АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-6140/2019

г. Петропавловск-Камчатский

05 ноября 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 29 октября 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 05 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Громова С.П., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Хаустовой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску

общества с ограниченной ответственностью «Тезона» 

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ответчику

краевому государственному автономному учреждению «Дворец молодежи» 

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании 651 776 руб. 30 коп., 

при участии:

от истца:

ФИО1 – представитель по доверенности от 02.10.2019 (сроком на один год),

от ответчика:

ФИО2 – представитель по доверенности от 15.10.2019 (сроком до 31.12.2019),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Тезона» (далее ООО «Тезона», общество, истец, адрес: 693000, 

<

...>) обратилось в арбитражный суд с иском к краевому государственному автономному учреждению «Дворец молодежи» (далее КГАУ «Дворец молодежи», учреждение, ответчик, адрес: 683032, 

<

...>) о взыскании 683 876 руб. 28 коп., в том числе: 651 776 руб. 30 коп. долга по оплате товара, составляющего денежную сумму, неправомерно удержанную с суммы оплаты по гражданско-правовому договору на поставку компьютеров, оборудования периферийного и телекоммуникационного от 17.09.2018 № 8751; 32 099 руб. 98 коп. пеней за нарушение срока оплаты товара за период с 23.12.2018 по 08.07.2019.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением учреждением обязательств по оплате поставленного товара и несоразмерностью, по мнению общества, удержанной учреждением неустойки за нарушение сроков поставки товара, которая подлежит уменьшению в порядке статьи 333 ГК РФ.    

Судебное заседание проводилось 22.10.2019 и после перерыва 29.10.2019. 

Истец требования поддержал, полагая, что общество «Тезона», хотя и поставило товар с просрочкой, однако задержка в поставки товара произошла вследствие плохих погодных условий, которые носили чрезвычайный и непредотвратимый характер, в связи с чем являлись обстоятельствами непреодолимой силы. Поэтому полагал, что подлежит освобождению от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства по сроку поставки товара в силу пункта 1 статьи 401 ГК РФ. Не отрицая законность неустойки, считал, что удержанная неустойка несоразмерна последствиям нарушения обязательства в связи с чем подлежит уменьшению в порядке статьи 333 ГК РФ.     

Ответчик по требованиям истца возражал, ссылаясь на нарушение обществом установленного договором срока поставки товара, ответственность за которое предусмотрена пунктом 4.2 договора. Удержание сумм штрафных санкций из сумм, подлежащих оплате поставщику, осуществлено по предусмотренному пунктом 4.8 договора праву заказчика на удержание. Считал, что приводимые истцом доводы о нарушении срока поставки товара по причине неблагоприятных погодных условиях не могут служить основанием для его освобождения от ответственности, а плохие погодные условия не относятся в рассматриваемом случае к обстоятельствам непреодолимой силы.              

До принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу истец заявил об отказе от исковых требований в части взыскания 32 099 руб. 98 коп. пеней за нарушение срока оплаты товара за период с 23.12.2018 по 08.07.2019. Заявление о частичном отказе от иска подписано генеральным директором общества «Тезона» ФИО3 и скреплено печатью общества.  

Согласно части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Поскольку отказ от исковых требований в части взыскания 32 099 руб. 98 коп. пеней не противоречит закону и не нарушает права других лиц, суд в порядке статьи 49 АПК РФ принимает частичный отказ от исковых требований. Производство по делу в этой части подлежит прекращению в соответствии с частью 1 статьи 150 АПК РФ.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав материалы дела, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, арбитражный суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований на основании следующего.

Как следует из материалов дела, в соответствии с протоколом в электронной форме от 04.09.2018 № 31806848751 между КГАУ «Дворец молодежи» (заказчик) и ООО «Тезона» (поставщик) 17.09.2018 заключен договор на поставку компьютеров, оборудования периферийного и телекоммуникационного № 8751.

По условиям договора общество обязалось поставить учреждению компьютеры, оборудование периферийное и телекоммуникационное (товар) в соответствии со спецификацией товара на сумму 3 724 436 руб. в течение 30 календарных дней с момента заключения договора (17.09.2018), а учреждение обязалось принять и оплатить товар.

Исполняя условия договора, общество поставило товар 22.11.2018, что подтверждается подписанной учреждением товарной накладной от 17.10.2018 №921 и актом от 17.10.2018 № 921. 

Таким образом, товар был поставлен обществом с нарушением срока поставки на 35 календарных дней (с 18.10.2018 по 22.11.2018), что ответчиком не отрицалось.

Согласно пункту 4.8 договора в случае нарушения поставщиком обязанности по договору неустойка засчитывается в счет суммы, подлежащей уплате за поставку товара. В этом случае заказчик направляет претензию-уведомление поставщику с расчетом пени об удержании неустойки с суммы, подлежащей оплате поставщику за поставленный товар в сумме, уменьшенной на начисленную неустойку.

Ссылаясь на нарушение срока поставки товара, учреждение на основании пункта 4.2 договора предъявило 14.12.2018 обществу претензию о добровольной уплате 651 776 руб. 30 коп. неустойки (3 724 436 руб. х 0,5% х 35 дней) путем удержания заказчиком из суммы, подлежащей оплате за поставленный товар. 

В ответе от 19.12.2018 № 41/12 общество проинформировало учреждение о причинах задержки в поставке товара, выразившихся в большом скоплении контейнеров в порту Владивосток и несовременным возвращением судов из порта Петропавловск-Камчатский, а также сложных погодных условиях, из-за которых был нарушен график движения судов.        

 Не соглашаясь с изложенными обществом причинами задержки в поставке товара, учреждение в установленный пунктом 3.5 договора тридцатидневный срок произвело оплату товара платежным поручением от 21.12.2018 № 873191 на сумму 3 072 659 руб. 70 коп. с вычетом из цены договора неустойки в сумме 651 776 руб. 30 коп. (3 724 436 руб. цена договора минус 651 776 руб. 30 коп. неустойка).         

Полагая, что при удержании неустойки с суммы оплаты по договору заказчик не учел приведенные поставщиком в письме от 19.12.2018 № 41/12 доводы, а также ссылаясь на чрезмерный размер неустойки, общество направило претензию от 21.03.2019 №07/03 о возврате удержанных денежных средств в сумме 651 776 руб. 30 коп.

Письмом от 27.04.2019 № 256 учреждение отклонило претензию общества, указывая на отсутствие предусмотренных пунктом 4.4 договора оснований для освобождения поставщика от уплаты неустойки.        

Поскольку в претензионном порядке стороны спор не урегулировали, и, полагая, что удержанные учреждением пени являются несоразмерными последствиям нарушенного обязательства, и подлежат уменьшению в порядке статьи 333 ГК РФ, общество «Тезона» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.      

Согласно абзацу 1 пункта 2 статьи 525 ГК РФ к отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 – 523 ГК РФ).

По государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров (статья 526 ГК РФ).

Поскольку договор поставки относится к отдельным видам договора купли-продажи, к нему применяются положения главы 30 ГК РФ.

Продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи в срок, определенный договором, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ (статьи 456, 457 ГК РФ).

В силу статей 309 – 310 ГК РФ обязательства должны исполняться сторонами надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

Материалами дела подтверждается, что истец нарушил установленный договором срок поставки товара, в связи с чем начисление заказчиком неустойки за нарушение срока поставки товара соответствует пункту 4.2 договора и статье 330 ГК РФ. Размер начисленной учреждением неустойки за период просрочки поставки товара с 18.10.2018 по 22.11.2018 составил 651 776 руб. 30 коп. (3 724 436 руб. х 0,5% х 35 дней). Арифметический расчет неустойки истцом не оспаривался.    

Доводы истца о том, что ненадлежащее исполнение договорных обязательств по срокам поставки товара вызвано обстоятельствами неопределимой силы не могут служить основанием для освобождения общества от уплаты неустойки, поскольку сами по себе плохие погодные условия, в том числе штормовые не являются непреодолимой силой.

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (Постановление Пленума ВС РФ № 7),  в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Таким образом, под исключительным стихийным явлением понимается такое стихийное явление, которое в данном регионе не случалось никогда, и не было зафиксировано, либо если и было зафиксировано, то значительное количество времени назад, и его наступления нельзя было разумно ожидать. Категория «непреодолимая сила», характеризующаяся признаками чрезвычайности, непредвиденности и непредотвратимости, применительно к конкретным жизненным обстоятельствам.

Атмосферные осадки и другие неблагоприятные гидрометеорологические явления (дождь, порывы ветра) не являются стихийным бедствием, а являются прогнозируемым событием, а также распространенными, часто повторяющимися, обычными явлениями в осенний период времени для Дальневосточного региона, в том числе для города Петропавловска-Камчатского. В связи с чем неблагоприятные погодные условия не могут рассматриваться в качестве непреодолимой силы. 

При этом оценка условий морского перехода из порта Владивосток в порт Петропавловск-Камчатский в соответствующий временной период предполагает необходимость разумного учета вероятности сопутствующих погодных условий согласно сведениям метеокарты о грядущем ухудшении погодных условий и определения предполагаемого временного периода для доставки груза.  

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Истцом, являющимся должником в исполнении обязательства по своевременной поставке товара, не доказано, что невозможность предотвращения плохих погодных условий, в том числе возможного шторма была абсолютной и объективной. Поэтому суд не может признать доказанным истцом наличие в рассматриваемом случае обстоятельств непреодолимой силы, которые являются основанием для освобождения общества от ответственности за нарушение обязательства по сроку поставки товара.   

Суд соглашается с доводами учреждения о том, что срок поставки товара был нарушен уже на этапе его отгрузки, поскольку как следует из письма транспортно-экспедиционной компании «Мега Транс Сервис» от 17.12.2018, товар был принят к доставке 25.09.2018, а 30.09.2018 погружен на платформу №98022270 и оправлен в составе сборного контейнера направлением Москва – Петропавловск-Камчатский, а 19.10.2018 прибыл в порт Владивосток. Притом что крайний срок поставки товара по договору 17.10.2018. Поэтому утверждения истца о задержке поставки товара по причине непреодолимой силы представляются суду неубедительными.     

Истец, не оспаривая размер начисленной ответчиком неустойки и удержанной с суммы оплаты за товар, полагает, что её размер подлежит уменьшению в порядке статьи 333 ГК РФ, в связи с чем размер удержанных сумм штрафных санкций из сумм, подлежащих оплате поставщику является чрезмерным.       

Учреждение полагает, что такая позиция общества не может приниматься во внимание, поскольку общество, ознакомившись с проектом договора, который обязателен к заключению по результатам проведения закупки, по доброй воле согласилось на заключение договора в такой редакции, подав заявку на участие в закупке, что означает о согласовании условий договора сторонами на этапе вступления общества в процедуру закупки.

Проверив расчет неустойки, суд признает его арифметически верным и соответствующим пункту 4.2 договора. 

В то же время согласно правовой позиции, изложенной в пункте 79 Постановления Пленума ВС РФ № 7, в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статьи 1102 настоящего Кодекса).

Принимая во внимание, что сумма неустойки удержана учреждением на законных основаниях, однако, учитывая, что истец при этом был лишен возможности оспорить её размер, суд приходит к выводу, что, применительно к рассматриваемому спору, истец вправе предъявлять требование об уменьшении размера неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, поскольку иное лишает истца права на судебную защиту своих интересов и соразмерного уменьшения неустойки.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку (статьи 329, 330, 332 ГК РФ) в качестве обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств (статья 333 Кодекса).

При этом, само по себе требование о снижении размера неустойки, являясь производным от основного требования, неразрывно связано с последним, что позволяет суду при рассмотрении дела по существу оценить одновременно и обоснованность размера начисленной и удержанной неустойки, то есть соразмерность последствиям нарушения обязательства, что, направлено на реализацию действия общеправовых принципов справедливости и соразмерности, а также обеспечения баланса имущественных прав сторон при вынесении решения.

Исходя из разъяснений пункта 77 Постановления Пленума ВС РФ № 7, снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума ВС РФ № 7 несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

При этом, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (пункт 74 Постановления Пленума ВС РФ № 7).

По смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не является препятствием для снижения её судом (пункт 70 Постановления Пленума ВС РФ №7). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления Пленума ВС РФ №7).

В силу абзаца второго пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 81) суд, разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, может исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

За нарушение сроков поставки товара учреждением начислена неустойка в сумме 651 776 руб. 30 коп. за 35 календарных дней просрочки поставки товара, исходя из установленного пунктом 4.2 договора размера неустойки 0,5 % от всей цены договора. 

При оценке соотношения вида и размера ответственности поставщика за просрочку поставки товара и заказчика за нарушение срока оплаты товара суд исходит из того, что в силу специфики заключения договора в рамках Федерального закона от 18.07.2011 №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» общество не имело правовой возможности повлиять на снижение размера неустойки за нарушение срока поставки товара. Поэтому доводы учреждения о возможности сторонам при заключении договора самостоятельно оговорить обеспечение исполнения обязательства через неустойку и её размер в силу принципа свободы договора представляются суду некорректными. В рассматриваемом случае ответственность поставщика составляет 0,5 % от цены контракта, а ответственность заказчика – 1/300 ставки рефинансирования Банка России за каждый день просрочки оплаты товара. Такое соотношение размера ответственности сторон, очевидно, свидетельствует о значительном меньшем размере ответственности учреждения перед ответственностью общества (1/300 ставки рефинансирования против 0,5% от цены договора). В связи с чем суд приходит к выводу о том, что такие неравные условия ответственности явно нарушают баланс интересов равных сторон договора и не соответствуют принципам равноправия субъектов гражданских отношений.                        

Таким образом, в целях соблюдения балансов интересов сторон, а также принимая во внимание компенсационный характер неустойки, период просрочки исполнения обязательства обществом, размер ключевой ставки Банка России, действовавшей в спорный период, отсутствие в материалах дела доказательств по размеру действительного ущерба, причиненного обществом в результате нарушения обязательства по сроку поставке товара, арбитражный суд приходит к выводу о том, что начисленная учреждением неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Поэтому на основании статьи 333 ГК РФ полагает возможным уменьшить размер неустойки до 0,1 % от цены договора за каждый день просрочки, посчитав её адекватной и соизмеримой с нарушенным интересом сторон. В связи с чем размер неустойки составляет 130 355 руб. 26 коп. (3 724 436 руб. х 0,1% х 35 дней).

Оснований для снижения неустойки в большем размере судом по материалам дела не установлено.

По правилам статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Поскольку исчисленная и удержанная учреждением сумма штрафных санкций составила 651 776 руб. 30 коп., которая судом в порядке требований статьи 333 ГК РФ снижена до 130 355 руб. 26 коп., то разница между данными суммами в размере 521 421 руб. 04 коп. подлежит взысканию с учреждения «Дворец молодежи» в пользу общества «Тезона», как неосновательное обогащение по основаниям статьи 1102 ГК РФ, что соответствует правовой позиции Постановления Пленума ВС РФ № 7, приведенной в пункте 79.

В силу статьи 110 АПК РФ понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, то есть в сумме 11 742 руб. 00 коп. В остальной части расходы по государственной пошлине относятся на истца. Государственная пошлина в сумме 2 000 руб. 00 коп. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.  

Руководствуясь статьями 1–3, 17, 27–28, 101–103, 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

принять отказ общества с ограниченной ответственностью «Тезона» от исковых требований к краевому государственному автономному учреждению «Дворец молодежи» в части взыскания 32 099 руб. 98 коп. неустойки. Производство по делу в данной части прекратить. 

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с краевого государственного автономного учреждения «Дворец молодежи» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Тезона» 533 163 руб. 04 коп., из них: 521 421 руб. 04 коп. неосновательного обогащения, 11 742 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Тезона» из федерального бюджета 2 000 руб. 00 коп. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 25.07.2019 №382.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                         С.П. Громов