1275/2022-593666(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-19962/2017

29 декабря 2022 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1  Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2022 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 29 декабря 2022 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего судьи Тойвонена И.Ю. судей Герасимовой Е.А., Сотова И.В. при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1, при участии: 

от конкурсного управляющего ОАО «ГлобалЭлектроСервис»: ФИО2 по  доверенности от 05.04.2022 посредством системы «веб-конференция»,  

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 03.03.2020 посредством 

системы «веб-конференция»,  от ГК «АСВ»: ФИО5 по доверенности от 21.10.2021 посредством системы  

«веб-конференция», 

от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 19.02.2021 посредством  

системы «веб-конференция»,  от ФИО8: ФИО9 по доверенности от 04.03.2020 посредством  

системы «веб-конференция»,  от ФИО10: ФИО11 по доверенности от 21.10.2021 посредством  

системы «веб-конференция»,  от ФИО16: ФИО12 по доверенности от 21.09.2020,  

от конкурсного управляющего ООО «Стройновация»: ФИО13 по доверенности от 15.09.2022, от иных лиц: не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  (регистрационный номер 13АП-37509/2020, 13АП-37511/2020, 13АП-37514/2020,  13АП-37513/2020, 13АП-37508/2020, 13АП-37510/2020, 13АП-37506/2020, 13АП- 37512/2020) конкурсного управляющего ОАО «ГлобалЭлектроСервис», ФИО14, ФИО15, ФИО10, ФИО16, ФИО3, ФИО8, компании с ограниченной  ответственностью «ФИО30 Лимитед» на определение Арбитражного суда города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.11.2020 по обособленному спору   № А56- 19962/2017/суб.1 (судья И.М. Шевченко), принятое по заявлению конкурсного  

управляющего ФИО17 к ФИО8,  ФИО18, ФИО10, ФИО3, ФИО21 Хамиту Закировичу, ФИО15,  ФИО14, ФИО6,  ФИО19, компании с ограниченной ответственностью  «ФИО30 Лимитед», ФИО16, ФИО20, ОАО «ГлобалЭлектроСервис», ООО «Группа «Сумма» о привлечении к  субсидиарной ответственности, объединенное с заявлением конкурсного  управляющего о взыскании убытков с ФИО16, ФИО20,  ФИО3 и ФИО21 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ООО «Стройновация»,  

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Дорстрой» обратилось в  Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее –  арбитражный суд) с заявлением о признании общества с ограниченной  ответственностью «Стройновация» (далее - должник, ООО «Стройновация»)  несостоятельным (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 10.04.2017 указанное заявление  принято к производству и возбуждено производство по делу.  

Определением арбитражного суда от 24.05.2018 в отношении должника  введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО22. Сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсантъ» от  02.06.2018 № 95.  

Решением арбитражного суда от 11.07.2019 должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура конкурсного  производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО17.  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от  20.07.2019 № 127.  

Конкурсный управляющий ФИО17 обратился в арбитражный суд с  заявлением о привлечении ФИО8, ФИО18, ФИО10, ФИО3, ФИО21 Хамита Закировича, ФИО15, ФИО14, ФИО6, ФИО19, компании с ограниченной ответственностью «ФИО30  Лимитед» (далее – компания «ФИО30 Лимитед»), ФИО16, ФИО20, открытого акционерного общества  «ГлобалЭлектроСервис» (далее – ОАО «ГлобалЭлектроСервис») и общества с  ограниченной ответственностью «Группа «Сумма» (далее – ООО «Группа «Сумма»)  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройновация».  

Кроме того, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с  заявлением о взыскании с ФИО3, ФИО16 и ФИО20  солидарно 54 662 938 руб. 17 коп. убытков, а также с ФИО21, ФИО16 и ФИО20 солидарно 567 696 975 руб. 34 коп. убытков.  

Определением от 06.03.2020 арбитражный суд объединил обособленные  споры № А56- 19962/2017/уб.1 и А56-19962/2017/суб.1 в одно производство и  присвоил объединенному делу № А56-19962/2017/суб.1.  

Определением арбитражного суда от 26.11.2020 заявление конкурсного  управляющего в части привлечения ФИО8, ФИО18, ФИО10, ФИО3, ФИО21, ФИО15, ФИО14, компании с  ограниченной ответственностью «ФИО30 Лимитед», ФИО16, ФИО23  

М.Г. и ОАО «ГлобалЭлектроСервис» к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Стройновация» удовлетворено. В привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО19 и ООО «Группа  «Сумма» отказано. Производство по обособленному спору приостановлено до  окончания расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с указанным определением, ФИО14, ФИО10,  ФИО3, ФИО16, ФИО15, компания с ограниченной  ответственностью «ФИО30 Лимитед», ФИО8, и.о. конкурсного  управляющего ОАО «ГлобалЭлектроСервис», обратились с апелляционными  жалобами.  

ФИО14 в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое  определение отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО14, вынести по делу новый судебный акт, которым отказать в  удовлетворении заявления о привлечении ФИО14 к субсидиарной  ответственности в полном объеме. В обоснование указывает, что судом в  отношении него применено неподлежащее материальное право, поскольку он  осуществлял обязанности руководителя должника до внесения изменений  Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон N 266-ФЗ)  и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее -  Закон N 266-ФЗ). Полагает, что вывод суда о совершении платежа в размере 980  000 руб., произведенного 29.01.2016, является необоснованным, поскольку он  совершен после прекращения полномочий генерального директора ФИО14  (ФИО14 завершил деятельность 20.01.2016 (протокол заседания совета  директоров от 29.05.2015). Отметил, что судом не установлен момент объективного  банкротства, тогда как большая часть сделок, на которые ссылается заявитель,  совершены в период после прекращения деятельности ФИО14 в качестве  генерального директора должника. По мнению ФИО14, признаки банкротства  у должника отсутствовали до 20.01.2016. Вменяемые ФИО14 сделки были  совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности, тогда как сумма  указанных сделок была мала по сравнению с балансовой стоимостью активов  должника, в связи с чем, как полагает ответчик, довод о том, что указанными  сделками причинён существенный вред кредиторам, или того, что совершение  указанных сделок привело к объективному банкротству должника, является  необоснованным. Согласно доводам апелляционной жалобы, ФИО14 не  являлся выгодоприобретателем от совершения указанных сделок, не извлекал  какую-либо имущественную выгоду от их совершения, при этом сама по себе  аффилированность контрагентов и должника не является правонарушением.  Дополнительно ответчик отметил, что ФИО14 не участвовал в судебных  спорах по оспариванию указанных сделок по совершению платежей, в связи с чем и  не имел возможности возражать и предоставлять дополнительные документы на  доводы заявителя.  

ФИО10 обжалует определение суда первой инстанции в части  привлечения его к субсидиарной ответственности, полагая, что причинно-следственная связь между банкротством должника и действиями (бездействием)  ФИО10 не доказана. Также указывает, что все сделки, совершенные в  период руководства ФИО10 с ООО «СН-ГЭС Комплектация», которые  указаны заявителем, составляют всего 0,29 % от всех активов должника, что  значительно меньше установленного закона размера крупности сделки (сделок), что  исключает наличие существенного вреда кредиторам, и как следствие указывает на  отсутствие оснований субсидиарной ответственности ФИО10 При этом  

полагает, что суд не установил обстоятельств совершения ФИО10, как  предшествующим директором, противоправных действий, связанных с ведением и  хранением документации должника. Кроме того, отметил, что спорные легковые  автомобили, положенные в основу непереданных сведений, не являются  основными активами должника, и не препятствуют определению основных активов  должника, по которым конкурсный управляющий требований не заявлял.  Дополнительно указал, что банкротство должника возникло до 10.04.2017, когда  еще ФИО10 не был трудоустроен в компании.  

Обжалуя определение суда первой инстанции в части привлечения  ФИО3, последний указал, что в результате совершения оспариваемых  платежей не могло быть причинено вреда имущественным правам кредиторов, так  как вышеуказанные сделки признаны недействительными не на основании пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве (сделки совершенные в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов), а на основании статьи 61.3 Закона о  банкротстве (сделки влекущие за собой оказание предпочтения одному из  кредиторов перед другими кредиторами). Кроме того, по результатам признания  сделок недействительными, суд применил последствия недействительности сделок  в виде взыскания задолженности в пользу ООО «Стройновация», восстановления  задолженности перед последним и взыскания с лиц, получивших предпочтительное  удовлетворение своих требований, процентов за пользование чужими денежными  средствами до даты исполнения обязательств. Отметил, что погашение  задолженности осуществлялось по реальным обязательствам ООО  «Стройновация», о чем указано в судебных актах о признании платежей и актов  зачета недействительными сделками, тогда как исполнение должником своих  обязательств, не может свидетельствовать о выводе активов с целью причинения  вреда имущественным правам кредиторов. При этом указал, что исполнение  обязательств ООО «Стройновация» осуществлялось в основном за счет заемных  денежных средств, полученных от ООО «ГС-Инжиниринг» и ООО «СН-ГЭС  Комплектация». Дополнительно отметил, что совершенные ФИО3  сделки, на которые указывает конкурсный управляющий, в совокупности составляют  1 739 136 261, 03 руб., что значительно меньше 25 % балансовой стоимости активов  должника, следовательно, вышеуказанные сделки, как в совокупности, так и по  отдельности не являлись для должника крупными. По мнению ФИО3,  судом не установлено в отношении него противоправных действий, связанных с  ведением и хранением документации, чтобы возлагать на него субсидиарную  ответственность за не передачу документации (сведений) об имуществе конкурсному  управляющему, обязанность по передаче которой законом возложена на последнего  руководителя должника.  

ФИО16 в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое  определение отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в  удовлетворении заявленных требований. По существу доводы апелляционной  жалобы сводятся к несогласию ФИО16 с привлечением его к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Стройновация». Так, в обоснование  жалобы, ФИО16 указывает, что выводы суда о противоправных действиях  ФИО16 по отношению к должнику не подтверждаются какими-либо  доказательствами по делу, суд не указал, в чем конкретно заключалась  противоправность действий ФИО16, когда и при каких обстоятельствах они  были совершены. Полагает, что суд не исследовал внешние обстоятельства, в  условиях которых должник осуществлял свою деятельность, влияние на  платежеспособность должника необоснованных требований со стороны  государственных заказчиков; образование значительной части задолженности  

вследствие обычного предпринимательского риска, в том числе в результате  расторжения по причине нарушения сроков государственных контрактов, по которым  должником не был в полной мере отработан аванс. Отметил, что само по себе  установление указанных судом обстоятельств в совокупности со статусом конечного  бенефициара должника не может свидетельствовать о том, что ФИО16 в  принципе имел какое-либо непосредственное отношение к данным обстоятельствам,  т.е. что именно он согласовывал, совершал или одобрял конкретные указанные  судом сделки, либо извлекал какую-либо выгоду от их совершения. При этом  полагает, что судом первой инстанции необоснованно отказано в проведении  финансово-экономической экспертизы.  

ФИО15, возражая против привлечения его к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника, в своей апелляционной жалобе  указал, что в материалах дела отсутствуют надлежащие документы, сведения,  объективно отражающие, что с учетом финансового положения должника, с учетом  масштабов его деятельности в определенные периоды, когда ФИО15 являлся  генеральным директором, сделки, совершенные привлекаемым лицом, явились  необходимой причиной банкротства должника. При этом также полагает, что судом  первой инстанции необоснованно отказано в проведении финансово-экономической  экспертизы.  

Компания в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое определение  отменить, ссылаясь на ненадлежащее извещение судом первой инстанции, перейти  к рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции,  принять новый судебный акт, которым отказать в привлечении Компании к  субсидиарной ответственности. По существу отмечает, что суд первой инстанции  привлек Компанию к субсидиарной ответственности, не указав, какие конкретно  действия (бездействие) Компании привели к объективному банкротству должника.  При этом полагает, что суд первой инстанции, приостановив производство по  обособленному спору до определения долевого или солидарного характера  ответственности, существенно нарушил нормы процессуального права.  

ФИО8 в своей апелляционной жалобе, возражая против судебного  акта в части привлечения ее к субсидиарной ответственности, указала, что договор  уступки прав (требований) от 26.03.2019 между должником и ООО «Вакмиан» не мог  стать причиной банкротства должника, поскольку был заключен уже после  возбуждения настоящего дела. Полагает, что в нарушение пункта 2 статьи 61.11  Закона о банкротстве суд первой инстанции не установил факта причинения  существенного вред имущественным правам кредиторов в результате заключения  договора цессии от 26.03.2019, поскольку исходя из положений договора следует,  что взамен прав требования к ООО «Транскомплектэнерго» в размере 37 000 000  руб. должник получил права требования в аналогичном размере к ООО «Вакмиан»,  что не привело к изменению финансового состояния должника. Отметила, что  признание договора цессии от 26.03.2019 недействительной сделкой не  свидетельствует о том, что имущественным правам кредиторов причинен вред,  Договор цессии от 26.03.2019 не был исполнен сторонами, в связи с чем не  изменился ни объем обязательств сторон договора, ни размер конкурсной массы  должника. По мнению ФИО8, она является добросовестным  руководителем должника, осуществившим передачу конкурсному управляющему  всех имеющихся в её распоряжении документов и материальных ценностей.  

ОАО «ГлобалЭлектроСервис» в лице и.о. конкурсного управляющего  ФИО24 в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое определение  отменить в части привлечения общества к субсидиарной ответственности. В  обоснование указывает, что совершение сделок, направленных на вывод имущества  

должника не может быть положено в основу привлечения к субсидиарной  ответственности ОАО «ГлобалЭлектроСервис», поскольку ущерб, причиненный  конкурсной массе в результате совершения спорных сделок, признанных  недействительными, являлся незначительным. По мнению ОАО  «ГлобалЭлектроСервис», судом не учтено, что фактически ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» не являлся выгодоприобретателем денежных средств,  перечисляемых ООО «Стройновация» по оспоренным сделкам.  

От конкурсного управляющего ООО «Стройновация» и ГК «АСВ» поступили  отзывы, в которых они просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения,  апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

От компании с ограниченной ответственностью «ФИО30 Лимитед» и  ФИО8 поступили возражения на отзыв конкурсного управляющего ООО  «Стройновация».  

В судебном заседании 28.01.2021 представитель ФИО16 заявил  ходатайство о назначении судебной финансово-экономической экспертизы со  списком экспертных учреждений, с постановкой перед экспертами следующих  вопросов:  

1. Установить причины и условия, повлекшие неспособность ООО  «Стройновация» удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по  денежным обязательствам и\или исполнить обязанности по уплате обязательных  платежей;  

2. Определить дату объективного банкротства ООО «Стройновация»;  

3. Определить влияние сделок, совершенных в период за три года до  возникновения даты объективного банкротства и до даты возбуждения производства  по делу о банкротстве ООО «Стройновация», на финансово-экономическое  состояние должника;  

4. Определить имели ли место операции/сделки, совершенные после  наступления даты объективного банкротства, которые значительно ухудшили  финансовое состояние должника.  

Лица, участвующие в судебном заседании, дали пояснения относительно  проведения указанной экспертизы, в том числе заявлен ряд возражений  относительно ее проведения.  

Представитель компании с ограниченной ответственностью «ФИО30  Лимитед» заявил ходатайство о переходе по правилам, установленным для суда  первой инстанции, со ссылкой на ненадлежащее извещение судом первой  инстанции. Представитель ФИО16 поддержал заявленное ходатайство.  

Определением апелляционного суда от 28.01.2021, вынесенным в порядке  части 5 статьи 184, статьи 159 АПК РФ, с учетом мнений, участвующих в судебном  заседании, отказано в удовлетворении ходатайства о переходе к рассмотрению  обособленного спора по правилам, установленным для суда первой инстанции,  притом, что в материалах обособленного спора имеются доказательства  надлежащего извещения компании с ограниченной ответственностью «ФИО30  Лимитед» о времени и месте рассмотрения спора судом первой инстанции.  

Протокольным определением апелляционного суда от 28.01.2021 судебное  заседание отложено на 11.03.2021 для предоставления заинтересованными лицами  письменных позиций относительно проведения судебной экспертизы со списком  экспертных организаций.  

От конкурсного управляющего ООО «Стройновация» поступили письменные  пояснения с расчетом размера убытков, причиненных должнику.  

В возражениях на ходатайство о проведении судебной экспертизы конкурсный  управляющий ООО «Стройновация» указывает, что по смыслу положений  

арбитражного процессуального законодательства перед экспертом может быть  поставлен только вопрос факта (в данном случае оценка финансового состояния  должника), в то время как установление признаков неплатежеспособности, степени  влияния совершенных сделок и проч. относится к вопросам права.  

Протокольным определением от 11.03.2021 апелляционный суд принял к  рассмотрению ходатайство ФИО16 и отложил судебное разбирательство  по апелляционным жалобам на 31.03.2021.  

От ФИО15 поступили письменные объяснения, в которых ответчик,  поддерживая заявленное ходатайство о назначении судебной экспертизы,  представил список экспертных организаций.  

25.03.2021 ФИО10 и ФИО3 представили предложения по  кандидатуре экспертов для проведения судебной экспертизы.  

26.03.2021 от ФИО16 поступили письменные пояснения по вопросам,  которые должны быть поставлены на разрешение эксперта.  

Протокольным определением от 31.03.2021 апелляционный суд для  направления соответствующих запросов в ряд экспертных организаций,  предложенных сторонами обособленного спора, отложил судебное  разбирательство по апелляционным жалобам на 13.05.2021.  

Протокольным определением от 13.05.2021 суд апелляционной инстанции  отложил судебное заседание на 10.06.2021 и предложил конкурсному  управляющему ООО «Стройновация» представить документы, отражающие  финансовое положение должника.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб  размещена на сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда, с  дополнительным направлением извещений в адрес участвующих в деле лиц.  

В судебном заседании 10.06.2021 представитель ФИО16 поддержал  ходатайство о проведении оценочной экспертизы.  

Конкурсный управляющий ООО «Стройновация» представил апелляционному  суду комплект документов, предназначенный для проведения экспертизы.  

От ФИО16 26.03.2021 также поступил чек-ордер от 25.02.2021 о  внесении на депозитный счет суда денежных средств для целей проведения  экспертизы.  

Апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных  статьей 82 АПК РФ, для назначения по делу оценочной экспертизы и определением  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2021 производство по  настоящему обособленному спору приостановлено в порядке, установленном  пунктом 1 статьи 144 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), назначена судебная финансово-экономическая  экспертиза.  

Проведение финансово-экономической экспертизы поручено эксперту ООО  «Экспертно-консультационный центр «СевЗапЭксперт» ФИО25.  

08.12.2021 от конкурсного управляющего ООО «Стройновация» поступило  ходатайство о возобновлении производства по настоящему обособленному спору   № А56-19962/2017/суб.1 в связи с непредставлением в суд апелляционной  инстанции заключения в установленный срок. Определением Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 10.12.2021 назначено судебное заседание по  вопросу о возобновлении производства по обособленному спору и рассмотрении  апелляционных жалоб по существу.  

19.01.2021 от ООО «Экспертно-консультационный центр «СевЗапЭксперт»  поступило заключение эксперта № 103-б/21-22 от 18.01.2022.  

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  20.01.2022 производство по обособленному спору № А56-19962/2017/суб.1  возобновлено, судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб  отложено на 17.02.2022, участвующим в деле лицам предложено ознакомиться с  экспертным заключением и представить вопросы по представленному экспертному  заключению (при их наличии), а эксперту ФИО25 подготовить письменные  пояснения на поступившие вопросы и явиться в судебное заседание для дачи  пояснений.  

До начала судебного заседания, назначенного апелляционным судом на  17.02.2022, от ФИО16 поступило ходатайство с перечнем вопросов  эксперту ФИО25, с подтверждением направления данных вопросов  экспертной организации (ООО «Экспертно-консультационный центр  «СевЗапЭксперт») и ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы,  поскольку, по мнению заявителя, в части ответов на вопросы № 1, 3 и 4  представленное заключение не соответствует требованиям экспертной методики, а  также статьям 8, 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О  государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В  частности отмечает, что отсутствие исследовательской части как таковой также  свидетельствует о том, что заключение не основано на положениях, дающих  возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных экспертом  выводов на базе общепринятых научных и практических данных, что противоречит  статье 8 Закона о судебно-экспертной деятельности. На разрешение эксперта  полагает возможным поставить следующие вопросы:  

1. Наличие или отсутствие внешних экономических признаков, оказавших  существенное влияние на производственно-хозяйственную деятельность должника  в 2015-2017 г.г., в том числе на доведение должника (ООО «Стройновация») до  банкротства;  

2. Влияние сделок, совершенных с участием должника, в период за три  года до даты возбуждения производства по делу о банкротстве  ООО «Стройновация» на финансово-экономическое состояние должника и его  способность отвечать по своим обязательствам;  

3. Установить наличие и объем операций/сделок, совершенных после  наступления даты (момента, периода) объективного банкротства, которые  значительно (существенно) ухудшили финансовое состояние должника, в том числе  по признаку их убыточности для должника.  

Производство повторной судебной финансово-экономической экспертизы  предлагает поручить Автономной некоммерческой организации  «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» Торгово-промышленной палаты Российской Федерации.  

От конкурсного управляющего ООО «Стройновация» поступило ходатайство с  перечнем вопросов по представленному экспертному заключению.  

В судебное заседание 17.02.2022, помимо представителей участвующих в  деле лиц, явилась эксперт ФИО25, которая дала пояснения по ряду вопросов,  связанных с проведением экспертизы.  

Представитель ФИО16 поддержал ранее заявленное ходатайство о  назначении повторной финансово-экономической экспертизы, с учетом имеющихся  существенных возражений на заключение эксперта ФИО25  

Представитель конкурсного управляющего ООО «Стройновация» против  назначения повторной экспертизы возражал.  

Иные лица, участвующие в судебном заседании, ходатайствовали об  отложении судебного заседания, поскольку не ознакомлены с содержанием  ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы и ссылались на  

необходимость представления своей позиции, а также вопросов и перечня  экспертных организаций.  

Представитель конкурсного управляющего ООО «Стройновация» заявил  ходатайство об отложении судебного заседания в связи с получением информации  о смерти (кончине) ФИО15 и необходимостью истребования в порядке статьи  66 АПК РФ наследственного дела ФИО15 № 135/2021.  

Определением от 17.02.2022 суд апелляционной инстанции, с учетом  заявленных возражений и представления мотивированных пояснений относительно  несогласия с результатами проведения первоначально назначенной судом  экспертизы, принимая во внимание доводы о существенности вопроса, связанного с  проведением экспертизы и недостаточную ясность и полноту поступившего  заключения эксперта, посчитал возможным принять к рассмотрению ходатайство  ФИО16 о проведении повторной судебной финансово-экономической  экспертизы, с разрешением данного вопроса в следующем заседании, а также,  рассмотрев ходатайство конкурсного управляющего ООО «Стройновация» об  истребовании наследственного дела ответчика по настоящему обособленного  спора - ФИО15 № 135/2021, пришел к выводу о наличии оснований для  направления соответствующего запроса нотариусу, в производстве которого, по  имеющимся сведениям, находится наследственное дело в отношении указанного  лица, и отложил судебное заседание на 24.03.2022.  

16.03.2022 в суд апелляционной инстанции поступила копия наследственного  дела ФИО15 № 135/2021.  

До судебного заседания, назначенного на 24.03.2022, от конкурсного  управляющего ООО «Стройновация», ФИО10 и ФИО8 поступили  письменные пояснения по существу спора.  

В судебном заседании 24.03.2022 представитель ФИО16 поддержал  ранее заявленное ходатайство о назначении повторной судебной финансово-экономической экспертизы, ввиду ненадлежащего оказания услуг по проведению  судебной экспертизы, в связи с чем полагал, что требование о взыскании  вознаграждения удовлетворению не подлежит, дополнительно указав, что были  обнаружены арифметические ошибки в исследовательской части заключения,  повлиявшей на выводы эксперта при ответе на вопрос № 2.  

Представитель ФИО16 предложил производство повторной  судебной финансово-экономической экспертизы поручить экспертам ФИО26,  ФИО27, ФИО28 Автономной некоммерческой организации  «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» Торгово-Промышленной палаты Российской Федерации,  приложив информационное письмо АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» ТПП РФ от  10.02.2022 о согласии указанных экспертов на проведение соответствующей  экспертизы. Соответствующие вопросы, предложенные заявителем, были изложены  судом в соответствующем определении с учетом специфики обособленного спора и  вопросов, требующих разрешения:  

1. Наличие или отсутствие внешних экономических признаков, оказавших  

существенное влияние на производственно-хозяйственную деятельность  должника в 2015-2017 г.г., в том числе на доведение должника (ООО  «Стройновация») до банкротства;  

2. Влияние сделок, совершенных с участием должника, в частности,  сделок, указываемых конкурсным управляющим при подаче и уточнении заявления,  являвшихся предметом обособленных споров в деле о банкротстве ООО  «Стройновация» об установлении оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности ряда контролирующих должника лиц, в период за три года до даты  возбуждения производства по делу о банкротстве ООО «Стройновация» на  

финансово-экономическое состояние должника и его способность отвечать по  своим обязательствам;  

3. Установить наличие и объем операций/сделок, совершенных после  наступления даты (момента, периода) объективного банкротства, которые  значительно (существенно) ухудшили финансовое состояние должника, в том числе  по признаку их убыточности для должника.  

4. Установить дату (момент, период) наступления объективного  банкротства ООО «Стройновация» - неспособности должника удовлетворить в  полном объеме требования кредиторов.  

Представители ФИО14, ФИО3 поддержали ранее  заявленное ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы.  

Представитель конкурсного управляющего ООО «Стройновация» против  удовлетворения заявленного ходатайство возражал.  

Суд апелляционной инстанции, приняв к рассмотрению ходатайство о  назначении повторной судебной экспертизы, в целях уточнения у экспертов объема  надлежащей документации и возможности проведения судебной экспертизы по  имеющимся документам, а также для извещения наследников либо лиц,  претендующих на вступление в наследство в отношении ФИО15 о  рассмотрении настоящего обособленного спора, определением от 24.03.2022  отложил судебное заседание на 18.05.2022.  

До судебного заседания от АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» ТПП РФ поступил  ответ о готовности провести повторную судебную экспертизу и о достаточном  объеме документов, перечисленных в описи к определению Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 24.03.2022, для проведения экспертизы.  

В судебном заседании 18.05.2022 представитель ФИО16 поддержал  ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы и подтвердил готовность  о внесении недостающих денежных средств на депозит суда. Ходатайство о  проведении повторной экспертизы также было поддержано представителями  ФИО14 и ФИО10  

Представители конкурсного управляющего ООО «Стройновация», конкурсного  управляющего ОАО «ГлобалЭлектроСервис» и ООО «УК «Помощь» против  назначения повторной судебной экспертизы возражали.  

Апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных  статьей 82 АПК РФ, в связи с чем определением Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 24.05.2022 назначена повторная комиссионная финансово-экономическая экспертиза; производство по настоящему обособленному спору  приостановлено в порядке, установленном пунктом 1 статьи 144 АПК РФ.  Проведение комиссионной финансово-экономической экспертизы поручено  экспертам Автономной некоммерческой организации «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА»  Торгово-Промышленной палаты Российской Федерации ФИО26, ФИО27, ФИО28  

09.09.2022 от конкурсного управляющего ООО «Стройновация» ФИО17 поступило ходатайство о возобновлении производства по  обособленному спору № А56-19962/2017/суб.1.  

Кроме того, 09.09.2022 в апелляционный суд от Автономной некоммерческой  организации «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» Торгово-Промышленной палаты Российской  Федерации поступило Заключение эксперта № 026-21-00108 от 31.08.2022.  

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  13.09.2022 назначено судебное заседание по вопросу о возобновлении  производства по обособленному спору и рассмотрении апелляционных жалоб по  существу.  

От конкурсного управляющего поступили письменные пояснения с учетом  выводов экспертного заключения.  

От ФИО14 поступили письменные пояснения по существу спора, в  которых последний отметил, что заявитель не доказал, что в результате  произведенных в период руководства ФИО14 платежей ООО  «Стройновация» были причинены убытки, поскольку ООО «Стройновация»  получило встречное предоставление.  

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  19.10.2022 производство по обособленному спору № А56-19962/2017/суб.1  возобновлено, судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб  отложено на 09.11.2022.  

От конкурсного управляющего поступило ходатайство о приобщении к  материалам спора письма от конкурсного управляющего ООО «ГК  «Инфракструктура» ФИО29, в котором он сообщает ФИО14  об отсутствии у него запрашиваемых документов.  

ФИО14 в своих письменных пояснениях от 01.11.2022 в целях полного и  объективного рассмотрения спора указал на необходимость вызова экспертов в  целях опроса по выводам, сделанными им в экспертном заключении от 31.08.2022.  

От Компании, ФИО16, ФИО10 поступили письменные  пояснения по существу спора с учетом выводов экспертного заключения от  31.08.2022.  

В преддверии судебного заседания, назначенного на 09.11.2022, от ФИО14 поступило ходатайство о приобщении дополнительных материалов с  обобщающими пояснениями об отсутствии убытков у ООО «Стройновация» по  оспоренным платежам, в частности, адвокатского запроса № 50-2022 от 31.10.2022,  ответа ООО «Дорсервис-09» от 07.11.2022 на адвокатский запрос, адвокатского  запроса конкурсному управляющему ООО «Стройновация», ответа ФКУ Упрдор  Москва-Волгоград от 31.10.2022 на адвокатский запрос, ответа ФКУ Упрдор  «Каспий» от 01.11.2022 на адвокатский запрос с приложением актов, справок,  реестров актов, определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области о включении требования в реестр требований кредиторов от  24.12.2018 г. по делу № А56- 19962/2017/тр.39.  

Протокольным определением Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда от 09.11.2022 судебное заседание отложено на 07.12.2022.  

От Компании поступили консолидированные письменные пояснения по  существу спора с учетом приведенных конкурсным управляющим доводов.  

ФИО14 направил в суд ходатайство о приобщении дополнительных  материалов с дополнительными пояснениями про отсутствие убытков у ООО  «Стройновация» по оспоренным платежам, в частности, счета ООО «Трасса»,  ответа и актов от Росавиации, ответа и актов от ГК «Автодор», копии справки о  стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, копии Акта о приемке  выполненных работ по форме КС-2.  

От ФИО8, ФИО16 поступили возражения на  консолидированные пояснения конкурсного управляющего.  

От конкурсного управляющего поступили дополнительные  консолидированные пояснения по существу спора с учетом доводов, приведенных  ответчиками.  

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  06.12.2022 дата судебного заседания изменена на 21.12.2022 в связи с болезнью  председательствующего по делу.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы  опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда.  

В связи с невозможностью участия судьи Морозовой Н.А. в судебном  заседании 21.12.2022 по причине нахождения в ежегодном очередном отпуске, в  составе суда, рассматривающего настоящее дело, произведена замена в  соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, судья Морозова Н.А. заменена  на судью Сотова И.В.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО  «Стройновация» заявил отказ от требований в части привлечения ФИО15 к  субсидиарной ответственности.  

 Возражений относительно принятия отказа от части требований не  поступило.  

Рассмотрев заявление подателя конкурсного управляющего о частичном  отказе от требования, апелляционный суд находит его подлежащим  удовлетворению.  

Согласно части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта,  которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой  инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска  полностью или частично.  

Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера  исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое  соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В  этих случаях суд рассматривает дело по существу (часть 5 статьи 49 АПК РФ).  

Из принципа диспозитивности следует, что процессуальные отношения в  арбитражном судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются, как  правило, по инициативе непосредственных участников спорных правоотношений.  Данный принцип подразумевает свободу распоряжения лицами, участвующими в  деле, принадлежащими им процессуальными правами и средствами защиты.  

Суд апелляционной инстанции, проверив наличие условий, предусмотренных  частью 5 статьи 49 АПК РФ, не усматривает препятствий для принятия заявленного  отказа от части требований.  

Отказом от требований в рамках настоящего обособленного спора права  иных лиц не нарушаются.  

Пунктом 4 части 1 статьи 150 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд  прекращает производство по делу, если истец отказался от иска и отказ принят  арбитражным судом.  

Принятие отказа от заявления в силу пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ  ведет к прекращению производства по обособленному спору в части и отмене  обжалуемого судебного акта по основаниям, не связанным с применением статьи  270 АПК РФ.  

Представители ОАО «ГлобалЭлектроСервис», ФИО3, ФИО8, ФИО10, ФИО16 поддержали доводы, изложенные в их  апелляционных жалобах.  

Представители конкурсного управляющего ООО «Стройновация» и ГК «АСВ»  против удовлетворения апелляционных жалоб возражали.  

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного  разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное  заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело  рассмотрено в их отсутствие.  

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства  обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной  инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и  обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части  при отсутствии возражений.  

Разрешая вопрос о применимом праве при рассмотрении настоящего  обособленного спора, суд первой инстанции указал, что к спорным  правоотношениям подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в  редакции, действовавшей с 30.06.2013 по 29.07.2017, и статья 61.11 Закона о  банкротстве в действующей редакции в зависимости от того, когда были совершены  конкретные действия (сделки), повлекшие банкротство ООО «Стройновация».  

 В соответствии с пунктом 4 статьи 10 в редакции, действовавшей с  30.06.2013 по 30.07.2017, если должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие  лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам.  

 Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо  одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки,  указанные в статьях 61.2 и 61.3 Федерального закона.  

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника, если причинен существенный вред  имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в  пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки,  указанные в статьях 61.2 и 61.3 Федерального закона.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о  банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя  должника и иных лиц в деле о банкротстве. Пунктом 3 статьи 1 Закона № 266-ФЗ  статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу.  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о  банкротстве с учетом информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О  некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона  от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации» означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4  статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах  осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во  время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или  исполнения судебного акта.  

Между тем действие норм материального права во времени, подчиняется  иным правилам, закрепленным в пункте 1 статьи 4 ГК РФ, согласно которому акты  гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к  отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона  

распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в  случаях, прямо предусмотренных законом.  

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной  статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в  силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам  Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ указанный нормативно-правовой акт вступил в законную силу в силу со дня его официального  опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей  установлен иной срок вступления их в силу, то есть с 30.07.2017.  

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия  закона о времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ, часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что  процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности  соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ  применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы  материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием  для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим  лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им  от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №  266-ФЗ.  

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о  привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения  обстоятельств, перечисленных в них, независимо от даты возбуждения  производства по делу о несостоятельности (банкротстве).  

Данный подход также отражен и в пункте 2 информационного письма  Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с  переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»,  которым указано, что положения обновленного законодательства о субсидиарной  ответственности лиц по обязательствам должника применяются, если  обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой  ответственности, имели место быть после дня вступления в силу обновленного  закона.  

Таким образом, как полагает апелляционный суд, суд первой инстанции, в  целом, пришел к правильному выводу, что в рамках настоящего обособленного  спора подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей с 30.06.2013 по 29.07.2017, и статья 61.11 Закона о банкротстве в  действующей редакции в зависимости от того, когда были совершены конкретные  действия (сделки), повлекшие банкротство ООО «Стройновация».  

При этом, так как конкурсный управляющий ООО «Стройновация» обратился  с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности  после 01.07.2017, в рамках настоящего обособленного спора подлежат применению  процессуальные нормы Закона о банкротстве, установленные главой III.2 Закона о  банкротстве, в редакции, действующей на дату совершения соответствующего  процессуального действия.  

Кроме того, как указано в Обзоре практики Верховного суда РФ № 4 (2020)  (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020) предусмотренное ст. 10 Закона  о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ) такое  основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание  должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по  

существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее  время ст. 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде  «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий  контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к  толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства  является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального  права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  (далее - постановление № 53).  

Согласно ст. 61.10 Закона о банкротстве» если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под  контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо,  имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению  признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным  судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для  исполнения должником указания или возможность иным образом определять  действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Согласно п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять  действия должника может достигаться:  

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов  управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного  положения;  

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника,  основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном  полномочии;  

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности  главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в  подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей  возможность определять действия должника);  

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов  органов управления должника либо оказания определяющего влияния на  руководителя или членов органов управления должника иным образом.  

Согласно п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это  лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации  должника,  

2) членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника,  членом ликвидационной комиссии;  

3) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными  лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело  право назначать (избирать) руководителя должника;  

4) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения  лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно п. 5 ст. 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может  признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.  

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №  53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу  контролирующих должника является наличие у него фактической возможности  давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом  определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о  банкротстве).  

Согласно абз. 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно  вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков  аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав  органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в  управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого  к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя,  насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых  решений относительно деятельности должника.  

Согласно абз. 3 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую  судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные  условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.  

Как следует из материалов дела, заявления конкурсного управляющего и  обжалуемого определения суда первой инстанции контролирующими ООО  «Стройновация» лицами являются следующие лица:  

1) ФИО14 (ИНН 

<

***>, дата рождения:  02.04.1971) являлся генеральным директором ООО «Стройновация» в период с  01.06.2015 по 20.01.2016 (протоколом заседания Совета директоров ООО  «Стройновация» от 29 мая 2015 года).  

2) ФИО21 Хамит Закирович (ИНН 

<

***>, дата рождения:  26.10.1958) являлся генеральным директором ООО «Стройновация» в период с  03.10.2016 по 28.08.2017, (протокол заседания Совета директоров ООО  «Стройновация» от 30 сентября 2016 года).  

3) ФИО3 (ИНН 

<

***>, дата рождения:  23.02.1981) являлся генеральным директором ООО «Стройновация» в период с  29.08.2017 по 19.03.2018 (протоколом заседания Совета директоров ООО  «Стройновация» от 27 августа 2017 года).  

4) ФИО10 (ИНН 

<

***>, дата  рождения:  

14.09.1984) являлся генеральным директором ООО «Стройновация» в период с  20.03.2018 по 01.08.2018 (протокол заседания Совета директоров ООО  «Стройновация» от 19 марта 2018 года).  

5) ФИО18 (ИНН 

<

***>, дата рождения:  28.11.1973) являлся генеральным директором ООО «Стройновация» в период с  02.08.2018 по 28.12.2018 (протоколом заседания Совета директоров ООО  «Стройновация» от 30 июля 2017 года).  

6) ФИО8 (ИНН 

<

***>, дата рождения:  18.05.1965) являлась генеральным директором ООО «Стройновация» в период с  29.12.2018 по 08.07.2019 (протоколом заседания Совета директоров ООО  «Стройновация» от 29 декабря 2018 года).  

7) Компания с ограниченной ответственностью ФИО30 Лимитэд (Berchin  Limited) является 100% участником ООО «Стройновация» (выписка из ЕГРЮЛ в  отношении  

ООО «Стройновация»). 

8) ФИО16 (дата рождения: 25.09.1968) и  9) ФИО20 (дата рождения: 01.03.1967).  

ФИО16 и ФИО20 

являются владельцами и конечными бенефициарами группы «Сумма», куда входит  ООО «Стройновация». ФИО20 является братом  ФИО16.  

Изложенные обстоятельства, как указывал конкурсный управляющий,  подтверждаются следующими доказательствами и обстоятельствами:  

- вступившие в законную силу судебные акты: 

- постановление Тверского районного суда города Москвы от 09 октября 2019  года (в рамках уголовного дела № 11401007754000095), которым установлено, что  ООО «Стройновация» входит в группу «Сумма», контролируемую ФИО16  и ФИО20;  

- определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 06 июня 2019 года по делу № А56-19962/2017/тр.1 (обособленный спор  по заявлению ООО «Инвестор» о процессуальном правопреемстве);  

- определение Арбитражного суда города Москва от 05 марта 2019 года по  делу № А40-69663/17 (об отказе во включении требования Ивианто Сервисес  Лимитед в реестр требований кредиторов ОАО «ГлобалЭлектроСервис»), которым  установлены следующие обстоятельства: «Информация о заинтересованности  должника и кредитора Ивианто Сервисес Лимитед содержится в открытых  источниках (в сети Интернет), конечным бенефициаром данных организаций  является владелец группы «Сумма» ФИО31.»;  

- определение Арбитражного суда города Москва от 07 марта 2019 года по  делу № А40-69663/17 (об отказе во включении требования ООО  «Глобалавтоматика» в реестр требований кредиторов ОАО  «ГлобалЭлектроСервис»), которым установлены следующие обстоятельства:  «Информация о заинтересованности должника и кредитора содержится в открытых  источниках (в сети Интернет), обе организации входят в группу компаний «Сумма»,  конечным бенефициаром данных организаций является ФИО31»;  

- определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 13 сентября 2018 года по делу № А56-19962/2017/тр.63 (об отказе во  включении требования ООО «Трансижиниринг» в реестр требований кредиторов  ООО «Стройновация»), которым установлено, что ООО «Стройновация» и ООО  «ГС-Инжиниринг» входят в одну группу лиц, при этом, единственным участником  ООО «ГС-Инжиниринг» является ФИО16;  

- определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 31 октября 2019 года по делу № А56-19962/2017/тр.109 (об отказе во  включении требования ПАО «Владивостокский морской торговый порт» в реестр  требований кредиторов ООО «Стройновация»), которым установлено, что ООО  «Стройновация» и ПАО «ВМТП» входили в группу «Сумма», контролируемую  ФИО16 и ФИО20;  

- определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 01 ноября 2019 года по делу № А56-19962/2017/тр.109 (об отказе во  включении требования АО «Подольский электромеханический завод» в реестр  требований кредиторов ООО «Стройновация»), которым установлено, что ООО  «Стройновация» и АО «Подольский электромеханический завод» входили в группу  «Сумма», контролируемую ФИО16 и ФИО20  

 Публикациями в средствах массовой информации подтверждается,  что ООО «Стройновация» входило в группу компаний «Сумма» и полностью  

контролировалось ФИО16 и ФИО20 В частности, указанные  сведения опубликованы в следующих изданиях:  

- Публикация в газете «Коммерсантъ» от 17 января 2014 года «Братская  «Сумма», в соответствии с которой Зиявудин Магомедов является владельцем  группы компаний «Сумма», совладельцем группы компаний «Сумма» является его  брат-ФИО20;  

- Публикация в журнале «Forbes» от О6 июня 2014 года: «Группа «Сумма»  объединит строительные активы», в соответствии с которой управляющей  компанией строительных и инжиниринговых активов группы «Сумма» является  компания «Трансинжиниринг» (куда входят компании «Стройновация», «Интэкс»,  «ГлобалЭлектроСервис»), при этом бенефициаром всей группы назван ФИО16;  

- Публикация в газете «Ведомости» от 05 июля 2016 года «Владелец  «Суммы» Магомедов возглавил совет директоров «Fesco», в соответствии с которой  Зиявудин Магомедов является владельцем группы компаний «Сумма»;  

- Публикация в газете «РБК» от 05 мая 2017 года: «Группа «Сумма»  задумалась о продаже двух инжиниринговых компаний»;  

- Публикация в государственном информационном агентстве ТАСС от 02  апреля 2018 года: «Суд рассмотрит иск «Российского капитала» к дочкам «Суммы»  на 3,1 млрд. рублей»;  

- Публикация в газете «РБК» от 02 апреля 2018 года «Сумму» писали  полгода», в соответствии с которой Зиявудин Магомедов является владельцем  группы компаний «Сумма»; совладельцем группы компаний «Сумма» является его  брат- ФИО20; в отношении данных лиц возбуждено уголовное дело по  обвинению, в том числе, в создании организованного преступного сообщества.  

- Публикация в газете «РБК» от 30 января 2019 года: «Следствие рассказало  о 16 обвиняемых в деле М-вых».  

- Публикация в газете «Коммерсантъ» от 30 декабря 2019 года «Магомедов  заявил о нежелании продавать долю в FESCO».  

В соответствии с п. 1.4 Пояснений к Бухгалтерской отчетности ООО  «Стройновация» конечными бенефициарами ООО «Стройновация» являются:  ФИО16, ФИО20.  

10) ОАО «ГлобалЭлектроСервис» входит в одну группу лиц вместе с ООО  «Стройновация», является аффилированным к должнику лицом, что  подтверждается следующими доказательствами:  

- В соответствии с Выпиской из Единого государственного реестра  юридических лиц в отношении ОАО «ГлобалЭлектроСервис» учредителем данного  юридического лица является Компания E-Seven Limited. При этом, в соответствии со  Списком аффилированных лиц ПАО «ДВМП» в одну группу лиц с ПАО «ДВМП»  входят следующие лица: Компания E-Seven Limited,  ООО «Стройновация», Магомедов ФИО31, ФИО20, ООО «Группа  «Сумма».  

В соответствии с многочисленными публикациями в средствах массовой  информации, Компания E-Seven Limited входит в группу Сумма и принадлежит  ФИО16. В частности, данные сведения опубликованы в  газете «РБК» от 02 апреля 2018 года: «Сумму» писали полгода».  

- в соответствии со Списком аффилированных лиц ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» (ИНН 

<

***>) (опубликовано на официальном сайте  «Центр раскрытия информации» (Интерфакс)) в одну группу лиц с данной  организацией входят, в том числе: E-Seven Limited  (которому принадлежит 99% акций ОАО «ГлобалЭлектроСервис»), ООО «Интэкс»;  

- генеральным директором ОАО «ГлобалЭлектроСервис» являлся ФИО19, который, в свою очередь, являлся генеральным директором  ООО «Стройновация».  

- вышеуказанными публикациями в средствах массовой информации и  вышеуказанными судебными актами также подтверждается, что ООО  «Стройновация» и ОАО «ГлобалЭлектроСервис» входили в группу компаний  «Сумма» и полностью контролировались ФИО16.  

В частности, как указано выше, постановлением Тверского районного суда  города Москвы от 09 октября 2019 года (в рамках уголовного дела №  11401007754000095) установлено, что ООО «Стройновация» и ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» входят в группу «Сумма», контролируемую ФИО16 и ФИО20  

- в соответствии с п. 4.1 пояснений к бухгалтерской отчетности ООО  «Стройновация» за 2014 г., 2015 г., 2016 г. ОАО «ГлобалЭлектроСервис» является  лицом, которое контролируется или на которое оказывается значительное влияние  одним и тем же юридическим и (или) физическим лицом (одной и той же группой  лиц).  

По смыслу п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная,  осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое  получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения  работ или оказания услуг.  

Согласно абз. 2 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового  акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от  его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении  своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно  или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали  обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому  риску.  

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено  выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им  юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены  коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета,  правления и т.п.).  

В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее«Постановление Пленума ВС РФ № 53») контролирующее должника лицо не  подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его  действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника,  не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на  нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества,  объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи  61.11 Закона о банкротстве).  

Следовательно, контролирующие ООО «Стройновация» лица должны были  действовать добросовестно и разумно, особенно в условиях наличия внешних  экономических признаков, которые могли оказать существенное влияние на  производственно-хозяйственную деятельность ООО «Стройновация».  

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стройновация» возбуждено  10.04.2017.  

Процедура наблюдения в отношении ООО «Стройновация» введена  определением арбитражного суда от 24.05.2018, соответственно, конкурсное  производство – решением арбитражного суда от 11.07.2019.  

При подаче заявления в рамках настоящего обособленного спора конкурсный  управляющий исходил из того, что контролирующие должника лица при  осуществлении ООО «Стройновация» хозяйственной деятельности преследовали  заведомо противоправные цели, в условиях ухудшения финансового состояния  должника и возбуждения в декабре 2014 года уголовного дела по факту хищения  бюджетных денежных средств в особо крупных размерах, с учетом того, что  обвиняемые по указанному делу (ФИО16 и ФИО20) являлись  фактическими бенефициарами группы компаний, в состав которой входило и ООО  «Стройновация». Кроме того, управляющий также ссылался на совершение  должником в период руководства им рядом лиц, указанных в качестве ответчиков,  значительного количества сделок, связанных, по мнению управляющего, с выводом  активов должника, в пользу аффилированных лиц, в том числе сделок,  причинивших существенный вред должнику, что повлекло последующее  банкротство, рост кредиторской задолженности, возникновение у должника убытков  и существенные затруднения при формировании конкурсной массы должника,  исходя из отсутствия достаточного объема активов.  

Суд первой инстанции при вынесении обжалуемого определения пришел к  выводу о том, что имеются основания для привлечения к субсидиарной  ответственности ряда привлекаемых лиц, в частности, в отношении ФИО8, ФИО10, ФИО3, ФИО21, ФИО18, ФИО15,  ФИО14, Компании ФИО30 Лимитед, ФИО16, ФИО20 и ОАО  «ГлобалЭлектроСервис».  

 В отношении ФИО6, ФИО19, ООО «Группа Сумма» судом  первой инстанции в удовлетворении заявления было отказано, и в указанной части  судебный акт суда первой инстанции не оспаривается, в связи с чем, в порядке  применения положений статьи 268 (части 5) АПК РФ судом апелляционной  инстанции судебный акт суда первой инстанции не проверяется и не  пересматривается.  

В свою очередь, ввиду отсутствия апелляционного обжалования и  соответствующих мотивированных возражений, апелляционный суд не проверяет и  не пересматривает судебный акт суда первой инстанции в части установления  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО21 и  ФИО18  

Соответственно, с учетом принятия на стадии апелляционного производства  отказа действующего конкурсного управляющего от заявления в отношении  ФИО15, исходя из установления обстоятельств его кончины (смерти)  01.10.2021 и отсутствии сведений о принятии наследства в отношении  наследственной массы указанного лица, суд апелляционной инстанции исходит из  факта исключения ФИО15 из круга привлекаемых к субсидиарной  ответственности лиц, при отсутствии оснований для рассмотрения апелляционной  жалобы данного лица, производство по которой также подлежит фактическому  прекращению.  

Оценивая доводы подателей апелляционных жалоб и заявленные по ним  возражения, апелляционный суд исходит из следующего.  

Как отмечает апелляционный суд, хозяйственная деятельность ООО  «Стройновация» в трехлетний период до введения процедуры банкротства, а также  после возбуждения дела о банкротстве, вплоть до введения процедуры конкурсного  производства, была обусловлена, в основном, ведением деятельности по  

строительству дорог и автомагистралей, поскольку в структуре выручки указанная  деятельность составляла наибольшую долю (в среднем около 90 %). При этом  следует отметить, что должник в вышеуказанный период осуществлял реальную  деятельность, имея ранее заключенные контракты и соглашения, в том числе и в  рамках государственных контрактов, осуществляя соответствующие платежи и  выполняя ряд обязательств перед своими контрагентами.  

В связи с отказом суда первой инстанции в удовлетворении ходатайств о  проведении финансово-экономической экспертизы, суд апелляционной инстанции в  рамках апелляционного производства назначал проведение двух финансово-экономических экспертиз (первоначальной и повторной), в рамках которых  экспертными организациями в лице ООО «Экспертно-консультационный центр  «СевЗапЭксперт» (эксперт ФИО25) и АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» при ТПП  РФ (эксперты ФИО27, ФИО28, ФИО26) были представлены  соответствующие экспертные заключения.  

Поскольку результаты первоначально проведенной экспертизы и содержание  заключения ООО «СевЗапЭксперт» от 18.01.2022 в полной мере не удовлетворили  апелляционный суд, исходя из анализа заключения, заявленных мотивированных  возражений участников обособленного спора и отсутствия достаточной полноты  исследования по поставленным судом вопросам, апелляционный суд по  ходатайствам ряда лиц назначал проведение повторной экспертизы, с учетом  которой АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» представило заключение № 026-21-00108 от  31.08.2022. Указанное заключение, как полагает апелляционный суд, содержало в  себе достаточно подробный анализ деятельности должника за исследуемый период  (три года до возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Стройновация»), с  представлением мотивированных пояснений и выводов экспертов по поставленным  судом вопросам.  

Согласно вышеназванного экспертного заключения АНО  «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» при анализе внешних экономических признаков, оказавших  существенное влияние на деятельность должника в период 2015-2017 г.г., в том  числе на доведение должника до банкротства, выявлено снижение роста ВВП по  строительной отрасли уже с 2015 года, снижение доли строительства, при наличии  валютно-финансового кризиса, с которым, в том числе, столкнулась Российская  Федерация с 2014 года, при росте ключевых и процентных ставок в банковско-кредитной сфере, росте цен на материалы и оборудование, в условиях снижения  объемов дорожного и иного строительства, снижения объема государственных  контрактов, при увеличении расходов на строительство и реконструкцию дорог, что  привело к увеличению числа банкротств строительных организаций, при  существенном ухудшении показателей платежеспособности данных организаций.  При этом экспертами установлено, что в течение исследуемого период у должника  (ООО «Стройновация») отмечалось существенное снижение объемов выручки (с  8 383 459 тыс.руб. до 3 108 844 тыс.руб.), в том числе, с учетом снижения объемов  государственных заказов, при существенном снижении количества государственных  контрактов (с 11-ти в 2014 году до 0 в 2017 году), при увеличении у должника  расходов на обслуживание кредитов и ухудшении показателей платежеспособности  должника, в том числе и по текущим обязательствам, наряду с изменением  показателей финансовой устойчивости.  

При анализе влияния сделок с участием должника, на которые ссылался  конкурсный управляющий при подаче и поддержании своего заявления в рамках  настоящего обособленного спора, экспертами АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА»  установлено наличие существенных операций (сделок) с участием должника в  исследуемый период, оказавших негативное влияние на финансово-экономическое  

состояние должника и его способность отвечать по своим обязательствам. В  частности, в экспертном заключении указано на операции по перечислению  должником денежных средств ОАО «ГлобалЭлектроСервис» в размере 517 442 000  руб., в том числе, с учетом признания в судебном порядке недействительными  соответствующих перечислений (сделок), в условиях отсутствия встречного  предоставления, а также указано на сделку по перечислению займа по договору   № 221/16 от 04.08.2016, заключенному между должником и АО «Трансинжиниринг»,  при выявлении несоответствия процентной ставки рыночным условиям, что привело  к завышению задолженности по полученным займам. Кроме того, экспертами АНО  «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» обращено внимание на то, что по трем государственным  контрактам с участием должника, в том числе по контракту № 0373100090914000035  от 09.09.2014 с Федеральным агентством воздушного транспорта, по контракту № С126 от 07.11.2014 с Санкт-Петербургским ГКУ «Дирекция транспортного  строительства» и контракту № 0321100019413000147-0000667-04 от 04.04.2014  между должником и ФКУ «УпДор Северный Кавказ» должником был получен  отрицательный финансовый результат, что оказало негативное влияние на его  финансовое состояние. Помимо вышеуказанных сделок в вышеназванном  экспертном заключении обращено внимание на то, что сделка должника с ОАО  «ГлобалЭлектроСервис» на общую сумму 104 917 913 руб. 51 коп., указанная  управляющим в заявлении и признанная арбитражным судом недействительной в  рамках одного из обособленных споров, также оказала существенное негативное  влияние на способность должника отвечать по своим обязательствам.  

При постановке выводов по вопросу, связанному с установлением даты  (момента, периода) наступления у должника признаков объективного банкротства, в  условиях неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования  кредиторов, эксперты АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» указали в заключении, что с  учетом определения (расчета) стоимости чистых активов за анализируемый период,  проведенного экспертами анализа соответствующих активов и пассивов должника  по имеющейся бухгалтерской отчетности и документации должника, с учетом  установления отрицательной стоимости чистых активов должника на 31.12.2016,  экспертами констатирована неспособность должника удовлетворить в полном  объеме требования кредиторов в связи с превышением совокупного размера  обязательств над реальной стоимостью активов должника по состоянию на  вышеуказанную дату и о наступлении признаков объективного банкротства  Общества до 31.12.2016.  

По вопросу наличия и объема обязательств (сделок) должника, совершенных  после наступления даты (момента, периода) объективного банкротства, которые  значительно (существенно) ухудшили финансовое состояние должника, в том числе  по признаку их убыточности для должника, экспертами АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА»  выявлена существенная сделка с участием должника, в частности, сделка между  должником и ООО «ГС-Инжиниринг», исходя из несоответствия рыночным условиям  процентной ставки, что привело к несению должником дополнительных расходов по  платежам и к завышению задолженности по полученному займу.  

В соответствии со статьями 64, 71 АПК РФ выводы экспертов и  соответствующее заключение могут рассматриваться в качестве доказательств по  делу и приниматься во внимание судом наряду с иными доказательствами.  

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что ООО «Стройновация» до  введения в отношении указанного лица и вплоть до введения конкурсного  производства осуществляло реальную хозяйственную деятельность, при наличии  ряда действующих контрактов и обязательств, при этом указанная деятельность  носила нестабильный характер, финансовые и иные показатели данной  

деятельности, начиная с 2015-2016 г.г. имели разнонаправленную тенденцию.  Валюта баланса Общества на протяжении 2013-2017 г.г. имела нестабильную  динамику, с максимальными значениями за 2014 год, однако составляла  значительную сумму, которая колебалась от 12 308 580 тыс. руб. в 2013 году и до  16 643 652 тыс.руб. в 2017 году. Максимальная величина чистых активов Общества  была зафиксирована по итогам 2015 года и составила 1 453 050 тыс.руб., в  дальнейшем происходило существенное снижение данной величины, при  возникновении отрицательных значений по итогам 2016 года. Основную долю  активов Общества на протяжении ведения хозяйственной деятельности составляли  оборотные активы, включая запасы, непредъявленная к оплате выручка по  контрактам и договорам подряда, отложенных налоговых активов, краткосрочной  дебиторской задолженности, финансовых вложений и денежных средств. При этом  оборотные активы, прежде всего, краткосрочная дебиторская задолженность, имели  тенденцию существенного увеличения. Соответственно, объем основных средств у  ООО «Стройновация», на протяжении всей деятельности в структуре активов не  являлся определяющим и существенным, при этом в состав материальных активов  Общества входили мобильные здания, временные жилые площадки, транспортные  средства, а также компьютерное, офисное и иное вспомогательное оборудование,  при отсутствии у Общества в составе данных активов объектов недвижимости и  иных подобных ликвидных активов. В свою очередь, оборачиваемость оборотных  активов Общества за исследуемый период, как указано в экспертном заключении  АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» превышала средние по отрасли значения, при  существенном замедлении к 2017 году, при этом оборачиваемость краткосрочной  дебиторской задолженности в течение исследуемого периода была ниже  отраслевой.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в составе основных дебиторов  должника за весь исследуемый период значительную часть занимали дебиторы в  лице КТК Комсомольский НПС 2, 3, РТС-Тендер, ФГУП «Единая группа заказчика»,  Ространсмодернизация, Кардо-Строй, при этом в состав основных (существенных  по объему) дебиторов в период 2013-2017 г.г. также входила и Компания ФИО30  Лимитед, которая, как следует из материалов обособленного спора, в данный  период являлась единственным участником должника. Соответственно, в  материалы обособленного спора от указанной Компании не представлено  мотивированных пояснений относительно факта образования существенной  дебиторской задолженности перед ООО «Стройновация» (объемом от 497 млн..  руб. в 2013 году до 564 млн.руб. в 2017 году), как и пояснений относительно  оснований ее возникновения и причин ее непогашения, при существенном для  деятельности должника объеме.  

Следует дополнительно отметить, что ООО «Стройновация» за исследуемый  период, начиная с 2013 года, в составе краткосрочных финансовых вложений имело  долговые ценные бумаги, объем которых имел тенденцию к уменьшению, однако  составлял значительную часть активов от 1 503 9777 768 руб. 95 коп. в 2013 году и  313 008 276 руб. 34 коп. в 2017 году, надлежащая работа с которым могла  способствовать увеличению платежеспособности должника и уменьшению долговых  обязательств, однако должных доказательств и сведений о данной работе  представлено не было.  

Доля предоставленных займов должника по соответствующему счету 58.03. в  2013 году в денежном выражении составляла порядка 473 млн. руб., в 2014 году  порядка 2,9 млрд.руб., с последующим уменьшением к 2017 году до 68 млн. руб.,  при этом доля кредитных заимствований должника по счету 58.02 в 2013 году  

составляла в общем объеме около трех млрд. руб., при существенном снижении к  концу 2017 года до 630 млн. руб.  

Соответственно, основной объем выручки (денежных средств) должника  исходя из прироста данных оборотных активов, приходился на 2016 год, при  последующем существенном спаде в 2017 году.  

При этом в структуре пассивов должника за весь исследуемый период  преобладали краткосрочные обязательства, в частности, заемные средства и  кредиторская задолженность, также имевшие тенденцию к увеличению.  

Таким образом, следует признать, что ООО «Стройновация», являясь  действующим хозяйствующим субъектом и осуществляя работы подрядного  характера либо финансирование и расчеты с третьими лицами, в своей  деятельности имело достаточно значительный объем обязательств со своими  контрагентами, в том числе и вступало в правоотношения с государственными  заказчиками, заключая государственные контракты. В свою очередь, с учетом того,  что ООО «Стройновация» фактически входило в группу компаний, деятельность  которых контролировалось рядом бенефициаров, в частности ФИО16 и  ФИО20, то данная деятельность имела определенный подконтрольный  характер, притом, что Общество при ведении своей деятельности заключало  значительное количество контрактов и договоров, по которым было необходимо  исполнять соответствующие обязательства. При этом значительный объем  обязательств имел реальный характер, в условиях наличия встречного  предоставления, и на деятельности должника могли отражаться как внешние  условия, так и внутренние, связанные с организацией и ведением бизнеса, в  условиях наличия внутригруппового и иного распределения денежных потоков,  исходя из получаемых платежей по результатам выполненных работ, наличия  кредитно-заемных обязательств и распределением получаемой выручки.  

Между тем, следует отметить, что в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) ООО «Стройновация» конкурсным управляющим должника было  оспорено значительное количество сделок с участием должника, существенная  часть которых судом была признана недействительными, исходя из  подозрительного периода и характера их совершения, в том числе и по основаниям  причинения вреда должнику и его кредиторам по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, а также в условиях предпочтительного удовлетворения требований  ряда кредиторов, в числе которых имелись и кредиторы, аффилированные к  должнику. Указанные обстоятельства, исходя из наличия значительного объема  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований должника, повлекли  оценку судом первой инстанции в рамках настоящего обособленного спора и  действий ряда привлекаемых к субсидиарной ответственности и ответственности в  форме убытков лиц, что в конечном итоге привело к постановке ряда выводов о  привлечении данных лиц к субсидиарной ответственности.  

Как установлено по материалам дела, ФИО16 и  ФИО20 являются владельцами и конечными  бенефициарами группы компаний «Сумма» куда входит ООО «Стройновация».  

Изложенные обстоятельства подтверждаются, представленными в  материалы дела доказательствами, данными ответчиками не оспаривается.  

Учитывая объективную сложность получения конкурсным управляющим  должника отсутствующих у него прямых доказательств дачи бенефициарами  указаний относительно совершения тех или иных сделок, направленных на  выведение из оборота должника денежных средств, должны приниматься во  внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств,  

анализ поведения вовлеченных в спорные отношения субъектов (определение  Верховного суда РФ от 03.09.2020 № 304-ЭС19-25557(3)).  

Как указал суд первой инстанции, конечный бенефициар, не имеющий  соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса  контролирующего должника лица не заинтересован и старается завуалировать как  таковую возможность оказания влияния на должника (указанная позиция изложена в  частности, в определении Верховного суда РФ от 07.10.2020 № 307-ЭС17-11745  (2)).  

Суд апелляционной инстанции в этой связи отмечает, что несмотря на то, что  вышеназванные лица (ФИО16 и ФИО20) непосредственно не  скрывали свой статус контролирующих должника (как и соответствующей группы  компаний) лиц и сами не совершали сделок с участием должника, однако, как  полагает апелляционный суд, наличие стратегических функций контроля  относительно деятельности хозяйствующих субъектов, включая и должника, в  условиях банкротства и выявления обстоятельств. указывающих на совершение  должником значительного количества сделок, в том числе с аффилированными  лицами, которые признаны судами недействительными, позволяет  квалифицировать указанные действия, как негативные для должника и его  кредиторов, что в конечном итоге, указывает на наличие оснований для  квалификации их привлечения к субсидиарной ответственности по неисполненным  обязательствам должника, ввиду доведения должника до банкротства и  недостаточности конкурсной массы для осуществления расчетов с кредиторами. Как  полагает апелляционный суд, выявление экспертным путем наличия ряда внешних  признаков, обусловивших банкротство должника, как строительной организации,  хотя и может служить смягчающим данную ответственность фактором, при  установлении размера ответственности, однако не свидетельствует о  невозможности привлечения вышеназванных лиц к субсидиарной ответственности.  В свою очередь, следует дополнительно отметить, что в настоящее время  уголовное дело, инициированное в 2014 году в отношении и вышеуказанных лиц,  завершено, с передачей его в суд, в рамках которого в отношении ФИО16 и  ФИО20 судом первой инстанции в декабре 2022 года вынесен  обвинительный приговор. Апелляционный арбитражный суд при этом исходит из  того, что соответствующие обстоятельства и выводы обвинительного приговора  хотя и не могли оцениваться судом первой инстанции в рамках настоящего  обособленного спора, в условиях обстоятельств незавершенности уголовного дела  и длительности рассмотрения настоящего спора как судом первой, так и  апелляционной инстанции, как и не оцениваются апелляционным судом, однако  само наличие информации о вынесении соответствующего приговора указывает на  характер влияния данных лиц как в целом на деятельность группы компаний  «Сумма», так и отдельно взятого хозяйствующего субъекта, входящего в данную  группу компаний, каковым является должник. В свою очередь, заключение,  исполнение, расторжение ряда крупных государственных контрактов, ранее  заключенных с участием должника, как полагает апелляционный суд, не могло  осуществляться без соответствующего руководства и влияния вышеуказанных лиц,  притом, что по части контрактов обязательства со стороны должника были  исполнены ненадлежащим образом, что привело к негативному финансовому  результату, на что обращено внимание и в экспертном заключении АНО  «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА» в рамках настоящего дела.  

Как следует из материалов настоящего дела и дела о банкротстве ООО  «Стройновация» (применительно к наличию многочисленных обособленных споров  и судебных актов в части оспаривания и признании недействительными ряда сделок  

с участием должника), контролирующими должника лицами в период с 2015 г. по  2018 г. систематически совершались недействительные сделки, направленные на  вывод активов ООО «Стройновация», которые, в числе прочего, привели к  возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного  банкротства ООО «Стройновация».  

По существу объем сделок, признанных судом недействительными на  основании п. 2 ст. 61.2 (сделки, в результате которых причинен вред  имущественным правам кредитов) в рамках дела о банкротстве ООО  «Стройновация», совершались должником в пользу аффилированных лиц,  входящих в группу компаний «Сумма» (ОАО «ГлобалЭлектроСервис», ООО «УПТК»,  ООО «ГК «Инфраструктура», ООО «Трансинжиниринг», ООО «Контакт-С», АО  «Инженер» и т.д.).  

Судом первой инстанции установлено, что денежные средства свободно  перечислялись ООО «Стройновация» другим компаниям группы «Сумма».  Указанные факты нашли отражение в судебных актах по обособленным спорам №  «сд.35», «сд. 37», «сд. 48», «сд. 75», «сд. 79», «сд. 83», «сд. 84», «сд. 94», «сд. 97»,  «сд. 110», «сд. 117».  

Совершенные контролирующими должника лицами сделки, явившиеся  причиной банкротства, сами по себе, как полагает апелляционный суд, не связаны с  кризисом в строительной отрасли, не имели в большей степени отношения к  основному виду деятельности ООО «Стройновация», а представляли собой вывод  (либо перераспределение) денежных средств, с указанием в основаниях заемных  отношений, соглашений об уступках прав требования.  

Таким образом, доводы ФИО16 о существенном и определяющем  влиянии кризиса в строительной отрасли на объективное банкротство ООО  «Стройновация» в полной мере нельзя признать обоснованными.  

 Суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает, что вопрос оценки  действий должника и его конкурсного управляющего в части осуществления работы  с дебиторской задолженностью должника, в том числе и в отношении  потенциальных требований должника к ФГУП «Единая группа заказчика», как и  вопросы взаимоотношений должника с рядом его дебиторов и кредиторов, в том  числе по фиксации объемов выполненных должником работ, объемов  финансирования, связанных с банковскими гарантиями ряда кредитных  организаций, сами по себе являются самостоятельными и предопределяют  возможность инициации соответствующих споров как искового характера, так и в  рамках обособленных споров в деле о банкротстве должника, в том числе и в  порядке контроля за деятельностью конкурсного управляющего. В этой связи,  доводы ФИО16 относительно причин банкротства должника вследствие  значительных объемов дебиторской задолженности, как полагает апелляционный  суд, не свидетельствуют о том, что факт наличия дебиторской задолженности  препятствует оценке и квалификации действий либо бездействия контролирующих  должника лиц в порядке их привлечения к субсидиарной ответственности.  Соответственно, дополнительный (акцессорный) характер субсидиарной  ответственности указывает на то, что в случае пополнения конкурсной массы  должника разрешенными законом способами, включая и результаты работы с  дебиторской задолженностью должника, вопрос объема и размера субсидиарной  ответственности будет, безусловно, зависеть от обстоятельств, указывающих на  возможность погашения кредиторской задолженности должника за счет  сформированной конкурсной массы.  

Статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление  согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему  организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.  

Фактически, как указал суд первой инстанции, в корпоративной группе  «Сумма» под руководством бенефициаров группы была реализована бизнес- модель, предполагающая получение должником выручки от осуществляемой им  деятельности значительно ниже того, на что он вправе был бы рассчитывать в  рамках рыночных отношений, так как существенная часть прибыли выводилась в  пользу аффилированных групповых компаний, о чем свидетельствуют судебные  акты о признании сделок недействительными, представленные в материалы дела.  

При этом следует отметить, что несмотря на то, что получение дохода ниже  объективного потенциала прибыли от производственной деятельности само по себе  не является незаконным и находится в сфере ведения органов управления группы  компаний, с точки зрения законодательства о банкротстве такая деятельность  приобретает недобросовестный характер в момент, когда она начинает приносить  вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника  становятся ниже его кредиторской нагрузки.  

Неоднократное (системное) воспроизведение одних и тех же результатов  хозяйственной деятельности с конкретным функционалом внутри корпоративной  группы в виде накопления значительной долговой нагрузки ООО «Стройновация»  перед независимыми кредиторами с периодическим использованием должника в  качестве «спонсора» для аффилированных компаний указывает на цикличность  бизнес-процессов внутри группы с разделением предпринимательской  деятельности на убыточные (в данном случае, к таковым с определенного момента  деятельности возможно отнести ООО «Стройновация») и прибыльные центры.  

Ответчики не ссылались на то, что имеется какое-либо рациональное  объяснение совокупности действий, систематически приводящих к одним и тем же  последствиям, а именно к наращиванию долговой нагрузки ООО «Стройновация».  Такую деятельность нельзя в полной мере признать добросовестной, поскольку она  причиняет вред независимым кредиторам и создает для аффилированных  компаний необоснованные преимущества, которые ни один участник  соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы.  

Соответственно, контролирующие должника лица под управлением  бенефициаров общества косвенно (исходя из установления обстоятельств  недействительности ряда сделок по различным обособленным спорам)  осуществляли распоряжение денежными средствами и иным имуществом должника  для восстановления и поддержания финансового положения иных компаний,  входящих в группу компаний «Сумма», принося тем самым вред независимым  кредиторам ООО «Стройновация».  

В рамках настоящего дела было установлено, что в период  неплатежеспособности денежные средства свободно перечислялись ООО  «Стройновация» другим лицам, входящим в группу «Сумма», а именно: ОАО  «ГлобалЭлектроСервис», ЗАО «ПИ «Нефтепроект», АО «Открытый порт Находка»,  ООО «УПТК», ООО «ГК-Инфраструктура», ООО «СН-ГЭС Комплектация», ООО  «Интэкс», ПАО «Владивостокский морской торговый порт», АО «Инженер» и ООО  «Трансинжиниринг» (указанные факты подтверждаются судебными актами,  представленными в материалы дела).  

Эти платежи, как следует из судебных актов по вышеуказанным спорам,  совершались в отсутствие доказанного правового основания.  

При этом характерной особенностью вышеназванных платежей являлось то,  что зачастую денежные средства выводились из организации, испытывающей  

финансовые трудности, в пользу организаций, имущественное положение которых  еще было более стабильным.  

Таким образом, денежные средства организаций, находящихся под угрозой  введения процедур банкротства, всякий раз выводились в пользу более  платежеспособных хозяйственных обществ.  

Учитывая направленность сделок в пользу аффилированных компаний, не  существует иных объяснений их совершению, кроме как их совершение по указанию  бенефициаров всей группы компаний - ФИО16 и ФИО20, т.к. они  являлись конечными приобретателями выгоды от совершения указанных сделок.  

При этом, как следует из пояснений конкурсного управляющего,  контролирующими должника лицами на протяжении 2015-2018 гг. совершены  сделки, причинившие существенный вред имущественным правам кредиторов ООО  «Стройновация» на общую сумму 2 694 807 902,89 руб., в результате чего должник  утратил возможность полного погашения требований кредиторов.  

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции полагает  возможным согласиться с выводами суда первой инстанции относительно наличия  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО16 и  ФИО20  

Относительно Компании ФИО30 Лимитэд, имеющей в исследуемый период  статус единственного участника должника, суд апелляционной инстанции отмечает  следующее.  

Довод Компании ФИО30 Лимитэд о ненадлежащем извещении Компании о  наличии спора в суде первой инстанции является несостоятельным.  

Порядок вручения за границей судебных и внесудебных документов по  гражданским и торговым делам установлен Конвенцией о вручении за границей  судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам  (заключена в г. Гааге 15.11.1965).  

В соответствии с ФЗ от 12.02.2001 № 10-ФЗ «О присоединении Российской  Федерации к Конвенции о вручении за границей судебных и внесудебных  документов по гражданским или торговым делам» Российская Федерация  присоединилась к Конвенции и является ее участником. Республика Кипр также  является участником указанной Конвенции.  

Конвенция применяется в гражданских или торговых делах во всех случаях,  при которых судебный или внесудебный документ необходимо направить для  передачи или вручения за границей (статья 1 Конвенции).  

В соответствии с пунктом «а» статьи 10 Конвенции, если запрашиваемое  государство не заявляет возражений, настоящая Конвенция не препятствует  возможности непосредственно посылать по почте судебные документы лицам,  находящимся за границей.  

При присоединении к Конвенции Республика Кипр оговорок о неприменении  порядка извещения, предусмотренного статьей 10 Конвенции, не заявляла.  

Соответственно, факт направления судебного акта посредством услуг АО  «Почта России» сам по себе не может являться основанием для признания  уведомления ответчика ненадлежащим (Обзор судебной практики Верховного Суда  РФ № 3 (2019)), что также нашло подтверждение и правоприменительной практике  арбитражных судов.  

 В материалах настоящего обособленного спора имеется доказательство  надлежащего уведомления Компании ФИО30 Лимитэд (том 4 л.д. 90), а именно  почтовое уведомление (РПО R0261175615RU) для направления международной  корреспонденции (оранжевого цвета) о получении представителем компании  «ФИО30 Лимитед» судебного акта арбитражного суда по настоящему  

обособленному спору, которое содержит подпись представителя Компании ФИО30  Лимитэд.  

Согласно отслеживанию почтового отправления, указанное почтовое  отправление получено Компанией ФИО30 Лимитэд 07.08.2020.  

 Доводы Компании ФИО30 Лимитэд об отсутствии оснований для  привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника  также подлежат отклонению.  

Компания с ограниченной ответственности ФИО30 Лимитэд является 100%  участником ООО «Стройновация» в связи с чем, указанное контролирующее лицо  обладало всей совокупностью формальных полномочий по руководству за  действиями единоличного исполнительного органа, а также обладала  полномочиями по даче соответствующих распоряжений на выведение активов  Должника.  

При этом, как верно отмечено в обжалуемом определении, действительная  «роль» Компании с ограниченной ответственностью ФИО30 Лимитэд -  завуалировать реальных бенефициаров ООО «Стройновация».  

Суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает, что Компания  ФИО30 Лимитэд, обладая статусом единственного участника должника, в силу  корпоративного и иного законодательства должна была обладать всей полнотой  сведений о деятельности и финансовой состоятельности должника, в том числе  принимать участие в выработке стратегических и иных управленческих решений,  проверять отчетность должника, проводить соответствующие собрания, с  обсуждением на них как планов деятельности Общества, так по реализации  направлений и целей такой деятельности, наряду с принятием решений об  одобрении, при необходимости крупных сделок должника.  

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 53 руководитель,  формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший  фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например,  полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности  либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно  выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных  полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего  лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания  влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от  осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его  действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы  управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

На основании пункта 1 статьи 8 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью участники общества вправе, в том числе, участвовать в  управлении делами общества в порядке, установленном данным Федеральным  законом и уставом общества; получать информацию о деятельности общества и  знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном  его уставом порядке; принимать участие в распределении прибыли.  

Пунктом 1 статьи 32 указанного закона предусмотрено, что высшим органом  общества является общее собрание участников общества. Общее собрание  участников общества может быть очередным или внеочередным. Все участники  общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества,  принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии  решений.  

К компетенции общего собрания участников общества относятся, в том числе,  утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов; принятие решения  

о распределении чистой прибыли общества между участниками общества;  утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность  общества (внутренних документов общества); назначение аудиторской проверки,  утверждение аудитора и определение размера оплаты его услуг (статья 33 Закона  об обществах с ограниченной ответственностью).  

В соответствии со статьями 34 и 35 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью очередное общее собрание участников общества проводится в  сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год.  Внеочередное общее собрание участников общества проводится в случаях,  определенных уставом общества, а также в любых иных случаях, если проведения  такого общего собрания требуют интересы общества и его участников.  Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным  органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров  (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества,  аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем  одной десятой от общего числа голосов участников общества.  

Таким образом, как обоснованно указал конкурсный управляющий должника в  своих возражениях и пояснениях, исходя из системного анализа статей 8, 34 и 35  Закона об обществах с ограниченной ответственностью, формулировка указанных  норм предполагает активную позицию участника в отношении деятельности  общества, т.е. в определенный момент времени участник может не располагать  информацией о деятельности и сделках общества, однако он имеет реальную  возможность узнать об этом посредством реализации права на получение  информации о деятельности общества (ознакомление с бухгалтерской и иной  документацией), а также права на участие в управлении делами общества  (требование о созыве внеочередного общего собрания участников и другое).  

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, Компания ФИО30  Лимитэд, владеющий 100% уставного капитала должника, устранившись от  контроля за финансово-хозяйственной деятельностью последнего, не проявив  должной степени заботливости и осмотрительности для надлежащего исполнения  обязанности по контролю за деятельностью общества, в силу положений статей 15,  401 ГК РФ несет ответственность за бездействие, которое привело к  нерациональной хозяйственной деятельности и невозможности расчетов с  кредитором, что в свою очередь привело к признанию ООО «Стройновация»  несостоятельным (банкротом).  

Ввиду этого следует признать установленным то, что банкротство должника -  результат ненадлежащей организации деятельности юридического лица,  недостатка контроля со стороны его руководителей, участников и фактических  бенефициаров за работниками и руководящим составом ООО «Стройновация».  

Кроме того, суд апелляционной инстанции также дополнительно отмечает,  что наличие на протяжении всего исследуемого периода до введения процедуры  банкротства должника (2013-2017 г.г.) у Компании ФИО30 Лимитэд крупной  задолженности перед ООО «Стройновация», что нашло отражение в бухгалтерской  отчетности должника и в экспертном заключении АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА», при  отсутствии сведений о характере и составе данной дебиторской задолженности, а  также сведений о работе с указанной задолженностью, объем которой имел  существенное значение для деятельности должника, свидетельствует о том, что  Компания ФИО30 Лимитэд, будучи аффилированным по отношению к должнику  лицом и его единственным участником, не предприняла должных мер по погашению  

указанной задолженности, что негативным образом отразилось на финансовой  состоятельности должника.  

 В этой связи, как полагает апелляционный суд, доводы Компании  фактически пассивном участии Компании в деятельности должника, со ссылкой на  отсутствие сведений о действиях и решениях Компании, имеющих негативный  характер для должника, подлежат отклонению.  

Таким образом, как полагает апелляционный суд, суд первой инстанции  обоснованно привлек Компанию с ограниченной ответственностью ФИО30 Лимитэд  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем  апелляционная жалоба Компании подлежит отклонению.  

Относительно апелляционной жалобы ФИО3 апелляционный суд  отмечает следующее.  

Одним из доводов ФИО3 является то, что в период его  деятельности в качестве генерального директора ООО «Стройновация» были  совершены недействительные сделки на общую сумму 626 656 564,06 руб., что  является несущественным по отношению к балансовой стоимости активов ООО  «Стройновация».  

Следует отметить, что бухгалтерская отчетность хозяйствующего субъекта  составляется контролирующими его лицами и не всегда является показателем  реального наличия активов общества, в рамках процедуры конкурсного  производства активы на указанную сумму управляющим не выявлены, при этом  анализ потенциальных активов содержится в экспертном заключении АНО  «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА».  

Также рассматривая вопрос существенности вреда, причиненного каждым из  контролирующих должника лиц, учитывается совокупность сделок, в результате  которых общество оказалось в состоянии банкротства.  

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи  1080 ГК РФ, разъяснений, данных в пункте 22 Постановления Пленума Верховного  Суда РФ № 53, а также в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца  первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц  действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до  банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника  лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и  направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть,  может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе  соисполнительство, пособничество и т.д.  

Таким образом, следует учитывать, каков совокупный размер ущерба,  причиненного контролирующими должника лицами, которые последовательно  совершали действия, направленные на причинение вреда независимым кредиторам  ООО «Стройновация».  

 ФИО3 указывает на то, что сделки, на основе которых ФИО3, привлекается к субсидиарной ответственности, были оспорены по ст. 61.3  Закона о банкротстве а, следовательно, они не причинили вреда кредиторам ООО  «Стройновация».  

В соответствии с абз. 6 п. 23 Постановления Пленума ВС РФ № 53 по смыслу  подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта  совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель  вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные  статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением)  Закона о банкротстве.  

Так явно причиняет вред сообществу кредиторов оказание предпочтения  одному из них: вместо накопления конкурсной массы для наиболее справедливого  пропорционального расчета со всеми кредиторами, активы должника выводятся из  конкурсной массы в пользу одного лица, таким образом, обществом окончательно  утрачивалась возможность погашения всех требований кредиторов.  

Возможность привлечения лиц к субсидиарной ответственности, в том числе,  и на основании сделок, направленных на оказание предпочтения, подтверждается,  как обоснованно указал конкурсный управляющий, и судебной практикой (в  частности постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от  05.07.2021 № Ф03-2840/2021 по делу N А59-2034/2016, оставленным в силе  Определением Верховного Суда РФ от 01.11.2021 N 303-ЭС17-20687(4);  постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 N  09АП-77260/20 по делу N А40-48443/2016, оставленное без изменения  Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.07.2021 N Ф05- 4407/2018).  

Соответственно, относительно довода о том, что конкурсным управляющим  ООО «Стройновация» не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и несостоятельностью ООО  «Стройновация», поскольку ФИО3 занимал пост генерального директора  ООО «Стройновация» уже после наступления объективного банкротства должника  следует отметить следующее.  

В пункте 17 Постановления Пленума ВС РФ № 53 указано, что  контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства  оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое  положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее  лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции  между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку  презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена  возможность осуществления в отношении должника реабилитационных  мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как  следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых  обязательств в будущем.  

Экспертами установлено, что объективное банкротство должника наступило  до 31.12.2016, в то время как ФИО3 осуществлял свою деятельность в  качестве генерального директора ООО «Стройновация» в период с 29.08.2017 по  19.03.2018.  

Судебными актами по ряду обособленных споров в деле о банкротстве  должника установлено, что в период деятельности ФИО3 продолжался  вывод активов из конкурсной массы ООО «Стройновация» с нарушением  установленной законом очередности удовлетворения требований кредиторов, в  результате чего, как указано ранее, продолжала увеличиваться диспропорция  между стоимостью активов должника и размером его обязательств.  

Следует отметить, что в условиях наступления у должника признаков  объективного банкротства по результатам 2016 финансового года, что также  констатировано в экспертном заключении АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА»,  соответствующие сделки должника, даже при наличии реальности их исполнения,  попадают под явно подозрительный период, в рамках которого при инициации  последующей процедуры банкротства оспариваются соответствующие сделки с  участием должника, в том числе и по признаку предпочтительного характера  

удовлетворения требований. Часть платежей в период руководства ФИО3 должником были признаны недействительными сделками, в том числе и  произведенные в пользу аффилированных с должником лиц (ОАО  «ГлобалЭлектроСервис», ООО «Трансинжиниринг», ООО «ГС-Инжиниринг», ООО  «Контакт-С»), наряду со сделкой должника по передаче ликвидных векселей  Сбербанка третьему лицу в отсутствие должного правового обоснования. Объем  указанных платежей и сделок, свидетельствует об их существенности для должника,  что предопределило правомерный вывод суда первой инстанции относительно  установления оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной  ответственности, с указанным выводом апелляционный суд полагает возможным  согласиться. При этом довод ФИО3 в части указания на реальность  соответствующих обязательств и применение судами последствий  недействительности сделок, как полагает апелляционный суд, в рассматриваемой  ситуации подлежит отклонению, поскольку сама по себе реальность обязательств  должника и его контрагентов не является безусловным основанием для постановки  вывода относительно недействительности тех или иных сделок, в условиях  совершения данных сделок в период наличия у должника объективных признаков  несостоятельности. В свою очередь, учитывая дополнительный (акцессорный)  характер субсидиарной ответственности, вопрос о размере такой ответственности  может быть дополнительно разрешен судом после завершения расчетов с  кредиторами, в том числе, с учетом конкретных обстоятельств, связанных с  деятельностью каждого из контролирующих лиц.  

Оценивая доводы апелляционной жалобы ФИО10, апелляционный  суд полагает необходимым отметить следующее.  

Как указал суд первой инстанции в обжалуемом определении, при  руководстве ФИО10 были совершены сделки в отношении ООО «СН-ГЭС  Комплексация» на общую сумму 48 023 468,58 руб. (обособленный спор «сд.56»).  

На 31.12.2017г. (последняя отчетная дата, перед совершением указанных  сделок) балансовая стоимость активов должника составляла 16 643 652 000 руб.,  что подтверждается представленным бухгалтерским балансом должника за 2017  год.  

Таким образом, как указал податель жалобы, объем сделок, которыми  руководствовался суд первой инстанции при вынесении обжалуемого определения,  составляют всего 0,29 % от объема активов должника, что значительно меньше  установленного закона размера крупности сделки (сделок), что исключает наличие  существенного вреда кредиторам, и как следствие указывает на отсутствие  оснований субсидиарной ответственности ФИО10  

Как следует из экспертного заключения АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА»,  объективное банкротство должника наступило до 31.12.2016, в то время как  ФИО10 осуществлял свою деятельность в качестве генерального директора  ООО «Стройновация» в период с 20.03.2018 по 01.08.2018, т.е. в период, когда в  отношении ООО «Стройновация» уже было возбуждено дело о несостоятельности  (банкротстве).  

 Судебными актами по ряду обособленных споров установлено, что в период  деятельности ФИО10 продолжался вывод активов из конкурсной массы  ООО «Стройновация» с нарушением установленной законом очередности  удовлетворения требований кредиторов, в том числе, в пользу аффилированных  лиц, в результате чего, как обоснованно указал конкурсный управляющий,  продолжала увеличиваться диспропорция между стоимостью активов должника и  размером его обязательств.  

Доводы ФИО10 о том, что сделки, на основе которых ФИО10  привлекается к субсидиарной ответственности, были оспорены по ст. 61.3 Закона о  банкротстве, а, следовательно, не причинили вреда кредиторам ООО  «Стройновация», следует отклонить, с учетом ранее изложенных апелляционным  судом выводов, исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 23  Постановления Пленума ВС РФ № 53.   

ФИО10 утверждает, что ввиду того, что задолженность ООО  «Стройновация» перед ОАО «Калмыцкое дорожное управление» на сумму 4 762 035  руб. 45 коп. была списана в безакцептном порядке платежным поручением от  27.04.2018 № 487963 Отделом по ЦАО № 2 УФССП по г. Москве, то ФИО10  никак не мог повлиять на данное перечисление.  

С указанным доводом подателя жалобы апелляционный суд полагает  возможным согласиться, с учетом того, что контрагент должника в лице ОАО  «Калмыцкое дорожное управление» к моменту установления полномочий  ФИО10 в качестве руководителя должника имел исполнительный документ  суда, выданный ранее на основании вступившего в законную силу решения суда,  что предопределяет установление в порядке искового производства обстоятельств  реальности соответствующих обязательств должника перед контрагентом, при  фактическом отсутствии у ФИО10 возможностей для оказания влияния на  предъявление исполнительного листа к исполнению. Довод конкурсного  управляющего относительно бездействия ФИО10 в части неоспаривания  списания, исходя из введения процедуры наблюдения, как полагает апелляционный  суд, подлежит отклонению, с учетом того, что ответчик соответствующую сделку с  контрагентом должника не заключал и не исполнял, руководил должником короткий  промежуток времени, при этом не мог повлиять на сам факт возбуждения  исполнительного производства в отношении должника, при этом не имел  правомочий на оспаривание соответствующего действия судебного пристава- исполнителя, применительно к оспариванию сделки (платежа). В свою очередь,  безакцептное списание соответствующей задолженности в установленном законом  порядке, несмотря на возможное введение в отношении должника процедуры  наблюдения, осуществлено помимо воли должника и его руководителя, что  предопределяет возможность постановки вывода суда относительно отсутствия  совокупности условий для возложения на ФИО10 потенциальных убытков. В  свою очередь, в настоящее время требование ООО «Стройновация» по отношению  к ОАО «Калмыцкое дорожное управление» включено в реестр требований  указанного лица, в условиях нахождения контрагента должника в процедуре  банкротства.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что ФИО10 вменяемыми ему  действиями по совершению платежей в пользу ООО «СН-ГЭС Комплектация» на  общую сумму 48 023 468 руб. 58 коп., исходя из периода их совершения, нахождения  должника в указанный период в процедуре банкротства, с учетом признания  указанных платежей, как сделок, недействительными и с учетом установления  судом обстоятельств, обусловленных причинением вреда кредиторам, исходя из  того, что данные перечисления производились в пользу лица, обладающего  признаками аффилированности по отношению к должнику, полагает, что имеются  основания для привлечения ФИО10 не к субсидиарной ответственности, а к  ответственности в форме убытков. При этом апелляционный суд исходит из  разъяснений, содержащихся в пункте 20 Постановления Пленума ВС РФ № 53, с  учетом возможности и необходимости переквалификации судом соответствующих  оснований ответственности, при выявлении несущественного характера  оспариваемых сделок (сделки, платежей), применительно к доведению должника до  

банкротства. Апелляционный суд отмечает, что вышеназванные платежи не  относимы к категории существенных сделок для должника, в том числе исходя из  балансовой стоимости его активов, при этом данные сделки не привели к  банкротству должника и существенным образом не изменили его финансовое  положение. Таким образом, достаточных условий и оснований для привлечения  ФИО10 к субсидиарной ответственности апелляционный суд не  усматривает, как по вышеизложенным основаниям, так и с учетом того, что  указанное лицо не являлось лицом, обязанным к передаче имущества и  документации должника, при отсутствии сведений о принудительном характере  возложения данной обязанности на ФИО10 В свою очередь, исходя из  природы обязательств, обусловленных передачей документации и имущества  должника, обстоятельств, связанных с удержанием со стороны ФИО10  каких-либо документов и имущества должника, а также доказательств нахождения  указанного имущества у данного лица, либо незаконного распоряжения им, в  материалах обособленного спора не имеется и суду таких сведений и  доказательств не представлено.  

Оценивая доводы апелляционной жалобы ФИО14, суд апелляционной  инстанции отмечает следующее.  

ФИО14 являлся генеральным директором должника в период с  01.06.2015 г. по 20.01.2016 г. Таким образом, период осуществления полномочий  ответчика составлял непродолжительный срок до 8 месяцев и пришелся на период  со второго квартала 2015 г. и с учетом новогодних праздников в 2016 году одну  неделю первого квартала 2016 г.  

С учетом имеющих в материалах дела сведений и доказательств, а также с  учетом выводов, изложенных в экспертном заключении АНО «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА»  в вышеуказанный период у должника еще не было явных и существенных  (объективных) признаков банкротства, при этом ООО «Стройновация»  осуществляло в данный период реальную хозяйственную деятельность, исполняло  соответствующие обязательства, имело действующие государственные и иные  контракты и соглашения. Следует отметить, что согласно выводам вышеназванного  экспертного заключения максимальная величина чистых активов Общества была  зафиксировано на конец 2015 года (порядка 1 453 050 тыс. руб.). В состав  

пассивов на конец 2015 года ООО «Стройновация» входят показатели  

нераспределенной прибыли в положительном размере 1 655 433 000 руб., в 2015  г. увеличился размер нераспределенной прибыли на 24,3 %, убыток в 2015 году у  должника отсутствовал. Также в 2015 году отсутствовали долгосрочные  обязательства в виде заемных средств, которые образовались в 2016 г., размер  отложенных налоговых обязательств в 2015 г. значительно сократился, а именно на  85,5 %, значительно уменьшен размер заемных средств, а именно на 57,30 %, а  также значительно уменьшен размер прочих обязательств, а именно на 20,2 %.  

Следует отметить, что уменьшение стоимости активов в 2015 году произошло  за счет уменьшения размера показателей в виде отложенных налоговых активов,  нематериальных активов, прочих внеоборотных активов и за счет уменьшения  финансовых вложений.  

Соответственно, учитывая наличие многочисленных контрактов, договоров и  соглашений у Общества с контрагентами и специфику деятельности должника в  области дорожного и иного строительства, наличие значительного объема  дебиторской задолженности и ее последующий рост само по себе не  свидетельствовало о негативной роли ФИО14, как руководителя должника в  вышеуказанный период и не указывало на явные признаки неплатежеспособности  самого Общества.  

В свою очередь, постепенное снижение доли денежных средств в  деятельности Общества в течение 2015 года также не указывало на необходимость  принятия срочных мер реагирования со стороны руководителя должника, притом,  что данные бухгалтерской отчетности формируются по состоянию на 31 декабря  отчетного года, притом, что спад значений по денежным средствам к концу 2015  года был, в основном, обусловлен замедлением расчетов дебиторов должника  

Как указал конкурсный управляющий, в соответствии с п. 10.5 Пояснений к  бухгалтерской отчетности за 2015 г. размер выданных поручительств в целях  обеспечения исполнения обязательств аффилированными с должником лицами  увеличился до 13 838 044 000 руб.  

В соответствии со ст. 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель  обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его  обязательства полностью или в части.  

Исходя из ст. 329 ГК РФ, поручительство является способом обеспечения  исполнения обязательства.  

По правилам п. 1,2 ст. 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем  исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель  и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором  поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.  Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая  уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других  убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением  обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.  

Соответственно, обязательство поручителя нести ответственность в части  просроченной задолженности основного заемщика возникает в случае и в момент  неисполнения обязательства основным заемщиком, либо если основной заемщик  признан банкротом.  

В свою очередь, следует отметить, что вопрос о недействительности  обеспечительной сделки, заключенной кредитной организацией, в контексте  причинения вреда интересам кредиторов лица, выдавшего обеспечение,  неоднократно являлся предметом рассмотрения Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации (Постановление Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 г. № 14510/13,  Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 28.12.2015 г. № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 г. № 308- ЭС16-1475, от 15.02.2019 г. № 305-ЭС18- 17611).  

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие  корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком  объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных  обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в  основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически  формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку  вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого  товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и  тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и  поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте,  который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).  

В силу прямого указания в законе, должник и все перечисленные юридические  лица по признакам, установленным в пунктах 1, 9 ст. 9 ФЗ «О защите конкуренции»,  составляют группу компаний, а также являются в силу положений ст. 4 Закона  

РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на  товарных рынках» аффилированными лицами.  

Что касается взаимозависимости контрагентов, то, как следует из ранее  изложенного, она известна закону и не опровергает чью-либо добросовестность.  

Состояние взаимозависимости прямо предусмотрено действующим  законодательством, которое не запрещает сделки между лицами со специальными  отношениями.  

Таким образом, как обоснованно указывал в своих доводах и возражениях  ФИО14, дробление бизнеса и взаимозависимость сами по себе не  опровергают презумпцию добросовестности и автоматически не образует состава  правонарушения.  

Бизнес группы компаний, с позиции оценки экономической целесообразности,  рациональности и эффективности хозяйственных взаимоотношений,  характеризуется общим конечным результатом и сохранением сложившихся  хозяйственных отношений.  

Соответственно, поручительство за одного заемщика другими компаниями из  группы компаний является общепринятой практикой делового оборота, как и зачет  встречных однородных требований.  

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая  действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из  поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего  права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в  получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Согласно положениям главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации  и поручительство, и залог являются способом обеспечения исполнения  обязательств.  

Апелляционный суд полагает, что само по себе наличие акцессорных  обязательств поручительства не предопределяют банкротство хозяйствующего  субъекта и достаточных оснований полагать, что заключение соответствующих  сделок предопределяет виновность ФИО14, как руководителя должника,  апелляционный суд не усматривает, применительно к основаниям возможного  возложения на него субсидиарной ответственности.  

Соответственно, расторжение 18.12.2015 года государственного контракта №  С-126, произошло за месяц до окончания полномочий ответчика ФИО14, в  связи с чем, последующие события, произошедшие из-за данного обстоятельства, к  нему отношения не имеют.  

Таким образом, как полагает апелляционный суд, деятельность ООО  «Стройновация» в период исполнения ФИО14 обязанностей руководителя  не являлась заведомо убыточной, при отсутствии явных и существенных признаков  неплатежеспособности, тогда как само по себе наличие у должника определенного  объема кредиторской задолженности, в том числе изменение ряда финансовых  показателей и параметров, не предопределяло необходимость принятия  руководителем Общества мер и действий, обусловленных необходимостью выхода  Общества и последующего финансового кризиса, как и не свидетельствовало о  необходимости привлечения данного лица к субсидиарной ответственности.  

Из разъяснений данных в пункте 1 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г. № 62 «О некоторых  

вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического  лица» (далее -«Постановление № 62») следует, что лицо, входящее в состав  органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор,  генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица  добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской  Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию  юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом  предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен  возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.  

При этом, арбитражным судам следует принимать во внимание, что  негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени,  когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не  свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий  (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует  рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный  контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей  (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений,  принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности  за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия  (бездействие), повлекшие убытки для юридического лица, не выходили за пределы  разумного экономического риска.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец  должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности  и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших  неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)  неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков  юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой  директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и  указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная  конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или  представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии,  стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие  доказательства.  

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 Постановления № 62  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия  (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица,  например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство («фирмой- однодневкой» и т.п.).  

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 5 указанного Постановления   № 62, директор также отвечает перед юридическим лицом за причиненные убытки и  в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по  выбору контрагентов по гражданско-правовым договорам.  

В рамках рассматриваемого обособленного спора конкурсным управляющим  должника ФИО17 были представлены письменные пояснения, в которых  управляющий представил расчет размера убытков, причиненных контролирующими  должника лицами кредиторам ООО «Стройновация».  

В частности, он указывает в своих последних уточненных письменных  пояснениях к судебному заседанию 24.03.2022 г., что действиями (бездействием)  

ФИО14 (период полномочий: 01.06.2015 - 20.01.2016) причинены убытки  кредиторам должника путем совершения 1 5 позиций платежей.  

Как полагает апелляционный суд, несмотря на признание судами ряда сделок  (платежей) в вышеуказанный период недействительными, совокупности условий  для возложения именно на ФИО14 как субсидиарной ответственности, так и к  ответственности в форме убытков, не имеется.  

Апелляционный суд исходит из того, что основная часть контрактов и  договоров, в рамках которых ООО «Стройновация», будучи контрагентом,  осуществляло платежи, были заключены до возложения на ФИО14  обязанностей руководителя должника, при этом должник в данный период еще не  обладал признаками объективного банкротства, осуществляя реальную  деятельность. В свою очередь, ФИО14 ранее не участвовал в рассмотрении  обособленных споров, в рамках которых в процедуре банкротства Общества были  признаны недействительными ряд сделок должника по основаниям,  предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, что предопределяет отсутствие  преюдиции соответствующих судебных актов при рассмотрении настоящего  обособленного спора, наряду с возможностью для привлекаемого лица (в данном  случае. ФИО14) представлять свои доводы, возражения и доказательства в  обоснование своей позиции. Суд апелляционной инстанции исходит из того, что при  рассмотрении настоящего обособленного спора как в суде первой, так и в суде  апелляционной инстанции со стороны ФИО14 был представлен объем  сведений и доказательств, позволяющих апелляционному суду придти к выводу об  отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Как полагает  апелляционный суд, ФИО14 были представлены приемлемые и  допустимые доказательства того, что его действия, связанные с исполнением  обязательств Общества по действующим контрактам, договорам и соглашениям, не  выходили за рамки разумного предпринимательского риска, при этом, должником,  как стороной в обязательствах, в указанный период получалось и равноценное  встречное удовлетворение от контрагентов. Относительно доводов конкурсного  управляющего, указывающего на исследование судами при рассмотрении одного из  обособленных споров (сд.84) определенного объема первичных документов, суд  апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что управляющим не  представлено должного объема сведений в части подробного исследования в  рамках вышеуказанного обособленного спора доказательств и информации,  указывающей на наличие у контрагента должника в лице ООО «ГК- Инфраструктура» встречного объема исполненных обязательств. Действительно,  вышеуказанный контрагент входил в группу компаний, аффилированных с  должником, при этом должник производил соответствующие расчеты в рамках  ранее заключенных, не расторгнутых договоров строительного подряда, в условиях  выполнения определенного объема обязательств третьими лицами, что и  обусловило перечисление части платежей по указанию контрагента в пользу  третьих лиц. Следует отметить, что суды при рассмотрении обособленного спора  (сд.84) не делали выводов относительно отсутствия реальных обязательств как  между должником и его контрагентом, так и между контрагентом и привлекаемыми  им третьими лицами, а выводы о недействительности платежей были обусловлены  указанием на аффилированность и наличие в указанный период просроченной  задолженности у должника перед иными кредиторами. Между тем, как полагает  апелляционный суд, достаточных оснований полагать, что именно ФИО14 в  связи с совершением должником ряда платежей в пользу ООО «ГК- Инфраструктура» осуществил виновные, противоправные действия, с выходом за  пределы разумного коммерческого (применительно к руководителю) риска, не  

имеется, при этом, исходя из анализа возражений, пояснений и представленных  ФИО14 доказательств, усматривается, что у должника в связи с  совершением вышеназванных и иных платежей по существу отсутствуют реальные  убытки, в силу получения должником равноценного встречного эквивалента, в  форме результатов выполненных работ и оказанных услуг, при отсутствии в  указанный период у должника явных признаков неплатежеспособности.  

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции усматривает основания  для отмены определения суда первой инстанции в части установления оснований  для привлечения ФИО14 к субсидиарной ответственности, при этом  апелляционный суд также не усматривает совокупности условий и оснований для  возложения на ФИО14 ответственности в форме убытков за вменяемые ему  действия.  

Оценивая доводы апелляционной жалобы ФИО8, апелляционный  суд отмечает следующее.  

Как полагает апелляционный суд, договор уступки прав (требований) от 26  марта 2019 года между должником и ООО «Вакмиан» (далее - договор цессии) не  мог стать причиной банкротства должника, как заключенный после наступления  объективного банкротства последнего.  

В соответствии с пунктом 1.1 договора цессии от 26.03.2019 года цедент  передает цессионарию, а цессионарий принимает в полном объеме права  (требования), принадлежащие цеденту, вытекающие из мирового соглашения в  рамках дела № А40-9746/19 к ООО «Транскомплектэнерго», в размере основной  задолженности 37 000 000,00 рублей.  

Согласно пункту 1.3 договора цессии от 26.03.2019 года уступка прав  (требований) цедента, указанных в пункте 1.1 настоящего договора, является  возмездной. Стоимость уступки прав (требований) по настоящему договору  составляет 37 000 000,00 рублей.  

Из указанных положений договора цессии от 26.03.2019 года следует, что  взамен прав требования к ООО «Транскомплектэнерго» в размере 37 000 000,00  рублей должник получил права требования в аналогичном размере к ООО  «Вакмиан», что существенным образом не привело к изменению финансового  состояния должника.  

При этом размер уступаемых прав (требований) к ООО  «Транскомплектэнерго» по договору цессии от 26.03.2019 г. составляет примерно  0,25% балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату  (согласно бухгалтерскому балансу на 30 сентября 2018 года  (за девять месяцев 2018 года) балансовая стоимость активов Должника составляла  14 665 656 тыс.руб.), а также менее 0,2% реестра требований кредиторов должника,  включенных в реестр требований кредиторов в период процедуры наблюдения.  

Следовательно, как полагает апелляционный суд, договор цессии от  26.03.2019 года не обладает признаками сделки, причиняющей существенный вред  кредиторам (по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  пункта 23 Постановления Пленума ВС РФ № 53), как не являющийся значимой  (крупной) и одновременно существенно убыточной сделкой для должника.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить  обоснованный довод конкурсного управляющего относительно того, что  ФИО8 от имени должника сделка совершена 18.03.2019 в период  процедуры наблюдения в отношении ООО «Стройновация», то есть в момент, когда  общество отвечало признакам объективного банкротства, а соответственно не  имело достаточных средств и имущества для расчетов с кредиторами.  

В обстоятельствах имущественного кризиса, пребывания ООО  «Стройновация» в состоянии объективного банкротства, совершение  вышеназванной сделки могло расценивать как потенциальное причинение вреда  кредиторам и данные действия были предметом оспаривания в рамках  соответствующего обособленного спора в деле о банкротстве должника.  

 Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 18.12.19 по делу № А5б-19962/2019/сд.1 признаны  недействительными сделками договор цессии от 26.03.2019, совершенный между  ООО «Стройновация» и ООО «Вакмиан», договор цессии от 14.06.2019,  совершенный между ООО «Вакмиан» и ООО «Бурмис» (оставлено без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2020 по  делу № А56-19962/2017/СД.1).  

В указанном определении суды отметили, что в результате совершения  оспариваемой сделки из активов должника выбыло право (требование) ООО  «Стройновация» к ООО «Транскомплектэнерго» в отсутствие встречного  предоставления. Указанный актив выведен в пользу аффилированных с должником  компаний, созданных в преддверии введения в отношении должника процедуры  конкурсного производства.  

Таким образом, указанные действия должника могли препятствовать  правомерным ожиданиям кредиторов относительно возможности пополнения  конкурсной массы за счет требования к ООО «Транскомплектэнерго».  

Таким образом, действия ФИО8 в рассматриваемом случае могли  быть квалифицированы как выходящие за пределы разумного  предпринимательского риска для добросовестного руководителя, что  предопределяет возможность постановки вывода о наличии оснований для  привлечения ФИО8 к ответственности в форме убытков.  

Между тем, определяя реальный размер убытков, с учетом представленных  со стороны ФИО8 и конкурсного управляющего должника пояснений и  доказательств, апелляционный суд исходит из того, что признание вышеназванной  сделки недействительной фактически воспрепятствовало передаче третьим лицам  (цессионариям) права требования к дебитору должника, при этом ООО «Вакмиан» в  рамках вышеназванной сделки смогло фактически получить от ООО  «Транскомплектэнерго» только 1 800 000 руб., что следует из представленных  управляющим выписок. Соответственно, остальной объем требований должника к  ООО «Транскомплектэнерго» не был фактически передан, данный дебитор в иной  сумме не осуществлял погашение задолженности. при этом ООО «Стройновация» в  настоящее время обладает правом требования к ООО «Транскомплектэнерго»,  которое в установленном порядке предъявлено к дебитору в рамках его процедуры  банкротства.  

Учитывая изложенное, как полагает апелляционный суд, имеются основания  для возложения на ФИО8 гражданско-правовой ответственности в форме  убытков на сумму 1 800 000 руб.  

В свою очередь, как полагает апелляционный суд, со стороны ФИО8 в ходе разбирательства по настоящему обособленному спору были  представлены приемлемые и допустимые доказательства, указывающие на  отсутствие у данного лица документации и имущества должника, при исполнении со  стороны ФИО8 обязанности по передаче имеющейся документации.  

 Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по настоящему делу (А56-19962/2017/ход.2) от  21 ноября 2019 года (резолютивная часть от 19 ноября 2019 года) конкурсному  

управляющему отказано в удовлетворении заявления об обязании бывшего  руководителя должника ФИО8 передать ему документы и материальные  ценности Должника.  

При рассмотрении данного заявления конкурсный управляющий требовал  истребовать у ФИО8 документы, материальные и иные ценности  должника, а также бухгалтерскую и иную документацию за период с 2014 года по 09  июля 2019 года (дата признания должника банкротом).  

Отказывая конкурсному управляющему в истребовании документов и  материальных ценностей у ФИО8 суд установил, что в материалы дела  представлены доказательства тому, что ФИО8 принимала меры по  передаче временному управляющему ФИО22 и конкурсному управляющему  ФИО17 документации должника, а также представлены доказательства  направления документов конкурсному управляющему. Данные документы  свидетельствуют о том, что ФИО8 не уклонялась от предоставления  документов конкурсному управляющему. Суд в вышеназванном определении  дополнительно указал, что конкурсный управляющий также утверждал в своем  заявлении, что ФИО8 не передала ему 156 единиц материальных  ценностей, отраженных в бухгалтерском балансе ООО «Стройновация». Однако  доказательств, что указанный бухгалтерский баланс подписан ФИО8  (часть 8 статьи 13 Закона о бухгалтерском учете), в материалы дела не  представлено, в связи с чем у суда отсутствуют основания не доверять объяснению  представителя ФИО8 о том, что ей эти материальные ценности не  передавались.  

При этом ФИО8, среди прочих документов, передана конкурсному  управляющему имевшаяся налоговая отчетность должника (бухгалтерский баланс с  приложениями) за 2017-2018 года (пункт 6 Акта приема-передачи документов и  материальных ценностей № к-5 от 14 августа 2019 года), в том числе, бухгалтерский  баланс Должника на 30 сентября 2018 года (за девять месяцев 2018 года).  

В материалы указанного обособленного спора ФИО8 также  представлены доказательства истребования документации у предыдущего  руководителя, а именно требование в адрес ФИО18 о передаче документов  от 28 февраля 2019 года.  

В целях розыска транспортных средств, зарегистрированных на ООО  «Стройновация», ФИО8 предприняла меры по установлению их  местонахождения, в отношении которых были обнаружены ПТС, что  подтверждается заявлением начальнику ОМВД России по району Митино города  Москвы, имеющимся в материалах обособленного спора.  

Таким образом, как полагает апелляционный суд, достаточной совокупности  оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности, в  том числе по основанию не передачи документации и имущества должника, не  имеется.  

Оценивая доводы апелляционной жалобы ОАО «ГлобалЭлектроСервис»,  апелляционный суд отмечает следующее.  

Как следует из материалов дела, ОАО «ГлобалЭлектроСервис» входило в  одну группу компаний с должником, что предопределяет вывод о наличии признаков  аффилированности по отношению к должнику и презумпцию информированности о  финансовой состоятельности должника. В свою очередь, в рамках ряда иных  обособленных споров судами были признаны недействительными сделки в форме  осуществленных должником платежей в пользу вышеуказанного лица на общую  сумму порядка 626 658 455 руб. 74 коп. по признаку причинения вреда должнику и  его кредиторам. Указанные платежи следует признать существенными,  

применительно к деятельности и активам должника, при этом на существенный  характер сделок было также указано и в экспертном заключении АОН  «СОЮЗЭКСПЕРТИЗА». Соответственно, данные платежи производились в  преддверии инициации процедуры банкротства в отношении должника, в условиях  установления наличия признаков объективного банкротства должника, при  постановке выводов судами об отсутствии реальности заемных обязательств между  сторонами.  

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает  оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ОАО  «ГлобалЭлектроСервис», полагая, что суд первой инстанции правомерно и  обоснованно установил основания для привлечения указанного лица к  субсидиарной ответственности.  

Принимая во внимание все вышеизложенное, суд апелляционной инстанции  установил наличие оснований для отмены определения суда первой инстанции в  части привлечения ФИО14, ФИО8, ФИО10, ФИО15 к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройновация», с  принятием отказа конкурсного управляющего ООО «Стройновация» от требований к  ФИО15 и прекращением производство по требованию конкурсного  управляющего в указанной части. В удовлетворении заявления конкурсного  управляющего ООО «Стройновация» о привлечении ФИО14, ФИО8, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «Стройновация» следует отказать, с привлечением ФИО10 и ФИО8 к ответственности в форме убытков в соответствующем размере,  установленном апелляционным судом в настоящем постановлении.  

В остальной обжалуемой части определение суда первой инстанции следует  оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части  1 статьи 270 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 26.11.2020 по делу № А56-19962/2017/суб.1 отменить в части  привлечения ФИО14, ФИО8,  ФИО10, ФИО15 к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Стройновация».  

Принять отказ конкурсного управляющего ООО «Стройновация» от  требований к ФИО15. Производство по требованию конкурсного  управляющего в указанной части прекратить.  

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО  «Стройновация» о привлечении ФИО14, ФИО8, ФИО10 к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Стройновация» отказать.  

Взыскать с ФИО10 в пользу ООО  «Стройновация» 48 023 468,58 руб. убытков.  

Взыскать с ФИО8 в пользу ООО «Стройновация» 1  800 000 руб. убытков.  

В остальной обжалуемой части определение суда первой инстанции оставить  без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Ю. Тойвонен  

Судьи Е.А. Герасимова  

 И.В. Сотов