СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск                                                                                                  Дело № А03-19852/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  18 апреля 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                             Логачева К.Д.,

судей                                                             Иванова О.А.,

                                                                       Чащиловой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хохряковой Н.В., с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-1846/2025) на решение от 13.03.2025 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-19852/2023 (судья Винникова А.Н.) принятое по заявлению ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр Экспертов антикризисного управления», г. Новосибирск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО1 о взыскании 5 000 000 руб. убытков, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начиная с даты получения искового заявления (с 14.05.2024) на сумму задолженности (5 000 000 руб.) за каждый день просрочки исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, до дня фактического исполнения обязательства, 

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Сапфир», АО Акционерная страховая компания «Инвестстрах», ООО «Страховое общество «Помощь», ФИО2, ООО «М2», арбитражного управляющего ФИО3,

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

Ассоциация арбитражных управляющих «Сибирский центр Экспертов антикризисного управления» (далее - ААУ «СЦЭАУ») обратилась в Арбитражный суд Алтайского края с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к ФИО1 о взыскании 5 000 000 руб. убытков, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с даты получения искового заявления (с 14.05.2024) на сумму задолженности за каждый день просрочки исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, до дня фактического исполнения обязательства. 

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Сапфир», АО Акционерная страховая компания «Инвестстрах», ООО «Страховое общество «Помощь», ФИО2, ООО «М2», арбитражный управляющий ФИО3

Решением от 13.03.2025 Арбитражного суда Алтайского края с ФИО1 в пользу ААУ «СЦЭАУ»  взысканы 5 000 000 руб., убытков, проценты за пользование чужими денежными средствами за период со дня вступления в законную силу решения суда по настоящему делу по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, судебные расходы по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее подателем указано следующее: основания для взыскания убытков в порядке регресса отсутствуют, поскольку истцом не доказано наличие умысла в действиях (бездействии) ФИО4 Для предъявления регрессного требования саморегулируемая организация должна доказать противоправность поведения ответчика, что в настоящем деле не доказано. Кроме того, судом при вынесении оспариваемого решения не учтено заявление ответчика о пропуске истцом общего срока исковой давности 3 года, установленного ст. 196 ГК РФ. По мнению апеллянта, судом первой инстанции при вынесении обжалуемого определения не учтена  правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда РФ от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, согласно которой, при рассмотрении спора о взыскании убытков с арбитражного управляющего за не оспаривание сделки должны быть исследованы как вероятность признания сделок недействительными, так и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, которые подлежали бы возвращению в конкурсную массу. Доводы об удовлетворении требований о признании сделок недействительными в случае их предъявления в пределах срока исковой давности истцом не приведены, так и не приведены доказательства возможности исполнения соответствующих судебных актов в виде пополнения конкурсной массы, тогда как само по себе предъявление иска в пределах срока исковой давности не гарантирует ни его удовлетворения, ни исполнения судебного акта в случае признания такого иска обоснованным. Вместе с тем, доказательства причинно-следственной связи между пропуском сроков исковой давности на оспаривание сделки и причинением убытков арбитражным управляющим в материалах дела № А02-1763/2015 отсутствуют. 

ААУ «СЦЭАУ» представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции считает, что фактические обстоятельства по делу установлены судом первой инстанции полно и правильно.

ААУ «СЦЭАУ» является саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, и внесенной в Единый государственный реестр саморегулируемых организаций арбитражных управляющих 18.07.2003 за № 10.

ФИО1 в период с 26.02.2016 по 23.03.2020 являлся членом ААУ «СЦЭАУ».

В период с 06.06.2016 по 10.08.2017 ФИО1, являясь членом ААУ «СЦЭАУ», исполнял полномочия конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «М2» (далее – ООО «М2»)  (дело о банкротстве №А02-1763/2015).

Решением от 06.06.2016 Арбитражного суда Республики Алтай  по делу № А02-1762/2015 ООО «М2» признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 Срок конкурсного производства неоднократно продлялся. 10.08.2017 ФИО1 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «М2». 

Определением от 25.01.2019 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1762/2015 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

29.05.2019 ФИО5 обратился в суд с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу ООО «М2» убытков в размере 77 453 261 руб. 54 коп. 

Вступившим в законную силу определением от 07.10.2019 Арбитражного суда Республики Алтай, оставленным без изменения постановлением  от 03.03.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда и постановлением от 30.06.2020  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А02-1763/2015, с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу  ООО «М2» взысканы убытки в размере 72 154 935,61 руб. 

В указанном определении суд пришел к выводу о подтвержденности причинно- следственной связи между установленными вступившими в законную силу судебными актами, обстоятельствами неправомерного бездействия конкурсного управляющего и возникшими убытками, вменяя ФИО1 пропуск срока исковой давности на 1 месяц по обжалованию оспоримых сделок должника ООО «М2». 

В связи с недостаточностью средств, выплаченных по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего и неудовлетворением ФИО6 требования о возмещении убытков (исх. №111 от 13.01.2021, вх. №504 от 18.01.2021) в течение тридцати рабочих дней с даты его предъявления, ООО «М2» в лице конкурсного управляющего ФИО5 на основании пункта 4 статьи 25.1 Закона о банкротстве обратилось к ААУ «СЦЭАУ»  с требованием о компенсационной выплате из компенсационного фонда саморегулируемой организации в размере 5 000 000,00 руб. 

ААУ «СЦЭАУ» произведена выплата из компенсационного фонда в размере 5 000 000,00 руб., что подтверждается платежным поручением № 387 от 16.03.2021 с назначением платежа «Выплата из компенсационного фонда по требованию от 13.01.2021, согласно определению АС Республики Алтай от 07.10.2019 по делу №А02-1763/2015 Без налога (НДС)». 

Определением от 04.03.2021 (резолютивная часть объявлена 25.02.2021) Арбитражного суда Алтайского края по делу №А03-17949/2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов. 

Заявление о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) обосновано ссылками на статьи 213.3, 213.4, 213.5, 213.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано наличием неисполненных обязательств перед кредитором на общую сумму 72 154 935,61 руб., взысканной с ФИО1 в пользу ООО «М2» на основании определения от 07.10.2019 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1763/2015. 

Решением от 31.05.2021 (резолютивная часть объявлена 27.05.2021) Арбитражного суда Алтайского края по делу №А03-17949/2020 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества. 

Из материалов дела следует, что 24.01.2023 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление ФИО7 о замене взыскателя - ООО «М2» на его правопреемника - ФИО7 в отношении права требования к ФИО1 на сумму 67 154 935,61 руб., о принятии отказа ФИО7 от иска к ФИО1 о признании его несостоятельным (банкротом), о прекращении производство по делу №А03-17949/2020. 

Определением от 22.02.2023 суд произвел процессуальную замену кредитора – ООО «М2» – в деле А03-17949/2020 о банкротстве ФИО1 с суммой основного долга в размере 67 154 935,61 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением от 04.03.2021 Арбитражного суда Алтайского края на его правопреемника – ФИО7 

Внесены изменения в реестр требований кредиторов ФИО1, из него исключено требование ООО «М2» с суммой основного долга в размере 67 154 935,61 руб. 

Определением от 27.02.2023 Арбитражного суда Алтайского края производство по делу № А03-17949/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 прекращено. 

Полагая, что ФИО1 ненадлежащим образом исполнял обязанности арбитражного управляющего при осуществлении конкурсного производства в отношении ООО «М2» в деле №А02-1763/2015, чем причинил убытки компенсационному фонду саморегулируемой организации в сумме 5 000 000 руб., ААУ «СЦЭАУ» обратилась в арбитражный суд с настоящим иском. 

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения оспариваемого решения, исходя из следующего.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно определив способы их судебной защиты (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Частью 1 статьи 11 ГК РФ определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях. При отсутствии договорных отношений правовой режим возмещения убытков, наряду с положениями статьи 15 ГК РФ, определяется нормами главы 59 ГК РФ, закрепляющей в статье 1064 ГК РФ общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" (далее - постановление № 25) указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 4 статьи 20.4 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон № 127-ФЗ) предусмотрено, что арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" арбитражный управляющий несет ответственность в виде убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150).

Статьей 24.1 Закона № 127-ФЗ в целях обеспечения гарантированного возмещения убытков, причиненных действиями арбитражного управляющего, установлена обязанность страхования арбитражным управляющим своей ответственности за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 24.1 Закона № 127-ФЗ договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве должен быть заключен со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, на срок не менее чем год с условием его возобновления на тот же срок.

Согласно пункту 5 статьи 24.1 Закона № 127-ФЗ страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное вступившим в законную силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами или иными лицами в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 24.1 Закона № 127-ФЗ при наступлении страхового случая страховщик производит страховую выплату в размере причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам убытков, установленных вступившим в законную силу решением суда, но не превышающем размера страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего.

Таким образом, для определения события как страхового случая обязательным является наличие такого обстоятельства, как ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей в период действия договора страхования. Решение суда же необходимо для подтверждения факта наступления страхового случая.

При наступлении страхового случая страховщик производит страховую выплату в размере причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам убытков, установленных вступившим в законную силу решением суда, но не превышающем размера страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего (пункт 7 статьи 24.1 Закона № 127-ФЗ).

Помимо прочего, из статьи 25.1 Закона № 127-ФЗ следует, что саморегулируемая организация арбитражных управляющих обязана обеспечивать формирование компенсационного фонда саморегулируемой организации для финансового обеспечения ответственности по возмещению убытков, причиненных членами саморегулируемой организации при исполнении обязанностей арбитражных управляющих.

В соответствии с пунктом 2 статьи 25.1 Закона № 127-ФЗ компенсационным фондом саморегулируемой организации арбитражных управляющих является обособленное имущество, принадлежащее саморегулируемой организации на праве собственности. Он формируется за счет членских взносов членов саморегулируемой организации, перечисляемых только в денежной форме в размере не менее чем двести тысяч рублей на каждого ее члена. Минимальный размер компенсационного фонда составляет пятьдесят миллионов рублей. Не допускается освобождение члена саморегулируемой организации от обязанности внесения взносов в компенсационный фонд саморегулируемой организации.

В силу пункта 3 статьи 25.1 Закона № 127-ФЗ требование о компенсационной выплате из компенсационного фонда саморегулируемой организации арбитражных управляющих может быть предъявлено к саморегулируемой организации лицом, в пользу которого принято решение о взыскании убытков, только при одновременном наличии следующих условий: недостаточность средств, полученных по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, для возмещения причиненных им убытков; отказ арбитражного управляющего удовлетворить требование такого лица или неудовлетворение арбитражным управляющим этого требования в течение тридцати рабочих дней с даты предъявления этого требования.

Названной нормой Закона № 127-ФЗ установлена субсидиарная (статья 399 ГК РФ) ответственность саморегулируемой организации арбитражных управляющих, которая наступает в случае неудовлетворения требований о возмещении убытков самим причинителем вреда (арбитражным управляющим) и недостаточности страхового покрытия.

Из содержания вышеприведенных норм следует, что ответственность саморегулируемой организации арбитражных управляющих за убытки, причиненные членами такой организации, наступает при невозможности удовлетворения соответствующего требования потерпевшего за счет страхового возмещения и средств самого арбитражного управляющего. Назначение компенсационного фонда саморегулируемой организации состоит в предоставлении потерпевшему лицу дополнительной гарантии получения причитающегося возмещения.

По смыслу Закона № 127-ФЗ основными целями предусмотренных законом механизмов страхования ответственности арбитражного управляющего и компенсации убытков за счет средств компенсационного фонда саморегулируемой организации арбитражных управляющих являются защита имущественных прав лиц, участвующих в деле о банкротстве, предоставление названным лицам гарантии защиты их прав и охраняемых законом интересов, а также недопустимость ухудшения финансового положения должника в результате незаконных действий (бездействия) арбитражного управляющего.

Указанный вывод следует также из положений Федерального закона от 01.12.2007 № 315-ФЗ "О саморегулируемых организациях" (далее - Закон о СРО), который рассматривает компенсационный фонд в качестве способа обеспечения имущественной ответственности членов саморегулируемой организации перед потребителями работ, услуг и иными лицами (статья 13 Закона о СРО).

В то же время, обязанность возмещения потерпевшему причиненных убытков лежит в силу статьи 20.4 Закона № 127-ФЗ непосредственно на арбитражном управляющем и должна быть исполнена; перечисление саморегулируемой организацией денежных средств из компенсационного фонда не может освобождать арбитражного управляющего от обязанности исполнить вступивший в законную силу судебный акт о возмещении причиненных убытков, так как в случае осуществления выплаты из средств компенсационного фонда саморегулируемой организации в пользу потерпевшего его место в обязательстве из причинения вреда (на сумму произведенной выплаты) занимает саморегулируемая организация применительно к правилам пункта 1 статьи 387 ГК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 № 305-ЭС18-10791 по делу № А40-150995/2016).

Компенсационный фонд - это обособленный имущественный комплекс, принадлежащий СРО на праве собственности, но в то же время правомочия собственника (по владению, пользованию и распоряжению средствами компенсационного фонда) существенно ограничены целью использования имущества; при этом в основе формирования средств компенсационного фонда СРО усматривается корпоративная природа, в то время как при страховании ответственности управляющего имеют место гражданско-правовые отношения, регулируемые специальными нормами для данного вида договора (договора страхования); применение аналогии закона в конкретном случае недопустимо, поскольку необходимым условием для применения аналогии закона как способа устранения пробела является отсутствие в законодательстве, обычае или договоре прямого регулирования соответствующего отношения, а этого в данном случае не наблюдается, поскольку в законе есть специальная статья (статья 25.1 Закона № 127-ФЗ регулирует вопрос о возмещении убытков саморегулируемой организацией из средств компенсационного фонда), также применение закона по аналогии не должно противоречить существу этого отношения, а как следует из анализа отношений по формированию и распоряжению средствами компенсационного фонда, они отличаются от гражданско-правовых отношений из договора страхования.

Таким образом, правовая цель формирования компенсационного фонда саморегулируемой организации заключается в создании дополнительной защиты лица, которому причинены убытки, путем обеспечения имущественной ответственности членов саморегулируемой организации, назначение компенсационного фонда саморегулируемой организации состоит в обеспечении потерпевшему лицу дополнительной гарантии получения причитающегося возмещения, но не в защите интересов арбитражного управляющего, чьими незаконными действиями причинены убытки.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившим в законную силу определением от 07.10.2019 Арбитражного суда Республики Алтай, оставленным без изменения постановлением  от 03.03.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда и постановлением от 30.06.2020  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А02-1763/2015, с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ООО «М2» взысканы убытки в размере 72 154 935,61 руб. 

Как следует из материалов дела, ААУ «СЦЭАУ» исполнила обязательства по выплате убытков, взысканных в пользу конкурсной массы ООО «М2».

Таким образом, саморегулируемой организацией в субсидиарном порядке исполнено обязательство основного должника (арбитражного управляющего).

Согласно пункту 1 статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств: 1) в результате универсального правопреемства в правах кредитора; 2) по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом; 3) вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем; 4) при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; 5) в других случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законам. Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными.

Следовательно, саморегулируемая организация как лицо, отвечающее субсидиарно, вправе предъявить к причинителю вреда регрессное требование.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ААУ «СЦЭАУ» имеет право на обращение с требованием о взыскании с бывшего арбитражного управляющего ФИО1 в порядке пункта 3 статьи 399, пункта 1 статьи 1081 ГК РФ оставшейся невозмещенными после выплаты страхового возмещения убытков в сумме 5 000 000 руб., поскольку возместила вред, причиненный ФИО1 в период осуществления им полномочий конкурсного управляющего ООО «М2», взысканный на основании вступившего в законную силу судебного акта. 

В апелляционной жалобе, ответчик указывает на отсутствие оснований для взыскания убытков в порядке регресса, поскольку не доказано наличие умысла в действиях (бездействии) ФИО1, направленных на причинение убытков.

Отклоняя указанные доводы, апелляционный суд учитывает следующее.

В пункте 4 статьи 20.4 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон № 127-ФЗ) предусмотрено, что арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" арбитражный управляющий несет ответственность в виде убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий. 

В абзаце 5 пункта 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" изложена правовая позиция, в соответствии с которой с арбитражного управляющего могут быть взысканы убытки, причиненные пропуском по его вине исковой давности по требованию о признании сделки недействительной.

Наличие факта причинения убытков арбитражным управляющим ФИО1 должнику ООО «М2» установлено вступившим в законную силу определением от 07.10.2019 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1763/2015.

В связи с тем, что ФИО1 своевременно не были возмещены денежные средства, должник ООО «М2» обратился к Ассоциации с целью произведения выплаты из компенсационного фонда в размере 5 000 000 руб. 

Доводы заявителя о том, что виновность ФИО1 судебным актом не установлена, а установленное судом неправомерное бездействие не подтверждается постановлениями о привлечении к административной или уголовной ответственности, вина в действиях ФИО1 по пропуску исковой давности о признании сделок недействительными не доказана, а значит, отсутствует, признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку в ходе рассмотрения дела № А02-1763/2015, судом выяснялись обстоятельства об установлении вины лица, нарушившем обязательство или причинившего вред, факт наличия убытков и установление их размера (определение от 07.10.2019 Арбитражного суда Республики Алтай по делу № А02-1763/2015).

Доводы апеллянта о том, что ААУ «СЦЭАУ» имела возможность обратиться в ходе процедуры банкротства ФИО1 с заявлением о включении в его реестр требований кредиторов, и как следствие ответчик (должник) мог быть освобожден от обязательств, отклоняются судебной коллегией на основании следующего.

 Согласно пунктом 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. 

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве. 

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4,5 статьи 213.28 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. 

Согласно подпункту 3 пункта 6 этой же статьи правила пункта 5 настоящей статьи также применяются к требованиям: о возмещении гражданином убытков, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Таким образом, убытки, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части, т.е. освобождение гражданина от обязательств не допускается. 

Соответственно суд первой инстанции правомерно отметил, что убытки, которые были причинены арбитражным управляющим ФИО1 в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «М2» в общей сумме 72 154 935,61 руб. сохранили бы свою силу. А процедура реализации имущества должника ФИО1 была бы завершена, однако в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств не были бы применены. 

Вместе с тем на момент возбуждения процедуры о несостоятельности (банкротства) ФИО1 правила пунктов 3,5,6 статьи 213.28 Закона о банкротства уже вступили в законную силу.

В связи с чем, ссылки апеллянта о невозможности применения судом при рассмотрении настоящего дела положения абзаца 2 пункта 3, пункта 5,пункта 6 статьи 213.28 (в ред. ФЗ от 08.08.2024 № 298-ФЗ) Закона о банкротстве, признаются несостоятельными апелляционным судом, поскольку основаны на неверном толковании заявителем норм права. 

Давая оценку доводам жалобы о пропуске исковой давности ААУ «СЦЭАУ» на подачу заявления о взыскании убытков с ФИО1, судебная коллегия отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Согласно пункту 3 статьи 200 ГК РФ по регрессным обязательствам течение срока исковой давности начинается со дня исполнения основного обязательства. 

По смыслу статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами. 

Согласно пункту 6 статьи 25.1 Закона о банкротстве саморегулируемая организация арбитражных управляющих или национальное объединение саморегулируемых организаций арбитражных управляющих обязаны осуществить компенсационную выплату в течение шестидесяти календарных дней с даты получения соответствующего требования или выдать лицу, обратившемуся с требованием о компенсационной выплате, мотивированный отказ в ее выплате. 

Срок исковой давности на подачу искового заявления о взыскании денежных средств в порядке регресса с ФИО1 не пропущен, поскольку право на подачу настоящего искового заявления в силу положения пункта 3 статьи 200 ГК РФ у Ассоциации возникло с 16.03.2021 – с момента произведения компенсационной выплаты из компенсационного фонда. 

Ссылки подателя жалобы о неприменении судом первой инстанции при вынесении обжалуемого определения правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, отклоняются судебной коллегией за несостоятельностью, поскольку имеется вступивший в законную силу судебный акт о привлечении ФИО1 к гражданско-правовой ответственности, взысканию с него убытков, которым установлена причинно-следственная связь между неправомерными действиями (бездействиями) арбитражного управляющего по оспариванию сделок в рамках несостоятельности банкрота ООО «М2» и причинению ущерба конкурсной массе и интересам кредиторов.

В рамках настоящего дела истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с даты получения искового заявления с 14.05.2024 на сумму задолженности - 5 000 000 руб. за каждый день просрочки исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в  соответствующие периоды, до дня фактического исполнения обязательства. 

Из разъяснений пункта 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление № 7) следует, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в кодексе). 

Обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником (пункт 57 Постановления № 7). 

Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 48 Постановления № 7). 

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о частичном удовлетворении требований о взыскании процентов с силу статьи 395 ГК РФ, поскольку исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами подлежат удовлетворению за период со дня вступления в законную силу решения суда по настоящему делу по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. 

Суд первой инстанции полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и правильно применил нормы материального права, не допустив при этом нарушений процессуального закона.

Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств, выражают несогласие с выводами суда, не опровергают их.

Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции не является процессуальным основанием отмены судебного акта, принятого с соблюдением норм материального и процессуального права.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения арбитражного суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на подателя апелляционной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 13.03.2025 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-19852/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

      Председательствующий                                                                      К.Д. Логачев

      Судьи                                                                                         А.О. Иванов

                                                                                                          Т.С. Чащилова