ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-70567/2023

Дело № А40-202015/17

г. Москва

21 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 декабря 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.И. Шведко 

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Вигдорчика Д.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ФК Гранд Капитал»

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.09.2023 по делу № А40-202015/17, 

об отказе в удовлетворении заявления ООО «ФК Гранд Капитал» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сэйвер»

при участии в судебном заседании:

от ФИО3: ФИО4 по дов. от 16.12.2021 

от ООО «ФК Гранд Капитал»: ФИО5, ФИО6 по дов. от 01.06.2022, 10.05.2022

к/у ООО «СЭЙВЕР»: ФИО7 по дов. от 24.10.2023 

от ФИО2: ФИО8 по дов. от 22.10.2021 

иные лица не явились, извещены,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2018 в отношении ООО "Сэйвер" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9, член НП ЦФОП АПК.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2020 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Сэйвер». Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО10, члена НП «ЦФОП АПК».

В Арбитражный суд города Москвы 18.08.2022 поступило заявление ООО «ФК Гранд Капитал» о привлечении ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.09.2023 отказано в удовлетворении заявления ООО «ФК Гранд Капитал» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3

ООО «ФК Гранд Капитал» не согласившись с вынесенным определением, обратилось с апелляционной жалобой в Девятый Арбитражный апелляционный суд, просило отменить обжалуемый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на незаконность и необоснованность обжалуемого судебного акта.

Представитель от ООО «ФК Гранд Капитал»¸ конкурсный управляющий ООО «СЭЙВЕР» поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представители ФИО3, ФИО2 возражали на доводы жалобы.

Также в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство ООО «ФК Гранд Капитал» об истребовании доказательств. Рассмотрев указанное ходатайство, суд приходит к выводу о том, что оно не подлежит удовлетворению в связи со следующим.

На основании части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, перечислены причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Согласно части 5 статьи 66 АПК РФ арбитражный суд истребует доказательства от органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц по своей инициативе в случае непредставления этими органами доказательств по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений.

В соответствии со статьей 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

Исходя из предмета и характера заявленных требований, ООО «ФК Гранд Капитал» не обосновал, что данные указанные им доказательства имеют правовое значение для правильного разрешения заявленных требований, влияют на результат рассмотрения дела. 

Судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, в порядке статей 66, 159, 184, 266 АПК РФ, поскольку полагает возможным рассмотреть дело по представленным в него доказательствам.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru , в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121 , 123 , 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в соответствии со статьями 266 , 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Фактически, законодателем установлена дата вступления в силу отдельных положений ФЗ №266-ФЗ, с 01.07.2017.

Основание в виде доведения до банкротства, невозможности полного погашения требований кредиторов имело место быть в Законе о банкротстве как в редакции Законов №73-ФЗ, №134-ФЗ, так и в последующих редакциях.

В настоящее время Законом №266-ФЗ введены презумпции (предусмотренные пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), которые предназначены для облегчения доказывания одного основания привлечения к субсидиарной ответственности, то есть для прямого вывода о том, что именно действия (бездействие) контролирующего должника лица повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Таким образом, в настоящем обособленном споре подлежит применению Закон о банкротстве в редакции Законов №73-ФЗ, №134-ФЗ в части определения применимых материальных норм, в редакции Закона №266-ФЗ в части определения правил рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Указанные нормы презюмируют наличие причинно-следственной связи признания Должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 №305-ЭС17-13426, от 10.07.2018 №309-ЭС18-8773, от13.08.2018 №305-ЭС18-11260).

Понятие лиц, контролирующих должника, содержалось в абзаце 34 статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции закона, действовавшего до 01.07.2017), согласно которому под контролирующим должника лицом понималось лицо, имеющее либо имевшее право в течение менее чем двух лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем понуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления иным образом.

С введением законом 266-ФЗ в Закон о банкротстве главы III. 1 абзац 34 статьи 2 утратил силу.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53) и по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3. пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее -объективное банкротство).Указанные положения законодательства не исключают возможность привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия, совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах (статья 53 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее -Закон об акционерных обществах), статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, разъяснениями пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

При рассмотрении вопросов, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 Постановления №53, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В пункте 3 Постановления №53 разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В то же время перечень оснований и обстоятельств, перечисленных в пунктах 3 - 7 указанного постановления, для признания лиц контролирующими должника не является исчерпывающим. Суд может признать лицо контролирующим должника по любым иным доказанным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве), которые прямо в законе не указаны. Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, а также получении незаконной выгоды от сделок, совершенных подконтрольным обществом, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

Несмотря на это необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Вместе с тем лицо, умышленными действиями которого создана невозможность получения кредиторами полного удовлетворения за счет имущества контролирующего должника лица, виновного в его банкротстве, отвечает солидарно с указанным контролирующим лицом за причиненные кредиторам убытки в пределах стоимости полученного имущества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.19.2019 №305-ЭС19-13326).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 17 Постановления №53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Согласно заявлению,  конкурсный кредитор ООО «ФК Гранд Капитал» просил суд  привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его участника ФИО3 и ФИО2 который, как указывает заявитель, является основателем и владельцем Группы компаний «Лекрус», куда входило ООО «Сэйвер» в состав аптечной сети, действующей фармацевтическом рынке под брендом «Аптеки Лекрус».

Заявитель, ссылаясь на материалы уголовной проверки №3217/72-2016,  указал, что согласно объяснениям лиц, в рамках уголовного дела, фактическим владельцем и руководителем ООО «Сэйвер» являлся ФИО2, без одобрения которого в ООО «Сэйвер» не принималось никаких решений.

Как следует из материалов дела, согласно выписке  из ЕГРЮЛ в отношение ООО "Сэйвер" ФИО3 с 24.10.2014 является единственным учредителем (участником) ООО «Сэйвер» по настоящее время.

Следовательно, ФИО3 является контролирующим должника лицами по смыслу положений пункта 1 статьи 60.10 Закона о банкротстве.

При этом, судом первой инстанции установлено, что ФИО2 не является контролирующим должника лицом в связи с чем, не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.05.2022 по настоящему делу, установлено, что в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства того, что должник входил в группу компаний, находящейся под контролем ответчика ФИО2, или, что указанный ответчик являлся конечным бенефициаром общества должника, давал обязательные для исполнения должником указания или имел возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

С учетом отсутствия в ЕГРЮЛ в отношении должника записей, что ответчик являлся руководителем должника либо иным лицом, обладающим полномочиями на принятие решений от имени должника, сведения о которых подлежат внесению в ЕГРЮЛ, суд исходил из отсутствия оснований для привлечения данного ответчика по заявленным основаниям.

Согласно статье 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Приговора суда подтверждающего, что ФИО2 является основателем и владельцем Группы компаний «Лекрус», о том, что ООО «СЭЙБЕР» входило в состав аптечной сети, действующей под брендом «Аптеки Лекрус» где ФИО2 давал или мог давать ООО «Сэйвер» обязательных для исполнения указаний и определял иным образом его действия, в материалы дела не предоставлено.

Вопрос об установлении родственных отношении между ФИО3 и ФИО11 также изучался судами ранее.

Факт родственных отношений между участником общества ФИО3 и ФИО2, не представлено достоверных доказательств, предусмотренных семейным законодательством РФ.

Вместе с тем, конкурсный кредитор также не представил доказательств, что ФИО3 является сестрой супруги ФИО2

Апелляционный суд также отмечает, что даже установленный факт родства между ФИО3 и ФИО2 может свидетельствовать только лишь о фактической аффилированности, не явяляясь вместе с тем безусловным доказательством того факта, что ФИО2 являлся фактическим бенефициаром должника.

Доводы ООО «ФК Гранд Капитал», изложенные в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности по сути сводятся к несогласию с постановлением суда кассационной инстанции и направлены на переоценку ранее изученных судом доказательств.

В материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведении ФИО2, о привлечении к ответственности которого заявлено, наличии вины, наличии вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, отсутствуют достаточные и безусловные основания, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на ФИО2

В обоснование заявления ООО «ФК Гранд Капитал» ссылалось  на расходные операции  по банковским выпискам и вменяет ответчикам: вхождение должника ООО «Сэйвер» в группу компаний «Аптеки Лекрус», а также причинение существенного вреда кредиторам и доведение до банкротства посредством сделок, оцениваемых заявителем как вывод денежных средств в преддверии банкротства (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Кроме того, ответчикам вменяются платежи по договорам займа  (в ООО «Фаворит» -760 000 руб., в ООО «Форвард» - 635 000 руб., в ООО «Фортиус» 407 000 руб., в ООО «Лекрус Урал» 150 000 руб.; всего 1 745 000 руб.), заявляя довод о принадлежности этих компаний ФИО3

Ответчикам вменены все арендные платежи (33 635 383, 24 руб.) за все арендуемые помещения, при этом кредитор указывал, что данные платежи в адрес арендодателей носили характер вывода денежных средств на подконтрольные ФИО3 компании:

платежи в ООО «Аква Л» по договору поставки минеральной воды (50 000 руб.), за хранение товара (80 000 руб.) и за транспортировку товара (262 000 руб.).

иные платежи «третьим лицам» получателям денежных средств: в ООО «Альфа Фарм» (429 600,00 руб.); в ЗАО НПК «Катрен» (4 642 398,69 руб.); в ООО «Фарм Эксперт» (33 000,00 руб.); в ООО «Авангард Сервис ККМ» (26 520 руб.), в ОАО «Мосэнергосбыт» (21 312,38 руб.), в ООО «Нэт Бай Нэт Холдинг» (1 100,00 руб.), в ООО «Авто-40» (200 руб.) за такие компании, как: ЗАО «Айпара и Компания» (4 263 911, 07 руб.), ООО «Стронг» (489 120 руб.), ООО «Дедушка и ко» (400 000 руб.), ООО «Фаворит» (189 554 руб.), «Алтиус-2» (1 100 руб.).

Исследовав материалы дела, судом первой инстанции верно, что требования заявителя тождественны ранее заявленным и рассмотренным в предыдущем обособленном споре о привлечении к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве ООО «Сэйвер», о чем свидетельствуют процессуальные документы.

Согласно статье 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Также подлежал обоснованному отклонению довод заявителя о том, что должник входил в единую аптечную сеть, действующую на фармацевтическом рынке под брендом «Аптеки Лекрус», бенефициарами которых якобы были ФИО3 и ФИО2 , куда по мнению заявителя входили такие организации, как: ООО «Сэйвер», ООО «Карат», ООО «Алгоритм», ООО «Хэлпер», ООО «Аква Л», ЗАО «Лекрус», ООО «Лекрус Черноземье», ООО «Лекрус Урал», ООО «Лекрус Дон», ЗАО «Айпара-СПБ», ООО «Дедушка и Ко», ЗАО «Айпара и Компания», ООО «ВДН», ООО «Лекрус Центральное Черноземье», ООО «Лекрус СПб», ООО «Фарм-АС», а также довод о том, что ФИО3 в целях причинения вреда кредитору якобы давала указания на совершение сделок в пользу указанных лиц, поскольку заявлен повторно и был рассмотрен ранее в обособленном споре с участием тех же лиц.

Вместе с тем, указанный довод рассматривался судами трех инстанций в обособленном споре по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО3, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО2 солидарно к субсидиарной ответственности. Суды не установили взаимозависимости между должником и перечисленными юридическими лицами и не нашли оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, указав, что приговора суда, подтверждающего указанные доводы в материалы дела не представлено.

Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 11.05.2022 указал, что в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства того, что должник входил в группу компаний, находящихся под контролем ФИО2о или, что указанный ответчик являлся конечным бенефициаром общества должника, давал обязательные для исполнения должником указания или имел возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным определением по ранее рассмотренному заявлению, обязательны для суда. Они не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого обособленного спора в деле о банкротстве, в котором участвуют те же лица (пункт 9 постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2003 г. № 23)

В части доводов, о безосновательных платежей в адрес третьих лиц с назначением платежа «оплата за ООО «Стронг», «Оплата за ООО «Дедушка и Ко», «оплата за ООО «Фаворит», оплата за ООО «Алтиус-2», «оплата за ЗАО «Айпара и Компания» судом первой инстанции установлено, что оплата «третьим лицам», включая указание в платежном поручении назначения платежа, была произведена генеральным директором должника ФИО12, указанные платежи могли быть оспорены арбитражным управляющим в рамках дела о банкротстве ООО «Сэйвер».

Относительно, заключения ООО «Сэйвер» договоров субаренды и совершение по ним платежей, суд пришел к выводу, что из показаний ФИО15, следует, что она была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, основным направлением деятельности являлась сдача помещений в субаренду для размещения аптечных пунктов.

Сделки по сдаче помещений в аренду были возмездные, деньги перечислялись на расчетный счет ИП. При этом, часть денежных средств, как утверждает ФИО15, она переводила собственникам помещений в качестве оплаты аренды, а часть она снимала и передавала их ФИО16

Таким образом, из приведенных показаний следует, что ФИО15 вела предпринимательскую деятельность, заключала договоры аренды и субаренды, во исполнение которых получала и переводила денежные средства по заключенным договорам.

ФИО15, как индивидуальный предприниматель, сама распоряжалась полученной прибылью – снимала в банке наличные денежные средства и по собственной воле передавала их третьему лицу.

При этом, ФИО15 в показаниях не указывает, что она лично передавала денежные средства кому либо из ответчиков.

Информация по организациям, через которые, по мнению заявителя были выведены денежные средства через оплату аренды, не подтверждает противоправный характер совершенных операций и не является основанием для привлечения Ответчиков к субсидиарной ответственности.

Заключение о выявлении признаков преднамеренного банкротства должника от 07.10.2021 г., объяснения генерального директора ООО «Сэйвер» ФИО12 от 15.11.21 г., объяснения предпринимательницы ФИО15 от 24.03.22 г., заявления сотрудниц ООО «ФК Гранд Капитал» ФИО17 и ФИО18 имеют целью преодоление ранее принятых судебных актов и повторяют доводы заявителя, которые были ранее рассмотрены и оценены судом.

В ходе проведенной доследственной проверки № 3217/72-2016 и дополнительных проверок указанные в заявлении обстоятельства не нашли подтверждения, о чем свидетельствуют постановления об отказе в возбуждении уголовных дел: Постановление об отказе возбуждения уголовного дела от 09.03.16 г., Постановление об отказе от 28.02.2017 г. № 3217/72-2016. Материалы проверок, включая объяснения последовательно сменивших друг друга директоров ФИО13 от 23.04.2016 и ФИО12 от 20.04.2016, объяснения сотрудницы Гранд капитала ФИО17 конкурсный управляющий представлял для приобщения в качестве доказательств по инициированному спору о привлечении генерального директора ФИО12 и учредителя ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий при поддержке конкурсного кредитора ООО «ФК Гранд Капитал» дважды заявлял о привлечении учредителя ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, инициируя обособленные споры за 1) неподачу заявления, 2) за непередачу документов и невнесение сведений в ЕГРЮЛ, а также уточнениями в порядке статьи 49 АПК РФ - за сделки.

В привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления отказано определением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2019 г. по делу А40-202015/17-30-235Б, судом апелляционной инстанции поддержано, в кассации не обжаловалось.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2021 г. по делу А40-202015/17-30-235Б в удовлетворении требований конкурсного управляющего в части привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за непередачу документов, невнесение сведений в ЕГРЮЛ и, в порядке уточнения от 11.05.2021 г., за сделки - отказано. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022  в части  отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника определение суда первой инстанции отменено; ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности. 

Вместе с тем постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.05.2022 г. отменено постановление апелляции в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, а определение суда первой инстанции от 26.08.2021 оставлено в силе.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства противоправности поведения ФИО3 и ее вины в банкротстве организации, в том числе сведения о выводе денежных средств с расчетных счетов организации, противоправных сделках, иных умышленных действиях как контролирующего должника лица.

Заявитель не указывает, какие конкретно действия ответчика как контролирующего должника лица, по его мнению, привели к невозможности погашения требований ООО «Сэйвер».

Заявитель не предоставил доказательств совершения ответчиком неправомерных действий, явившихся причиной банкротства должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В данном случае заявителем не приведены конкретные сделки и не доказаны такие факторы, свидетельствующие о причинении в результате их совершения существенного вреда, как совершение сделки на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделки, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 Постановления №53).

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

Материалы дела не содержат доказательств вины ФИО3, наличия причинно-следственной связи между ее указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи между действиями указанного лица и последующим банкротством должника.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу  о пропуске  заявителем срока исковой давности для подачи заявления.

В соответствии со статьей 191 ГК РФ, течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Арбитражным судом города Москвы определением от 30.11.2017 принято к производству заявление ООО «ФК Гранд Капитал» о признании несостоятельным (банкротом) ООО "Сэйвер" , возбуждено производство по делу № А40- 202015/17-30-235Б.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 11.07.2018 ООО «Сэйвер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В соответствии с пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Сведения, указанные в заявлении конкурсного кредитора, основаны на выписках из лицевого счета Должника, предоставленных Банком МБА «Москва», о заключенных договорах в период с 2014 по 2018, а также на движении денежных средств по счетам в указанный период.

Выписка из лицевого счета Должника №40702810300000002585 сделана за период с 26.03.2015 по 09.04.2018. Выписка из лицевого счета Должника №40702810900100101952 сделана за период с 14.11.2014 по 11.04.2018.

Указанные выписки получены, соответственно,  09.04.2018 и 11.04.2018.

Учитывая, что заявление о признании ООО «Сэйвер» банкротом рассматривается с 30.11.2017, действуя разумно и добросовестно, ООО «ФК «Гранд Капитал» как кредитор мог получить у арбитражного управляющего сведения, в том числе на собраниях кредиторов, содержащиеся в выписках (а также сами выписки) начиная с апреля 2018.

Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ООО «Сэйвер» - аналитический документ, основанный на документах, доступ к которым заинтересованные лица имели на протяжении порядка 3х лет (выписки из лицевого счета за период с 2014 по 2018).

Конкурсный кредитор мог самостоятельно анализировать произведенные операции, либо обратиться к аудитору и получить соответствующее заключение.

Действуя добросовестно, и разумно конкурсный кредитор должен был узнать об о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в апреле 2018.

Решение о признании ООО «Сейвер» несостоятельным ( банкротом) принято Арбитражным судом г. Москвы 11.07.2018.

В пунктах 57, 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что по смыслу взаимосвязанных положений абзаца первого пункта 5 и абзаца первого пункта 6 статьи 61.14, пункта 3 статьи 61.19 Закона о банкротстве не допускается повторное разрешение в рамках дела о банкротстве требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, если ранее требование о привлечении этого же лица по тем же основаниям, поданное в защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, уже было предъявлено и рассмотрено в том же деле о банкротстве. Также не может быть повторно разрешен иск о привлечении лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности, поданный вне рамок дела о банкротстве, если ранее требование по тем же основаниям к тому же лицу было предъявлено и рассмотрено в деле о банкротстве.

Сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что кредитор повторно обратился к ответчикам  с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при этом как годичный субъективный ( с апреля 2018 года), так и объективный трехгодичный ( с 11.07.2018- открытия процедуры конкурного производства) сроки заявителем были пропущены, так как рассмотренное судом первой инстанции заявление поступило в Арбитражный суд г. Москвы в электронном виде 18.08.2022.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Доводам, изложенным в апелляционной жалобе кредитора ООО «ФК Гранд Капитал» была дана надлежащая оценка судом первой инстанции, несогласие с которой не свидетельствует о незаконности обжалуемого судебного акта.

Как верно указал суд первой инстанции, пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Позиция апеллянта основана на показаниях ранее привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сейвер» ФИО12, ФИО17, ФИО18 ( сотрудников ООО «ФК Гранд капитал») ( т.д.5 л.д. 56-59), ИП ФИО15 ( т.9 л.д. 40-47) – арендодателя должника, ФИО19 ( генерального директора ЗАО «Лекрус», отрицавшего вхождение ООО «Сэйвер» в группу «Аптеки «Лекрус» ( т.7 л.д. 60-63), ФИО16 – гендиректор ЗАО «Айпары и Ко», также отрицавшего аффилированность должника и Аптеки «Лекрус» ( т.7 л.д.60-63), ФИО20, ранее представлявшего интересы ФИО3.

Вместе с тем из совокупности указанных объяснений и их существа не усматривается, что ФИО2 являлся контролирующим должника лицом.

Относительно письменных показаний апеллянта с приложенными дополнительными доказательствами в виде объяснений ФИО20 и ФИО21 от 07.12.2023, а также копии трудовой книжки и трудового договора  ФИО21, представленных апеллянтом непосредственно в судебное заседание апелляционного суда 07.12.2023, судебная коллегия отказывает  в приобщении указанных доказательств и письменных пояснений, учитывая, что они в суд первой инстанции не представлялись, вследствие чего не могли получить соответствующую судебную оценку, заблаговременно перед иными участниками процесса не раскрыты, что, вместе с тем не лишает заявителя возможности обратиться в суд первой инстанции с заявлением в порядке ст. 311 Арбитражного процессуального кодекса РФ при наличии соответствующих процессуальных оснований. 

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого определения.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.09.2023 по делу № А40-202015/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «ФК Гранд Капитал» .- без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  О.И. Шведко 

Судьи:  Е.Ю. Башлакова-Николаева

 Д.Г. Вигдорчик