ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-5062/2021

г. Саратов

21 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 апреля 2022 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Лыткиной О.В.,

судей Савенковой Н.В., Телегиной Т.Н., 

при  ведении  протокола судебного заседания секретарём судебного  заседания  ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФНС России в лице Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области  на решение Арбитражного суда Саратовской  области от 21  декабря   2021 года по делу № А57-5062/2021,

по исковому заявлению ФНС России в лице Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области

к ФИО2, г. Саратов

о взыскании убыток в размере 3376321 руб. 67 коп.

третьи лица: а/у ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь»,

при участии в судебном заседании представителя ФНС России в лице Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области - ФИО4 по доверенности от 16.02.2022,

 от ответчика и третьих лиц - представители не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), ФНС России в лице Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области (далее - ФНС России, истец) к ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик), третьи лица: а/у ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь»,  о взыскании убытков в размере 3376321 руб. 67 коп.

Решением Арбитражного суда Саратовской  области от 21  декабря   2021 года по делу № А57-5062/2021 в иске отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФНС России обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что при принятии решения судом неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела,  судом не дана правовая оценка представленным истцом доказательствам: вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности противоречит материалам дела, неправильно применены ст. ст. 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Управление могло быть осведомлено о нарушении его законных прав, о наличии надлежащего ответчика и совокупности обстоятельств, свидетельствующих о наступлении гражданско-правовой ответственности, не ранее 22.10.2020. Об утрате возможности возмещения своих требований в процедуре банкротства должника Управлению не могло быть известно ранее вынесения 08.10.2018 судебного акта о прекращении процедуры банкротства в связи с отсутствием средств на ее финансирование.

Таким образом, срок исковой давности на предъявление убытков начал течь не ранее 09.10.2018. Управление обратилось в суд 16.03.2021, т.е. в пределах общего срока исковой давности.

В рамках спора о рассмотрении жалобы истца на действия ФИО2 по делу № А57-7819/2013 было установлено, что ФИО2 не проводил вовсе анализ данных сделок до принятия судом к производству жалобы истца.

Следовательно, оснований для применения п.2 ст. 199 ГК РФ не имелось.

Суд первой инстанции не согласен с расчетом размера исковых требований ФНС России, при этом в материалах дела отсутствует контррасчет с надлежащими доказательствами, опровергающими расчет истца.

Суд первой инстанции неправомерно определил текущую задолженность по основному долгу по НДФЛ в размере 1915234 руб., как задолженность, относящуюся к 3 очереди текущих платежей, вместо второй.

Доказательства того, что на дату прекращения дела о банкротстве имелась непогашенная текущая задолженность первой очереди (что препятствует погашению требований истца), отсутствуют.

Суд первой инстанции не применил п. 3.1. ст. 70 АПК РФ (правило «эстоппель»), поскольку ФИО2, ФИО3, не опровергнув отсутствие непогашенной задолженности первой очереди в рамках рассмотрения жалобы в деле № А57-7819/2013, впоследствии не вправе ссылаться на данное обстоятельство.

От ФНС России в суд поступили письменные дополнения на апелляционную жалобу, в которых налоговый орган указывает на фактическую возможность взыскания денежных средств в результате оспаривания сделок должника в конкурсную массу ООО «СаратовЭнергоСтрой» в полном объеме; считает, что саморегулируемая организация правомерно не привлечена к участию в деле; действующее законодательство не содержит запрет на использование данных кадастровой стоимости объектов недвижимости при определении их рыночной стоимости.

Представитель ФНС России в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.  

В порядке статьи 262 АПК РФ от участников судебного процесса в суд не поступили письменные возражения на  апелляционную жалобу.

Представители иных участников судебного процесса в судебное заседание не явились. О месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц.

Законность и обоснованность решения суда проверены апелляционным судом в порядке статей 268-271 АПК РФ.

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела, Федеральная налоговая служба в лице УФНС России по Саратовской области в соответствии с абзацем 8 статьи 2, пунктом 1 статьи 29 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), пунктом 4, 5.11 Положения о Федеральной налоговой службе утвержденного постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 №506 и постановлением Правительства РФ от 29.05.2004 № 257 «Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в делах о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве» является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, обеспечивающим представление в делах о банкротстве и в процедурах банкротства требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам.

Истец основывает свои исковые требования на том, что решением Арбитражного суда Саратовской области от 17.11.2014 по делу № А57-7819/2013, должник – ООО «СаратовЭнергоСтрой» (410059, г. Саратов, ул. им ФИО5, 50, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «Первая СРО АУ». Определением арбитражного суда от 08.02.2017 арбитражный управляющий ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Ассоциация «Первая СРО АУ» ликвидирована, ФИО2 в новое СРО не вступал.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 04.08.2020, оставленным в силе Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2020 и Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 27.01.2021 по делу № А57-7819/2013, жалоба уполномоченного органа на действия ФИО2 удовлетворена частично. Судом признаны незаконными действия (бездействие) ФИО2, выразившиеся в неоспаривании сделок по отчуждению помещения площадью 115,5 кв. м (КН 64:48:020623:346), помещения площадью 105 кв. м (КН 64:48:020624:291), помещения площадью 68,5 кв. м (КН 64:48:020623:375). Общая кадастровая стоимость всех объектов - 6494272,70 руб., а также признаны незаконными действия арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в нарушении норм п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве, предусматривающего порядок распределения денежных средств, вырученных от реализации предмета залога.

Срок исковой давности по требованию о признании подозрительной сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет 1 год (согласно п. 2 ст. 181 ПС РФ). Течение срока исковой давности по указанному требованию исчисляется с момента, когда внешний управляющий (или конкурсный управляющий) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных законодательством о банкротстве.

Истец считает, что поскольку арбитражный управляющий ФИО2 утвержден конкурсным управляющим должника 17.11.2014, следовательно, срок на оспаривание данных сделок истек не позднее 17.11.2015/17.12.2015.

Согласно отчетам конкурсного управляющего от 22.09.2016 и 26.12.2016 в период:

- с 01.07.2015 по 30.06.2016 ФИО2 был застрахован в ООО «Страховое общество «Помощь» ИНН 

<

***> (договор № П133037-29-15 от 01.07.2015).

- с 01.07.2016 по 30.06.2017 ФИО2 был застрахован в ООО «Страховое общество «Помощь» (договор № П148442-29-16 от 07.06.2016).

Как указывает истец, ФИО2 в рамках дела о банкротстве ООО «СаратовЭнергоСтрой» последовательно исполняло обязанности и временного, и конкурсного управляющего.

В соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 67 1. Закона о банкротстве временный управляющий обязан проводить анализ финансового состояния должника.

В соответствии с подп. д п. 6 Постановления Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367 «Об утверждении Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа» арбитражный управляющий проводит анализ финансово-хозяйственной деятельности должника не менее чем за 2-летний период, предшествующий возбуждению производства по делу о несостоятельности (банкротстве).

Так, на вопрос суда апелляционной инстанции в рамках дела № А57-2819/2013 ФИО2 пояснил, что указанные сделки в период исполнения им обязанностей временного, а в последующем конкурсного управляющего ФИО2 не анализировал. Все обстоятельства указанных трех сделок должника ему стали известны после принятия судом к производству жалобы ФНС России. Кто сейчас владеет спорным имуществом должника и имеется ли возможность виндикации спорного имущества, ФИО2 не знает.

Исследовав материалы дела, суды в рамках дела № А57-1719/2013 установили, что ФИО2 в материалы дела не представил доказательства, на основании которых им сделаны выводы о равноценности встречного исполнения обязательств по договорам об отчуждении указанного выше имущества.

Согласно выпискам, полученным из банков и имеющимся в материалах дела, денежные средства по договорам купли-продажи указанного имущества должнику не поступали.

Наличие имущества у стороны по сделке, либо переход спорного имущества к иному лицу или лицам по иным сделкам, ФИО2 не проверялось, возможность виндикации спорного имущества у его конечных приобретателей с оспариванием цепочки промежуточных сделок, включая с ликвидированным лицом, что допускает действующее законодательство (ст. 10, 170, 301 ГК РФ и т.д.) с учетом различных разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», со стороны ФИО2 также не проверялась.

Судами в ходе рассмотрения дела № А57-7819/2013 было установлено, что только один из трех объектов, отчужденных в подозрительный период был предметом договора ипотеки, заключенным между должником и ЗАО АКБ «Экспресс-волга», а именно: помещение площадью 103,7 кв. м (КН 64:48:020624:291, дата отчуждения 25.06.2012).

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства наличия неисполненного обязательства должником перед ЗАО АКБ «Экспресс-волга» и его размера по кредитному договору на дату, предшествующую заключению договора от 25.06.2012.

Определениями Арбитражного суда Саратовской области от 20.01.2020, 26.02.2020, 26.03.2020, 16.04.2020, 29.05.2020 и 30.06.2020 суд истребовал из АО «Совкомбанк» (поглотившее ЗАО АКБ «Экспресс-Волга»):

- справки о полной стоимости кредита по кредитному договору № 

<

***> от 28.11.2011, заключенному с ООО «СаратовЭнергоСтрой», выписку по ссудному счету за период с 28.11.2011 до даты закрытия такого ссудного счета;

- копии документов, подтверждающих замену сторон по обязательствам должника по договору ипотеки от 27.02.2012, заключенному между ООО «СаратовЭнергоСтрой» и ЗАО АКБ «Экспресс-волга»;

- сведения о погашении третьими лицами обязательств должника по кредитному договору № 

<

***> от 28.11.2011, заключенному между ООО «СаратовЭнергоСтрой» и ЗАО АКБ «Экспресс-волга».

На момент рассмотрения спора по делу № А57-7819/2013 в суд первой инстанции указанные документы не поступали.

Таким образом, в материалах дела № А57-7819/2013 отсутствуют доказательства, подтверждающие доводы ФИО2 о погашении третьими лицами обязательств должника по договору, заключенному ООО «СаратовЭнергоСтрой» с банком.

Как указывает истец, согласно п.3 договора купли-продажи помещения площадью 103,7 кв. м. с КН 64:48:020624:291 покупатель ООО «Трейд-плюс» обязался выплатить стоимость данного помещения в размере 2557785 руб. путем перечисления денежных средств на счет должника, а не в пользу третьих лиц в счет исполнения каких-либо его обязательств перед ними, однако согласно выпискам по расчетным счетам должника, данная сумма на расчетный счет должника от ООО «Трейд-плюс» не поступала. Из представленных в материалы дела Росреестром регистрационных дел следует, что в отношении объектов недвижимости, приобретенных ООО «Трейд-плюс» у должника, в дальнейшем были совершены цепочки последовательных сделок.

Таким образом, по мнению истца, использование ООО «Трейд-плюс» в качестве промежуточного звена в цепи взаимосвязанных сделок и его последующая ликвидация свидетельствуют о том, что целью являлось исключение возможности получения судебной защиты на стадии проведения в отношении должника процедуры банкротства и невозможности возврата выбывших прав собственности на объекты недвижимости в целях более полного удовлетворения требований кредиторов.

Исходя из изложенного, истец считает, что ликвидация ООО «Трейд-плюс» не могла являться препятствием для рассмотрения спора об оспаривании сделок. Иная трактовка закона позволит исключительно по формальным основаниям (лишь ввиду ликвидации посредника) приводить к невозможности возврата в конкурсную массу имущества и имущественных прав должника, отчужденных в преддверии его банкротства.

Кроме того, истец ссылается на то, что в отношении сделки с ФИО6. по отчуждению помещения площадью 115,5 кв. м. с кадастровым номером 64:48:020623:346 (расположенного по адресу: 

<

...> - 10, кадастровой стоимостью 2908209,15 руб., дата отчуждения 06.06.2012), ФИО2 в рамках дела №А57-7819/2013 ссылался на копию справки должника от 30.05.2012 о том, что ФИО6. была произведена оплата в полном объеме на сумму 1200000 руб., при этом оригинал данной справки суду не предъявлялся.

В нарушение ст. 65 АПК РФ ФИО2 в материалы дела также не были представлены ни оригинал приходно-кассового ордера, ни кассовая книга, ни доказательства, подтверждающие дальнейшее расходование должником якобы полученных денег от ФИО6. Кроме того, согласно данным налогового органа, задекларированный доход ФИО6. свидетельствует о том, что его финансовое положение не позволило предоставить должнику соответствующие денежные средства на сумму 1200000 руб.

Как утверждает истец, последствием нарушения ФИО2 норм Закона о банкротстве, при отсутствии у должника иного имущества или иных источников погашения задолженности явилось то, что требования уполномоченного органа остались непогашенными, следовательно, на стороне ФНС России возникли убытки в размере 3376321,67 руб.

Определением арбитражного суда от 08.10.2018 производство по делу о банкротстве ООО «СаратовЭнергоСтрой» прекращено. Вся конкурсная масса должника была реализована.

17.12.2019 ООО «СаратовЭнергоСтрой» исключено из ЕГРЮЛ.

В связи с тем, что убытки в размере 3376321,67 руб. за счет должника погашены не были, истец обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.

По смыслу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными (пункты 2 и 3 стать 129, пункт 1 стать 61.9 Закона о банкротстве).

Оспаривание сделок должника является одним из источников формирования конкурсной массы, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В соответствии с пунктом 4 статьи 24, пункта 3 статьи 25 Закона о банкротстве кредиторы должника вправе потребовать от арбитражного управляющего, осуществляющего процедуру банкротства, возмещения убытков, причиненных при исполнении обязанностей, возлагавшихся на него вышеназванным Законом.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Пунктом 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

После завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования о возмещении упомянутых убытков, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

Отказ в удовлетворении исковых требований мотивирован следующим.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусматривает одним из способов защиты гражданских прав право требования возмещения убытков.

В силу пунктов 1, 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, то вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами. 

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включившего в себя: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между двумя первыми элементами; г) вину причинителя вреда.

Согласно статье 1082 ГК РФ удовлетворяя требования о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Избранный истцом способ защиты гражданских прав предполагает доказывание им в силу части 1 статьи 65 АПК РФ совокупности следующих условий: противоправность действия (бездействия), причинная связь между действием (бездействием) и причинением вреда, а также размер убытков. Вина ответчика предполагается, если не будет доказано обратное.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда. 

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Ответчик, возражая против заявленных требований, указывает на то, что в ходе проведения процедур наблюдения и конкурсного производства, в соответствии с законодательством о несостоятельности (банкротстве) ФНС России трижды заявляли свои требования о включении их в реестр кредиторов ООО  «СаратовЭнергоСтрой» (дело №А57-7819/2013). Данные требования были рассмотрены Арбитражным судом Саратовской области и по ним были вынесены три определения суда от 28.08.2014, 26.12.2014, 10.03.2015. То есть, на момент прекращения дела о банкротстве все требования налогового органа  были отнесены к 3 очереди требований кредиторов. В соответствии с судебными определениями требования кредитора ФНС России были включены в 3 очередь реестра требований кредиторов. 

За весь дальнейший период (до 01.02.2017) никаких других решений и изменений относительно нахождения кредитора ФНС России в реестре Арбитражным судом Саратовской области не принималось. Уже после назначения арбитражным управляющим ФИО3 27.07.2017 определением Арбитражного суда было оставлено без рассмотрения заявление ФНС России об изменении очередности реестре с третьей на вторую (в сумме 1067464,76 руб.) из-за двухкратной неявки на заседания в суд заявителя. Таким образом, предъявляя в исковом заявлении расчет причиненного ущерба с цифрами, отличающимися от ранних судебных решений, ответчик считает, что истец вводит суд в заблуждение и нарушает его права и права других участников дела, так как общая сумма требований кредиторов в реестре 3 очереди составляет 30800623,48 руб., а доля ФНС России в ней 10,79 %. 

Кроме того, в части заявленного представителем ФНС России в качестве неполученной суммы средств от реализации имущества должника кадастровой стоимости нежилых помещений: КН 64:48:020623:346, дата отчуждения 06.06.2012, расположенного по адресу 

<

...>, - 10, кадастровая стоимость 2908209,15 руб.; нежилого помещения площадью 105 кв. м., КН 64:48:020624:291, дата отчуждения 04.07.2012, расположенного по адресу 

<

...> дом ЗБ, 01, кадастровая стоимость 1861282,50 руб.; нежилое помещение площадью 68,5 кв. м., КН 64:48:020623:375, дата отчуждения 12.10.2012, расположенного по адресу: 

<

...> - 9, кадастровая стоимость 1724782,05 руб., ответчик пояснил, что указанная в заявлении ФНС России кадастровая стоимость определялась по состоянию на март 2018 года, а не на 2012 год, когда осуществлялась продажа недвижимости. Согласно оценке одного из спорных помещений, проведенной независимым оценщиком в рамках дела № А57-7819/2013, рыночная стоимость нежилого помещения площадью 115,5 кв. м, 

<

...>, литер А по состоянию на 06.06.2012 составляет 1320000 рублей, а разумный интервал в котором находится рыночная стоимость, находится в интервале 1120000-1520000 рублей, а не 2908209,15 руб.   

Таким образом, ответчик считает, что продажа нежилого помещения была осуществлена в разумных пределах рыночной стоимости. Решение о стоимости продажи данного помещения было принято учредителями ООО «СЭС», что подтверждается материалами дела.

Кроме того, ответчик указывает на то, в соответствии со ст. 402 и 403 Налогового кодекса РФ кадастровая стоимость применяется в качестве налоговой базы при расчете налога на недвижимость. А также может применяться для расчета величины арендной платы при согласии сторон, для расчета платы за публичный сервитут и др. Но в нормативно-правовых актах РФ нет указания о том, что кадастровая стоимость недвижимости, в том числе и нежилых помещений, является обязательной или рекомендуемой для целей совершения сделки купли-продажи на рыночных условиях. Таким образом, кадастровая стоимость, по мнению ответчика,  не может являться основанием для определения якобы причиненного ущерба. 

Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

На основании пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 15 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Вопрос о наличии у налоговых органов права обращаться в суд с требованием о возмещении вреда, причиненного государству гражданами, рассматривался Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 8 декабря 2017 года № 39-П и от 5 марта 2019 года № 14-П. Давая конституционно-правовое истолкование положений статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 15 и 1064 ГК Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что, хотя они и не содержат прямого указания на право налоговых органов обращаться в суд с иском о возмещении вреда на основании статьи 1064 ГК РФ, отношения между публично-правовым образованием и физическим лицом, чьи действия (бездействие) повлекли причинение ущерба этому образованию, являются не налоговыми, а гражданско-правовыми. При предъявлении такого рода исков налоговые органы выступают, по сути, в качестве представителя интересов публично-правового образования, лишившегося имущества в результате неправомерных действий (бездействия) физического лица. Они в данном случае не привлекают граждан к ответственности с использованием властных полномочий, а лишь выражают волю потерпевшего - публично-правового образования, обращаясь от его имени с соответствующими требованиями в суд, который, реализуя функции судебной власти, принимает решение, оценив все обстоятельства конкретного дела.

Подобное толкование правомочий налоговых органов не противоречит принципу верховенства закона (статья 4, часть 2; статья 15, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации), а также вытекающим из Конституции Российской Федерации и конкретизированным в Налоговом кодексе Российской Федерации принципу связанности налоговых органов законом и принципу основанности на законе деятельности органов исполнительной власти, и, следовательно, право налоговых органов предъявлять в суды общей юрисдикции, Верховный Суд Российской Федерации или арбитражные суды иски (заявления) не нарушает прав ФИО7, указанных в его жалобе.

Что касается срока исковой давности для защиты прав публично-правовых образований по требованиям, предъявляемым налоговым органом в связи с возмещением убытков, причиненных публично-правовым образованиям, то в Постановлении от 5 марта 2019 года № 14-П Конституционный Суд Российской Федерации, ссылаясь на ранее высказанные им правовые позиции, указал, что законодатель в пределах своей дискреции вправе устанавливать, изменять и отменять сроки исковой давности в зависимости от цели правового регулирования и дифференцировать их при наличии к тому объективных и разумных оснований, а также закреплять порядок их течения во времени, с тем, чтобы обеспечивались возможность исковой защиты права, стабильность и предсказуемость правового статуса субъектов правоотношений. Соответственно, определяющий начало течения срока исковой давности пункт 1 статьи 200 ГК РФ сформулирован так, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела (определения от 8 апреля 2010 года N 456-О-О, от 21 ноября 2013 года N 1756-О, от 20 марта 2014 года N 534-О, от 29 марта 2016 года N 516-О, от 19 июля 2016 года N 1555-О, от 29 сентября 2016 года N 2071-О, от 25 октября 2016 года N 2309-О и др.).

В пункте 4 постановления от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда такое образование узнало или должно было узнать о нарушении своих прав. Однако день получения истцом (заявителем) информации о тех или иных действиях и день получения им сведений о нарушении этими действиями его прав могут не совпадать. При таком несовпадении для исчисления исковой давности имеет значение именно осведомленность истца (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя (данная позиция отражена, например, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2018 года № 310-ЭС17-13555 и от 19 ноября 2018 года № 301-ЭС18-11487).

Из жалобы налогового органа, поданной в суд 14.05.2018, следует, что о наличии недвижимого имущества у должника известно из финансового анализа должника, представленного ФИО2 06.11.2017.

Доказательств, что налоговый орган, как кредитор ООО «СаратовЭнергоСтрой», не был знаком с финансовым анализом должника, представленным ФИО2 06.11.2017, материалы дела не содержат.

По указанным основаниям суд первой инстанции пришёл к выводу о пропуске истцом срока  исковой давности, с чем суд апелляционной инстанции не соглашается.

В определении Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС18-5343 от 03.09.2018 разъяснено, что появление у потерпевшего права на иск закон связывает с реальной или потенциальной осведомленностью этого лица о нарушении своего права и о надлежащем ответчике по иску о защите этого права. С этого момента согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ по общему правилу начинает течь срок исковой давности.

Таким образом, с учетом приведенных разъяснений, применительно к обстоятельствам, установленным в рамках рассмотрения настоящего дела, срок исковой давности исчисляется с даты прекращения производства по делу о банкротстве Общества (08.10.2018), поскольку до этого момента требования уполномоченного органа могли быть погашены за счет конкурсной массы должника.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что уполномоченный орган должен был узнать о нарушении своих прав из финансового анализа должника, представленного ФИО2 06.11.2017, сделан при неверном применении нормы права и неполном исследовании обстоятельств, имеющих существенное значение.

Таким образом, апелляционный суд считает, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда истцу стало реально известно о невозможности удовлетворения его требований за счет имущества должника, то есть с даты прекращения производства по делу о банкротстве Общества (08.10.2018), тогда как с настоящим заявлением уполномоченный орган обратился 16.03.2021, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

 Судебными актами по делу №А57-7819/2013  признаны незаконными действия  арбитражного управляющего ФИО2, выразившиеся в неоспаривании сделок по отчуждению следующего имущества: помещения площадью 115,5 кв. м, кадастровый номер 64:48:020623:346, дата отчуждения 06.06.2012, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровая стоимость 2908209,15 руб.; помещения площадью 105 кв. м, кадастровый номер 64:48:020624:291, дата отчуждения 04.07.2012, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровая стоимость 1861282,50 руб.; помещения площадью 68,5 кв. м, кадастровый номер 64:48:020623:375, дата отчуждения 12.10.2012, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровая стоимость 1724782,05 руб.

Таким образом, вина  арбитражного управляющего  установлена вступившим в силу судебным актом и в повторном доказывании не нуждается.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает, что  истцом не представлено доказательств  причинения вреда, размера ущерба и причинно-следственной связи  межу наступившими последствиями и виновными  действиями ответчика.

Сам по себе факт неоспаривания сделок по отчуждению вышеназванного недвижимого имущества не свидетельствует о том, что такие сделки были бы признаны недействительными, и в конкурсную массу должника поступила сумма в размере кадастровой стоимости указанных объектов на дату их отчуждения.

Из материалов дела следует, что на основании договора купли-продажи недвижимого имущества  14.12.2011 ООО «СаратовЭнергоСтрой»  купило  у физического лица нежилое помещение площадью 103,7 кв. м, кадастровый номер 64:48:020624:291,  расположенного по адресу: 

<

...>, стоимостью 3000000 рублей.

28.12.2011  между ООО «СаратовЭнергоСтрой» (заемщик) и ЗАО Коммерческий межотраслевой банк стабилизации и развития «Экспресс-Волга» заключен кредитный договор,  согласно которому заёмщику были предоставлены денежные средства в сумме 1800000 рублей со сроком погашения по 28.12.2012. Общая сумма погашения с учётом процентов составляла 2105642,35 руб. 

27.02.2012 между указанными лицами в обеспечение исполнения условий кредитного договора был заключен договор ипотеки нежилого помещения площадью 103,7 кв. м, кадастровый номер 64:48:020624:291,  расположенного по адресу: 

<

...>. Предмет залога оценен на сумму 2250000  рублей.

25.06.2012  указанный объект недвижимости  с согласия банка  должником  был продан ООО «Трейд Плюс» по цене  2 557 787 руб. Согласно пункту 3 договора купли-продажи, денежные средства в названной  сумме  должны  были быть перечислены покупателем на расчетный счет продавца №40702810300000017652 в ЗАО АКБ «ЭКСПРЕСС-ВОЛГА» не позднее 15.07.2012.  При этом  указанный счет  также указан в договоре ипотеки от 27.02.2012. 

В октябре 2013 года запись об ипотеке указанного недвижимого имущества  на основании заявления залогодержателя ЗАО АКБ «ЭКСПРЕСС-ВОЛГА» была погашена, что свидетельствует об исполнении обязательств перед банком. При  этом отсутствие на данный момент информации  о перечислении денежных средств на  отчуждаемое нежилое помещение ООО «Трейд Плюс» в пользу  должника не свидетельствует, что такая оплата не была произведена. Частично  денежные средства для покупки  указанного объекта недвижимости были получены на основании кредитного договора, и приобретённое помещение передано в залог банку. Прекращение обременения в виде ипотеки   свидетельствует об исполнении  всеми сторонами сделки своих обязательств. При этом сделки по приобретению должником  помещения и его отчуждению нельзя признать неравноценными.

По договору купли-продажи  от 25.06.2012  указанный объект недвижимости  был продан ООО «Трейд Плюс» по цене  2557787 руб. в то время, как его кадастровая стоимость составляет 1861282,50 руб.

Нежилые помещения  площадью  68,5 кв. м, кадастровый номер 64:48:020623:375 и 115,5 кв. м, кадастровый номер 64:48:020623:346, расположенные по адресу: 

<

...>, были приобретены ООО «СЭС» на основании договора №84 от  26.07.2011 с ЖСК «Алтай» с внесением паевого взноса в сумме  4315232 руб.  Из расчета цены 1 кв. м  стоимость нежилого помещения площадью  68,5 кв. м оставляла 1602763 руб.,  нежилого помещения 115,5 кв. м – 2702469 руб. 

Решение о продаже указанных нежилых помещений было принято  единственным участником ООО «СЭС». 

Нежилое помещение площадью  68,5 кв. м ООО «СЭС»  было продано ООО «Трейд Плюс» на основании договора купли-продажи от 21.09.2012 по цене  1507000 рублей. Указанная цена имеет несущественную разницу с ценой приобретения должником указанного помещения и кадастровой стоимостью. Факт оплаты подтверждается справкой должника.

Нежилое помещение площадью 115,5 кв. м ООО «СЭС» было продано ФИО6 на основании договора купли-продажи   от 21.05.2012 по цене 1200000 рублей. Факт оплаты также подтверждается справкой должника. При этом согласно представленному в материалы дела отчету об оценке указанного объекта недвижимости на дату оценки (06.06.2012)  его рыночная стоимость составляла 1320000 рублей, а разумный интервал, в котором находилась рыночная стоимость, составляет 1120000-1520000 рублей (т.2 л.д.5-26).  Указанный отчет вопреки доводам апеллянта представлен в материалы дела и был исследован судом. 

Из представленных в материалы дела документов нельзя сделать однозначный вывод о том, что при оспаривании сделок по отчуждению спорных объектов недвижимости  такие сделки были бы непременно признаны недействительными, что позволило бы пополнить конкурсную массу в пределах суммы, составляющих их кадастровую стоимость. 

Так, например, в рамках дела о банкротстве ООО «СЭС» была произведена реализация с торгов  заложенного  имущества, а именно: нежилого помещения (здание), общей площадью 276,8 кв. м, расположенного по адресу: 

<

...>, по цене  1050000 рублей, а также  2-х этажного нежилого здания, общей площадью 158,4 кв. м, расположенного по адресу: 

<

...>, по цене  415000 рублей.

Отсутствие выписок о движении денежных средств по расчетным счетам должника в период совершения этих сделок также не свидетельствует о том, что денежные средства не поступали на счет ООО «СЭС» и, в том числе не использовались для погашения задолженности по кредитному договору, а также прекращения залога по одному из объектов. 

Факт ликвидации 16.04.2014  ООО «Трейд Плюс» не исключает  возможности признания сделок недействительными, с чем также  согласился  уполномоченный орган. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что   заявителем не представлены доказательств наличия причинной связи  между незаконным бездействием  конкурсного управляющего ФИО2 и причинёнными  конкурсным кредиторам убытками.

Определяя сумму своих требований,  уполномоченный орган указал, что в  рамках дела о банкротстве  вследствие  нарушений, допущенных ФИО2, остались непогашенными его требования в сумме 3376321,67 руб., из которых 2982698,76 рублей  подлежали погашению в режиме второй очереди (НДФЛ и страховые взносы по обязательному пенсионному страхованию) и в третью очередь с учетом  иных кредиторов 11,71 %, что составляет  393622,91 руб.  Указанная сумма и заявлена ко взысканию. 

Согласно судебным актам по делу № А57-7819/2013, в рамках которых  оспаривались действия  арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3, задолженность по обязательным платежам перед бюджетом РФ, в том числе по основному долгу по НДФЛ и страховым взносам на обязательное пенсионное страхование составляла в общей сумме 2150271,76 руб., которые в соответствии с действующим законодательством РФ подлежали погашению в порядке второй очереди.

Теми же судебными актами установлено, что в соответствии с  пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве при проведении расчетов с кредиторами 15 % от денежных средств, поступивших от реализации предмета залога, должны были быть пропорционально направлены на погашение текущих требований ФНС России по НДФЛ и страховым взносам, а также на погашение требований кредиторов второй очереди, включенных в реестр. 

Однако арбитражный управляющий ФИО3 произвел распределение денежных средств с нарушением порядка, установленного пунктом 2 статьи 138 Закона о банкротстве, и не произвел погашение текущей задолженности должника по уплате НДФЛ и страховым взносам, относящихся ко второй очереди удовлетворения, направив 219749,96 руб. на погашение требований кредиторов (бывших работников) второй очереди, включенных в реестр, из которых 105230,58 руб. внес на депозит Арбитражного суда Саратовской области для расчетов с остальными работниками, реквизиты которых у него отсутствовали.

Таким образом, при правильном расчете с кредиторами второй очереди  уполномоченный орган получил бы частичное удовлетворение своих требований, относящихся ко второй очереди, и неполучение денежных средств произошло не по вине ФИО2

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает вывод суда об отказе в удовлетворении исковых требований правильным.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы привести к принятию неправильного решения, судом первой инстанции не допущено, в связи с чем основания для отмены обжалуемого судебного акта отсутствуют.  Апелляционную жалобу ФНС России следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской  области от 21 декабря 2021 года по делу №А57-5062/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через  арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                    О.В. Лыткина

 

Судьи                        Н.В. Савенкова 

 

Т.Н. Телегина