ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                           Дело № А20-960/2021

14.02.2024                                                                        

Резолютивная часть постановления объявлена 06.02.2024

Полный текст постановления изготовлен 14.02.2024

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ООО «Фрукт-Трейд» – ФИО2 (доверенность от 02.06.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 23.06.2023 по делу № А20-960/2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Кенжа» ФИО3 о признании недействительной сделки и применения последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Кенжа» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве общества  с ограниченной ответственностью «Кенжа» (далее – ООО «Кенжа», должник) конкурсный управляющий  обратился с заявлением о  признании недействительными заключенные с ООО «Фрукт-Трейд» договоры займа №11/06/19 от 11.06.2019, № 22/10/19 от 22.10.2019, № 25/11/19 от 25.11.2019 и применении последствий недействительности сделок.

Определением от 23.06.2023 суд отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с вынесенным определением, Управление ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления. 

В отзывах на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника и ООО «Фрукт-Трейд» не согласны с доводами жалобы, просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ООО «Фрукт-Трейд» изложил свою позицию по рассматриваемой апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 23.06.2023 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением от 30.09.2021 ООО «Кенжа» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев; конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3, являющаяся членом Союза арбитражных управляющих «Авангард». 

ООО «Кенжа» и ООО «Фрукт-Трейд» заключены договор займа № 11/06/19 от 11.06.2019 на сумму 11 260 000 руб., договор займа № 22/10/19 от 22.10.2019 на сумму 3 266 670 руб., договор займа № 25/11/19 от 25.11.2019 на сумму 1 970 000 руб.

Полагая, что данные сделки недействительны по основаниям, изложенным в ст.62.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), ввиду наличия  у ООО «Кенжа»  признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, начиная с 01.01.2021, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

-стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

-должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

-после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 4 пункта 6 постановления № 63, установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33-34 статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие:

-неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок;

-известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой);

-осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании его банкротом (абзац 4 пункта 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Оспаривание сделки по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве направлено на защиту имущественного положения должника с целью наиболее полного удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, в связи с чем, сделка может быть признана недействительной при наличии доказательств того, что она причинила явный ущерб ввиду совершения ее на заведомо и значительно невыгодных для должника условиях.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъясняется, что о наличии явного ущерба для стороны сделки свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного должником в пользу контрагента. При этом другая сторона должна знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого обычного контрагента в момент заключения сделки.

Аналогичные критерии неравноценности встречного исполнения содержатся также в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 93 которого разъяснено, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления Пленума). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Спорные сделки совершены в период с 11.06.2019 по 25.11.2019, заявление о признании должника банкротом принято к производству определением суда от 23.03.2021, т.е. в течение трехлетнего срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Апелляционная коллегия судей, исследовав и оценив представленные в материалы  дела доказательства, соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности оспариваемой сделки по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: об отсутствии неплатежеспособности должника на момент заключения оспариваемых сделок, отсутствии надлежащих доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок; осведомленности ответчика на момент заключения сделок о неплатежеспособности должника или наличии у него признаков недостаточности имущества, и цели причинения вреда кредиторам.

Данный вывод апелляционной коллегии судей согласуется со следующим.

Из материалов дела следует, что на момент заключения сделок (с 11.06.2019 по 25.11.2019) у ООО «Кенжа» отсутствовали признаки неплатежеспособности. Долг перед ООО «Агрохимия» на момент заключения оспариваемых сделок отсутствовал. Из картотеки арбитражных дел следует, что ООО «Агрохимия» обратилось в Арбитражной суд КБР с иском о взыскании с ООО «Кенжа» задолженности. Решением от 13.01.2021 по делу № А20-4933/2020 с ООО «Кенжа» в пользу ООО «Агрохимия» взыскано 7 205 839 руб.  В рамках указанного дела судом установлено, что ООО «Агрохимия» поставило ООО «Кенжа» за период с 15.04.2020 по 01.07.2020 товар на общую сумму 30 225 839 руб. 57 коп. Ответчиком была произведена оплата в размере 5 000 000 руб. Задолженность ООО «Кенжа» перед ООО «Агрохимия» на 01.07.2020 составила 25 225 839 руб. 57 коп.

Принимая во внимание установленные обстоятельства по делу, апелляционная коллегия судей полагает, что задолженность перед кредитором ООО «Агрохимия» у должника образовалась 01.07.2020. 

В качестве наличия признаков неплатежеспособности управляющий указывает долг по кредитному договору перед ООО ««Банк «Майский» в лице ГК «Агентство страхования вкладов» с указанием срока исполнения обязательства до 30.03.2021. Как указано в заявлении самим конкурсным управляющим дата возникновения требования является 30.03.2021, в то время как дата исполнения обязательства по погашению кредитной задолженности в соответствии с кредитным договором установлена в срок до 30.09.2021. Из данного обстоятельства следует, что объективная задолженность ООО «Кенжа» перед ООО "Банк "Майский" в лице ГК «Агентство страхования вкладов» могла возникнуть лишь с 31.09.2021, в связи с чем, данное обязательство не может быть учтено при определении признаков неплатежеспособности ООО «Кенжа». Определением Арбитражного суда КБР от 10.08.2021 требования ООО "Банк Майский" в лице «Агентство страхования вкладов» включены в реестр требований кредиторов должника.

В качестве наличия признаков неплатежеспособности  управляющий ссылается на  долг  перед ООО «Казачий хутор» с 26.11.2020. При этом 11.02.2021 между ООО «Кенжа» и ООО «Торговый дом «Кенжа» и заключено соглашение о перемене лиц в обязательстве, в соответствии с которым ООО «Кенжа» приняло на себя обязательства о надлежащему исполнению договора поставки №12/12/2019 в части поставки саженцев яблонь Голд Клон Б. Учитывая, что ООО «Кенжа» на основании соглашения от 11.02.2021 обязалось отвечать перед кредитором (ООО «Казачий хутор») за ООО «Торговый дом «Кенжа» в размере 14 400 329 руб.80 коп., апелляционный суд полагает, что задолженность ООО «Кенжа» перед кредитором возникла  с момента заключения соглашения о перемене лиц в обязательстве (11.02.2021), что свидетельствует о том, что на момент заключения заемных сделок  обязательства перед иными кредиторами отсутствовали. 

В качестве оснований неплатежеспособности ООО «Кенжа» уполномоченный орган указывает на задолженность перед бюджетом, в частности, на задолженность по НДС в сумме 23 402 430 руб., возникшую в связи с представлением уточненной налоговой декларации за второй квартал 2019 года.

Отклоняя данный довод, апелляционный суд исходит из установленных по делу обстоятельств.

В материалы дела представлена копия протокола от 07.12.2020 № 17 заседания комиссии ИФНС № 1 по г. Нальчику по заслушиванию организаций, получивших в 2019 году налоговые вычеты по НДС. На заседании рассмотрен вопрос о повышении налоговых обязательств ООО «Кенжа» путем добровольного уточнения налоговых обязательств. Комиссия решила рекомендовать ООО «Кенжа» отказаться от счетов-фактур, полученных по сделке с ООО «Капитал-инвест» во 2 квартале 2019 года и уточнить налоговые обязательства. Во исполнение решения комиссии ООО «Кенжа» сдало уточненную декларацию по НДС  за 2 квартал 2020 года 11.12.2020.

Согласно справке № 21033 ИФНС № 1 по г. Нальчику о состоянии расчетов по налогам сборам, страховым взносам, пеням, штрафам, процентам по состоянию на 5.12.2019 по НДС числится переплата в сумму 11 731,00 руб. В аналогичной справке № 42578 по состоянию на 24.12.2020 числится недоимка в сумме 23 229 776,00 руб. 

Несмотря на то, что срок уплаты образовавшейся недоимки по НДС 2 квартал 2019 года, апелляционный суд полагает, что в момент заключения заемных сделок неплатежеспособности ООО «Кенжа» не имелось, поскольку уточненная декларация сдана обществом в конце 2020 года (с отражением недоимки по НДС, в связи с добровольным отказом в применении налоговых вычетов). Из изложенного следует, что в момент заключения оспариваемых сделок (с 11.06.2019 по 25.11.2019) налогоплательщик, применяя налоговые вычеты по НДС, не имел задолженности перед бюджетом, соответственно, его контрагент по заемным сделкам не обладал информацией о признаках неплатежеспособности должника осенью 2019 года (при образовании недоимки в декабре 2020 года).

Апелляционный суд учитывает также то обстоятельство, что в  материалы дела не было представлено доказательств, что в отношении должника до заключения или в период заключения оспариваемых сделок были возбуждены судебные разбирательства и исполнительные производства, что говорит об отсутствии судебных актов, подтверждающих наличие неисполненных должником обязательств в период с 11.06.2019 по 25.11.2019. 

Таким образом, апелляционный суд полагает, что доводы уполномоченного органа о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок являются необоснованными и документально неподтвержденными. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного суда Российской Федерации от 17.12.2020 N 305-ЭС20-12206, конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. Иное поведение в такой ситуации абсурдно.

Из изложенного следует, что поскольку на момент совершения оспариваемых сделок между лицами у должника отсутствовала неплатежеспособность, следовательно, отсутствует квалифицирующий признак - как причинение вреда правам кредиторов (ввиду отсутствия кредиторов на момент совершения сделки).

Принимая во внимание изложенное, апелляционная коллегия судей приходит к выводу о том, что в данном случае заключением оспариваемых сделок не причинен вред правам кредиторов.

Относительно наличия равноценности оспариваемых сделок суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что ООО «Фрукт-Трейд» заключило договор уступки прав требований № 8-У от 30.07.2018 с ООО «АгроЗерно».

На основании указанного договора ООО «Фрукт-Трейд» приобрела права требования к ООО «Кенжа» на общую сумму 16 532 670 руб. 

Между ООО «Фрукт-Трейд» и ООО «Кенжа» произведены сверки взаимных расчетов, что подтверждается актами сверок и заключено соглашения о зачете встречных однородных обязательств от 14.11.2019 о зачете обязательств по договору займа № 11/06/19 от 11.06.2019 на сумму 11 260 000 руб., договору займа № 22/10/19 от 22.10.2019 на сумму 3 266 670 руб., договору займа № 25/11/19 от 25.11.2019 на сумму 1 970 000 руб. в счет договора уступки № 8-У от 30.07.2018.

Таким образом, спорные сделки были оплачены путем погашения задолженности должника  перед ООО «Фрукт-Трейд» путем зачета требований, в связи с чем доводы уполномоченного органа о неравноценном характере сделок признается судом апелляционной инстанции необоснованными.

Относительно наличия заинтересованности ООО «Фрукт-Трейд» и ООО «Кенжа», апелляционный суд исходит из следующего.

Заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника (абзац 3 пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи. 

В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированными лицами признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия  и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

Во исполнение определения апелляционной инстанции от 26.09.2023 конкурсным управляющим представлена информация, выявленная с помощью сервиса «Руспрофайл». Согласно представленной информации учредителем ООО «Фрукт-Трейд» является ФИО4 (33,33% участия), который также является директором и единственным учредителем ООО Фирма «Джиджа», которая зарегистрирована по тому же юридическому адресу, что и ООО «Кенжа»: г. Нальчик, 

<

...>. 

Одним из видов зарегистрированной деятельности ООО Фирма «Джиджа» является 68.20.2 - аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом (п.53 выписки из ЕГРЮЛ). 

11.01.2021 между ООО «Джиджа» и ООО «Кенжа» заключен договор аренды. 

В соответствии с условиями договора ООО «Джиджа» обязалось предоставить ООО «Кенжа» во временное пользование нежилое помещение - мансарду общей площадью 270,4 кв.м., склад общей площадью 1 671,2 кв.м., склад общей площадью 354,4 кв.м. и земельный участок общей площадью 7 359 кв.м. сроком до 10.01.2022. Указанный договор являлся возмездным, арендная плата составляла 918 400 рублей. Из указанных обстоятельств апелляционным судом прослеживается заинтересованность сторон сделок.

При этом сам по себе факт аффилированности участников сделок не является основанием для признания их недействительными. В определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3) указано, что заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении.

Принимая во внимание отсутствие доказательств совершения сделки при неравноценном встречном исполнении, равно как доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также учитывая отсутствие неплатежеспособности должника в момент совершения сделок, апелляционный суд полагает, что в данном случае сама по себе аффилированность сторон сделок не является достаточным основанием для признания договоров недействительным при наличии доказательств реальности сделок, в отсутствие относимых и допустимых доказательств противоправного поведения их участников.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что в данном случае отсутствуют признаки совершения сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также совершение сделки при неравноценном встречном требовании, а равно отсутствуют обстоятельства, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку требование о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению, в силу статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6. Закона о банкротстве оснований для применения последствий, в том числе указанных заявителем, не имеется.

Учитывая изложенное, апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции обосновано отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными договоров займа, заключенных с ООО «Фрукт-Трейд».

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.02.2024 по делу № А20-960/2021.

При таких обстоятельствах, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется. 

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 23.06.2023 по делу № А20-960/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             З.А. Бейтуганов

             Н.Н. Годило