ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности решения арбитражного суда, 

принятого в порядке упрощенного производства

Дело № А65-21265/2021

город Самара

08 февраля     2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Митиной Е.А., рассмотрев без вызова сторон дело по апелляционной жалобе индивидуального  предпринимателя ФИО1  на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 ноября   2021 года в виде резолютивной части (мотивированное решение изготовлено 16  ноября 2021  года)   по делу № А65-21265/2021   (судья Парменова А.С.), принятое в порядке упрощенного производства, по иску РОИ ВИЖУАЛ КО., ЛТД (ROI VISUAL Co., Ltd) г.Сеул ИНН 211-87-50168 к индивидуальному предпринимателю ФИО1, с.Базарные Матаки (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

 о взыскании 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Поли", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Рой", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Хэлли", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Эмбер", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №1213307,

УСТАНОВИЛ:

РОИ ВИЖУАЛ КО., ЛТД. (ROI VISUAL Co., Ltd.) (далее - истец, Компания) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее - ответчик) о  взыскании 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Поли",  10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Рой", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Хэлли",  10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Эмбер", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №1213307.

       В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса РФ дело рассмотрено в порядке упрощенного производства. При этом материалы дела в электронном виде были размещены в режиме ограниченного доступа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (часть 2 статьи 228 Кодекса).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 ноября   2021 года в виде резолютивной части (мотивированное решение изготовлено 16  ноября 2021  года)   в удовлетворении ходатайства ответчика об истребовании доверенности отказано; в удовлетворении ходатайства ответчика о рассмотрении дела в порядке общего искового производства отказано; исковые требования удовлетворены: с Индивидуального предпринимателя ФИО1, с.Базарные Матаки (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу РОИ ВИЖУАЛ КО., ЛТД (ROI VISUAL Co., Ltd) г.Сеул, ИНН 211-87-50168, взыскано 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Поли", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Рой", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Хэлли", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства "Эмбер", 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак №1213307, 300 рублей в возмещение стоимости товара, 100 рублей в возмещение почтовых расходов, 2 000 рублей в возмещение расходов на уплату государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, индивидуальный предприниматель ФИО1  обратилась  в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить (или изменить) в части взыскания компенсации 50 000 руб. и принять новый судебный акт, уменьшив размер присужденной компенсации до 5 000  руб. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что ответчик оспаривал с помощью ходатайства об истребовании доказательств полномочия представителя ФИО2 на представление интересов правообладателя в суде; видеозапись покупки товара в установленном порядке не удостоверена, не представляется возможным установить, кем производилась видеосъемка, где и на какое устройство, вышеуказанное не позволяет признать данное доказательство допустимым и достоверным; чек терминала, представленный в материалы дела истцом, не может заменить собой кассовый чек и является ненадлежащим доказательством; судом первой инстанции не учтено, что истец в обоснование размера заявленной компенсации не предоставил доказательства осуществления аналогичной предпринимательской деятельности на территории Российской Федерации, не предоставил сведения о объемах продаж, о снижении этих объемов в связи с появлением на рынке большого количества контрафакга, о наличии жалоб и рекламаций со стороны потребителей в связи с низким качеством товара, имитирующего произведения и товарный знак, права на которые принадлежат истцу; ссылается на отсутствие предупредительных мер истцом, направленных на недопущение нарушения ответчиком; указывает, что ответчик, если и допустил нарушение, то неумышленно, так как предполагал, что производитель товаров соблюдает действующее законодательство; полагает, что размер компенсации не соответствует принципу разумности и справедливости; просит применить положения статьи 333 ГК РФ, исходя из сложившейся обстановки на рынке малого среднего бизнеса в условиях ухудшения общеэкономической ситуации в стране и ограничительных мер по устранению COVID - 19 в Республике Татарстан; указывает, что суд первой инстанции в решении не дал оценку ходатайству ответчика о снижении размера компенсации, не учитывались такие субъективные факторы как состояние здоровья, семейное, финансовое положение ответчика, то, что ответчик не производит и не импортирует товары; не учтено также, что точка продажи находится в малонаселенной отдаленной местности Республики Татарстан и является мелким объектом предпринимательства с незначительным оборотом и небольшой прибылью, присужденная компенсация может стать губительной для деятельности индивидуального предпринимателя.

Истец  отзыв на апелляционную жалобу не представил. 

В соответствии со статьей 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.  Дополнительные доказательства по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом апелляционной инстанции не принимаются.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещены арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и особенностями, установленными для рассмотрения дел в порядке упрощенного производства.    

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется   апелляционным  судом в соответствии  со статьями  266 - 271, 272.1. Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований  для отмены или изменения судебного акта первой инстанции, исходя из нижеследующего.

Как следует из материалов дела, Компания является правообладателем товарного знака N 1 213 307 (логотип "ROBOCAR POLI"). В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему внесена запись о регистрации за правообладателем товарного знака в виде логотипа "ROBOCAR POLI" от 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности N 1 213 307, дата государственной регистрации: 26.04.2013, дата истечения срока действия исключительного права: 26.04.2023, классы МКТУ: 18, 25, 28.

Копия выписки из Международного реестра товарных знаков о регистрации товарного знака N 1 213 307 (логотип "ROBOCAR POLI") предоставлена в материалы дела с нотариально удостоверенным переводом на русский язык. 

Информация о наличии регистрации данного товарного знака N 1 213 307 имеется на официальном сайте Всемирной организации интеллектуальной собственности: http://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.jsp.

Товарный знак N 1 213 307 (логотип "ROBOCAR POLI") имеет правовую охрану, в том числе в отношении 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как "игрушки".

Кроме того, Компания обладает исключительными правами на объекты авторского права - произведения изобразительного искусств:

- изображение персонажа "ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)", что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права N С-2011-010950-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа "ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)", что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права N С-2011-010951-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа "ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)", что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права N С-2011-010953-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016;

- изображение персонажа "ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)", что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права N С-2011-010952-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016.

Обращаясь в суд, истцом указывалось, что 23.03.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, приобретен товар – игрушка в упаковке с изображениями, сходными до степени смешения с изображениями, исключительные права на которые принадлежат истцу.

В подтверждение факта купли-продажи названного товара истец представил в материалы дела: чек терминала от 23.03.2021, с указанием ИНН и ФИО ответчика, сам приобретенный товар (игрушка), видеозапись процесса закупки (DVD-диск, фиксирующий процесс приобретения истцом вышеуказанного товара).

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на объекты интеллектуального права, 20.05.2021 истец направил в адрес ответчика претензию с извещением о нарушении исключительных прав истца и необходимостью разрешения спора.

Неудовлетворение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения истца с иском в суд.

При разрешении исковых требований суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ. 

В силу статьи 1259 ГК РФ, объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, включая аудиовизуальные произведения; произведения живописи и другие произведения изобразительного искусства (пункт 1).

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4).

В соответствии с п. 7 ст. 1259 ГК РФ авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения.

Согласно п. 1 ст. 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со ст. 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в п. 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В соответствии со ст. 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (п. 2 ст. 1484 ГК РФ).

В силу п. 3 ст. 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ установлено, что товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с п.4 ст. 1515 ГК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №10), размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Суд первой инстанции верно установил, что приобретенная игрушка изготовлена с очевидным намерением воспроизвести указанные выше персонажи мультфильма ("Поли", "Рой", "Хэлли", "Эмбер"). Кроме того, на упаковке прямо указано название набора как "Робокар Поли".

Факт продажи товара подтверждается материалами дела, а именно: чеком терминала от 23.03.2021г., содержащим сведения о продавце, дате приобретения спорного товара; а также приобщенной к материалам дела видеозаписью приобретения товара, фотографиями приобретенного товара.

Покупка спорного товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ; представленный чек является допустимым доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара в торговой точке ответчика.

Суд первой инстанции правильно отметил, что ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки.

Вопреки доводам апеллянта, нотариального удостоверения видеозаписи для признания ее надлежащим доказательством не требуется.

 Кроме того, истцом представлено вещественное доказательство – игрушка в картонной упаковке, содержащее изображения героев мультсериала «Робокар Поли».

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что товар является сходным до степени смешения с изображениями персонажей истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности").

Истцом спорный товар отнесен к 28 классу МКТУ, в отношении которого зарегистрирован товарный знак, как "игрушки", поскольку по роду (виду) товара, его потребительским свойствам, функциональному назначению, виду материала, из которого он изготовлен, представляет собой разновидность игрушек, дополненного художественным оформлением с использованием образов персонажей мультсериала «Робокар Поли».

Сравнивая изображения на самом товаре с принадлежащими истцу персонажами, судом первой инстанции учитывались положения Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденные Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482, согласно пункту 41 которых обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения.

Пунктом 43 Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Сравнив обозначения на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, с товарным знаком и изображениями, принадлежащими истцу, судом первой инстанции было установлено, что они содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца. Незначительное расхождение в деталях изображений не препятствуют восприятию у обычного потребителя данных изображений как изображений товарных знаков, принадлежащих истцу.

Содержащиеся на реализованном товаре изображения являются переработкой произведений изобразительного искусства, право на использование которых у ответчика отсутствует. 

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара – набора игрушек в картонной упаковке, содержащего изображения образов персонажей анимационного сериала «Робокар Поли».

При таких обстоятельствах правомерными являются выводы суда первой инстанции об установлении факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на вышеуказанные результаты интеллектуальной деятельности вследствие продажи товара. 

Требование о взыскании компенсации заявлено истцом из расчета 10 000 руб. за каждое нарушение.

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

Удовлетворяя исковые требования в заявленном размере, суд первой инстанции исходил из отсутствия обстоятельств, позволяющих уменьшить размер компенсации ниже низшего предела.

Суд первой инстанции правильно указал, что товарный знак N 1 213 307 и каждое произведение рассматривается как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности, самостоятельный объект авторского права, имеет свои индивидуальные отличительные черты. Каждое из указанных произведений является узнаваемыми отдельно от другого.

Если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (п. 63 Постановления N10).

В пунктах 81, 82 Постановления N 10 также указано, что авторское право с учетом пункта 7 статьи 1259 ГК Российской Федерации распространяется на любые части произведений при соблюдении следующих условий в совокупности: такие части произведения сохраняют свою узнаваемость как часть конкретного произведения при их использовании отдельно от всего произведения в целом; такие части произведений сами по себе, отдельно от всего произведения в целом, могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и выражены в объективной форме.

Таким образом, использование товарного знака и каждого объекта изобразительного искусства является самостоятельным нарушением исключительных прав.

Требование о взыскании компенсации заявлено истцом в минимально возможном размере. 

Рассматривая заявление ответчика о снижении размера компенсации, суд первой инстанции верно исходил из следующего.

С учетом позиций, выраженных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П, размер компенсации может быть определен судом и ниже установленного в законе минимального предела.

В пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, в развитие позиции КС РФ отмечено, что суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, такое снижение может быть произведено только на основании мотивированного заявления ответчика.

В абзаце 4 пункта 4.2 постановления Конституционного суда РФ N 28-П от 13.12.2016 г. определен перечень обстоятельств, которые необходимо учитывать суду при определении размера компенсации и его снижения ниже пределов установленных ст. 1252 ГК РФ (от 10 000 до 5 000 000): нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности; если размер компенсации, подлежащий взысканию в соответствии со статьей 1252 ГК РФ, даже с учетом снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (их превышение должно быть доказано ответчиком); правонарушение совершено впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности; нарушение исключительных прав не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Бремя доказывания наличия данных обстоятельств возложено на ответчика.

Представление доказательств факта превышения размера компенсации размеру убытков истца является обязательным для применения положения постановления КС РФ N 28-П в части снижения размера компенсации ниже установленного законом предела. Таких доказательств ответчиком не было представлено.

Конституционный суд РФ в вышеприведенном Постановлении указал, что "лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов".

Таким образом, ответчик на этапе приобретения товара имел возможность выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информации о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора.

В материалы дела ответчиком не представлено доказательств принятия мер по проверке партии товара на контрафактность, что, как правильно отметил суд первой инстанции, свидетельствует о грубом характере нарушения.

При этом согласно общедоступным сведениям (электронный сервис "Картотека арбитражных дел") установлено, что в отношении ответчика имеется 4 дела о взыскании компенсации за нарушения исключительных прав правообладателей, то есть деятельность ответчика носила систематический характер.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Ответчиком не представлено доказательств того, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных истцу убытков, а равно доказательств того, что допущенное им нарушение не носит грубый характер, в связи с чем, необходимость применения судом такой меры как снижение размера компенсации ответчиком не доказана.

Не могут быть приняты также во внимание доводы ответчика о снижении компенсации в виду введения ограничительных мер по устранению COVID-19 в Республике Татарстан, поскольку данные обстоятельства не могут быть приняты в качестве критерия снижения размера компенсации в соответствии с вышеприведенными разъяснениями Конституционного суда РФ в Постановлении N 28-П от 13.12.2016 г. 

  Необоснованной является также ссылка ответчика на положения ст. 333 ГК РФ как основание для снижения размера компенсации, поскольку денежная компенсация за нарушение исключительных прав имеет отличную правовую природу от мер гражданско-правовой ответственности и ее снижение возможно в исключительных случаях, которые при рассмотрении настоящего дела отсутствуют.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о снижении размера компенсации за нарушение исключительных имущественных прав истца.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. 

Ссылка заявителя жалобы на отсутствие полномочий представителя истца — ФИО2 на представление интересов правообладателя в суде является несостоятельной, поскольку в материалы дела представлена доверенность, выданная 11.01.2021г. Компанией указанному представителю на представление ее интересов во всех судах судебной системы РФ.

С учетом компенсационного характера заявленного требования о защите исключительных прав в соответствии со ст.1515 ГК РФ, судом первой инстанции обоснованно удовлетворены требования истца о возмещении стоимости товара в размере 300 рублей.

Почтовые расходы истца в сумме 100 рублей в соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ правомерно возложены судом на ответчика.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем, оснований для отмены обжалуемого решения арбитражного суда не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы согласно статье 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268 - 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 ноября   2021 года в виде резолютивной части (мотивированное решение изготовлено 16  ноября 2021  года)   по делу № А65-21265/2021, принятое в порядке упрощенного производства, оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального  предпринимателя ФИО1  - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев через суд первой инстанции. 

 

Судья   Е.А. Митина