ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5885/2020

Дело № А41-101658/15

29 июля 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июля 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 -  ФИО3, доверенность от 20.02.2020;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Едоша» ФИО4: представитель не явился, извещен,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Солошенко Владимира Сергеевича на определение  Арбитражного суда Московской области  от 28 февраля 2020 года по делу №А41-101658/15, по заявлению конкурсного управляющего Богомолова Дмитрия Дмитриевича о привлечении бывшего руководителя должника Солошенко Владимира Сергеевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Едоша» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 30 сентября 2016 года общество с ограниченной ответственностью «Едоша» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда Московской области от 01 декабря 2016 года конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее - конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области  с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника - гражданина ФИО2 (далее - ФИО2) и взыскании денежных средств в размере 61 073 055 руб. 64 коп. в пользу ООО «Едоша» (л.д. 3-4).

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 февраля 2020 года бывший генеральный директор ООО «Едоша» ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности в размере 61 073 055 руб. С ФИО2 взыскано в пользу ООО «Едоша» 61 073 055 руб. (л.д. 101-103).

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности (л.д. 105-108).

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя конкурсного управляющего, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Заслушав мнение представителя ФИО2, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, доводы отзыва на нее, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены вынесенного судебного акта по следующим основаниям.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, согласно Выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, с 01 февраля 2012 года генеральным директором должника являлся гражданин ФИО2

В обоснование своего заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на непередачу бывшим генеральным директором должника бухгалтерской и иной документации должника, что не позволило конкурсному управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Обжалуя определение суда первой инстанции, ФИО2 указал на незаконность и необоснованность судебного акта. Заявитель считает, что судом первой инстанции неправомерно применены положения статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также не дана правовая оценка доводам о направлении документации должника в адрес конкурсного управляющего. Также заявитель указал на то, что определение Арбитражного суда Московской области от 20.10.2017 об обязании руководителя должника передать документы должника является недопустимым доказательством, поскольку вынесено без надлежащего извещения ФИО2 о судебном заседании. По мнению ФИО2 в материалы дела не представлено доказательств того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедуры банкротства должника.

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, законными и обоснованными, доводы ФИО2 подлежащими отклонению, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Необходимость передачи документов и иных товарно-материальных ценностей по смыслу статьи 126 Закона о банкротстве возникла у ФИО5 осенью 2016 года, однако 16 октября 2017 года конкурсным управляющим в рамках дела о несостоятельности ООО «Едоша» было подано ходатайство в Арбитражный суд Московской области об истребовании документов у ФИО5 Определением Арбитражного суда Московской области от 20.10.2017 по делу №А41-101658/15, суд обязал руководителя должника ООО «Едоша» передать бухгалтерскую и иную документацию, касающуюся финансово-хозяйственной деятельности, а также штампы и печати, материальные и иные ценности ООО «Едоша» конкурсному управляющему ФИО4.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, настоящий спор правомерно рассмотрен судом первой инстанции с применением норм права, предусмотренных в редакции Федерального закона № 266-ФЗ. 

В связи с изложенным, доводы апелляционной жалобы о неправильном применении судом первой инстанции норм статьи 61.11 Закона о банкротстве подлежат отклонению.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В связи с этим, обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности (наличия установленных законом презумпций) лежит именно на истце.

Согласно пункту 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Обязанность ведения бухгалтерского учета, обеспечения сохранности в течение определенных периодов (не менее пяти лет) первичной документации, на основании которой ведется такой учет и сдается отчетность, установлена положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 9, 29). Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника.

Конкурсным управляющим направлен запрос о передаче бухгалтерской и иной документации должника в адрес ФИО2

16 октября 2017 года конкурсным управляющим должника было направлено ходатайство в Арбитражный суд Московской области об истребовании документов у ФИО2 

Определением Арбитражного суда Московской области от 20 октября 2017 года суд обязал руководителя должника ООО «Едоша» передать бухгалтерскую и иную документацию, касающуюся финансово-хозяйственной деятельности, а также штампы и печати, материальные и иные ценности ООО «Едоша» конкурсному управляющему ФИО4

Однако в установленный срок испрашиваемая документация передана не была.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что им надлежащим образом была исполнена обязанность по передаче документов конкурсному управляющему, в подтверждение чего представлены почтовая квитанция от 07.05.2019 (спустя 2 года после вынесения определения суда о передаче документации). Также заявитель жалобы объяснил невозможность предоставления документов должника тем, что он - ФИО2 находился в местах лишения свободы в период с 05.08.2018 по 21.03.2019.

Вместе с тем, апелляционный суд не может признать указанные доводы в качестве надлежащего и полного исполнения обязательства по передаче документов и имущества конкурсному управляющему, поскольку ФИО2 не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих невозможность исполнения определения суда и передачи документации конкурсному управляющему в период с 20.10.2017 по 05.08.2018. Почтовая квитанция от 07.05.2019 о передаче документов конкурсному управляющему не может являться обстоятельством, освобождающим ФИО2 от субсидиарной ответственности, учитывая дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства (30.09.2016) и дату истребования в судебном порядке документации должника (20.10.2017). Направлениие документации должника спустя 2,5 года после признания его банкротом не подтверждает добросовестность бывшего руководителя должника.

ФИО2 не представил доказательств, свидетельствующих об объективной невозможности передачи документации должника, которая должна быть использована конкурсным управляющим при осуществлении своих обязанностей. Неисполнением ФИО2 обязательств порождает препятствие для выявления дебиторской задолженности, установления всего имеющегося у должника имущества и определения активов по первичной документации, действия ФИО2 не могут быть признаны правомерными и добросовестными.

Одновременно с этим, бездействие контролирующего должника лица, выразившееся в неисполнении законодательства в части требования о передаче необходимой документации в адрес конкурсного управляющего, неисполнение определения о передаче документации послужило существенному затруднению проведения процедуры конкурсного производства поскольку в данных обстоятельствах:

- конкурсный управляющий не может определить активы должника, что напрямую влияет на отсутствие возможности наполнения конкурсной массы;

- конкурсный управляющий не располагал необходимыми документами для анализа полного перечня сделок должника. Отсутствует возможность оспорить сделки с целью возврата средств для наполнения конкурсной массы.

- невозможно установить полное содержание принятых контролирующими должника лицами решений, провести их анализ с целью выявления возможных убытков от принятия таковых решений.

При таких обстоятельствах, невозможность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, затруднительность пополнения конкурсной массы должника, находятся в прямой причинно-следственной связи между отсутствием у конкурсного управляющего документов и бездействием (действиями, не отвечающими добросовестности) ответчика по их своевременной и полной передаче, в результате чего, причинен вред имущественным правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований. 

В такой ситуации, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы ФИО5 о ненадлежащем извещении его о судебном заседании по рассмотрению ходатайства конкурсного управляющего об истребовании у бывшего руководителя должника документации, отклоняются апелляционным судом. Указанное определение суда вступило в законную силу, ФИО2 оспорено по этим основаниями не было. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  Следовательно, сумма, подлежащая возмещению со стороны ФИО2, суммарно составляла 61073055 руб. 64 коп.

С учетом изложенного, арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального и процессуального права, и у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены определения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 28 февраля 2020 года по делу № А41-101658/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий судья

С.Ю. Епифанцева

Судьи

Н.Н. Катькина

В.П. Мизяк