АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело №А65-14493/2021

Дата принятия решения – 10 сентября 2021 года 

Дата объявления резолютивной части – 03 сентября 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Панюхиной Н.В.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания помощником судьи Хатыповой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1, Республика Башкортостан, Уфимский район, с. Нурлино (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Альпари-Екатеринбург», г. Альметьевск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании компенсации на основании пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ в размере 850000 рублей за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком по свидетельству РФ №141713 за 2019,

с участием:

от истца – не явился, извещен,

от ответчика – ФИО2, доверенность от 25.02.2021, диплом

УСТАНОВИЛ:

истец - предприниматель ФИО1, обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ООО "Альпари-Екатеринбург", которым просил взыскать компенсацию на основании пп.2 п.4 ст. 1515 ГКРФ в размере 850000 рублей за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком по свидетельству Российской Федерации №141713 за 2019г.

Определением суда от 21.07.2021 дело назначено к судебному разбирательству.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец, извещенный о времени и месте проведения судебного заседания 03.09.2021, явку своих представителей в суд не обеспечил, до начала судебного заседания направил возражения на отзыв ответчика, ходатайство об истребовании у ответчика сведений о размере выручки от реализации товаров, полученной ООО "Альпари-Екатеринбург" через магазины розничной продажи товаров «Альпари» за 2019 г.

Ответчик иск не признал по мотивам, отраженным в отзыве, пояснениях по делу, в удовлетворении ходатайства истца об истребовании доказательств возражал, настаивал, что истцом не представлено доказательств того, что ответчик реализует товары, оказывает какие-либо услуги, для которых зарегистрирован товарный знак №141713 или предлагает их оказать, представила дополнительные доказательства.

В соответствии с ч.3 ст. 156 АПК РФ судебное заседание проводится в отсутствие представителя истца.

Рассмотрев указанное ходатайство об истребовании доказательств у ответчика, суд считает его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Из положений абзаца 2 части 4 статьи 66 АПК РФ следует, что в ходатайстве об истребовании доказательств должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Арбитражный суд также вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства, если сочтет, что оно не относится к делу.

При этом, исходя из принципа состязательности (ст.9 АПК РФ), а также из положений части 2 статьи 66 АПК РФ, суд не обязан истребовать у участвующих в деле лиц дополнительные доказательства в обоснование позиций этих лиц.

С учетом положений части 1 статьи 65, частей 1 и 2 статьи 66 АПК РФ, суд оказывает содействие участвующим в деле лицам в реализации их прав, со своей стороны ограничиваясь правом предложения представить дополнительные доказательства.

Таким образом, законодательством суду предоставлено право, а не установлена обязанность истребования дополнительных доказательств в подтверждение правомерности доводов стороны, поскольку, как указано выше, бремя доказывания обстоятельств лежит на их заявителе, что связано с принципом состязательности в арбитражном процессе.

Суд приходит к выводу о том, что ходатайство истца об истребовании у ответчика сведений о размере выручки от реализации товаров, полученной ООО "Альпари-Екатеринбург" за 2019 г. подлежит отклонению, поскольку материалы дела содержат исчерпывающие сведения, необходимые для рассмотрения дела.

Суд определил рассмотреть спор по существу по имеющимся в деле доказательствам.

Заслушав представителя ответчика, исследовав и оценив в соответствии со ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) имеющиеся в материалах дела документы, представленные доказательства и установленные по делу фактические обстоятельства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела предприниматель на основании договора об отчуждении исключительного права (дата и номер государственной регистрации договора: 18.04.2018 РД0249505) является правообладателем словесного знака обслуживания "" по свидетельству Российской Федерации №141713, зарегистрированного 17.05.1996г. с приоритетом от 25.01.1996г. в отношении следующих классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ): 36-го "страхование"; 37-го "строительство, ремонт и установка оборудования, за исключением сигнализации, срабатывающей в случае ограбления"; 39-го "упаковка товаров, организация путешествий"; 42-го "обеспечение пищевыми продуктами и напитками, промышленными товарами, обеспечение временного проживания, медицинский, гигиенический и косметический уход, ветеринарная и сельскохозяйственная службы, промышленные и научные исследования и разработки, программирование", что установлено в деле №А65-18318/2020.

Общество "Альпари-Екатеринбург" зарегистрировано в качестве юридического лица 28.01.2016г., в качестве места нахождения общества указан адрес: РТ, Альметьевск,                    ул. Герцена, д. 3В, помещение 19.

Как указывает истец, ему стало известно, что общество без его согласия использует сходное до степени смешения со спорным товарным знаком обозначение при осуществлении аналогичных видов деятельности.

Досудебная претензия истца оставлена без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Ответчиком заявлены возражения в части соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора, а именно указано, что аналогичная претензия была получена в 2020г. и использована истцом в деле №А65-18318/2020, 11.01.2021 по утверждениям ответчика истец не направлял претензию ответчику.

Суд установил, что имеющаяся в материалах дела досудебная претензия о выплате компенсации (л.д.18), не содержит даты ее составления и не указан спорный период, за которую истец просит выплатить компенсацию за нарушение исключительного права.

При этом имеется почтовая квитанция от 11.01.2021 (л.д.19), по отчету об отслеживании с сайта «Почта России» данное почтовое отправление получено ответчиком 19.01.2021 (л.д.19 на обороте).

В отсутствие составленного акта ответчиком либо почтового отправления, полученного 11.01.2021 невозможно утверждать как о соблюдении истцом обязательного досудебного порядка, так и нарушении такого порядка истцом.

Суд учитывает, что в деле №А65-18318/2020 спорным периодом являлся 2017,2018гг., в настоящем деле заявлен период 2019г.

Досудебный, претензионный порядок разрешения споров служит целям добровольной реализации гражданско-правовых санкций без участия специальных государственных органов. Совершение спорящими сторонами обозначенных действий после нарушения (оспаривания) субъективных прав создает условия для урегулирования возникшей конфликтной ситуации еще на стадии формирования спора, то есть стороны могут ликвидировать зарождающийся спор, согласовав между собой все спорные моменты, вследствие чего не возникает необходимости в судебном разрешении данного спора.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2015) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015), несоблюдение досудебного порядка урегулирования спора не является безусловным основанием для оставления искового заявления без рассмотрения.

Верховный Суд Российской Федерации указал, что по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

С учетом отсутствия доказательств наличия у ответчика намерения добровольно урегулировать возникший спор оставление иска без рассмотрения носит формальный характер, так как не способно достигнуть целей, которые имеет досудебное урегулирование спора, приведет к необоснованному затягиванию его разрешения и ущемлению прав одной из его сторон. 

В соответствии со статьей 2 АПК РФ одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. С учетом изложенного суд не находит оснований для оставления иска без рассмотрения на основании пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ. Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, заслушав доводы сторон, суд приходит к следующим выводам.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, заслушав представителя ответчика в судебном заседании, суд приходит к следующим выводам.

Основным видом экономической деятельности ответчика является: торговля розничная косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах, а дополнительными - торговля оптовая зерном, необработанным табаком, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных; цветами и растениями; фруктами и овощами, свежим картофелем; мясом и мясными продуктами и др.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.02.2021 по делу №А65-18318/2020 истцу отказано в иске к ответчику о взыскании компенсации на основании пп.2 п.4 ст. 1515 ГК РФ в размере 50000 рублей за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком по свидетельству Российской Федерации №141713 за период с 29.01.2017 по 31.12.2018, признании незаконным использование ответчиком в отношении деятельности по реализации товаров обозначения, сходного до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 141713, в том числе в фирменном наименовании.

В настоящем деле истец просил взыскать компенсацию на основании пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ в размере 850000 рублей за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с принадлежащим истцу товарным знаком по свидетельству РФ №141713 за 2019 г., то есть за период с 01.01.2019 по 31.12.2019.

Словесный товарный знак "АЛЬПАРИ" по заявке № 96700727 с приоритетом от 25.01.1996 зарегистрирован в Госреестре 17.05.1996 за № 141713 на имя АООТ - Финансовая группа "Новый мир". Дата истечения срока действия регистрации – 25.06.2006.

Впоследствии, АООТ - Финансовая группа "Новый мир" было переименовано в ОАО "Новый мир", 11.10.2006 срок действия регистрации товарного знака был продлен до 25.01.2016.

В Единый государственный реестр юридических лиц 10.12.2013 внесена запись о прекращении деятельности ОАО "Новый мир" в связи с ликвидацией. 

После внесения записи о ликвидации у ОАО "Новый мир" обнаружено имущество, а именно - товарный знак № 141713.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2016г. по делу №А40-119393/2016 назначена процедура распределения обнаруженного имущества ОАО "Новый мир" среди лиц, имеющих на это право. 

Роспатент по заявлению арбитражного управляющего общества "Новый мир" ФИО3 продлил срок действия исключительного права на товарный знак № 141713, о чем 23.11.2016г. внес соответствующую запись в Госреестр.

В дальнейшем, в рамках процедуры распределения обнаруженного имущества, 09.06.2017 между арбитражным управляющим общества «Новый мир» и ИП ФИО1 заключен договор об отчуждении исключительного права на товарный знак, регистрационный номер 141713; 18.04.2018г. внесена запись о Государственной регистрации договора об отчуждении исключительного права на товарный знак № 141713, номер регистрации РД0249505.

Как указывает истец, ответчик незаконно использует обозначение «Альпари» при осуществлении деятельности по реализации товаров, в том числе в фирменном наименовании, без заключения лицензионного договора на использование товарного знака, тогда как используемое ответчиком обозначение является сходным до степени смешения с товарным знаком истца. 

Предприниматель, ссылаясь на то, что общество без его согласия использует сходное до степени смешения со спорным товарным знаком обозначение в экономической деятельности, а также в фирменном наименовании, обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с настоящим иском.

Истец полагает, что в период с 01.01.2019 по 31.12.2019 от реализации товаров с использованием спорного обозначения ответчиком была получена выручка в размере 195236 тыс. рублей, в связи с чем истец имеет право на компенсацию в размере 390472 тыс. руб. (двукратный размер), в то же время просил взыскать с ответчика меньшую сумму в размере 850000 руб. за использование спорного товарного знака.

Согласно п.1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с п.1 ч.2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений п.3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 ст. 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В соответствии с п.1 ст. 54 ГК РФ юридическое лицо имеет наименование, содержащее указание на его организационно-правовую форму.

Пункт 4 указанной статьи устанавливает, что юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь фирменное наименование.

По правилам пунктов 1 и 2 ст.1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица. Фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности.

Фирменное наименование служит целям индивидуализации юридического лица, являющегося коммерческой организацией, под которым оно выступает в гражданском обороте.

В силу положений ст. 1474 ГК РФ юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет".

Сокращенные фирменные наименования, а также фирменные наименования на языках народов Российской Федерации и иностранных языках защищаются исключительным правом на фирменное наименование при условии их включения в единый государственный реестр юридических лиц.

Распоряжение исключительным правом на фирменное наименование (в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования фирменного наименования) не допускается.

Не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность, и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Согласно ст.1475 ГК РФ, исключительное право на фирменное наименование возникает со дня государственной регистрации юридического лица.

Как установлено ст.1476 ГК РФ фирменное наименование или отдельные его элементы могут использоваться правообладателем в составе принадлежащего ему коммерческого обозначения.

Фирменное наименование, включенное в коммерческое обозначение, товарный знак или знак обслуживания охраняется независимо от охраны коммерческого обозначения.

В соответствии с пунктами 13 и 14 ч.1 ст. 1225 ГК РФ фирменное наименование и товарный знак (знак обслуживания) являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности, имеющими целью индивидуализировать участника гражданского оборота и (или) товары и услуги, производимые им.

Каждому из этих объектов предоставляется самостоятельная правовая охрана. В частности, абзацем вторым п.2 ст. 1476 ГК РФ предусмотрено, что фирменное наименование, включенное в товарный знак или знак обслуживания, охраняется независимо от охраны товарного знака или знака обслуживания.

Если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет (п.6 ст. 1252 ГК РФ).

Обладатель права на средство индивидуализации с более ранним приоритетом может требовать полного или частичного запрета использования фирменного наименования (п.6 ст. 1252 ГК РФ). Под частичным запретом на использование в отношении фирменного наименования понимается запрет на его использование в определенных видах деятельности.

Общество "Альпари-Екатеринбург" получило исключительное право на использование спорного обозначения в качестве права на фирменное наименование с момента его государственной регистрации в качестве юридического лица – с 28.01.2016.

Истец получил право на использование товарного знака № 141713 с 18.04.2018, что также установлено в деле №А65-18318/2020.

При этом предприниматель и общество спорное обозначение используют в различном качестве.

Предприниматель обладает правом использовать обозначение как товарный знак, то есть для индивидуализации товаров, работ услуг, а Общество использует в качестве фирменного наименования.

В силу ч.2 ст. 1477 ГК РФ, правила о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть только к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых услуг.

Частью 3 ст. 1474 ГК РФ установлен запрет лишь на использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Анализ приведенных ранее норм позволяет определить следующие признаки, наличие которых свидетельствует о нарушении прав правообладателя товарного знака или фирменного наименования при их столкновении. 

Во-первых, в качестве товарного знака и фирменного наименования разными лицами используются тождественные или сходные до степени смешения обозначения. 

Во-вторых, в результате такого тождества или сходства существует риск введения в заблуждение потребителей и (или) контрагентов. 

В-третьих, право одного из правообладателей в отношении средства индивидуализации должно возникнуть ранее, чем право другого.

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 51 ГК РФ юридическое лицо подлежит государственной регистрации в уполномоченном государственном органе в порядке, предусмотренном законом о государственной регистрации юридических лиц.

Данные государственной регистрации включаются в единый государственный реестр юридических лиц, открытый для всеобщего ознакомления.

Лицо, добросовестно полагающееся на данные единого государственного реестра юридических лиц, вправе исходить из того, что они соответствуют действительным обстоятельствам. 

В силу п.1 ст. 8.1 ГК РФ в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации. Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра.

В соответствии со ст.1480 ГК РФ государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (Государственный реестр товарных знаков) в порядке, установленном статьями 1503 и 1505 настоящего Кодекса.

В Государственный реестр товарных знаков вносятся товарный знак, сведения о правообладателе, дата приоритета товарного знака, перечень товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, дата его государственной регистрации, другие сведения, относящиеся к регистрации товарного знака, а также последующие изменения этих сведений (п.1 ст. 1503 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 1491 ГК РФ исключительное право на товарный знак действует в течение десяти лет с даты подачи заявки на государственную регистрацию товарного знака в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности либо в случае регистрации товарного знака по выделенной заявке с даты подачи первоначальной заявки. 

Срок действия исключительного права на товарный знак может быть продлен на десять лет по заявлению правообладателя, поданному в течение последнего года действия этого права.

Прекращение деятельности юридического лица путем его ликвидации влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке универсального правопреемства к другим лицам, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (ст. 61 ГК РФ). 

Ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование, после внесения об этом записи в ЕГРЮЛ.

Словесный товарный знак "АЛЬПАРИ" по заявке № 96700727 с приоритетом от 25.01.1996г. зарегистрирован в Госреестре 17.05.1996г. за № 141713 за АООТ - Финансовая группа "Новый мир" (в последующем ОАО "Новый мир"). 

Дата истечения срока действия регистрации товарного знака (с учетом продления в 2006 году) – 25.01.2016г.

В Единый государственный реестр юридических лиц 10.12.2013г. внесена запись о прекращении деятельности ОАО "Новый мир" в связи с ликвидацией. 

При этом сам факт ликвидации правообладателя в 2013 году свидетельствует о том, что товарный знак с момента ликвидации правообладателя не использовался последним.

Судом установлено, что Общество "Альпари-Екатеринбург" зарегистрировано в качестве юридического лица 28.01.2016 и начало ведение фактической деятельности.

На момент создания (28.01.2016) и начала фактической деятельности Общество "Альпари-Екатеринбург" могло и должно было полагаться на данные государственных реестров, обладающих признаком публичной достоверности как в части сведений о правообладателе товарного знака № 141713 и сроках действия исключительного права на него (до 25.01.2016), так и в части прекращения деятельности самого правообладателя (10.12.2013).

Последующее продление срока действия исключительного права на товарный знак и его отчуждение предпринимателю, имевшие место в неординарных обстоятельствах (в рамках процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица) не могут быть противопоставлены исключительному праву на фирменное наименование общества, действовавшему добросовестно и полагавшемуся на публично достоверные сведения.

Решением по делу №А65-18318/2020 установлено, что в период с 10.12.2013г. по 18.04.2018 товарный знак его правообладателем ОАО «Новый мир» не использовался для индивидуализации товаров и услуг.

Довод истца том, что обществом используется обозначение «Альпари» при осуществлении деятельности по реализации товаров, в том числе в фирменном наименовании, сходное до степени смешения с товарным знаком истца, судом отклоняется в силу следующего.

В силу п.41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015г. № 482 (далее - Правила № 482), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Пунктом 42 Правил № 482 предусмотрено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в п.42 Правил № 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с п.45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

В п.162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019г. № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление № 10) также разъяснено, что вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе, от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006г. № 2979/06).

Как указывалось выше, однородность товаров (услуг) устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара (услуги) представления о принадлежности этих товаров одному производителю. 

В п.42 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23 сентября 2015г.) разъяснено, что в ходе установления однородности товаров суды должны принимать во внимание следующие обстоятельства: род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том числе общее место продажи, продажу через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров.

Однородные товары/услуги - это товары/услуги, не являющиеся идентичными во всех отношениях, не обязательно находящиеся в одном классе МКТУ, но имеющие сходные характеристики, что позволяет им выполнять те же функции.

Однородность признается по факту, если товары/услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013г. № 2050/13 указано, что добавление к товарному знаку, принадлежащему иному лицу, уточняющего или характеризующего слова не делает это обозначение не сходным до степени смешения с данным товарным знаком.

Аналогичный подход отражен в постановлениях президиума Суда по интеллектуальным правам от 03.04.2014 по делу № СИП-159/2013, от 04.07.2014 по делу № СИП-9/2013, от 19.06.2015 по делу № СИП-901/2014, от 02.12.2016 по делу № СИП-315/2016, от 16.02.2017 по делу № СИП-314/2016, от 29.05.2017 по делу № СИП-677/2016, от 13.03.2017 по делу № СИП-605/2016.

При этом в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 13.03.2017г. по делу № СИП-605/2016 дополнительно, что не имеет значение, на каком месте стоит дополняющее (то есть уточняющее или характеризующее) слово (до или после совпадающего), поскольку доминирующее положение словесного элемента в товарном знаке не определяется его местонахождением.

Судами по делу №А65-18318/2020 установлено, что присутствие в оспариваемом фирменном наименовании словесного элемента "Екатеринбург" не придает ему какого-либо иного семантического значения в сравнении со словом "Альпари", кроме уточнения места нахождения правообладателя и (или) места производства, реализации товаров, оказания услуг, в связи с чем не может являться доминирующим элементом в оспариваемом товарном знаке, воспринимается лишь в качестве характеризующего термина.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из смысла указанных норм права следует, что в ходе арбитражного производства не подлежат доказыванию и не допускают опровержения так называемые преюдициально установленные (предрешенные) обстоятельства. Это - обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения суда, когда они имеют юридическое значение для разрешения спора в позднее возникшем арбитражном процессе.

Преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П и постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 N 2013/12). Иное привело бы к нарушению принципа правовой определенности и непротиворечивости судебных актов.

Более того, вступившим в законную силу решением №А65-18318/2020, имеющего преюдициальное значение для настоящего дела, установлено, что истец и ответчик осуществляют свою деятельность в различных сферах, используемое предпринимателем обозначение имеет среднюю степень сходства с фирменным наименованием общества. Вводы суда в деле №А65-18318/2020 о том, что в глазах среднего потребителя товарные знаки истца и обозначение, используемое ответчиком, не могут вызывать у потребителя ассоциации об их принадлежности одному источнику и восприниматься потребителем как названия, индивидуализирующие услуги, оказываемые одним и тем же лицом, поддержаны судами апелляционной и кассационной инстанций.

Сходство обозначений связано с однородностью товаров (услуг), в отношении которых обозначения заявлены (зарегистрированы). При идентичности товаров (услуг), а также при их однородности, близкой к идентичности, больше вероятность смешения обозначений, используемых для индивидуализации товаров (услуг).

Наличие сходства словесного элемента сравниваемых товарного знака "Альпари" и фирменного наименования Общества является основанием для проведения анализа на предмет однородности товаров и услуг, для которых данные обозначения зарегистрированы.

Сопоставив товарный знак "Альпари" и фирменное наименование Общества на предмет однородности услуг 36-го "страхование"; 37-го "строительство, ремонт и установка оборудования, за исключением сигнализации, срабатывающей в случае ограбления"; 39-го "упаковка товаров, организация путешествий"; 42-го "обеспечение пищевыми продуктами и напитками, промышленными товарами, обеспечение временного проживания, медицинский, гигиенический и косметический уход, ветеринарная и сельскохозяйственная службы, промышленные и научные исследования и разработки, программирование" классов МКТУ, в отношении которых зарегистрирован товарный знак № 141713 с основным видом экономической деятельности Общества: торговля розничная косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах, суд приходит к выводу об отсутствии однородности товаров и услуг 36, 37, 39 классов МКТУ товарного знака № 141713 и вида экономической деятельности Общества, поскольку они различны по своей природе и назначению, не являются взаимодополняемыми и взаимозаменяемыми, относятся к разным видам хозяйственной деятельности, в связи с чем не могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

В то же время суд приходит к выводу, что услуга 42 класса МКТУ "обеспечение пищевыми продуктами и напитками, промышленными товарами", в отношении которой зарегистрирован товарный знак № 141713 в целом является однородной виду деятельности Общества «розничная торговля косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах», поскольку они относятся к одному виду ("торговая деятельность"), имеют общее назначение (обеспечение потребителей товарами), круг потребителей.

Суд отмечает, что в отличие от услуги 42 класса МКТУ "обеспечение пищевыми продуктами и напитками, промышленными товарами", в отношении которой зарегистрирован товарный знак Предпринимателя, описание вида деятельности Общества содержит указания на способ обеспечения товарами (через специализированные магазины) и на конкретных вид товаров: косметические товары и товары личной гигиены.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии низкой степени однородности товаров/услуг, в отношении которой зарегистрирован товарный знак № 141713, и вида экономической деятельности Общества.

Определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Как следует из материалов дела и пояснений ответчика спорное обозначение используется им в фирменном наименовании и наименовании магазинов по розничной продаже непродовольственных товаров (сети магазинов «Альпари»).

Обстоятельства активного использования Обществом спорного обозначения в период 2017, 2018гг., также установлено в деле №А65-18318/2020.

Спорным периодом в настоящем деле является 2019 год.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 162 постановления № 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих услуг. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородные товары/услуги - это товары/услуги, не являющиеся идентичными во всех отношениях, не обязательно находящиеся в одном классе МКТУ, но имеющие сходные характеристики, что позволяет им выполнять те же функции.

Однородность признается по факту, если товары/услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Сходство обозначений связано с однородностью товаров (услуг), в отношении которых обозначения заявлены (зарегистрированы). При идентичности товаров (услуг), а также при их однородности, близкой к идентичности, больше вероятность смешения обозначений, используемых для индивидуализации товаров (услуг).

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности услуг, для индивидуализации которых они используются, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности услуг не требуется.

Суд пришел к выводу, что присутствие в фирменном наименовании общества словесного элемента "Екатеринбург" не придает ему какого-либо принципиально иного значения в сравнении со словом "Альпари", кроме уточнения места нахождения правообладателя и (или) места производства, реализации товаров, оказания услуг, в связи с чем этот элемент не может считаться доминирующим в оспариваемом товарном знаке.

Из материалов дела следует, что спорное обозначение используется ответчиком в фирменном наименовании и наименовании магазинов по розничной продаже непродовольственных товаров (сети магазинов "Альпари").

Наличие сходства словесного элемента сравниваемых товарного знака "Альпари" и фирменного наименования Общества является основанием для проведения анализа на предмет однородности товаров и услуг, для которых данные обозначения зарегистрированы.

Сопоставив товарный знак "Альпари" и фирменное наименование Общества на предмет однородности услуг 36-го "страхование"; 37-го "строительство, ремонт и установка оборудования, за исключением сигнализации, срабатывающей в случае ограбления"; 39-го "упаковка товаров, организация путешествий"; 42-го "обеспечение пищевыми продуктами и напитками, промышленными товарами, обеспечение временного проживания, медицинский, гигиенический и косметический уход, ветеринарная и сельскохозяйственная службы, промышленные и научные исследования и разработки, программирование" классов МКТУ, в отношении которых зарегистрирован товарный знак N 141713 с основным видом экономической деятельности Общества: торговля розничная косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии однородности товаров и услуг 36, 37, 39 классов МКТУ товарного знака N 141713 и вида экономической деятельности Общества, поскольку они различны по своей природе и назначению, не являются взаимодополняемыми и взаимозаменяемыми, относятся к разным видам хозяйственной деятельности, в связи с чем не могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения. Истцом данные выводы суда надлежащими доказательствами не опровергнуты.

В то же время суд приходит к выводу, что услуга 42 класса МКТУ "обеспечение пищевыми продуктами и напитками, промышленными товарами", в отношении которой зарегистрирован товарный знак N 141713 в целом является однородной виду деятельности Общества "розничная торговля косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах", поскольку они относятся к одному виду ("торговая деятельность"), имеют общее назначение (обеспечение потребителей товарами), круг потребителей.

Суд отмечает, что в отличие от услуги 42 класса МКТУ "обеспечение пищевыми продуктами и напитками, промышленными товарами", в отношении которой зарегистрирован товарный знак Предпринимателя, описание вида деятельности Общества содержит указания на способ обеспечения товарами (через специализированные магазины) и на конкретных вид товаров: косметические товары и товары личной гигиены.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии низкой степени однородности товаров/услуг, в отношении которой зарегистрирован товарный знак N 141713, и вида экономической деятельности Общества.

Определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Исследовав с учетом представленных в материалы дела доказательств рынок услуг, на котором могло бы возникнуть предполагаемое смешение фирменного наименования и товарного знака, обстоятельства использования спорного обозначения, суды указали, что магазины "Альпари" в городе Казани ассоциируются у потребителей с продажей парфюмерии, косметики и бытовой химии, сведений об осуществлении обществом иной деятельности в деле не имеется.

В настоящем деле истцом не представлено иных доказательств в обоснование иска помимо решения по делу №А65-18318/2020, бухгалтерской отчетности ответчика за               2019 г.

Из материалов дела не следует использование лицензиатом истца товарного знака в какой-либо сфере за пределами вида услуг "торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями в неспециализированных магазинах" (47.11 ОКВЭД), а также, исходя из документов, характеризующих деятельность лицензиата, не усматривается объективных доказательств возможности смешения товарного знака и фирменного наименования общества.

Не установив нарушение прав истца, в защиту которых он обратился в арбитражный суд, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае отсутствует угроза смешения названного товарного знака и обозначения, используемого в качестве фирменного наименования, в глазах потребителей, что исключает возможность признания действий общества по использованию спорного обозначения нарушением исключительного права истца на товарный знак и взыскания с ответчика компенсации.

При установленных по настоящему делу обстоятельствах, суд, учитывая среднюю степень сходства фирменного наименования Общества и товарного знака № 141713 по семантическому и графическому критериям, низкую степень однородности товаров/услуг, в отношении которой зарегистрирован товарный знак, и вида экономической деятельности Общества, длительности и объема использования ответчиком этого обозначения и его известности и узнаваемости потребителями в контексте деятельности Общества, в том числе с учетом вступившего в законную силу решения по делу №А65-18318/2020 по спору между сторонами, суд признает, что в настоящем случае отсутствует угроза смешения товарного знака № 141713 и фирменного наименования Общества потребителями этих обозначений и лиц, оказывающих услуги под этими обозначениями.

В данном деле истец ограничился указанием нового периода выявленного по мнению истца нарушения, не представляя однако доказательств иного использования ответчиком спорного обозначения помимо использования в фирменном наименовании и наименовании магазинов по розничной продаже непродовольственных товаров (сети магазинов «Альпари») в спорный период.

Данный вывод исключает возможность признания действий общества по использованию такого обозначения нарушением исключительного права на товарный знак предпринимателя.

Соответственно, не имеется правовых оснований для взыскания компенсации по ст.1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного правовые основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Госпошлина подлежит отнесению на истца (ст. 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении ходатайства индивидуального предпринимателя ФИО1, Республика Башкортостан, Уфимский район, с. Нурлино (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) об истребовании доказательств отказать.

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.

Судья                                                                                                          Н.В. Панюхина