﻿56/2019-41079(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции 

Ф06-29750/2018

Дело № А65-1813/2017

г. Казань

16 сентября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2019 года.  

Полный текст постановления изготовлен 16 сентября 2019 года.  Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  

председательствующего судьи Коноплёвой М.В., судей Герасимовой Е.П., Самсонова В.А., при участии: Клиенкова В.И., лично, при участии представителей: 

Сергеевой Г.И. – Рахманкулова Р.М., доверенность от 22.02.2019,  Орлова А.Ю. – Бусыгиной Л.Ю., доверенность от 16.03.2019,  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных  надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Метар Инжиниринг»  

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.04.2019  (судья Маннанова А.К.) и постановление Одиннадцатого арбитражного  

апелляционного суда от 04.07.2019 (председательствующий судья  Александров А.И., судьи Садило Г.М., Серова Е.А.)  

по делу № А65-1813/2017 

по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Метар  Инжиниринг», индивидуального предпринимателя Нуруллина Искандера  Ниалевича, общества с ограниченной ответственностью Торговый дом  «Планета», конкурсного управляющего акционерным обществом  «КЗСК-Силикон» Черкасова А.А., акционерного общества «Тамбовский  завод «Комсомолец» им. Н.С. Артемова» о привлечении открытого  акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука»,  Герасимчука Станислава Анатольевича, Каримова Ильдара Ринатовича,  Орлова Александра Юрьевича, Филиппова Вадима Викторовича, Сергееву  Гульнару Ильдусовну, Даутову Евгению Валентиновну, Клиенкова  Владислава Ивановича к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника в размере требований, включенных в реестр кредиторов  должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного  общества «КЗСК-Силикон» (ИНН 1659105102, ОГРН 1101690049031),  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан  от 22.06.2017 признано обоснованным заявление общества с ограниченной  ответственностью «Метар Инжиниринг» (далее – общество «Метар  Инжиниринг») и в отношении акционерного общества «КЗСК-Силикон»  (далее – должник) введена процедура банкротства – наблюдение,  временным управляющим утвержден Олин Сергей Иванович.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.01.2018 в  отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение  обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на  временного управляющего Олина С.И.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан  от 22.02.2018 конкурсным управляющим должником утвержден Черкасов  Аркадий Анатольевич (далее – конкурсный управляющий).  

В рамках дела о банкротстве должника общество «Метар  Инжиниринг», конкурсный управляющий должником, индивидуальный  предприниматель Нуруллин Искандер Ниалевич, общество с ограниченной  ответственностью Торговый дом «Планета», акционерное общество  «Тамбовский завод «Комсомолец» им. Н.С. Артемова» обратились  с заявлениями о привлечении открытого акционерного общества  «Казанский завод синтетического каучука» (далее – общество «КЗСК»),  Герасимчука Станислава Анатольевича, Каримова Ильдара Ринатовича,  Орлова Александра Юрьевича, Филиппова Вадима Викторовича, Сергееву  Гульнару Ильдусовну, Даутову Евгению Валентиновну, Клиенкова  Владислава Ивановича к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника в размере требований, включенных в реестр кредиторов  должника.  

К участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  Федеральное агентство по управлению государственным имуществом,  Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по  управлению государственным имуществом в Республике Татарстан и  Ульяновской области, Министерство промышленности и торговли  Российской Федерации (далее – Минпромторг).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан  от 30.04.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого  арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019, в удовлетворении  заявленных требований отказано.  

В кассационной жалобе общество «Метар Инжиниринг» просит  принятые судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое  рассмотрение в суд первой инстанции, мотивируя несоответствием  

выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным  доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что банкротство должника  возникло после изменения экономической ситуации из-за действий  контролирующих должника лиц, которые должны были совершить  действия в целях восстановления финансирования проекта должника и  завершения строительства.  

Проверив законность принятых по обособленному спору судебных  актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции  оснований для их отмены не находит.  

Как установлено судами, должник создан в качестве юридического  лица 02.09.2012 с целью реализации инвестиционного проекта  строительства завода по производству кремнийорганических материалов.  Проект предполагал восстановление в Российской Федерации  промышленного производства силиконов гражданского и специального  назначения путем создания высокотехнологичного комплексного  производства кремнийорганической продукции.  

Должник в соответствии с Федеральной целевой программой № 2,  утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации  от 11.09.2008 № 658-25, реализовывал инвестиционный проект  «Строительство отдельного промышленного производства  метилхлорсиланов» Республика Татарстан, г. Казань» (далее – Проект).  

Акционерами должника являются общество «КЗСК» (51,05 % акций)  и Российская Федерация в лице Федерального агентства по управлению  государственным имуществом (48,95 % акций).  

Финансирование инвестиционного проекта по строительству  вышеуказанного объекта планировалось за счет следующих средств:  

- кредитная линия ГК «Внешэкономбанк» – 6,4 млрд.руб. (40,26 %  от стоимости проекта);  

- средства акционеров – 1,71 млрд. руб. (10,77%); 

- кредиты коммерческих банков – 0,45 млрд.руб. (2,83%); 

 - собственные источники финансирования – 0,567 млрд. руб. (3,6%).  

В рамках реализации указанного Проекта в 2012 году между  Федеральным агентством по управлению государственным имуществом,  Минпромторгом и обществом «КЗСК-Силикон» были заключены  договоры от 28.09.2012 № 01-15/608дсп/912/АО, от 27.09.2013  

 № 01-09/404дсп/12/АО и от 29.12.2014 № 01-08/526дсп/13.03 об участии  Российской Федерации в собственности субъекта инвестиций.  

В соответствии с пунктами 3.1 договоров Российская Федерация  предоставляла должнику бюджетные инвестиции на осуществление работ  по объекту капитального строительства «Строительство отдельного  промышленного производства метилхлорсиланов». На основании  пунктов 2.3 договоров Минпромторг перечислил должнику средства  федерального бюджета в следующих размерах: 2012 год –  548 500 тыс.руб.; 2013 год – 275 000 тыс.руб.; 2014 год – 14 250 тыс. руб.  

Кроме того, в 2014 году ГК «Внешэкономбанк» было принято  решение о финансировании инвестиционного проекта строительства  завода по выпуску метилхлорсиланов в размере 7,8 млрд.руб.  

Между ГК «Внешэкономбанк» и должником было заключено  кредитное соглашение от 18.06.2014 № 110100/1441, в рамках которого  был представлен кредит на сумму 3,4 млрд.руб.  

В феврале 2016 года финансирование ГК «Внешэкономбанк»  приостановлено.  

Общий объем кредитных средств, направленных на реализацию  Проекта, составил 3 892 000 000 руб., (из них кредитные средства  ГК «Внешэкономбанк» в размере 3 419 000 000 руб., кредитные средства  АКБ «Спурт» (ПАО) – 474 000 000 руб.). С учетом вложений акционеров,  сумма инвестирования в Проект составила более 6,1 млрд. руб.  (материальных и финансовых активов).  

Требования заявителей о привлечении учредителя, генерального  директора и членов совета директоров должника к субсидиарной  ответственности основаны на положениях статьи 61.11 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве) и мотивированы тем, что кредитное  соглашение с ГК «Внешэкономбанк» являлось основным источником  финансирования должника, а бездействие со стороны контролирующих  должника лиц в момент, когда было приостановлено финансирование,  привело к невозможности исполнять обязательства. С февраля 2016 года  до начала процедуры банкротства (более года) контролирующими  должника лицами не предпринимались необходимые действия для  возобновления финансирования. По мнению заявителей жалоб, ответчики  на этапе увеличения сметной стоимости проекта изначально не  согласовали вопрос финансирования с ГК «Внешэкономбанк» (основной  источник финансирования), а действия совета директоров и генерального  директора по утверждению годового отчета и плана расходов на  следующий год, при наличии необходимости увеличения сметной  стоимости Проекта, в отсутствие согласия ГК «Внешэкономбанк» на  финансирование, привели к созданию условий для прекращения  финансирования и невозможности должником выполнить свои  обязательства по оплате перед кредиторами.  

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на то, что  ответчики не исполнили обязанность по подаче в суд заявления о  признании должника банкротом.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, судебные  инстанции правомерно исходили из следующего.  

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является  разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально- правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности  применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий  

(возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их  привлечения к ответственности).  

Как следует из материалов дела, обстоятельства, которые указаны  заявителями жалоб в качестве оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности, имели место в 2014-2016 годах.  

Таким образом, настоящий спор подлежал рассмотрению  с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10  Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013   № 134-ФЗ, и с применением норм процессуального права,  предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ,  поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности  подано после 01.07.2017.  

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в действующей редакции  аналогичные нормы содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11  Закона о банкротстве) предусмотрено, что если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник  признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или)  бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из  обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица  либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника,  включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального  закона.  

Применение данной материально-правовой нормы в настоящем  споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями,  содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  

привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), в той их части,  которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве  в приведенной выше редакции.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума   № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности является исключительным механизмом восстановления  нарушенных прав кредиторов.  

При его применении судам необходимо учитывать как сущность  конструкции юридического лица, предполагающей имущественную  обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса  Российской Федерации, далее – ГК РФ), его самостоятельную  ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций,  учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав  органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии  (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда  независимым участникам оборота посредством недобросовестного  использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).  

Согласно пункту 16 постановления Пленума № 53 под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве)  следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим  объективным банкротством.  

Однако в соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о  банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или)  

бездействия которого невозможно полностью погасить требования  кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его  вина в невозможности полного погашения требований кредиторов  отсутствует.  

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям  гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника,  его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права  кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для  предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.  

Согласно пункту 18 постановления Пленума № 53 контролирующее  должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие  негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы  обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и  законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего  всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, второй абзац пункта 10  статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к  субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового  решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его  применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из  существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.  

В соответствии с пунктом 19 постановления Пленума № 53  доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной  ответственности, в том числе при опровержении установленных законом  презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее  лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно  внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой,  

финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения  бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).  

Ввиду того, что ответственность контролирующих лиц и  руководителя должника является гражданско-правовой, возложение  обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по  правилам, предусмотренным статьей 15 ГК РФ, следовательно, для  привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности  необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего  наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда,  причинно-следственную связь между противоправным поведением  причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства,  на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).  

В спорном случае судами было установлено, что изначально  проектно-сметная документация завода, разработанная  ПИ «Союзхимпромпроект» ФФГБОУ ВПО КНИТУ, прошла  государственную экспертизу в ФАУ «Главгосэкспертиза России», в том  числе в части проверки достоверности определения сметной стоимости  объекта. Наличие, полнота и достаточность проектно-сметной  документации также была подтверждена результатами финансово- технической экспертизы, выполненной «ВЭБ-Инжиниринг». Сметный  расчет составлен в базисном уровне цен 2001 года с последующим  перерасчетом в текущий уровень цен по индексам изменений сметной  стоимости согласно положениям, утвержденным нормативными  документами. Сметные расчеты выполнены в сметно-нормативной базе  ценообразования по сборникам территориальных единичных расценок,  сборникам сметных цен на материалы, изделия и конструкции для  Республики Татарстан. Отсутствующие в сборниках позиции приняты по  прайс-листам и коммерческим предложениям в текущем уровне цен.  

Для построения финансовой модели и бюджета Проекта сметная  стоимость по состоянию на 2014 год и позднее корректировались с учетом  прогнозных показателей инфляции и индексов роста цен.  

Фактически при построении бюджета Проекта в 2014 году были  использованы следующие показатели для индексации: 2013 г. – 6,8%,  2014 г. – 6,5%, 2015 г. – 6,3%, 2016 г. – 6,1%. Обоснованность сметной  стоимости Проекта до 2016 года была также подтверждена результатами  финансово-технической экспертизы, выполненной ООО «ВЭБ- Инжиниринг».  

Кроме того, обоснованность и реалистичность бизнес-плана и  параметров Проекта до 2016 года была также подтверждена  маркетинговыми исследованиями в 2012, 2013 годах рынков  кремнийорганической продукции в России, странах СНГ и ЕС.  

Судами приняты во внимание пояснения руководителя, из которых  следует, что на момент заключения кредитного соглашения  с ГК «Внешэкономбанк» была завершена стадия проектирования –  подготовка проектной документации. После открытия кредитной линии  была начата разработка рабочей документации. При этом, на стадии  подготовки проектной документации определяются только основные  параметры объекта, влияющие на промышленную, экологическую  безопасность, не позволяющие точно определить капитальные вложения.  

На стадии подготовки рабочей документации происходило  определение конкретных поставщиков оборудования, в соответствии  с положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ  «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для  обеспечения государственных и муниципальных нужд».  

С середины 2014 года в связи с девальвацией национальной валюты  по отношению к мировым валютам, усилением инфляции, произошло  удорожание материалов и оборудования, в частности импортного, что  также привело к увеличению стоимости реализации Проекта. При этом,  

приобретаемой в рамках Проекта импортное оборудование относится к  промышленной продукции, не имеющей аналогов, производимых в  Российской Федерации.  

Таким образом, были внесены изменения в проектную  документацию, результатом которых стало увеличение капитальных затрат  с 6,7 млрд. руб. до 13,7 млрд. руб., по причине изменения технологии  производства, увеличения объема дополнительных работ, закупок  импортного оборудования, а также индексации капитальных затрат.  

После корректировки проектной документации письмом  от 07.09.2015 и завершения проектирования, возникла необходимость  внесения изменений в Федеральную целевую программу, в связи с чем  было принято решение о проведении повторной Государственной  экспертизы (протокол Совета директоров от 30.09.2015 № 9-2015).  Определена предельная сметная стоимость проекта в размере 14 млрд.руб.  

Для подтверждения достоверности определения и увеличения  сметной стоимости объектов капитального строительства по Проекту в  конце 2015 года была проведена Государственная экспертиза  откорректированной (по результатам разработки рабочей документации)  проектной документации и экспертиза по «Достоверности определения  сметной стоимости объекта капитального строительства». Получены  положительные заключения ФАУ «Главгосэкспертиза» на сумму  13 655 525 000 руб. При этом мощности производства и номенклатура  выпускаемой продукции были сохранены в полном объёме в соответствии  с заданием ФЦП № 2.  

Для подтверждения объемов рынка и цен на продукцию должник  проводил маркетинговые исследования рынка кремнийорганической  продукции. Было подготовлено три исследования рынка, последнее из  которых было проведено в августе 2016 года. Маркетинговое исследование  подтвердило объем мирового рынка на уровне 5 млн.тонн  кремнийорганической продукции в пересчете на метилхлорсиланы, при  

этом рынок Российской Федерации оценивался на уровне 50 тыс.тонн  в пересчете на метилхлорсиланы. Среднегодовой темп роста мирового  рынка кремнийорганической продукции на 2016-2027 гг. прогнозировался  на уровне 1,5-3,5%, прогноз по рынку Российской Федерации – рост на  уровне 5,5% в год. Минпромторг подтвердил оценку российского рынка в  соответствии с прогнозами должника.  

С февраля 2016 года ГК «Внешэкономбанк» приостановил  финансирование Проекта.  

ГК «Внешэкономбанк» проводился анализ обоснованности  увеличения стоимости Проекта, окупаемости проекта для определения  возможности его дальнейшего финансирования Банком, дополнительных  источников его финансирования.  

Согласно заключению от 11.04.2016 № 341 надзорной компании  ВЭБ-Инжиниринг, которая осуществляла финансово-технический надзор  за проектом, необоснованного внесения изменений в проектную  документацию, повлиявших на увеличение сметной стоимости  строительства, не выявлено.  

С целью дополнительной проверки технической и финансовой  обоснованности увеличения стоимости Проекта, ГК «Внешэкономбанк»  была инициирована дополнительная независимая специализированная  экспертиза. Объективность и достоверность увеличения сметной  стоимости строительства были подтверждены результатами  дополнительной финансово-технической экспертизы, назначенной  ГК «Внешэкономбанк», выполненной ООО «НИОСТ».  

Объективное удорожание стоимости инвестиционного Проекта в два  раза по сравнению с первоначальной, привело к невозможности  достижения реализации проекта в установленный срок при  предоставлении финансирования в предусмотренном кредитным  соглашением объеме.  

Таким образом, для завершения строительства необходимо было  дополнительное финансирование на сумму удорожания.  

Срок возврата кредитных средств, установленный кредитным  соглашением, был обусловлен строительством проекта, введением его в  эксплуатацию, реализацией продукции, в связи с чем должник должен был  начать исполнять обязательства по возврату кредита после начала  производства, реализации продукции и получения чистой прибыли.  

Однако, невозможность реализации проекта в установленный срок  без привлечения дополнительного финансирования, явилось для  ГК «Внешэкономбанк» обстоятельством, очевидно свидетельствующим о  том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в  установленный кредитным соглашением срок.  

В связи с этим ГК «Внешэкономбанк» воспользовался правом,  предусмотренном статьей 821 ГК РФ на отказ в предоставлении должнику  кредитных средств.  

После установления достоверности удорожания сметной стоимости,  ГК «Внешэкономбанк» требовал определения стратегического инвестора  на сумму удорожания для завершения строительства завода как гарантии  завершения строительства и возврата кредита.  

Из представленных в материалы дела протоколов заседания совета  директоров должника усматривается, что представитель  ГК «Внешэкономбанк» указывал на то, что бюджет на 2016 год не  учитывает необходимость увеличения сметной стоимости Проекта, при  этом, отсутствует источник финансирования, и ГК «Внешэкономбанк» не  готов к увеличению финансирования.  

Таким образом, увеличение финансирования ГК «Внешэкономбанк»  по кредитному соглашению, с учетом внесения изменений в проектную  документацию, и как следствие в бюджет Проекта, не отвергалось  ГК «Внешэкономбанк» в случае признания обоснованным увеличения  сметной стоимости и привлечению инвестора.  

При таких обстоятельствах сложилась ситуация, при которой  реализация проекта объективно невозможна была без привлечения  дополнительного финансирования.  

Отклоняя довод заявителей жалоб о том, что контролирующие  должника лица должны были предпринять действия, направленные на  получение остатка финансирования по кредитному соглашению уже после  того, как им стало известно о невозможности достижения цели проекта,  а следовательно, и о невозможности возвратить денежные средства по  кредитному соглашению и исполнить обязательство перед другими  кредиторами, судебные инстанции пришли к выводу о том, что в случае  совершения контролирующими должника лицами действий, направленных  на получение остатка финансирования по кредитному соглашению, они не  привели бы к реализации проекта по строительству завода,  восстановлению платежеспособности должника, полному погашению  требований кредиторов, а только существенно увеличили бы  кредиторскую задолженность должника перед ГК «Внешэкономбанк».  

При этом судами принято во внимание, что возможность за счет  оставшейся части финансирования по кредитному соглашению оплатить  существующую задолженность кредиторов должника не предусмотрена  условиями кредитного соглашения, не отвечает его целям.  

Как правильно указано судами, утверждение новой сметной  стоимости членами совета директоров, которое, по мнению заявителей,  в конечном счете привело к банкротству должника, является лишь  установлением факта изменения стоимости, так как целесообразность,  необходимость и обоснованность новой сметной стоимости капитального  строительства на заседании совета директоров 09.02.2016 было  подтверждено экспертизами и заключениями.  

Также судами принято во внимание, что увеличение сметной  стоимости Проекта произошло не в связи с неправомерными действиями  ответчиков, а по объективным причинам, в том, числе, ростом курса  

иностранных валют, повлекшего за собой увеличение стоимости проекта,  расходов на закупку импортного оборудования, не имеющего российского  аналога, что подтверждено проведенными заключениями экспертов.  С момента прекращения финансирования должник вел активную работу по  привлечению дополнительных и альтернативных источников  финансирования Проекта с ведущими федеральными и региональными  банками, лизинговыми компаниями, инвестиционными фондами и  финансовыми институтами.  

Кроме того, должник письмом от 21.04.2016 № 980 обращался  к ГК «Внешэкономбанк» с целью предоставления кредита на  урегулирование ситуации с просроченной кредиторской задолженности,  возникшей в связи с приостановкой финансирования. Обсуждались  мероприятия, необходимые для возобновления финансирования Проекта  со стороны ГК «Внешэкономбанк», выделения финансирования в размере  300-350 млн.руб. по критической кредиторской задолженности должника.  Должник вел активную работу по привлечению дополнительных и  альтернативных источников финансирования Проекта. С 2015 года до  открытия конкурсного производства сложная финансовая ситуация  строящегося завода была предметом обсуждения на многих совещаниях в  министерствах, руководством должника была проведена работа,  направленная на поиск инвестора, что исключало возможность обращения  руководителя в суд с заявлением о банкротстве завода.  

Судами также учтено, что рассмотрение результатов процедуры  наблюдения в отношении должника неоднократно откладывалось в связи с  сохранением возможности проведения оздоровительных процедур.  С учетом специфики деятельности должника контролирующие должника  лица активно осуществляли мероприятия, направленные на финансовую  стабильность, поиск инверторов и возобновление финансирования,  реализация которых позволила бы погасить кредиторскую задолженность.  

Представленными в материалы дела доказательствами  подтверждается тот факт, что руководство должника предпринимало все  зависящие от него меры, направленные на возобновление финансирования,  поиск новых инвесторов, завершение строительства завода, а также на  сохранение трудового коллектива предприятия в целях преодоления  кризисной ситуации и соответственно у руководителей должника,  действовавших с должной степенью разумности, добросовестности и  осмотрительности, в рамках стандартной управленческой практики,  учитывая масштаб деятельности должника, были основания полагать, что  временные финансовые трудности не свидетельствуют об объективном  банкротстве и могут быть преодолены в разумный срок.  

Наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника со ссылкой на положения  статьи 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий связывает с  неисполнением ответчиками, как лицами, контролирующими должника,  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд при  наличии признаков банкротства.  

Обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о  банкротстве должника в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о  банкротстве в действовавшей в спорный период редакции в случае  наступления перечисленных в данном пункте обстоятельств возлагалась на  руководителя должника.  

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в  арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9  Закона о банкротстве, в соответствии с пунктом 2 статьи 10 названного  Закона в этой же редакции являлось основанием для привлечения  руководителя должника к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника, возникшим после истечения срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, обязанность  руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в  момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в  сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики,  учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно  определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1  статьи 9 Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе  возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств,  названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о  банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве  (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости  чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить  требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и  руководитель несмотря на временные финансовые затруднения  добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил  максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя  экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом  общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе  предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от  субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана  являлось разумным.  

Судами учтено, что должник был создан с целью реализации  инвестиционного проекта строительства завода, и финансирование  должника как инвестиционного проекта по строительству завода  осуществлялось за счет привлеченных средств. На данном этапе должник  не осуществлял хозяйственную деятельность, приносящую прибыль,  а активом должника являлся только сам объект незавершенного  строительства (завод), строящийся на средства привлеченных инвестиций.  

В связи с этим изначальное существование должника только на  привлеченные средства свидетельствует о том, что должник постоянно  имеют просроченную задолженность.  

Таким образом, как правильно указали суды, сам по себе признак  недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед  поставщиками и подрядчиками за определенный период времени не могут  свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника  подать заявление о признании его несостоятельным (банкротом).  

Кроме того, действия руководителя на этапе высокой степени  завершения строительства по поиску инвесторов, возобновления  финансирования проекта, с целью выполнения Федеральной целевой  программы по реализации инвестиционного проекта, исключало  возможность руководителя обратиться в суд с заявлением о признании  должника банкротом.  

Доказательств того, что инициирование руководством должника  процедуры банкротства должника могло бы привести к уменьшению  задолженности перед поставщиками и подрядчиками, что позволило бы  исключить возникновение задолженности в указанных заявителем суммах,  заявителем не представлено.  

При этом судами правильно отмечено, что субъектом  ответственности по основанию неподачи заявления о банкротстве  должника в суд в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве  в редакции, действовавшей на момент возникновения оснований для  обращения должника с заявлением о банкротстве, признавался  руководитель должника.  

Положений, предусматривающих возможность привлечения  указанных в заявлении лиц к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника в случае несовершения названных действий,  Закон о банкротстве в прежней редакции не содержал.  

Пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающий  обязанность собрания участников принять решение об обращении в  арбитражный суд с заявлением должника при неисполнении такой  обязанности руководителем введен в действие только Федеральным  законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

При таких обстоятельствах суды двух инстанций правомерно не  усмотрели оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  контролирующих лиц должника по приведенным в кассационной жалобе  доводам.  

Установленные судами фактические обстоятельства и сделанные на  их основе выводы соответствуют материалам дела, им не противоречат.  

Доводы заявителя кассационной жалобы выводов судов не  опровергают, по существу направлены на переоценку доказательств и  установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были  установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с  результатами указанной оценкой суда, что не входит в круг полномочий  арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286,  287 АПК РФ.  

Суд кассационной инстанции оснований для отмены судебных актов  не находит. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу  части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены  судебных актов, не установлено.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1  статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан  от 30.04.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда от 04.07.2019 по делу № А65-1813/2017 оставить без  изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и  может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья М.В. Коноплёва  

Судьи Е.П. Герасимова  

 В.А. Самсонов