АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89, 

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-24282/21

г. Уфа

11 мая 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 04.05.2023 г.

Полный текст решения изготовлен 11.05.2023 г.

 

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Хомутовой С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по иску 

   Кумертауского некоммерческого садового товарищества                              (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

 к ФИО2

 о взыскании 306 900 руб.

 третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Уфаэлектромаш» (ОГРН 

<

***>)

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

 

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило исковое заявление Кумертауского некоммерческого садового товарищества                              (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  к ФИО2 о взыскании 306 900 руб.

Определением суда от 26.10.2021 г. исковое заявление принято судом к производству.

В целях правильного и объективного рассмотрения спора, суд определением суда от 25.11.2021 г. удовлетворил ходатайство истца и истребовал из МРИ ФНС № 40 по РБ сведения о расчетных счетах ООО «Торговый дом «УфаУралэлектромаш», к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Уралэлектромаш» (ОГРН 

<

***>).

30.12.2021 г. от налогового органа поступила запрашиваемая судом информация.

Определением суда от 10.03.2022 г. судом у АО «Северный морской путь» истребованы сведения о движении денежных средств ООО «Уфаэлектромаш» (ОГРН 

<

***>) с 26.06.2015 по 02.07.2020 года, определением от 13.10.2022 г. - сведения о движении денежных средств ООО Торговый дом «Уфаэлектромаш» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>)  с 26.06.2015 по 02.07.2020 года, в том числе по расчетному счету 

<

***>.

01.11.2022 г. в суд поступила запрашиваемая информация.

02.02.2023 года от истца в материалы дела поступило дополнение к иску, исковые требования истец поддержал в полном объеме.

Ответчик в судебное заседание не явился,  отзыв на исковое заявление,  доказательства в обоснование своей позиции, не представил, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, что подтверждается имеющимся в деле уведомлением о вручении, направленным по адресу, указанному в ответе на запрос из отдела адресно-справочной работы УВМ МВД по РБ (л.д.99,107,108).

При неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие (часть 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку в рассматриваемом случае суд обладает сведениями о надлежащем извещении сторон и третьего лица о месте и времени судебного заседания, дело рассмотрено в их отсутствие по имеющимся в материалах дела доказательствам на основании частей 1 и 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Рассмотрев материалы дела, суд 

 

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, 26.06.2015 между ООО «Торговый дом Уфаэлектромаш» (поставщик) и КНСТ (покупатель) заключен договор поставки №059 (л.д. 16-17), по условиям п.1.1 которого поставщик в течение срока действия договора обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить электродвигатель 5АИ 355S4 (250квт* 15 000 об/мин) 1001 лапы в количестве 1 шт. на сумму 306 900 руб., именуемое в дальнейшем товар.

В нарушение условий договора поставщиком возврат  товара не произведен. Денежные средства, уплаченные истцом в сумме 306 900 руб. ответчиком не возвращены.

Неисполнение поставщиком обязанности по возврату электродвигателя 5АИ 355s4 250 квт х 15000 об/мин 1001 лапы послужило основанием для обращения покупателя в суд с иском.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу А07-27403/19 от 16.12.2019 года исковые требования удовлетворены. Суд решил взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Уфаэлектромаш»  (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  в пользу Кумертауского некоммерческого садового товарищества (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) сумму долга в размере 306 900 руб. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Уфаэлектромаш» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 138 руб.

Решение суда не обжаловано, вступило в законную силу, взыскателю выдан исполнительный лист.

 Судебным приставом исполнителем Кировского районного отдела судебных приставов г. Уфа УФССП РФ по РБ 24.03.2020 года возбуждено исполнительное производство №45503/20/020003-ИП.

В соответствии с актом о наличии обстоятельств, в соответствии с которыми исполнительный документ возвращается взыскателю от 28.05.2020 г. судебным приставом установлено, что невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях, за исключением случаев, когда предусмотрен розыск (л.д.28). Впоследствии 28.05.2020 г. вынесено постановление об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю (л.д.29).

22.07.2020 года ООО «Торговый дом Уфаэлектромаш» исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Единственным участником и учредителем указанного общества являлся ФИО2 (ответчик).

Как указывает истец (Кумертауское некоммерческое садовое товарищество  (далее по тексту – КНСТ)), на момент исключения ООО «Торговый дом Уфаэлектромаш» из ЕГРЮЛ, размер его задолженности перед истцом составлял 306 900 руб., который в добровольном порядке не погашен.

По мнению истца, ответчик, как контролирующее общество лицо, был осведомлен об имеющемся долге и обязан был возразить против исключения юридического лица из ЕГРЮЛ, инициировать процедуру банкротства.

ФИО2, являясь учредителем должника, обязан был предпринять меры по решению финансовых трудностей и уведомлению всех кредиторов о сложившейся ситуации.

Кроме того, истцом указано, что ответчик является директором и учредителем ООО «Уралэлектромаш» (ОГРН 

<

***>), также является индивидуальным предпринимателем, при этом занимается той же деятельностью, что и ООО «Торговый дом Уфаэлектромаш»

Ссылаясь на вышеуказанное, истец обратился в арбитражный суд с  рассматриваемым иском о взыскании с ответчика денежных средств в размере 306 900 руб. в порядке субсидиарной ответственности..

Оценив  все  представленные  доказательства  в  отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению,  основанному  на  всестороннем,  полном,  объективном  и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В таком случае, если неисполнение обязательства общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Разъясняя применение названных норм, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указал, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. То есть, злоупотребляющее правом лицо, формально действует в соответствии с требованиями закона, однако преследует противоправный интерес, нарушая установленные в статье 10 ГК РФ пределы осуществления гражданских прав, причиняя вред третьим лицам или создавая условия для наступления вреда.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена ст. 53 ГК РФ, а также ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В соответствии с п. 1 ст. 399 ГК РФ, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК Российской Федерации).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 ГК Российской Федерации закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК Российской Федерации). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Предусмотренная нормами права субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами (Постановление Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО3")

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу  решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.12.2019 по делу №А07-27403/19 с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Уфаэлектромаш»  (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  в пользу Кумертауского некоммерческого садового товарищества (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) взыскана сумма долга в размере 306 900 руб.

Из положений ч. 1 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства - это сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Указанная выше правовая норма не предусматривает необходимость совпадения предмета заявленных требований для определения преюдициального характера судебного акта. Свойством преюдиции обладают установленные судом конкретные обстоятельства, содержащиеся в мотивировочной части судебного акта, вынесенного по другому делу и имеющие юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.01.2016 № 309-ЭС15-15682 по делу № А50-19978/2014).

Следовательно, факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены в судебных актах по ранее рассмотренному делу, приобретают качество достоверности и не подлежат переоценке до тех пор, пока не отменены или не изменены такие судебные акты.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что в деле № А07-27403/19 уже исследовались и выяснялись обстоятельства, имеющие существенное значение для настоящего спора, и не подлежащие переоценке в рамках рассматриваемого дела.

Из материалов дела следует, что с момента государственной регистрации общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Уфаэлектромаш» и в период возникновения обязательств по оплате истцу долга в размере 306 900 руб. директором и единственным участником общества с долей в уставном капитале 100%  являлся ФИО2.

Между тем, ответчик каких-либо мер к проведению расчетов с кредиторами  не предпринял, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации №306-ЭС19-18285 от 30.01.2020  само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве). 

Для установления даты возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом необходимо установить возникновение у должника признаков объективного банкротства. 

В пункте 16 постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в Арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. Руководитель должника признается действующим неразумно и недобросовестно, если не обращается с заявлением о банкротстве должника, будучи осведомленным, что должник не в состоянии исполнить требования перед кредиторами.

Как следует из представленной выписки из Филиала «Инвесткапиталбанк» АО «СМП Банк», у ООО «ТД Уфаэлектромаш» с 03.07.2015 года, по 17.01.2019 года имелись на расчетном счете денежные средства в сумме 14 739 903 рублей.

Как указал  истец по итогу анализа сведений о движении денежных средств ООО Торговый дом «Уфаэлектромаш» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>)  с 26.06.2015 по 02.07.2020 года, в том числе по расчетному счету 

<

***>., ФИО2 физическому лицу ФИО4 перечислена  денежная сумма в размере 1 405 766 руб., физическому лицу ФИО5, в размере 422 000 рублей.

При этом ответчиком каких-либо доказательств правомерности перечисления вышеуказанных сумм в нарушение ст.65 АПК РФ в материалы дела не предоставлено.

Кроме того, как следует из материалов дела, 02.03.2016 г. ФИО6 было создано юридическое лицо ООО «Уфаэлектромаш» (ОГРН 

<

***>), в котором он также являлся директором и учредителем, при этом виды деятельности ООО «ТД Уфаэлектромаш» аналогичны видам деятельности ООО «Уфаэлектромаш», указанным в ЕГРЮЛ.

В данной части со стороны ответчика не было представлено каких-либо пояснений, раскрывающих необходимость совершения действий по созданию нового юридического лица, с учетом того, что должник ООО Торговый дом «Уфаэлектромаш»  не смог исполнить обязательства перед истцом, о чем ответчик как единственный участник и директор не мог не знать. 

Кроме этого, ответчик обладал достоверной информацией о деятельности общества, а также о размерах кредиторской задолженности, сведениями о перечислении денежных средств, но не предпринимал никаких действия для предотвращения вывода активов и осуществления расчетов с кредиторами. 

В данном случае, анализ установленных обстоятельств дела показывает, что ФИО2, в отсутствие разумных пояснений относительно создания общества со схожим наименованием и дублирующим должника функционалом, организовал ведение хозяйственной деятельности таким образом, что после того, как финансовое бремя (обязательства перед кредиторами) должника достигло критического уровня, продолжение хозяйственной деятельности организовано через вновь созданное юридическое лицо. 

При применении субсидиарной ответственности при несостоятельности (банкротстве) организаций противоправное поведение руководителей этих организаций проявляется в том, что в результате их деятельности часть требований кредиторов остается неудовлетворенной.

Противоправность поведения руководителей здесь определяется с помощью общего критерия - неисполнение обязанностей, которое повлекло убытки для организации и для кредиторов. 

Как указано выше, согласно позиции, отраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1(2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)). При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Бремя доказывания отсутствия вины по общим нормам о применении деликтной ответственности лежит на ответчике.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно статье 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное законоположение направлено, в том числе на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Суд неоднократно в определениях предлагал ответчику выразить позицию по исковому заявлению, письменно пояснить основание для перечисления денежных средств физическим лицам ФИО4 на сумму около 2 млн. руб. при наличии имеющейся задолженности перед истцом.

Ответчиком запрашиваемые судом сведения не представлены, какие-либо разумные пояснения не даны. 

Учитывая вышеизложенное, констатировав, что должник обладал признаками неплатежеспособности, а, следовательно, руководитель и учредитель должника должен был знать о наличии у общества признаков недостаточности имущества, а впоследствии и неплатежеспособности и во исполнение обязанности предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), однако, указанных действий со стороны ответчика произведено не было, учитывая совершение действий по выводу денежных средств, а также тот  факт, что ответчик не принял меры, которые бы исключили возможность ликвидации основного должника в административном порядке, что свидетельствует об утрате интереса ФИО2 к деятельности общества и намеренному бездействию, с целью последующего исключения общества из ЕГРЮЛ, что однозначно указывает на наличие признаков злоупотребления правом, суд приходит к выводу о совершении ответчиком действий, направленных на причинение вреда кредиторам и повлекшим в результате невозможность удовлетворения требований последних, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поведение контролирующего должника лица с очевидностью выходило за рамки разумности и добросовестности, поскольку в своей совокупности было направлено на нарушение прав истца с целью собственной имущественной выгоды (исключения возможности обратить взыскание на имущество).   

Размер убытков в данном случае подлежит определению исходя из тех правоотношений, встречного предоставления по которым истец в результате неправомерных действий ответчика не получил.

 С учетом факта исключения  ООО Торговый дом «Уфаэлектромаш» из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N129-ФЗ, как недействующего юридического лица, задолженность общества перед истцом в размере 306 900 руб., взысканная решением суда по делу А07-27403/19 является для истца убытками, которые подлежат взысканию с ответчика всего в размере 306 900 руб.

На основании изложенного заявленные исковые требования подлежат судом удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на ответчиков в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации. При этом суд учитывает, что истцу при подаче иска была предоставлена отсрочка в уплате госпошлины, в связи с чем с ответчика госпошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., 

<

...>) в пользу Кумертауского некоммерческого садового товарищества (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торговый дом «Уфаэлектромаш» (ИНН

<

***>), ОГРН 

<

***>) сумму долга в размере 306900 руб.

Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., 

<

...>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 9138 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя. 

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

 

Судья                                                                                   С.И. Хомутова