СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-5111/2020-АК

г. Пермь

10 февраля 2022 года

Дело № А60-71264/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 февраля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С.,

судей: Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,

при участии:

должника ФИО2, паспорт;

от ФГБУ культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры»: ФИО3, паспорт, доверенность от 21.01.2022;

от иных лиц, участвующих в деле, не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

ФГБУ культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры»

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 29 ноября 2021 года 

об отказе в удовлетворении заявления ФГБУ культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» о признании сделки недействительной,

вынесенное в рамках дела № А60-71264/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2, 

 

установил:

В арбитражный суд 19.12.2019 поступило заявление ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 26.12.2019 заявление принято судом к рассмотрению.

Определением арбитражного суда от 31.03.2020 заявление ФИО2 признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утверждён ФИО4 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер 10226, адрес для корреспонденции: 620057, город Екатеринбург, а/я 5), член некоммерческого партнерства саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Развитие».

Решением арбитражного суда от 21.09.2020 процедура реструктуризации долгов прекращена, введена процедура реализации имущества должника.

02 декабря 2020 года в арбитражный суд поступило заявление кредитора ФГБУ культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» о признании сделки недействительной. Учреждение просит: признать брачный договор от 01.06.2016, подписанный между ФИО2 и ФИО5 недействительным; применить последствия недействительности, установить режим совместной собственности на все имущество, принадлежащее ФИО5, приобретённое в период регистрации брака с ФИО2 (то есть с должником). В обоснование заявленных требований Агентство ссылается на положения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о несостоятельности, Закон №127-ФЗ), приводит следующие доводы. В 2019 году службой судебных приставов обнаружено имущество, зарегистрированное на ФИО5, оформленное в период брака с ФИО2, а именно: 1) нежилое помещение площадью 102,2кв.м., общая долевая собственность с долей в праве 4804/10000, дата регистрации права 01.09.2016, адрес объекта: 

<

...>; 2) жилой дом площадью 270кв.м., дата регистрации права 04.12.2015, адрес объекта: 

<

...>; 3) двухкомнатная квартира площадью 41,8кв.м., дата регистрации права 26.07.2012, адрес объекта: 

<

...>; 4) двухкомнатная квартира площадью 42,9кв.м., дата регистрации права 20.01.2012, адрес объекта: 

<

...>. О наличии брачного договора Учреждение (в лице соответствующих представителей), как утверждает заявитель, узнало только 26.12.2019, после подачи должником заявления о признании его несостоятельным (банкротом). Как полагает Агентство, брачный договор заключен супругами незадолго до вынесения в отношении ФИО2 приговора Кировского районного суда города Екатеринбурга по уголовному делу с целью сокрытия имущества должника, ухода от ответственности по возмещению материального ущерба. Из текста заявления следует, что указанным выше приговором, среди прочего, установлено денежное обязательство ФИО2 о возмещении материального вреда в размере 8 442 168  руб. 20 коп., в свою очередь, должник привлечён к уголовной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации. Учреждение полагает, что брачный договор заключен формально, не предполагает наступление соответствующих юридически значимых последствий.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФГБУ культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (далее – Агентство, апеллянт) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, удовлетворить заявленные требования.

В апелляционной жалобе Агентство приводит доводы о недействительности оспоренной сделки. Указывает на доказанность кредитором обстоятельств, свидетельствующих о том, что должник на момент совершения оспариваемой сделки отвечал признакам неплатежеспособности и при заключении оспариваемого брачного договора имел умысел на причинение вреда правам и законным интересам кредиторов путем вывода имущества; наличия у супругов намерения причинить ущерб кредиторам. На основании запрошенных договоров купли-продажи зарегистрированного имущества и с учетом предоставленного апеллянтом анализа, на ФИО5 зарегистрировано имущество минимально на сумму в размере 17 576 000 рублей. Кредитором запрошена информация в пенсионном фонде Свердловской области, в налоговом органе Российской Федерации, об отчислениях и полученных доходах ФИО5 из представленной информации видно, что за период с 2010 по 2016 гг ФИО5 произведены отчисления на сумму в размере 170 401,59 рублей, то есть ее доход приблизительно составляет (отчисления в пенсионный фонд 10% от полученных доходов) 1 704 000, рублей за 7 лет, чего явно не хватает для приобретения всего зарегистрированного имущества. Арбитражный суд Свердловской области при вынесении определения, по мнению апеллянта,  руководствовался доводами ответчика и должника, не требуя подтверждения их позиции, доводы кредитора и представленные доказательства о том, что дохода ответчика недостаточно для приобретения всего имущества, судом не рассматривались. В то же время апеллянт считает, что на основании данных по отчислениям в пенсионный фонд Свердловской области в отношении ФИО2 его доход в 3 - 4 раза превышал доход ФИО5, а также с учетом того, что задолженность ФИО2 в размере 8 442 168,20 рублей материального ущерба, нанесенного ФГБУК АУИПИК, появилась в результате совершенного умышленного преступления во время нахождения ФИО2 в должности директора филиала ФГБУК АУИПИК по УрФО. Совершенное преступление заключалось в том, что ФИО2 по своей инициативе и с учетом доверительных отношений, предложил ФИО6, являющемся заместителем генерального директора ООО «Реставратор» (следствием установлено, что генеральный директор ФИО7 ООО «Реставратор» являлся номинальным), заключить контракт по результатам открытого конкурса, и обещал не инициировать применение штрафных санкций за нарушение сроков выполнения работ со стороны заказчика к подрядчику ООО «Реставратор». Из протокола допроса ФИО6 указал, что ФИО2 предложил указать в заявке низкую цену и максимально уменьшить срок выполнения работ (ФИО2 предложил 1 месяц), с целью отсечь конкурентов. Таким образом, умысел на использование служебных полномочий, вопреки интересам службы, сформировался у ФИО2 в связи с личной заинтересованностью, обусловленной, в первую очередь, угрозой привлечения к дисциплинарной ответственности, вплоть до освобождения от занимаемой должности, а также в рамках оказания ФИО6 взаимной услуги, обусловленной сложившимися доверительными отношениями. С учетом данной информации апеллянт считает, что есть основание полагать, что ФИО2 по своей инициативе предлагая ФИО6 заключить контракт с ФГБУК АУИПИК, в первую очередь, руководствовался условием получения взаимной услуги, в том числе получение прибыли от Контракта. И именно после совершения данного преступления, у ФИО5 была приобретена большая часть зарегистрированного на нее имущества, а так же достроен дом, расположенный по адресу: 

<

...>. Также апеллянт ссылается на то, что в определении суда указано, что доводы кредитора о том, что ФИО2 нес бремя содержания имущества зарегистрированного на ФИО5, не подтверждаются, но ФИО2 сам подтвердил в судебном заседании 01.09.2021, что он оплачивал со своего лицевого счета имущество, которое «формально» принадлежит ФИО5 В Определении отражена информация, что на момент заключения Брачного договора у ФИО2 имелось недвижимое имущество, а именно: земельный участок, расположенный в 

<

...> доли, и жилое помещение в 

<

...>, но право собственности дом и земельный участок в г.Березовском прекращено еще 14.06.2011, а квартира продана 09.03.2016. Таким образом, апеллянт указывает, что на момент заключения Брачного договора данного имущества в собственности ФИО2 не имелось. На момент заключения Брачного договора в собственности ФИО2 находился садовый участок площадью 639 кв.м., по адресу: г.Екатеринбург, СНТ «Наладчик», участок № 123, проданный 26.09.2016 (за 1 месяц до возбуждения исполнительного производства, возбужденного 31.10.2016) и Тойота Хайлендер 2011 г.в. (приобретенный 03.03.2012 незадолго до совершенного преступления), который был найден и арестован судебными приставами исполнителями в начале 2017 года. Судом не учтен тот факт, что в начале 2017 году у ФИО2 был изъят автомобиль Тойота Хайлендер, после этого ФИО5 в этом же году приобретается другой автомобиль, которым пользовался ФИО2, данную информацию Должник подтвердил в судебном заседании 05.10.2021, указав, что ФИО5 не управляла транспортным средством с 2005 года, о чем она заявляла в судебном заседании 15.04.2021. Данные обстоятельства, по мнению апеллянта, еще раз подтверждают, что ФИО2 и ФИО5 ведут совместное хозяйство после заключения Брачного договора. С учетом приведенных доводов апеллянт считает, что при вынесении определения об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной, Арбитражным судом Свердловской области допущены следующие нарушения норм материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

Отзывы на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, не поступили.

Представитель апеллянта в судебном заседании апелляционного суда на доводах апелляционной жалобы настаивал, должник против доводов жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению жалобы судом в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, установлено судом, 07.03.1992 между ФИО8 и ФИО9 07.03.1992 заключен брак, зарегистрированный в установленном законом порядке.

01.06.2016 между ФИО2 (супруг) и ФИО5 (супруга) подписан брачный договор, который удостоверен ФИО10, нотариусом нотариального округа город Екатеринбург и зарегистрирован в реестре нотариуса за номером №1-4114 (бланк документа серии «66 АА» номер «3644684»).

В брачный договор включены, среди прочего, следующие условия.

Согласно пункта 1 брачного договора супруги, состоящие в браке, регистрация которого была произведена 01.09.2000 (свидетельство о заключении брака выдано 01.09.2000), определили свои имущественные права и обязанности в браке и в случае его расторжения. 

Пункт 2 брачного договора предусматривает, что все имущество, в том числе имущественные права, деньги, транспортные средства, недвижимости, паи, доли в уставном (складочном) капитале юридических лиц, ценные бумаги, охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность), которое приобретено нами в период брака до заключения настоящего договора и которое будет приобретаться после заключения настоящего договора, а также доходы от его использования и распоряжения им, является единоличной собственностью того из супругов, на чье имя приобретено имущество, а в случае государственной регистрации прав на имущество, на чье имя зарегистрировано право.

В силу пункта 3 брачного договора имущество, полученное каждым из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является собственностью того супруга, которым получено данное имущество.

Ссылаясь на, на наличие на стороне ФИО2 неисполненного денежного обязательства на сумму свыше 8 000 000 рублей в его пользу, полагая, что брачный договор заключен с целью сокрытия имущества, Учреждение (кредитор) обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением (о признании сделки недействительной).

Агентство, являющееся кредитором должника, полагая, что оспариваемый договор заключен при наличии признаков неплатежеспособности должника, за неделю до вынесения в отношении него приговора Кировским районным судом города Екатеринбурга по уголовному делу, с целью избежания обращения взыскания на имущество и, соответственно, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, руководствуясь положениями ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанного договора недействительной сделкой.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявления конкурсного кредитора, суд первой инстанции установил, что совокупность представленных доказательств опровергает доводы заявителя о недобросовестности ответчика и должника, о заключении брачного договора с целью сокрытия имущества от обращения взыскания по денежным обязательствам ФИО2 Достаточных правовых оснований для вывода о недействительности оспариваемой сделки применительно к статьям 10 и 168 Гражданского кодекса в рассматриваемой ситуации арбитражным судом первой инстанции не установлено. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции установил наличие оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ №63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Поскольку оспариваемая сделка совершена после 01.10.2015, она может быть оспорена как по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так и по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

Согласно п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. 

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. 10 и 168 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (ч. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Поскольку спорная сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу п. 1 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. 

Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (п. 2 ст.  34 СК РФ). 

В соответствии с п. 1 ст. 45 СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания. 

Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью (п. 1 ст. 36 СК РФ). 

В силу п. 1 ст. 42 СК брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Согласно п. 1 ст. 44 СК РФ брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Оценив наличие правовых оснований, предусмотренных статьями 10, 168 ГК РФ, для признания заключенного между должником и его супругом брачного договора недействительной сделкой, суд первой инстанции не установил их доказанность.

По результатам повторного исследования представленных в материалы дела доказательств и установления юридически значимых обстоятельств, оценив оспариваемую сделку на предмет ее заключения с злоупотреблением правом, суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции в связи с доказанностью наличия оснований, предусмотренных ст. 10, 168 ГК РФ, для удовлетворения заявленных кредитором должника требований о признании брачного договора недействительной (ничтожной) сделкой. 

Соответствующие выводы суда первой инстанции об обратном признаны апелляционным судом ошибочными, сделанными при несоответствии выводов, изложенных в обжалуемом определении, обстоятельствам дела, недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными.

Судом первой инстанции не учтено, что брачный договор заключен супругами в период рассмотрения судом уголовного дела в отношении должника и гражданского иска к нему на сумму в размере более 8 млн. руб., а именно за 8 дней до вынесения приговора по уголовному делу. 

Из содержания представленного в материалы дела приговора от 09.06.2016 в отношении должника следует, что ФИО2 в течение 2011 года совершил преступление, в отношении него в 2014 году возбуждено уголовное дело, в Кировском районном суде г. Екатеринбурга в 2016 году помимо уголовного дела на рассмотрении находился гражданский иск Агентства о возмещении вреда на сумму более 8 млн. руб.

При этом требования в сумме около 7, 5 млн. руб. ущерба, взысканного с должника вышеуказанным приговором, включены в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, заключая брачный договор в преддверии вынесения приговора по уголовному делу и гражданского иска, должник и его супруга не могли не знать о наличии к должнику требования о возмещении ущерба, причиненного в 2011 году.

С учетом данных обстоятельств апелляционный суд соглашается с позицией заявителя жалобы о том, что супруги, заключая в 2016 г. после 16 лет брака брачный договор, очевидно преследовали цель причинения вреда кредитору, обязательства перед которыми возникли до заключения брачного договора, и судебный акт в отношении которых вынесен через 8 дней после заключения брачного договора. 

В этой связи заслуживают критики аргументы ответчика и должника о том, что целью заключения брачного договора являлось изменение режима общей совместной собственности супругов и разделение существующих и последующих (возникших после его заключения) обязательств с учетом вкладов каждого из супругов в приобретение имущества.

Более того, факт заключения договора именно в связи с рассмотрением уголовного дела в отношении должника подтвержден самим ответчиком в суде первой инстанции, что следует из содержания имеющихся в деле отзывов.

Таким образом, материалами дела подтверждено наличие противоправной цели, влекущей ничтожность оспариваемого брачного договора.

То обстоятельство, что обязательства должника перед Агентством не являются общими обязательствами супругов, не исключает возможности обращения взыскания на совместное имущество супругов в части, принадлежащей должнику, поскольку, как указано выше, в силу ст. 45 СК РФ при недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

В отношении возражений должника о том, что взыскание по его личным обязательствам не может быть обращено на имущество его супруги, апелляционный суд отмечает, что доказательств установления режима раздельной собственности в отношении какого-либо приобретенного в период брака имущества до момента заключения оспариваемого брачного договора в период рассмотрения уголовного дела в материалах спора не имеется, на наличие таких обстоятельств лица, участвующие в деле, не ссылаются.

В ходе рассмотрения обособленного спора ответчиком и должником представлены письменные отзывы (пояснения) по обстоятельствам, которые, как указал суд первой инстанции, не опровергнуты Агентством, в связи с чем соответствующие пояснения приняты судом первой инстанции в качестве надлежащих доказательств факта приобретения имущества в период брака, оформленного на имя супруги за счет ее средств.

Так, должник и ответчик в отношении принадлежащих ответчику объектов недвижимости поясняли следующее:

- нежилое помещение площадью 102,2кв.м., общая долевая собственность с долей в праве 4804/10000, дата регистрации права 01.09.2016, адрес объекта: 

<

...> – приобретено ФИО5 после заключения брачного договора, на денежные средства ответчика;

- жилой дом площадью 270кв.м., дата регистрации права 04.12.2015, адрес объекта: 

<

...> – построен на денежные средства, полученные ФИО5 в результате продажи квартиры (

<

...>), которая не является совместно нажитым имуществом супругов;

- двухкомнатная квартира площадью 41,8кв.м., дата регистрации права 26.07.2012, адрес объекта: 

<

...> и квартира по адресу: 

<

...> – приобретены на денежные средства ФИО5, которые переданы ответчику её родителями в результате продажи принадлежащей им квартиры (

<

...>), а также второй квартиры (город Санкт-Петербург), 

- вещное право на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...> – возникло у ответчика в результате сделки, совершённой с родственником ФИО5, возникновение данного права обусловлено обстоятельствами, не связанными с ФИО2 и принадлежащим ему имуществом, денежными средствами (инвалидность, обеспечение защиты интересов родственника),

- земельный участок по адресу: деревня Голендухино Режевского района, улица Советская, 80 (второй адрес: 

<

...>) – приобретён ответчиком 21.07.1999, то есть до заключения брака с должником.

Оценив представленные ответчиком и должником доказательства в подтверждение факта приобретения недвижимого имущества исключительно за счет средств супруги должника, с учетом применяемого в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания, апелляционный суд считает, что факт приобретения вышеуказанного имущества за счет средств супруги должника материалами дела не подтвержден.

Как указано выше, нежилое помещение площадью 102,2кв.м., общая долевая собственность с долей в праве 4804/10000, дата регистрации права 01.09.2016, адрес объекта: 

<

...> – приобретено ФИО5 по договору от 10.08.2016 (то есть спустя два месяца после заключения брачного договора за 1 718 407, 06 руб. Ответчик, ссылаясь на то, что данное помещение приобретено на ее личные денежные средства, доказательств наличия у нее соответствующей финансовой возможности в материалы дела не представила. Ссылки на покупку помещения на средства от продажи бизнеса материалами дела не подтверждены.

Также выше указано, что в отношении жилого дома площадью 270кв.м., дата регистрации права 04.12.2015, адрес объекта: 

<

...> ответчик представила пояснения о том, что он построен на денежные средства, полученные ФИО5 в результате продажи квартиры (

<

...>), которая не является совместно нажитым имуществом супругов.

В дело представлены доказательства оформления на ответчика права собственности на указанную квартиру в порядке приватизации (договор от 03.11.2004) и ее продажи по договору от 24.03.2005 за 1 790 000 руб.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что у ответчика по состоянию на март 2005 года имелась сумма от реализации квартиры, не являющейся совместной собственностью супругов, в размере 1 790 000 руб.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции учитывает, что земельный участок для строительства дома по ул. Водопьянова, 42 в г. Екатеринбурге приобретен состоящими в браке супругами  по договору от 30.03.2002 за 45 000 руб. Источник получения денежных средств супруги не указали.

Окончательно дом был построен, исходя из содержания представленных документов, в 2015 году. Соответственно, строительство дома осуществлялось с 2002 по 2015 год. Кадастровая стоимость созданного дома  площадью 270 кв.м. составляет около 10 млн. руб. 

Кредитор провел анализ рыночных цен на аналогичные объекты недвижимости и указывает, что их рыночная стоимость примерно соответствует кадастровой.

Учитывая длительный срок строительства дома (с 2002 по 2015 год), его площадь в размере 270 кв.м. и данные о кадастровой стоимости, апелляционный суд считает возможным критически отнестись в тому, что на его строительство была затрачена только сумма, принадлежащая ответчику, в размере 1 790 000 руб., полученная от реализации квартиры площадью 87,8 кв.м. в 2005 году. Строительство такого объекта в течение столь длительного времени очевидно требовало значительно большего объема финансирования.

При этом, как указано выше, доказательств наличия финансовой  возможности ответчик в материалы дела не представила.

Что касается объектов, приобретенных ответчиком в 2012 году - двухкомнатная квартира площадью 41,8кв.м., дата регистрации права 26.07.2012, адрес объекта: 

<

...>, стоимость по договору от 28.06.2012 – 2 400 000 руб. и квартира по адресу: 

<

...>, стоимость по договору от 07.11.2012 – 1 290 000 руб., ответчик, как указано выше, поясняла, что они приобретены на денежные средства ФИО5, которые переданы ответчику её родителями в результате продажи принадлежащей им квартиры (

<

...>), а также второй квартиры (город Санкт-Петербург).

Вместе с тем доказательства в подтверждение данных пояснений в материалы дела не представлены. В материалах настоящего обособленного спора представлена копия договора купли продажи квартиры от 19.09.1997, в соответствии с которым родители ответчика приобрели квартиру по адресу: 

<

...>. Сведений о том, когда данная квартира была реализована, а также сведений о наличии у родителей квартиры в г.Санкт-Петербурге в материалы спора не представлено.

Присутствующий в судебном заседании апелляционного суда должник пояснений относительно данного обстоятельства апелляционному суду не дал. Более того, указал, что на средства от продажи этих квартир родителями ответчика был приобретен земельный участок по ул. Водопьянова в 2002 году.

Учитывая противоречивость соответствующих сведений, отсутствие подтверждающих их доказательств, апелляционный суд считает возможным оценить их критически, в связи  с чем считает недоказанным факт приобретения данных объектов недвижимости ответчиком за счет личных денежных средств, либо средств ,переданных ей родителями.

Также материалами дела подтвержден, что по договору купли-продажи от 30.07.2009 на имя супруги оформлено вещное право на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>. Как указано выше, ответчик пояснила, что право собственности на данный объект возникло в результате сделки, совершённой с родственником ФИО5, возникновение данного права обусловлено обстоятельствами, не связанными с ФИО2 и принадлежащим ему имуществом, денежными средствами (инвалидность, обеспечение защиты интересов родственника).

Вместе с тем каких-либо доказательств в подтверждение данных обстоятельств не представлено. Учитывая, что право собственности получено ответчиком на основании договора купли-продажи (который в материалах дела отсутствует, в связи с чем проанализировать его содержание не представляется возможным), а не по договору дарения, апелляционный суд с учетом возражений кредитора считает, что факт приобретения данного объекта за счет средств исключительно ответчика материалами дела не подтверждается. 

Что касается объекта - земельный участок по адресу: деревня Голендухино Режевского района, улица Советская, 80 (второй адрес: 

<

...>) – он  приобретён ответчиком 21.07.1999, то есть до заключения брака с должником.

При оценке доводов апеллянта об отсутствии у ответчика финансовой возможности приобрести вышеуказанные объекты недвижимости за счет личных денежных средств суд апелляционной инстанции считает возможным учесть проведенный кредитором анализ отчислений в Пенсионный Фонд РФ, из которого следует, что доходы ФИО2 превышали доходы ФИО5, сумма ее доходов в спорный период с учетом данных о пенсионных отчислениях является недостаточной для приобретения вышеуказанных объектов недвижимости. Данные указания апеллянта соответствуют материалам дела, ответчиком и должником не опровергнуты. 

Также заслуживающими внимания апелляционный суд считает ссылки апеллянта на то, что значительная часть объектов была приобретена, а дом был достроен в период непосредственно после совершения должником преступления, при этом в приговоре в отношении должника указано, что   умысел на совершение преступления сформировался у ФИО2 в связи с личной заинтересованностью, обусловленной, в первую очередь, угрозой привлечения к дисциплинарной ответственности, вплоть до освобождения от занимаемой должности, а также в рамках оказания ФИО6 взаимной услуги, обусловленной сложившимися доверительными отношениями. 

Кроме того, апелляционный суд принимает во внимание доказательства того, что ФИО2 нес бремя содержания имущества, зарегистрированного на ФИО5 Вопреки выводам суда первой инстанции об обратном данные обстоятельства подтверждены материалами дела. Так, из содержания пояснений должника, представленных в материалы дела, следует, что он оплачивал со своего лицевого счета имущество, которое «формально» принадлежит ФИО5 В подтверждение данного обстоятельства представлены соответствующие выписки со счетов. При этом ссылки должника на то, что денежные средства для осуществления платежей ему передавала супруга, апелляционный суд считает возможным оценить критически.

Также апелляционный суд принимает во внимание и доводы апеллянта о том, что в результате заключения брачного договора у должника отсутствовало какое-либо имущество, поскольку земельный участок и дом, расположенные в 

<

...> доли, выбыли из владения должника 14.06.2011, а жилое помещение в 

<

...>, продано 09.03.2016. 

При этом апелляционный суд отмечает, что даты реализации данного имущества, оформленного на имя должника, соотносятся с датами последующего приобретения имущества на имя его супруги.

Не опровергнуты и указания апеллянта на то, что на момент заключения брачного договора в собственности ФИО2 находился садовый участок площадью 639 кв.м., по адресу: г.Екатеринбург, СНТ «Наладчик», участок № 123, проданный 26.09.2016 (за 1 месяц до возбуждения исполнительного производства, возбужденного 31.10.2016) и Тойота Хайлендер 2011 г.в. (приобретенный 03.03.2012 незадолго до совершенного преступления), который был найден и арестован судебными приставами исполнителями в начале 2017 года. 

По вышеприведенным мотивам апелляционный суд приходит к выводу о том, что оспоренный брачный договор следует рассматривать как недействительный по приводимым кредитором основаниям; доказано недобросовестное поведение сторон данной сделки, также доказан факт причинения вреда кредитору.

Пояснения супругов о том, что они с 2005 года не ведут совместное хозяйство апелляционный суд также считает возможным оценить критически, при этом учитывает, в том числе, содержание приговора, в котором указано на проживание должника в доме по ул. Водопьянова, 42, в г. Екатеринбурге, наличие у него семьи и содержание им членов семьи. Также данные пояснения противоречат тому, что должник нес бремя содержания общего имущества супругов, в 2017 году имел доверенность от супруги на совершение любых действий с принадлежащим ей имуществом. В подтверждение данного обстоятельства суд принимает и доводы апеллянта о том, что после изъятия у должника автомобиля в рамках исполнительного производства ФИО5 в этом же году приобретается другой автомобиль, которым пользовался ФИО2, данную информацию Должник подтвердил в судебном заседании 05.10.2021, указав, что ФИО5 не управляла транспортным средством с 2005 года.

Учитывая изложенное, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявленных кредитором требований о признании брачного договора недействительной (ничтожной) сделкой.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным указанной статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

В соответствии с частью 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

С учетом изложенного в рассматриваемом случае при признании недействительным брачного договора следует применить последствия признания сделки недействительной в виде восстановления права общей совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество.

Иного из материалов дела не следует, апелляционному суду не доказано.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции, как вынесенное при несоответствии выводов, изложенных в обжалуемом определении, обстоятельствам дела, недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными (подп. 2, 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ), подлежит отмене, заявление кредитора о признании брачного договора недействительной сделкой следует удовлетворить.

С учетом результатов рассмотрения спора, в соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные кредитором при подаче заявления и жалобы, подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями  110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 29 ноября 2021 года по делу № А60-71264/2019 отменить.

Заявление ФГБУ культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» удовлетворить.

Признать недействительным брачный договор от 01.06.2016, подписанный между ФИО2 и ФИО5. 

Восстановить право совместной собственности супругов на имущество, приобретенное в период брака.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФГБУ культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» оплаченную государственную пошлину за подачу заявления и апелляционной жалобы в размере 9 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

О.Н. Чепурченко