АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-9032/2011

г. Краснодар

28 июня 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июня 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Соловьева Е.Г., судей Мацко Ю.В. и Сороколетовой Н.А., при ведении протокола помощником судьи Зориным А.Л. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда, от конкурсного управляющего акционерного общества «Коммерческий банк "Газбанк"» – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО1 (доверенность от 22.12.2020), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.11.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по делу № А32-9032/2011 (Ф08-2963/2022), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – предприниматель) должник обратился с заявлением о признании требований АО «Коммерческий банк "Газбанк"» (далее – банк) необеспеченными залогом имущества по кредитному договору от 15.11.2007 № 186, заключенному банком и ФИО3

Требования основаны на статьях 66, 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ), статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) и мотивированы списанием банком за счет резерва основного долга ФИО3 по кредитному договору от 15.11.2007 № 186, обеспеченному залогом имущества предпринимателя.

Определением от 08.11.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 31.01.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано. Суды исходили из того, что списание задолженности ФИО3 совершено кредитной организацией непосредственно за счет собственных резервов, поэтому данные действия нельзя квалифицировать в качестве прощения долга и обстоятельства, влекущего прекращение как основного, так и дополнительного обязательства. Требования банка включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом его имущества; невозможность удовлетворения требований кредитора за счет реализации предмета залога не доказана.

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить судебные акты и удовлетворить его требования. По мнению заявителя, вывод судебных инстанций об отсутствии правовых оснований для признания требований банка в качестве необеспеченных залогом имущества не основан на фактических обстоятельствах и сделан при неправильном применении норм материального права. На заседании кредитного комитета банка принято решение о списании за счет резерва долга ФИО3 по кредитному соглашению, обеспеченному залогом недвижимого имущества должника. Суды пришли к ошибочному выводу о том, что данные обстоятельства нельзя квалифицировать в качестве прощения долга. Аналогичный правовой подход применительно к схожим фактическим обстоятельствам сформулирован Верховным Судом Российской Федерации в определении Судебной коллегии по административным делам от 16.12.2020 № 49-КАД20-2-К6.

В отзыве на кассационную жалобу банк указал на ее несостоятельность, а также на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

В судебном заседании представитель банка повторил свои возражения.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, определением от 18.05.2011 в отношении должника введена процедура наблюдения; решением от 11.02.2013 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением от 05.12.2014 в третью очередь реестра включены требования банка в размере 37 631 525 рублей 39 копеек основного долга, 2 931 098 рублей 99 копеек процентов и 40 тыс. рублей госпошлины. Требования в сумме 13 660 431 рубля признаны обеспеченными залогом имущества должника. Прекращено производство по заявлению в части требований в размере 20 тыс. рублей госпошлины. 

Постановлением апелляционного суда от 29.03.2019 (с учетом исправительного определения от 29.03.2019) определение от 05.12.2014 отменено в части признания требования банка в сумме 12 772 973 рублей обеспеченным залогом имущества должника. В остальной части определение от 05.12.2014 оставлено в силе.

Данные требования вытекают из кредитного договора от 15.11.2007 № 186, заключенного банком и ФИО3 и обеспеченного залогом недвижимого имущества предпринимателя, и подтверждены вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда города Самары от 25.04.2011 по делу № 2-14/2011.

Должник обратился с заявлением о признании требований банка в качестве необеспеченных залогом имущества предпринимателя, мотивируя тем, что на заседании кредитного комитета банка (протокол от 14.02.2018 № 10) по четырнадцатому вопросу большинством принято решение о списании задолженности, в числе прочего ФИО3 по договору кредитования от 15.11.2007 № 186. Предприниматель является залогодателем имущества по указанным кредитным правоотношениям. По мнению должника, указанные действия банка следует квалифицировать как прощение долга ФИО3, влекущие прекращение залога.

Законность судебных актов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 Кодекса и статье 32 Закона № 127-ФЗ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве включение требований кредиторов по денежным обязательствам в реестр требований кредиторов и исключение из него производится только на основании вступившего в силу судебного акта.

По смыслу взаимосвязанных положений статей 16, 134, 137 и 138 Закона № 127-ФЗ требования конкурсных кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, учитываются в реестре требований кредиторов в составе требований кредиторов третьей очереди; требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога в порядке, установленном статьей 138 данного Закона.

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее – постановление № 58) разъяснено: если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

При решении вопроса об установлении требований залогодержателя в деле о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, следует исходить из того, что размер этих требований определяется как сумма денежного удовлетворения, на которое может претендовать залогодержатель за счет заложенного имущества, но не свыше оценочной стоимости данного имущества. Стоимость заложенного имущества определяется арбитражным судом на основе оценки заложенного имущества, предусмотренной в договоре о залоге, или начальной продажной цены, установленной решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, с учетом доводов заинтересованных лиц об изменении указанной стоимости в большую или меньшую сторону (абзац шестой пункта 20 постановления № 58).

На основании статьи 334 Гражданского кодекса в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

Если иное не предусмотрено договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности, проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание заложенной вещи и расходов по взысканию (статья 337 Гражданского кодекса).

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что списание задолженности ФИО3 совершено кредитной организацией за счет собственных резервов, учитывая невозможность в такой ситуации квалифицировать данные действия в качестве прощения долга и обстоятельства, влекущего прекращение как основного, так и дополнительного обязательства, принимая во внимание, что требования банка включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом его имущества, и недоказанность утраты возможности удовлетворения требований кредитора за счет реализации предмета залога, судебные инстанции пришли к верному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления должника.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что действия банка по списанию за счет резерва задолженности ФИО3 влекут прекращение ее обязательств и залога, подлежит отклонению.

Форма соглашения о прощении долга гражданским законодательством специально не определена, поэтому в данном случае следует руководствоваться общим правилом, установленным в пункте 1 статьи 434 Гражданского кодекса, согласно которому соглашение может быть заключено в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

В соответствии с пунктом 1 статьи 452 Гражданского кодекса форма соглашения о прощении долга должна соответствовать форме, в которой заключен подлежащий прекращению договор.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 415 Гражданского кодекса обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора. Обязательство считается прекращенным с момента получения должником уведомления кредитора о прощении долга, если должник в разумный срок не направит кредитору возражений против прощения долга.

Согласно пункту 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» прощение долга представляет собой двустороннюю сделку с подразумеваемым, по общему правилу, согласием должника на ее совершение: обязательство считается прекращенным с момента получения должником уведомления кредитора о прощении долга, если иное не предусмотрено соглашением сторон. В то же время прощение долга следует считать несостоявшимся, если должник в разумный срок с момента получения такого уведомления направит кредитору в любой форме возражения против прощения долга (статья 165.1, пункт 2 статьи 415, пункт 2 статьи 438 Гражданского кодекса).

Из Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.10.2015, следует, что исключение задолженности гражданина в бухгалтерском учете является односторонним действием кредитора, совершение которого не зависит от воли налогоплательщика. Поэтому один лишь факт отнесения задолженности в учете кредитора к безнадежной при наличии соответствующих возражений гражданина относительно существования долга и его размера, не может являться безусловным доказательством получения дохода. 

Как установили суды, у кредитора (банка) отсутствовало намерение одарить должника (ФИО3). Списание долга в убыток вследствие неплатежеспособности должника не является аннулированием задолженности в смысле, придаваемом статьей 415 Гражданского кодекса.

Выводы судебных инстанций в данной части не вступают в противоречие с позицией Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определении Судебной коллегии по административным делам от 16.12.2020 № 49-КАД20-2-К6.

Основания для отмены или изменения определения и постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.11.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по делу № А32-9032/2011 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий     Е.Г. Соловьев

Судьи     Ю.В. Мацко

     Н.А. Сороколетова