ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-22984/2019

г. Вологда

21 января 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2025 года.

В полном объёме постановление изготовлено 21 января 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания Вирячевой Е.Е., 

при участии от:

ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 01.02.2023,

ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 23.12.2024,

от финансового управляющего ФИО3 ФИО5 представителя ФИО6 по доверенности от 30.04.2024,

от ФИО7 представителя ФИО8 по доверенности от 04.12.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Созоновского Алексея Анатольевича и Коробейникова Эдуарда Владимировича на определение Арбитражного суда Вологодской области от 21 сентября 2024 года по делу № А13-22984/2019,

у с т а н о в и л:

ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; место рождения – город Великий Устюг Вологодской области; адрес регистрации: 162390, 

<

...>; ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>; далее – Должник) обратился 13.12.2019 в Арбитражный суд Вологодской области (далее – суд) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определениями суда от 03.02.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением суда от 21.04.2020 (резолютивная часть от 20.04.2020) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом ФИО13 утвержден ФИО5 (ИНН 

<

***>; адрес для корреспонденции: 160000, Вологодская область, город Вологда, а/я 118).

Финансовый управляющий обратился 03.08.2020 в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Должнику и ФИО9 о признании недействительными как цепочки сделок следующих договоров:

договора купли-продажи от 16.08.2018, заключенного Должником и ФИО9 (далее – Договор 1);

договора купли-продажи от 26.11.2019, заключенного ФИО9 и ФИО1 (далее – Договор 2);

применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ФИО13 индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: Вологодская область, город Великий Устюг, 

<

...>, общей площадью 645 кв. м, количество этажей два (далее – Жилой дом), и земельного участка, расположенного по адресу: Вологодская область, город Великий Устюг, 

<

...>, общей площадью 869 кв. м, категория земель – земли населенных пунктов (далее – Земельный участок; при совместном упоминании – Имущество).

В настоящем обособленном споре участвуют:

в качестве созаявителя – ФИО7 Павлович;

в качестве ответчиков – ФИО1 и финансовый управляющий имуществом ФИО9 ФИО15 Николаевна;

в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Вологодской области, ФИО10.

Определением суда от 21.09.2024 признана недействительной сделка, оформленная договорами купли-продажи от 16.08.2018, от 26.11.2019, применены последствия ее недействительности в виде возврата в состав конкурсной массы ФИО13 Жилого дома и Земельного участка. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Должник с этим определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. В обоснование жалобы ссылается на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

ФИО1 также не согласился с определением суда и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить. 

В обоснование своей позиции ссылается на то, что не согласен с выводом суда о том, что на момент совершения рассматриваемых сделок у ФИО13 имелись признаки неплатежеспособности.

Имевшиеся у ФИО13 на момент заключения Договора 1 задолженности перед кредиторами не носили характер просроченных. В 2018 году Должник не прекращал расчетов. Согласно справке банка в течение 2018 года размер зачислений на счет ФИО13 составил 5 679 265,07 руб. Проведение работ Должником по замене поврежденных конструкций и усилению фундамента Жилого дома, предусмотренное архитектурным решением от 2012 года, не подтверждено. 

До заключения Договора 1 ФИО9 совместно с инженером составлен акт оценки технического состояния рассматриваемого Жилого дома, в котором содержится его описание и техническое состояние на 27.04.2018. 

Именно в таком состоянии ФИО9 приобрел 16.08.2018 Имущество по Договору 1. После приобретения Жилого дома ФИО9 обнаружил, что дом подвергался подтоплению паводковыми водами и поэтому решил его продать. 

При заключении Договора 2 с ФИО9 он принял обычные меры для проверки юридической чистоты сделки, действовал осмотрительно и разумно в пределах стандартного поведения добросовестного покупателя в аналогичной обстановке, убедительных поводов для более глубокой проверки не имелось. 

После совершения сделки он эксплуатирует приобретенное Имущество по назначению как Жилой дом, вносит коммунальные, эксплуатационные платежи и уплачивает соответствующие налоги, мер к продаже Имущества не принимал. 

Также ФИО1 не согласен с выводом суда о том, что в реализации проекта к инвестированию «Гостевой комплекс «Добрынюшка», в том числе после заключения Договоров, задействованы Должник, ФИО11, ФИО12, ФИО3

Эти выводы не соответствуют действительности и надлежаще не подтверждены. Само название этого документа говорит о планируемой бизнес-идее, а не о готовом рабочем бизнесе. 

ФИО9 не является заинтересованным лицом по отношению к Должнику. В свою очередь Договор 2 заключен ФИО9 и ФИО1, то есть с лицом, не являющимся Должником, поэтому не мог повлечь и не повлек уменьшения конкурсной массы ФИО13. 

Вывод суда о том, что заключение Договора 2 возможно вызвано возникновением признаков несостоятельности у ФИО9, является предположением. В период совершения Договора 2 ФИО9 не обладал признаками неплатежеспособности. Срок владения Имуществом ФИО9 составил год и три месяца, ФИО1 владеет Имуществом более четырех лет (с 26.11.2019). Срок владения Имуществом ФИО9 незначительным не является и не мог повлечь вывод суда о том, что Договор 1 и Договор 2 образуют цепочку сделок, направленную на вывод Имущества ФИО13. 

Факт образования ФИО1 с Должником группы лиц (ФИО1 является мужем родной сестры ФИО13) не свидетельствует об осведомленности ФИО1 о наличии и/или сохранении цели ФИО13 причинить вред имущественным правам кредиторов и не подтверждает факт осуществления Должником пользования и (или) владения Имуществом. Напротив, ФИО1 приобретал Жилой дом для проживания со своей семьей, а в дальнейшем принял решение использовать дом для деревенского туризма. В этих целях он провел ряд работ, добросовестно и открыто эксплуатирует Имущество по настоящее время. Расчет по Договору 2 ФИО1 осуществлен полностью. В пункте 2.3 Договора 2 содержится условие, что оплата производится в момент подписания Договора. Договор 1 и Договор 2 самостоятельны, не имели цели вывода Имущества ФИО13 и причинения вреда правам кредиторов. Материалы дела не содержат доказательств, опровергающих приобретение Имущества по Договору 1 и Договору 2 по рыночной стоимости.

В судебном заседании представители ФИО13 и ФИО1 апелляционные жалобы поддержали по изложенным в них основаниям.

Финансовый управляющий ФИО5 и ФИО7 в отзывах и их представители в судебном заседании просят определение суда оставить без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав мнение явившихся сторон, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Должник по договору купли-продажи от 15.09.2011 приобрел в собственность рассматриваемое Имущество стоимостью 950 000 руб., в том числе 250 000 руб. – нежилое помещение (в последующем – Жилой дом), 700 000 руб. – Земельный участок.

По Договору 1 от 16.08.2018 Должник продал данное Имущество ФИО9 по цене 430 000 руб., в том числе 300 000 руб. – Жилой дом, 130 000 руб. – Земельный участок.

Затем по Договору 2 от 26.11.2019 ФИО9 продал данное Имущество ФИО1 по цене 1 050 000 руб., в том числе 910 000 руб. – Жилой дом, 140 000 руб. – Земельный участок.

Финансовый управляющий ФИО5, полагая данные Договоры 1 и 2 недействительными, обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции правомерно удовлетворил данное заявление.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами IVII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае Договор 1 заключен 16.08.20218, а Договор 2 – 26.11.2019, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО13 возбуждено 03.02.2020. 

В связи с этим суд первой инстанции, с учетом пункта 9 Постановления ВАС РФ № 63, пришел к верному выводу о том, что в предмет настоящего обособленного спора входит проверка названных Договоров на соответствие требованиям пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, тем более что эти Договоры оспариваются в качестве цепочки сделок с единым умыслом, направленным на вывод ликвидного имущества ФИО13.

Данное заключение сделано судом в соответствии с разъяснениями абзаца третьего пункта 86, абзаца первого пункта 87, абзаца первого пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», о том, что притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок, что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

При этом признание недействительной одной сделки из цепочки сделок не препятствует рассмотрению по существу требования о квалификации всей цепочки сделок как притворной и выявлению действительно совершенной (прикрываемой) сделки (определения Верховного Суда РФ от 02.07.2020 № 307-ЭС18598(3), от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6), от 11.10.2022 № 307ЭС22-6119.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку, то есть ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

В данном случае, как установлено судом первой инстанции, личность ФИО9 использована в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), тогда как в действительности совершена одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к ФИО1 (мужу родной сестры ФИО13).

В данном случае вывод суда о том, что спорные договоры являются цепочкой взаимосвязанных сделок сделан на том основании, что ФИО9 фактически аффилирован с Должником, а ФИО1 является мужем родной сестры ФИО13.

При этом, доводы жалоб об обратном отклоняются апелляционным судом.

По общему правилу бремя доказывания недействительности оспариваемых сделок лежит на лице, оспаривающем данные сделки.

Возложение на другую сторону сделки бремени опровержения возможно в случае представления заявителем обоснованных сомнений относительно ее действительности, в частности, со ссылкой на аффилированность сторон, отсутствие экономической целесообразности совершения оспариваемой сделки и т.д.

Иной подход привел бы к неравенству прав и возможностей участников спора.

В рассматриваемом случае Должник заинтересован по отношению к ФИО1 и косвенно заинтересован с ФИО9 

Данный вывод суда обусловлен наличием партнёрских отношений в рамках Проекта гостевого комплекса «Добрынюшка» до заключения Договора 1.

В частности, спорное имущество предполагалось для использования и использовалось в коммерческих целях (Проект), что подтверждается рекламными материалами, представленными в материалы дела (л.д. 5, 9-36, том 27), сведениями Администрации Великоустюгского муниципального округа Вологодской области (далее – Администрация) об использовании в 2018 году Проекта, как объектов развлечения, предоставляющего услуги по проведению интерактивных и игровых программ на территории усадьбы в исполнении сказочного персонажа (л.д. 81, том 24).

Соответствующие данные внесены Администрацией в отчёт о развитии сферы туризма на основании устной информации, полученной от директора общества с ограниченной ответственностью «Калейдоскоп путешествий», ФИО3, а также сообщества в социальной сети ВКонтакте https:/vk.com/comdobrinuska?from=search (л.д. 79-80, 102-103 том 26).

ФИО9 являлся помощником по хозяйственной части автора Проекта – ФИО3 

ФИО9 подписал акт оценки технического состояния Жилого дома от 27.04.2018, то есть задолго до заключения Договора 1. 

Затем ФИО9 обратился 03.10.2018 с заявлением о внесении изменений разрешенного использования земельного участка с обслуживания столовой на гостиницу и центр обслуживания туристов. 

В реализации Проекта, в том числе после заключения Договоров, задействованы Должник, ФИО11, являющаяся матерью ребенка ФИО13, ФИО12 (дочь ФИО13), а также ФИО14 (мать ФИО13). 

ФИО1 является мужем родной сестры ФИО13.

Таким образом, к ответчикам, как к аффилированным лицам, подлежит применению повышенный стандарт доказывания, исключающий сомнения в достоверности представленных доказательств и доводов.

По состоянию на дату заключения спорных Договоров Имущество использовалось в качестве гостиницы.

Так, согласно акту проверки состояния прибора учета электроэнергии от 26.06.2019 по адресу Жилого дома располагается гостиничный комплекс.

С учетом изложенного доводы жалобы ФИО1 об обратном отклоняются апелляционной коллегией.

Доводы жалоб об отсутствии признаков неплатежеспособности ФИО13 на дату заключения оспариваемых Договоров, отклоняются. ФИО1 указывает, что имевшиеся у ФИО13 на момент заключения Договора 1 задолженности перед кредиторами не носили характер просроченных. В 2018 году Должник не прекращал расчетов. Согласно справке банка в течение 2018 года размер зачислений на счет ФИО13 составил 5 679 265 руб. 07 коп.

Вместе с тем сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924).

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

Как указал суд первой инстанции, в реестр требований кредиторов ФИО13 включены требования:

Федеральной налоговой службы в лице Управления ФНС России по Вологодской области в размере 41 179,76 руб. (определение суда от 22.07.2020), в том числе налог на имущество физических лиц за 2017–2019 годы, транспортный налог за 2017 год, земельный налог за 2017–2018 годы;

публичного акционерного общества «МТС Банк» в размере 4 785,46 руб. (определение суда от 08.09.2020) по кредитному договору от 31.07.2018 № МТССЗФ127676/810/18;

публичного акционерного общества «Совкомбанк» в размере 438 230,17 руб. (определение суда от 08.09.2020) по кредитному договору от 17.04.2017 № 1162037815;

публичного акционерного общества «Сбербанк России» в размере 3 047 476,57 руб. (определение суда от 16.09.2020) по кредитному договору от 15.09.2017 № 174769;

ФИО7 в размере 7 429 943,39 руб. (определение от 08.06.2022) по договорам займа от 22.11.2017 и 26.01.2018.

Период образования названной задолженности во взаимосвязи с имущественным положением ФИО13 свидетельствуют о наличии признаков неплатежеспособности у ФИО13 на дату заключения Договоров.

Презумпция неплатежеспособности, установленная абзацем тридцать четвертым пункта 1 статьи 2 Закона о банкротстве, апеллянтами не опровергнута.

ФИО1 и ФИО3 полагают, что Договоры 1 и 2 самостоятельны, не имели цели вывода Имущества ФИО13 и причинения вреда правам его кредиторов. Считают, что не имеется доказательств, опровергающих приобретение Имущества по Договорам 1 и 2 по рыночной стоимости.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления ВАС РФ № 63 согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеются одновременно два следующих условия:

на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о несоразмерности стоимости Имущества.

Так, цена продажи Должником Имущества по Договору 1 более чем в два раза ниже цены его приобретения Должником, в том числе стоимость Земельного участка определена почти в шесть раз ниже стоимости приобретения.

При этом в период с даты приобретения Имущества Должником до даты его отчуждения по Договору 1 произведена реконструкция Жилого дома, требующая значительных материальных вложений. Экономическая целесообразность заключения Договора 1 на указанных условиях при наличии у ФИО13 признаков неплатежеспособности не раскрыта.

Цена по Договору 2 соотносима со стоимостью приобретения Имущества Должником по договору от 15.09.2011, то есть также определена без учета последующего улучшения Имущества.

Данные выводы суда являются обоснованными, сделаны на основании цен, которые указаны в оспариваемых Договорах самими их сторонами – Должником и ответчиками ФИО9 и ФИО1

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства произведения расчётов по Договору 1, а, равно, финансовой возможности произведения таких расчётов, которые неоднократно истребовались судом у ФИО9 и ФИО15

Доводы о произведении расчётов с Цехоней П.А. за счёт денежных средств, полученных от ФИО9 в связи с оплатой цены Имущества не обоснован достаточными доказательствами (л.д. 157 том 11). 

Условие пункта 2.3 Договора 2 о произведении оплаты в момент подписания договора допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждено.

Также отсутствуют сведения о наличии у ФИО1 необходимых денежных средств для оплаты по Договору 2.

С учетом изложенного, соответствующие доводы жалоб отклоняются апелляционной коллегией.

В результате заключения Договора 1 Должник лишился Имущества, за счет которого могла быть сформирована конкурсная масса, вместе с тем не утратил возможность его использования в коммерческих целях (участие в Проекте), что подтверждается доказательствами, приведенными выше (рекламные материалы, заявка на включение Проекта в качестве туристического объекта и т. д.).

Вмененные Должнику и ответчикам нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку расчеты по Договору 1 не произведены, судом первой инстанции последствия недействительности цепочки сделок применены в виде возврата спорного Имущества в конкурсную массу ФИО13.

Все иные доводы заявителей апелляционных жалоб апелляционной коллегией отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемого определения, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просят еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Вместе с тем, доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела и являются достаточным основанием для отмены или изменения обжалуемого определения суда заявителями в рассматриваемых апелляционных жалобах не представлено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 21 сентября 2024 года по делу № А13-22984/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд СевероЗападного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

С.В. Селецкая

Л.Ф. Шумилова