АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-4927/2024

г. Белгород

11 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 11 марта 2025 года

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Белоусовой В. И., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания Тивелевой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО «СтройИнвестПроект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к УФНС России по Белгородской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

о признании незаконным решения от 29.01.2024 №22-19/1595 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии в судебном заседании:

от заявителя – ФИО1, представитель по доверенности от 10.09.2024, сроком на три года, диплом (до перерыва в судебном заседании)

от УФНС России по Белгородской области – ФИО2, представитель по доверенности № 31-25/186 от 27.10.2023 сроком до 31.12.2025, диплом.

УСТАНОВИЛ:

ООО «СтройИнвестПроект» обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с заявлением к УФНС России по Белгородской области (далее: налоговой орган, Управление) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  о признании незаконным решения УФНС России по Белгородской области от 29.01.2024 №22-19/1595, о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, о признании незаконным решения МИ ФНС России по Центральному Федеральному Округу от 02.04.2025 №40-7-14/02057 (с учетом уточнения).

Определением суда от  08.11.2024 (резолютивная часть объявлена 05.11.2024) из числа заинтересованных лиц исключено - МИ ФНС России по Центральному Федеральному Округу.

В судебном заседании представитель заявителя поддержала заявленные требования в полном объеме, просила удовлетворить.

В судебном заседании представитель УФНС России по Белгородской области возражала против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на доводы, изложенные в отзыве.

В судебном заседании 18.02.2025 судом объявлен перерыв до 25.02.2025 до 14.30.

Информация о перерыве была размещена на официальном сайте Арбитражного суда Белгородской области и в картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru). 

После перерыва в судебном заседании представитель заявителя не явился, извещен судом надлежащим образом под роспись, что подтверждается материалами дела.

В судебном заседании представитель УФНС России по Белгородской области возражала против удовлетворения заявленных требований, поддержал ранее изложенную позицию.

Неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте судебного разбирательства дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, поэтому не является препятствием для рассмотрения дела судом.

Учитывая требования статей 121-123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также то, что заявитель, извещен надлежащим образом о дне, времени и месте судебного разбирательства, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя указанного лица. 

Как следует из материалов дела, на основании решения заместителя руководителя Управления от 30.03.2023 №11 в отношении Общества проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов, сборов, страховых взносов за период с 01.07.2020 по 31.12.2022.

Сведения о внесении изменений в решение о проведении выездной налоговой проверки, о продлении срока проведения выездной налоговой проверки, приостановлении и возобновлении проведения выездной налоговой проверки приведены в справке о проведенной выездной налоговой проверке от 12.10.2023 №13.

По итогам проведения выездной налоговой проверки Управлением составлен акт выездной налоговой проверки от 08.12.2023 №22-19/4388, который во исполнение требований пунктов 3.1, 5 статьи 100 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) и в соответствии с пунктом 4 статьи 31 НК РФ направлен Обществу со всеми приложениями по почте заказной корреспонденцией 15.12.2023, ШПИ 30899390674431.

Согласно официальной информации, размещенной на общедоступном сайте «Почта России», Акт проверки и приложения к нему получены Обществом 21.12.2023.

Общество воспользовалось правом, предоставленным пунктом 6 статьи 100 НК РФ, и представило письменные возражения на Акт проверки.

На основании Акта проверки и с учетом возражений Общества Управлением с соблюдением норм статьи 101 НК РФ, в том числе пункта 14, принято Оспариваемое решение от 29.01.2024 №22-19/1595.

Оспариваемым решением Обществу доначислен налог на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 22 543 754 руб., Общество с учетом смягчающих его вину обстоятельств привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 1 066 664,50 руб. (уменьшен в  8 раз), пунктом 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 3 050 руб. (уменьшен в 8 раз).

Во исполнение требований пункта 9 статьи 101 НК РФ и в соответствии с пунктом 4 статьи 31 НК РФ Оспариваемое решение направлено Обществу со всеми приложениями по почте заказной корреспонденцией 02.02.2024, ШПИ 30899392570670.

Согласно официальной информации, размещенной на общедоступном сайте «Почта России», Оспариваемое решение получено Обществом 06.02.2024.

Общество, полагая, что Оспариваемое решение является необоснованным, в порядке, установленном статьей 139 НК РФ, обратилось с жалобой на вступившее в силу оспариваемое решение в вышестоящий налоговый орган.

Решением вышестоящего налогового органа МИ ФНС России по Центральному Федеральному Округу жалоба Общества оставлена без удовлетворения от 02.04.2025 №40-7-14/02057.

Оспариваемое решение налогового органа вступило в силу 06.03.2024.

Полагая Оспариваемое решение незаконным, Общество обратилось в Арбитражный суд с настоящими требованиями.

В обоснование заявленных требований Общество приводит следующие доводы.

Управлением допущено нарушение положений пункта 4 статьи 112 и подпункта 4 пункта 5 статьи 101 НК РФ, выразившееся в неприменении смягчающих вину Общества обстоятельств во вменяемом налоговом правонарушении при назначении штрафных санкций, а именно:

-  введение иностранными государствами экономических санкций в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц;

-  социальная направленность деятельности Общества;

-  тяжелое финансовое положение;

- несоизмеримость совершенного деяния по отношению к штрафным санкциями.

Кроме того, по результатам выездной налоговой проверки Управлением искажена объективная информация относительно совершенных операций со спорными контрагентами, что привело к отражению в Оспариваемом решении необоснованных выводов.

Управлением не предъявлены претензии к самим спорным контрагентам, налог на добавленную стоимость (далее - НДС) у данных контрагентов налоговым органом не уменьшен, что противоречит судебно-арбитражной практике (Постановление АС Московского округа от 08.06.2024 №Ф05-7859/2018).

Использование Управлением выборочного метода проведения анализа выписок по расчетным счетам Общества в банках и осуществления мероприятий налогового контроля только в отношении спорных контрагентов, которые составляют лишь часть организаций, с которыми имелись договорные отношения в проверяемом периоде, привело к отражению в Оспариваемом решении недостоверной информации.

По результатам проведенной проверки налоговый орган не оспаривает факт представления Обществом и спорными контрагентами налоговой отчетности, где отражены всех хозяйственные операции по договорным отношениям. Выводы о неправомерности заявленных вычетов сделаны Управлением исходя из текущего состояния контрагентов, то есть за пределами проверяемого периода.

Аналогичным образом Управление приводит текущую информацию о месте работы уполномоченных представителей контрагентов. Тогда как каких-либо выводов о номинальности руководителей в период совершения сделок Налоговым органом не приводится. Напротив, руководители спорных контрагентов являются действующими, заявлений о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении указанных руководителей, не поступало.

В свою очередь, Обществом разработан регламент подбора контрагентов, в соответствии с которым каждый потенциальный партнер для рассмотрения возможности сотрудничества заполняет соответствующий опросный лист (анкету) и прикладывает к нему пакет документов, который направляется в адрес Общества любым из способов (курьером, по почте, по электронной почте или лично).

Так, до заключения сделок со спорными контрагентами были представлены Обществу регистрационные и учредительные документы, а также информация о ведении ими реальной хозяйственной деятельности, что позволило Обществу удостовериться в их добросовестности.

Кроме того, соответствующие сведения о спорных контрагентах были проанализированы Обществом в открытых источниках, на официальном сайте ФНС России, в картотеке арбитражных дел, на сайте ФССП.

По мнению представителя заявителя, данные обстоятельства свидетельствуют о проявлении Обществом должной осмотрительности и осторожности при выборе спорных контрагентов, что подтверждается положениями статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 31 Обзора судебной практики от 16.02.2017 №1 (2017), АС Камчатского края в решении от 22.10.2020 по делу №А24-5712/2019, ФНС России в Письме от 16.08.2017 №СА-4-7/16152@.

Управлением не исследован вопрос о том, имело ли Общество целью неуплату налога по сделкам со спорными контрагентами, как на то указано в подпункте 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ. Однако, заявитель указал, что Обществом НДС исчислен и уплачен в полном объеме до представления уточненных налоговых деклараций.

Так жен  представитель заявителя считает, что  аналогичным образом Управлением не проанализирована уплата налога спорными контрагентами и 

налоговым  органом  также не опровергнут факт выполнения работ, как требует подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, так как . Обществом в ходе проверки представлен полный пакет документов, подтверждающих реальность финансово-хозяйственных операций со спорными контрагентами.

Привлечение спорных контрагентов для выполнения работ было обусловлено отсутствием необходимой численности, собственных сил. При этом показания допрошенных в ходе проверки лиц не могут быть положены в основу подтверждения фактического отсутствия контрагентов, поскольку данные лица не обладают полной информацией о хозяйственной деятельности Общества.

В нарушение пункта 6 статьи 108, пункта 8 статьи 101, пункта 9 статьи 101.4 НК РФ, пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 №53, Постановления Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 №18162/09 Управлением не исследованы вопросы о том, кто фактически осуществлял работы, если само Общество в силу недостаточности ресурсов не могло их выполнить, в том числе с учетом сроков выполнения.

Ссылка в оспариваемом решении на неявку должностных лиц Обществ - контрагентов для дачи пояснений по существу выявленных правонарушений является не состоятельной, так как налоговым органом не установлены причины неявки.

По мнению представителя Общества, налоговым органом не приведены доводы, свидетельствующие о юридической, экономической и иной подконтрольности контрагентов Обществу. Заявитель считает, что совпадение IР- адресов, с которых отправлялась налоговая отчетность, является косвенным обстоятельством, доказательства ведения учета одним бухгалтером отсутствуют и  управлением не представлено доказательств того, что взаимозависимость между Обществом и ИП ФИО3 привела к нерыночному ценообразованию или к фиктивности сделки, поскольку, исходя из норм налогового законодательства, само по себе совершение взаимозависимости лицами каких-либо сделок не влечет автоматического признания полученной в результате этих сделок налоговой выгоды необоснованной.

Считая незаконным решение УФНС России по Белгородской области от 29.01.2024 №22-19/1595 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, решение МИ ФНС России по Центральному Федеральному Округу от 02.04.2025 №40-7-14/02057, заявитель обратился в суд  с заявленными требованиями.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее. 

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лип, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и  экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания недействительными актов и незаконными действий (бездействий) необходимо одновременное существование указанных в статье 198 АПК РФ условий: несоответствие их закону или иным нормативным правовым актам и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовом) акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской н иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа пли лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В соответствии с положениями статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ, пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что основанием для принятия решения суда о признании оспариваемого ненормативного акта недействительным, решения, действий (бездействия) незаконными являются одновременно как их несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, решений, действий (бездействия) органов и должностных лиц, входят проверка соответствия оспариваемого акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя. 

При этом на заявителя по делу возлагается обязанность обосновать и доказать факт нарушения оспариваемым актом его прав и законных интересов в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, а на государственный орган - доказать законность своих действий. 

Арбитражный суд, рассматривая дело, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Согласно части 1 статьи 65, части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, которые арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 15.07.1999 №11-П, санкции штрафного характера, исходя из общих принципов права, должны отвечать вытекающим из Конституции Российской Федерации требованиям справедливости и соразмерности.

Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости в сфере публично-правовой ответственности, предполагает установление этой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Статьей 112 НК РФ установлены обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения. При этом предусмотренный перечень смягчающих обстоятельств не является исчерпывающим (что отмечено в Письме ФНС России от 12.05.2020 №БВ-4-7/7751@).

В соответствии с пунктом 4 статьи 112 НК РФ при наложении санкций за  налоговые правонарушения налоговый орган устанавливает обстоятельства, смягчающие ответственность налогоплательщика за совершение таких правонарушений, и учитывает эти обстоятельства в порядке, установленном статьей 114 НК РФ.

В силу пункта 3 статьи 114 НК РФ при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей НК РФ.

Таким образом, право относить те или иные фактические обстоятельства, прямо не предусмотренные статьей 112 НК РФ к обстоятельствам, смягчающим ответственность налогоплательщика, и устанавливать размер, в том числе и кратность снижения налоговых санкций, установленных законом, предоставлено налоговому органу при рассмотрении материалов проверки.

Как установлено по материалам дела, по результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки и возражений Общества на Акт проверки Управлением учтены такие смягчающие вину Общества обстоятельства, как:

-           Общество внесено в единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства;

- социальная направленность деятельности Общества (занимается восстановительными работами пострадавших в ходе проведения СВО приграничных территорий Белгородской области);

-           тяжелое финансовое положение.

С учетом указанных обстоятельств сумма штрафных санкций по пункту 3 статьи 122 и пункту 1 статьи 126 НК РФ на основании подпункта 4 пункта 5 статьи 101, пункта 1 статьи 112, пункта 3 статьи 114 НК РФ снижена в 8 раз.

С учетом разъяснений ФНС России, доведенных письмом от 25.12.2023 № БВ- 4-9/16211@, такое заявленное Обществом смягчающее обстоятельство, как введение иностранным государством экономических санкций в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц, граждан Российской Федерации может учитываться в качестве смягчающего обстоятельства только с учетом последствий, возникших у налогоплательщика, и нанесенного ущерба его финансово-хозяйственной деятельности.

Ни в ходе проверки, ни к настоящему заявлению Обществом такие доказательства, подтверждающие нанесение ущерба финансово-хозяйственной деятельности Общества в связи с введением иностранными государствами экономических санкций в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц, граждан Российской Федерации не представлены, в связи, с чем налоговым органом такое смягчающее обстоятельство не учтено правомерно.

По мнению Заявителя, совершенное им деяние несоизмеримо по отношению к штрафным санкциям.

В соответствии с Оспариваемым решением, штрафная санкция по пункту 3 статьи 122 НК РФ равна 1 066 664,50 руб., тогда как доначисленная сумма налога составляет 22 543 754 руб.

Следовательно, а также учитывая тот факт, что Обществу вменяется умысел в совершенном правонарушении, наложенный размер штрафа соразмерен степени его вины, а значит, оснований для применения данного смягчающего обстоятельства у налогового органа не имелось.

Штрафные санкции, в рассматриваемом случае, соответствуют принципу справедливости наказания, так как Управлением доказан умысел Общества на создание схемы, направленно исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного отнесения к налоговым вычетам сумм НДС по сделкам с реально не осуществляющими финансово-хозяйственной деятельности контрагентами.

Согласно Оспариваемому решению Заявитель, в том числе, привлечен по пункту 1 статьи 126 НК РФ за непредставление в ходе проверки необходимых документов. Однако в заявлении Общество не приводит доводов, свидетельствующих об оспаривании штрафных санкций в данной части, в связи с чем Заявителю необходимо уточниться на сумму 3 050 руб.

Необходимо отметить, что возражения Заявителя на Акт проверки и жалоба на оспариваемое решение идентичны по своему содержанию, в связи, с чем Управлением и Вышестоящим налоговым органом дана оценка изложенным в данных документах доводам, доведенная до Заявителя оспариваемым решением и Решением вышестоящего налогового органа.

Таким образом, Заявитель в настоящее время ссылается на не имеющие места быть фактические обстоятельства, чем искажает предмет оспаривания.

Суд  не находит подтвержденным довод Заявителя о том, что налоговым органом должен был быть уменьшен НДС у спорных контрагентов, о чем, по мнению Общества свидетельствует Постановление АС Московского округа от 08.06.2024 №Ф05-7859/2018, поскольку в данном судебном акте отсутствует вывод суда о том, что налоговый орган обязан самостоятельно произвести корректировку налоговых обязательств неблагонадежных контрагентов налогоплательщика по НДС путем уменьшения вычетов по сделкам, которые признаны по результатам проведи не реальными.

Налоговое законодательство не содержит требований о том, что в ходе проводимой налоговой проверки (как выездных, так и камеральных) в отношении конкретного налогоплательщика налоговый орган должен приводить в соответствие действительные налоговые обязательства и его контрагентов. В силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность.

При этом, суд соглашается с мнением Управления, что исполнение обязанности по уплате НДС спорным контрагентом само по себе не влечет правомерность применения вычета налогоплательщиком, так как отражение контрагентом спорных операций и уплата им налогов не являются безусловными основаниями для применения вычета (Постановление АС ВВО от 10.10.2022 №Ф01-5249/2022 по делу №А39-12487/2021).

Налогоплательщик, не воспользовавшийся своим правом обеспечить документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он претендует на уменьшение налогового бремени, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия (Постановление АС МО от  09.06.2020 №005-3107/2020, Постановление АС МО от 19.04.2024 №006-2228/2024 по делу №А55-35611/2022).

Согласно материалам проверки, Общество, являясь с 20.09.2018 членом саморегулируемой организации Ассоциация «СРО «Строители Белгородской области» в проверяемом периоде выполняло общестроительные работы на различных объектах муниципального и городского характера по договорам и контрактам с заказчиками.

Основными заказчиками Общества в 2020-2022 годах являлись: Фонд содействия реформированию ЖКХ Белгородской области ИНН 

<

***> с долей выручки 43,46% от общего объема продаж (сумма перечисленных денежных средств составила 204 264,0 тыс.руб.); ООО «Строительная компания «ИНВЕСТПРОМЭЛИТ» ИНН 

<

***> с долей выручки 16,07% от общего объема продаж (сумма перечисленных денежных средств составила 56 397,9 тыс.руб.); ООО «Архитектурный фасад» ИНН 

<

***> с долей выручки 14,77% от общего объема продаж (сумма перечисленных денежных средств составила 2 100,0 тыс.руб.); ООО Производственная строительная компания «КОНСОЛЬ» ИНН 

<

***> с долей выручки 7,41% от общего объема продаж (сумма перечисленных денежных средств составила 34 245,3 тыс.руб.); Областное  государственное бюджетное учреждение «УКС Белгородской области» ИНН 

<

***> с долей выручки 6,11% от общего объема продаж (сумма перечисленных денежных средств составила 44 126,3 тыс. руб.).

Все работы, выполненные Обществом, приняты заказчиками в полном объеме, сведений о нарушении Обществом сроков, объемов выполненных работ, а также о наличии претензий заказчиков к качеству выполненных работ отсутствует.

В рамках исполнения данных финансово-хозяйственных отношений с заказчиками Обществом якобы были привлечены спорные контрагенты-подрядчики, отраженные в книгах покупок налоговых деклараций по НДС за соответствующие налоговые периоды, а именно: ИИ ФИО3 ИНН 

<

***>, ООО «ФАСАД-ДЕКОР» ИНН 

<

***>, ООО «ФИЛЬТР» ИНН 

<

***>, ООО «КОБАЛЬТ» ИНН 

<

***>, ООО «НЕПТУН» ИНН 

<

***>, ООО «ПЕРВЫЙ ЭТАЖ» ИНН 

<

***>, ООО «ОПОРА ДОМА» ИНН 

<

***>, ООО «МОСТОВОЙ» ИНН 

<

***>, ООО «ШАРНИР» ИНН 

<

***>, ООО «ТАЙЕАТОРГ» ИНН 

<

***>, ООО «ПЕНОПЛАСТ» ИНН 

<

***>, ООО «ОКНО В ЕВРОПУ» ИНН 

<

***>, ООО «ПЕРИМЕТР» ИНН 

<

***>, ООО «ПОЛЕВОЙ» ИНН 

<

***>, ООО «ОЛИФА» ИНН 

<

***>.

Общая сумма заявленных Обществом вычетов по сделкам с указанными контрагентами составила 22 543 754 руб.

Основанием для доначисления суммы НДС по результатам выездной налоговой проверки в размере 22 543 754 руб. послужило установленное Управлением нарушение Обществом пункта 2 статьи 54.1, пункта 6 статьи 169, пункта 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172 НК РФ, выразившееся в не соблюдении условий, при которых уменьшение налоговой базы и (или) суммы налога на сумму заявленных вычетов признается правомерным.

В ходе проверки выявлены факты, свидетельствующие о сознательном искажении Обществом сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете налоговой отчетности, путем создания фиктивного документооборота по сделкам с неправоспособными организациями исключительно с целью минимизации уплаты налогов.

Управлением установлено, что контрагенты Общества: не находятся по месту регистрации; не имеют расходов, типичных с ведением реальной финансово-хозяйственной деятельности (по уплате коммунальных услуг, на аренду помещений, за услуги связи, на выплату заработной платы, прочее); не имеют технический персонал, работников и лиц, привлеченных по договорам гражданско-правового характера; не имеют в собственности и арендованных основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности; учредители и руководители являются номинальными (в частности, ООО «ШАРНИР», ООО «ОКНО В ЕВРОПУ»); имеют недостоверные сведения в ЕГРЮЛ об адресе регистрации, местонахождении, об учредителе и руководителе; созданы не задолго до оформления «бумажных» сделок с Обществом (ООО «ОЛИФА», ООО «ПОЛЕВОЙ», ООО «ОКНО В ЕВРОПУ», ООО «ПЕНОПЛАСТ», ООО «ТАЙГАТОРГ», ООО «ШАРНИР», ООО «МОСТОВОЙ», ООО «ОПОРА ДОМА», ООО «ПЕРВЫЙ ЭТАЖ», ООО «НЕПТУН», ООО «ФИЛЬТР», ИП ФИО3); исключены из ЕГРЮЛ по инициативе налоговых органов по месту регистрации (ООО «ФАСАД ДЕКОР», ООО «ФИЛЬТР», ООО «ПЕРВЫЙ ЭТАЖ», ООО «МОСТОВОЙ», ООО «ШАРНИР»); имеют решения о предстоящем исключении, принятые налоговыми органами на основании недостоверных сведений (ООО «НЕПТУН», ООО «ОКНО В ЕВРОПУ», ООО «ПОЛЕВОЙ»); не имеют представительств на территории Белгородской области; не представляют или представляют налоговую отчетность с нулевыми показателями либо с долей вычетов 100%; имеют в цепочке организации, обладающие признаками фирм-однодневок, что свидетельствует о том, что реального исполнения хозяйственных операций от них фактически не происходило, все операции номинальные и сопровождаются лишь оформлением документов при отсутствии самих финансово-хозяйственных отношений; не подтвержденные взаимоотношения с Обществом, так как документы в ходе проверки в рамках статьи 93.1 НК РФ не представили (ООО «НЕПТУН», ООО «МОСТОВОЙ»); осуществляют снятие перечисленных Обществом денежных средств через банкоматы на корпоративные карты, либо за товары (работы, услуги), не характерные для ведения реальной предпринимательской деятельности (ИП ФИО3, ООО «ФАСАД - ДЕКОР»); осуществляют оправку отчетности через одни и те же IP-адреса; имеют доступ к системе Клиет-Банк через одни и те же IP-адреса; не являются членами СРО; имеют несопоставимые товарные и денежные потоки, заявленным Обществом по финансово-хозяйственным операциям; не являются членами СРО.

При этом, ИП ФИО3 и Общество являются взаимозависимыми по подпункту 11 пункта 2 статьи 105.1 НК РФ (являются родителями общего ребенка).

Их взаимозависимость и подконтрольность подтверждается налоговым органом документально, а  также и тем фактом, что Обществом данному контрагенту перечисляется на расчетные счета основная доля денежных средств, снятие которых ИП ФИО3 осуществляется в дальнейшем. Так, Обществом было перечислено 62 328 428,25 руб.

В дальнейшем контрагентом произведено снятие наличных денежных средств в сумме 49 220 348 руб., совершено списание средств по операциям с международными картами в сумме 11 335 741 руб., а так же произведен перевод денежных средств и перечисление денежных средств на карту в сумме 23 754 000 руб.

Кроме того, в ходе проверки установлены следующие обстоятельства: уполномоченные лица контрагентов не являются на допросы в порядке статьи 90 НК РФ; отказ от финансово-хозяйственной деятельности лиц, указанных в регистрационных документах контрагентов 2-го и последующих звеньев; неуплата НДС контрагентами последующих звеньев, заявленными в налоговой отчетности спорных контрагентов Общества, что привело к потерям в бюджетной системе; непредставление Обществом документов, обосновывающих выбор контрагентов с точки зрения деловой репутации, платежеспособности, коммерческой привлекательности, а так же подтверждающих проявление должной осмотрительности при выборе контрагентов; систематическое уклонение от явки в налоговый орган для дачи свидетельских показаний директора Общества ФИО4; в актах по форме №КС-2, полученных от заказчиков, в графах «Наименование работ и затрат» виды работ описаны подробно, а в аналогичных строках актов по форме №КС-2, заявленных от контрагентов, виды работ описаны одной строкой, что исключает возможность реальности их выполнения в виду идентификации; расчетный счет, указанный в договоре подряда, никогда не принадлежал ООО «НЕПТУН»; договор подряда с ООО «ОПОРА ДОМА» заключен раньше (03.03.2022), чем договор с заказчиком - Фондом содействия реформированию ЖКХ Белгородской области (14.06.2022); договора подряда с ООО «МОСТОВОЙ» (01.03.2022) и ООО «ШАРНИР» (02.03.2022) заключены раньше, чем договор с заказчиком - Фондом содействия реформированию ЖКХ Белгородской области (14.06.2022); ООО «МОСТОВОЙ» никогда не имело открытых расчетных счетов, в связи с чем в договоре подряда отражены недействительные сведения; договор подряда с ООО «ПЕРИМЕТР» заключен раньше (15.04.2022), чем договор с Заказчиком - ООО «Архитектурный фасад» (08.02.2022).

С учетом вышеизложенного, Управлением получены достоверные достаточные и надлежащие доказательства фактов умышленных действий Общества по заключению сделок именно с «техническими» организациями, единственной целью которых являлось включение в бухгалтерскую и налоговую отчетность недостоверных сведений и, как следствие, снижение налоговой нагрузки, а также, что выгодоприобретателем (бенефициаром) в данном случае являлся директор Общества ФИО4, так как именно он был единственным уполномоченным и ответственным лицом по выбору и привлечению контрагентов, подписанию документов, в отношении которых установлено и документально подтверждено, что они носят формальный характер и подписаны неуполномоченными лицами. Кроме того, ФИО4 систематически выводил денежные средства из оборота Общества путем выдачи их под аванс на свое имя. В материалах проверки имеются доказательства того, что указанные денежные средства в дальнейшем на счета спорных контрагентов в счет оплаты выполненных ими работ не поступали, следовательно, они остались в распоряжении ФИО4

Нереальность сделок со спорными контрагентами подтверждается показаниями сотрудника Общества ФИО5 (протокол допроса от 28.06.2023 №1746), который сообщил, что на строительных объектах работали неустановленные лица, которые не были трудоустроены официально.

Кроме того, в силу нахождения организаций в иных городах, отсутствия представительств на территории Белгородской области, отсутствия документального подтверждения направления кого-либо из работников, контрагенты не могли иметь договорные отношения с Заявителем.

В заявлении Общество указывает, что использование Управлением выборочного метода проведения анализа выписок по расчетным счетам Общества в банках и осуществления мероприятий налогового контроля только в отношении спорных контрагентов, которые составляют лишь часть организаций, с которыми имелись договорные отношения в проверяемом периоде, привело к отражению в Оспариваемом решении недостоверной информации.

Однако, данный довод не находит подтверждения материалами выездной налоговой проверки.

Управлением в ходе осуществления мероприятий налогового контроля была использована вся доступная и имеющаяся в распоряжении налогового органа информация о деятельности Общества. В частности, проанализированы операции по всем расчетным счетам как открытым, так и закрытым на момент проведения проверки. Информация о данных счетах отражена на стр. 3 Оспариваемого решения.

При этом поскольку по выпискам банков на расчетных счетах не нашел отражения финансовые операции именно со спорными контрагентами, а выписки по расчетным счета спорных контрагентов показали, что у данных лиц отсутствуют операции, свойственные обычной хозяйственной деятельности, поступившие денежные средства на их счета от иных лиц впоследствии обналичивались, а денежные средства от Общества не поступали, данные нарушения и были отражены Управлением в Акте проверки и на его основании принятом Оспариваемом решении.

В силу подпункта 12 пункта 3 статьи 100 НК РФ в акте налоговой проверки указываются только документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки, или запись об отсутствии таковых.

Таким образом, исходя из норм налогового законодательства, у налогового органа отсутствует обязанность отражать иные факты, которые не были положены в основу вменяемого Обществу правонарушению (в том числе по сделкам с добросовестными контрагентами, осуществляющими реальною предпринимательскую деятельность).

Не соответствует фактическим обстоятельствам дела и довод Общества о том, что выводы о неправомерности заявленных вычетов сделаны Управлением исходя из текущего состояния контрагентов, то есть за пределами проверяемого периода. Тогда как каких-либо выводов о номинальности руководителей в период совершения сделок Налоговым органом не приводится. Напротив, руководители спорных контрагентов, как указывает Заявитель, являются действующими, заявлений о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении указанных руководителей, не поступало.

Как указано выше, материалами дела подтверждается, что спорные контрагенты с момента государственной регистрации до даты исключения из ЕГРЮЛ, либо принятия налоговыми органами по месту регистрации решений о предстоящем исключении, имели признаки «технических» организаций, не осуществляющих реальной предпринимательской деятельности. Анализ деятельности каждого спорного контрагента с момента образования приведен в Оспариваемом решении в соответствующей описательной части по каждому из них.

Все контрагенты имеют записи о недействительности сведений как об адресах регистрации и места нахождения, так и об учредителях и руководителях. В частности, учредителями и директорами ООО «ШАРНИР», ООО «ОКНО В ЕВРОПУ» представлены заявления по форме №Р34001 о недостоверности сведений о них. Об учредителе и директоре ООО «МОСТОВОЙ» имеется запись о дате смерти 12.08.2022. На допросы по вызову налоговых органов представители контрагентов не являются.

Как указывает Общество, по результатам проведенной проверки Налоговый орган действительно не оспаривает факт представления Обществом и спорными контрагентами налоговой отчетности. Однако, по результатам проверки установлено и подтверждено материалами дела, что все налоговые декларации представлены контрагентами либо с нулевыми показателями, либо с минимальными суммами в результате отражения вычетов в размере, приближенном к 100%. При этом, данные налоговые декларации имеют схожие показатели, что свидетельствует о том, что от имени данных организаций действуют одни и те же неустановленные лица с одной целью - использование схем ухода от налогообложения с организациями, фактически не осуществляющими финансово-хозяйственную деятельность.

Исходя из судебной практики исполнение, обязанности по уплате НДС спорным контрагентом само по себе не влечет правомерность применения вычета налогоплательщиком, так как отражение контрагентом спорных операций и уплата им налогов не являются безусловными основаниями для применения вычета (Постановление АС ВВО от 10.10.2022 №Ф01-5249/2022 по делу №А39-12487/2021).

Общество отмечает, что им проявлена должная осмотрительность и осторожность при выборе контрагентов. Заявителем разработан регламент подбора контрагентов, в соответствии с которым каждый потенциальный партнер для рассмотрения возможности сотрудничества заполняет соответствующий опросный лист (анкету) и прикладывает к нему пакет документов, который направляется в адрес Общества любым из способов (курьером, по почте, по электронной почте или лично).

Так, до заключения сделок со спорными контрагентами были представлены Обществу регистрационные и учредительные документы, а также информация о ведении ими реальной хозяйственной деятельности, что позволило Обществу удостовериться в их добросовестности. Кроме того, соответствующие сведения о спорных контрагентах были проанализированы Обществом в открытых источниках, на официальном сайте ФНС России, в картотеке арбитражных дел, на сайте ФССП.

Однако, данный довод не подтвержден документально и противоречит материалам дела.

Ни в ходе проверки, ни в последующем к жалобе указанный регламент подбора контрагентов не представлен, равно как не представлены иные документы, подтверждающие должную осмотрительность и осторожность.

Кроме того, в Постановлении от 05.12.2023 №Ф05-29143/2023 по делу №А40- 262991/2022 Арбитражный суд Московского округа отметил, что факт регистрации юридических лиц в ЕГРЮЛ сам по себе, без получения сведений о хозяйственной деятельности организаций не может свидетельствовать о добросовестности таких организаций, их способности поставить товар, выполнить работы, оказать услуги.

Если налоговый орган установит, что экономический источник вычета (возмещения) НДС не создан, а контрагент (исполнитель) в период взаимодействия с налогоплательщиком не имел экономических ресурсов (материальных, финансовых, трудовых и т.п.), необходимых для исполнения заключенного договора, в связи с чем сделка в действительности исполнена иными лицами, которым обязательство по ее исполнению контрагент не мог передать в силу своей номинальности, данные  обстоятельства могут указывать на то, что налогоплательщик не проявил должной осмотрительности при выборе контрагента, пока иное не будет доказано налогоплательщиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 ГК РФ Общество осуществляло предпринимательскую деятельность самостоятельно на свой риск. Это означает, что оно было свободно в выборе партнеров и должно было проявить такую степень заботливости и осмотрительности, которая позволила бы ему рассчитывать на надлежащее поведение контрагентов в сфере налоговых правоотношений. Негативные последствия выбора недобросовестного партнера не могут быть переложены на бюджет.

В рассматриваемом случае, заключая сделку с контрагентами, Общество должно было исходить из того, что гражданско-правовая сделка влечет для него и налоговые последствия. Избрав в качестве контрагента организацию, вступая с ней в правоотношения, налогоплательщик свободен в выборе и поэтому должен проявить такую степень заботливости и осмотрительности, которая позволит ему рассчитывать на надлежащее поведение контрагента в сфере налоговых правоотношений, с учетом косвенного характера НДС.

В рассматриваемом случае Общество не проявило должную осмотрительность - не установило лицо, обязанное подписывать документы, и не проверило деловую репутацию спорных контрагентов.

При выборе контрагента субъекты предпринимательской деятельности, как правило, оценивают не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Обществом не представлены данные относительно обстоятельств вступление в финансово-хозяйственные отношения с указанными контрагентами, не представлены данные относительно выбора контрагентов, относительно лиц - представителей контрагентов, не представлены документы, подтверждающие полномочия третьих лиц на представление интересов.

Принятие к учету первичных документов, подписанных неуполномоченными лицами, свидетельствует о не проявлении Обществом должной осмотрительности, поскольку при заключении сделки не удостоверилось в наличии надлежащих полномочий у лиц, действовавших от имени контрагентов, и не идентифицировало лиц, подписавших документы.

Отказ в получении налоговых выгод при наличии в документах налогоплательщика недостоверных и противоречивы сведений, является его налоговым риском (Постановление АС Московского округа от 14.05.2024 №Ф05- 7775/2024 по делу №А41-30502/2023). Суд, отказывая в удовлетворении требований налогоплательщика, указал, что представление в налоговый орган первичных документов не влечет автоматического признания обоснованным принятию налоговых вычетов, а является лишь основанием для подтверждения факта реальности хозяйственных операций и уплаты налогов. Поэтому при решении вопроса о правомерности применения налоговых вычетов учитываются результаты проведенных налоговым органом проверок достоверности непротиворечивости представленных документов, а также организаций-контрагентов. В целях подтверждения обоснованности заявленных налоговых выгод должна быть установлена их объективная предметная взаимосвязь с фактами и результатами реальной предпринимательской и иной экономической деятельности, что служит основанием для вывода о достоверности представленных первичных документов, в том числе в части сведений об участниках и условиях хозяйственных операций. Сам факт наличия первичных документов без подтверждения факта реальности хозяйственных операций не предоставляет налогоплательщику право на получение налоговых вычетов по НДС.

Относительно доводов Заявителя о том, что Управлением также не опровергнут факт выполнения работ, как того требует подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, так как Обществом в ходе проверки представлен полный пакет документов, подтверждающих реальность финансово-хозяйственных операций со спорными контрагентами, отмечаем следующее.

В Определении от 05.04.2024 №306-ЭС23-24623 по делу №А12-19911/2022 Верховный Суд Российской Федерации отметил, что оценка действий налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления налогоплательщиком своих прав.

Арбитражный суд Московского округа в Постановлении от 01.03.2024 №Ф05- 1341/2024 по делу №А40-58035/2023 указал, что документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение права на уменьшение налоговой обязанности, должны отражать достоверную информацию о реальной операции в соответствии с ее действительным экономическим смыслом. Аналогичного содержания являются: пункты 3,4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом ВС РФ 13.12.2023; Постановления Арбитражного суда Московского округа от 30.07.2024 №Ф05-16041/2024 по делу №А40-159348/2023, от 29.02.2024 №Ф05-1101/2024 по делу №А40-36712/2023, от 23.01.2024 №Ф05-34700/2023 по делу №А40-16682/2023; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.01.2024 №Ф04-7644/2023 по делу №А75-23422/2022; Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.06.2024 №Ф07-7381/2024 по дел №А44-4116/2022, от 10.01.2024 №Ф07-20985/2023 по делу А13-3872/2021.

В Постановлении от 11.01.2024 №Ф02-7147/2023 по делу №А19-19702/2022 Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа указал, что из смысла и содержания норм права, положений главы 24 и статьи 65 АПК РФ и сформированных в судебной практике правовых подходов следует, что обязанность подтвердить надлежащими доказательствами обоснованность налоговых вычетов по НДС, в том числе в части достоверности сведений об указанном в первичных документах контрагенте, лежит на налогоплательщике.

В силу пункта 9 постановления Пленума ВАС №53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода  исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004№169-0 и от 04.11.2004 №324-0 следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком. Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением услуг, но и реальностью исполнения договора именно данным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 34 Обзора судебной практики №2 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021. применение налоговых вычетов по НДС не допускается, если налогоплательщик участвовал в согласованных с иными лицами действиях, направленных на неправомерное уменьшение налоговой обязанности за счет искусственного наращивания стоимости товаров (работ, услуг) без формирования источника вычета (возмещения) налога, или во всяком случае, если ему было известно о действиях иных лиц, уклоняющихся от уплаты НДС в процессе обращения товаров (работ, услуг).

В материалы  дела налоговым органом представлены доказательства, подтверждающие  фактические обстоятельства, выявленные в результате проверки и не опровергнуты  Заявителем, что операции со спорными контрагентами не имели реального характера и в нарушение положений статьи 54.1 НК РФ были отражены Обществом в налоговом учете в целях умышленного искажения сведений о фактах хозяйственной жизни для неправомерного принятия налоговых вычетов по НДС.

Общество не подтвердило реальное выполнение соответствующих обязательств, отраженных в представленных Управлению первичных документов, конкретными контрагентами, по взаимоотношениям с которыми им заявлена налоговая выгода в виде спорной суммы вычетов по налогу.

Установленная в ходе выездной налоговой проверки совокупность обстоятельств свидетельствует о взаимозависимости и подконтрольности заявленных контрагентов Обществу, согласованности их действий при имитации финансовохозяйственных взаимоотношений по выполнению работ с целью завышения вычетов по НДС.

При квалификации правонарушения по пункту 3 статьи 122 НК РФ как умышленного, Управлением учтены как полученные результаты мероприятий налогового контроля, так и поведение в ходе проведения выездной налоговой проверки, выразившееся в осознанных действиях, направленных на сокрытие необходимой запрашиваемой информации.

Совокупность установленных доказательств, в своем единстве и взаимосвязи полностью исключают случайность установленных фактов и обстоятельств и свидетельствует о полной осведомленности Общества в части отраженных операция.

Как уже было указано Управлением в возражениях №1, Заявитель в настоящее время желает оспорить привлечение по пункту 1 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) за непредставление налоговому органу документов, но требованиям в ходе выездной налоговой проверки без процедуры досудебного обжалования данной части Оспариваемого решения, что не допустимо в силу норм налогового законодательства.

Необходимо отметить, что Заявителем в представленном дополнении №2 к заявлению приведена лишь часть пункта 67 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013    №57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении Арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №57), которая интерпретирована в его пользу.

Однако, в силу пункта Постановления №57 суд исходил из того, что при толковании пункта 5 статьи 101.2 НК РФ судам надлежит принимать во внимание, что по смыслу данной нормы прежде, чем передать возникшие разногласия на рассмотрение суда, налогоплательщик и налоговый орган должны принять меры к урегулированию спора во внесудебном порядке. Поэтому решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения могут быть оспорены в суде только в той части, в которой они были обжалованы в вышестоящий налоговый орган. При этом названные решения считаются обжалованными в вышестоящий налоговый орган в полном объеме, если только из поданной жалобы прямо не следует, что решение обжалуется в части (эти разъяснения Пленума ВАС РФ даны без учета изменений, внесенных Федеральным законом от 02.07.2013 №153-Ф3).

Как правомерно указывалось Управлением в возражениях, Заявителем при подаче жалобы в вышестоящий налоговый орган при оспаривании принятого по результатам проверки решения в части привлечения к ответственности по пункту 1 статьи 126 НК РФ был обжалован только размер штрафной санкции в виду неприменения налоговым органом положений статей 112, 114 НК РФ.

Таким образом, из жалобы Заявителя прямо усматривается, что Оспариваемое решение было обжаловано в части.

При этом, разъяснения Пленума ВАС РФ, изложенные в пункте 4 пункта 67 Постановления №57 относительно того, что обязательный досудебный порядок обжалования считается соблюденным вне зависимости от того, приводились ли в жалобе налогоплательщика доводы, опровергающие выводы налогового органа, относятся лишь к тому случаю, когда налогоплательщик обжаловал решение по проверке по всем эпизодам, но не смог в жалобе (апелляционной жалобе) сразу изложить все доводы по выявленным налоговым органом правонарушениям.

Если какие-то эпизоды в жалобе не указаны, как это и установлено в данном случае, то обжаловать их в суде не представляется возможным (пункт 67 Постановления №57).

Кроме того, налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции посредством налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, налоговых агентов и плательщиков сбора, плательщиков страховых взносов, проверки данных учета и отчетности, осмотра помещений и территорий, используемых для извлечения дохода (прибыли), а также в других формах, предусмотренных НК РФ.

Управлением учтено, что поскольку выездная налоговая проверка является углубленной формой налогового контроля, то возможность истребования у Заявителя пояснений и документов в ходе выездной налоговой проверки следует из положений статьи 89 НК РФ и направлена на сопоставление и проверку данных о налогоплательщике, содержащихся в его отчетности, полученных по результатам предпроверочного анализа и иных источниках.

Указанное право налогового органа согласуется с положениями статьи 93 НК РФ, которыми не конкретизирован перечень документов, которые налоговый орган вправе истребовать у налогоплательщика.

Каких-либо ограничений по объему и составу истребуемых документов нормы налогового законодательства не содержат. Должностное лицо налогового органа самостоятельно определяет объем документов, а также отношение конкретных документов (информации) к деятельности налогоплательщика, необходимых для проверки.

Аналогичный вывод содержится в Постановлениях АС Московского округа от 23.03.2021 по делу №А40-49591/2020, АС Поволжского округа от 06.07.2022 №Ф06- 20049/2022 по делу №А72-15096/2021, а также в Письме ФНС России от 25.07.2013 №АС-4-2/13622.

Положения статей 89, 93 НК РФ, предоставляющие налоговому органу право истребовать у налогоплательщика документы, не содержат обязательных предписаний по указанию конкретных реквизитов истребованных документов, а также их количества, что подтверждается судебной практикой: Постановления АС Дальневосточного округа от 08.11.2017 №Ф03-4291/2017 и АС Восточно-Сибирского округа от 28.07.2017 № А19-22283/2016.

Следовательно, при расчете штрафной санкции по пункту 1 статьи 126 НК РФ налоговым органом правомерно определено количество документов, не редставленных Заявителем по Требованиям.

Дополнительно следует отметить, что действующее налоговое законодательство возложило на Заявителя обязанность по доказыванию факта нарушения прав, причинно-следственной связи между ненормативным актом, нарушившем права Заявителя, и наступившими негативными последствиями.

Однако, приведенные Заявителем в дополнении  доводы в свою очередь не подкреплены надлежащими достаточными и достоверными документальными доказательствами, искажают существо выявленных в ходе проверки и приведенных в оспариваемом решении фактических  обстоятельств дела.. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

По ходатайству о применении судом смягчающих обстоятельств суд пришел к следующему выводу.

Согласно пункту 1 статьи 112 НК РФ обстоятельствами, смягчающими ответственность за совершение налогового правонарушения, признаются в том числе иные обстоятельства, которые судом или налоговым органом, рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими ответственность. 

В силу пункта 4 статьи 112 НК РФ обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения, устанавливаются налоговым органом или судом, рассматривающим дело, и учитываются при применении налоговых санкций.

При наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей НК РФ (пункт 3 статьи 114).

Учитывая, что пункт 3 статьи 114 НК РФ обозначен лишь минимальный предел снижения налоговой санкции, суд по результатам оценки соответствующих обстоятельств (например, характера совершенного правонарушения, количества смягчающих ответственность обстоятельств, личности налогоплательщика, его материального положения) вправе уменьшить размер взыскания и более чем в два раза.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлениях от 12.05.1998 №14-П, 15.07.1999 №11-П, 30.07.2001 №13-П и в определении от 14.12.2000 №244-О, санкции, налагаемые органами государственной власти, являются мерой юридической ответственности, поэтому размер взыскания должен отвечать критерию соразмерности и применяться с соблюдением принципов справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности с учетом характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств.

Из приведенных положений следует, что уменьшение суммы штрафа более чем в два раза не свидетельствует о возможности получить налогоплательщиком  от совершенного действия нулевой результат.

Как следует из материалов дела, оспариваемым решением Обществу доначислен налог на добавленную стоимость (далее – НДС) в сумме 22 543 754 руб., Общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 1 066 664,50 руб., пунктом 1 статьи 126 НК РФ, в виде штрафа в размере 3 050 руб. 

При этом, при применении к Обществу указанных налоговых санкций Управлением в ходе рассмотрения материалов выездной налоговой проверки и возражений Общества на Акт проверки Управлением установлены и учтены такие смягчающие вину Общества обстоятельства, как: 

- Общество внесено в единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства;

- социальная направленность деятельности Общества (занимается восстановительными работами пострадавших в ходе проведения СВО приграничных территорий Белгородской области);

- тяжелое финансовое положение.

С учетом указанных обстоятельств сумма штрафных санкций по пункту 3 статьи 122 и пункту 1 статьи 126 НК РФ на основании подпункта 4 пункта 5 статьи 101, пункта 1 статьи 112, пункта 3 статьи 114 НК РФ снижена в 8 раз.

В представленном ходатайстве от 19.12.2024 о применении судом обстоятельств, смягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, Общество, ссылаясь на положения налогового законодательства и пункта 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», просит суд дополнительно снизить примененные налоговым органом штрафные санкции по пункту 3 статьи 122 и пункту 1 статьи 126 НК РФ в 4 раза.

В обоснование данного требования Общество ссылается на наличие у него таких смягчающих его вину обстоятельств, как:

- добросовестное заблуждение в выборе спорных контрагентов, так как ни                 НК РФ, ни иными нормами налогового законодательства не определено четких критериев, которым четко должен соответствовать контрагент в целях принятия налоговых вычетов.   

В свою очередь Обществом разработан регламент подбора контрагентов, регулирующий обязательный порядок проверки контрагентов при оформлении договорных и хозяйственных отношений.

Указанный регламент представлен вместе с ходатайством о применении смягчающих обстоятельств.

Таким образом, добросовестно полагаясь, что полученной в соответствии с Регламентом информации о контрагентах будет достаточно для подтверждения проявления должной осмотрительности, Обществом были заключены с ними соответствующие договора;

- в настоящий момент Обществом выполняются работы в рамках договоров, заключенных с Фондом содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства Белгородской области по проведению капитального ремонта общего имущества многоквартирных домов и проведению работ по капитальному ремонту многоквартирных домов. По мнению Общества, указанные объекты имеют социальную значимость.

Как указывалось Управлением ранее в отзыве на заявление, ни в ходе проверки, ни в последующем к жалобе при оспаривании решения на стадии досудебного урегулирования указанный регламент подбора контрагентов Обществом не представлялся, равно как не были представлены иные документы, подтверждающие должную осмотрительность и осторожность. 

Таким образом, поскольку деловая переписка со спорными контрагентами, запрошенная в ходе выездной налоговой проверки, в установленные сроки Обществом представлена не была, данное обстоятельство доказывает факт её отсутствия, и, следовательно, факт отсутствия указанного регламента, в период оформления «бумажных» сделок со спорными контрагентами.   

Кроме того, только один регламент подбора контрагентов не может служить бесспорным доказательством проявления Обществом должной осторожности и осмотрительности, на которые оно ссылается в представленном ходатайстве о применении смягчающих обстоятельств. Заявителем не представлено документальных доказательств того, что он при выборе контрагентов действовал в соответствии с отраженным в регламенте подходом.

Относительно довода Общества о том, что оно выполняет работы на социально значимых объектах, необходимо отметить, что Управлением социальная направленность деятельности Заявителя была признана в качестве смягчающего обстоятельства при вынесении оспариваемого решения. С учетом данных  обстоятельств   налоговый  орган при принятии решения снизил  штрафные санкции в восемь  раз.

Необходимо учитывать также и судебно-арбитражную практику, прямо отрицающую применение смягчающих обстоятельств одновременно с доказанным умыслом.

Так, в Постановлении Арбитражного Суда Поволжского округа от 28.05.2015 №Ф06-23162/2015 по делу №А72-5803/2014, в частности, указано: «налоговые правонарушения, совершенные умышленно, представляют собой большую общественную опасность, поэтому НК РФ устанавливает повышенные размеры взысканий именно за умышленные правонарушения. Умысел представляет собой такую форму вины, которая характеризуется осознанием лицом противоправности своего поведения, предвидением последствий своего противоправного поведения и желательностью или безразличным отношением к их наступлению. Соответственно, применение налоговых санкций является мерой ответственности за налоговое правонарушение, то есть за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно». На указанном основании, с учетом установленных налоговым органом обстоятельствах получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды вследствие совершения им противоправных умышленных действий, суд пришел к выводу о невозможности квалификации заявленных обстоятельств как смягчающих ответственность.

Аналогичная позиция содержится в Постановлении Арбитражного Суда Восточно-Сибирского округа от 11.12.2014 по делу №А58-6043/2013 (Определением Верховного Суда Российской Федерации от 13.04.2015 №302-КГ15-2030 отказано в передаче данного дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации для пересмотра).

При таких обстоятельствах, поскольку по результатам проверки доказаны факты умышленных действий Общества в создании схемы по получению необоснованной экономии путем использования нелегитимных контрагентов, сумма штрафных санкций по пункту 3 статьи 122 и пункту 1 статьи 126 НК РФ с учетом применения Управлением обстоятельств, смягчающих налоговую ответственность, соответствует характеру правонарушений, является адекватной мерой наказания за совершенные правонарушения и отвечает требованиям справедливости, соразмерна конституционно закрепленным целям и охраняемым законом интересам.

Аналогичная позиция содержится в Определении Верховного Суда РФ от 08.04.2022 №307-ЭС22-3465 по делу №А66-4171/2021. 

В Определении от 05.04.2024 №306-ЭС23-24623 по делу №А12-19911/2022 Верховный Суд Российской Федерации отметил, что оценка действий налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления налогоплательщиком своих прав.

Арбитражный суд Московского округа в Постановлении от 01.03.2024 №Ф05-1341/2024 по делу №А40-58035/2023 указал, что документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение права на уменьшение налоговой обязанности, должны отражать достоверную информацию о реальной операции в соответствии с ее действительным экономическим смыслом. Аналогичного содержания являются: Постановления Арбитражного суда Московского округа от 29.02.2024 №Ф05-1101/2024 по делу №А40-36712/2023, от 23.01.2024 №Ф05-34700/2023 по делу №А40-16682/2023; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.01.2024 №Ф04-7644/2023 по делу №А75-23422/2022; Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.01.2024 №Ф07-20985/2023 по делу А13-3872/2021.

Кроме того, в Постановлении от 05.12.2023 №Ф05-29143/2023 по делу №А40-262991/2022 Арбитражный суд Московского округа отметил, что факт регистрации юридических лиц в ЕГРЮЛ сам по себе, без получения сведений о хозяйственной деятельности организаций не может свидетельствовать о добросовестности таких организаций, их способности поставить товар, выполнить работы, оказать услуги.

В Постановлении от 11.01.2024 №Ф02-7147/2023 по делу №А19-19702/2022 Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа указал, что из смысла и содержания норм права, положений главы 24 и статьи 65 АПК РФ и сформированных в судебной практике правовых подходов следует, что обязанность подтвердить надлежащими доказательствами обоснованность налоговых вычетов по НДС, в том числе в части достоверности сведений об указанном в первичных документах контрагенте, лежит на налогоплательщике.

В ходе проведенной в отношении Общества выездной налоговой проверки Управлением собраны надлежащие относимые, допустимые и достоверные доказательства умышленных действий налогоплательщика в получении необоснованной налоговой выгоды.

В отношении оспариваемых контрагентов, вычеты по НДС по которым признаны Управлением не отвечающими требованиям налогового законодательства, по результатам проведенных контрольных мероприятий подтверждено налоговым органом и не опровергнуто Обществом, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия материальных и трудовых ресурсов, производственных активов, необходимых для ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности.

Налоговой проверкой подтверждено отсутствие меду Обществом и контрагентами расчетов в какой-либо форме (наличной и безналичной) за яко хбы поставленный товар. Доказательств обратного Обществом ни в ходе проверки, ни в настоящее время не представлено.

При этом, контрагент ИП ФИО3, которому Обществом единственному перечисляется на расчетные счета основная доля денежных средств, являются взаимозависимыми по подпункту 11 пункта 2 статьи 105.1 НК РФ (являются родителями общего ребенка). В дальнейшем указанным лицом осуществляется  снятие указанных денежных средств со своих личных счетов, либо перевод на счета, не связанные с ведением предпринимательской деятельности.

Кроме того, в ходе проверки установлены следующие обстоятельства: уполномоченные лица контрагентов не являются на допросы в порядке статьи 90              НК РФ; отказ от финансово-хозяйственной деятельности лиц, указанных в регистрационных документах контрагентов 2-го и последующих звеньев; неуплата НДС контрагентами последующих звеньев, заявленными в налоговой отчетности спорных контрагентов Общества, что привело к потерям в бюджетной системе;  непредставление Обществом документов, обосновывающих выбор контрагентов с точки зрения деловой репутации, платежеспособности, коммерческой привлекательности, а так же подтверждающих проявление должной осмотрительности при выборе контрагентов; систематическое уклонение от явки в налоговый орган для дачи свидетельских показаний директора Общества ФИО4; в актах по форме №КС-2, полученных  от заказчиков, в графах «Наименование работ и затрат» виды работ описаны подробно, а в аналогичных строках актов по форме №КС-2, заявленных от контрагентов, виды работ описаны одной строкой, что исключает возможность реальности их выполнения в виду идентификации; расчетный счет, указанный в договоре подряда, никогда не принадлежал ООО «НЕПТУН»; договор подряда с ООО «ОПОРА ДОМА» заключен раньше (03.03.2022), чем договор с заказчиком - Фондом содействия реформированию ЖКХ Белгородской области (14.06.2022); договора подряда с ООО «МОСТОВОЙ» (01.03.2022) и ООО «ШАРНИР» (02.03.2022) заключены раньше, чем договор с заказчиком - Фондом содействия реформированию ЖКХ Белгородской области (14.06.2022); ООО «МОСТОВОЙ» никогда не имело открытых расчетных счетов, в связи с чем в договоре подряда отражены недействительные сведения;  договор подряда с ООО «ПЕРИМЕТР» заключен раньше (15.04.2022), чем договор с Заказчиком – ООО «Архитектурный фасад» (08.02.2022). 

С учетом вышеизложенного, Управлением получены достоверные достаточные и надлежащие доказательства фактов умышленных действий Общества по заключению сделок именно с «техническими» организациями, единственной целью которых являлось включение в бухгалтерскую и налоговую отчетность недостоверных сведений и, как следствие, снижение налоговой нагрузки, а также, что выгодоприобретателем (бенефициаром) в данном случае являлся директор Общества ФИО4, так как именно он был единственным уполномоченным и ответственным лицом по выбору и привлечению контрагентов, подписанию документов, в отношении которых установлено и документально подтверждено, что они носят формальный характер и подписаны неуполномоченными лицами. Кроме того, ФИО4 систематически выводил денежные средства из оборота Общества путем выдачи их под аванс на свое имя. В материалах проверки имеются доказательства того, что указанные денежные средства в дальнейшем на счета спорных контрагентов в счет оплаты выполненных ими работ не поступали, следовательно, они остались в распоряжении ФИО4 

Нереальность сделок со спорными контрагентами подтверждаетсяпоказаниями и самих  работников Общества.

Если налоговый орган установит, что экономический источник вычета (возмещения) НДС не создан, а контрагент (исполнитель) в период взаимодействия с налогоплательщиком не имел экономических ресурсов (материальных, финансовых, трудовых и т.п.), необходимых для исполнения заключенного договора, в связи с чем сделка в действительности исполнена иными лицами, которым обязательство по ее исполнению контрагент не мог передать в силу своей номинальности, данные обстоятельства могут указывать на то, что налогоплательщик не проявил должной осмотрительности при выборе контрагента, пока иное не будет доказано налогоплательщиком.

В рассматриваемом случае Обществом также не представлено доказательств проявления им осторожности и осмотрительности при выборе спорных контрагентов. Однако, заключая сделку с контрагентами, Общество должно было исходить из того, что гражданско-правовая сделка влечет для него и налоговые последствия. Избрав в качестве контрагента организацию, вступая с ней в правоотношения, налогоплательщик свободен в выборе и поэтому должен проявить такую степень заботливости и осмотрительности, которая позволит ему рассчитывать на надлежащее поведение контрагента в сфере налоговых правоотношений, с учетом косвенного характера НДС. 

Установленные в ходе проверки факты свидетельствует о фиктивности документального оформления взаимоотношений между Заявителем и его контрагентами, об отсутствии реальности сделки.  

Действия Заявителя в лице директора ФИО4 направлены на незаконное умышленное уменьшение налоговых обязательств путем создания фиктивных договорных правоотношений с поименованными организациями-контрагентами, имитирующими хозяйственную деятельность, что в совокупности позволяет квалифицировать действия Заявителя как нарушение статьи 54.1 НК РФ, что влечет  применение к нему ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ.

Общество не подтвердило реальное выполнение соответствующих обязательств, отраженных в представленных Управлению первичных документах, конкретными контрагентами, по взаимоотношениям с которыми им заявлена налоговая выгода в виде спорной суммы вычетов по налогу.  

В рассматриваемом случае налогоплательщик не представил суду доказательств, опровергающих доводы Управления о правомерности доначисления ему НДС, в связи с чем правовых оснований для отмены решения инспекции в части доначисления налога на добавленную стоимость не имеется. 

Прочие доводы заявителя судом рассмотрены и отклонены, поскольку не подтверждены надлежащими доказательствами, не основаны на нормах права и не способны повлиять на исход спора. 

Исходя из установленного в ходе судебного разбирательства факта занижения налога на добавленную стоимость, за проверяемый период, в порядке ст. 75 Налогового кодекса РФ налоговым органом обоснованно применены меры государственного принуждения в виде начисления пени к обществу, как к лицу, которое своевременно не совершило необходимые действия для исполнения своей налоговой обязанности. Учитывая, что в надлежащие сроки уплата обязательных платежей не произведена, налоговый орган обоснованно начислил пени за спорный период. 

Начисление пени произведено исходя из установленных в Налоговом кодексе РФ сроков уплаты налога на добавленную стоимость и признанных судом правомерными доначислений налога. Признаков неверного начисления пени суд в ходе судебного разбирательства не установил. 

Исходя из положений статей 112, 114 НК РФ, пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 N 41/9 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации", правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 N 11-П, следует, что применение судом смягчающих ответственность обстоятельств является правом и основывается на внутреннем убеждении, сформированным под влиянием обстоятельств рассматриваемого дела, характера вменяемого правонарушения. 

Принимая во внимание размер примененной санкции, в том числе с учетом требований индивидуализации и дифференциации наказания в зависимости от тяжести содеянного, размера причиненного вреда, степени вины заинтересованного лица, соблюдения баланса частного и публичного интересов, оснований для дальнейшего снижения штрафа не имеется. 

Заявителем не приведено новых обстоятельств, свидетельствующих о том, что размер примененных налоговых санкций не отвечает требованиям соразмерности и справедливости. 

Более того, при принятии решения суд учитывает обстоятельства снижения штрафных санкций налоговым органом более чем в 2 раза, а так же определения от 08.11.2024 и от 23.12.2024 года по данном делу, вступившие в законную силу об исключении МИ ФНС России по Центральному Федеральному Округу  из числа заинтересованных лиц и об отказе в удовлетворении ходатайства УФНС РФ по Белгородской области об оставлении заявления Общества без рассмотрения. 

При неоднократном отложении судебного заседании и перерывах в судебном заседании заявитель не уточнил заявленные требования после исключения по его ходатайству судом МИ ФНС России  по Центральному Федеральному Округу из  числа заинтересованных лиц и не обратился повторно после оставления судом заявления Общества о допросе свидетеля в установленном действующим законодательством порядке.

В соответствии с требованиями  п.5 ст.200 АПК РФ  налоговый орган  документально подтвердил обоснованность принятого решения, оспариваемого заявителем по настоящему делу, максимально  обеспечив применения смягчающих обстоятельств при принятии решения и баланс публичных интересов, начислив подлежащие уплате налоги в установленном действующем законодательством порядке и размере.

В силу части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования. 

Исходя из вышеизложенного, требования заявителя не подлежат удовлетворению. 

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины возлагаются на заявителя. 

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет", по адресу: https://kad.arbitr.ru/. 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия решения на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 180, 181, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении уточненных требований   ООО «СтройИнвестПроект» к УФНС России по Белгородской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о признании незаконным решения УФНС России по Белгородской области от 29.01.2024 №22-19/1595 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, решения МИ ФНС России по Центральному Федеральному Округу от 02.04.2025 №40-7-14/02057, отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Белгородской области. 

Судья                                                                                             В.И. Белоусова