Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                                                     Дело № А70-621/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Качур Ю.И.,

судей                                                                  Доронина С.А.,

ФИО1 –

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу ФИО2 (далее также кредитор) на определение Арбитражного суда Тюменской области от 22.03.2023 (судья Сажина А.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 (судьи Дубок О.В., Брежнева О.Ю., Сафронов М.М.) по делу № А70-621/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>), принятые по результатам рассмотрения заявления должника об исключении из конкурсной массы денежных средств от реализации единственного жилья.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 21.12.2021.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО3 определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.03.2023, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023, разрешены разногласия между должником и залоговым кредитором – ФИО4 посредством исключения из конкурсной массы должника денежных средств в размере 560 563,90 руб., оставшихся после обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания жилое помещение должника и расчетов с залоговым кредитором, которые определено передать должнику для приобретения иного жилища взамен реализованного.

ФИО4 обратилась с кассационной жалобой в которой просит отменить определение арбитражного суда от 22.03.2023 и постановление апелляционного суда от 16.06.2023, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления должника.

В обоснование жалобы податель приводит следующие доводы: вопреки выводам судов, жилое помещение, реализованное в процедуре банкротства должника, не является для ФИО3 единственным пригодным для постоянного проживания; судами не дана надлежащая оценка недобросовестному поведению ФИО3, поскольку в результате ее собственных действий должник отказался от принадлежавшего ей единственного жилья путем его реализации кредитору, получив оплату за него в полном объеме, то есть подтвердил факт отсутствия нуждаемости в нем и каком-либо ином жилье; судами не соблюден баланс интересов сторон, поскольку кредиторы, имеющие право на получение удовлетворения своих требований за счет конкурсной массы, не могут претендовать на денежные средства в размере 560 563,90 руб., а должник, наращивая долги имеет возможность их списать, сохранив указанные денежные средства;

вырученные от продажи квартиры денежные средства не подлежат исключению из конкурсной массы в целях приобретения должником другого жилья, в связи с отсутствием у такого имущества исполнительского иммунитета, поэтому должны быть распределены между кредиторами.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал кассационную жалобу по доводам, изложенным в ней.

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника включены требования ФИО4 в размере 2 900 000 руб. – долга, 599 779,43 руб. – процентов в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО3, как обеспеченные залогом имущества должника: жилого помещения (квартиры), общей площадью 49,1 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 72:17:1313001:11381 (далее – жилое помещение, квартира).

В ходе мероприятий в процедуре банкротства единственное пригодное для проживания жилое помещение должника реализовано на торгах, по итогам которых победителем признан ФИО6, предложивший за него 4 371 489,16 руб., с которым 26.08.2022 заключен договор купли-продажи.

Общая сумма денежных средств, поступившая на расчетный счет должника от реализации залогового имущества конкурсных кредиторов, составила 4 371 489,16 руб. и за счет этих денежных средств задолженность перед ФИО4 по основному долгу погашена в полном объеме (3 497 191,32 руб.).

При этом требования кредиторов 1 и 2 очереди, включенные в реестр требований кредиторов должника, отсутствуют.

Полагая, что остаток денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания жильем, в сумме 560 563,90 руб. не подлежит распределению среди кредиторов ФИО3 и должен пойти на приобретение ей нового жилого помещения, взамен реализованного единственного жилья, должник обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, удовлетворяя заявление должника, руководствовался положениями части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации, статьями 60, 213.25, 231.27 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве») (далее – Закон о банкротстве), статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), статьями 50, 78 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке), разъяснениями, изложенными в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 26.04.2021 № 15-П, принципом приоритетной защиты конституционных прав человека на жилище и исходил из того, что выручка от обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания помещение, оставшаяся после расчетов с залоговым кредитором, должна поступить должнику для приобретения иного жилого помещения взамен реализованного и не может быть распределена между иными кредиторами.

Суд кассационной инстанции считает, что судами первой и апелляционной инстанций приняты правильные судебные акты.

В соответствии с пунктами 1 – 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 данной статьи.

В силу названного пункта из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Согласно положению пункта 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть) если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

В случае обращения взыскания на жилое помещение выручка от продажи, оставшаяся после расчетов с залоговым кредитором, должна поступить должнику для приобретения иного жилища взамен реализованного и не может быть распределена между иными кредиторами до приобретения нового жилища. Такое толкование следует из приоритетной защиты конституционного права человека на жилище (часть 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

Следовательно, в любом случае из конкурсной массы исключается либо единственно пригодное для постоянного проживания помещение (если оно не обременено залогом), либо выручка от его реализации, превышающая размер задолженности перед залогодержателем.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 50 Закона об ипотеке залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества требований, указанных в настоящем пункте и вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства должником, в отношении которого введены процедуры, применяемые в деле о банкротстве.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2012 № 1090/12 сформулирована правовая позиция, согласно которой Закон об ипотеке не предусматривает изъятия из исполнительского иммунитета в отношении обремененного ипотекой единственного пригодного для постоянного проживания помещения в части, касающейся не обеспеченных ипотекой обязательств.

Тем самым такое жилое помещение не может быть включено в конкурсную массу и кредиторы (за исключением того, в чью пользу установлено обременение в виде ипотеки) не вправе претендовать на денежные средства, вырученные от его реализации.

По смыслу правового подхода, приведенного в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2021 № 306-ЭС21-22517(1), выручка от обращения взыскания на единственное жилье должника, оставшаяся после расчетов с залоговым кредитором, должна поступить должнику для приобретения иного жилого помещения взамен реализованного и не может быть распределена между иными кредиторами до приобретения им нового жилища.

Как следует из материалов дела, реализованное на торгах имущество являлось единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением должника. Доказательств наличия зарегистрированных за должником иных жилых помещений суду не представлено, на приведенные кассатором в жалобе квартиры должником права утрачены задолго до возбуждения дела о банкротстве, поэтому они не свидетельствуют о том, что в настоящее время у ФИО3 отсутствует потребность в жилище.

Доводы ФИО4 о нарушении баланса прав кредиторов и должника правомерно отклонены судебными инстанциями, поскольку денежные средства, оставшиеся после погашения требований залогового кредитора, подлежат направлению должнику для приобретения им иного жилья, что соответствует приоритетной защите конституционного права человека на жилище (часть 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

Тот факт, что изначально ФИО3 реализовала квартиру ФИО4 по договору купли-продажи от 17.04.2018 и в ней не проживала, не имеет правового значения, поскольку переход права собственности на покупателя не был зарегистрирован и должник остался ее собственником, а ФИО4 стала реестровым залоговым кредитором должника. В случае, если кассатор полагает, что в рамках их правоотношений со стороны должника допущено злоупотребление правом или иное недобросовестное исполнение принятых обязательств, то ФИО4 вправе заявить о неосвобождении ФИО3 от долгов перед ней.

В отсутствие спора относительно размера суммы денежных средств, на которые распространяется исполнительский иммунитет, как на денежное выражение единственного жилья, от которого должник не отказывался, последующее их исключение из конкурсной массы для приобретения единственного жилья должнику, лишенного такового в силу принудительного исполнения ипотечного обязательства, соответствует указанным нормам права и направлено на реализацию конституционного права гражданина на жилище.

Доводы кассатора о необходимости применения общих правил распределения выручки, полученной от реализации заложенного имущества, содержащиеся в пункте 5 статьи 213.27 или пункте 2.1 статьи 138 Закона о банкротстве, основаны на ошибочном толковании положений законодательства об исполнительном иммунитете и правомерно отклонены судами.

Ссылки кассатора на иную судебную практику не подтверждают нарушение единообразия в толковании и применении норм права с учетом установленных судами обстоятельств применительно к настоящему обособленному спору.

Таким образом, суд округа считает, что подателем кассационной жалобы не приведены доводы, свидетельствующие о наличии обстоятельств, позволяющих отказать ФИО3 в защите ее прав, образующих исполнительский иммунитет, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 22.03.2023 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 по делу № А70-621/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                  Ю.И. Качур

 

Судьи                                                                                                                 С.А. Доронин

 

ФИО1