СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-7856/2024-ГК

г. Пермь

15 октября 2024 года

Дело № А71-20020/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  15 октября 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Назаровой В. Ю., 

судей Власовой О. Г., Гребенкиной Н. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Макаровой С. Н.,

при участии: представителя ответчиков:  от ООО «Хлебосол» - ФИО1 (паспорт, доверенность № 2-Д от 18.06.2024, диплом); от ООО «Маракеш» - ФИО1 (паспорт, доверенность № 10 от 18.06.2024, диплом);

от истцов представители  не явились, лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ответчиков, общества с ограниченной ответственностью «Хлебосол», общества с ограниченной ответственностью «Маракеш» на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10 июня 2024 года по делу № А71-20020/2023

по иску общества с ограниченной ответственностью «1С» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью 

«1С-Софт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Маракеш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью 

«Хлебосол» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о взыскании солидарно компенсации, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «1С» (далее - 1 истец, ООО «1С») и общество с ограниченной ответственностью «1С-Софт» (далее - 2 истец, ООО «1С-Софт») обратились в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Маракеш» (далее - 1 ответчик, ООО «Маракеш»), обществу с ограниченной ответственностью «Хлебосол» (далее - 2 ответчик, ООО «Хлебосол») о взыскании солидарно компенсации.

      Определением суда от 24.11.2023 исковое заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 АПК РФ.

       23.01.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства (определение от 23.01.2024).

        Определением суда от 21.02.2024 в порядке ст. 49 АПК РФ удовлетворено ходатайство истцов об уточнении исковых требований, согласно которому истцы просят взыскать в солидарном порядке с ответчиков в пользу: 1 истца - 468000руб. 00коп. компенсации; 2 истца - 519000руб. 00коп. компенсации. 

Решением арбитражного суда первой инстанции от 10.06.2024 исковые требования удовлетворены в полном  объеме.

Ответчики, оспаривая принятый судебный акт, обратились с апелляционными жалобами, просят решение суда отменить, в удовлетворении требований истцов отказать.

Ответчики ссылаются на недоказанность наличия у истцов исключительного права на спорные программы для ЭВМ, полагают, что истцом не доказан размер компенсации, отсутствуют основания для солидарной ответственности.

Подробно доводы заявителей изложены в апелляционных жалобах, при этом суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить внимание на то обстоятельство, что положения статьи 271 АПК РФ не обязывают суд апелляционной инстанции цитировать текст апелляционной жалобы в своем судебном акте (пункт 9 части 2 статьи 271 названного Кодекса).

Истец представил отзыв на апелляционные жалобы ответчиков, в котором возразил против их удовлетворения. 

В судебном заседании 10.10.2024 представитель ответчиков настаивал на доводах жалоб.

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ в отсутствие истцов, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, 1 истец (ООО «1С») - российская компания, специализирующаяся на дистрибуции, поддержке и разработке компьютерных программ и баз данных делового и домашнего назначения. ООО «1С» является обладателем исключительных прав на программы для ЭВМ «1С: Предприятие» версии 7.7 и некоторых других.

2 истец (ООО «1С-Софт») - российская компания, специализирующаяся на дистрибуции, поддержке и разработке компьютерных программ и баз данных делового и домашнего назначения. ООО «1С-Софт» является обладателем исключительных прав на программы для ЭВМ «1С: Предприятие» версии 8.2 и последующих.

Факт незаконного использования программ для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат истцам, был установлен в ходе проверки проведенной 27.10.2023 сотрудниками МО МВД России «Глазовский».

Так, 27.10.2022 сотрудниками полиции МО МВД России «Глазовский», в ходе проведенной проверки, по материалу, зарегистрированному в КУСП 24077 от 27.10.2022, произведен осмотр места происшествия с участием специалиста в области компьютерных технологий. Осмотрены ПК (персональные компьютеры), используемые в деятельности ООО «Маракеш» и ООО «Хлебосол», расположенных по адресу: 

<

...>.

Осмотром и проведенной, в рамках материала проверки, компьютерно-технической экспертизой № 1283/43 от 25.01.2023 установлено, что на информационных носителях (НЖМД) 3-х персональных компьютеров используемых в деятельности ООО «Маракеш» и ООО «Хлебосол» хранятся программные продукты «1С» с признаками несоответствия лицензионным требованиям.

Как следует из информации правообладателя, программные продукты «1С» исключительные права на которые принадлежат ООО «1С»: 1С:Предприятие 7.7 (сетевая версия) Комплексная поставка + ИТС USB - 3 (три) экземпляра. Программные продукты «1С» исключительные права на которые принадлежат ООО «1С-Софт»: 1С:Предприятие 8 ПРОФ Клиентская лицензия на 10 р.м. (USB) - 5 (пять) экземпляров. Вышеуказанные экземпляры программных продуктов использовались в деятельности ООО «Маракеш» и ООО «Хлебосол» в форме хранения в электронном виде в памяти ЭВМ при отсутствии лицензионного соглашения с правообладателями и устраненными техническими средствами защиты (аппаратные USB ключи защиты программных продуктов), предусмотренными правообладателями, исключающими неправомерное использование.

Принадлежность ООО «1С» исключительных прав на программные продукты «1С», в защиту которых предъявлен настоящий иск, подтверждается договором об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ от 28.02.2011; принадлежность ООО «1С-Софт» исключительных прав на программные продукты «1С», в защиту которых предъявлен настоящий иск, подтверждается договором об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ от 12.01.2015 (договоры с Приложением приобщены к материалам дела).

Согласно информации от правообладателя, программные продукты «1С» исключительные права на которые принадлежат ООО «1С»: 1С:Предприятие 7.7 (сетевая версия) Комплексная поставка + ИТС USB - 3 экземпляра Программные продукты «1С» исключительные права на которые принадлежат ООО «1С-Софт»: 1С:Предприятие 8 ПРОФ Клиентская лицензия на 10 р.м. (USB) - 5 экземпляров. Общая стоимость программ для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат ООО «1С», исходя из их розничной стоимости, без учета НДС, составила 234000руб. 

Общая стоимость программ для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат ООО «1С-Софт», исходя из их розничной стоимости, без учета НДС, составила 259500руб. 

Таким образом, согласно расчетам истцов сумма исковых требований ООО «1С» к ООО «Хлебосол» и ООО «Маракеш» солидарно, за нарушение исключительных прав, в двукратном размере стоимости экземпляров произведений, составляет: 234000 руб. х 2 = 468000руб.

Сумма исковых требований ООО «1С-Софт» к ООО «Хлебосол» и ООО «Маракеш» солидарно, за нарушение исключительных прав, в двукратном размере стоимости экземпляров произведений, составляет: 259500 руб. х 2 = 519000руб. 

Направленные истцами в адрес ответчиков претензии, с предложением урегулировать спор мирным путем, выплатив сумму компенсации, оставлены последними без удовлетворения. Ссылаясь на нарушение ответчиками исключительных прав в отношении выявленного программного обеспечения, истцы обратились в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности и доказанности.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, заслушав пояснения представителя ответчиков в судебном  заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются программы для электронных вычислительных машин.

Статьей 1261 ГК РФ предусмотрено, что под программой для электронных вычислительных машин понимается представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения

Программы для электронных вычислительных машин относятся к объектам авторских прав и охраняются как литературные произведения. Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В силу статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается принадлежность истцам исключительных прав, в защиту которых предъявлен настоящий иск (договорами об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ и базы данных от 12.01.2015, договор об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ от 28.02.2011).

При этом доказательств, подтверждающих передачу истцами ответчикам в установленном законом порядке своих исключительных прав на использование программного обеспечения, в материалы дела не представлено.

Иного ответчиками не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчики нарушили исключительные права истцов.

В силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Факт размещения на жестких дисках ЭВМ, принадлежащих ответчикам, программных продуктов, авторские права на которые принадлежат истцу, подтвержден протоколом осмотра места происшествия от 27.10.2022, фотоматериалами, а так же экспертным заключением, полученным в рамках материала проверки КУСП № 24077 от 27.10.2022 (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Проведенной, в рамках материала проверки, компьютерно-технической экспертизой № 1283/43 от 25.01.2023 установлено, что на информационных носителях (НЖМД) 3 -х персональных компьютеров изъятых в ходе осмотра места происшествия хранятся документы, относящиеся к финансово-хозяйственной деятельности ответчиков. (Приложение № 2 к заключению эксперта).

Вопреки доводам ответчиков, компьютерно-техническая экспертиза была назначена постановлением Врио начальника отделения ЭБ и ПКМО МВД России «Глазовский», в рамках материала проверки по факту нарушения авторских прав, а не проводилась самостоятельно истцом. О назначении экспертизы ответчик ходатайство не заявлял. Методология и методика исследовательской части экспертного заключения основывается на общих законах и принципах диалектического познания реальной действительности. В исследовании использовались общенаучные методы - анализа, синтеза, сравнения и системного, функционального подхода; частнонаучные методы - формально-логический, наблюдения и анализа документов, а также специальные методики. Заключение эксперта основано на имеющихся в материалах проверки данных, сделаны однозначные и исчерпывающие выводы по поставленным вопросам, носят категорический характер и не являются противоречивыми.

Вышеуказанная экспертиза, проведенная вне арбитражного процесса, не является заключением судебной экспертизы и подлежит оценке как иной документ, поскольку содержит сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. 

Соответственно, к данному заключению эксперта как к иному документу предъявляются требования, предусмотренные АПК РФ.

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума ВАС РФ № 23 от 04.04.2014, заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ. 

Согласно ст. 89 АПК РФ, иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Иные документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно пункту 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

Кроме того, согласно представленному в материалы дела постановлению от 31.05.2023 об отказе в возбуждении уголовного дела указано, что проверочные мероприятия сотрудниками полиции проводились в здании с офисными помещениями занимаемыми ответчиками.

Ответчики, действуя разумно и осмотрительно, имели возможность предпринять зависящие от них меры к выявлению и устранению нарушений их прав (в случае размещения на его площадях не принадлежащего ему имущества) и исключительных прав истца (в случае незаконного размещения на ЭВМ общества спорных программ).

Отказ в возбуждении уголовного дела вследствие отсутствия события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 146 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), а также отсутствие вступившего в законную силу приговора суда по факту использования нелицензионного программного обеспечения, в рассматриваемом случае не освобождает ответчиков от гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав истцов.

Нарушением исключительных прав правообладателя (незаконным использованием) является в силу п/п 9 п. 2 ст. 1270 ГК РФ переработка (модификация) программы для ЭВМ, под которой закон понимает любые изменения, за исключением адаптации, то есть внесения изменений, осуществляемых исключительно в целях функционирования программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя.

Представленными в материалы дела документами подтверждается, что программные продукты, используемые ответчиком, являются контрафактными, поскольку запускались без обязательного ключа защиты, что свидетельствует об их модификации (п. 9 ст. 1270 ГК РФ).

Учитывая изложенное, оценив в совокупности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что действия ответчиков свидетельствуют о незаконном использовании программных продуктов на ЭВМ и нарушают исключительные права истца.

Поскольку ответчики не заключали с истцами предусмотренный законом договор о передаче исключительных прав, в том числе, предоставление права на модификацию программы для ЭВМ, при этом истцы не давала ответчикам разрешения на ее использование, оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи все представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что требования истца о защите исключительных прав на программы для ЭВМ правомерны.

Документы, подтверждающие факт легального использования спорных программных продуктов ответчиками не представлены.

Ссылка ответчиков на то, что факт использования вышеуказанных программ истцом не доказан, признаны судом противоречащими материалам дела.

Использование спорных программ ответчиками подтверждается материалами дела (статьи 9, 65 АПК РФ).

В связи с тем, что факт использования ответчиками программного обеспечения установлен, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о нарушении исключительных прав истцов и о наличии основания для удовлетворения заявленных требований к ответчикам.

В соответствии со ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (ст.ст. 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 настоящего Кодекса в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В соответствии с пунктом 43.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Сумма компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости (п. 3 ст. 1252 ГК РФ).

В силу п. 62 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 при определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В рассматриваемом случае, в качестве способа исчисления размера компенсации истец выбрал двукратную стоимость прав на использование произведения, что соответствует закону.

Стоимость определена истцом на основании информации «Справочника цен на лицензионное программное обеспечение» по состоянию на март 2020 года.

Общая стоимость программ для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат ООО «1С», исходя из их розничной стоимости, без учета НДС, составила 234000 руб..; общая стоимость программ для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат ООО и1С-Софт», исходя из их розничной стоимости, без учета НДС, составила 259500 руб. 

Следовательно, двойной размер стоимости прав на использование произведений, исключительные права на которые принадлежат ООО «1С», незаконно использованных в деятельности ответчиков составил: (234000 руб. х 2) = 468000 руб. Двойной размер стоимости прав на использование произведений, исключительные права на которые принадлежат ООО «1С-Софт», незаконно использованных в деятельности ответчиков составил: (259500 руб. х 2) = 519000 руб. 

Суд полагает, что размер компенсации, заявленный истцами, отвечает принципам разумности, справедливости и соразмерности последствиям нарушения, с учетом характера допущенного нарушения прав, длительности неправомерного использования спорных программных продуктов.

Ответчики ссылаются на то, что истцами не предоставлен верный, относимый расчет суммы компенсации. По мнению ответчиков, истцы обязаны были доказать стоимость хранения спорных программ. Полагают, что один из экземпляров спорной программы является дистрибутивом, стоимость на который не установлена.

Расчет суммы исковых требований произведен истцами в соответствии с п. 2 ст. 1301 ГК РФ, в двукратном размере стоимости экземпляров произведений.

В пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации. Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стои¬мости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

Истцами в обоснование размера компенсации и в подтверждение стоимости программного обеспечения представлен Справочник некоммерческого партнерства Поставщиков Программных Продуктов по состоянию на март 2020 года. Правовой подход к определению размера компенсации за нарушение исключительных прав на программные продукты, исходя из ориентировочной стоимости, приведенной в справочнике цен на лицензионное программное обеспечение, соответствует нормам действующего законодательства и не противоречит разъяснениям высшей судебной инстанции (постановление Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2018 по делу № А42-6657/2015).

Контррасчет компенсации ответчиком в материалы дела не представлен, доказательства иной стоимости программных продуктов не представлены. 

О назначении соответствующей оценочной экспертизы для определения стоимости спорных программ ответчик в рамках настоящего дела ответчик не заявлял (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Гражданское законодательство, регулирующее интеллектуальную собственность, в том числе вышеперечисленные нормы права, не содержит различия в правовом регулировании в отношении записи в память ЭВМ самого программного продукта или его дистрибутива, который подлежит раскрытию посредством специального ключа.

Под дистрибутивом (программой для ЭВМ для первоначальной установки программного обеспечения) понимается форма распространения программного обеспечения, которая обычно содержит программы для инициализации системы, программу-установщик и набор специальных файлов, в совокупности образующих систему (ядро) программы.

Дистрибутивы являются объектом правовой охраны, представляя собой разновидность программ для ЭВМ, нелицензионное использование дистрибутивов (их воспроизведение на ЭВМ) влечет ответственность по правилам гражданского законодательства о нарушении исключительных прав на программы для ЭВМ.

Ответчики, действуя разумно и осмотрительно, имели возможность предпринять зависящие от них меры к выявлению и устранению нарушений их прав (в случае размещения на его площадях не принадлежащего ему имущества) и исключительных прав истца (в случае незаконного размещения на ЭВМ общества спорных программ).

Обстоятельствами, имеющими значение по делу, связанному с нарушением исключительных прав являются: факт принадлежности исключительных прав истцу, факт использования ответчиком объектов исключительных прав, наличие правомерного использования объекта исключительных прав. Установление формы собственности и фактической принадлежности указанных компьютеров, не является предметом доказывания по настоящему иску.

В соответствии со ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное. 

Согласно ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Поскольку материалами дела подтверждается нарушение исключительных прав истца, сумма компенсации в размере двукратной стоимости экземпляров программы «1С», «1С-Софт», которая составляет 987000 руб., судом признана обоснованной и подлежащей взысканию в солидарном порядке: ООО «Маракеш» - 468000 руб.;        с ООО «Хлебосол» - 519000 руб. 

Ответчики полагают, что основания для солидарной ответственности отсутствуют.

Согласно пункту 6.1 статьи 1252 ГК РФ в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно. По смыслу указанной нормы солидарная ответственность за нарушение исключительного права возможна только в случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно. 

Как следует из заключения компьютерно-технической экспертизой № 1283/43 от 25.01.2023, объекты исследования имеют следы использования в коммерческой деятельности ООО «Маракеш» и ООО «Хлебосол». Согласно выпискам из ЕГРЮЛ, оба Общества находятся по одному адресу: 

<

...>. Руководителем и учредителем вышеуказанных организаций является одно и тоже лицо (ФИО2 является директором ООО «Маракеш» и учредителем ООО «Хлебосол». ФИО3 является учредителем обеих организаций).

Таким образом, следует признать, что изложенные в апелляционных жалобах доводы направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными, не являющимися основанием для отмены обжалуемого решения.

Суд апелляционной инстанции считает, что при принятии решения арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а, следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены решения не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на их заявителей в соответствии со статьей 110 АПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 АПК РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

 

                                           П О С Т А Н О В И Л :

 

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики  от 10 июня 2024 года по делу № А71-20020/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по Интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

В.Ю. Назарова 

 

Судьи

 

О.Г. Власова 

 

Н.А. Гребенкина