491/2020-33572(2) 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-4231/2020

Дело № А41-40498/18

26 мая 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2020 года  Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2020 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю., судей Терешина А.В., Шальневой Н.В., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО Фирма  «Ассортиментпромстрой» на определение Арбитражного суда Московской области от  27 декабря 2019 по делу № А41-40498/18 о несостоятельности (банкротстве) ООО  фирма «Ассортиментпромстрой»,  

при участии в заседании: 

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 02.07.2019, удостоверение  адвоката;  

от ФИО4 - ФИО3, доверенность от 02.07.2019, удостоверение  адвоката;  

от ФИО5 - ФИО3, доверенность от 02.07.2019, удостоверение  адвоката;  

от ФИО6 - ФИО7, доверенность от 21.04.2020, диплом;  от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежащим образом;  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 31 октября 2018 года в  отношении общества с ограниченной ответственностью фирма  «Ассортиментпромстрой» (далее - должник, ООО фирма «Ассортиментпромстрой»  открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего  должника, конкурсным управляющим должника утверждена Маликова Александра  Викторовна.  

Конкурсный управляющий ООО фирма «Ассортиментпромстрой» обратился в  Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО9, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере  4371037769 руб. 13 коп.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 декабря 2019 года  в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего должника  отказано.  

 Отказывая в удовлетворении требований, суд исходил из того, что на момент  совершения обеспечительных сделок в 2009г.-2013г.г. у должника отсутствовали  какие-либо кредиторы, которым мог бы быть причинён вред данными сделками, что  подтверждается реестром требований кредиторов должника. Доказательства наличия  у должника задолженности перед иными, кроме ООО «ТД «Агроторг», кредиторами,  на момент заключения обеспечительных сделок, конкурсным управляющим не  представлено. Отсутствует совокупность условий, необходимых для привлечения  указанных управляющим лиц к субсидиарной ответственности.  

Не согласившись с указанным определением, конкурсный управляющий  должника обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, в которой просил отменить определение, привлечь к субсидиарной  ответственности контролирующих должника лиц.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ФИО2, ФИО4, ФИО5 и кредитора ФИО6 возражали  против удовлетворения апелляционной жалобы, просили определение суда оставить  без изменения.  

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статьей 121 - 123,  

153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителя конкурсного управляющего должника, надлежащим образом  извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем  размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность  применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и  процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в  соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Заслушав мнение представителей лиц, участвующих в судебном заседании,  исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах обособленного  спора доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный  апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных  статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для  изменения или отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской  Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №  266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности  (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных  правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября  2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции,  действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые  поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26  октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции  настоящего Федерального закона).  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о  банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с  переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает  следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4  статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где  закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в  соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора,  совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.  

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным  правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно  которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и  применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие  закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие,  только в случаях, прямо предусмотренных законом.  

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон,  устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.  

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение  новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие  обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не  ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов,  сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.  

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2  Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником  и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве,  действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для  их привлечения к такой ответственности (ст. ст. 9, 10 ФЗ № 127-ФЗ в редакции 73-ФЗ  

Однако порядок привлечения лица к субсидиарной ответственности и его новые  нормы, не ухудшающие положения лица, подлежат применению с учетом изменений,  введенных ФЗ № 266-ФЗ.  

Следовательно, к рассматриваемым отношениям подлежат применению  положения норм Закона о банкротстве, действующих в рассматриваемый период (ст.  ст. 9, 10 ФЗ 73-ФЗ и 134-ФЗ).  

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий должника  ссылается на то, что обеспечительные сделки, заключённые должником в период  2009-2013г., в результате которых он поручился по кредитным обязательствам  третьих лиц -  ООО «Загорский бройлер», ОАО «Большево-Хлебпродукт», ООО  «Малодубенская птицефабрика», причинили вред имущественным кредиторам и в  данных сделках не было экономической обоснованности для самого должника, что  является основанием для субсидиарной ответственности по пп.1 п.2 ст. 61.11 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ контролирующих должника лиц.  

Как следует из материалов дела, 100 % учредителем должника является ЗАО  фирма «Ассортимент - СП».  

Судом установлено, что на дату заключения сделок, учредителями ЗАО фирма  «Ассортимент - СП» являлись: ООО фирма «Ассортимент», ФИО2, ФИО4, ФИО5.  

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального  закона № 73-ФЗ в случае нарушения руководителем должника или учредителем  (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного  предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной  комиссии (ликвидатором), гражданином - должником положений настоящего  Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в  результате такого нарушения.  

Пунктом 4 упомянутой нормы права установлено, что контролирующие  должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным  обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с  момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении  вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения  

указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при  недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции  Федерального закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица  в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность  по его обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника  лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной  или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. ст. 61.2 и 61.3  настоящего Федерального закона.  

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является  гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава  правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения  причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным  поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и  акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и  неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной  связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение  финансового состояния общества и последующее банкротство должника).  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при  разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников)  юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его  или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического  лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд  

должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной  ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство)  юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.  

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в  состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор,  генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган,  управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель  унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального  органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или  коллегиального исполнительного органа правления, дирекции) хозяйственного  общества, члены правления кооператива и т.п.; далее директор), обязано действовать  в интересах юридического лица добросовестно и разумно п. 3 ст. 53 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 62  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными  интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами  юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности  директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда  информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия  директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал  информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в  частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних  документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица)  либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в  отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу  законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического  лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи  юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших  неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать  

о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали  интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее  одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо  неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под  сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия  которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены  и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке  юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления,  совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки  определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась  впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор  отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально  заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.  

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать,  что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение  прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание  соответствующие положения учредительных документов и решений органов  юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его  деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).  

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического  лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в  ущерб юридическому лицу. Как указывалось ранее, согласно подпункту 1 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате  совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу,  если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.  

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для  него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными.  

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника,  например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об  

акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка  существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана  в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от  рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по  рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность  продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной  деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо,  одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо  косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на  номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной  презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред  кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно  было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.  

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации,  изложенных в постановлении от 30.07.2013 № 62 также следует, что арбитражным  судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия,  наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов  юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о  недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как  возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру  предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван  обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не  проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами,  директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому  лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не  выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.  

Как следует из материалов дела, в 2011 году ОАО «Российский  Сельскохозяйственный банк» (Банк, правопредшественник ООО «ТД «Агроторг») в  целях дальнейшего развития производства Группы компаний Загорский бройлер, в  

рамках действующей программы Национальных проектов, принял решение о  дальнейшем развитии птицеводческого проекта и увеличения мощности  производственного комплекса «Загорский бройлер» до 50000 тонн мяса птицы в год.  Принятое решение подтверждает экономическую целесообразность проекта и его  финансирование.  

Все действия Банка и Учредителей группы компаний «Загорский бройлер»  (ФИО2, ФИО5, ФИО4, далее - Учредители) в рамках  исполнения и кредитования птицеводческого проекта относились ко всей группе  компаний Загорский бройлер, в которую также входил и должник.  

Банк в отношении группы компаний Загорский бройлер применил свои  стандартные правила и требования для снижения кредитных рисков, что выразилось  в обязательности дачи поручительств от всех членов Группы и предоставления  залогов перекрестно под все кредиты, выданные группе.  

Лимит кредитования выставлялся на всю группу компаний в целом, исходя из  экономической целесообразности проекта, обеспеченности залогами, и  поручительствами всех предприятий группы. Поручительство предприятия  предоставлялось за весь лимит группы безотносительно к оценке активов этого  предприятия. Заемщика по конкретному кредиту в рамках общего лимита группы  определял Банк. Анализ финансового состояния проводился Банком в отношении  Группы в целом.  

В целях обеспечения целевого использования кредитных средств, Банк  предусмотрел процедуры и утвердил мероприятия по контролю всех платежей:  внешний аудит, финансовый контроль, ограничения на использование счетов в иных  банках и другие мероприятия.  

Мониторинг финансового состояния группы проводился на основе регулярной  отчетности перед Банком, предоставлении всей бухгалтерской и финансовой  документации группы.  

Кроме того, учредители, наряду со всеми членами группы, предоставили свои  личные поручительства за весь объем кредитования группы и тем самым несли такую  же ответственность, как и все предприятия группы по рискам, связанным с  исполнением проекта и кредитных договоров. Также Учредители заложили свое  

личное имущество в обеспечение взятых группой кредитов, что подтверждается  установленными в деле о банкротстве Животкова В.Э., Черноусова В.И., Курилова  В.А. требованиями ООО «ТД Агроторг» (определения Арбитражного суда  Московской области от 02 апреля 2018г. по делу А41-79913/17 (Животков В.Э.),  определения Арбитражного суда Московской области от 30 октября 2018г. по делу  А41- 79908/17 (Черноусое В.И.), определения Арбитражного суда Московской  области от 20 марта 2018г. и от 04 июня 2018г. по делу А41-79907/17 (Курилов В.А.).  

Таким образом, данные доказательства подтверждают, что кредитование  осуществлялось группы компаний «Загорский бройлер», куда также входил должник.  Поручители, залогодатели и сами заёмщики отбирались решением Банка  самостоятельно. При этом должник, заключая поручительства, действовал не  исключительно в своём интересе, а в интересах группы компаний Загорский бройлер,  что нельзя признать недобросовестным поведением.  

При этом вопрос о недействительности обеспечительной сделки, заключенной  кредитной организацией, в контексте причинения ею вреда интересам кредиторов  лица, выдавшего обеспечение, неоднократно являлся предметом рассмотрения  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  11.02.2014 № 14510/13, определения Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2019 № 305-ЭС18-22264, от  15.02.2019 № 305-ЭС18-17611, от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308- ЭС16-1475, от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 и др.).  

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных  либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет  мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств.  Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе  предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически  формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку  вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого  товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и  

тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и  поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте,  который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).  

При кредитовании одного из названных лиц банк оценивает кредитные риски  посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и всех лиц,  предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой.  Поэтому само по себе получение кредитной организацией обеспечения не  свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в ее  поведении и в ситуации, когда совокупные активы всех лиц, выдавших обеспечение,  соотносятся с размером задолженности заемщика, но при этом каждый из связанных  с заемщиком поручителей принимает на себя обязательства, превышающие его  финансовые возможности. Выстраивание отношений подобным образом указывает на  стандартный характер поведения как банка-кредитора, так и его контрагентов.  

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2) по делу   № А56-83793/2014 Законодательство о несостоятельности в редакции как  Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и  Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусматривали возможность  привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение  должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований  кредиторов). Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в  положения, регулирующие спорные отношения, правовая природа данного вида  ответственности сохранилась.  

В п.23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в  результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к  контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный  вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника,  значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно  

являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что  значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие  критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46  Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос  о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из  того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на  условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону,  а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой  должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько  направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Учитывая изложенное, поведение должника по предоставлению обеспечения по  кредитам, как общества, входящего в группу компаний «Загорский бройлер», нельзя  признать недобросовестным и экономически невыгодным для него, поскольку в  данном случае действия должника были направлены на достижение максимального  экономического эффекта не именно для него, а в отношении всей Группы компаний  Загорский бройлер.  

Подобное поведение является экономически оправданным, а поручительства  должника обоснованы с рыночной точки зрения и соответствуют сложившейся  судебной практике. Предоставление поручительства в рамках кредита группы  компаний было осуществлено с единственной целью - развитие производства  предприятий группы Загорский бройлер и увеличение прибыли.  

Согласно реестру требований кредиторов должника, единственным кредитором  должника является ООО «ТД «Агроторг», правопреемник - АО «Россельхозбанк».  Задолженность должника перед указанным кредитором возникла на основании  указанных договоров поручительства и залога, на которые ссылается управляющий.  

На момент совершения обеспечительных сделок в 2009г.-2013г. у должника  отсутствовали какие-либо кредиторы, которым мог бы быть причинён вред данными  сделками, что подтверждается реестром требований кредиторов должника.  

Доказательства наличия у должника задолженности перед иными, кроме ООО  «ТД «Агроторг», кредиторами, на момент заключения обеспечительных сделок,  конкурсным управляющим не представлено, что также подтверждает отсутствие  

оснований для признания данных сделок, совершённых во вред кредиторам.  Договоры залога и поручительства как раз и были заключены в интересах указанного  кредитора, с целью обеспечения требований единственного кредитора в рамках  настоящего дела о банкротстве.  

Таким образом, предоставление должником обеспечения по обязательствам  группы компаний Загорский бройлер не является сделками, направленными на  причинение вреда имущественным правам кредиторов. Подобное поведение является  экономически обоснованным, поскольку должник действовал в составе группы  компаний Загорский бройлер, которая преследовала единую экономическую цель.  

Сам по себе факт заключения договоров поручительства и залога, указанных  управляющим, не мог причинить вред кредиторам должника, поскольку на дату их  заключения у должника отсутствовали какие-либо кредиторы. Требования ООО «ТД  «Агроторг» к должнику возникли именно из данных договоров поручительства и  залога и до их заключения не существовали, следовательно, нельзя полагать, что  поручительствами и залогом причинён вред кредитору ООО «ТД «Агроторг».  

Отсутствие намерения заключения обеспечительных сделок исключительно с  целью причинения вреда кредиторам должника со стороны Учредителей,  подтверждается также личным имущественным поручительством Учредителей по  всем обязательствам группы компаний Загорский бройлер. В результате  предоставления личного обеспечения, Учредители в настоящее время находятся в  процедурах банкротства.  

Таким образом, заявителем не доказано наличие состава правонарушения,  включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда,  причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя  вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

Довод конкурсного управляющего об искажении ФИО2,  ФИО5, ФИО4 бухгалтерской отчётности должника  несостоятелен, в связи с отсутствием подтверждающих данный довод доказательств.  

Само по себе изменение показателей бухгалтерской отчётности должника не  свидетельствует об искажении документации для целей заключения договоров залога  и поручительства, как указывает управляющий.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об  отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника и об отказе в удовлетворении требований.  

Доводы конкурсного управляющего, изложенные в апелляционной жалобе, не  опровергают выводы суда первой инстанции, в связи, с чем признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для  отмены состоявшегося определения.  

Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену  обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 27 декабря 2019 года по делу   № А41-40498/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в  Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.   

Председательствующий С.Ю. Епифанцева Судьи А.В. Терешин 

Н.В. Шальнева