АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-729/19 

Екатеринбург

19 марта 2019 г.

Дело № А50-21237/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 марта 2019 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О. Э.,

судей Пирской О. Н., Оденцовой Ю. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы                                   Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган), Бердинских Алексея Эдуардовича на определение Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2018 по делу № А50-21237/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (далее - уполномоченный орган) – Чистякова Ю.А. (доверенность от 04.09.2018), Гребенкина Г.В. (доверенность от 25.02.2019);

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЦНС-Пермь» (далее – общество «ЦНС-Пермь», должник) Шелеманова М.А. – Черемных А.С. (доверенность от 09.01.2019);

общества с ограниченной ответственностью «Центр нержавеющих сталей и сплавов» (далее – общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов») - Калугина Е.Т. (доверенность от 02.07.2018);

Бердинских Э.Н. – Шубенко В.Е.. (доверенность от 28.06.2018).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 13.03.2017 общество «ЦНС-Пермь» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Саввин А.М.

Конкурсный управляющий должником Саввина А.М. 27.06.2017 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности Бердинских А.Э.

Определением суда от 03.08.2017 производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности Бердинских А.Э. было приостановлено до окончания расчетов с кредиторами общества «ЦНС-Пермь».

Протокольным определением от 11.01.2018 производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности возобновлено.

Уполномоченный орган 07.06.2018 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя и учредителя общества «ЦНС-Пермь» Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н. и общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов», взыскании 14 383 059 руб.  48 коп. (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 05.07.2018 в рамках дела А50-21237/2016 о банкротстве общества «ЦНС-Пермь» заявление конкурсного управляющего о привлечении Бердинских А.Э. к субсидиарной ответственности и заявление уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н., общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» объединены в одно производство для их совместного рассмотрения в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением суда от 27.08.2018 Саввин А.М. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «ЦНС-Пермь», конкурсным управляющим должником утвержден Шелеманов М.А.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2018 (судья Шистерова О.Л.) с Бердинских А.Э. в пользу должника взыскано 12 783 111 руб. 53 коп. убытков, в удовлетворении требований в оставшейся части отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2019 (судьи Плахова Т.Ю., Мартемьянов В.И., Чепурченко О.Н.) определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В кассационной жалобе Бердинских А.Е. просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Заявитель указывает, что Бердинских А.Е., будучи руководителем должника, разумно и добросовестно действовал в интересах должника, о чем свидетельствует, по его мнению, наличие только требования одного кредитора, основанного на текущей деятельности должника. Заявитель полагает, что требование уполномоченного органа фактически основано не на действиях должника, а на действиях контрагентов последнего – общества с ограниченной ответственностью «Ермак» (далее – общество «Ермак») и общества с ограниченной ответственностью «Промтехника» (далее – общество «Промтехника»).

В своей кассационной жалобе уполномоченный орган просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. По мнению заявителя, презумпция вины в доведении до банкротства относится к процессуальным особенностям рассмотрения обособленного спора, в связи с чем к спорным отношениям подлежат применению положения подпункта                   3 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; основания для применения предусмотренной названной нормой, с учетом пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) презумпции доказаны; поскольку задолженность перед уполномоченным органом возникла вследствие правонарушения, установленного вступившим в законную силу решением инспекции ФНС России по Пермскому району Пермского края от 08.08.2017 № 10-10/8/51 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения. Заявитель указывает, что требования уполномоченного органа по основанному долгу, исчисленные указанным решением, составляют более 50% (89,14%) от требований кредиторов по основному долгу, включенных в реестр требований кредиторов третьей очереди. Заявитель поясняет, что невозможность полного погашения требований кредиторов вызвана действиями контролирующих должника лиц. Заявитель отмечает, что объективное банкротство должника явилось следствием применения контролирующим должника лицом схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности, при которой из оборота систематически, безосновательно выводились денежные средства, в период с 4 квартал 2014 года по 1-3 кварталы 2015 года. Заявитель считает, что  организация фиктивного документооборота Бердинских А.Э. с контрагентами (общества «Ермак» и общества «Промтехника») с фактическим перечислением на счета таких фирм «однодневок» в течение 2014-2015 годов денежных средств должника в размере 106 млн. руб., свидетельствуют о незаконном выводе актива должника (в виде денежных средств) в целях обналичивания средств через цепочку «подставных» фирм,  следовательно, Бердинских А.Э. подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании презумпции, установленной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Заявитель утверждает, что при добросовестном исполнении Бердинским А.Э. обязанностей по отношению к должнику последний не имел бы признаков банкротства, так как среднемесячные налоговые обязательства существенно не отразились бы на финансово-хозяйственной деятельности должника.

Также заявитель указывает, что при проведении анализа финансовой хозяйственной деятельности должника временным управляющим не учтены факты искажения бухгалтерской отчетности вследствие создания фиктивного документооборота, а также незадекларированные должником обязательства перед уполномоченным органом, возникшие в 4 квартале 2014 года и 1,2,3 кварталах 2015 года. Заявитель обращает внимание суда кассационной инстанции на то, что судами неправомерно не принято во внимание и не дана оценка доводам о переводе бизнеса должника на общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов», отмечая, что исходя из специфики предпринимательской деятельности должника (оптовая торговля металлами и металлическими рудами), клиентская база (поставщики и покупатели) являлась основой бизнеса должника и источником получения выручки, при том, что Бердинских Э.Н. (отец Бердинских А.Э.) была организована бизнес – модель, предусматривающая периодическую смену юридических лиц, осуществляющих деятельность в сфере реализации металлопроката, которая дала сбой в результате возбуждения 01.12.2015 уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного подпунктами «а», «б» части 2 статьи 172 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении лиц, организовавших с использованием ряда лиц, в том числе обществ «Ермак» и «Промтехника» незаконную банковскую деятельность. Заявитель акцентирует внимание суда округа на то, что обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов», созданного 30.12.2015 –после возбуждения уголовного дела, занята рыночная ниша должника в отсутствие собственной материально-технической и трудовой баз; общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» образовано бывшим сотрудником должника, при этом протоколом допроса свидетеля от 15.12.2016 № 10 подтверждено, что решение о создании общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» было принято коллективом должника (Бердинских А.Э., Мелентьева Ю.В. Курганова А.М.), оно было зарегистрировано по одному адресу с должником, сотрудники должника переведены в общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов»; при этом в отсутствие запасов (товаров на складе) на дату начала деятельности и денежных средств на расчетном счете общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» получает выручку за поставленный товар в отсутствие затрат на его закуп, имея доступ к складу, где хранились запасы должника; использует клиентскую базу должника, вступая в договорные отношения с основными поставщиками и покупателями должника. Уполномоченных орган отмечает, что судами неверно распределено бремя доказывания, неправомерно приняты во внимание доводы ответчиков о передаче запасов  иным кредиторам в отсутствие каких-либо первичных документов, свидетельствующих об отгрузке должником данных запасов и получения денежных средств за них, равно как и доказательств, подтверждающих факт самостоятельного приобретения обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов» запасов и несения им соответствующих расходов. Заявитель полагает, что обстоятельства перевода бизнеса на общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» в целях причинения вреда кредиторам и извлечение выгоды последним и Бердинских Э.Н. в ущерб кредиторам должника свидетельствуют об умышленном и совместном характере действий Бердинских А.Э., общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» и Бердинских Э.Н., а именно, контролирующих должника лиц, и является злоупотреблением правом в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с допущенным злоупотреблением правом указанные лица, по мнению заявителя,  подлежат привлечению солидарно к ответственности по обязательствам должника, ввиду согласованности их действий направленных на получение собственной выгоды в ущерб кредиторам должника.

Кроме того, уполномоченный орган обращает внимание суда округа на то, что передача бизнеса не носила возмездного характера, разумные экономические причины для передачи бизнеса на таких условиях при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами и уполномоченным органом вопреки пункту 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ходе судебного разбирательства раскрыты не были; отмечает, что передача бизнеса, не носящая возмездного характера, совершаемая в целях уклонения от исполнения обязанности по оплате обязательных платежей явно выходит за пределы добросовестного поведения. При этом заявитель указывает на наличие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что невозможность полного погашения требований кредиторов и уполномоченного органа наступила в результате совершения контролирующими должника лицами ряда последовательных, согласованных противоправных действий: использование в 2014-2015 годах схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, при которой из оборота систематически (безосновательно) выводились денежные средства, что подтверждается проведенными мероприятиями налогового контроля; недекларирование в 2015-2016 годах должником обязательных платежей, соответствующих реальным результатам финансово-хозяйственной деятельности; непринятие должником мер, направленных на исполнение обязательств перед уполномоченным органом и индивидуальным предпринимателем Периным А.А. (далее – предприниматель Перин А.А.) при наличии у должника существенных активов; создание общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов», имеющего признаки взаимозависимого лица, вывод бизнеса на данное общество; нераскрытие информации о расходовании запасов должника, отраженных в бухгалтерском балансе за 2015 год, а также их составе.

В отзыве на кассационную жалобу Бардинских А.Э. уполномоченный орган, поддержав доводы своей кассационной жалобы, просит в удовлетворении кассационной жалобы Бердинских А.Е. отказать.

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченного органа общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу уполномоченного органа – без удовлетворения

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, сведения об обществе «ЦНС-Пермь» внесены в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 21.07.2014 Межрайонной инспекцией ФНС 17 по Пермскому краю. Основным видом деятельности должника является торговля оптовая металлами и металлическими рудами. 

Единственным учредителем общества «ЦНС-Пермь» и его руководителем должника в период с 21.07.2014 до момента введения процедуры конкурсного производства являлся Бердинских А.Э.

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено 20.09.2016 на основании заявления предпринимателя Перина А.А.

В отношении должника инспекцией ФНС России по Пермскому району Пермского края проведена выездная налоговая проверка общества, в том числе по вопросу правильности исчисления, своевременности и полноты уплаты налогов за 2014-2015 годы, по результатам которой решением от 08.08.2017 № 10-10/51 должник привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Материалами выездной налоговой проверки, проведенной в отношении должника, установлен факт занижения налоговой базы и иного неправильного исчисления налогов (завышения налоговых вычетов), и, как следствие, неисполнение обязанности по уплате налога на добавленную стоимость за 4 кварталы 2014 года, за 1, 2, 3 кварталы 2015 года в сумме 11 602 291 руб. 00 коп.

Актом выездной налоговой проверки должника установлено, что в течение проверяемого периода (4 квартал 2014, 1-3 квартал 2015 годы) обществом «ЦНС-Пермь» допускался формальный документооборот, направленный на завышение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость с целью минимизации налога, подлежащего уплате в бюджет, тем самым уменьшена общая сумма налога на добавленную стоимость.

Уполномоченным органом в ходе проведения выездной налоговой проверки должника и соответствующих мероприятий налогового контроля было установлено следующее.

Обществом «ЦНС-Пермь» в течение проверяемого периода допущено неправомерное завышение налоговых вычетов, за счет включения сумм НДС, предъявленных по приобретению металлопроката у «проблемных» контрагентов. 

В течение проверяемого периода должником заключены договоры с обществом «Ермак» и с обществом «Промтехника» по приобретению различных видов металлопроката, при этом указанные организации не являются реальными участниками финансово-хозяйственных взаимоотношений, а были введены в финансово-хозяйственную деятельность обществом «ЦНС-Пермь» для создания формального документооборота и искусственного завышения налоговых вычетов.

На протяжении всего периода осуществления договорных отношений у общества «Ермак» и общества «Промтехника»  отсутствовали необходимые производственные ресурсы (реализуемый металлопрокат не закупался, расходы по его доставке не осуществлялись, расходы по аренде складских помещений и транспортных средств отсутствовали, заработная плата не выплачивалась, расходы, связанные с фактическим осуществлением финансово-хозяйственной деятельности отсутствовали). Организации были зарегистрированы по адресам «массовой» регистрации и фактически там не находились, учредители (директора) в показаниях подтвердили факты регистрации обществ (номинальных контрагентов должника) за вознаграждения, движения по расчетным счетам носили транзитный характер, поступающие денежные средства обналичивались физическими лицами. 

В 2014 году между обществом «ЦНС-Пермь» и обществом «Ермак» заключен договор от 28.10.2014 № 10 на поставку металлопроката. Денежные средства должника в сумме 52 350 000 руб., поступившие на расчетный счет общества «Ермак» за металлопрокат, в дальнейшем перечислялись на расчетные счета фирм, обладающих аналогичными признаками «фирм-однодневок», и обналичивались через доверенности неустановленными физическими лицами. 

В 2015 году на расчетный счет общества «Промтехника» от общества «ЦНС-Пермь» перечислены денежные средства в общей сумме 23 702 000 руб., с наименованием платежа «оплата по договору поставки нерж. металлопроката № 0107/2015». 

Полученные счета-фактуры от общества «Ермак» и общества «Промтехника» отражены в книгах покупок общества «ЦНС-Пермь». Указанные суммы НДС были неправомерно включены в налоговые вычеты, уменьшающие суммы налога, подлежащие уплате в бюджет. 

Должником подтверждающие счета-фактуры по приобретению металлопроката у общества  «Ермак», общества  «Промтехника» в период проведения выездной налоговой проверки представлены не были. Документов, подтверждающих получение металлопроката, приобретенного у общества «Ермак», общества  «Промтехника», не установлено, подтверждающих документов не представлено. При анализе расчетных счетов общества «Ермак», общества  «Промтехника» расходов по оплате транспортных услуг по доставке металлопроката не установлено, собственные транспортные средства у указанных обществ отсутствуют. Уполномоченным органом с учетом этого сделан вывод о том, что данные факты свидетельствуют об отсутствии реального получения товаров от спорных контрагентов.

Вышеуказанным решением о привлечении должника к налоговой ответственности должнику дополнительно начислен НДС за 4 квартал 2014 года и 1-3 кварталы 2015 года в сумме 11 601 110 руб., соответствующие пени в общей сумме 2 361 819 руб.  83 коп. и штраф в размере 149 607 руб. 

Решение уполномоченного органа о привлечении к налоговой ответственности от 08.08.2017 было обжаловано конкурсным управляющим в Управление ФНС по Пермскому краю.

Решением от 06.10.2017 № 18-18/492 апелляционная жалоба общества «ЦНС-Пермь» оставлена без удовлетворения.

В связи с неуплатой доначисленных в результате выездной налоговой проверки обязательных (налоговых) платежей, уполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника доначисленных сумм налога на добавленную стоимость, пеней, штрафов.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09.11.2017 сумма задолженности по обязательным платежам и денежным обязательствам перед Российской Федерацией включена в реестр требований кредиторов должника в размере 12 783 111 руб. 53 коп., в том числе основной долг - 11 098 969 руб. 70 коп., пени, штрафы - 1 684 141 руб. 83 коп., что составляет более 50% голосов на собрании кредиторов, следовательно, большинство требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, составляют требования, вытекающие из проведенной уполномоченным органом проверки.

В ходе процедуры конкурсного производства сформирован реестр требований кредиторов, в который включены требования двух кредиторов - требования предпринимателя Перина А.А. в сумме 1 325 670 руб. 95 коп. основного долга и 26 257 руб. судебных расходов по оплате госпошлины, требование уполномоченного органа в сумме 12 783 111 руб. 53 коп.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на положения статьи 10 Закона о банкротстве, полагая, что имеются основания для привлечения должника к субсидиарной ответственности в связи с наличием в составе реестра требований кредиторов требований уполномоченного органа в размере, превышающем 50 процентов от реестра требований кредиторов, обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя и учредителя должника Бердинских А.Э. к субсидиарной ответственности.

Уполномоченный орган, полагая, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н. и общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» также обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, признав, что к спорным правоотношениям подлежит применению нормы материального права, предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве, и нормы процессуального права, предусмотренные Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ), поскольку обстоятельства, заявленные в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, возникли до вступления в законную силу положений статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), принимая во внимание выполненный временным управляющим должником анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, при том, что указанный анализ никем из лиц, участвующих в деле не оспорен, сведений о недостоверности выводов временного управляющего в деле не имеется, учитывая, что  проведение налоговой проверки инициировано уполномоченным органом после возбуждения дела о банкротстве (20.09.2016), решение о привлечении к налоговой ответственности вынесено после признания судом должника несостоятельным (банкротом), а именно 08.08.2017, в связи с чем, заключив, что, к спорным правоотношениям не подлежит применению установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции от 18.06.2017 (действующей на дату подачи конкурсным управляющим заявления о привлечении должника к субсидиарной ответственности) и подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ презумпция доведения до банкротства, поскольку действия, послужившие основанием для привлечения должника к налоговой ответственности и являющиеся основанием заявляемых требований, совершены до введения в действие абзаца 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве - в период 4 квартал 2014 года, 1-3 квартал 2015 года, не усмотрели оснований для привлечения Бердинских А.Э. к субсидиарной ответственности.

При этом, руководствуясь разъяснениями пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), учитывая изложенные в решении налогового органа обстоятельства, признав, что Бердинских А.Э., перечисляя денежные средства сомнительным контрагентам в отсутствие реального исполнения обязательств со стороны последних, действовал недобросовестно, из-за чего произошло убывание денежной массы должника, которая могла быть направлена на удовлетворение требований кредиторов должника, и в результате действий Бердинских А.Э., как руководителя должника, по заключению сделок без реального осуществления хозяйственных операций были единовременно доначислены обязательные платежи, суды пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с Бердинских А.Э. в пользу должника убытков.

Отказывая в привлечении Бердинских Э.Н. и общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» к субсидиарной ответственности, суды обеих инстанций исходили из того, что конкурсным управляющим и уполномоченным органом не доказано, что указанные лица влияли на финансовое положение должника либо давали руководителю должника указания по поводу деятельности общества, а также, что их действия, в том числе по получению активов должника и последующего перераспределения доходов должника с сохранением его долговых обязательств, привели к нарушению прав кредиторов должника. Суды также отметили непредставление конкурсным управляющим и уполномоченным органом каких-либо доказательств, хотя бы косвенно свидетельствующих о поступлении полученных обществами «Ермак» и «Промтехника» от должника денежных средств кому-либо из ответчиков.  С учетом изложенного, суды пришли к выводу, что конкурсным управляющим и уполномоченным органом не доказано, что Бердинских Э.Н. и общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» являются контролирующими должника лицами в силу получения выгоды от незаконного поведения Бердинских А.Э.

Рассмотрев доводы кассационных жалоб и отзывов на нее, заслушав в судебном заседании пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов, суд округа считает, что судебные акты подлежат отмене ввиду следующего.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Так как обстоятельства, послужившие основанием для привлечения должника к налоговой ответственности и являющиеся основанием заявляемых требований, совершены в период 4 квартала 2014 года и 1-3 квартала 2015 года,  которые, как считают заявители, являются основанием для привлечения Бердинских А.Э. к субсидиарной ответственности, имели место в 2014 году, то есть до вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности поступили в суд как до, так и после 01.07.2017, то суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отметили, что в данной части спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. При этом пока не доказано иное предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

При рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Суд апелляционной инстанции правильно указал на то, что применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 указано, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Из содержания пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 относительно порядка применения данной нормы, следует, что приведенные в ней основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам представляют собой опровержимые презумпции недостаточности имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующих должника лиц, которые применяются лишь в случае, если таким контролирующим лицом не доказано иное.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 и статьи 61.11 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

Согласно пункту 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 независимо от того, как именно заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд (статьи 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование, и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно подпункту 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны, в частности, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

В соответствии с пунктом 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение предмета доказывания, то есть совокупности обстоятельств, которые необходимо установить для вынесения законного и обоснованного судебного акта, является компетенцией суда, рассматривающего дело.

Из заявлений конкурсного управляющего и  уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности следует, что в обоснование заявленных требований заявители ссылались на то, что прекращение финансово-хозяйственной деятельности  должника не имело объективных экономических причин и было вызвано переводом бизнеса на общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов», который  в свою очередь находился в причинно-следственной связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов общества «ЦНС-Пермь», отмечая совокупность противоправных действий, направленных на уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами должника при наличии у последнего на момент прекращения предпринимательской деятельности значительных активов (127 000 000 руб.), сокрытие информации о составе имущества должника, основаниях его выбытия, и повлекших с одной стороны одновременное банкротство должника и невозможность полного погашения требований кредиторов и уполномоченного органа и с другой стороны к извлечению выгоды Бердинских Э.Н. и обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов». 

При этом уполномоченный орган на протяжении всего судебного разбирательства акцентировал внимание судов на то, что Бердинских Э.Н., являясь отцом Бердинских А.Э., наряду с обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов» являются выгодоприобретателями,  извлекшими выгоду  в виде увеличения активов в результате незаконных действий Бердинских А.Э.; должник фактически перевел свою финансово-хозяйственную деятельность на вновь созданное юридическое лицо - общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов». Из материалов дела усматривается, что уполномоченный орган также указывал на организацию Бердинских Э.Н. бизнес-модели, предусматривающей периодическую смену корпоративных оболочек (примерно через каждые 2 –              2, 5 года) юридических лиц, создаваемых вначале Бердинских Э.Н., в последующем Бердинских А.Э. и Шулятьевым Д.А., осуществляющих предпринимательскую деятельность в сфере реализации металлопроката. Отмечал, что в спорный период имущественное положение Бердинских Э.Н. значительно улучшилось, за 2017 год со счета общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» на счет Бердинских Э.Н. перечислены денежные средства в значительном размере, в отсутствие документов, подтверждающих обоснованность данных перечислений; указывал на ряд последовательных действий Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н., общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов», результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов, а именно: принятие мер по созданию новой организации с тем же фактическим адресом, контактными телефонами, видами деятельности с целью уклонения от исполнения обязанности по уплате налогов. 

Помимо прочего, отмечая по данным бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 01.01.2016 наличие активов на сумму 127 946 000 руб., в том числе запасов в размере 45 555 000 руб., которые не были выявлены в процедуре банкротства, при том, что по выпискам о движении денежных средств по расчетным счетам должника сопоставимых сумм не поступало, в книгах покупок-продаж должника реализация данных запасов не отражена, соответствующие первичные документы не представлены, указывая на значительное аккумулирование активов общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» за первый год своей деятельности, в том числе запасов, ссылался на поступление на расчетный счет общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» (созданного 30.12.2015) денежных средств, начиная с 19.01.2016, в отсутствие доказательств наличия запасов (товаров на складе) на дату начала деятельности и несения им расходов на приобретение продаваемых запасов, на поступление кредитных средств на счет данного общества лишь спустя полутора лет после начала своей деятельности, на отсутствие на момент своего создания имущества для хранения запасов на каком-либо праве, уполномоченный орган ссылался на наличие оснований полагать, что запасы должника, числившиеся у него по состоянию на 31.12.2015, являлись возможным источником начала предпринимательской деятельности общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов». 

Отклоняя указанные доводы, суды ограничились констатацией того, что заявителем не доказано совершение названными лицами конкретных действий, приведших к нарушению прав кредиторов должника, а также приняты во внимание доводы ответчиков о передаче спорных запасов должника иным кредиторам. Кроме того, не признавая ответчиков контролирующими лицами, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия прямых доказательств осуществления указанными лицами соответствующих функций и недоказанности конкурсным управляющим и уполномоченным органом заявленных доводов.

Однако процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности, возникающие зачастую как в результате отсутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие их статус, реальное положение дел и действительный оборот, что влечет необходимость принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов. 

В связи с тем, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, а напротив, обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника, а его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения, судам следует проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин;  они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу № А33-1677/2013).

В тоже время необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. 

В частности, нелюбое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания. 

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала). При этом исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента может быть истолковано против нее (статья 9, часть 3 статьи 65, часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Уполномоченный орган, ссылаясь на представленные в материалы дела доказательства, неоднократно обращал внимание судов первой и апелляционной инстанций на то, что Бердинских Э.Н. и общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» являются контролирующими должника лицами, поскольку извлекли существенные преимущества из такой системы организации Бердинским Э.Н. предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом. Заявитель указал, что подконтрольное семье Бердинских общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» создано 30.12.2015, первые расходные операции по расчетному счету начинаются с 13.01.2016, поступление оплаты за товар на расчетный счет общества осуществляется с 19.01.2016, при этом обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов» не понесены расходы на закупку продаваемых запасов. Отсутствие у общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» запасов на дату начала деятельности и отсутствие денежных средств на расчетном счете и факт получения выручки за поставленный товар в отсутствие затрат на его закуп, по мнению уполномоченного органа, позволяет рассматривать запасы должника, числившиеся на 31.12.2015 как возможный источник начала предпринимательской деятельности общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов». Кроме того уполномоченный орган сослался  на то, что, на расчетный счет Бердинских Э.Н. от общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» поступали денежные средства, при этом в книге покупок-продаж общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» контрагент Бердинских Э.Н. отсутствует.

В рассматриваемой ситуации ответчикам вменяются действия по инициированию вывода активов должника (денежных средств, запасов) в результате согласованных действий контролирующих должника лиц посредством фактического перевода финансово-хозяйственной деятельности на вновь созданное юридическое лицо – общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» в условиях неисполнения обязательств на значительную сумму перед включенными в реестр требований кредиторов  должника кредитором и уполномоченным органом, что привело к невозможности удовлетворения их требований, о чем общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» и Бердинских Э.Н. не могли быть в неведении в силу своего зависимого положения по отношению к налогоплательщику.

В подобных случаях надлежит устанавливать: отличались ли условия и обстоятельства передачи бизнеса от тех, которые обычно имеют место при взаимодействии независимых друг от друга участников гражданского оборота, преследующих цели делового характера, позволяют ли установленные обстоятельства прийти к выводу об искусственном характере передачи бизнеса, совершения этих действий в целях перевода той имущественной базы, за счет которой должна была быть исполнена обязанность по уплате налогов.

При этом, согласно  правовой позиции, изложенной в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016) и определении от 16.09.2016 № 305-КГ-6003, при доказанности того, что передача материальных и иных ресурсов (передача бизнеса) налогоплательщика другому лицу была совершена в целях уменьшения имущественной базы, за счет которой должна была быть исполнена налоговая обязанность, о чем другое лицо должно было знать, налоговый орган вправе взыскать суммы соответствующих налогов с лица, получившего указанное имущество.

Однако вышеуказанным доводам судами первой и апелляционной инстанций надлежащая оценка не дана. Представленные в материалы настоящего обособленного спора доказательства не были должным образом исследованы судами на предмет оценки доводов как уполномоченного органа, так и конкурсного управляющего и о наличии оснований для привлечения Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н., общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» к ответственности по обязательствам должника. 

Сделав вывод об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, суды необоснованно ограничились ссылкой на то, что заявителями не представлено подтвержденных доказательствами ссылок на противоправные действия ответчиков, приведших к нарушению прав кредиторов должника, не приняв во внимание и не проверив доводы конкурсного управляющего и уполномоченного органа относительно последствий действий Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н. и общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов», направленных на перевод бизнеса должника на подконтрольное лицо, сокрытие имущества должника, в частности, невозможности вследствие данных действий осуществления обществом «ЦНС-Пермь» дальнейшей хозяйственной деятельности и погашения требований кредиторов и уполномоченного органа.

Суды первой и апелляционной инстанций, согласившись с документально не подтвержденными возражениями ответчиков о передаче должникам спорных запасов иным кредиторам, о самостоятельном приобретении обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов» металлопроката и последующей реализации приобретенных запасов своим поставщикам, о наличии между Бердинских Э.Н. и обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов» хозяйственных отношений, подтверждающих обоснованность перечисления на счета Бердинских Э.Н. денежных средств в значительном размере, при отсутствии в материалах дела соответствующих первичных документов, ошибочно возложил негативные последствия неисполнения Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н. и обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов» обязанности по доказыванию добросовестности и разумности вменяемых им действий на конкурсного управляющего и уполномоченный орган.

Кроме того разумные экономические причины к передаче бизнеса и основания к получению обществом «Центр нержавеющих сталей и сплавов» выгоды вопреки части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ходе судебного разбирательства раскрыты не были. 

В связи с этим выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к ответственности Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н. и общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» по обязательствам должника не основаны на материалах дела и являются преждевременными.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности Бердинских А.Э., Бердинских Э.Н., общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов» и взыскивая убытки лишь с Бердинских А.Э, суд первой инстанции в порядке статьи 71 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не исследовал и не установил необходимые и существенные обстоятельства для данного обособленного спора, не разрешил спорные вопросы, требующие разрешения, не привел мотивов, по которым пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения к ответственности Бердинских Э.Н. и общества «Центр нержавеющих сталей и сплавов», неверно распределил бремя доказывания, а апелляционный суд, в свою очередь, не устранил указанные недостатки в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. 

Учитывая изложенное, и то, что суды в нарушение положений статей 65, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не исследовали и не оценили все обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения данного дела по существу, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к ответственности контролирующих должника лиц сделаны без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что привело к преждевременным выводам и вынесению необоснованных судебных актов, определение от 23.10.2018 и постановление от 15.01.2019 подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции в силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить отмеченные недостатки, установить все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора по существу, в частности касающиеся доначисления должнику налогов по результатам налоговой проверки, влияния данного обстоятельства на финансово-экономическое состояние должника, какие причины привели к возникновению кризисной ситуации и переходу в стадию объективного банкротства (критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов), наличие либо отсутствие объективных экономических причин прекращения финансово-хозяйственной деятельности  должника, не обусловлено ли прекращение деятельности должника  переводом бизнеса на общество «Центр нержавеющих сталей и сплавов» и согласованными действиями должника и других лиц с целью перевода той имущественной базы, за счет которой должна была быть исполнена обязанность по уплате обязательств перед кредиторами и уполномоченным органом, дать оценку действиям (бездействию) каждого лица, заявленного к привлечению к субсидиарной ответственности, в том числе с учетом избранной модели ведения бизнеса, рассмотреть вопрос о том,  имеются ли основания для возмещения такими лицами убытков и применения к ним правил солидарной ответственности по обязательствам должника, полно и всесторонне исследовать доводы и возражения участвующих в споре лиц и представленные ими доказательства, дать им надлежащую правовую оценку, правильно распределив бремя доказывания между участниками спора, указать мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы и возражения лиц, участвующих в деле. И принять законное и обоснованное решение в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 23.01.2018 по делу                       № А50-21237/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2019 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий							О.Э. Шавейникова 

Судьи							О.Н. Пирская 

								Ю.А. Оденцова