№ 09АП-3349/2021

Дело № А40-64500/18

г. Москва

16 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 16 марта 2021 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  В.С. Гарипова, 

судей  Р.Г. Нагаева, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы 

ПАО Сбербанк, финансового управляющего ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 23 декабря 2020 года 

по делу № А40-64500/18, принятое судьей А.А. Свириным, 

об отказе в удовлетворении заявления ПАО Сбербанк о признании недействительной сделкой соглашение об отступном путем передачи недвижимого имущества от 03.07.2017, заключенного между должником ФИО3 и ФИО4,

при участии в судебном заседании:

от ПАО «Сбербанк России» - ФИО5 по дов. от 23.04.2019,

от ФИО3 – ФИО6 по дов. от 26.08.2019,

от ФИО4 – ФИО7 по дов. от 27.08.2019

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 14.06.2018 ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>), член ПАУ ЦФО, с вознаграждением, установленным законом.

Судом рассмотрено заявление ПАО Сбербанк о признании недействительной сделкой соглашение об отступном путем передачи недвижимого имущества от 03.07.2017, заключенное между должником и ФИО4 

Арбитражный суд города Москвы определением от 23 декабря 2020 года, руководствуясь ст. 10, 166, 167 ГК РФ, ст. 61.1, 61.2, 61.6, 61.8, 134 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым определением, ПАО Сбербанк, финансовый управляющий ФИО2 подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить и признать недействительным соглашение об отступном путем передачи недвижимого имущества от 03.07.2017 года, заключенное между должником ФИО3 и ФИО8; Применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника квартиры, назначение жилое, общая площадь 257,8 кв.м., этаж 1, 2 мансарда, адрес: 

<

...>, кадастровый номер № 76:23:022023:41.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель ПАО Сбербанк поддержал доводы апелляционных жалоб и их требования, представители ФИО4, ФИО3 возражали против их удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда города Москвы не имеется. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 03 июля 2017 года между ФИО3 и ФИО4 заключено соглашение об отступном путем передачи недвижимого имущества (далее - Соглашение об отступном).

В соответствии с п. 1.1. Соглашения об отступном, ФИО3 в счет исполнения обязательства, вытекающего из договора займа на общую сумму                7 800 000 руб., предоставил ФИО4 отступное в порядке и на условиях, определенных настоящим соглашением.

Пунктом 1.2. Соглашения установлено, что отступное предоставляется в счет исполнения договора займа от 16 октября 2014 года на сумму 7 800 000 руб., срок исполнения обязательства наступил 16 октября 2016 года.

С момента предоставления отступного обязательства должника по договору займа прекращаются полностью (п. 1.3 Соглашения об отступном).

На основании п. 2.1. Соглашения об отступном в качестве отступного по настоящему соглашению ФИО3 передает ФИО4 недвижимое имущество: квартира, назначение жилое, общая площадь 257.8 кв.м., этаж 1.2. мансарда, адрес: 

<

...>, кадастровый номер № 76:23:022023:41.

Стоимость передаваемого имущества: 7 800 000 руб. (п. 2.2. Соглашения об отступном).

В силу п. 3.2. Соглашения об отступном настоящее соглашение вступает в силу с момента подписания его сторонами и действует до полного исполнения сторонами обязательств.

Переход права собственности на квартиру зарегистрирован 11 июля 2017 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 29 апреля 2019 года.

По мнению заявителя, указанная сделка является недействительной по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10, 168 ГК РФ.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор совершен 03.07.2017, то есть в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом (28.04.2018), в период подозрительности.

Факт неравноценности оспариваемой сделки, как пояснил заявитель, подтверждается отчетом об оценке № 01/2031-03, согласно которому по состоянию на 03.07.2017 г. рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, площадью 257.8 кв.м., кадастровый номер № 76:23:022023:41, составляет 12 880 000 руб. Следовательно, рыночная стоимость переданной квартиры явно не соответствует исполнению по Соглашению об отступном.

Принимая во внимание вышеизложенное, заявитель пришел к выводу, что при исполнении оспариваемой сделки имело место быть неравноценное встречное исполнение ответчиком своих обязательств по договору.

Между тем, суд первой инстанции не согласился с изложенными доводами конкурсного управляющего по следующим основаниям.

С целью установления реальной стоимости отчужденной квартиры судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза, которая была поручена ИП ФИО9

На разрешение эксперта был поставлен вопрос - какова рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 76:23:022023:41, по состоянию на 03.07.2017.

В результате проведения экспертизы было установлено, что рыночная стоимость квартиры на дату совершения сделки составила 8 257 000 руб.

Таким образом, рыночная стоимость квартиры по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки отличается от цены сделки не более 5,5 %.

Таким образом, судом первой инстанции сделан вывод о том, что оспариваемое Соглашение об отступном от 03 июля 2017 г. не отличается существенно в худшую сторону от условий аналогичных сделок, а стоимость недвижимого имущества, переданного в качестве отступного, соответствовала рыночным ценам.

С учетом изложенного, оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2, суд первой инстанции не установил.

Рассмотрев сделку на предмет ее недействительности по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Заявитель не представил надлежащих доказательств того, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Относительно требования пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, согласно которому для доказывания цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Ни одно из перечисленных обстоятельств заявителем не доказано.

Заявителем также не доказано то обстоятельство, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (с учётом разъяснения пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63); ни факт того, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Так, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судом первой инстанции установлено, что ответчик не относится к лицам, перечисленным в ст. 19 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о том, должен ли был ответчик знать о финансовых затруднениях должника, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом (абзац 4 пункта 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Ни одно из указанных обстоятельств заявителем не доказано.

Заявителем также не доказано, что целью совершения оспариваемой сделки являлось причинение вреда кредиторам должника.

В качестве обоснования указанного заявитель отмечает, что стоимость отчужденного имущества значительно ниже рыночной стоимости имущества. 

Данный вывод опровергается проведенной судебной экспертизой.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суд первой инстанции установил, что доводы заявителя о реализации имущества по заниженной стоимости не подтверждены, поскольку не представлены доказательства, подтверждающие несоответствие стоимости отчужденного по спорной сделке имущества его рыночной стоимости, а кроме прочего и опровергаются проведенной судебной экспертизой.

Таким образом, заявителем не представлено доказательств того, что оспариваемая сделка повлекла за собой причинение имущественного вреда должнику либо его кредиторам.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в признании оспариваемой сделки недействительной на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Рассмотрев оспариваемую сделку на вопрос наличия злоупотребления правом при ее заключении, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения заявления в данной части, поскольку согласно ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Заявителем не доказан факт безвозмездности и неравноценности сделки, одновременно установлено отсутствие доказательств того, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов и что ответчик знал об этом. Доказательства совершения сделки по заниженной цене в деле отсутствуют.

Таким образом, отсутствуют доказательства того, в чём именно заключается злоупотребление ответчиком своим правом, какими действиями был причинен вред должнику. 

При таких обстоятельствах суд также признал необоснованной ссылку заявителя на ст. 10, 168 ГК РФ.

Суд первой инстанции также указывает, что при этом довод о безденежности спорной сделки опровергается следующим.

Ответчиком в обоснование финансовой возможности оплатить денежные средства в рамках договора займа, заключенного между должником и ответчиком, представлены следующие доказательства:

Договор купли-продажи недвижимого имущества от 19.07.2013 г., согласно которому ФИО4 продал квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, за сумму 3 100 000 руб.

Договор купли-продажи недвижимого имущества от 19.07.2013 г., согласно которому ФИО4 продал квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, за сумму 2 900 000 руб.

Налоговая декларация по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2014 год, согласно которому сумма дохода ФИО4 в 2014 году составила 2 025 000 руб.

Налоговая декларация по налогу, уплачиваемому с применением упрощенной системы налогообложения за 2006 год от 14.02.2007 г., согласно которой ФИО4 заработал как индивидуальный предприниматель в 2006 году 18 186 586 руб.

Налоговая декларация по налогу за 2007 год от 28.01.2008 г., согласно которой ФИО4 заработал как индивидуальный предприниматель в 2007 году 18 922 820 руб.

Справка ПАО «Промсвязьбанк» по состоянию на 29.11.2019 года, согласно которой ФИО4 имел срочный вклад в ПАО «Промсвязьбанк», на котором остаток денежных средств составлял 11 149 083,78 руб.

Указанные выше доказательства свидетельствует о том, что у ФИО4 имелись и имеются финансовые накопления, следовательно, ответчик имел финансовую возможность предоставить в 2014 году ФИО3 заем на сумму 7 800 000 руб.

При этом суд первой инстанции отметил, что заем, предоставленный ответчиком ФИО3, являлся целевым, денежные средства были направлены 16 октября 2014 года - в день получения денежных средств ответчика, на приобретение спорной квартиры согласно Договору купли-продажи, заключенному между продавцами - ФИО10 и ФИО11, и должником – покупателем, по цене 7 800 000 руб., являющейся рыночной стоимостью подобных квартир в данном жилом комплексе. 

И именно эту стоимость в размере 7 800 000 руб. заложили стороны в 2014 году в качестве отступного в случае неисполнения заемщиком ФИО3 обязательств в части возврата суммы займа.

На основании изложенного, учитывая положения ст. 65 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

ПАО Сбербанк ссылается на отсутствие заёмных обязательств Должника перед ФИО4 и указывает, что сделка по представлению отступного совершена в погашение несуществующего обязательства.

Однако договор займа в установленном порядке недействительным не признан.

При этом довод опровергается письменными доказательствами по делу, в том числе, договором займа от 16 октября 2014 года

Суд первой инстанции установил, что ФИО4 имел финансовую возможность выдать заем ФИО3, что подтверждается: договором купли-продажи от 19.07.2013г., договором купли-продажи от 19.07.2013г., налоговой декларацией за 2014 год, налоговой декларацией за 2006 год, налоговой декларацией за 2007 год, справкой ПАО «Промсвязьбанк» на 29.11.2019 года. 

Из указанных документов следует, что доход Ответчика за период с 2006 года составлял минимум 45 млн. руб., что однозначно свидетельствует о наличии у ФИО4 финансовой возможности предоставить сумму займа Должнику.

Полученная сумма займа была использована ФИО3 для оплаты приобретённой спорной квартиры и расчётов с Продавцами - ФИО10 и ФИО11 с использованием индивидуального банковского сейфа. Расчёты между сторонами были произведены 16.10.2014г. при заключении договора купли-продажи спорного объекта, что также подтверждает вывод о передаче денежных средств в согласованном размере ответчиком Должнику.

Доводы ПАО Сбербанк о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении сделки не подтверждены.

Заключая соглашение об отступном, стороны не ставили своей целью причинение вреда имущественным интересам кредиторов, обратного Заявителем не доказано.

ФИО3 получил от ФИО4 сумму займа именно в той сумме, которая была необходима для оплаты жилой квартиры по Договору купли-продажи от 16 октября 2014г.

Полученные от ФИО4 денежные средства были направлены ФИО3 в качестве оплаты Продавцам (ФИО10 и ФИО11) за приобретённую жилую квартиру.

Спорный объект был фактически приобретён и оплачен ФИО3 за счёт привлечённых заёмных денежных средств.

Поскольку о цели получения денежных средств (приобретение жилой квартиры) было известно ФИО4, то стороны при заключении договора займа в октябре 2014 года, в качестве гарантии исполнения обязанностей заёмщика согласовали право на исполнение обязательства путем предоставления отступного. Согласно п. 2.1 Договора займа от 16.10.2014г. в обеспечение возврата займа заёмщик обязуется в случае отсутствия возможности возвратить заем полностью передать займодавцу указанное недвижимое имущество в собственность за сумму займа в качестве отступного.

Передавая спорный объект недвижимого имущества в качестве отступного, ФИО3 исполнял принятые перед ФИО4 обязательства, вытекающие из заключённого Договора займа от 16.10.2014г. Таким образом, соглашение об отступном не носит характер самостоятельной сделки, а является вариантом исполнения заемного обязательства.

ФИО3 совершил действия, направленные на исполнение обязательств по возврату займа.

Относимых и допустимых доказательств, безусловно свидетельствующих о недобросовестности должника и ответчика и противоправном поведении или противоправной цели причинения вреда интересам иных лиц Заявителем не представлено.

ПАО Сбербанк утверждает, что должник отвечал признакам неплатёжеспособности, а значит, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается.

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 для доказывания цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

- цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Однако указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения и были опровергнуты письменными доказательствами.

Так, из проведенной по делу судебной экспертизы об определении рыночной стоимости спорного объекта недвижимости следует, что стоимость недвижимого имущества, переданного в качестве отступного, соответствует рыночной. Встречное предоставление с обеих сторон носило возмездный и реальный характер.

Заявителем по делу не доказано, что оспариваемая сделка была совершена в пользу заинтересованного лица.

Не нашли своего подтверждения и обстоятельства, указанные в абз. 3-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве). ФИО3 с момента регистрации по месту жительства в г. Москва не изменял его, равно как и не осуществляет владение и пользование спорным объектом недвижимости после его передачи Ответчику. Указанные обстоятельства также не оспариваются участниками спора.

Заявителем также не представлено относимых и допустимых доказательств причинения вреда имущественным интересам других кредиторов. Так, отсутствуют сведения, каким именно кредиторам Должника причинен имущественный вред, в какой сумме.

Доводы заявителя о реализации имущества по заниженной стоимости не подтверждены, поскольку не представлены доказательства, подтверждающие несоответствие стоимости отчужденного по спорной сделке имущества его рыночной стоимости, а кроме прочего и опровергаются проведённой судебной экспертизой.

Таким образом, довод о том, что оспариваемая сделка привела к невозможности кредиторов получить удовлетворение своих требований, не соответствует обстоятельствам дела.

Учитывая изложенное, отсутствуют основания для применения с. 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве).

Доводы финансового управляющего ФИО2 и ПАО Сбербанк о наличии фактической аффилированности между Должником и Ответчиком так же обоснованно были отклонены судом первой инстанции.

Из материалов дела усматривается, не оспаривается ни одной из стороной и установлено судебными актами, вступившим в законную силу, что основанием для возбуждения дела о банкротстве в отношении ФИО12 послужило неисполнение обязательств ОАО «Залесье» (основным должником) и ФИО3 (поручителем) по кредитным договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии по возврату заёмных средств кредитору - ПАО Сбербанк.

ООО «ПОДАТИ» и ответчик не являются лицами, которые определяли или могли определять условия кредитной сделки, договоров залога, поручительств, совершаемых между ОАО «Залесье», ФИО3 и ПАО Сбербанк.

Условия кредитных договоров и совершенных в их исполнение иных сделок утверждались органами управления ОАО «Залесье», в которых ответчик не занимал и не занимает должности. 

ООО «ПОДАТИ» и ОАО «Залесье» не имеют и не имели общего адреса регистрации, находятся территориально в разных муниципальных районах.

ООО «ПОДАТИ» и ОАО «Залесье» не имеют и не имели расчётных счетов, открытых в одном банке.

ООО «ПОДАТИ» и ОАО «Залесье» осуществляют разные виды деятельности, из которых ОАО «Залесье» занимается животноводством и производством мяса и мясных полуфабрикатов, а ООО «ПОДАТИ» оказывает услуги в сфере бухгалтерского и юридического обслуживания граждан и организаций.

Между указанными лицами совершались сделки, которые совершаются в ходе обычной хозяйственной деятельности юридических лиц. Между организациями отсутствовали заёмные отношения, отношения по безвозмездной передаче денежных средств, имущества, имущественных прав.

При таких обстоятельствах, в отсутствии каких-либо доказательств, что Ответчик или ООО «ПОДАТИ» могли оказывать влияние на принятие решений в сфере предпринимательской деятельности Должника или ОАО «Залесье», только на том основании, что работник отдела «юридические услуги» оказывал услуги судебного представительства в делах, связанных с рассмотрением споров о защите прав потребителя и спорам по заработной плате, утверждение о фактической аффилированности не является обоснованным.

Таким образом, учитывая, что поведение сторон при совершении Договора займа от 16.10.2014г. и его последующем исполнении соответствовало установленным нормам закона, обычаям делового оборота, а условия договора займа и соглашения об отступном не содержат признаки отступления от указанных правил, оснований для вменения фактической аффилированности не имеется.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 23 декабря 2020 года по делу № А40-64500/18 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ПАО Сбербанк, финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление

 Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа. 

Председательствующий судья:         В.С. Гарипов 

Судьи:         И.М. Клеандров

         Р.Г. Нагаев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.