АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620000, г. Екатеринбург, пер. Вениамина Яковлева, стр. 1,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А60-70464/2023

24 июня 2024 года

г. Екатеринбург

Резолютивная часть решения объявлена 19 июня 2024 года.

Решение изготовлено в полном объеме 24 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Соловьевой О.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Демидюк С.А.

рассмотрев в судебном заседании дело № А60-70464/2023

по иску общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП  

<

***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак

при участии

от истца: не явились,

от ответчика: не явились,

установил:

ООО «Зингер СПб» (истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее-ответчик, предприниматель ФИО1) о взыскании 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, допущенное 20.11.2022 путем заключения сделки розничной купли-продажи товара (набор маникюрных инструментов) в торговой точке по адресу: 

<

...> стр. 4Б.

Определением суда от 09.01.2024 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). Ответчику предложено представить отзыв на заявленные требования. Лицам, участвующим в деле, предложено представить доказательства в обоснование своих доводов.

Истцом 17.01.2024 представлено ходатайство о приобщении к материалам дела оригиналов документов (копии которых имеются в материалах дела), товара и диска с видеозаписью процесса покупки. Данное ходатайство рассмотрено судом и удовлетворено (статьи 65 - 68, 75 АПК РФ).

В арбитражный суд 29.01.2024 ответчиком представлен отзыв на исковое заявление, в котором он ссылается на завышенный размер требуемой компенсации, указывая на однократный характер нарушения, продажу одного экземпляра спорного товара, многократное превышение стоимости товара над размером компенсации прекращение нарушения прав правообладателя; просит учесть его материальное положение, наличие на иждивении пятерых детей, отнесение семьи к категории малоимущих; возражает против отнесения на него расходов на видеофиксацию нарушения; полагает обоснованным в данном случае размер компенсации, не превышающий 5000 руб.

Отзыв на исковое заявление приобщен к  материалам дела в порядке статьи 131 АПК РФ.

От истца 05.02.2024 поступило заявление об уточнении размера исковых требований, в соответствии с которым он просит взыскать 31 250  руб. компенсации, рассчитанной исходя из однократной стоимости права использования товарного знака, определяемой из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взымается за правомерное использование товарного знака. 

Уменьшение суммы иска приято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Ответчиком 12.02.2024 представлены дополнительные пояснения по иску, которые приобщены к материалам дела на основании статей 64-68 АПК РФ.

В своих пояснениях ответчик указывает, что истцом пропущен срок представления новых доказательств; ссылается на то, что нарушение исключительных прав истца ответчиком допущено путем продажи спорного товара лишь 20.11.2022. 

Приводит следующий контррасчет компенсации: по лицензионному договору истец предоставил своему лицензиату право использования спорного товарного знака в отношении товаров, поименованных в 8 классе МКТУ (11 товаров) и в отношении услуг в 35 классе МКТУ, в то время как ответчик фактически использовал товарный знак одним способом, продав товар, относящийся к одному 08-му классу МКТУ, в связи с чем, стоимость права использования соответствующего объекта исключительных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, применительно к обстоятельствам настоящего дела должна определяться следующим образом: размер ежемесячного вознаграждения за 1 класс МКТУ /количество товаров 8 класса. Таким образом, по его мнению, сумма компенсации в виде однократной стоимости права пользования могла составлять 2 840 руб. 91 коп. из расчета (62 500/2/11). Соответствующая методика расчета поддержана в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 21.09.2023 по делу № А47-14675/2022. 

Определением суда от 05.03.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, назначил предварительного судебного заседания на 17.04.2024.

Стороны явку представителей в предварительное судебное заседание не обеспечили. 

Определением суда от 17.04.2024 судебное разбирательство назначено на 19.06.2024.

Стороны явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 24.01.2024 ответчик прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

В силу пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8. с момента прекращения действия государственной регистрации гражданина в качестве индивидуального предпринимателя, в частности, в связи с истечением срока действия свидетельства о государственной регистрации, аннулированием государственной регистрации и т.п., дела с участием указанных граждан, в том числе и связанные с осуществлявшейся ими ранее предпринимательской деятельностью, подведомственны судам общей юрисдикции, за исключением случаев, когда такие дела были приняты к производству арбитражным судом с соблюдением правил о подведомственности до наступления указанных выше обстоятельств.

Поскольку иск подан  в суд 25.12.2023, то есть до прекращения деятельности ответчика в качестве индивидуального предпринимателя, спор подлежит рассмотрению арбитражным судом. 

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил. 

ООО «Зингер СПб» является обладателем исключительных прав на товарный знак № 266060  (в виде словесного обозначения «ZINGER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 266060, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030. 

В торговой точке по адресу: 

<

...> стр. 4Б, 20.11.2022 у предпринимателя ФИО1 приобретен товар (набор маникюрных инструментов), на упаковке которого нанесено обозначение «ZINGER».

Товар относится к 8 классу МКТУ.

Факт покупки у предпринимателя ФИО1 указанного товара подтверждается кассовым чеком от 20.11.2022, на котором указаны Ф.И.О. и ИНН ответчика, видеозаписью покупки товара, самим товаром.  

Ссылаясь на нарушение ответчиком при осуществлении своей деятельности исключительных прав на товарный знак № 266060, ООО «Зингер СПб» с соблюдением досудебного порядка урегулирования спора обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив их в порядке статьи 71 АПК РФ, изучив доводы иска и отзывов на него, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу положений пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, в том числе, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В статье 1250 ГК РФ предусмотрено, что интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу части 1 статьи 1515 ГК РФ, свидетельствует об их контрафактности.

В пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Доказательства того, что истец как обладатель исключительных прав на товарный знак № 266060 дал ответчику свое согласие на его использование, в материалах дела отсутствуют.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Истцом 05.02.2024 представлено заявление об изменении размера искового требования, в соответствии с которым он просит взыскать 31 250 руб. компенсации,  рассчитанной исходя из однократной стоимости права использования товарного знака, определяемой из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взымается за правомерное использование товарного знака. 

К данному заявлению приложены дополнительные доказательства, а именно   лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021, платежное поручение, подтверждающее оплату по лицензионному договору от 28.10.2021 № 130, которыми истец обосновал новый расчет суммы иска.

Пункт 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривает два варианта определения компенсации за незаконное использование товарного знака:

1)         в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2)         в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного  знака,   определяемой   исходя   из   цены,   которая   при   сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец самостоятельно снизил размер компенсации до 31 250 руб., рассчитанных исходя из однократной стоимости права использования товарного знака, определяемой из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взымается за правомерное использование товарного знака, что является правом истца.

Как разъяснено в пункте 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 АПК РФ.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Соответственно при избранном истцом способе расчета компенсации и, учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом способ расчета компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Поскольку доказательства заключения иных лицензионных договоров истцом в материалы дела не представлено, а суд не вправе изменять выбранный истцом порядок определения компенсации за использование товарного знака, суд приходит к выводу о возможности использования положений указанного лицензионного договора для расчета размера компенсации в порядке пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что фактически ответчик использовал товарный знак истца, предлагая к продаже спорный товар, на котором размещено обозначение, тождественное товарному знаку истца, а также осуществил реализацию этого товара. 

При определении размера компенсации суд учитывает количество способов, которыми ответчик использовал товарный знак истца, по сравнению с количеством способов использования по лицензионному договору, количество классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых товарный знак незаконно использовался ответчиком по сравнению с количеством классов Международной классификации товаров и услуг, в отношении которых этот знак зарегистрирован и предоставлено право его использования по лицензионному договору, в связи с чем установил, что размер вознаграждения в рассматриваемом случае составляет 62 500 руб., исходя из расчета: 750 000 рублей / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1  способ применения/ 12 месяцев X 2 =  62 500 рублей.

При этом истцом были учтены доводы отзыва ответчика на исковое заявление, в частности, все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, наличие на иждивении детей, признание семьи малоимущей, в связи с чем 05.02.2024 им представлено заявление об изменении размера искового требования, в соответствии с которым он просит взыскать       31 250 руб. компенсации, рассчитанной исходя из однократной стоимости права использования товарного знака, определяемой из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взымается за правомерное использование товарного знака.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РВ величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

С учетом изложенного суд не усматривает оснований для снижения размера компенсации ниже указанной суммы, таким образом, заявленное истцом требование о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака № 266060 подлежат удовлетворению в размере  31 250 руб.

Арбитражный суд также сопоставив условия названного договора с обстоятельствами настоящего дела не нашел оснований для определения иного размера компенсации и принятия контррасчета, сделанного ответчиком.

Так, возражая против иска, ответчик сослался на то, что по лицензионному договору истец предоставил своему лицензиату право использования спорного товарного знака в отношении товаров, поименованных в 8 классе МКТУ (11 товаров) и в отношении услуг в 35 классе МКТУ, в то время как ответчик фактически использовал товарный знак одним способом, продав товар, относящийся к одному 08-му классу МКТУ, в связи с чем, стоимость права использования соответствующего объекта исключительных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, применительно к обстоятельствам настоящего дела должна определяться следующим образом: размер ежемесячного вознаграждения за 1 класс МКТУ/количество товаров 8 класса: таким образом, сумма компенсации в виде однократной стоимости права пользования могла составлять        2 840 руб. 91 коп. из расчета (62 500 руб./2 класса МКТУ/11 товаров).

Как указано ранее, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768 по делу № А48-7579/2019 отмечена необходимость соотнесения условий лицензионного договора, которым истец обосновывает расчет компенсации, и обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, в том числе в части перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам).

Поскольку компенсация рассчитывается исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование обозначения тем способом, который применил нарушитель, для определения цены, подлежащей взысканию при правомерном использовании товарного знака, суд должен принимать во внимание классы товаров и услуг (классы МКТУ), в отношении которых товарных знак зарегистрирован и в отношении которых ответчик использовал спорное обозначение, путем деления стоимости права использования обозначения по договору на количество классов товаров и услуг МКТУ.

При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака необходимо также учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество наименований товаров, указанных в лицензионном договоре.

Заключение лицензионного договора на использование товарного знака в отношении нескольких наименований товаров, входящих в один класс МКТУ, является обычной хозяйственной практикой. 

Так, если товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 8-го класса МКТУ «кусачки для ногтей; ножницы; пилочки для ногтей», то разумно предположить, что по лицензионному договору будет предоставлено право использования в отношении всей группы указанных товаров (вид товаров: маникюрные инструменты). Соответственно, вознаграждение по такому лицензионному договору будет охватывать всю эту группу товаров.

В такой ситуации, если ответчик использовал товарный знак при продаже лишь одного товара, например, ножниц, то стоимостью, которая обычно взимается при сравнимых обстоятельствах, будет вознаграждение по лицензионному договору за всю указанную группу товаров; исходя из этой стоимости будет рассчитываться компенсация.

Если ответчик использовал обозначение лишь в отношении одного товара и заявил обоснованный довод о том, что по лицензионному договору предоставлено право использования товарного знака в отношении товаров, которые не относятся к одному виду, суд может определить иной размер стоимости права использования для целей расчета компенсации с учетом того, что размер вознаграждения по такому договору не является стоимостью права использования, взимаемой при сравнимых обстоятельствах.

Например, когда право использования по лицензионному договору предоставлено в отношении разнородных товаров 8-го класса МКТУ «шпатели», «ножницы», «молотки для работы с камнем», а ответчик использует товарный знак для одного товара, например для ножниц, стоимость права использования, которая взимается при сравнимых обстоятельствах за использование товарного знака в отношении ножниц, вероятно, будет ниже вознаграждения по такому договору. Соответственно, для расчета компенсации может быть взято за основу не все вознаграждение по такому лицензионному договору, а лишь его часть.

Как правило, готовые изделия классифицируются в соответствии с их функцией или назначением (общие замечания к МКТУ). В связи с этим видится разумным исходить из того, что вознаграждение за использование товаров из одного класса МКТУ - это стоимость права использования, взимаемая при сравнимых обстоятельствах за использование любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары не относятся к одному виду.

Таким образом, если по лицензионному договору предоставлено право использования в отношении товаров одного класса МКТУ, то вознаграждение по такому договору, по общему правилу, составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары по этому лицензионному договору относятся к разным видам, поэтому для целей расчета компенсации вознаграждение должно быть снижено.

В рассматриваемом случае право использования по лицензионному договору от 11.08.2021 представлено в отношении однородных товаров 8-го класса – маникюрные инструменты, ответчиком реализован товар – набор маникюрных инструментов, состоящий из пилочки для ногтей и кусачки для удаления заусенцев. 

Ответчиком не доказано, что товары по этому лицензионному договору относятся к разным видам. Очевидно, что это не так.

В связи с изложенным суд полагает, что вознаграждение по названному договору  составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса.

При таких обстоятельствах оснований для определения иной стоимости права использования путем ее деления количество товаров 8 класса МКТУ в данном случае не усматривается.

Суд также отмечает, что при рассмотрении данного довода ответчика учел позицию Суда по интеллектуальным правам, выраженную в ответах на вопросы, подготовленных по итогам совещания арбитражных судов 29.03.2024. 

Отсутствуют также и основания для деления стоимости по спорному лицензионному договору на соответствующее число субъектов Российской Федерации, так как этот договор заключен в отношении всей территории Российской Федерации (постановление Суда по интеллектуальным правам от 28.12.2023 № С01-2353/2023 по делу № А13-2897/2023).

Ссылка ответчика на то, что им нарушение допущено лишь 1 день – 20.11.2022, также не принята судом как основание для определения иной стоимости права использования товарного знака, поскольку заключение лицензионного договора на один день не соответствует сложившейся хозяйственной практике заключения лицензионных договоров, которая ориентирована на формирование достаточно длительных, устойчивых правоотношений между лицензиаром и лицензиатом, а заключение лицензионного договора на срок 1 день объективно является нецелесообразным, в практике не используется.

С учетом изложенного заявленные истцом требования о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака № 266060 подлежат удовлетворению в размере  31 250 руб.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ понесенные истцом в связи с рассмотрением иска судебные расходы на уплату государственной пошлины, на приобретение товара, почтовые расходы, за получение выписки из ЕГРИП относятся на ответчика

Между тем суд не усматривает оснований для отнесения на ответчика расходов на фиксацию правонарушения в размере 8000  руб. в связи с тем, что истцом, ООО «Зингер СПб», не представлены надлежащие доказательств, подтверждающие, что оно понесло расходы на видеофиксацию.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В пункте 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» также разъяснено, что для возмещения судебных расходов стороне, в пользу которой принят судебный акт, значение имеет единственное обстоятельство: понесены ли соответствующие расходы.

При этом они должны быть понесены не любым лицом, а лицом, участвующим в деле.

В обоснование своего требования ООО «Зингер СПб» представляет договор поручения (субагентский договор) от 19.03.2021, заключенный между ООО «Медиа-НН» (заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (исполнитель), акт о выполнении работ от 20.10.2023 № 248, подписанный между ООО «Медиа-НН» (заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (исполнитель), платежное поручение от 26.10.2023 № 15003, свидетельствующее о перечислении ООО «Медиа-НН» исполнителю  денежных средств по упомянутым договору и акту.

Договор между ООО «Зингер СПб» и ООО «Медиа-НН» в деле отсутствует.

Доказательства возмещения данных затрат (затрат на видеофиксацию допущенного ответчиком нарушения) представителю (ООО «Медиа-НН») истцом, ООО «Зингер СПб»,  не представлены (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Как указано ранее, возмещение судебных расходов стороне может производиться только в том случае, если сторона докажет, что несение ею указанных расходов в действительности имело место.

Из материалов дела не следует, что расходы на видеофиксацию понесены непосредственно истцом, в том числе путем их возмещения представителю, таким образом, требуемые истцом расходы понесены не стороной, а представителем (то есть лицом, не участвующим в деле). 

При этом в любом случае наличие у представителя полномочий совершать действия, направленные на сбор доказательств прав доверителя (фото- и/или видеофиксация нарушения), привлекать для совершение данных действий третьих лиц и оплачивать их услуги от имени доверителя, не может изменить установленный положениями АПК РФ порядок, в соответствии с которым стороне возмещаются лишь те расходы, которые она фактически понесла. 

Поскольку доказательств возмещения истцом, ООО «Зингер СПб», указанных расходов представителю, ООО «Медиа-НН», в размере 8000 руб. не представлено, ввиду отсутствия документального подтверждения несения данных расходов непосредственно истцом, ООО «Зингер СПб», как стороны спора, суд не может отнести данные расходы на ответчика, в связи с чем в удовлетворении соответствующего требования истца следует отказать.

В силу статьи 1252 ГК РФ, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации.

Таким образом, вещественное доказательство подлежит уничтожению после вступления решения в законную силу и истечения срока установленного на его кассационное обжалование.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176 АПК РФ, арбитражный суд  

 

Р Е Ш И Л :

иск удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (ИНН 

<

***>) 31 250 руб. компенсации, 2000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску, 240 руб. расходов на приобретение спорного товара, 200 руб. расходов  на получение выписки из ЕРГИП, 461 руб. 90 коп. почтовых расходов.

В удовлетворении требования о взыскании 8000 руб. расходов на видеофиксацию отказать.

Вещественное доказательство – контрафактный товар (набор маникюрных инструментов) с нанесенным изображением вышеуказанного товарного знака уничтожить после вступления решения в законную силу и истечения срока, установленного на его кассационное обжалование.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Свердловской области.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

В соответствии с частью 3 статьи 319 АПК РФ исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом. С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение». В случае неполучения  взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении.

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства), исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение».

 

Судья                                                                                                            О.А. Соловьева