Д Е В Я Т Ы Й  А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й  А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й  С У Д

127206, г.Москва, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№09АП-2521/2024

Дело № А40-170819/23

г.Москва

15 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 15 апреля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Сазоновой Е.А.,

судей: Сергеевой А.С., Яниной Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рябкиным Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

Goldman Sachs International

на решение Арбитражного суда г.Москвы от 29.11.2023

по делу №А40-170819/23

по иску Публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (ОГРН 

<

***>, 115114, 

<

...>)

к 1.Компании Goldman Sachs International (рег. № 02263951, Англия)

2.Компании Goldman Sachs Group, Inc. (рег. № 2923466, США)

3.Компании Goldman Sachs & Co LLC (рег. № 1560743, США)

о солидарном взыскании задолженности,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО1 по доверенности от 04.09.2023, ФИО2 по доверенности от 24.01.2023, ФИО3 по доверенности от 24.01.2023, ФИО4 по доверенности от 04.09.2023,

от Goldman Sachs International: ФИО5 по доверенности от 12.10.2023, ФИО6 по доверенности от 12.10.2023, ФИО7 по доверенности от 12.10.2023,

У С Т А Н О В И Л:

Публичное акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском о солидарном взыскании с ответчиков: компании Goldman Sachs International, компании Goldman Sachs Group, Inc., компании Goldman Sachs & Co LLC (далее – ответчики № 1, № 2, № 3; ответчики) задолженности по генеральному соглашению по типовому модельному документу, разработанному международной ассоциацией свопов и деривативов (ISDA) от 05.11.2019 в размере 614 742 526 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023 по делу №А40-170819/23 заявленные требования удовлетворены частично, взыскано солидарно с ответчиков в пользу истца денежные средства в размере 614 742 526 руб., расходы по оплате госпошлины по иску в размере 200 000 руб.;

Установлен запрет компании Goldman Sachs International (рег. № 02263951, Англия) инициировать разбирательства в Лондонском международном третейском суде (ЛМТС/LCIA) с участием ПАО Банк «ФК Открытие», на основании генерального соглашения от 05.11.2019 по форме, утверждаемой Международной ассоциацией по свопам и деривативам (International Swaps and Derivatives Association, ISDA) 2002 г. и/или всех приложений и дополнений к нему;

В части требований об установлении запрета Goldman Sachs International  инициировать  разбирательства в государственном суде Англии и Уэльса, а также взыскании судебной неустойки с лица, в отношении которого вынесен запрет инициировать разбирательство в иностранном суде – отказано.

Не согласившись с принятым решением, Goldman Sachs International обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, оставить иск без рассмотрения, по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Заявитель полагает, что судом не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, также нарушены нормы процессуального права.

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представители Goldman Sachs International поддержали доводы апелляционной жалобы, просили решение отменить, иск оставить без рассмотрения, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представители истца в судебном заседании возражали против апелляционной жалобы, просили решение  оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассмотрена без участия представителей Компании Goldman Sachs Group, Inc. и Компании Goldman Sachs & Co LLC, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом,  в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 АПК РФ.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, повторно рассмотрев материалы дела, приходит к выводу о том, что отсутствуют правовые основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда г.Москвы, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации  и обстоятельствами дела.

Обращаясь в Арбитражный суд города Москвы, истец руководствовался статьей 248.1 АПК РФ, так как в отношении Российской Федерации, и в частности в отношении Банк ВТБ (ПАО), единственного акционера истца, следовательно, и в отношении ПАО Банк «ФК Открытие», ведены экономические санкций иностранных государств, в частности, решением Совета Европейского союза № 2022/327 от 25.02.2022, приказом Президента Соединенных Штатов Америки № 14024 от 15.04.2021 и официальным заявлением от 24.02.2022.

Компетенция арбитражных судов Российской Федерации по рассмотрению дела основана на положениях пункта 2 части 2, пункта 2 части 3 статьи 248.1 АПК РФ и не связана с неисполнимостью третейского соглашения, в соответствии с которым спор, возникший из исполнения соглашения, передается на разрешение международного коммерческого арбитража.

Федеральным законом от 08.06.2020 №171-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ в целях защиты прав физических и юридических лиц в связи с мерами ограничительного характера, введенными иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза» АПК РФ дополнен статьями 248.1 и 248.2, устанавливающими исключительную компетенцию арбитражных судов в Российской Федерации по спорам с участием лиц, в отношении которых введены меры ограничительного характера, и предусматривающими возможность применения российским судом запрета инициировать или продолжать разбирательство по спорам с участием упомянутой категории лиц.

В силу пункта 1 части 1 статьи 248.1 АПК РФ к исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации по общему правилу отнесены дела по спорам с участием лиц, в отношении которых применяются меры ограничительного характера иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза. 

К лицам, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера, относятся, в том числе граждане Российской Федерации, российские юридические лица (пункт 1 части 2 статьи 248.1 АПК РФ). 

Названные лица согласно пункту 2 части 3 статьи 248.1 АПК РФ вправе обратиться в порядке, предусмотренном статьей 248.2 АПК РФ, с заявлением о запрете инициировать или продолжать разбирательство в иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами территории Российской Федерации.

В соответствии с частью 1, пунктом 4 части 2 статьи 248.2 АПК РФ лицом, в отношении которого инициировано разбирательство в иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами территории Российской Федерации, или при наличии доказательств того, что такое разбирательство будет инициировано, в подаваемом заявлении должны быть указаны обстоятельства, подтверждающие исключительную компетенцию арбитражных судов в Российской Федерации по рассмотрению спора. 

Таким образом, российское юридическое лицо, в отношении которого введены меры ограничительного характера, вправе обратиться в арбитражный суд в Российской Федерации с исковым заявлением, если иностранное государство, на территории которого проводится судебное разбирательство, применяет меры ограничительного характера. При этом отдельное доказывание затруднения в доступе к правосудию в иностранном государстве не требуется. 

Что касается положений части 4 статьи 248.1 АПК РФ, то с учетом разъяснений, данных в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража», смысл этой нормы состоит не в ограничении, а в расширении возможностей защиты российских юридических лиц в тех случаях, когда соглашение сторон о передаче спора на разрешение международного коммерческого арбитража невозможно полноценно реализовать в соответствии с волей сторон в том или ином иностранном государстве, например, в связи с действиями третьих государств.

Данная позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.09.2021 N 309-ЭС21-6955 по делу №А60-36897/2020.

Таким образом, суд первой инстанции протокольным определением от 08.09.2023, правомерно отказал в соответствующем ходатайстве ответчика № 1 об оставлении иска без рассмотрения, применительно к пункту 5 части 1 статьи 148 АПК РФ, при наличии согласованной сторонами арбитражной оговорки об отнесении любых споров, возникающих из Генерального соглашения или в связи с ним, к компетенции Лондонского международного третейского суда (ЛМТС/LCIA), в соответствии с регламентом ЛМТС/LCIA, исходя из приведенных выше выводов.

Кроме того, с учетом вышеизложенного, судом первой инстанции правомерно удовлетворено заявление истца о запрете компании Goldman Sachs International (рег. № 02263951, Англия) инициировать разбирательства в Лондонском международном третейском суде (ЛМТС/LCIA) с участием ПАО Банк «ФК Открытие», на основании генерального соглашения от 05.11.2019 по форме, утверждаемой Международной ассоциацией по свопам и деривативам (International Swaps and Derivatives Association, ISDA) 2002 г. и/или всех приложений и дополнений к нему.

При этом, отказывая в части запрета инициирования спора в государственном суде Англии и Уэльса, суд исходил из наличия сомнений в существовании данного суда.

Ссылки заявителя апелляционной жалобы на иные споры с участием истца на территории Англии, начатые до введения в отношении Банка иностранных санкций, несостоятельны, поскольку доказывают отсутствие у истца препятствий в доступе к правосудию.

Кроме того, обращение за разрешением спора в российский суд является правом, а не обязанностью лица.

В качестве примеров препятствий истца в доступе к правосудию, истец представил заключения (барристеров, солиситоров) о содержании норм иностранного права, которые подтверждают следующие обстоятельства: невозможность исполнения судебных актов и арбитражных решений, в том числе о возмещении понесенных судебных расходов; решения, вынесенные в пользу Истца, фактически не будут исполняться; с истца могут быть взысканы судебные издержки другой стороны по спору; в пользу истца не могут быть взысканы понесенные им судебные издержки; нарушение права на доступ к квалифицированной юридической помощи лицензии ограничены по времени и суммам; у УОФС отсутствует обязанность по выдаче/продлении лицензий; фактически введение санкций в отношении истца повлекло отказ ряда ведущих юридических фирм, ранее сотрудничавших с истцом.

Ответчиком №1 не опровергнуты вышеназванные обстоятельства в случае рассмотрения спора в Великобритании.

Суд правомерно оценил влияние ограничительных мер (санкций) и пришел к выводу, что Англия не может являться надлежащим форумом, а настоящий спор подлежит отнесению к исключительной компетенции арбитражных судов Российской Федерации.

С учетом вышеизложенного, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, что Арбитражный суд города Москвы является надлежащим судом, обладающим компетенцией на рассмотрение настоящего спора.

 

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, суд, исследуя вопрос о практике применения иностранных актов и их ограничительном влиянии на права подсанкционных лиц, правомерно привел английскую судебную практику в обжалуемом решении.

По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. При применении норм иностранного права арбитражный суд устанавливает содержание этих норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве (ч. 1 ст. 14 АПК РФ).

Таким образом, английская судебная практика, приведенная судом, является не доказательством в процессуальном смысле, а допустимым средством установления смысла нормы иностранного права в контексте ч. 1 ст. 14 АПК РФ.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, судом не был допущен порок процессуальной формы, законом не установлена обязанность суда собирать доказательства (ч.1 ст. 66 АПК РФ) и переводить источники зарубежного права при установлении содержания иностранных норм.

Обратная ситуация возникает в случае, когда суд возлагает обязанность доказывания содержания норм иностранного права на стороны (ч. 2 ст. 14 АПК РФ).

Доказательства на иностранном языке, приведенные сторонами, должны отвечать требованиям закона - к ним должен быть приложен заверенный перевод (ч. 5 ст. 75 АПК РФ).

В материалах дела отсутствуют переведенные и надлежаще заверенные судебные акты (за исключением дела Минца).

Между тем, приведенная судом практика применения иностранного законодательства свидетельствует о наличии дискриминирующих ограничений в отношении российских юридических лиц.

Также признаются несостоятельными доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что суд воспроизвел выводы российских юристов из их заметок на портале https://zakon.ru, поскольку в решение и «заметки блогеров» содержат ссылки на ряд английских судебных актов, посвященных санкционному режиму.

Таким образом, указанные «совпадения» возникают по той лишь причине, что перевод одного и того же текста разными авторами действительно будет «практически дословным».

Кроме того, суд указал, что при формулировании своих выводов в отношении соответствующих вопросов суд принял во внимание всю совокупность имеющихся в деле материалов и доказательств.

Отклоняя довод заявителя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неправомерно рассмотрел в одном производстве требование истца о взыскании денежных средств и заявление о запрете инициировать разбирательство в ЛМТС, апелляционный суд исходит из следующего.

Законом не установлен запрет на рассмотрение заявления, поданного в порядке ст. 248.2 АПК РФ, в рамках производства по основному спору. Напротив, ч.5 ст. 248.2 АПК РФ предусматривает на такую возможность, поскольку заявление рассматривается по аналогичной процедуре: судьей единолично по правилам рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции, с учетом особенностей, установленных ст. 248.2 АПК РФ.

Как следует из ст. 130 АПК РФ, истец и суд вправе объединить в одном заявлении (производстве) несколько связанных между собой по основаниям возникновения или представленным доказательствам.

В силу п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» при наличии предусмотренных статьей 130 АПК РФ оснований для соединения требований и при соблюдении общих правил предъявления иска арбитражный суд в целях реализации задач арбитражного судопроизводства вправе принять к производству дополнительно предъявленные требования, несмотря на то, что истцом не было подано отдельное исковое заявление.

Таким образом, материальные и процессуальные требования истца возникли из Генерального соглашения, а доказательства по каждому из них отсылают к одним и тем же или неразрывно связанным фактам и нормам права, что соответствует требованиям ст.130 АПК РФ.

В частности, для применения ст. 248.2 АПК РФ необходимо сначала доказать, что спор соответствует ст. 248.1 АПК РФ.

Истцом представлены доказательства наличия компетенции у Арбитражного суда г.Москвы для рассмотрения настоящего спора, и доказательства того, что в отношении истца будет инициировано разбирательство в международном арбитраже за границей.

Ответчик 1 неоднократно подчеркивал наличие у него права инициировать разбирательство в ЛМТС, с учетом наличия арбитражной оговорки.

Таким образом, удовлетворение требования о запрете Ответчику 1 инициировать разбирательство в ЛМТС по спору из Генерального соглашения с участием Истца является правомерным и обоснованным.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания с ответчиков задолженности по генеральному соглашению по типовому модельному документу, разработанному международной ассоциацией свопов и деривативов (ISDA) от 05.11.2019 в размере 614 742 526 руб.

Как следует из материалов дела и установлено судом при рассмотрении последнего, 05.11.2019 между истцом и ответчиком № 1 был заключено генеральное соглашение по форме, утверждаемой Международной ассоциацией по свопам и деривативам (International Swaps and Derivatives Association, ISDA) 2002 г.

К Генеральному соглашению сторонами заключены Приложение №1 от 05.11.2019 и Изменение (Дополнительное соглашение) от 05.07.2021 (совместно – договорная документация). 

Ответчиком № 1 в адрес истца направлено письмо-подтверждение от 04.03.2022 о прекращении всех сделок, заключенных в рамках Генерального соглашения.

Указанным письмом определен платеж в размере 614 742 526 руб., подлежащий уплате в пользу истца, при расторжении сделок, перечисленных в приложении, в соответствии с условиями Генерального соглашения.

Расчет платежа определен на дату 02.03.2022.

Сторонами не согласован банковский счет на который ответчиком производится соответствующее перечисление денежных средств (платеж).

Платеж произведен ответчиком на счет, заблокированный санкциями, в соответствии со статьей 12 Регламента о санкциях в отношении России.

В обоснование заявленных требований истец указал, что заблокированный счет был открыт ответчиком № 1 самостоятельно, без какого-либо заявления или иного волеизъявления истца по открытию и/или согласию на открытие и/или ведение данного счета; указанный счет ранее не использовался в расчетах между ответчиком № 1 и истцом по сделкам, заключенным на основании договорной документации; Истец не имел и не имеет доступа к денежным средствам, размещенным ответчиком № 1 в одностороннем порядке на заблокированном счете, и/или контроля над ними.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился с настоящим иском в суд.

Из разъяснений, приведенных в пункте 19 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 158 от 09.07.2013 и абзаце третьем пункта 44 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» разъяснено, что к сведениям о содержании норм иностранного права могут относиться: тексты иностранных правовых актов, ссылки на источники опубликования иностранных правовых актов, заключения о содержании норм иностранного права, подготовленные лицами, обладающими специальными познаниями в данной области. 

Арбитражный суд Российской Федерации вправе считать содержание норм иностранного права установленным, если представленное одной из сторон заключение по вопросам содержания норм иностранного права содержит необходимые и достаточные сведения и не опровергнуто при этом другой стороной путем представления сведений, свидетельствующих об ином содержании норм иностранного права (абзац 6 пункта 44 Постановления № 23).

Истец, в обоснование своей позиции представил экспертные заключения специалистов по вопросам английского права для представления в российский суд, данные заключения приведены со ссылкой на судебную практику английских судов.

Ответчиком не опровергнута независимость экспертов (консультантов), составивших упомянутые заключения, аффилированность исходя из материалов дела судом не усмотрена.

Из трех заключений, сформированных ФИО8, рецензент по итогу пришел к следующими выводам: - договорная документация является действительной и исполнимой согласно применимому английскому праву; - обязательства, содержащиеся в письме-подтверждении, которое ответчик № 1 направил в адрес истца 04.03.2022, являются возникшими, действительными и подлежащими принудительному исполнению согласно английскому праву; - зачисление платежа на заблокированный счет не может считаться надлежащим исполнением со стороны ответчика № 1 обязательств перед истцом по перечислению платежа согласно письму-подтверждению, поскольку оно не соответствует предусмотренным английским правом и договорной документацией положениям о месте и способе исполнения денежных обязательств.

Рецензент, приходя к соответствующим выводам, принял во внимание следующие допущения: - представлена вся относимая информация и документы для подготовки заключений. Документы, представленные в виде сканированных копий, являются полными и верными копиями оригинальных документов; - все подписи и печати на предоставленных мне документах являются достоверными и выполнены указанными в документах лицами; - лица, подписавшие предоставленные документы, имели полномочия на их подписание; ими были получены все необходимые корпоративные одобрения для наделения указанных лиц полномочиями на подписание соответствующих документов; документы были подписаны в соответствии с применимыми процедурами; - при подписании документов сторонами и/или их директорами и/или иными уполномоченными лицами не были совершены какие-либо недобросовестные действия и/или действия, вводящие другую сторону в заблуждение; документы не были подписаны под давлением, по принуждению или под иным неправомерным влиянием; - никакие из представленных документов не отменены, не признаны недействительными судом или оспорены иным образом; - при подготовке заключений не анализировалось соответствие договорной документации, письма-подтверждения и/или действий сторон требованиям английского административного права (в том числе законодательства о финансовых рынках и рынках ценных бумаг, законодательства о противодействии коррупции и легализации денежных средств), антимонопольного, банковского, банкротного и/или налогового регулирования, иным нормам отраслей английского публичного права, а также санкциям, наложенным какими-либо иностранными государствами и/или международными организациями. 

Для признания договора заключенным по общему правилу требуется наличие трех элементов: согласие сторон относительно условий договора; предоставление одной стороны в пользу другой каких-либо материальных и/или нематериальных благ; и намерение сторон создать правовые отношения, иначе именуемых конституирующими элементами. 

По общему правилу, для признания договора заключенным необходимо установление всех трех элементов.

В вопросе установления наличия оферты и акцепта значение имеет не субъективное восприятие сторон, а те документы, которыми они обменялись, и позволяют ли эти документы сделать объективный (независимый) вывод о том, что стороны достигли согласия по существенным условиям договора [RTS Flexible Systems Ltd v Molkerei Alois Muller Gmbh & Company KG (UK Production) [2010] UKSC 14"].

Под объективностью вывода о достижении согласия понимается то, что он мог бы быть сделан сторонним третьим лицом. Так, признается, что лицо, которое подписывает документ, зная, что он должен иметь юридическую силу, по общему правилу считается связанным его условиями, независимо от того, читало оно их на самом деле или нет. [L’ Estrange v Graucob [1934] 2 KB 394; Peekay Intermark Ltd. & Anor v Australia and New Zealand Banking Group Ltd. [2006] EWCA Civ 386].

Встречное удовлетворение представляет собой потерю или неудобство, которую одна сторона понесла по требованию второй стороны [Bunn, Executor of Bunn v Guy (1803) 4 East 190]. 

Эквивалентность встречного удовлетворения должна обсуждаться сторонами во время заключения соглашения, а не судом, когда ставится вопрос об исполнении [Bolton v Madden [1873] LR 9 QB 55]. 

Согласно общему правилу, сформулированному в деле Pinnel's Case [1602] 5 Co. Rep. 117a, оплата меньшей суммы не может стать достойным встречным удовлетворением за необходимость оплатить большую сумму, однако подразумевает следующие исключения, такие как: оплата меньшей суммы сопровождается дополнительным вознаграждением в не денежной форме; оплата меньшей суммы сопряжена с досрочным погашением; выплата меньшей суммы сопряжена с выплатой в особом месте и особым образом по требованию кредитора. 

Соответствующие обстоятельства из материалов рассматриваемого дела не следуют. 

По общему правилу, исходя из принципа pacta sunt servanda (договоры должны соблюдаться), стороны не могут отказаться от исполнения договора после его заключения без предусмотренных на то оснований.

Исключение могут составлять только действительно экстраординарные ситуации, как то применение доктрины "тщетности" договора (отпадение цели). 

Учитывая, что ни одна из сторон не находится в стадии несостоятельности (банкротства), обстоятельств, свидетельствующих о прощении долга, так и отсутствие условий отпадения встречного удовлетворения и цели договора как таковой, исходя также из того обстоятельства, что стороны, пришли к явному согласию в отношении условий и порядка исполнения договоренностей, определенных в письме-подтверждении, у истца и ответчика № 1, принимая во внимание наличие подписей упомянутых сторон в договорной документации, было намерение породить правовые последствия. 

Отсутствие намерений породить правовые отношения ответчиком № 1, исходя из отнесения на него соответствующего бремени доказывая, как то следует из правовой позиции, сформированной при рассмотрении дела [Baird Textile Holdings Ltd v Marks & Spencer Pic [2001] EWCA Civ 274], не опровергнуто.

В отсутствие доказательств обратного, договорная документация, так и основанные на ней договоренности, выраженные в письме-подтверждении, подлежат юридической защите согласно английскому праву, в том числе, исходя из последующих обстоятельств. 

Определенную специфику применительно к соглашениям о расторжении сделок имеет установление встречного предоставления. 

Контракт, полностью исполненный одной из сторон, может быть расторгнут при условии, что другая сторона должна вернуть исполнение, которое она уже получила, и такая сторона, в свою очередь, освобождается от исполнения своих обязательств по контракту [Beale, Н. G.; Chitty, J. era/. Chitty on Contracts. Vol. 1. London: Sweet and Maxwell, 2017. 22-025]. 

Если договор был исполнен только одной из сторон, то сторона, не исполнившая договор должна предоставить другой стороне некую ценность (например, вернуть исполненное, зачесть исполненное в счет иного долга другой стороны или же предоставить нечто иное, имеющее ценность для противоположной стороны (самостоятельное предоставление)). 

При расторжении договора по соглашению сторон само указанное соглашение о расторжении приобретает самостоятельную исполнимость и судебную защиту [Beale, Н. G.; Chitty, J. et al. Chitty on Contracts. Vol. 1. 22-029]. 

С точки зрения имущественных последствий (при исполнении договора только одной стороной) при расторжении договора по соглашению стороны вправе сами определить, какая из сторон должна передать что-то другой стороне и в каком объеме. 

Так, сторона, исполнившая договор, вправе потребовать возврата исполненного от стороны, которая не исполнила договор. 

Договорные отношения истца и ответчика № 1 на основании типовой модельной документации Международной ассоциации свопов и деривативов (ISDA) строятся с использованием следующих инструментов: - Типовое генеральное соглашение, в котором определяются общие условия взаимодействия сторон, применимые к отдельным финансовым сделкам между сторонами (Transactions), подчиненным режиму генерального соглашения. Иными словами, генеральное соглашение содержит не конкретные коммерческие условия финансовых сделок, но общий режим их совершения; - Приложение (Schedule) к генеральному соглашению, в котором стороны могут детализировать и/или изменить отдельные положения генерального соглашения. Форма приложения к генеральному соглашению также разработана ISDA; - Сделки (Transactions), которые подчиняются правовому режиму, установленному в генеральном соглашении и приложении к нему, и содержат коммерческие обязательства сторон по финансовой сделке.

 Письмо-подтверждение касается расторжения определенных сделок (абзац второй), перечисленных в приложении нему. 

Расторжение договоров по соглашению сторон при условии наличия в таком соглашении стандартных конституирующих элементов договора признается допустимым английским правом. 

У сторон имелось согласие на возникновение указанных в нем прав и обязанностей, а также порождение иных правовых последствий, указанных в письме-подтверждении. Обратное из материалов настоящего дела судом не усматривается.

Как следует из позиции рецензента, условие о наличии встречного предоставления в письме-подтверждении соблюдено, поскольку из последнего следует, что истец и ответчик № 1 договорились о том, что "все соответствующие права и обязанности сторон в отношении сделок (включая все невыплаченные суммы в отношении них) прекращаются с соответствующей даты расторжения, и платеж за расторжение, указанный ниже [в соглашении о расторжении], подлежит уплате со стороны ответчиком № 1 в их отношении". 

Соответствующее подтверждение со стороны ответчика № 1 следует и из позиции, выраженной в ходатайстве об оставлении иска без рассмотрения. 

Письмо-подтверждение и все соответствующие права и обязанности по нему, в отсутствие сообщения каким-либо из ответчиков суду обстоятельств, свидетельствующих о наличии снований для недействительности и/или отказа в юридической защите Письма-подтверждения, подлежат самостоятельной юридической защите согласно английскому праву. 

Наконец, выписка по "санкционному заблокированному" счету № 006-35575-4, открытому ответчиком № 1 на имя истца, согласно которой в период с 1 по 30 апреля 2022 г. баланс заблокированного счета составлял 614 742 526 руб.

При этом: - заблокированный счет был открыт ответчиком № 1 самостоятельно, без какого-либо заявления или иного волеизъявления истца по открытию и/или согласию на открытие и/или ведение данного счета; 21 - заблокированный счет (или иной подобный инструмент) ранее не использовался в расчетах между ответчиком № 1 и истцом по сделкам, заключенным на основании договорной документации; - Истец не имел и не имеет доступа к денежным средствам, размещенным ответчиком № 1 в одностороннем порядке на заблокированном счете, и/или контроля над ними. 

Таким образом, зачисление платежа на заблокированный счет не может считаться надлежащим исполнением обязательств по перечислению платежа согласно Письму-подтверждению ответчиком № 1 в пользу истца, поскольку оно не соответствует предусмотренным английским правом и договорной документацией положениям о месте и способе исполнения денежных обязательств. 

Суд не исключает допустимым и возможность проведения платежа через банккорреспондент или путем передачи наличных денег, исходя из предусмотренного подхода в отношении надлежащего исполнения обязательств, занимаемому английскими судами. Если основное обязательство заключается в осуществлении платежа и если есть возможность осуществить такой платеж, то банк должен это сделать. 

Однако соответствующие выводы следует признать допустимыми в отсутствие оговорки рецензента о непринятии во внимание влияния на правовую позицию сторон каких-либо санкций, введенных иностранными государствами против истца. Ключевым вопросом, повлиявшим как на неисполнение ответчиком № 1 обязательств по договору и договорной документации в целом, в последующем и письме-подтверждении, является вопрос ограничений, введенный УОФС согласно Регламенту о санкциях в отношении России.

В Отчете по консультации (упомянут выше в качестве одного из заключений истца) пришел к выводу о том, что лицензия № 1 позволяла ответчику № 1 осуществить платёж в связи с прекращением сделки на разблокированный счет истца в период с 04.03.2022 по 03.04.2022 и, таким образом, предоставить средства подсанкционному лицу для этой цели в порядке исключения из запрета, предусмотренного статьей 12. 

Уведомление, опубликованное 09.03.2022 касалось генеральной лицензии УОФС № INT/2022/1272278, выданной 25.02.2022 (далее – лицензия № 2), в связи с проведением «Сворачивания позиций с участием ВТБ», абзацы второй, четвертый и пятый которой имеют идентичные (или, в случае абзаца четвертого, существенно идентичные) формулировки. Лицензия №2 содержит следующее условие, отсутствующее в лицензии №1, а именно: «Что касается того, должны ли средства, причитающиеся ВТБ, размещаться на заблокированном счете, то генеральная лицензия № INT/2022/1272278 не содержит требования о том, что средства, которые становятся причитающимися ВТБ в связи с прекращением лицом сделок с ВТБ, должны зачисляться на замороженный счет.

Такое уведомление не было опубликовано в отношении лицензии № 1, но позиция по этой лицензии должна быть такой же, учитывая ее идентичные условия и ссылку УОФС в уведомлении на отсутствие каких-либо требований в лицензии №2 о том, что платежи, причитающиеся указанному лицу, должны быть переведены на замороженный счет; это должно в равной степени относиться и к лицензии № 1. Условия лицензии № 2, так или иначе, распространяются и на истца, исходя из того обстоятельства, что истец ПАО Банк «ФК Открытие» как следует из доступных сведений о Банке ВТБ (ПАО), единственном акционере истца, последний, следовательно, является дочерней компанией.

Таким образом, у суда отсутствуют основания не согласиться с соответствующими выводами, приведенными в Отчете по консультации. 

Ранее упомянутое решение Высокого суда Англии и Уэльса от 27.01.2023, представляющееся ключевым, исходя из того обстоятельства, что в нем рассмотрен вопрос о допустимости вынесения решения в пользу российской стороны (подсанкционного лица), находящейся под санкциями.

Рассматривая настоящее дело, учитывая приведенные в упомянутом решении Высокого суда Англии и Уэльса от 27.01.2023, с учетом согласия, выраженного Апелляционным судом в постановлении от 06.10.2023, в отношении выводов о признании допустимым вынесения решения в пользу подсанкционного лица, не смотря на то, что само по себе решение не влечет безусловного предоставления истцу денежных средств; допущения выдачи УОФС лицензии на оплату судебных (чрезвычайных) расходов оппонента, а также полагая считать допустимым вне санкционного контекста соответствующую правомерность позиции истца, суд первой инстанции признал правомерным и подлежащим удовлетворению заявляемое требование о взыскании задолженности.

Цивилистический процесс, в настоящем случае арбитражный процесс, с учетом реализуемого принципа состязательности, выражаемого в том числе в виде соотношения процессуально-материальной убедительности позиций сторон, стремится установить субъективную истину, в отличие от уголовного процесса, где устанавливается объективная истина.

Таким образом, суд оценивет представленные сторонами доказательства, в подтверждение выдвигаемых ими правовых обоснований и с учетом изложенного разрешает спор применительно к тому, чье правовое и доказательственное обоснование было убедительнее, при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда (стандарт доказывания, именуемый «баланс вероятностей», «перевес доказательств» или «разумная степень достоверности»).

Нежелание ответчика № 1 представить (раскрыть) доказательства (disclosure), должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, в рассматриваем случае – истец.

Соответственно, ответчик № 1 должен нести соответствующие риски наступления последствий такого своего поведения. 

Кроме того, суд пришел к правильному выводу о солидарности заявленных требований, исходя из следующего.

Ответчик № 1 входит в группу компаний Goldman Sachs, материнской компанией которой является ответчик № 2, лицом, владеющим товарными знаками Goldman Sachs на территории Российской Федерации - ответчик № 3.

В годовом отчете ответчика № 2 за 2022 г., ответчик № 1 упоминается как одно из основных дочерних обществ ответчика № 2 и отражены некоторые гарантии исполнения платежных обязательств ответчиков № 1 и № 3. 

Конечным материнским предприятием и контролирующим лицом ответчика № 1, согласно годовому отчету последнего за 2022 г., является ответчик № 2.

Таким образом, допустимым признается довод истца о том, что фактически, компании группы Goldman Sachs управляются из единого центра, находящегося в США, их деятельность строго регламентирована в соответствии с политикой и распоряжениями головной компании, а также в соответствии с законодательством США и законодательством иных государств по выбору головной компании, несмотря на то, что некоторые дочерние компании созданы на территории других государств. 

Кроме того, согласно Программе по борьбе с отмыванием денежных средств, группой компаний Goldman Sachs официально заявлено о соблюдении санкций, введенных компетентными органами США, Великобритании и Евросоюза. 

На совместный характер ведения деятельности ответчиков указывает и тот факт, что в выписке с лицевого счета, предоставленной ответчиком № 1, истцу в качестве подтверждения «блокировки» платежа при расторжении сделок, отражен ответчик № 3 в качестве ответственного хранителя кассовых остатков, ценных бумаг и опционов. 

Группа компаний Goldman Sachs является одним из крупнейших мировых финансовых конгломератов, включающим ряд финансово и организационно взаимосвязанных дочерних компаний, материнская компания которого функционирует в США как публичное акционерное общество и в полной мере подчиняет свою деятельность, а также деятельность своих дочерних компаний публично-правовому регулированию США. 

Исходя из приведенных доводов истца и представления обосновывающих их доказательств, в отсутствие опровержения таковых ответчиками, суд правомерно признал ответчиков солидарными должниками в рамках неисполненного ответчиком № 1 обязательства по возврату платежа, в настоящем случае, в рамках требования о взыскании суммы долга.

Заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения  Арбитражного суда г.Москвы.

При изготовлении резолютивной части постановления апелляционного суда от 08.04.2024, судом допущена опечатка в указании явившихся в судебное заседание представителей от Goldman Sachs International, а именно вместо: «ФИО5 по доверенности от 12.10.2023, ФИО6 по доверенности от 12.10.2023, ФИО7 по доверенности от 12.10.2023», ошибочно указано: «ФИО5, ФИО6 по доверенности от по доверенности от 12.10.2023».

Суд апелляционной инстанции считает, что указанная опечатка подлежит исправлению в соответствии с ч. 3 ст. 179 АПК РФ, как не изменяющая содержание резолютивной части постановления от 08.04.2024. С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает возможным исправить опечатку при изготовлении постановления в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г.Москвы от 29.11.2023 по делу №А40-170819/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                           Е.А. Сазонова

 

Судьи:                                                                                                         А.С. Сергеева  

 

                                                                                                                  Е.Н. Янина