СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                       Дело №  А27-4848/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 апреля 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Кудряшевой Е.В.,

судей Усаниной Н.Н., 

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания помощниками судей Мозгалиной И.Н., Ткаченко Я.А. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (№ 07АП-11970/2015 (20)), «Газпромбанк» (АО) (№ 07АП-11970/2015 (21))  на определение от 01.02.2019 Арбитражного суда Кемеровской области  (судья Лебедев В.В.) по делу № А27-4848/2014 о несостоятельности (банкротстве) ликвидируемого должника - общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по заявлению конкурсного кредитора «Газпромбанк» (АО), город Москва к ФИО3 (ФИО2) о признании недействительной сделки должника, и применении последствий ее недействительности.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2: ФИО2 (лично), ФИО4 по устному ходатайству,

от «Газпромбанк» (АО): ФИО5 по доверенности от 15.03.2019.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ликвидируемого должника - общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль» (далее, - должник, ООО «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль») в Арбитражный суд Кемеровской области поступило заявление конкурсного кредитора - акционерного общества «Газпромбанк», город Москва (далее – АО «Газпромбанк»), уточненное на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительной сделки должника - договор купли-продажи от 17.09.2013, заключенный между ООО «ТД «Кузбассавтоэмаль» и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки. 

Определением от 30.01.2019 Арбитражного суда Кемеровской области (резолютивная часть объявлена 01.02.2019) заявление «Газпромбанк» (АО) удовлетворено. Договор купли-продажи от 17.09.2013, заключенный между ООО «ТД «Кузбассавтоэмаль» и ФИО3 (Дорич К.С.) в отношении транспортного средства NISSAN QASHQAI 2.0 VIN 

<

***>, 2010 года выпуска признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника ООО «ТД «Кузбассавтоэмаль» действительной стоимости транспортного средства в размере 814 000 рублей.

С вынесенным определением не согласились ФИО2, «Газпромбанк» (АО), обратились с апелляционными жалобами.

ФИО2 в апелляционной жалобе просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать конкурсному кредиторув удовлетворении заявления, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. 

В обоснование апелляционной жалобы, ФИО2 указывает, что срок исковой давности, вопреки выводам суда, истек. По мнению заявителя жалобы, реальную возможность узнать о необходимости оспаривания сделки, как конкурсный управляющий, так и кредитор могли не позднее 09.10.2014. Конкурсным управляющим не принято необходимых мер по истребованию информации у государственных органов, а конкурсным кредитором своевременно не обжаловано такое бездействие, что привело к пропуску срока исковой давности. По мнению заявителя жалобы, правовых оснований для применения положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), не имеется. Судом не учтено, что экспертное заключение носит предположительный характер, в связи с чем не может выступать в качестве прямого доказательства по делу. Стоимость автомобиля оплачена. По мнению заявителя жалобы, Банком не представлено достаточных доказательств занижения цены реализованного имущества, доказательства, что стороны при заключении сделки преследовали цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, злоупотребили правом.

«Газпромбанк» (АО) в апелляционной жалобе просит внести изменения в мотивировочную часть определения суда первой инстанции, указав, что сделка признана недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также на основании статей 10, 168 ГК РФ, указывая, что сделка признана судом недействительной исключительно по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако, Банк, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, просил признать договор недействительным не столько по указанному правовому основанию, сколько на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10, 168 ГК РФ. Судом неправомерно не дана оценка обстоятельствам, изложенным в обоснование доводов о необходимости признания сделки недействительной, в том числе по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статям 10, 168 ГК РФ. 

Определениями от 05.03.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда апелляционные жалобы приняты к производству к совместному рассмотрению, рассмотрение дела назначено на 19.03.2019.

19.03.2019 в судебном заседании объявлялся перерыв на основании статьи 163 АПК РФ до 26.03.2019. 

От ФИО2 поступило дополнение апелляционной жалобы, в котором заявитель жалобы указывает, что проявив должную осмотрительность, Банк мог и должен был узнать о наличии у должника транспортных средств еще в 2014 году. О наличии транспортного средства NISSAN QASHQAI 2.0 VIN 

<

***>, 2010  выпуска в лизинге у должника конкурсному кредитору могло стать известно также и на момент включения требований в реестр кредиторов, поскольку платежи по данному договору (№5978/2010 от 11.11.2010) осуществлялись через Газпромбанк, а точно стало известно или должно было стать известно в момент предоставления ответа конкурсному управляющему 19.08.2015 (ответ от 19.08.2015 №36-05/2059). По расчётным счетам должника за период с 20.12.2012 по 20.08.2014 проходили лизинговые платежи, в связи с чем Банк знал о наличии у должника имущества в лизинге (транспортных средств/оборудования), выписка содержит назначение платежа, реквизиты договора лизинга, получателя и плательщика денежных средств, что свидетельствует, что мог и должен был установить лизингодателя, предмет лизинга и мог и должен был запросить указанные сведения еще в 2014 году. Заявитель жалобы также указывает, что Газпромбанк знал или мог знать о наличии заключенных договоров лизинга, которые по своей правовой природе предполагают последующий выкуп арендованных объектов, на момент обращения с требованиями о включении в реестр кредиторов, а наверняка знал по состоянию на 19.08.2015. Ссылка конкурсного кредитора на то, что фактически полную информацию о существе сделки он получил в декабре 2017 года, по мнению заявителя жалобы, несостоятельна, поскольку обстоятельства исключающие возможность получения данной информацией ранее, отсутствуют. По мнению ФИО2, конкурсный кредитор имел массу возможности по мотивации конкурсного управляющего к совершению данных действий, по самостоятельному запросу данных сведений у контрагента должника, однако, никаких своевременных мер предпринято не было. Кроме того, ссылка Банка на сокрытие информации о данных сделках директором и главным бухгалтером должника, не соответствует действительности, поскольку вся информация о банковских операциях должника у заинтересованных субъектов имелась.  По мнению заявителя жалобы, Банк на сентябрь 2016 года был осведомлен о том, что конкурсный управляющий исчерпал источники формирования конкурсной массы, с учетом выводов, сделанных в финансовом анализе должника от 01.12.2015 относительно имущества должника, не мог не знать, что конкурсный управляющий не запросил о зарегистрированных транспортных средствах за три года до открытия конкурсного производства. Заявитель считает, что при должной степени осмотрительности мог и должен был узнать о наличии у должника в 2013-2014 годах имущества в лизинге, и необходимости запросить стандартные сведения о выбытии имущества за три предшествующих банкротству должника года, в том числе в ГИБДД. Соответственно еще в 2016 году мог получить сведения о снятых с регистрационного учета транспортных средствах, собственниках ТС и основаниях регистрации ТС, (договоров купли-продажи). Учитывая изложенное, конкурсный кредитор мог и должен был узнать о нарушении права и надлежащем ответчике не спустя практически три года от момента выявления приведенной выше информации, данный срок не может быть признан разумным и необходимым, а при должной осмотрительности - еще в 2014 году, доподлинно знал в сентябре 2015 года.

В отзыве на апелляционную жалобу  «Газпромбанк» (АО), ФИО2 указывает на несостоятельность доводов Банка, а также отсутствие правовых оснований для признании сделки недействительной (ничтожной) также по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьям 10, 168 ГК РФ. По мнению ФИО2, доводы кредитора о необходимости применения к оспариваемой сделке общих положений о ее ничтожности, направлены на обход правил о сроке исковой давности, что недопустимо. 

От «Газпромбанк» (АО) поступила правовая позиция, согласно которой доводы апелляционной жалобы ФИО2 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

В судебном заседании ФИО2, а также ее представитель апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней основаниям, с учетом дополнения.

Представитель Банка свою апелляционную жалобу поддержал, возражал против удовлетворения жалобы ФИО2 по доводам, приведенным в письменной правовой позиции.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции, личное участие, либо явку своих представителей не обеспечили.

На основании положений статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие. 

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, дополнения, отзыва, правовой позиции, проверив законность и обоснованность обжалованного определения в порядке статьи 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.   

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением 18.06.2014 Арбитражного суда Кемеровской области ликвидируемый должник – ООО «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль» признан банкротом, открыто конкурсное производство. 

Определением суда от 18.06.2014 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6. 

Определением суда от 23.09.2016 производство по делу о банкротстве ООО «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль» приостановлено до вынесения судебного акта по заявлению «Газпромбанк» (акционерного общества), город Москва о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

29.01.2018 Арбитражным судом Кемеровской области (оглашена резолютивная часть) отказано в удовлетворении заявления «Газпромбанк» (АО) о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности.

Определением от 31.01.2018 возобновлено производство по делу о банкротстве ООО «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль», судебное разбирательство по рассмотрению отчета конкурсного управляющего назначено на 19.03.2018. 

Определением суда от 22.03.2018 (резолютивная часть 19.03.2018) срок процедуры конкурсного производства продлен, судебное разбирательство по рассмотрению отчета конкурсного управляющего назначено на 30.05.2018. 

Срок конкурсного производства продлевался арбитражным судом.

Определением суда от 28.06.2018 конкурсный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль». Конкурсным управляющим ООО «Торговый дом «Кузбассавтоэмаль» утвержден ФИО8, являющаяся членом Союза «Межрегионального центра арбитражных управляющих». 

17.09.2013 между должником (продавец) и ответчиком (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого должник обязался передать в собственность ответчика (ФИО3) транспортное средство NISSAN QASHQAI 2.0 VIN 

<

***>, 2010 года выпуска. Стоимость ТС определена в сумме 150 000 рублей.

Судом установлено, что ответчиком изменены фамилия и имя, с ФИО3 на ФИО2.

Конкурсный кредитор, полагая, что имеются как общие, так и специальные основания для признания сделки недействительной, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного кредитора, пришел к выводу о наличии правовых оснований для признании сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также недоказанности довода ФИО2 о пропуске кредитором срока исковой давности для защиты нарушенного права.

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные в обособленный спор доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соглашается с судом первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

По смыслу указанной нормы права обращение в суд имеет целью защиту прав и законных интересов; лицо, обращающееся в суд, соответственно, должно избрать надлежащий способ защиты права, а суд - проверить соответствие избранного способа защиты тем интересам, которые преследует истец (заявитель).

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

Требования Банка составляют более 10 % общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в связи с чем обращение в арбитражный суд с настоящим заявлением об оспаривании сделки, верно признано судом первой инстанции правомерным.

В качестве правового обоснования требования о признании сделки недействительной, Банк указывает на пункты 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также положения статей 10,168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснил в пунктах 8, 9, что для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Однако судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

С учетом рекомендаций, содержащихся в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления от 23.12.2010 № 63, следует, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Пунктом 7 постановления от 23.12.2010 установлено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Исходя из даты принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (28.03.2014), даты совершения сделки (17.09.2013), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что она может быть оспорена как по пункту 1, так и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Стоимость транспортного средства была согласована сторонами в договоре в размере 150 000 рублей.

Согласно экспертному заключению стоимость предмета договора на дату совершения сделки составляла 814 000 рублей. Заключением эксперта подтверждается несоответствие цены сделки фактической рыночной стоимости отчужденного имущества. При этом рыночная стоимость имущества на 80 % превышает цену сделки, что, как обоснованно указано судом первой инстанции, свидетельствует о неравноценности встречного обеспечения.

Заключение эксперта соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, содержит все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, является ясным, выводы полными, какие-либо противоречия не установлены.

Довод ФИО2 о том, что экспертное заключение носит предположительный характер, в связи с чем не может выступать в качестве прямого доказательства по делу,  судом апелляционной инстанции отклоняется за недоказанностью. 

Доказательств, опровергающих доводы Банка о реализации должником транспортного средства по заниженной цене, представлено не было.

Кроме того, материалами дела не доказан факт внесения денежных средств должнику. 

В результате совершения оспариваемой сделки, уменьшилась конкурсная масса должника за счет отчуждения его имущества, и, как следствие, возможность кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт реализации такого имущества, была утрачена. 

Оспариваемая сделка совершена между заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, в связи с чем  ФИО2, при совершении оспариваемой сделки, должна был знать (не могла не знать) как об ущемлении интересов кредиторов должника, так и о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Довод ФИО2 о том, что стоимость автомобиля оплачена, судом апелляционной инстанции отклоняется за недоказанностью.

Ссылка о том, что денежные средства внесены через кассу должника, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку не нашла своего документального подтверждения.

Судом установлено, что представленные ответчиком в качестве доказательств оплаты квитанции к приходным кассовым ордерам не содержат совокупности сведений, которые содержатся в реквизитах кассовых чеков, отпечатанных ККТ.

Допустимые, относимые и достоверные доказательства осуществления расчетов за спорное транспортное средство, ФИО2 не представлены, что не соответствует требованиям статьи 65 АПК РФ. 

Оценив в совокупности имеющиеся в деле документы, обстоятельства, пояснения сторон и возражения, апелляционная коллегия судей приходит к выводу о том, что стороны оспариваемой сделки фактически пытались создать видимость расчетов, не имея в действительности намерение их осуществлять, что, безусловно, как верно указано Банком, свидетельствует о наличии цели причинения вреда кредиторам путем уменьшения имущества должника, при наличии сведений о том, что другая сторона сделки знала (не могла не знать) о наличии такой цели.  

Установив данные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, сделка совершена в отношении заинтересованного лица, в результате сделки произведен вывод ликвидного имущества из конкурсной массы, ввиду чего, как обоснованно указано Банком в апелляционной жалобе, имеются основания для признания такой сделки недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Последствия недействительности сделки применены в соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных таковыми в деле о банкротстве, определены статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку спорное транспортное средство не принадлежит ответчику, отсутствует возможность возврата имущества в натуре, последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции верно, с учетом вышеприведенных норм и разъяснений.

Признание судом первой инстанции только на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при необходимости оценки иных правовых оснований, на которые указывал Банк, не привело к принятию неправильного судебного акта по существу спора.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, Банк также указывал в качестве правового обоснования требования на статьи 10, 168 ГК РФ. 

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановление Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Вместе с тем, приведенные кредитором доводы о злоупотреблении правом в качестве оснований для признания оспариваемой сделки ничтожной не выходят за пределы специальных оснований для признания сделки недействительной, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве. 

С учетом изложенного, оснований для признания оспариваемой сделки ничтожной на основании статьи 10 и 168 ГК РФ, у суда первой инстанции не имелось.

Довод ФИО2 о пропуске кредитором срока исковой давности, судом апелляционной инстанции отклоняется, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год. При этом течение срока исковой давности по данному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце втором пункта 32 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Апелляционная коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что фактически о совершении оспариваемой сделки по отчуждению имущества должника кредитору стало известно только в ходе рассмотрения спора о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, и только после получения информации о наличии у должника транспортных средств, приобретенных в лизинг. Данное обстоятельство установлено 07.12.2017 после получения повторного ответа от ГИБДД.

Принимая во внимание дату обращения кредитора с настоящим заявлением, срок исковой давности для оспаривания сделки, исчисленный с 07.12.2017 на дату подачи рассматриваемого заявления не истек. 

Ссылка ФИО2 на то, что Банк мог узнать об оспариваемой сделке в 2014 году, доподлинно знал в сентябре 2015 года, а, зная, что конкурсный управляющий не запросил сведения о зарегистрированных за должником транспортных средствах, мог запросить самостоятельно стандартные сведения о выбытии имущества, в том числе ГИБДД, в сентябре 2016 года, судом апелляционной инстанции признается несостоятельной, поскольку совершение указанных действий является прерогативой управляющего в силу положений Закона о банкротстве.

Вместе с тем, материалами дела подтверждено, что документация руководством должника и конкурсному управляющему не передавалась, конкурсный управляющий, в свою очередь, не выявил спорное имущество, что повлекло обращение конкурсного кредитора с самостоятельными требованиями как с заявлением о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности, так и с заявлениями об оспаривании сделок. При таких обстоятельствах оснований полагать, что конкурсный кредитор пропустил срок исковой давности, у суда первой инстанции не имелось. 

Оценивая иные изложенные в апелляционной жалобе ФИО2 доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу. 

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и безусловных оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения судом апелляционной инстанции не установлено. 

Апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 01.02.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-4848/2014  оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, «Газпромбанк» (АО)  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

  Председательствующий Е.В. Кудряшева 

Судьи Н.А. Усанина

ФИО1