Довод ответчика об отсутствии договора от 02.12.2013 № 05-сп/13, был предметом исследования судебных инстанций и признан несостоятельным, в виду следующего. 

Согласно пункту 1.1 предметом данного договора является «расчет временной крепи П-37 Рогунской ГЭС». Данный договор является субподрядным по отношению к договору от 28.05.2011 № 501.11.002 на выполнение проектных работ по достройке Рогунской ГЭС на р. Вахш в Республике Таджикистан, подписанному Инковым С.В. Таким образом, о наличии данного объекта строительства ему было известно; контроль и организация работ по данному объекту осуществлялась лично ответчиком. 

Из договора с генеральным подрядчиком № 501.11.002 следует, что спорные работы должны были выполняться в две очереди, срок выполнения по ним – ноябрь 2013 года. Разработанная документация должна передаваться в 4 экземплярах на бумажном носителе, одном экземпляре на электронном носителе в форматах, не предполагающих редактирование (пункт 4.1.1). 

При этом в договоре субподряда предмет определен как расчет временной крепи П-37 Рогунской ГЭС, в то время как в техническом задании основной задачей договора уже указана достройка Рогунской ГЭС. Какие-либо вводные данные для представления расчетов ни в договоре, ни в техническом задании к нему не указаны, ссылки на иные документы, проясняющие данный вопрос отсутствуют, смета, акт выполненных работ к договору отсутствуют. 

ООО «Спецэнергострой», которое должно было выполнить работы по данному договору, является недействующей организацией, вследствие чего исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа. 

Суды, установив совокупность обстоятельств, пришли к выводу о том, что договор является мнимой сделкой, заключенной без намерения реального получения результата работ, и перечисление денежных средств по такой сделке привело к причинению убытков обществу. 

В определении суда от 24.01.2019 по делу № А32-31848/2016-15/83-Б-7СО установлено, что тендерные процедуры при заключении договоров между должником и ООО «Энергосервис» не проводились. 

Согласно подпунктам 1, 8 пункта 5.1 методической инструкции «Процедура проведения регламентированных закупок» ответственным за принятие решения о необходимости проведения закупки и инициацию процедуры закупки является руководитель предприятия. 

Таким образом, суды заключили, что спорные договоры были заключены в нарушение внутренних положений, касающихся регламентированных закупок. Ответственность за соблюдение внутренних положений о регламентированных закупках лежала на ответчике. Данное обстоятельство в силу подпункта 3 пункта 3 постановления № 62 является самостоятельным основанием для удовлетворения исковых требований. 

Контроль за выполнением данного проекта строительства осуществлял Инков С.В. как единоличный исполнительный орган общества и подписант договора с генеральным подрядчиком, в связи с чем, суды пришли к выводу о том, что данные убытки должны быть взысканы именно с него.

Довод Инкова С.В. о том, что в структуре должника существовало огромное количество должностных лиц, имеющих право давать обязательные для должника указания либо возможность иным образом определять его действия: члены Совета директоров, одновременно являющиеся сотрудниками АО «Газпромбанк», вице-президенты (Ким В.В. и Будей Т.А.), члены ревизионных комиссий, одновременно являющиеся сотрудниками АО «Газпромбанк», директора структурных подразделений, руководители конкурсных и закупочных комиссий, отделов и служб, юридического департамента и бухгалтерии» был предметом исследований суда кассационной инстанции по рассматриваемому делу. Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.07.2019 по данному делу установлено отсутствие контроля со стороны указанных лиц. Таким образом, суды верно указали, что доводы ответчика о необходимости возложения ответственности на иных лиц и иные органы управления, кроме бывшего руководителя, являются необоснованными, противоречат нормам материального права и обстоятельствам рассматриваемого дела. 

Суды верно указали, что подписание договора по доверенности не перекладывает ответственность на представителя, так как он исполняет не свою собственную волю, а волю представляемого. Ответчик спорные договоры не оспаривал, спорные (и выданные им же самим) доверенности не отзывал. 

Как следует из материалов рассматриваемого дела, спорные договоры были подписаны Кимом В.В., Зайцевым А.В., Паном И.Б. на основании доверенностей, выданных бывшим руководителем от имени общества. 

Как следует из должностной инструкции вице-президента по генерации заключать (изменять, дополнять, расторгать, продлевать) договоры от имени общества он вправе только на основании и в соответствии с доверенностью от имени генерального директора и полномочиями, определенными локальными нормативными документами (пункт 3.10). При осуществлении своих действий вице-президент по генерации обязан руководствоваться приказами, указаниями и распоряжениями руководства (пункт 1.4). За невыполнение приказов, распоряжений и указаний руководства общества вице-президент по генерации несет ответственность в соответствии с должностной инструкцией (пункт 4). 

Согласно организационной структуре общества, представленной ответчиком, все вице-президенты находятся в прямом подчинении президента – генерального директора, который стоит над ними и, как следствие, осуществляет контроль за их деятельностью. Доверенности на подписание спорных сделок были выданы бывшим руководителем. При этом, из реестра доверенностей, видно, что на подписание отдельных сделок, выходящих за пределы лимита в 500 тыс. рублей, бывшим руководителем выдавались специальные доверенности, в которых были указаны все существенные условия заключаемой сделки. Как следствие, бывший руководитель знал их и, тем не менее, дал распоряжение в виде доверенности. 

Как следует из пункта 5.1 Положения о порядке подготовки, согласования и оформления доверенностей в ОАО «ЭНЕКС» от 31.10.2014 (далее – Положение) доверенности от имени общества выдаются единоличным исполнительным органом (руководителем). Согласно пункту 5.2, 5.2.11 указанного положения доверенности в обществе могут выдаваться по распоряжению руководителя общества, решение о выдаче доверенности, подписании проекта доверенности, либо об отказе в выдаче доверенности принимает руководитель.

Согласно пункту 5.3 Положения руководитель должника в любой момент до истечения срока действия доверенности по своему усмотрению или на основании письменной заявки заинтересованного лица может отменить выданную им доверенность. 

Ссылку Инкова С.В. на наличие в обществе факсимиле, ставящую под сомнение представленные доверенности суды верно отклонили, как необоснованную, так как ответчик за 12 лет своего руководства обществом не отменил и не оспорил ни одного документа на данном основании, соглашался с таким порядком оформления части документов и не оспаривал наличия своего согласия на совершение соответствующих действий и сделок. 

Довод кассационной жалобы о том, что конкурсный управляющий должника не представил оригиналы доверенностей на обозрение суда, сославшись на их уничтожение, при этом не представил доказательств, подтверждающих факт их уничтожения, был предметом рассмотрения судебных инстанций и правомерно отклонен, поскольку доверенность на Кима В.В. была представлена в материалы дела самим ответчиком (приложение № 10 к дополнениям к отзыву, т. 8 л. д. 152, 195 – 197), соответственно, он сам подтвердил ее действительность и достоверность. Также конкурсным управляющим на обозрение суда был представлен оригинал реестра доверенностей, в который внесена информация обо всех доверенностях, на основании которых были подписаны спорные договоры. Из совокупности указанных обстоятельств следует, что данные доверенности выдавались Инковым С.В. и заместители действовали во исполнение его указаний, оформленных в виде доверенности. 

Ссылку ответчика на то, что заместители генерального директора находились под прямым контролем совета директоров, а не генерального директора, суды правильно посчитали противоречащей обстоятельствам дела, поскольку совет директоров не выдавал доверенности заместителям генерального директора и не давал им указаний на совершение спорных сделок; согласно приведенным внутренним документам общества совет директоров не входил в организационную структуру и административное руководство текущей хозяйственной деятельностью общества.

Факт согласования генеральным директором кандидатур вице-президентов с советом директоров, на который указывает ответчик, не доказывает наличия какого-либо соподчинения между советом директоров и заместителями генерального директора (вице-президентами). 

Довод ответчика на подчинение Московского филиала Киму В.В. суды также посчитали противоречащим фактическим обстоятельствам дела и положениям законодательства, так как Ким В.В. никогда не являлся руководителем Московского филиала; согласно должностной инструкции вице-президента он вправе организовывать работу только производственного подразделения «Генерация» в Московском филиале. В силу пункта 2.8 Устава общества руководитель филиала назначается генеральным директором по согласованию с советом директоров и действует на основании доверенности, выданной генеральным директором от имени общества. Таким образом, ссылка ответчика на руководство Кима В.В. деятельностью Московского филиала также является несостоятельной. 

Довод кассационной жалобы о том, что Ким В.В. отбирал контрагентов на выполнение субподрядных работ и осуществлял и приемку, в то время как его отец – Ким В.А., назначенный Кимом В.В. контролировал работы по объектам, что подтверждает наличие у Кима В.В. статуса контролирующего лица, был предметом рассмотрения судебных инстанций и признан несостоятельным исходя из следующего. 

Как следует из приказа от 26.04.2012 о назначении руководителя работ по ГТУ-ТЭЦ в МО ЗАТО Знаменск, представленного ответчиком в подтверждение наличия согласованности действий Кима В.В. и Кима В.А., в нем не указан номер и дата договора, при исполнении которого Ким В.А. должен выполнять обязанности руководителя работ. Соответственно, невозможно установить относимость данного распоряжения к спорным договорам. Из 12 договоров, представленных заявителем в обоснование убытков, только один (договор от 16.07.2013 № 11сп/26/пр/0187/13) имеет отношение к ГТУ-ТЭЦ в МО ЗАТО Знаменск. В то же время, он заключен по истечении года после издания представленного приказа, что вызывает разумные сомнения в наличии между ними какой-либо взаимосвязи. 

Суды отклонили ссылку Инкова С.В. на письменные пояснения Шкири В.Д., поскольку данные пояснения отражают субъективное мнение Шкири В.Д., который, длительное время находился в подчинении Инкова С.В., что вызывает сомнения в объективности и беспристрастности таких показаний. При этом, суды указали, что данные показания противоречат согласующимся между собой доказательствам, представленным сторонами в рамках рассматриваемого обособленного спора. Так, якобы сомневаясь в беспристрастности и добросовестности Кима В.В., Шкиря В.Д. неоднократно выдавал ему доверенности, приказов об отзыве таких доверенностей не издавал, действий, направленных на отмену доверенностей не предпринимал, действий, направленных на оспаривание сделок, совершенных Кимом В.В. во исполнение выданных доверенностей, также не осуществлял. 

Как следует из показаний свидетелей Архипова В.В., Кузьмина П.В., Кулик Н.В., Ким В.В., Горина Е.В. ООО «Энергосервис» было создано в качестве «фирмы-дублера» должника для участия в конкурсных процедурах, должности в ООО «Энергосервис» предлагались работникам должника Инковым С.В. Вопреки пояснениям Шкири В.Д., приказом № 47-ЛС подтверждается, что Будей Т.А. была принята на работу в общество 12.04.2014, то есть уже после наступления обстоятельств, рассматриваемых в настоящем деле и, как следствие, не могла «акцептовать платежи» по сделкам, «организацию, заключение и контроль над которыми» осуществлял Ким В.В. Судебными актами, в том числе, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.02.2019 по обособленному спору в рамках настоящего дела о банкротстве установлена связь между должником и ООО «Энергосервис» через Шкирю В.Д. и Комову И.В., а не АО «Газпромбанк» и Кима В.В., как указывает ответчик. Соответственно, доводы ответчика о том, что фактический контроль над всей операционной деятельностью должника и ООО «Энергосервис» осуществлял Ким В.В., являются несостоятельными, противоречат обстоятельствам дела. 

Доводы ответчика о том, что ему не было известно о спорных сделках, причинивших убытки должнику, в силу масштабов деятельности общества, являются недостоверными. Действий по отмене доверенностей, по обжалованию спорных сделок, причинивших убытки обществу, ответчик не предпринимал. При этом в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.07.2019 указано, что «с учетом должностного положения Инкова С.В. как единоличного исполнительного органа должника даже при заключении/подписании документов представителем по доверенности от имени должника, ответственность за совершенные действия несет руководитель». Также в данном постановлении суд указал, что «суды обоснованно отклонили довод о непричастности Инкова С.В. к причиненным убыткам должнику» в силу того, что «действия по заключению и исполнению договоров совершали Ким В.В., Ким В.А., а также Будей Т.А.». 

Таким образом, ответственность за перечисление денежных средств «фирмам-однодневкам» должен нести ответчик, правовые и фактические основания для возложения данной ответственности на вице-президентов и иных работников общества вместо/вместе с бывшим руководителем отсутствуют. Спорные действия (в том числе, сомнительные сделки), причинившие убытки должнику, входили в компетенцию генерального директора и были совершены под его контролем, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. Иные органы управления общества никак не могли повлиять на данные действия, так как узнали о них только из решения налогового органа, одобрение либо согласование спорных сомнительных сделок не входило в их компетенцию. Как следствие, генеральный директор несет персональную ответственность за взыскиваемые в рамках настоящего иска убытки общества. Обстоятельства, связанные с мнимым характером отношений должника с ООО «Спецэнергострой» и ООО «Энергосервис», ненадлежащим исполнением обязанности по уплате налогов, Инковым С.В. не опровергнуты. Ответчик не отрицает, что именно он являлся подписантом налоговой и бухгалтерской отчетности за спорный период (2013 – 2014). 

Касаемо убытков в виде штрафа, вынесенного должнику в связи с неполной уплатой НДС и налога на прибыль, суды дополнительно отметили следующее. 

Суды указали, что в случае, если бы Инков С.В. действовал добросовестно и разумно при выборе контрагентов должника, не способствовал участию должника в подозрительных схемах отношений, при которых работы за своего субподрядчика фактически выполнял сам должник, и не совершал действия, повлекшие уменьшение суммы налога на добавленную стоимость в результате вычета по счетам-фактурам с фактически фиктивными контрагентами, то должник не был бы привлечен к налоговой ответственности, и его не обязали бы платить штраф в размере 5 915 194 рублей.

Суды отметили, что довод ответчика о том, что бухгалтерская отчетность подписывалась им без проверки ее содержания и анализа «книги покупок», подтверждает неразумное бездействие руководителя в части выполнения своих обязанностей, предусмотренных частью 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», пунктом 24.2 Устава, пунктом 4.2.17 трудового договора. 

Как следует из вступивших в законную силу решений Советского районного суда города Краснодара по делам № 2-7147/2017 М-7551/2017, № 2-666/2017 Инков С.В. был заинтересован в создании искусственного документооборота для незаконного снижения размера налогообложения и, как следствие, размера финансовых обязательств должника, поскольку завышенные финансовые показатели позволяли получить больший размер премии по итогам года. Также указанными судебными актами установлено, что Инков С.В. не обеспечивал надлежащий документооборот, бухгалтерский учет, выполнение контрактов общества. 

Ссылки ответчика на положительные аудиторские заключения не приняты во внимание, так как согласно подпункту 2 части 7 статьи 6 Федерального закона от 30.12.2008 № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» аудиторское заключение содержит мнение аудиторской организации, индивидуального аудитора о достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемого лица с указанием обстоятельств, которые оказывают или могут оказать существенное влияние на достоверность такой отчетности. 

Согласно бухгалтерскому балансу общества за 2012 год по состоянию на 31.12.2012 балансовая стоимость активов общества составила 4 697 512 тыс. рублей. При этом общий размер всех перечисленных денежных средств по всем спорным сделкам с ООО «Спецэнергострой» составляет 366 316 616 рублей 56 копеек, то есть 7,8% балансовой стоимости активов, а общий размер всех перечисленных денежных средств по спорной сделке с ООО «Энергосервис» составляет 49 576 195 рублей 16 копеек, то есть 1% балансовой стоимости активов. Соответственно, данные сделки нельзя признать существенными в масштабах деятельности общества, как следствие, они не могли повлиять на мнение аудитора. 

Представленные ответчиком доказательства, а именно постановление о прекращении уголовного дела от 21.09.2019, заключение эксперта от 21.08.2019 № 78-э/2019, приказы об отпуске не приняты судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства, поскольку они оформлены с нарушением части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (оригиналы отсутствуют, копии надлежащим образом не заверены). 

При этом, заключение эксперта, как следует из поставленных в нем вопросов, касается договоров от 24.11.2014 № 112СП/11ТЛК, от 30.07.2014 № 95СП/11ТЛК, 24.11.2013 № ЭК0003.1, которые не относятся к предмету настоящего спора. 

Кроме того, данный эксперт (так же, как и ФГОБУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации», установил возможное наличие признаков преднамеренного банкротства. Тот же эксперт давал уже заключение о наличии в действиях Инкова С.В. нарушений законодательства, а именно: неправомерное признание выручки, отсутствие контроля за соблюдением сроков выполнения работ, за поступающей в организацию первичной документацией, за взысканием дебиторской задолженности и др. 

Ссылки на приказы об отпуске являются несостоятельными, так как не относятся к периодам заключения спорных договоров. Убытие генерального директора в отпуск не исключает необходимости осуществления контроля за действиями подчиненных. 

Суды указали, что Инковым С.В. совершены сделки, причинившие существенный вред правам кредиторов. С учетом должностного положения Инкова С.В. как единоличного исполнительного органа должника даже при заключении/подписании документов представителем по доверенности от имени должника, ответственность за совершенные действия несет руководитель. 

Ссылка Инкова С.В. на то, что ООО «Энергосервис» и ООО «Спецэнергострой» могли арендовать необходимое оборудование, нанять работников по договорам подряда, привлечь к проведению работ субподрядчиков, не принята судом апелляционной инстанции, исходя из следующего. Согласно данным, полученным налоговым органом, (т. 1, л. д. 52 – 53, т. 2, л. д. 51 – 53, 59, т. 6 л. д. 88 – 90) бухгалтерские балансы ООО «Энергосервис» и ООО «Спецэнергострой» не содержат сведений о наличии в аренде основных средств, необходимых для строительства, осуществлении отчислений в пользу физических лиц, якобы нанятых субподрядчиками; согласие на привлечение к работам каких-либо субподрядчиков также не получались. Движение денежных средств по счетам само по себе не подтверждает фактическое выполнение работ. 

Довод кассационной жалобы о том, что суды необоснованно отказали в удовлетворении ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и правомерно отклонен. 

Заключение экспертизы представляет собой один из видов доказательств по делу и оценивается арбитражным судом наряду с другими представленными сторонами доказательствами по правилам, установленным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о назначении экспертизы отнесен на усмотрение арбитражного суда и разрешается в зависимости от необходимости разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 09.03.2011 № 13765/10, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. 

Оценив мотивы отказа в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом определении, суд апелляционной инстанции признал их обоснованными. При этом, апелляционный суд отметил, что поставленные в ходатайстве вопросы (о сроках строительства и фактической сдаче в эксплуатацию объектов строительства (электростанций), о том, входят ли работы по оспариваемым договорам в состав реально выполненных работ, необходимых для строительства объектов) не связаны с предметом доказывания по рассматриваемому делу. Даже если бы эксперт установил факт завершения строительства объектов и выполнения всех или части работ, указанных в спорных договорах, это не свидетельствовало бы о том, что данные работы выполнены ООО «Энергосервис» и ООО «Спецэнергострой», а не иными подрядчиками или обществом (как указывает налоговый орган). 

Из ответа экспертной организации ООО «ОК "ВЕТА"» (представлен в судебном заседании 23.10.2019 с возражениями против ходатайства о назначении экспертизы, о чем имеется отметка в определении) следует, что «натурное обследование объектов не имеет практического значения, так как не позволит определить исполнителя конкретных работ в рамках реализации строительного проекта», а поскольку «сторонами не оформлялись акты по форме КС-2, КС-3, в документах имеется указание на цену, но отсутствует описание объемов выполненных работ, не представлены журналы работ, акты скрытых работ, доказательства наличия оборудования, техники, персонала и др. … проведение соответствующей строительной экспертизы представляется невозможным».

Судебные инстанции пришли к выводу о том, что совокупность представленных в материалы дела доказательств указывает на причинение должнику убытков в размере 421 808 005 рублей 72 копеек, наличие вины бывшего руководителя в совершении действий, приведших к данным убыткам общества, наличие причинно-следственной связи между действиями и бездействиями Инкова С.В. и возникновением у должника убытков в завяленном размере. Данные обстоятельства являются основанием для привлечения Инкова С.В. к убыткам в заявленном размере.

Доводы кассационной жалобы о нарушении норм процессуального права являются несостоятельными. Суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в ответе на вопрос 1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, вопрос о необходимости отложения судебного разбирательства по правилам статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с введением в соответствии с Федеральным законом от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» правовых режимов, предусматривающих ограничения свободного перемещения граждан, их нахождения в общественных местах, государственных и иных учреждениях, должен решаться арбитражным судом, в производстве которого находится дело, самостоятельно применительно к каждому конкретному делу с учетом необходимости соблюдения сроков рассмотрения дела судом соответствующей инстанции и разумного срока судопроизводства.

Учитывая изложенное, а также то обстоятельство, что доводы подателя жалобы достаточно подробно были изложены в тексте апелляционной жалобы, в связи с чем, материалы дела позволили рассмотреть доводы апелляционной жалобы без дополнительных пояснений сторон, апелляционный суд не усмотрел необходимости явки общества в судебное заседание. Апелляционный суд отметил, что Инковым С.В. не представлены доказательства и не указаны уважительные причины, свидетельствующие об объективной невозможности рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие его; ходатайство не содержится ссылок на обстоятельства, доводы и доказательства, препятствующие рассмотрению дела в отсутствие представителей участвующих в деле лиц, а также ссылок на обстоятельства, наличие которых требует личного присутствия Инкова С.В. в судебном заседании суда апелляционной инстанции. Кроме того, Инков С.В. имел возможность реализовать процессуальное право на участие в судебном заседании посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции, однако указанным правом не воспользовались.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иные доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды первой и апелляционной инстанции оценили с соблюдением норм главы 7 Кодекса. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 Кодекса. Арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу.

Нормы права при рассмотрении дела применены судами правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2020 по делу № А32-31848/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							      А.Н. Герасименко

Судьи										      Е.В. Андреева

										      А.В. Гиданкина