Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-15438/2023

г. Владивосток

16 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 мая 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.А. Грызыхиной,

судей С.Б. Култышева, Е.Н. Шалагановой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Рябко,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Дарфа»,

апелляционное производство № 05АП-2004/2024 

на решение от 28.02.2024 судьи Е.Г. Клёминой

по делу № А51-15438/2023 Арбитражного суда Приморского края 

по иску ФИО1 

к обществу с ограниченной ответственностью «Дарфа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о взыскании 2 342 500 рублей невыплаченной части действительной стоимости доли вышедшего участника (с учетом уточнений от 05.02.2024),

при участии:

от истца - представитель ФИО2 по доверенности от 11.04.2023 сроком действия 5 лет, удостоверение адвоката; 

от ответчика - представитель ФИО3 по доверенности от 29.11.2023 сроком действия до 29.11.2024, удостоверение адвоката;

УСТАНОВИЛ:

бывший участник общества с ограниченной ответственностью «ДАРФА» (далее - ООО «ДАРФА», общество) ФИО1 обратился в Арбитражный суд Приморского края с уточненным в ходе рассмотрения спора иском о взыскании с общества 2 342 500 рублей невыплаченной части действительной стоимости доли вышедшего участника.

Решением суда от 28.02.2024 исковые требования удовлетворены частично, с ООО «ДАРФА» в пользу ФИО1 взыскано 1 926 000 рублей действительной стоимости доли, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обжаловало его в апелляционном порядке.

Выражая критическое отношение к выводам, изложенным в полученном по результатам проведенной судебной экспертизы экспертном заключении 1496/2024 от 19.01.2024, заявитель жалобы указал на их ошибочность и полагал необоснованным принятие судом первой инстанции данного заключения в качестве достоверного и допустимого доказательства по делу.

В частности, апеллянт привел доводы о завышении экспертом стоимости основных средств (нежилого здания и земельного участка) ввиду её необоснованного исчисления с учетом налога на добавленную стоимость (НДС), а также на основании неверно установленных сведений о рыночной стоимости 1 кв.м общей площади объектов недвижимости.

Кроме того, ответчик указал, что в результате проведенного с 21.12.2023 по 29.12.2023 аудита хозяйственно-финансовой деятельности ООО «ДАРФА» было установлено допущение ошибок в  бухгалтерской отчетности общества за 2022 год, в связи с чем исследованные экспертом показатели бухгалтерского баланса являются недостоверными и не могут служить основанием для определения стоимости чистых активов и размера подлежащей выплате действительной стоимости доли истца.

В этой связи заявитель жалобы считал необходимым назначить по делу судебную бухгалтерскую экспертизу, а также повторную судебную экспертизу для определения стоимости чистых активов, о чем заявил в апелляционной жалобе соответствующие ходатайства, указав на немотивированное отклонение таких заявлений судом первой инстанции.

Помимо изложенного, ссылаясь на отчуждение 17.02.2023 основных средств общества в пользу общества с ограниченной ответственностью «Внешэкономторгконсалт» (далее – ООО «Внешэкономторгконсалт») в рамках заключенного по делу № А51-12012/2022 мирового соглашения, апеллянт полагал, что оспариваемый судебный акт затрагивает права и законные интересы нового собственника, ввиду чего ходатайствовал о его привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В представленном письменном отзыве, приобщенном к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), истец возражал против доводов жалобы, настаивая на законности оспариваемого судебного акта.

Позиции участников спора были поддержаны их представителями в заседании суда апелляционной инстанции.

Разрешая ходатайство ответчика о привлечении к участию в деле третьего лица, коллегия исходит из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Из анализа указанной статьи следует, что третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Вопрос о вступлении в дело третьих лиц решается до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда.

Привлечение к участию в деле третьего лица при рассмотрении апелляционной жалобы возможно лишь в том случае, когда решение вынесено о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле.

Вместе с тем, учитывая, что предметом настоящего спора является взыскание с общества действительной стоимости доли в пользу вышедшего участника, принятый судебный акт не затрагивает правоотношения ООО «ДАРФА» и ООО «Внешэкономторгконсалт» относительно отчуждения недвижимого имущества и не может повлиять на права и законные интересы покупателя. В нарушение статьи 65 АПК РФ обратного заявителем жалобы не представлено.

Согласно пункту 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные настоящим Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В рассматриваемом случае, с учетом того, настоящее дело не рассматривается по правилам, установленным АПК РФ, для рассмотрения дела в суде первой инстанции, ходатайство ответчика о привлечении третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, удовлетворению не подлежит.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 271 АПК РФ правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы сторон, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению по следующим основаниям.

Как установлено судом, ООО «ДАРФА» зарегистрировано налоговым органом 09.12.2016 с присвоением ОГРН 

<

***>, участником которого с 50 % долей участия в уставном капитале являлся ФИО1

06.04.2023 ФИО1 было подано удостоверенное нотариусом Владивостокского нотариального округа ФИО4 заявление о выходе из общества и о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале. 

05.05.2023 общество выплатило вышедшему участнику денежные средства в сумме 7000 рублей.

Со ссылкой на общедоступные сведения Государственного информационного ресурса Бухгалтерской (финансовой) отчетности (https://bo.nalog.ru/) ФИО1 указал, что согласно информации бухгалтерского баланса общества по состоянию на 31.12.2022 стоимость чистых активов составляла 14 000 рублей, при этом стоимость основных средств составила 3 325 000 рублей.

На момент выхода ФИО1 из общества в составе имущества организации имелось следующее недвижимое имущество: 

1. Земельный участок общей площадью 1 673 кв.м., с кадастровым номером 25:10:230005:2530. Категория земли: Земли населенных пунктов, разрешенное использование: Склады. Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: 

<

...>. 

2. Нежилое здание общей площадью 347,9 кв.м., с кадастровым номером 25:10:230005:2285, этажность – 1. Местоположение: 

<

...> а. 

Согласно представленному истцом Отчету об оценке № 171-23 от 09.08.2023 общая стоимость вышеуказанного недвижимого имущества по состоянию на 31.12.2022 составляла 16 676 000 рублей, в том числе земельный участок - 2 075 000 рублей, здание – 14 601 000 рублей.

Указывая на недостоверность отраженных в бухгалтерском балансе общества на 31.12.2022 сведений и занижение стоимости чистых активов, что, в свою очередь, привело к ненадлежащему исполнению обязанности ООО «ДАРФА» по выплате действительной стоимости доли вышедшему участнику, ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском о взыскании 2 342 000 рублей.

Возникшие между сторонами правоотношения правомерно квалифицированы судом первой инстанции как корпоративные, подлежащие регулированию нормами Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), а также нормами общей части ГК РФ.

Статьей 8 Закона № 14-ФЗ предусмотрено право участников общества выйти из общества путем отчуждения своей доли обществу, если такая возможность предусмотрена уставом общества, или потребовать приобретения обществом доли в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Порядок выход участника общества из общества регламентирован статьей 26 Закона № 14-ФЗ, в соответствии с пунктом 1 которой участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 Закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Аналогичные положения предусмотрены пунктом 6.9 Устава ООО «ДАРФА» в настоящем случае.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии у истца права на получение действительной стоимости доли.

Определяя размер последней, судебная коллегия учитывает, что действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли (пункт 2 статьи 14 Закона № 14-ФЗ).

Стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. Объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не принимаются (пункт 4 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов»).

Действительная стоимость доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется с учетом рыночной стоимости основных средств (как движимого, так и недвижимого имущества, отраженного на балансе общества).

Указанный правовой подход был неоднократно выражен в постановлениях арбитражных судов (например, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 23.04.2015 № Ф03-1429/2015 по делу № А04-856/2014, постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.12.2020 № Ф05-19274/2020 по делу № А40230547/2018).

В соответствии с пунктом 16 совместного Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае, если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенной обществом, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

Приняв во внимание наличие взаимных возражений участников спора относительно размера такой стоимости, следуя в целях разрешения разногласий установленным статьями 8 и 9 АПК РФ принципам состязательности и равноправия сторон в арбитражном процессе, суд первой инстанции, осуществляя руководство арбитражным процессом, создал условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела, назначив определением от 18.12.2023 по настоящему делу судебную экспертизу.

На разрешение эксперту-оценщику ФИО5 был поставлен следующий вопрос: 

- какова рыночная стоимость чистых активов ООО «ДАРФА» с учетом данных бухгалтерской отчетности, рыночной стоимости объектов недвижимости ООО «ДАРФА» по состоянию на 31.12.2022, которым владело общество в 2022 году, а именно: 

1) земельный участок общей площадью 673 кв.м., с кадастровым номером 25:10:230005:2530, категория земли: Земли населенных пунктов, разрешенное 2 А51-15438/2023 использование: Склады. Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: 

<

...>; 

2) нежилое здание общей площадью 347,9 кв.м., с кадастровым номером 25:10:230005:2285, этажность - 1. Местоположение: 

<

...>.

По итогам разрешения данного вопроса экспертом в заключении № 1496/2024 от 19.01.2024 сделан вывод о том, что рыночная стоимость чистых активов общества с учетом имевшейся недвижимости по состоянию на 31.12.2022 составила 4 699 000 рублей. 

При этом, в рамках проведения экспертизы экспертом была определена рыночная стоимость основных активов, в том числе земельного участка – 2 550 000 рублей, здания – 5 460 000 рублей.

Признав указанное экспертное заключение (с учетом полученных от эксперта в судебном заседании от 19.02.2024 дополнительных пояснений и письменных возражений) по существу полным, обоснованным и достоверным, соответствующим установленным АПК РФ критериям надлежащих доказательств по делу, суд первой инстанции, самостоятельно скорректировав рыночную стоимость основных средств на сумму НДС, пришел к выводу о том, что исходя из 50 % доли участия ФИО1 в ООО «ДАРФА» и частичного перечисления денежных средств (7 000 рублей), действительная стоимость доли, подлежащей выплате вышедшему участнику составила 1 926 000 рублей.

Возражая против суждений суда первой инстанции, ООО «ДАРФА» оспорило выводы экспертного заключения, в частности, указало на неверное определение стоимости основных средств с учетом НДС.

Вместе с тем, как выше указано коллегией, суд первой инстанции принял во внимание данное упущение эксперта, исключив из стоимости объекта недвижимости (здания) сумму НДС. Соответствующий расчет обоснованно сделан судом с учетом требований главы 21 Налогового кодекса Российской Федерации и правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 10.09.2013 № 3744/13.

Так, основные средства общества с ограниченной ответственностью учитываются на балансе без налога на добавленную стоимость, рыночная стоимость основных средств также должна быть определена без учета налога на добавленную стоимость.

Данный вывод является общим и не зависит от того, возмездным или безвозмездным являлось приобретение обществом с ограниченной ответственностью основных средств, по каким правовым основаниям и как давно оно состоялось. Не влияет на этот вывод и то, что для целей определения действительной стоимости доли вышедшего из такого общества участника используется рыночная стоимость отраженного на балансе общества недвижимого имущества, определяемая на основании экспертной оценки (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.06.2005 № 15787/04, от 06.09.2005 № 5261/05).

Реализация налогоплательщиком принадлежащих ему объектов недвижимости (основных средств) на свободном рынке по рыночной цене, увеличенной на сумму налога на добавленную стоимость, не может увеличить стоимость его чистых активов, поскольку полученный им налог в силу закона причитается к уплате в бюджет. На стоимость чистых активов влияют лишь уплаченные им самим как покупателем суммы налога на добавленную стоимость по приобретенным ценностям, уменьшающие размер его налоговых обязанностей перед бюджетом. 

Этот вывод согласуется с правовой позицией, сформулированной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2006 №13257/05, в котором дано разъяснение в отношении включения налога на добавленную стоимость по приобретенным ценностям в сумму активов, учитываемых в расчете действительной стоимости доли участника. 

Причитающийся налогоплательщику к возмещению налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям отражается в отдельной строке бухгалтерского баланса, является одним из активов общества и подлежит оценке при расчете чистых активов на общих основаниях (пункт 3 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов»).

С учетом изложенного, самостоятельное исключение судом первой инстанции суммы НДС является правомерным, а довод апеллянта о неверном исчислении экспертом размера рыночной стоимости основных средств отклоняется коллегией как не опровергающий  обоснованности заключения эксперта по существу.

Относительно утверждения заявителя жалобы о том, что экспертом допущена арифметическая ошибка при определении размера стоимости 1 кв.м общей площади объекта недвижимости, апелляционный суд отмечает, что установление рыночной стоимости здания и земельного участка осуществлено экспертом с применением сравнительного подхода (пункт 22 Приказа Минэкономразвития России от 25.09.2014 № 611 «Об утверждении Федерального стандарта оценки «Оценка недвижимости (ФСО № 7)»).

При этом согласно статье 14 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» оценщик имеет право применять самостоятельно методы проведения оценки объекта оценки в соответствии со стандартами оценки.

Равным образом, оценщик вправе самостоятельно определять необходимость применения тех или иных подходов к оценке и конкретных методов оценки в рамках применения каждого из подходов и согласно пункту 24 Федерального стандарта оценки «Общие понятия оценки, подходы к оценке и требования к проведению оценки (ФСО N№ 1)».

В настоящем случае Приложение № 1 экспертного заключения содержит полное и подробное обоснование отказа эксперта от применения затратного и доходного подходов и избрания экспертом именно сравнительного подхода при определении стоимости основных средств, в том числе, указано  на активность рынка земельных участков и зданий производственно- складского назначения Приморского края, наличие достаточного количества объектов-аналогов и сведений об их состоянии и стоимости для выборки в исследовательских целях.

Оценщиком приведен исчерпывающий анализ объектов – аналогов, при необходимости использованы корректировки ценообразующих факторов с подробным нормативным обоснованием использованием того или иного коэффициента; также ФИО5 даны ясные и однозначные пояснения по вопросам суда и сторон в судебном заседании.

При таких обстоятельствах суд не усмотрел оснований для вывода о противоречии выводов эксперта, в том числе, в части определения стоимости 1 кв.м недвижимости, требованиям ФСО № 7 и иным федеральным стандартам оценки.

В свою очередь, ответчик, утверждая о неверности расчетов эксперта в данной части, документального обоснования собственной методике, указанной и в апелляционной жалобе не привел, в связи с чем его доводы в данной части признаются коллегией бездоказательными и отклоняются.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что существенных обстоятельств, способных вызвать сомнения в обоснованности экспертного заключения заявителем жалобы не приведено, достоверных и допустимых доказательств, опровергающих сделанные экспертом выводы, не представлено. Ввиду изложенного доводы истца признаются коллегией несостоятельными и подлежат отклонению.

Относительно представленного апеллянтом Заключения специалиста (рецензия) № 55/2024 от 02.02.2024, выполненного ФИО6, апелляционный суд отмечает правомерность данной ему судом первой инстанции оценки.

Как указано судом первой инстанции, данное заключение не является экспертным заключением, а составивший заключения специалист непосредственное исследование представленных в материалы дела документов и доказательств не проводил, выполнив заключение на основании задания истца.

Коллегия, в свою очередь, отмечает, что процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование экспертных заключений. Рецензия является субъективным мнением специалиста; при этом составление специалистом критической рецензии на заключение эксперта без наличия на то каких-либо процессуальных оснований не может расцениваться как доказательство, опровергающего выводы судебного эксперта.

Из положений части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ следует, что заключение экспертизы является одним из доказательств по делу и подлежит оценке судом в совокупности с иными представленными в дело доказательствами.

Оценив представленное в материалы дела по результатам проведенной судебной строительной экспертизы заключение эксперта заключении № 1496/2024 от 19.01.2024, суд апелляционной инстанции установил, что судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 83, 86 АПК РФ, а также Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», подлежащим применению к негосударственным экспертным организациям, экспертам с учетом ограничений, указанных в статье 41 данного закона, отвечает критерию полноты и ясности, доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательств наличия в заключении противоречивых выводов из материалов дела не усматривается, вследствие чего указанное экспертное заключение признано судебной коллегией допустимым и достоверным доказательством по настоящему спору.

Коллегия учитывает, что судебная экспертиза назначена и проведена по правилам, определенным статьями 82, 83 АПК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе».

Оснований не доверять заключению не имеется, поскольку оно изготовлено на основании определения суда о назначении судебной экспертизы предупрежденным об уголовной ответственности экспертом, чья квалификация подтверждена надлежащим образом; на момент вынесения судом первой инстанции определения о назначении судебной экспертизы истцом об отводе эксперта не заявлено, заключение является полным и мотивированными, выводы однозначны, не носят вероятностного характера.

При этом заключение основано на материалах дела и результатах проведенных исследований, составлено в соответствии с положениями действующих нормативных актов, результаты исследования мотивированы, соответствуют требованиям объективности, обоснованности, достоверности и проверяемости, ответы даны по тем вопросам, которые поставлены судом, выводы эксперта носят категоричный, а не вероятностный характер. Противоречий выводов эксперта иным имеющимся в деле доказательствам коллегия не усматривает.

Надлежащие доказательства, позволяющие поставить под сомнение выводы эксперта и свидетельствующие о недостоверности выводов, апеллянтом не представлены. Равным образом, не имеется доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства.

Поскольку сомнений в обоснованности результатов проведенной судебной экспертизы у суда не возникло, а надлежащих доказательств и соответствующих им обстоятельств, наличие которых могло бы свидетельствовать и опровергнуть выводы эксперта, не установлено и апеллянтом не приведено, экспертное заключение признано надлежащим доказательством.

Несогласие истца с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения.

Рассматривая с учетом изложенного ходатайство апеллянта о назначении повторной (дополнительной) судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции учитывает, что в силу статьи 87 АПК РФ повторная или дополнительная экспертиза назначается в случае недостаточной ясности или полноты, возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта, чего в настоящем случае судом не установлено.

При таких обстоятельствах, учитывая, что по смыслу положений статей 82, 87 АПК РФ вопрос о назначении экспертизы отнесен на усмотрение суда и является его правом, а не обязанностью, исходя из признания полученного в суде первой инстанции экспертного заключения надлежащим доказательством, ходатайство апеллянта о назначении повторной экспертизы подлежит отклонению.

Апелляционный суд также не усматривает необходимости в назначении судебной бухгалтерской экспертизы, ходатайство о назначении которой мотивированно ответчиком обнаруженными вследствие аудиторской проверки ошибками в бухгалтерской документации ООО «ДАРФА» за 2022 год. По мнению апеллянта, наличие недостоверных сведений финансовой отчетности повлекло неверные выводы судебного эксперта относительно стоимости рыночных активов.

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. 

Таким образом, в бухгалтерской отчетности должна быть достоверная и объективная фиксация информации на определенную отчетную дату по фактам хозяйственной жизни, произошедшим за отчетный период у экономического субъекта, отчетность должна содержать информацию, позволяющую сделать объективные выводы о финансовом положении экономического субъекта. 

Согласно пункту 9 Положения по бухгалтерскому учету «Исправление ошибок в бухгалтерском учете и отчетности» (ПБУ 22/2010) существенная ошибка предшествующего отчетного года выявленная после утверждения бухгалтерской отчетности за этот год, исправляется: 

1) записями по соответствующим счетам бухгалтерского учета в текущем отчетном периоде. При этом корреспондирующим счетом в записях является счет учета нераспределенной прибыли (непокрытого убытка); 

2) путем пересчета сравнительных показателей бухгалтерской отчетности за отчетные периоды, отраженные в бухгалтерской отчетности организации за текущий отчетный год, за исключением случаев, когда невозможно установить связь этой ошибки с конкретным периодом либо невозможно определить влияние этой ошибки накопительным итогом в отношении всех предшествующих отчетных периодов.

В соответствии с пунктом 10 ПБУ 22/2010, утвержденного приказом Минфина России от 28.06.2010 № 63н, в случае исправления существенной ошибки предшествующего отчетного года, выявленной после утверждения бухгалтерской отчетности, утвержденная бухгалтерская отчетность за предшествующие отчетные периоды не подлежит исправлению и повторному представлению пользователям бухгалтерской отчетности. 

Пунктом 14 ПБУ 22/2010 предусмотрено, что ошибка предшествующего отчетного года, не являющаяся существенной, выявленная после даты подписания бухгалтерской отчетности за этот год, исправляется записями по соответствующим счетам бухгалтерского учета в том месяце отчетного года, в котором выявлена ошибка. Прибыль или убыток, возникшие в результате исправления указанной ошибки, отражаются в составе прочих доходов или расходов текущего отчетного периода. 

Из пункта 39 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34н, следует, что изменения в бухгалтерской отчетности, относящиеся как к отчетному году, так и к предшествовавшим периодам (после ее утверждения), производятся в отчетности, составляемой за отчетный период, в котором были обнаружены искажения ее данных. 

Из смысла вышеуказанных положений следует, что ошибки бухгалтерской отчетности общества, в том числе и за 2022 год, должны быть исправлены в отчетности, составляемой за отчетный период, в котором были обнаружены искажения, то есть за 2023 год.

Применительно к рассматриваемому спору указанные ответчиком упущения в бухгалтерской документации не могут влиять на обоснованность выводов эксперта. Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции с учетом пояснений эксперта ФИО5 об отсутствии несоответствий в данных бухгалтерской отчетности ООО «Дарфа» за 2022 год, проведение аудиторской проверки в период с 21.12.2023 по 29.12.2023, уже после подачи ФИО1 настоящего иска и получения результатов экспертизы о размере чистых активов, вызывает с позиции статьи 10 ГК РФ сомнения в добросовестности общества, принявшего срочные меры для выявления недостатков и корректировки уже утвержденной бухгалтерской отчетности спустя почти год после её предоставления в налоговый орган.

Оснований, по которым такие недостатки не могли быть выявлены ранее, до момента начала судебного разбирательства, ответчиком не приведено.

Таким образом, скорректированные данные бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2022 не подлежат оценке в рамках настоящего спора, что в свою очередь, исключает наличие оснований для проведения судебной бухгалтерской экспертизы.

С учетом изложенного, проверив произведенный судом первой инстанции расчет действительной стоимости доли ФИО1, коллегия находит его обоснованным и арифметически верным, в связи с чем поддерживает позицию суда первой инстанции о правомерности исковых требований в размере 1 926 000 рублей.

Все доводы заявителя апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ понесенные при подаче апелляционной жалобы судебные расходы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Приморского края от 28.02.2024 по делу №А51-15438/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.А. Грызыхина

Судьи

С.Б. Култышев

Е.Н. Шалаганова