﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-254/20 

Екатеринбург

04 марта 2020 г.

Дело № А76-20553/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 марта 2020 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Пирской О.Н., Кудиновой Ю. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Курко Евгения Александровича (далее – Курко Е.А., ответчик) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 16.07.2019 по делу № А76-20553/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «ТехноХимРеагент» (далее – общество «ТехноХимРеагент», истец)– Трушков А.Н. (доверенность от 24.10.2017).

В Арбитражный суд Челябинской области обратилось общество «ТехноХимРеагент» в лице законного представителя общества с ограниченной ответственностью «Орион» (далее – общество «Орион») с исковым заявлением к Курко Е.А. о признании недействительным договора аренды производственного помещения от 01.07.2016 № 5, заключенного между истцом и ответчиком. 

Определением суда от 05.07.2018 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Медведев Иван Андреевич.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 16.07.2019 исковые требования удовлетворены, договор аренды производственного помещения от 01.07.2016 № 5, заключенный между обществом «ТехноХимРеагент» и Курко Е.А., признан недействительным.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                         от 22.10.2019 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе Курко Е.А. просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что заключение эксперта от 09.01.2019 № 272-2018-10, составленное обществом с ограниченной ответственностью «Тотал Прогрессив Консалтинг» (далее - общество «Тотал Прогрессив Консалтинг») в лице эксперта Карташовой Людмилы Ивановны, не отвечает требованиям, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и законодательству об экспертной деятельности в Российской Федерации, и не может служить надлежащим доказательством по делу, ссылаясь на заключение специалиста от 20.06.2019 № 20-06/481-ЗС, подготовленного индивидуальным предпринимателем Дудко В.Г., а также на заключение специалиста об определении рыночной стоимости работ и материалов от 20.06.2019 № 23/2019, выполненный оценщиком общества с ограниченной ответственностью «Бюро независимых экспертиз» Кондрюх Ю.Н. С учетом изложенного, заявитель полагает, что убыточность сделки не доказана, выводы судов о наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, свидетельствующих о недействительности сделок, считает необоснованными. Также заявитель отмечает, что обстоятельства последующего трудоустройства Медведева И.А. в общество с ограниченной ответственностью «Магнитогорский Завод Химических Реагентов» (далее – общество «МЗХР») и перечисления денежных средств со счета истца на счет Медведева И.А., несмотря на тесное сотрудничество, не свидетельствуют о наличии сговора между ответчиком и третьим лицом и получении Медведевым И.А. материальной выгоды от заключения спорных договоров, равно как и само по себе заключение договоров аренды не свидетельствует о злоупотреблении правом. 

В своем отзыве общество «ТехноХимРеагент» просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность доводов кассационной жалобы, указывает, что предметом аренды являлись объекты, исключительно поименованные к договоре, предприятие, как имущественный комплекс, государственную регистрацию не проходило; доказательств использования спорного помещения и оборудования истцом для производства чего-либо не представлено; факт сговора ответчика и третьего лица, их совместных неправомерных действий, направленных на безосновательный вывод денежных средств со счетов истца в пользу ответчика и подконтрольных ему лиц, был неоднократно установлен вступившими в законную силу судебными актами в рамках иных дел; обращает внимание на воспрепятствование ответчиком проведению судебной экспертизы и злоупотребление правом.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Медведев И.А. с 11.08.2014 исполнял обязанности генерального директора общества «ТехноХимРеагент», решением единственного участника истца № 17 от 10.04.2017 полномочия Медведева И.А. прекращены 13.04.2017, генеральным директором назначен Возный Р.В.

При проведении проверки деятельности предыдущего руководства  было установлено, что в период с 18.04.2016 по 20.03.2017 Медведев И.А. перечислил с банковского счета общества «ТехноХимРеагент» на банковский счет Курко Е.А. денежные средства в общей сумме 124 147 636 руб.

Указанное обстоятельство послужило основанием для обращения с иском в Арбитражный суд Республики Башкортостан (дело №А07-24394/2017) о взыскании с Курко Е.А. неосновательного обогащения в сумме 124147636 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Возражая против заявленных требований, Курко Е.А. в качестве доказательств обоснованности спорных перечислений были представлены договор аренды производственного помещения от 01.07.2016 № 5, письма о зачете и об изменении назначения платежей.

Согласно представленным документам, между обществом «ТехноХимРеагент» в лице Медведева И.А. (арендатор) и Курко Е.А. (арендодатель), между обществом «ТехноХимРеагент» в лице Медведева И.А. (арендатор) и Курко Е.А. (арендодатель) был заключен договор аренды от 01.07.2016 № 5, по условиям которого арендатору передана в аренду производственная площадь, необходимая арендатору для самостоятельного осуществления хозяйственной и производственной деятельности, а именно: нежилое здание - производственное помещение общей площадью 539,4 кв.м, инвентарный номер 75:438:001:100668530, литер: А16, этажность: 1, расположенное по адресу: Челябинская область, г. Магнитогорск, ул. Кирова, 104, строение 2, а также производственное оборудование, закупленное и смонтированное по требованиям арендатора. 

Согласно пункту 4.1 договора срок действия договора аренды с 01.07.2016 по 31.12.2016, арендная плата за передаваемое обществу производственное помещение, оборудование и земельный участок под помещением устанавливается в сумме 3 700 000 руб. в месяц без НДС, без учёта эксплуатационных и коммунальных платежей и административно хозяйственных услуг (пункт 3.1 договора).

Полагая, что данная сделка причинила обществу «ТехноХимРеагент» и его участнику убытки, поскольку ставка арендной платы многократно превышала среднерыночную, истец не нуждался в дополнительных площадях, договор не имели экономического содержания, а единственной целью совершения указанной сделки являлся вывод активов общества бывшим генеральным директором из хозяйственного оборота компании, совершенный в сговоре с другой стороной сделки, истец  обратился в суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя заявленные исковые требования в полном объеме, суды первой и апелляционной инстанций, исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.06.2015 № 25) разъяснено, в частности, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. Сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов.

В связи с наличием между сторонами спора по вопросу размера арендной платы, в целях определения соответствия размера арендной платы, установленного в оспариваемом договоре рыночной цене, судом первой инстанции определением от 04.10.2019 была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено эксперту общества «Тотал Прогрессив Консалтинг» Карташовой Л.И., на разрешение эксперта поставлен вопрос: «Определить рыночную стоимость аренды нежилого помещения - производственного помещения, общей площадью 539,4 кв.м, инвентарный номер 75:438:001:100668530, литер А 16 этажность:1, расположенного по адресу: Челябинская обл., г. Магнитогорск, ул. Кирова, 104, строение 2, а также производственного оборудования, указанного в Перечне оборудования, передаваемого арендодателем арендатору по договору аренды производственного помещения от 01.07.2016 № 5 на дату заключения договора аренды - 01 июля 2016 года».

Согласно выводов эксперта, изложенных в экспертном заключении от 09.01.2019 № 272-2018-10, рыночная стоимость величины арендной платы на дату заключения договора аренды – 01.07.2016 составила 88 011 руб.

Между тем, по условиям договора от 01.07.2016 № 5 арендная плата установлена сторонами в пункте 3.1 договоров в сумме 3 700 000 руб. в месяц.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что оно соответствует предъявляемым законом требованиям (статья 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), ответ эксперта полный, оснований полагать его недостоверным не имеется, в связи с чем заключили об отсутствии оснований для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством.

В удовлетворении ходатайства Курко Е.А. о назначении по делу повторной экспертизы судом первой инстанции отказано с указанием на недоказанность необходимости ее проведения.

Исходя из установленных обстоятельств по делу, с учетом полученного экспертного заключения, установив, что определенная в спорных договорах стоимость арендной платы, а также уплачиваемые обществом «ТехноХимРеагент» арендные платежи в сумме 3 700 000 руб. в месяц превышают рыночную стоимость аренды аналогичных помещений и оборудования в 40 раз, при том, что доказательств иной рыночной стоимости аренды имущества в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено, суды признали, что арендная плата, установленная в оспариваемом договоре аренды, носит заведомо невыгодный и нерыночный для истца характер.

При таких обстоятельствах суды констатировали, что оспариваемый договоры аренды заключены на заведомо невыгодных условиях, поскольку определенный договорах размер арендной платы в разы выше, чем рыночный размер стоимости аренды.

Кроме того, выявив факты неоднократных перечислений денежных средств от Курко Е.А. в адрес Медведева И.А., установив, что, являясь генеральным директором общества «ТехноХимРеагент» до 13.04.2017, Медведев И.А. также являлся исполнительным директором общества «МЗХР», где Курко Е.А. до 18.09.2017 был единственным участником, с 18.09.2017 учредителями данного общества являются Курко Е.А. и Медведев И.А. с долей участия по 50% каждый, при том, что с 25.08.2017 Медведев И.А. был назначен Курко Е.А. генеральным директором общества «МЗХР», отмечая, что факты противоправных действий Медведева И.А. и Курко Е.А. по выводу активов из общества, наличия между указанными лицами сговора и подписания фиктивных документов для создания видимости наличия задолженности общества перед компаниями Курко И.А. были установлены в ряде иных дел, суды обеих инстанций, признав доказанным факт тесного взаимодействия, согласованности действий и сговора между Курко Е.А. и Медведевым И. А., заключили, что посредством заключения спорного договора аренды произведен вывод активов общества «ТехноХимРеагент» бывшим генеральным директором общества Медведевым И.А. на счет Курко Е.А. 

Учитывая установленные обстоятельства, исходя из вышеназванных правовых норм и соответствующих разъяснений, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, признав, что оспариваемые договоры аренды заключены на явно невыгодных, нерыночных условиях; констатировав факт совершения сделок бывшим руководителем истца Медведевым И.А. в ущерб интересам представляемого - общества «ТехноХимРеагент»  при том, что другая сторона сделки – Курко Е.А. знал о явном ущербе для представляемого, поскольку действовал в сговоре с представителем общества, отмечая, их недобросовестное поведение с целью причинения ему вреда, суды правомерно признали вышеуказанные договоры аренды недействительным на основании статьи 10, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд округа, рассмотрев доводы кассационной жалобы, заслушав пояснения истца в судебном заседании, изучив материалы дела, полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для признания сделок недействительными являются обоснованными, соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что заключение эксперта общества «Тотал Прогрессив Консалтинг» Карташовой Л.И. от 09.01.2019 № 272-2018-10 не обладает признаками обоснованности и достоверности, не принимаются. 

Как следует из материалов дела указанное заключение эксперта, с учетом представленных ответчиком заключений специалистом от 20.06.2019 № 20-06/481-ЗС, от 20.06.2019 № 23/2019, доводов и возражений ответчика, исследовано судами полно и всесторонне в порядке, установленном частью 3 статьи 86, статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Суды  пришли к верному выводу о том, что заключение эксперта является полным и обоснованным, соответствует требованиям действующего законодательства и методике оценки, предусмотренной федеральными стандартами оценки, содержат все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, противоречий в выводах эксперта, иных обстоятельств, вызывающих сомнения в достоверности проведенной экспертизы не имеется. Квалификация эксперта подтверждена. Экспертом проведен анализ всех представленных на экспертизу материалов, заключение эксперта содержит ответы на поставленные перед экспертом вопросы, в связи с чем отсутствуют основания считать данное заключение ненадлежащим доказательством по делу. 

Возражения относительно выводов экспертного заключения судами первой и апелляционной исследованы, основания для принятия их в качестве опровергающих достоверность выводов эксперта не установлены, поскольку они представляют собой несогласие с выводами эксперта, что не является достаточным и надлежащим основанием для отклонения указанного доказательства в качестве допустимого. Суды верно отметили, что само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения по результатам судебной экспертизы, поскольку такие заключения фактически представляют собой рецензию, мнение экспертных организаций относительно проведенной экспертизы иным субъектом экспертной деятельности, которым не может придаваться безусловное приоритетное значение. Отклоняя довод Курко Е.А. об отсутствии осмотра объекта оценки экспертом, суды обоснованно приняли во внимание процессуальное поведение ответчика, поскольку из материалов дела следует, что осмотр судебным экспертом исследуемых объектов не был обеспечен самим ответчиком, несмотря на многократные попытки эксперта исследовать объект; судами также учтено, что осмотр помещений не смог бы отразить обстоятельства, существовавшие на даты заключения спорных договоров аренды, поскольку здание, которое являлось предметом аренды, было реконструировано ответчиком в 2017-2018 годах, при том, что осмотр помещений не сможет повлиять на увеличение рыночной стоимости, поскольку экспертом физическое состояние объекта принято как хорошее, износ оборудования – минимальный, описание объекта и подробный перечень оборудования отражены в оспариваемом договоре. Определение методики экспертного исследования является прерогативой непосредственно самого эксперта. Выводы судебной экспертизы основаны на предоставлении всей необходимой документации, использовании нескольких методов, предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения, что не реализовано в альтернативном заключении. Таким образом, судебная экспертиза проведена уполномоченным лицом, имеющим необходимое образование и достаточную квалификацию, выводы эксперта аргументированы, понятны; доказательств, свидетельствующих о пристрастности эксперта, вызывающих сомнения в достоверности проведенной экспертизы и в том, что выбранные экспертом способы и методы оценки привели к неправильным выводам, не представлено; равно как и не представлено доказательств передачи по спорному договору каких-либо имущественных или неимущественных прав, сырья, продукции, которые требуются для ведения производственной деятельности и которые могли влиять на стоимость аренды. Несогласие с выводами эксперта, а также с выводами суда, сделанными по результатам оценки экспертного заключения, не свидетельствует о нарушении положений статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Отклоняя заключение специалиста об определении рыночной стоимости работ и материалов от 20.06.2019 № 23/2019, суд первой инстанции обоснованно указал, что выводы специалиста имеют исключительно тезисный и предположительный характер, документально не подтверждены, при этом судом принят о во внимание, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2019 по делу № А76-2423/2018 были признаны недействительными договоры переработки на изготовление готовой продукции из давальческого сырья, заключенные между истцом и ответчиком (в лице Медведева И.А.), по статье 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации по причине невозможности такой переработки и мнимости договоров.

Доводы, изложенные в кассационной жалобы, аналогичны доводам, изложенным в апелляционной жалобе, и являлись предметом исследования при рассмотрении дела как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанций. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данный спор по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания. Кассационная жалоба ответчика не содержат доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов судов установленным ими обстоятельствам по делу, а изложенные в кассационной жалобе доводы заявлены без учета выводов судов, не опровергают их, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, доводы жалоб сводятся к несогласию с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Несогласие ответчика с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебными инстанциями правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Поэтому у кассационного суда, учитывая предусмотренные статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пределы его компетенции, отсутствуют правовые основания для переоценки указанных выводов суда.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Исходя из изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 16.07.2019 по делу № А76-20553/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Курко Евгения Александровича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий							О.Э. Шавейникова 

Судьи							О.Н. Пирская 

								Ю.В. Кудинова