ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

26.10.2017

Дело №А40-219426/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 19.10.2017

Полный текст постановления изготовлен 26.10.2017

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Зверевой Е.А.

судей Голобородько В.Я., Мысака Н.Я.

при участии в судебном заседании: 

от ПАО «Банк УралСиб»- ФИО1-дов. № 150 от 13.03.2017 сроком по 31.12.2017 

от ООО «Платформа Финанс»-ФИО2- дов . от  22.08.2017 сроком на 1 год ,ФИО3-  дов. от 02.10.2017 сроком до 31.12.2018 (после перерыва)

от  Компании  Петрисун Холдинг Лимитед - ФИО4-дов от 19.12.2016 сроком на 1 год

рассмотрев 17-19.10.2017 в судебном заседании кассационные  жалобы

Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» и Общества с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс»

на постановление от 16.08.2017 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Лялиной Т.А., Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Гарипова В.С.,

по иску Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ»

к Обществу с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс»

(ОГРН 

<

***>),

с участием Петрисун Холдинг Лимитед в качестве третьего лица

о признании сделки недействительной и применении последствий

УСТАНОВИЛ:

31.10.2016 ПАО «Банк УралСиб» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском, в котором просило признать недействительным договор уступки права (требования) № УС2015-УТ-8 от 12.05.2015 г., заключенный с ООО «Платформа Финанс» и применить последствие недействительности сделки, ссылаясь на нормы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) и то что:

- в настоящее время в отношении истца введены меры по предупреждению банкротства, предусмотренные пп. 4 п. 1 ст. 189.9 Закона о банкротстве и в рамках данных мер Банк России утвердил План, а Агентство предоставило истцу финансовую помощь;

- утверждение Плана и предоставление финансовой помощи являются одной из процедур Закона о банкротстве - санацией, которая является самостоятельной процедурой банкротства и в ее ходе принимаются меры в целях предупреждения банкротства и восстановления платежеспособности должника (что соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.08.2016 г № 305-ЭС16-4051);

- Договор уступки имеет все признаки, указанные в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве; совершен в течение года до утверждения Плана (с учетом п. 11 ст. 189.40 Закона о банкротстве); встречное исполнение ответчика является неравноценным.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.10.2016 иск был принят и возбуждено производство по делу № А40-219426/2016.

Также 30.11.2016 г. ПАО «Банк УралСиб» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском в котором просило признать недействительным договор уступки права (требования) № УС2015-УТ-8 от 12.05.2015 г., заключенный с ООО «Платформа Финанс», и применить последствие недействительности сделки, с участием ООО «Венезия Эрго» и ООО «Фореста Тропикана Отель» в качестве третьих лиц, ссылаясь на нормы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  и то что:

- сделка может быть признана недействительной по инициативе банка или Агентства, если в отношении банка утвержден план участия Агентства;

- в отношении истца такой план был принят 03.11.2015;

- в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, «сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника»;

- в соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу (в настоящем споре - подлежит возврату истцу, поскольку конкурсная масса у истца не формируется; в случае невозможности возврата имущества в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения;

- общий совокупный объем уступленных по договору уступки прав (требований) к должникам на 12.05.2015 (на дату их перехода к ответчику) составил 516 528 236 руб. 89 коп.;

- согласно условиям п. 3.2 договора уступки вместе с переходом прав требования по трем кредитным договорам, к ответчику перешли все права, связанные с уступленными требованиями к должникам, в том числе права по обеспечительным сделкам: права кредитора по 30 (тридцати) договорам поручительства, договорам о залоге векселей и долей в уставном капитале ООО «Венезия Эрго», а также права залогодержателя по 3 (трем) договорам об ипотеке, по которым в залог по кредитам были переданы, в том числе 69 объектов недвижимости (составляющих комплекс зданий гостинично-ресторанного комплекса загородного отеля «Foresta Festival Park»), расположенных по адресу: Московская область, Чеховский район, сельское поселение Любучанское, 

<

...>, рыночная стоимость которых на момент уступки составляла более 306 млн. руб.;

- согласно п. п. 1.4, 2.1 оспариваемого договора уступки цена уступленных ответчику прав (требований) составила всего 180 000 000 руб. - что значительно меньше справедливой рыночной стоимости залоговых объектов и в несколько раз меньше объема уступленных прав требований к ГК «Марко Поло» (дисконт составил почти 60%);

- оспариваемый договор уступки имеет все признаки, указанные в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве;

- в силу разъяснений, данных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке;

- в силу п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного доведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации;

- на момент заключения оспариваемой сделки ответчику было известно о признаках неустойчивого финансового положения банка, оспариваемая сделка была заключена во вред кредиторам (дисконт более 60%), что свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика;

- ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусматривает возможность признания сделки недействительной если сделка влечет нарушение прав и законных интересов третьих лиц;

- Банк имеет множество кредиторов, преимущественная часть которых - физические лица-вкладчики, интересы которых всегда нарушаются при банкротстве кредитной организации;

- Банк не объявлен банкротом только потому, что приняты меры по его финансированию Агентством, однако, на момент совершения оспариваемой сделки существовал значительный риск возникновения банкротства;

- специальное регулирование ст. 189.40 Закона о банкротстве направлено на восстановление финансового состояния кредитной организации в отношении которой действуют меры по предупреждению банкротства. Для этих целей урегулирован порядок оспаривания сделок по специальным нормам Закона о банкротстве и общим положениям Гражданского кодекса Российской Федерации;

- банкротство кредитной организации с большим количеством вкладчиков затрагивает публичные интересы, так как государство вынуждено обеспечить защиту прав и интересов неопределенного круга лиц-кредиторов, а также обеспечить снятие риска социального напряжения в обществе.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2016 иск принят и возбуждено производство по делу № А40-239004/2016.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2017 в одно производство объединены дела № А40-239004/2016 и № А40-219426/2016, с присвоением объединенному делу № А40-219426/2016.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2017  решение Арбитражного суда города Москвы от 28 апреля 2017 года по делу № А40-219426/2016 отменено, иск удовлетворен, суд признал недействительным договор уступки права (требования) № УС2015-УТ-8 от 12.05.2015, применил последствие недействительности сделки, а также взыскал с Общества с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» (ОГРН 

<

***>) в пользу Публичного акционерного общества «Банк УралСиб» (ОГРН 

<

***>) 124 626 000 (сто двадцать четыре миллиона шестьсот двадцать шесть тысяч) руб. и в счет возмещения расходов по госпошлине за подачу исков и апелляционной жалобы 15 000 (пятнадцать тысяч) руб.

Не согласившись с постановлением, Публичное акционерное общество «БАНК УРАЛСИБ» и Общество с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.

Публичное акционерное общество «БАНК УРАЛСИБ» в своей кассационной жалобе просило удовлетворить кассационную жалобу, изменить мотивировочную часть Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-219426/16-172-1940 в следующей части: дополнить мотивировочную часть постановления указанием на то, что договор уступки права (требования) № УС2015УТ-8 от 12 мая 2015 г. признан недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». В обоснование кассационной жалобы, заявитель, в том числе, указал, что судебной коллегией при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции установлен фактический состав для признания Договора уступки права (требования) № УС2015УТ-8 от 12 мая 2015 г. недействительной сделкой также на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако, в мотивировочной части постановления ссылка на данное основание недействительности сделки отсутствует.

Общество с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» в своей кассационной жалобе просило удовлетворить кассационную жалобу, отменить постановление, решение Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2017. Заявитель в кассационной жалобе указал, что выводы суда апелляционной инстанции не соответствуют фактическим материалам дела и имеющимся в деле доказательствам, кроме того, судебный акт принят с нарушением норм материального и процессуального права. Заявитель кассационной жалобы поддержал выводы, изложенные в решении суда первой инстанции. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители заявителей кассационных жалоб поддержали доводы, изложенные в своих кассационных жалобах.

Представитель Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» возражал против удовлетворения кассационной жалобы Общество с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс».

Представитель Общества с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» возражал против удовлетворения кассационной жалобы Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ».

Представленный Обществом с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» отзыв на письменные пояснения Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» на кассационную жалобу Обществом с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» подлежит возвращению (9 листов), поскольку положениями главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено представление указанных документов, а также статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлены пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, которыми не предусмотрена возможность собирания и исследования дополнительных доказательств, поэтому в приобщении документов следует отказать и возвратить их заявителю.

Представитель Компании Петрисун Холдинг Лимитед по доводам мотивированного отзыва просил обжалуемое постановление отменить, а решение оставить в силе.

Приложенные Компанией  Петрисун Холдинг Лимитед дополнение (63 листа) подлежит возвращению, поскольку статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлены пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, которыми не предусмотрена возможность собирания и исследования дополнительных доказательств, поэтому в приобщении документов следует отказать и возвратить их заявителю.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии кассационной жалобы к производству, о месте и времени судебного заседания была размещена на официальном Интернет-сайте суда: www.kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационных жалоб и возражения, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемого судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судом апелляционной инстанции доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Как усматривается из материалов дела, ПАО «Банк УралСиб» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском, в котором просило признать недействительным договор уступки права (требования) № УС2015-УТ-8 от 12.05.2015 г., заключенный с ООО «Платформа Финанс» и применить последствие недействительности сделки.

Суд первой инстанции, оценив доводы и возражения сторон в совокупности с представленными доказательствами, проанализировав пункты 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» Решением от 28.04.2017 в удовлетворении иска отказал, поскольку истцом не доказано, что истцом в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  не представлено конкретных доказательств, что оспариваемая сделка была совершена на нерыночных условиях, при этом, указал, что истец не представил доказательств, что оспариваемая сделка совершена не в процессе обычной хозяйственной деятельности, в то время как третье лицо в своем отзыве произвело анализ регулярно заключаемых ПАО «Банк УралСиб» аналогичных сделок;

Суд первой инстанции указал, что истцом не представлены какие-либо доказательства для вывода о наличии у ПАО «Банк УралСиб» на дату заключения договора уступки прав требования признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, а доказательств неразумности, неосмотрительности и прочих явных признаков злоупотребления со стороны ответчика, а также, отметил, что поскольку ответчик не является заинтересованным лицом в отношении истца и в отношении истца на момент совершения сделки не существовало каких-либо официальных сведений о наличии у него признаков несостоятельности, опираясь на которые ответчик мог знать или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов, либо о признаках неплатежеспособности истца, в связи с чем договор уступки прав (требований) от 12.05.2015 не может быть признана недействительным по основаниям, изложенным в пункте 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»;

Кроме того, судом первой инстанции отказано в иске со ссылкой на статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявлено требование о признании договора уступки требования ничтожным, поскольку при его совершении допущено злоупотребление правом, однако, в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Отменяя решение суда первой инстанции, и принимая обжалуемое постановление, суд апелляционной инстанции исходил из того, что в соответствии с п. 11 ст. 189.40 ФЗ - от 26.10.2002 № 127-ФЗ - сделка, совершенная банком или иными лицами за счет банка, в отношении которого осуществлены (осуществляются) меры по предупреждению банкротства с участием Банка России или Агентства, предусмотренные настоящим параграфом, может быть признана недействительной по заявлению указанного банка, Банка России, Управляющей компании или Агентства в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные главой III.1 настоящего Федерального закона, пунктами 1 - 10 настоящей статьи, если иное не предусмотрено настоящим пунктом. Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными в соответствии со статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты утверждения Советом директоров Банка России плана участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства или с даты утверждения Комитетом банковского надзора Банка России (а в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 3 статьи 189.49 настоящего Федерального закона, также Советом директоров Банка России) плана участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

Судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемая сделка была совершена 12.05.2015 г., т.е. за 6 месяцев до утверждения Государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов» Плана участия ГК АСВ по предупреждению банкротства ПАО «Банк УралСиб», при этом, ответчиком и третьим лицом не оспорены доводы истца о том, что с февраля 2015 г. в СМИ распространялась информации о возможной санации Банка; что чистый убыток Банка за январь - сентябрь 2015 года составил 5,225 млрд. руб. в то время как за аналогичный период прошлого года чистая прибыль составила 1,089 млрд. руб. и что крупнейшие международные рейтинговые агентства Moody's, Fitch и S&P, а также агентство «Рус-Рейтинг» понизили рейтинг ПАО «БАНК УРАЛСИБ», указав на снижение прибыльности и ухудшение капитальной базы банка.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, что сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия данного заявления (указанный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Для признания сделки недействительной на основании данной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (абзацы 2 - 4 пункта 8 Постановления № 63).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Исходя из пункта 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки (в данном случае ответчика), воспользовавшейся тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны сделки при заключении договора действовал явно в ущерб последней, является основанием для признании сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пунктах 1 и 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что:

- если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- если совершение сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 г. № 13846/13 по делу № А19-2903/2010, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 305-ЭС15-8046 по делу № А41-42990/2011.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная правовая позиция соответствует позиции, изложенной, в том числе, в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2017 г. № 306-ЭС16-5845(2) по делу № А65-23359/2014.

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривалось, что:

- в соответствии с договором уступки права (требования) № УС2015УТ-8 от 12.05.2015 г. ответчику были переданы права требования к ООО «Венезия Эрго» по договору от 28.04.2008 № 

<

***> о предоставлении кредитной линии, по договору от 10.08.2011 № 

<

***> о предоставлении кредитной линии, к ООО «Фореста Тропикана Отель» - по договору от 28.04.2008 № 

<

***> о предоставлении кредитной линии;

- в соответствии с пунктом 3.2 договора, вместе с переходом прав требований по кредитным договорам, к ответчику перешли все права, связанные с уступленными требованиями к должникам, в том числе права по 11 обеспечительным сделкам по кредитному договору № 

<

***>, по 14 обеспечительным сделкам по кредитному договору № 

<

***>, по 11 обеспечительным сделкам по кредитному договору № 

<

***>;

- по всем заключенным договорам поручительства поручители отвечали в том же объеме, что и основные должники ООО «Венезия Эрго» и ООО «Фореста Тропикана Отель», а предметом ипотеки по договору № 0212-01/ЗН-08-100 об ипотеке (залоге недвижимости) от 28.04.2008 г., договору № 0360-01/ЗН-11-100 об ипотеке (залоге недвижимости) от 10.08.2011 г., договору об ипотеке (залоге недвижимости) № 0211-01/ЗН-08-100 являлись 40 объектов поименованных в договоре объектов недвижимости совокупной площадью 14 135 кв. м, объекты незавершенного строительства, права аренды участка с кадастровым номером 50:31:0030201:2, общей площадью 172729 кв. м, расположенного по адресу: Московская область, Чеховский район, сельское поселение Любучанское, 

<

...>;

- по состоянию на 12.05.2015 г. имелись вступившие в законную силу судебные акты о взыскании с основных должников и поручителей суммы возникшей задолженности;

- общий объем уступленных прав требований на момент совершения оспариваемой сделки составлял 516 528 236,89 руб. - что следует из п. 1.2 Договора.

При этом, ответчик заплатил за уступаемые права требования 180 000 000 руб., оценку проводил сам в ООО «Центр Оценки Собственности».

В суде первой инстанции, возражая против доводов ответчика о том, что он приобрел права (требования) на рыночных условиях, так как отсутствие выплат по кредитам в течение нескольких лет до даты сделки, подтверждает, что цена сделки в размере 180 000 000 руб. является рыночной и была уплачена ответчиком в дату сделки, также косвенным доказательством рыночных условий сделки является тот факт, что ответчик продал приобретенные у истца права (требования) 31.10.2015 по цене 185 000 000 руб. - истец указывал на то, что:

- ценовая справка ООО «Центр Оценки Собственности» от 28.04.2015 г. в которой стоимость приобретаемых прав требований оценена в размере 160-80 млн. руб. при этом оценщиком учитывалась только стоимость залогового имущества и не оценивались права требования по кредитным договорам и поручительства, противоречит Отчету об оценке того же ООО «Центр Оценки Собственности» № Н-81/15-1 от 12.10.2015 г., где рыночная стоимость принадлежащего только ООО «Венезия Эрго» на праве собственности имущества уже составила 304 626 000 руб.;

- довод ответчика о рыночности произведенной им оплаты противоречит тому факту, что по результатам торгов (№ 2594-0АОФ от 04.04.2016 г. по лоту № 1) имущество, принадлежащее ООО «Венезия Эрго», было реализовано и победителем торгов было признано ООО «Монолит Девелопмент» (ИНН 

<

***>) и предложенная им цена составила 306 704 359 руб.;

- таким образом, стоимость уступленных прав, согласованная в договоре цессии, существенно в худшую для банка сторону отличалась от цены (более чем на 58%), за которую была реализована только часть имущества, обеспечивавшего кредитные обязательства, уступленные банком ответчику.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь нормами законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства, правомерно и обоснованно пришел к выводу о том, что уступка Банком прав требования к заемщику и поручителям, имеющим существенные активы, совершена при неравноценном встречном предоставлении (дисконт более 60%), не являлась разумной и экономически оправданной мерой со стороны банка в период перед санацией банка, не соответствовала обычаям делового оборота, а ответчик (как профессиональный участник рынка) не мог не осознавать недобросовестность поведения руководства банка и то, что вследствие недобросовестных действий сторон сделки будет причинен вред как кредитному учреждению, так и кредиторам банка, как физическим так и юридическим лицам. 

При этом, как отмечено судом апелляционной инстанции, совокупность изложенных выше обстоятельств не может свидетельствовать о добросовестности бывшего руководства банка и ООО «Платформа Финанс» при заключении договора уступки права (требования) № УС2015-УТ-8 от 12.05.2015 г.

Основания для переоценки выводов суда апелляционной инстанции у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Доводы о несогласии с выводами судов в данной части, опровергающие выводы судов первой и апелляционной инстанции, подлежат отклонению.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что из материалов дела следует, что третьему лицу по данному делу (производственной и иной деятельности в Российской Федерации не ведет (следует из пояснений представителя в заседании апелляционного суда), зарегистрирован для получения почтовой корреспонденции адрес ответчика по данному делу, не понадобилось длительного времени (менее 6 месяцев с даты приобретения у ответчика уступленных ему банком прав (требования), чтобы реализовать часть имущества обеспечивавшего кредитные обязательства по цене практически в два раза превышающей стоимость полученного по договору уступки.

Судом апелляционной инстанции правомерно отмечено, что ссылки на то, что данная сделка была заключена банком в процессе обычной хозяйственной деятельности и ранее банк неоднократно уступал просроченную кредитную задолженность на аналогичных условиях, о чем свидетельствует проведенный ими анализ арбитражных дел в различных регионах (ссылки на дела в отзывах и решении) - также отклонены и не приняты во внимание, поскольку из указанных судебных актов не следует, а представители ответчика и третьего лица не смогли пояснить, были ли уступленные права в рамках аналогичных споров обеспечены залоговым недвижимым имуществом и какова его стоимость.

Иное противоречит обстоятельствам, заявленным истцом при рассмотрении данного спора, поскольку из приведенных судебных актов следует, что банк уступал права требования за суммы, равные суммам долга по кредитам с учетом процентов и неустоек.

Ссылки на то, что ответчик при заключении сделки не мог знать о наличии трудностей у банка - судебной коллегией также правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку с февраля 2015 г. в СМИ распространялась информации о возможной санации банка; что чистый убыток банка за январь - сентябрь 2015 года составил 5,225 млрд. руб. в то время как за аналогичный период прошлого года чистая прибыль составила 1,089 млрд. руб. и что крупнейшие международные рейтинговые агентства Moody's, Fitch и S&P, а также агентство «Рус-Рейтинг» понизили рейтинг ПАО «БАНК УРАЛСИБ», указав на снижение прибыльности и ухудшение капитальной базы банка. При этом, как отмечено судом, данная информация являлась открытой в силу статуса истца как кредитной организации и может быть отслежена профессиональными участниками рынка, в том числе, была доступна ответчику, при надлежащей степени заинтересованности и добросовестности.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь нормами законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному и правомерному выводу о признании недействительным договора уступки права (требования) и применении последствий недействительности сделки, так как уступка банком права требования к заемщику и поручителям была совершена при очевидном неравноценном встречном предоставлении, не являлась экономически оправданной, не соответствовала обычаям делового оборота, а ответчик не мог не осознавать, что вследствие ее заключения будет причинен вред банку и его кредиторам.

Основания для переоценки выводов суда апелляционной инстанции у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Доводы о несогласии с выводами судов в данной части, опровергающие выводы судов первой и апелляционной инстанции, подлежат отклонению. 

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Применяя последствия признания недействительности сделки, суд апелляционной инстанции, установив невозможность возврата залогового имущества банку в связи с его последующей перепродажей, руководствуясь положениями статьи 167 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 (пункт 1) Закона о банкротстве, пришел к выводу о наличии оснований для применения последствий недействительности оспариваемой сделки в виде взыскания с ответчика в пользу истца - 124 626 000 руб., составляющих разницу между суммой, полученной банком при заключении договора и полученной третьим лицом при продаже залогового имущества, обеспечивавшего кредитный договор, т.е 306 704 359 руб. - 180 000 000 руб.

Доводы заявителя кассационной жалобы - Общества с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» о несогласии с выводами суда апелляционной инстанции, и поддерживающие позицию суда первой инстанции, оценены судом кассационной инстанции, признаны несостоятельными, поскольку иная оценка заявителем  жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Ссылка заявителя кассационной жалобы - Общества с ограниченной ответственностью «Платформа Финанс» на то, что судом неверно применены нормы закона, что повлекло за собой вынесение незаконного судебного акта, судом кассационной инстанции отклоняется, поскольку иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Арбитражный суд апелляционной инстанции при принятии судебного акта исследовал и дал в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации надлежащую правовую оценку имеющимся в деле доказательствам.

Доводы Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ», изложенные в кассационной жалобе, признаются несостоятельными, поскольку связаны с неправильной оценкой установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела и толкованием положений закона.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого акта нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено. Судом апелляционной инстанции были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы, заявленные в кассационных жалобах, изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 176, 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2017 по делу № А40-219426/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы-без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЕ.А. Зверева

Судьи:В.Я. Голобородько 

Н.Я. Мысак