ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, 

<

...>, тел. 

<

***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения суда, 

не вступившего в законную силу

22 августа 2025 года Дело № А55-31526/2024

Резолютивная часть постановления оглашена 21 августа 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 22 августа 2025 года 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Сафаевой Н.Р., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мулиновой М.В. и Лысенковой Т.А.,

при участии в открытом судебном заседании 17.07.2025 – 31.07.2025 – 12.08.2025 -21.08.2025  

от общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» – представителя ФИО1, действующей на основании доверенности от 06.09.2024, 

от общества с ограниченной ответственностью «Альянс» – представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от 11.11.2024, 

 от прокуратуры Самарской области – помощника прокурора Антипиной Н.Н., служебное удостоверение, приказ, 

рассмотрев по общим правилам искового производства, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, 

дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» к обществу с ограниченной ответственностью «Альянс» о взыскании задолженности по договору подряда и процентов за пользование чужими денежными средствами,

и по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Альянс» к обществу с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» о признании договора подряда недействительной сделкой,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» обратилось в арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Альянс» о взыскании 460 980 рублей 62 копеек, в том числе основного долга по договору подряда № 01/У/2023 от 13.02.2023 в размере 392 980 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 68 000 рублей 62 копейки, начисленных за период просрочки в оплате с 02.07.2023 по 05.09.2024, с последующим их начислением по день фактического исполнения денежного обязательства.

Определением суда от 16.09.2024 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства согласно статье 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением арбитражного суда Самарской области (резолютивная часть от 01.11.2024, мотивированное решение изготовлено 20.11.2024), принятым в порядке упрощенного производства, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением фактических обстоятельств возникшего между сторонами спора, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения дела.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству. 

Определением от 28.12.2024 суд удовлетворил заявление Прокуратуры Самарской области о вступлении в дело с процессуальными правами и обязанностями лица, участвующего в деле.

В соответствии с частью 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Из материалов дела следует, что при обращении с иском в арбитражный суд истец заявил требования о взыскании с ответчика задолженности в сумме 392 980 рублей за выполненные работы по договору подряда № 01/У/2023 от 13.02.2023 и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными за нарушение сроков исполнения денежного обязательства по договору.

В процессе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик не подтвердил выполнение истцом работ на заявленную в иске сумму, более того представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором сообщил суду о непредставлении истцом исполнительной документации на спорные работы, что не позволяет установить факт их выполнения, а также определить их объем. Указанное, по мнению ответчика, не исключает необходимость проведения по делу судебной экспертизы, в связи с чем ответчик просил суд перейти к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.  

Согласно пункту 1 статьи 226 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела в порядке упрощенного производства рассматриваются арбитражным судом по общим правилам искового производства, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд пришел к выводу о том, что, в частности, необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства, а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания.

Согласно части 1 статьи 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации задачами подготовки дела к судебному разбирательству являются, в числе прочего, определение характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства, обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. 

По смыслу норм статьей 64, 65, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом правовой квалификации спорных правоотношений сторон, исходя из характера возникших между ними разногласий, суд должен определить и разъяснить сторонам пределы и предмет доказывания по возникшему спору и распределить между лицами, участвующими в деле, бремя доказывая, а также объем доказательств, необходимый для установления того или иного факта, входящего в предмет доказывания.

Следовательно, для выравнивания процессуальных возможностей сторон и достижения задач судопроизводства, предусмотренных статьей 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражному суду надлежало оказать содействие в реализации процессуальных прав участника общества, в том числе с учетом ч. 2, 4 ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, создать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения действующего законодательства при рассмотрении дела, в том числе, разъяснить лицам, участвующим в деле, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, подлежат установлению, и предложить лицам, участвующим в деле, представить соответствующие доказательства, исходя из определенного судом, с учетом названных обстоятельств, бремени доказывания.

Правовая природа заключенного сторонами договора позволяет квалифицировать его в качестве договора подряда.

По смыслу норм статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации и положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в споре, возникшем между подрядчиком и заказчиком о неоплате выполненных работ, подрядчик должен доказать факт выполнения работ в согласованном объеме, в установленные сроки и с надлежащим качеством, а заказчик, возражающий против иска, должен доказать основания для отказа от оплаты работ.

В данном случае, отказывая истцу в оплате, ответчик отрицал факт выполнения работ истцом. При этом наличие подписанного между сторонами акта о приемке выполненных работ само по себе не лишает лицо, подписавшее такой документ, права представить суду возражения по объему, стоимости и качеству работ (пункты 12, 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 N 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определениях от 27.05.2015 N 302-ЭС14-7670, от 10.06.2015 N 305-ЭС15-2572, от 10.07.2017 N 305-ЭС17-4211, от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470, по общему правилу не подлежат доказыванию отрицательные факты; заявление об отрицательном факте перекладывает на другую сторону обязанность по опровержению утверждения заявителя.

Следовательно, суду первой инстанции, с учетом возражений ответчика против предъявленного иска, надлежало предложить истцу подтвердить факт выполнения спорных работ дополнительными доказательствами, не ограничиваясь лишь актом приемки выполненных работ, подписанным сторонами.

В данном случае суд первой инстанции не в полном объеме установил фактические обстоятельства дела, и не переходя к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, допустил существенное нарушение процессуальных норм, поскольку фактически лишил ответчика права на защиту, отнеся на него риски недоказанности отрицательного факта (факта невыполнения истцом спорных работ).

Указанные обстоятельства применительно к пункту 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 2 части 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства придет к выводу о том, что необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства.

 Для полного и объективного рассмотрения дела, проверки доводов жалобы и соблюдения принципа состязательности сторон, суд апелляционной инстанции усмотрел основания для рассмотрения дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, по общим правилам искового производства, о чем вынес определение от 04.02.2025.

В процессе рассмотрения дела ответчиком был заявлен встречный иск о признании недействительной сделкой заключенного между сторонами договора подряда №01/У/2023 от 13.02.2023. Встречное исковое заявление принято к рассмотрению апелляционного суда определением от 02.04.2025. 

Мотивы встречных исковых требований сводились к тому, что оспариваемый договор является сделкой, совершенной между аффилированными лицами, при наличии сговора между руководителями сторон сделки, с целью прикрытия фактических заемных отношений и наращивания кредиторской задолженности для последующего вывода денежных средств с использованием механизма принудительного судебного взыскания или контроля процедуры банкротства ответчика, в отношении которого 28.02.2024 возбуждено дело №А55-5523/2024 о несостоятельности (банкротстве). В качестве правового основания иска истцом указаны нормы статьей 10, 168, 170, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В подтверждение наличия фактической аффилированности сторон истец по встречному иску ссылался на такие признаки аффилированности, как предоставленное руководителю общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» ФИО3 право распоряжения банковским счетом общества с ограниченной ответственностью «Альянс», прием ФИО3 в штат сотрудников общества с ограниченной ответственностью «Альянс», заключение сторонами многочисленных гражданско-правовых сделок на условиях, недоступных для других участников оборота, выраженных в продолжительной отсрочке платежей, отсутствии обеспечения и длительном невостребовании просроченной задолженности по исполненным сделкам.

В процессе хозяйственной деятельности любого общества могут совершаться сделки, в которых имеется заинтересованность ряда лиц, способных оказывать влияние на формирование воли общества. При этом совершение таких сделок может быть, как экономически оправданным для деятельности общества, так и причинять обществу вред.

По смыслу норм действующего законодательства не любая экономически невыгодная сделка, совершенная между аффилированными лицами, может признаваться недействительной. Квалифицирующим признаком для признания такой сделки недействительной будет являться противоправная цель ее совершения, направленная на извлечение имущественной выгоды контролирующим лицом за счет причинения вреда обществу. 

Последствия нарушения заинтересованным в сделке представителем или органом юридического лица условий осуществления полномочий либо интересов представляемого или интересов юридического лица определены в статье 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, в пункте 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

При наличии сговора либо иных совместных действий между лицом, действующим от имени юридического лица, и другой стороной сделки факт причиненного договором ущерба является достаточным основанием для признания его недействительным в соответствии с пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации вне зависимости от существенности причиненного ущерба (пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2025), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).

Исходя из диспозиции пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, независимо от указанного в данной норме основания недействительности сделки, обязательным ее элементом должен являться невыгодный для корпорации характер сделки, совершенной руководителем общества или иным представителем в условиях конфликта интересов, то есть в результате совершения такой сделки у общества должны возникнуть убытки.

В процессе рассмотрения дела ответчиком не был подтвержден убыточный характер заключенного между сторонами договора № 01/У/2023 от 13.02.2023.

Из содержания заключенного сторонами договора следует, что общество с ограниченной ответственностью «Альянс», являясь заказчиком, поручило, а общество с ограниченной ответственностью «Стройкомплект», будучи подрядчиком, приняло на себя обязательство выполнить работы по устройству забора на объекте: «Многоэтажная жилая застройка по адресу: 

<

...>», проведя с использованием спецтехники демонтаж старого забора из профлиста Н=3 м. на металлическом каркасе с устройством нового забора из профлиста Н=3 м. на металлическом каркасе длиной 70 п.м.

В соответствии с утвержденной сметой стоимость подлежащих выполнению работ была согласована сторонами равной 392 980 рублей.

Условия договора подряда № 01/У/2023 от 13.02.2023 допускали привлечение подрядчиком для выполнения работ третьих лиц.

Для выполнения указанных в договоре работ подрядчиком был привлечен субподрядчик в лице индивидуального предпринимателя ФИО4, с которым подрядчик заключил договор №02-02/Д. В соответствии с утвержденной сметой к данному договору стоимость подлежащих выполнению работ была согласована равной 200 500 рублей. Факт выполнения работ субподрядчиком подтвержден подписанным между подрядчиком и субподрядчиком актом о приемке выполненных работ от 20.02.2023, а также произведенной обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» в пользу предпринимателя ФИО4 оплатой 200 500 рублей платежным поручением №24 от 13.02.2023.

Таким образом, реальность договора подряда № 01/У/2023 от 13.02.2023 подтверждена представленными в дело доказательствами, которые не были опровергнуты со стороны общества с ограниченной ответственностью «Альянс» и прокуратуры Самарской области.

Приведенный истцом по встречному иску довод о завышении цены работ, выполненных по договору подряда, основанный на том, что договорная цена существенно превышала расходы подрядчика на оплату работ, выполненных силами привлеченного им субподрядчика, апелляционным судом отклоняется, так как сам по себе данный факт не может свидетельствовать о недействительности совершенной между сторонами сделки.

Принцип свободы договора является одним из фундаментальных принципов гражданского права, который даёт участникам гражданского оборота возможность самостоятельно решать, заключать ли договор, с кем его заключать и на каких условиях. Этот принцип, закреплённый в статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит в основе рыночной экономики. Свобода договора способствует развитию коммерческих и гражданских отношений, предоставляя сторонам гибкость в выборе условий и форм взаимодействия.

Принцип свободы договора, являясь важнейшим правовым инструментом, который обеспечивает гражданам и юридическим лицам возможность самостоятельно регулировать свои взаимоотношения, может быть ограничен рядом норм, направленных на защиту публичных интересов и интересов слабых сторон в договорных отношениях. Судебная практика исходит из того, что такие ограничения направлены на обеспечение справедливости и недопущение злоупотребления правами при заключении договоров.

Ограничение принципа свободы гражданско-правового договора, заключенного между коммерческими организациями, применительно к согласованной его сторонами цене сделки, может быть обусловлено исключительно защитой интереса слабой стороны в договорных отношениях.

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 «О свободе договора и ее пределах» указано, что при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или о ничтожности таких условий по статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае заказчик не являлся слабой стороной договора, права и интересы которого подлежат защите способами, обусловленными несправедливыми договорными условиями.

По общему правилу, пересмотр договорных условий, ставших невыгодными стороне в процессе исполнения договора, недопустим, поскольку участники гражданского оборота, осуществляющие предпринимательскую деятельность, обязаны соблюдать достигнутые ими договоренности и нести риски своих коммерческих решений, независимо от достижения или недостижения ожидаемого от таких решений финансового эффекта.

Принятие того или иного решения с точки зрения его целесообразности, рациональности, эффективности и иных аналогичных критериев, не подлежит оценке судом при рассмотрении споров, вытекающих из гражданско-правовых сделок. Гражданское законодательство не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому заключенные участниками хозяйственных отношений договоры не могут оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. 

В силу принципа свободы экономической деятельности коммерческая организация осуществляет ее на свой риск и должна самостоятельно оценивать ее эффективность, не перекладывая негативные последствия исполнения договора, заключенного с коммерческими просчетами, в том числе и в части определения договорной цены, на контрагента по сделке, у которого были все основания полагаться на действительность договора и рассчитывать на его исполнение с учетом согласованных сторонами условий.

Как было указано выше, заключение сделки на нерыночных условиях между аффилированными лицами может являться основанием для признания ее недействительной лишь в том случае, если доказано причинение вреда такой сделкой публичным интересам или интересам третьих лиц. 

В процессе рассмотрения дела апелляционным судом предлагалось прокуратуре Самарской области и обществу с ограниченной ответственностью «Альянс» обосновать, в защиту чьих интересов предъявлен встречный иск о признании договора подряда недействительной сделкой.

Вступая в дело, прокуратура Самарской области указывала, что работы по спорному договору выполнялись в рамках строительства многоквартирного жилого дома, в связи с чем могут быть затронуты интересы участников долевого участия в строительстве. 

В ходе судебного разбирательства апелляционный суд установил, что строительство многоквартирного дома, застройщиком которого выступило общество с ограниченной ответственностью «Альянс», завершено; в декабре 2023 года получено разрешение на ввод объекта в эксплуатацию. Сведений о наличии у участников долевого строительства правопритязаний к застройщику, основанных на неисполнении обязательств по договорам долевого участия в строительстве, в материалы дела не представлено. Таким образом, нарушение интересов третьих лиц совершением спорной сделки не доказано.

Общество с ограниченной ответственностью «Альянс» в свою очередь утверждало, что предъявление иска о признании сделки недействительной направлено на защиту нарушенных интересов участника общества, каковым в настоящее время является общество с ограниченной ответственностью «Аквапорт», а также кредиторов общества, перед которыми на момент совершения спорной сделки имелись неисполненные денежные обязательства.

Оценивая данный довод истца по встречному иску, суд апелляционной инстанции обращает внимание на тот факт, что общество с ограниченной ответственностью «Аквапорт» приобрело долю в размере 100% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Альянс» у гражданина ФИО5, заключив с ним 24.04.2023 договор купли-продажи доли.

На момент приобретения бизнеса обществом с ограниченной ответственностью «Аквапорт» заключенный между сторонами договор подряда № 01/У/2023 от 13.02.2023 уже был исполнен, а хозяйственные операции, связанные с его исполнением, включая кредиторскую задолженность, должны были быть отражены в бухгалтерском учете общества с ограниченной ответственностью «Альянс».

В пункте 7 договора купли-продажи доли в уставном капитале общества покупатель изложил свое заверение о том, что ознакомлен в полном объеме со всеми учредительными документами общества с ограниченной ответственностью «Альянс», с его финансово-хозяйственной документацией, данными бухгалтерского учета, с наличием и размером дебиторской и кредиторской задолженности общества и всех его обязательств, и согласен приобрести указанную долю в уставном капитале юридического лица, находящегося в известном ему финансовом положении. 

Таким образом, общество с ограниченной ответственностью «Аквапорт» на момент приобретения доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Альянс» и обретения им статуса единоличного участника данного общества, при проявлении должной заботливости и осмотрительности, должно было знать о совершении спорной сделки на нерыночных условиях, ее исполнении и наличии непогашенного долга по такой сделке. Однако такая осведомленность не стала препятствием для приобретения бизнеса, что можно расценить в качестве одобрения новым собственником ранее совершенных обществом сделок.

Стороны настоящего судебного спора представляют собой коммерческие организации, занимающиеся предпринимательской деятельностью, которая характеризуется рисковым характером.  

В силу абзаца 3 части 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Рисковый характер предпринимательской деятельности означает, что ее экономический результат в виде получения прибыли не является постоянным и гарантированным; он зависит как от внешних обстоятельств, так и от решений, принимаемых хозяйствующим субъектом.

Законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 N 308-ЭС14-1400).

Как было указано выше, судебный контроль призван обеспечивать защиту прав и свобод участников гражданского оборота, а не проверять экономическую целесообразность действий субъектов предпринимательской деятельности, поскольку последние обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса. В этой связи суды не оценивают экономическую целесообразность подобных решений, так как в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 N 3-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.12.2008 N 1072-О-О).

Выявление деловых просчетов, которые не были учтены субъектами предпринимательской деятельности на стадии заключения договора, является риском предпринимательской деятельности и не дает права на вариативность и ситуационный подход к толкованию условий договора о твердой цене подрядных работ.

Приобретая бизнес, общество с ограниченной ответственностью «Аквапорт» должно было провести предварительный финансовый анализ хозяйственной деятельности общества с ограниченной ответственностью «Альянс», оценить все возможные риски, в том числе связанные с наличием неисполненных обязательств перед кредиторами общества. 

Приобретение участником экономической деятельности неликвидного актива в виде убыточного бизнеса не предполагает ретроспективной судебной ревизии совершенных юридическим лицом сделок с одной единственной целью нивелирования негативных последствий допущенных покупателем бизнеса деловых просчетов. 

Доводы истца по встречному иску о нарушении совершенной сделкой прав иных кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Аквапорт» апелляционный суд отклоняет, поскольку права и интересы независимых кредиторов, нарушенные совершением сделки между аффилированными лицами на нерыночных условиях, подлежат защите с использованием специального правового механизма, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Данная норма права допускает возможность признания недействительной сделки должника, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной этой сделки. Неравноценность предполагается, если цена существенно отличается от рыночной. Подобные требования подлежат рассмотрению при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в рамках дела о его несостоятельности (банкротстве).

На момент разрешения настоящего судебного спора в предусмотренном законом порядке наличие у общества с ограниченной ответственностью «Альянс» признаков неплатежеспособности установлено не было, как не были введены и процедуры банкротства в отношении данного юридического лица.

Заявляя требование о признании договора подряда притворной сделкой, прикрывающей заемные отношения сторон, истец по встречному иску указывал, что общество с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» и индивидуальный предприниматель ФИО3 (одновременно единственный участник и директор общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект») фактически являлись инвесторами общества с ограниченной ответственностью «Альянс», как застройщика многоквартирных домов в городе Самара. 

В целях финансирования деятельности общества с ограниченной ответственностью «Альянс» индивидуальный предприниматель ФИО3 предоставил обществу заем в размере 88 000 000 рублей под 8,5% годовых, со сроком возврата 31.03.2023, о чем между ними был заключен договор займа от 10.12.2021.

Полученные от займодавца денежные средства направлялись заемщиком в счет погашения его задолженностей по различным договорам подряда и поставки, заключенным с обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплект».

Указанное, по мнению истца по встречному иску, свидетельствует о транзитном движении денежных средств под видом займа между аффилированными лицами - обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплект», индивидуальным предпринимателем ФИО3 и обществом с ограниченной ответственностью «Альянс».

По расчету истца общество с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» заключало с обществом с ограниченной ответственностью «Альянс» договоры подряда с повышающим коэффициентом от 1,96 до 2,09 относительно своих реальных расходов на закупку стройматериалов и привлечение субподрядных организаций.

С учетом того факта, что у застройщика существовала возможность прямых закупок товаров, работ и услуг, минуя промежуточные сделки с обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплект», влекущим значительное удорожание строительства объектов, по утверждению истца по встречному иску, хозяйственная целесообразность заключения договоров подряда с данным подрядчиком отсутствовала. Заключая такие договоры, в том числе договор подряда №01/У/2023 от 13.02.2023, стороны преследовали цель увеличения процентной ставки по выданным застройщику займам за счет использования повышающих коэффициентов при строительстве.

Истец по встречному иску указывает, что выстроенная схема взаимоотношений привела к удорожанию полученного займа за счет привлечения для производства работ аффилированного с займодавцем подрядчика, стоимость работ которого кратно превышает рыночные цены. 

При этом истец полагает, что, будучи застройщиком, на которого распространяются положения Федерального закона №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», общество с ограниченной ответственностью «Альянс» имело возможность получения кредита в банке на условиях проектного финансирования, что являлось бы значительно более выгодным, нежели получение заемных средств под повышенный процент от своего аффилированного лица. При этом истец ссылается на средневзвешенные ставки по договорам проектного финансирования на IV квартал 2021 года - 3,59% годовых и на IV квартал 2022 года – 3,6% годовых, а также письмо Сбербанка России, в котором указывается, что любому застройщику, привлекающему средства участников долевого строительства на счета эскроу, доступны условия проектного финансирования, средневзвешенная ставка по которым может достигать 0,01% годовых. 

С точки зрения истца по встречному иску, выстраивание такой финансово-хозяйственной схемы в отношениях сторон привело не только к удорожанию строительства, но и к принятию на себя застройщиком повышенных финансовых обязательств в ущерб своим собственным интересам.

Убыточная сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

Анализ представленных в материалы дела доказательств свидетельствует о том, что у общества с ограниченной ответственностью «Альянс», как у застройщика многоквартирных домов, отсутствовали собственные материально-технические ресурсы для строительства многоквартирных домов, в связи с чем им было принято решение о привлечении заемных денежных средств на строительство.

Ссылаясь на более выгодные условия банковского проектного финансирования относительно условий сделок, совершенных с предпринимателем ФИО3 (займа) и обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» (подряд), истец по встречному иску оставляет без внимания тот факт, что банковское проектное финансирование осуществляется по двум ставкам, первая из которых является эффективной ставкой, обеспеченной эскроу счетами, и ее размер зависит от объема пополнения таких счетов за счет средств участников долевого строительства, а вторая является базовой ставкой, не обеспеченной счетами эскроу, и ее размер зависит от ключевой ставки Банка России. 

Иными словами, кредитование по эффективной ставке, на которую ссылается истец, могло иметь место только в том случае, если на эксроу счетах застройщика на момент кредитования находились денежные средства дольщиков, а размер кредитования напрямую зависел бы от объема денежных средств, размещенных на счетах эскроу. 

Истец не представил доказательств наличия на счетах эскроу на момент начала строительства денежных средств участников долевого участия в строительстве, которые позволяли бы застройщику претендовать на получение банковского кредита на условиях применения эффективной ставки проектного финансирования, а также позволяли бы определить размер такого кредитования, сопоставимый с размером займа, полученного истцом от аффилированных ему лиц. 

Как следует из размещенных на сайте Банка России сведений, базовая ставка проектного финансирования, не обеспеченного средствами эскроу счетов, в конце 2021 года составляла 12% годовых, а к февралю 2022 года увеличилась до 15% годовых, и это при условии предоставления кредитным организациям и застройщикам мер государственной поддержки в виде субсидирования, предусмотренных Правилами возмещения кредитным организациям недополученных доходов по кредитам, выданным в целях реализации проектов жилищного строительства, утв. Постановлением Правительства РФ от 30.04.2020 N 629 (в редакции изменений, внесенных в Правила постановлением Правительства Российской Федерации от 31.03.2022 №534).

Доказательств того, что удорожание займа за счет привлечения к выполнению строительных работ общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект», превысило предполагаемые расходы общества с ограниченной ответственностью «Альянс» в случае кредитования его на условиях банковского проектного финансирования по базовым ставкам, действующим в спорный период, а также наличия оснований для кредитования по эффективным ставкам на сумму 88 000 000 рублей, истец по встречному иску в материалы дела не представил. 

Привлекая общество с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» к выполнению работ по строительству многоквартирных домов, общество с ограниченной ответственностью «Альянс» избежало сопутствующих строительной деятельности рисков, которые могли возникнуть при строительстве объекта силами самого застройщика, при этом получило результат подрядных работ в виде построенного многоквартирного дома, за счет чего исполнило свои обязательства перед участниками долевого участия в строительстве.

При установленных обстоятельствах попытка заказчика оспорить исполненный со стороны подрядчика договор подряда, направленная на избежание исполнения встречных денежных обязательств по данному договору, признается апелляционным судом неправомерной.

Приведенные Прокуратурой Самарской области доводы о том, что при совершении прикрываемой сделки (займа) сторонами были нарушены нормы Федерального закона от 30.12.2004 №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», выразившиеся в привлечении застройщиком для строительства объекта нецелевого займа, апелляционный суд отклоняет по следующим мотивам.

Согласно пункту 1 части 7 статьи 18 Закона №214-ФЗ застройщик многоквартирного дома не вправе привлекать средства в форме кредитов, займов, ссуд, за исключением целевых кредитов на строительство и предоставляемых учредителями (участниками) застройщика целевых займов. 

Согласно пункту 9 статьи 18 Закона №214-ФЗ сделка, совершенная застройщиком с нарушением требований настоящей статьи, может быть признана судом недействительной по иску застройщика, его учредителя (участника) или кредиторов застройщика, уполномоченного органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, указанного в части 2 статьи 23 настоящего Федерального закона, либо Фонда, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об установленных ограничениях. 

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. 

Сторона, заявляющая о притворности сделки, должна представить доказательства того, что целью совершения притворной сделки являлось намерение сторон прикрыть иную сделку, а также доказать, какую именно сделку стороны имели в виду.

Даже если принять во внимание доводы о том, что заключение договора подряда фактически сводились к прикрытию сделки по предоставлению займа под повышенные проценты, запрет на совершение которой для общества с ограниченной ответственностью «Альянс», как застройщика, установлен частью 7 статьи 18 Закона N 214-ФЗ, то следует учитывать следующее.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу указанных норм права сделка, совершенная застройщиком с нарушением требований статьи 18 Закона N 214-ФЗ, признается оспоримой, следовательно, может быть признана недействительной при условии соблюдения специального срока исковой давности, предусмотренного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истецузнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответчиком по встречному иску было заявлено о пропуске срока исковой давности.

Поскольку договор подряда, как сделка, прикрывающая заемные отношения сторон, нарушающие специальные нормы Закона N 214-ФЗ, отвечает признакам потенциально оспоримой, а не ничтожной сделки, срок исковой давности для его оспаривания в судебном порядке должен исчисляться по правилам пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и составляет один год.

Аналогичный срок исковой давности следует применять и к требованиям истца по встречному иску, основанным на положениях статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспаривания сделки, совершенной представителем или органом юридического лица в ущерб интересам представляемого при наличии сговора либо иных злонамеренных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки.

Кроме того, указанное истцом основание для признания сделки недействительной по совокупности статей 10 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не изменяет применение к спорной сделке специального, годичного срока исковой давности для оспоримых сделок. 

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что наличие в действующем законодательстве схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по специальному основанию (в частности, по пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по общей норме статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, квалификация сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки диспозиции пункта 2 статьи 174 названного Кодекса.

Иной подход приводил бы к обходу сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, что недопустимо, поскольку явно не соответствует воле законодателя.

Суд апелляционной инстанции полагает, что истцом по встречному иску в обоснование заявленных требований о признании сделки недействительной положены обстоятельства, которые охватываются диспозицией пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прокурором - статьи 18 Закона N 214-ФЗ. Наличие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов недействительности оспоримых сделок, предусмотренных указанными выше нормами законодательства, истцом не доказано, что не позволяет признать ее недействительной (ничтожной) по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая вопрос о сроке исковой давности, апелляционный суд полагает, что истец в лице нового участника общества с ограниченной ответственностью «Альянс» - общества с ограниченной ответственностью «Аквапорт» должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, не позднее заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале общества, то есть не позднее 24.04.2023. Как было указано выше, при подписании данного договора приобретатель доли заверил о своей полной осведомленности о финансовом положении общества с ограниченной ответственностью «Альянс», включая информацию о его кредиторской и дебиторской задолженности, о его неисполненных обязательствах перед контрагентами, а также об изучении им бухгалтерских документов юридического лица. Такое заверение предполагает обладание новым участником общества сведениями о совершенных обществом сделках и их порках, учитывая значительное количество договоров, заключенных между одними и теми же лицами.

Встречный иск о признании сделки недействительной был предъявлен в суд 02.04.2025, то есть за пределами годичного срока исковой давности, истекшего 24.04.2024.

Апелляционный суд исходит из того, что в данном случае для целей исчисления срока исковой давности не применима предложенная истцом позиция, изложенная в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. N 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», в котором разъяснено, что в случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку.

Со ссылкой на данную правовую позицию истец по встречному иску указывает на смену директора общества с ограниченной ответственностью «Альянс» ФИО5 на нового руководителя ФИО6 06.11.2024. Именно с этой даты, по мнению истца, следует исчислять срок исковой данности по встречному иску. 

Однако данная позиция имеет распространение на случаи неизменности субъектного состава участников общества с момента совершения сделки до момента ее оспаривания и направлена на защиту прав участников общества, которые могут получить соответствующую информацию о порочности сделки лишь с момента смены недобросовестного директора, состоявшего в сговоре с другой стороной сделки.

В рассматриваемом судом случае после совершения сделки состоялась смена единственного участника общества. При такой смене новый участник общества, исходя из сделанных им заверений, изучил финансовое положение общества на основании данных его бухгалтерского учета, провел анализ кредиторской задолженности юридического лица, и имел все возможности установить пороки совершенных обществом сделок, которые могли являться основанием для признания их недействительными.

Тот факт, что смена директора общества была осуществлена новым участником лишь спустя 7 месяцев после приобретения им бизнеса, не позволяет продлить срок исковой давности по искам о признании совершенных обществом сделок недействительными, так как относится к рискам несвоевременно принятых субъектом предпринимательской деятельности организационных решений.

В подтверждение осведомленности общества с ограниченной ответственностью «Аквапорт» о наличии задолженности общества с ограниченной ответственностью «Альянс» по заключенным договорам займа перед индивидуальным предпринимателем ФИО3 и договорам подряда перед обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» ответчиком по встречному иску в материалы дела представлена нотариально удостоверенная телефонная переписка между ФИО3 и ФИО7. Из содержания данной переписки следует, что ФИО7, будучи участником общества с ограниченной ответственностью «Аквапорт», еще с марта 2023 года, то есть до приобретения доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Альянс», был осведомлен о финансовых обязательствах застройщика перед его контрагентами, включая ФИО3 и общество с ограниченной ответственностью «Стройкомплект».

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Исследовав и оценив все приведенные сторонами спора доводы и возражения, а также представленные ими в материалы дела доказательства, исходя из установленных обстоятельств дела, имеющих существенное значение для его правильного разрешения, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания договора подряда №01/У/2023 от 13.02.2023 недействительной сделкой.

В соответствии с положениями статей 702, 708, 709 и 711 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить работы надлежащего качества в согласованные сроки и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», основанием для возникновения у заказчика обязательства по оплате выполненных работ является сдача подрядчиком и принятие заказчиком результатов работы.

В данном случае результат выполненных подрядчиком работ был принят заказчиком без замечаний и претензий к качеству работ, их объему и срокам выполнения, что свидетельствует о надлежащем исполнении подрядчиком принятых на себя по договору обязательств и возникновении у заказчика встречной обязанности произвести окончательный расчет за выполненные работы.

Возражения заказчика против предъявленных к нему требований сводились к тому, что спорные работы силами истца по первоначальному иску не выполнялись, а цена предъявленных к оплате работ является существенно завышенной. 

Вопреки утверждениям заказчика факт выполнения работ был подтвержден подрядчиком представленными в дело доказательствами, свидетельствующими о привлечении им для выполнения спорных работ субподрядчика, в качестве которого выступил индивидуальный предприниматель ФИО4 Исполнительная документация, составленная между подрядчиком и субподрядчиком, определенная законом в качестве допустимого доказательства факта выполнения строительных работ (статьи 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации), опровергает свидетельские показания ФИО8, отрицавшего участие общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» в строительном процессе, связанном с возведением многоквартирного дома обществом с ограниченной ответственностью «Альянс».  

Как было указано выше, отрицательный факт не подлежит доказыванию, в том числе свидетельскими показаниями; заявление о таком факте перераспределяет бремя доказывания и переносит его на другую сторону, обязанную подтвердить противопоставляемый отрицательному факту положительный факт.

В процессе рассмотрения настоящего дела подрядчик подтвердил реальность выполнения строительных работ по договору подряда совокупностью представленных доказательств, не ограничиваясь при этом лишь двусторонне подписанным сторонами актом о приемке выполненных работ. 

Учитывая изложенное, апелляционный суд признает документально опровергнутыми утверждения прокураторы Самарской области о мнимости договора подряда №01/У/2023 от 13.02.2023.

Доводам заказчика о завышенной цене выполненных подрядчиком работ судебная оценка дана ранее. Кроме того, апелляционной суд обращает внимание на положения статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение. Цена работы может быть определена путем составления сметы. В случае, когда работа выполняется в соответствии со сметой, составленной подрядчиком, смета приобретает силу и становится частью договора подряда с момента подтверждения ее заказчиком. 

При заключении договора стороны согласовали смету, в соответствии с которой подрядчик и выполнил предусмотренные договором работы. 

Статьей 710 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда фактические расходы подрядчика оказались меньше тех, которые учитывались при определении цены работы, подрядчик сохраняет право на оплату работ по цене, предусмотренной договором подряда, если заказчик не докажет, что полученная подрядчиком экономия повлияла на качество выполненных работ (экономия подрядчика).

В процессе рассмотрения дела ответчик по первоначальному иску не подтвердил наличие оснований для отказа в сохранении за подрядчиком достигнутой им экономии в ходе исполнения заключенного сторонами договора.

Принимая во внимание вышеприведенное нормативное регулирование формирования договорной цены и экономии подрядчика, апелляционный суд не нашел оснований для удовлетворения заявленного обществом с ограниченной ответственностью «Альянс» ходатайства о назначении судебной экспертизы на предмет определения рыночной стоимости работ по договору подряда №01/У/2023 от 13.02.2023, сочтя назначение такой экспертизы нецелесообразным. 

По тем же основаниям судом отклоняются ссылки ответчика по первоначальному иску на коммерческие предложения подрядных организаций, предложивших более низкие расценки за выполнение работ, аналогичных тем, что были указаны в заключенном сторонами договоре.

Учитывая вышеизложенное, апелляционный суд признает обоснованными требования подрядчика о взыскании с заказчика основного долга за выполненные работы.

Возникшие между сторонами обязательственные правоотношения наряду со специальными нормами о подряде подлежат регулированию нормами главы 29 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 309 которой предусматривает, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена гражданско-правовая ответственность за нарушение денежного обязательства в виде уплаты должником кредитору процентов за пользование чужими денежными средствами, размер которых определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды просрочки.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 37 постановления от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Поскольку истцом по первоначальному иску помимо суммы основного долга заявлены требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными срелствами, апелляционный суд удовлетворяет их в сумме 142 759 рублей 38 копеек, произведя расчет за период просрочки в оплате с 02.07.2023 по 21.08.2025, а также присуждает проценты на будущее время, подлежащие начислению по день фактического исполнения ответчиком денежного обязательства перед истцом.

В связи с удовлетворением первоначального иска и отказом в удовлетворении встречного иска судебные расходы по настоящему делу, понесенные в связи с рассмотрением исковых заявлений и апелляционной жалобы, относятся на общество с ограниченной ответственностью «Альянс», как на сторону, проигравшую настоящий судебный спор.  

Учитывая, что в процессе рассмотрения дела обществу с ограниченной ответственностью «Альянс» было отказано в назначении судебной экспертизы, денежные средства в сумме 82 000 рублей, перечисленные обществом с ограниченной ответственностью «Аквапорт» платежным поручением №413 от 25.06.2025, возвращаются их плательщику с депозитного счета Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Настоящее постановление в соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судей, в связи с чем оно направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

постановил:

решение арбитражного суда Самарской области (резолютивная часть от 01.11.2024, мотивированное решение изготовлено 20.11.2024), принятое в порядке упрощенного производства по делу № А55-31526/2024, отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Первоначальный иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» (ИНН 

<

***>) 535 739 (пятьсот тридцать пять тысяч семьсот тридцать девять) рублей 39 копеек, из которых основной долг по договору подряда №01/У/2023 от 13.02.2023 - 392 980 (триста девяносто две тысячи девятьсот восемьдесят) рублей, 142 759 (сто сорок две тысячи семьсот пятьдесят девять) рублей 38 копеек – проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные за период просрочки в оплате с 02.07.2023 по 21.08.2025, с последующим их начислением по день фактической оплаты долга, а также 12 220 (двенадцать тысяч двести двадцать) рублей в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску в сумме 1 495 (одна тысяча четыреста девяносто пять) рублей.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Аквапорт» с депозитного счета Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в сумме 82 000 (восемьдесят две тысячи) рублей, перечисленные платежным поручением №413 от 25.06.2025.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев, в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Судья Н.Р. Сафаева