АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-39911/2018

г. Краснодар

27 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2022 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 27 мая 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Андреевой Е.В. и  Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании от ФИО1 (ИНН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 06.07.2019), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 03.02.2021), от ФИО8 –  ФИО4 (доверенность от 30.09.2020), от публичного акционерного общества Российский национальный коммерческий банк (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО5 (доверенность от 03.12.2021), в отсутствие  финансового управляющего ФИО1 – ФИО6, иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества Российский национальный коммерческий банк на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20 января 2022 года (судья Гарбовский А.И.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 марта 2022 года (судьи Сулименко Н.В., Демина Я.А., Сурмалян Г.А.) по делу № А32-39911/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) в арбитражный суд обратился финансовый управляющий должника ФИО6 (далее – финансовый управляющий) с требованием признать недействительным договор купли-продажи от 24.08.2017, заключенный должником, ФИО7 и ФИО3 и применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

К участию в обособленном споре привлечена ФИО8

Определением суда от 20 января 2022 года, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18 марта 2022 года, в удовлетворении требований отказано.

В кассационной жалобе ПАО Российский национальный коммерческий банк просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению заявителя, оспариваемая сделка заключена по заниженной стоимости. ФИО3 не представил доказательства, подтверждающие оплату по спорному договору купли-продажи. Финансовый управляющий представил доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В отзыве на кассационную жалобу  финансовый управляющий должника поддержал доводы кассационной жалобы банка. Представитель ФИО3 и ФИО8 в отзыве на жалобу просит отказать в удовлетворении жалобы.

В судебном заседании  представитель банка поддержала доводы жалобы, представители должника и ФИО10 возражали против доводов жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела видно, что решением суда от 06.11.2019 должник признан несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО6

Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» 09.11.2019 № 206.

Должник, ФИО7 (продавцы) и ФИО8 (покупатель) 24.08.2017 заключили договор купли-продажи, по условиям которого продавцы продали принадлежащую им на праве общей долевой собственности, каждому по 1/2 доле, а покупатель приобрел целую квартиру № 1, площадью 254 кв. м с кадастровым номером 23:43:0305033:191, расположенную по адресу: г. Краснодар, Центральный округ, ул. Комсомольская, 51. Стоимость квартиры составляет 10 млн рублей (пункт 4 договора).

Полагая, что действия должника свидетельствуют о выводе имущества с целью недопущения удовлетворения за счет него требований кредиторов, отчуждение имущества произведено в пользу ФИО8 безвозмездно, что не может быть признано добросовестным и разумным при наличии задолженности перед кредиторами, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), финансовый управляющий обратился в суд с заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, суды руководствовались статьями 10, 170, 181, 195, 196, 199, 408, 431 Гражданского кодекса, статьями 2, 19, 20.3, 61.2, 61.3, 213.32 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». 

В суде первой инстанции ФИО8 заявил о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по заявленному требованию.

Суды установили и из материалов дела видно, что определением суда от 31.01.2019 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Началом течения срока исковой давности в данном случае является 01.02.2019, а последним днем срока – 31.01.2020.

Согласно информации, размещенной на сайте почты России, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки 22.07.2020 (почтовый идентификатор 30501949009556) – с пропуском годичного срока на оспаривание сделки.

Тот факт, что ФИО6 осуществляет полномочия лишь в процедуре реализации имущества гражданина, не приводит к изменению порядка исчисления срока исковой давности, поскольку арбитражный управляющий в публичной процедуре банкротства является процессуальным правопреемником предыдущего арбитражного управляющего в силу пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

Поскольку оспариваемая сделка совершена 24.08.2017, регистрация права собственности на объект недвижимости за новым собственником произведена 25.08.2017, суды пришли к выводу о том, что сведения об отчуждении должником жилого помещения финансовый управляющий мог получить, запросив выписку ЕГРН.

Заявление о признании сделки недействительной подано в суд 22.07.2020 – спустя более года после введения процедуры реструктуризации долгов гражданина в отношении должника (определение суда от 31.01.2019), при этом приложенная к заявлению копия оспариваемого договора  датирована 17.09.2019, а государственная пошлина по обособленному спору уплачена 13.04.2020.

Суды указали, что финансовый управляющий не обосновал и не доказал, что позднее обращение с иском в суд связано с обстоятельствами непреодолимой силы, обусловлено объективными причинами. Об оспариваемой сделке финансовый управляющий не только мог узнать из ранее полученных документов (до 20.03.2019), но и узнал 17.09.2019 – за 10 месяцев до обращения в суд. Из материалов дела не усматривается наличие каких-либо объективных обстоятельств, не позволивших финансовому управляющему в разумные сроки после получения необходимых сведений обратиться в суд с заявлением о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки.

При изложенных обстоятельствах суды пришли к выводу о пропуске финансовым управляющим годичного срока исковой давности для оспаривания сделки на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, что в силу статьи 199 Гражданского кодекса является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Суды также не установили правовых оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 170 Гражданского кодекса.

Определением суда от 20.07.2021 назначена судебная экспертиза, производство которой поручено экспертизу ФИО9

Согласно заключению эксперта от 30.12.2021 № 21-080 рыночная стоимость 1/2 доли квартиры по состоянию на 24.08.2017, без учета производственных улучшений, составляет 5 707 380 рублей.

Суды пришли к выводу о том, что заключение эксперта от 30.12.2021 № 21-080 является достоверным и допустимым доказательством рыночной стоимости объекта недвижимости на момент совершения оспариваемой сделки, соответствует требованиям Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», а также Федеральным стандартам оценки.

Путем арифметического расчета суды пришли к выводу о том, что стоимость отчужденной квартиры составляла 11 414 760 рублей, а также учли кадастровую стоимость спорного имущества, составляющую 11 497 045 рублей 84 копейки (что приближено к рыночной стоимости, определенной экспертом (11 414 760 рублей)).

Поскольку спорное имущество отчуждено по цене 10 млн рублей, рыночная стоимость квартиры составляла 11 414 760 рублей, а кадастровая стоимость составляет 11 497 045 рублей 84 копейки, суды пришел к выводу о соответствии указанной в оспариваемом договоре стоимости объекта недвижимости его рыночной стоимости, определенной по результатам проведения судебной экспертизы. Указанные обстоятельства финансовым управляющим документально не опровергнуты.

Оценивая довод об отсутствии фактического исполнения по сделке со стороны покупателя, а также об отсутствии намерения у сторон исполнить договор купли-продажи (передача объекта недвижимости покупателю и расчеты по договору не производились), суды установили следующие обстоятельства.

В тексте договора от 24.08.2017 содержится расписка продавца, согласно которой стоимость квартиры составляет 10 млн рублей, указанную сумму продавец получил от покупателя. Расчет произведен полностью при подписании договора.

В рассматриваемом случае должник и ответчик не являются аффилированными лицами, а потому у суда не имеется оснований для применения к ответчику повышенного стандарта доказывания факта оплаты приобретенного им объекта недвижимости.

Таким образом, обязательства по договору купли-продажи со стороны ответчика исполнены в полном объеме, что подтверждается распиской в тексте оспариваемого договора о получении денежных средств должником.

При таких обстоятельствах у судов отсутствовали основания полагать, что ответчик не произвел оплату по оспариваемому договору купли-продажи. 

В подтверждение финансовой возможности, реальности расчета ФИО3 представил налоговую декларацию за 2017 год, согласно которой сумма его дохода значительно превышает сумму сделки.

Сопоставив сумму 10 млн рублей, указанную в договоре, с размером дохода, полученного ответчиком в период, предшествующий заключению сделки, суды пришли к выводу о доказанности финансовой возможности ФИО3 оплатить приобретаемое имущество за спорную сумму.

Непредставление должником документов о расходовании полученных от ФИО3 денежных средств, не может свидетельствовать о недобросовестности последнего. 

Кроме того, суды установили, что полученные от продажи квартиры денежные средства внесены на расчетный счет, открытый в ПАО «Крайинвестбанк», в счет исполнения обязательств по кредитному договору от 30.10.2015 № 174567; данный факт подтверждается выпиской по счету с 01.01.2016 по 20.12.2019, согласно которой 22.08.2017 должник внес на счет для погашений кредита 16 134 057 рублей 32 копейки.

Принимая во внимание, что факт оплаты ответчиком стоимости спорного объекта недвижимости подтвержден материалами дела, суды пришли к выводу об отсутствии в действиях сторон при заключении оспариваемого договора признаков вывода имущества.

Учитывая, что денежные средства за спорный объект недвижимости должником фактически получены в размере, соответствующем рыночной стоимости данного имущества, суды признали недоказанным факт причинения вреда имущественным правам кредиторов при заключении оспариваемого договора купли-продажи от 24.08.2017. Правовые основания для признания оспариваемого договора мнимой сделкой финансовым управляющим не доказаны; не представлены доказательства того, что спорная квартира не выбывала из владения должника и ее супруга; также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что после заключения сделки должник продолжал нести расходы по содержанию спорного имущества.

Применение статей 10 и 170 Гражданского кодекса возможно лишь в том случае, если когда речь о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Однако финансовый управляющий не представил доказательств, свидетельствующих об отсутствии у должника и ФИО3, как сторон оспариваемой сделки, действительной воли на создание правовых последствий, свойственных договору купли-продажи. Исходя из представленных квитанций об оплате ЖКУ, а также справки управляющей организации, правомочия владения и связанные с ним обязательства по оплате коммунальных услуг исполняли последовательно ФИО3 и ФИО8

В материалы дела не представлены доказательства, объективно свидетельствовавшие о том, что оспариваемая сделка является ничтожной, носит мнимый характер. Имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют о том, что должник и ответчик не только имели намерение создать соответствующие заключенной сделкой правовые последствия (передать объект недвижимости), но и совершили для этого необходимые действия (покупателем произведена оплата имущества) и зарегистрировано право собственности (25.08.2017).

Суды пришли к выводу о том, что воля сторон направлена на создание тех правовых последствий, которые они предполагали при заключении договора.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, суды не установили правовых оснований для признания оспоренной сделки ничтожной по основаниям, заявленным финансовым управляющим.

Все доводы и доказательства сторон спора являлись предметом исследования судов, им дана надлежащая правовая оценка.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных судами. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20 января 2022 года и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 марта 2022 года по делу № А32-39911/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                  Ю.В. Мацко

Судьи                                                                                                                Е.В. Андреева

                                                                                                                           М.Г. Калашникова