﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-1070/2017

г. Краснодар

04 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  04 июня 2020 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Денека И.М. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от Рафф С.А. – Тютиной А.А. (доверенность от 10.11.2018), от Мелешенко В.Н. – Тютиной А.А. (доверенность от 28.12.2019), от Повашевич А.И. –Тютиной А.А. (доверенность от 11.10.2017), от Шалито Т.С. – Тютиной А.А. (доверенность от 13.10.2018), от Кашенко А.Н. и Кашенко А.Н. – Тютиной А.А. (доверенность от 05.10.2017), от Емиж Р.М. – Тютиной А.А. (доверенность от 14.08.2018), от Сазонова В.В. –  Тютиной А.А. (доверенность от 04.10.2019), от Кривцова П.С. –  Тютиной А.А. (доверенность от 25.06.2019); от Газимагомадова М.А. – Тютиной А.А. (доверенность от 03.11.2017), от Газимагомадова Д.М. – Тютиной А.А. (доверенность от 08.11.2017), от Пинус Е.Р. – Тютиной А.А. (доверенность от 07.10.2017), от Глазунова А.Н. – Тютиной А.А. (доверенность от 08.11.2017), от Мелешенко В.Н. –  Тютиной А.А. (доверенность от 28.12.2019), от Григорьевой Е.А. – Тютиной А.А. (доверенность от 06.01.2020), от Русиной Н.В. – Тютина А.А. (доверенность от 20.05.2020), от Серебрянникова А.К. – Тютиной А.А. (доверенность от 13.05.2020), от Филатова О.С. – Тютиной А.А. (доверенность от 13.05.2020), от Горбачева М.А. и Горбачева Г.А. – Тютиной А.А. (доверенность от 08.05.2020); от Дмитриева С.В. –  Тютиной А.А. (доверенность от 13.05.2020), от Береснева А.Н. – Тютиной А.А. (доверенность от 10.06.2019), от Говоруха С.В. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 29.06.2017), от Мелешенко В.Н. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 06.06.2017), от Ходячего А.С. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 22.06.2017), от Синицкого А.А. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 22.06.2017), от Поверенной Н.В. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 17.06.2017), от Ситниковой К.Г. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 20.07.2017), от Тихомирова А.В. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 20.09.2017), от  Мингуловой Л.К. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 11.11.2017), от  Елкина А.Н.– Плюшкина Р.С. (доверенность от 12.12.2017), от Елкина К.Н. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 12.12.2017), от  Елкина И.А. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 27.08.2018), от  Босенко Ю.Н. – Плюшкина Р.С. (доверенность от 01.11.2018), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу Григорьевой А.Г., Бровкина В.Н., Горбачева Г.А., Горбачева М.А., Григорьевой Е.А., Бересневой А.Н., Дмитриева С.В., Калашниковой О.Г., Мелешенко В.Н., Пинус Е.Р., Повашевич А.И., Примачек Н.И., Русиной Н.В., Серебрянниковой Г.Ю., Шалито Т.С., Кашенко А.Н., Кашенко А.Н., Емиж Р.М., Глазунова А.Н., Севрюкова Г.П., Филатова О., Сомова Н.Н., Рафф С.А., Газимагомадова М.А., Газимагомадова Д.М. и общества с ограниченной ответственностью «ПроектНефтеГазСтрой» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.11.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2019 по делу № А32-1070/2017, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) «ЖК АРС-Аврора» (далее – должник) от Григорьевой А.Г., Бровкина В.Н., Горбачева Г.А., Горбачева М.А., Григорьевой Е.А., Бересневой А.Н., Дмитриева С.В., Калашниковой О.Г.,                        Мелешенко В.Н., Пинус Е.Р., Повашевич А.И., Примачек Н.И., Русиной Н.В., Серебрянниковой Г.Ю., Шалито Т.С., Кашенко А.Н., Кашенко А.Н., Емиж Р.М., Глазунова А.Н., Севрюкова Г.П., Филатова О., Сомова Н.Н., Рафф С.А.,                     Газимагомадова М.А., Газимагомадова Д.М. и ООО «ПроектНефтеГазСтрой» в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление о признании недействительными договора об ипотеке (залоге недвижимости − земельного участка) от 16.10.2014 № 4767-14/И1 и договора поручительства от 03.10.2014 № 4767-14/П1. 

Определением суда от 11.11.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 26.12.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебные акты мотивированы тем, что заявители не доказали факт наличия договоренности банка и поручителя/залогодателя, направленной на причинение вреда иным кредиторам, а также факт злоупотребления правом при заключении договоров. Кроме того, заявители пропустили срок на обжалование оспариваемых договоров.

В кассационной жалобе Григорьева А.Г., Бровкин В.Н., Горбачев Г.А., Горбачев М.А., Григорьева Е.А., Береснева А.Н., Дмитриев С.В., Калашникова О.Г., Мелешенко В.Н., Пинус Е.Р., Повашевич А.И., Примачек Н.И., Русина Н.В., Серебрянникова Г.Ю., Шалито Т.С., Кашенко А.Н., Кашенко А.Н., Емиж Р.М., Глазунов А.Н., Севрюков Г.П., Филатов О., Сомов Н.Н., Рафф С.А., Газимагомадов М.А., Газимагомадов Д.М. и ООО «ПроектНефтеГазСтрой» просят отменить судебные акты. По мнению заявителей жалобы, вывод судов о недоказанности фактов злоупотребления правом при заключении оспариваемых сделок является несостоятельным. Суды неверно применили срок исковой давности по заявленным требованиям, поскольку не учли, что об обстоятельствах, являвшихся основаниями для оспаривания сделок (наличие злоупотребления правом со стороны банка) стало определение суда от 10.09.2018 по данному делу, а не дата оглашения резолютивной части определения суда от 05.04.2018.

В судебном заседании представители кредиторов поддержали доводы жалобы.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 10.10.2017 в отношении должника применены правила параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве. Решением суда от 16.07.2018 в отношении должника открыто конкурсное производство. Определением суда от 12.12.2018 конкурсным управляющим должника утвержден Баринов В.Е. 

ПАО Банк Финансовая Корпорация «Открытие» и ООО «Строительная компания "Стройинвест-Юг"» заключили договор кредитной линии от 24.09.2014 № 4767-14/КЛ (далее − договор кредитной линии), по условиям которого банк обязался открыть обществу кредитную линию с лимитом в размере 1 171 500 тыс. рублей на срок до 24.09.2018 (с учетом подписанных дополнительных соглашений), а заемщик обязался возвратить кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование им и другие платежи в размере, в сроки и на условиях договора. 

В обеспечение исполнения обязательств по данному договору банк и должник  заключили договор поручительства от 03.10.2014 № 4767-14/П1 (с учетом подписанных дополнительных соглашений) (далее − договор поручительства), согласно которому должник обязался перед кредитором солидарно отвечать за исполнение ООО «Строительная компания "Стройинвест-Юг"» всех его обязательств, принятых заемщиком на себя по договорам о кредитной линии. При этом договором поручительства установлено, что поручителю известны все условия договора о кредитной линии, поручитель отвечает перед банком в том же объеме, что и должник, включая погашение основного долга, уплату процентов том числе повышенных, неустойки (пени, штраф), возмещение убытков, связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением должником обязательств по договору о кредитной линии. 

Кроме того, в обеспечение надлежащего исполнения обязательств заемщика по договору кредитной линии от 24.09.2014 № 4767-14/KJI банк и должник заключили договор об ипотеке (залоге недвижимости − земельного участка) от 16.10.2014                                  № 4767-14/И1 (далее − договор ипотеки), согласно которому в залог банку передан принадлежащий залогодателю на праве собственности земельный участок общей площадью 16 314 кв. м, с кадастровым номером 23:43:0201015:15, по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, г. Краснодар, Западный внутригородской округ, ул. Дзержинского, 95. Право залога распространяется также на здания и сооружения, в том числе жилые строения, которые возводятся или могут быть возведены залогодателем на земельном участке, передаваемом в залог по договору об ипотеке. Оценочная стоимость предмета залога установлена в размере 170 246 480 рублей. 

Заявители, полагая, что заключенные сделки противоречат части 7 статьи 13 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» (далее − Закон № 214-ФЗ, обратились в арбитражный суд с данным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обоснованно исходили из следующего.

Согласно части 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества, либо принятых обязательств и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее − постановление № 63), следует, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления № 63). 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

В силу части 7 статьи 13 Закона № 214-ФЗ после заключения застройщиком договора с первым участником долевого строительства имущество, указанное в частях 1 -3 настоящей статьи (земельный участок, принадлежащий застройщику на праве собственности, или право аренды, право субаренды на указанный земельный участок и строящиеся (создаваемые) на этом земельном участке многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости), не может передаваться в залог без согласия участников долевого строительства, за исключением случая передачи в залог банку в обеспечение возврата кредита, предоставленного банком застройщику на строительство (создание) многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости, в состав которых входят объекты долевого строительства. 

Суды установили, что на момент заключения договора залога застройщиком заключены договоры с участниками долевого строительства. При этом банк предоставлял кредит застройщику не на строительство (создание) многоквартирного дома, а на следующие цели: оплата по договорам долевого участия в строительстве многоэтажного жилого дома с размещением на 1 -ом и 2-ом этажах встроенно-пристроенных помещений офисного и торгового назначения по адресу: г. Краснодар, ул. Дзержинского, д. 95, заключенных заемщиком и должником. Предметом данных договоров в совокупности должны являться имущественные права на нежилые помещения общей площадью не менее 2 972,65 кв. м и имущественные права на квартиры общей площадью не менее                  32 374,79 кв. м.

В силу статьи 346 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога. Таким образом, отсутствие доказательств получения согласия участников долевого строительства на заключение договора залога с банком свидетельствует о нарушении требований закона при заключении такого договора залога. 

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). В соответствии с пунктом 2 статьи 166 Кодекса сделка может быть оспорена не только стороной по сделке, но и иным лицом, указанным в законе. При этом оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. 

В силу статьи 167 Кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

По смыслу статьи 168 Кодекса, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Суды установили, что общий размер требований банка, установленный в составе четвертой очереди реестра требований кредиторов должника, составляет                                            1 572 067 664 рублей 06 копеек, из которых 170 246 480 рублей, как обеспеченные залогом имущества должника. При этом в деле о банкротстве должника произведена замена стороны в реестре требований кредиторов должника с банка на ПАО «Банк "ТРАСТ"».

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 Гражданского кодекса Российской Федерации. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества. 

Суды указали, что, исходя из позиции самих заявителей, совершение сделки в нарушение пункта 2 статьи 346 Гражданского кодекса Российской Федерации, не влечет недействительности договора ипотеки. При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 342 Кодекса, в случаях, если имущество, находящееся в залоге, становится предметом еще одного залога в обеспечение других требований (последующий залог), требования последующего залогодержателя удовлетворяются из стоимости этого имущества после требований предшествующих залогодержателей. 

Таким образом, заявители, с которыми не было согласовано заключение договора ипотеки, в любом случае имеют приоритет в удовлетворении своих требований за счет реализации предмета залога, тогда как банк является лишь последующим залогодержателем. 

При этом суды отметили, что в материалы дела не представлены конкретные доказательства, свидетельствующих о направленности заключения договора залога (ипотеки) на уменьшение имущества должника, увеличение его обязательств, совершения сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства, когда банк знал об указанной цели должника.

При этом суды, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришли к выводу о том, что заключение банком договора ипотеки в условиях выданных кредитных средств было направлено на обеспечение возврата средств банку и не может быть квалифицировано в качестве нарушения прав кредиторов. 

Кроме того, в материалы дела также не представлены доказательства, подтверждающие, что банк, заключая договор поручительства, преследовал конечную цель − получение контроля над деятельностью должника, отчуждения имущества в свою пользу, а не обычную для себя выгоду в виде получения прибыли (процентов) и создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. 

Суды установили, что поручительство предоставлено должником за свое аффилированное лицо (кредитор и поручитель имеют общего участника − ОАО «Группа компаний АРС»). ООО «Гарант-Строй», ОАО «Группа компаний АРС», ООО «АРС Инженеринг», ООО «АРС Аврора», ООО СК «Стройинвест ЮГ» представляют собой группу компаний, внутри которой сложился определенный механизм сотрудничества. Указанные лица осуществляли единую хозяйственную деятельность и обладали общим экономическим интересом, в результате чего при заключении одним из них договора, требующего обеспечения, другое лицо становилось поручителем. Действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных. Тот факт, что имущественное положение одного из нескольких поручителей не позволяет в полном объеме рассчитаться по основному долгу, не свидетельствует о причинении обеспечительной сделкой вреда иным кредиторам поручителя или о получении займодавцем необоснованного контроля над ходом процедуры несостоятельности.  В данном случае наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.

Для признания сделки недействительной на основании статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны банка, но и со стороны поручителя. Суды установили, что соответствующие доказательства в материалы дела не представлены. При этом суды отклонили ссылку заявителей на определение суда от 10.09.2018, в котором дана оценка договорам долевого участия, как недействительным, верно указав, что она не свидетельствует о недействительности кредитного договора и договора поручительства; заявителями не доказан факт наличия договоренности между банком и поручителем/залогодателем, направленной на причинение вреда иным кредиторам. Поскольку у должника отсутствовала цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, утверждения заявителей об осведомленности банка об указанной цели также признаны судами несостоятельны. Заявители не привели доказательств злоупотребления правом при заключении и исполнении кредитных соглашений: их заключения с незаконной целью или незаконными средствами либо в обход закона, либо с намерением достичь цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок либо с намерением причинить вред другим лицам или нарушить права или законные интересы других лиц. 

Суды также пришли к выводу о пропуске заявителями срока исковой давности для оспаривания сделки, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования. 

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Из разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления № 63, следует, что если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. 

Суды установили, что правовые последствия в исчислении процессуальных сроков в рассматриваемом случае надлежит осуществлять именно с даты оглашения резолютивной части определения суда от 05.04.2018, в связи с чем заявители имели возможность на обжалование спорных договоров с учетом надлежащего информирования посредством вступившего в законную силу судебного акта. Вместе с тем заявление об оспаривании сделки должника подано 23.05.2019, т.е. за пределами установленного законом срока. Суды указали, что заявители не представили очевидных доказательств того, что они не располагали информацией об оспариваемой сделке, в связи с чем пришли к выводу о пропуске годичного срока исковой давности по оспариванию названной сделки. 

При этом суды обоснованно отклонили ссылку заявителей о необходимости исчисления срока исковой давности с момента вынесения определения от 10.09.2018, указав, что в указанную дату судом не выносились судебные акты по данному делу, а вынесено определение об отказе ООО «СК "СтройИнвест-Юг"» во включении в реестр требований кредиторов должника, и предметом судебного разбирательства не являлись договоры ипотеки и поручительства.

Исходя из вышеизложенного, вывод судов о пропуске заявителями процессуального срока на обжалование спорных договоров является правомерным.

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.11.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2019 по делу № А32-1070/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							       Е.В. Андреева

Судьи										       И.М. Денека

										       С.М. Илюшников