АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-21565/2021

г. Краснодар

16 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  16 августа 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Илюшникова С.М. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном заседании от ФИО1– ФИО2 (доверенность от 21.06.2024), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.04.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2024 по делу № А53-21565/2021 (Ф08-6690/2024), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Беркат-Юг» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительным договора поручительства от 25.10.2020 № 1, заключенного должником и ФИО1, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 10 550 тыс. рублей.

Определением суда от 01.02.2023 к участию в деле в качестве заявителя (соистца) привлечен ФИО4

Определением суда от 09.08.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному Федеральному округу.

Определением суда от 18.10.2023 к участию в деле привлечен прокурор Ростовской области.

Определением суда от 15.04.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.06.2024, в удовлетворении ходатайств ФИО1 о приостановлении производства по обособленному спору, о назначении судебной почерковедческой экспертизы, судебной технической экспертизы документов, судебной химической экспертизы отказано; признан недействительным договор поручительства от 25.10.2020 № 1; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 10 550 тыс. рублей. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить судебные акты и направить обособленный спор на новое рассмотрение. По мнению заявителя жалобы, суды не установили факты злоупотребления правом со стороны ФИО1 при заключении обеспечительных сделок, а также его аффилированности с должником. При этом конкурсный управляющий не опроверг презумпцию добросовестного осуществления ответчиком своих гражданских прав. Отсутствие в материалах дела надлежащих доказательств осведомленности ответчика о признаке неплатежеспособности должника или недостаточности у него имущества, исключает возможность признания спорных платежей сделками с предпочтением.  

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы жалобы.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 05.10.2021 требования СПК «Новоселовский» признаны обоснованными; в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3 Решением суда от 21.09.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В ходе проведения анализа сделок должника конкурсный управляющий установил, что ФИО6 (заемщик) и ФИО1 (займодавец) заключили договор целевого займа от 25.10.2020 № 1, согласно которому займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в размере 41 400 тыс. рублей, а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа и уплатить начисленные проценты за пользование займом (пункт 1.1 договора). Согласно пункту 1.2 договора сумма процентов за пользование займом является фиксированной, пересмотру, пересчету не подлежит и составляет 8% от суммы займа, а именно 3 312 тыс. рублей. Пунктом 1.8 договора установлено, что заемщик обязался возвратить сумму в размере 44 712 тыс. рублей не позднее 31.12.2020. Сумма займа предоставлена для покупки оборудования: трех автомобильных перегрузчиков «Лилиани» «МБА-450»; трех зерноупаковочных машин «Лилиани» «МЗУ-01»; шести зерноразгрузочных машин «Лилиани» «МЗР»; шести бункер-перегрузчиков «Лилиани» «БП 33/42»; трех мобильных зерносушилок АТМ-34;  трех мобильных очисток САД-50. Стороны согласовали передачу денежных средств наличным расчетом, а также придали договору значение акта приема-передачи денежных средств. На последнем листе договора имеется рукописная отметка, подтверждающая факт получения денежных средств размере 41 400 тыс. рублей 25.10.2020. В пунктах 4.4 – 4.5 договора целевого займа от 25.10.2020 № 1 предусмотрено, что поручителями по обязательству заемщика выступают должник и ФИО5, которые несут солидарную ответственность с заемщиком; с каждым из поручителей в отдельном порядке будет заключен договор поручительства.

По договору поручительства от 25.10.2020 № 1 должник обязался отвечать перед ФИО1 в полном объеме за исполнение обязательства заемщиком по договору целевого займа от 25.10.2020 № 1. Сторонами воспроизведены условия договора займа, согласован солидарный характер ответственности должника, основания наступления и прекращения ответственности поручителя. Согласована подсудность споров в Первомайском районном суде г. Ростова-на-Дону.

На аналогичных условиях заключен договор поручительства от 25.10.2020 № 2 с ФИО5

Дополнительным соглашением от 11.01.2021 № 1 должник и ФИО1 зафиксировали передачу денежных средств в размере 3150 тыс. рублей в счет погашения задолженности по договору поручительства от 25.10.2020 № 1, дополнительным соглашением от 20.01.2021 № 2 – в размере 7300 тыс. рублей в счет погашения задолженности по договору поручительства от 25.10.2020 № 1, дополнительным соглашением от 12.05.2021 № 3 – 100 тыс. рублей.

24 апреля 2021 года ФИО1 обратился с претензией-уведомлением к поручителю с требование в срок до 30.04.2021 возвратить остаток суммы займа и оплатить проценты за пользование займом в общем размере 34 262 тыс. рублей, в противном случае заявитель указал на намерение взыскать долг в судебном порядке. На претензионном письме, адресованном должнику, имеется отметка о получении 24.04.2021 с печатью организации.

Неисполнение требований претензии послужило основанием для обращения ФИО1 в Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону с исковым заявлением о солидарном взыскании с должника и ФИО5 задолженности в размере 34 162 тыс. рублей, из которых 30 850 тыс. рублей – основной долг и 3312 тыс. рублей – проценты за пользование займом.

Определением Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 05.08.2021 по делу № 2-2756/2021 (УИД 61RS0006-01-2021-003725-62) утверждено мировое соглашение между ФИО1, должником и ФИО5; прекращено производство по делу, а также разъяснен сторонам запрет на повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.

В рамках исполнительного производства № 33574/21/61018-ИП в отношении ФИО5 актами от 07.02.2022 и от 26.10.2021 ФИО1 передано нереализованное имущество на сумму 127 500 рублей и 2 437 555 рублей 50 копеек соответственно.

Полагая, что договор поручительства от 25.10.2020 № 1 является недействительной сделкой, совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, заключен на невыгодных для должника условиях, в период неплатежеспособности должника, конкурсный управляющий и учредитель должника обратились в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные требования, суды обоснованно руководствовались следующим.

Суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суды установили, что заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 07.07.2021, оспариваемый договор заключен 25.20.2020, то есть в течение года до возбуждения дела о банкротстве должника и в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды установили, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности. У должника имелась задолженность перед СПК «Новоселовский», ООО «АгроМаркет», Департаментом муниципального имущества администрации Волгограда, ФИО7, налоговыми органами, которая подтверждена судебными актами. Согласно показателям баланса общества за 2020 год стоимость основных средств составляла 20 337 тыс. рублей, дебиторская задолженность – 41 436 тыс. рублей, кредиторская задолженность – 21 852 тыс. рублей, чистая прибыль – 1 731 тыс. рублей. Из анализа финансового состояния должника от 03.12.2020 усматривается, что анализ динамики изменения показателей, характеризующих платежеспособность должника за проверяемый период с 31.12.2018 по 31.12.2020 показал существенное ухудшение значений коэффициентов, характеризующих платежеспособность, на 31.12.2019 (2 коэф.), что свидетельствует о возможном наличии признаков преднамеренного банкротства. Временным управляющим проанализированы только те документы должника, в отношении которых временным управляющим получена достоверная информация третьих лиц – государственных органов, кредитных организаций, судебных органов и от должника. Отсутствие информации по сделкам, заключенным должником в период существенного ухудшение платежеспособности, свидетельствует о невозможности проведения полной проверки наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства. При этом конкурсный управляющий при подаче ходатайства о введении процедуры конкурсного производства указал на фактическое прекращение деятельности общества в 2021 году. Исходя из этого, является верным вывод судов о том, что по состоянию на дату заключения договора должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, следует, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Суды указали, что поручительство должника за исполнение заемного обязательства перед ФИО1 не предусматривало какого-либо встречного предоставления, а из условий договора поручительства от 25.10.2020 не следовало, что имелась какая-либо разумная хозяйственная цель должника (коммерческой организации) такого поручительства. Обоснование экономической целесообразности сделки и невозможности приобретения оборудования непосредственно должником суду не представлено. 

Факт исполнения договора поручительства от 25.10.2020 № 1 следует из определения Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 05.08.2021 по делу № 2-2756/2021 (УИД 61RS0006-01-2021-003725-62), которым утверждено мировое соглашение между ФИО1, должником и ФИО5 С учетом заключения мирового соглашения в рамках гражданского судопроизводства и доверительных отношений сторон договора займа и поручительства, фактическая аффилированность сторон считается доказанной. В связи с этим предполагается, что ФИО1 знал о признаке неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Рассматривая вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам или злоупотребления правом, суды обоснованно руководствуясь правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определениях от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652, от 24.12.2018 № 305-ЭС18-15086 (3), исходили из того, что для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения стороны сделки от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса).

Сделки поручительства и залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу гарантирующего лица (поручителя или залогодателя).

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776 (2)).

Суды установили, что в результате заключения оспариваемого договора поручительства и выплаты денежных средств в период неплатежеспособности поручителя имущественные требования к должнику увеличились. Данный договор поручительства является экономически невыгодным и убыточным для должника, поскольку в результате исполнения сделки выбыло ликвидное имущество на сумму 10 550 тыс. рублей.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды обоснованно указали, что по спорному договору поручительства должник, находясь в условиях неплатежеспособности, дополнительно к имеющимся у него обязательствам перед кредиторами принял на себя обязательства перед ответчиком, тем самым увеличив сумму кредиторской задолженности.

В такой ситуации на сомнительность поручительства будет указывать отклонение поведения кредитора от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть, по сути, использовании им своего права во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Принимая во внимание, что ответчик при рассмотрении заявления не доказал разумность своего поведения, экономический смысл заключения договора поручительства, а также в чем выражается экономическая выгода должника при заключении договора поручительства, суды сделали правомерный вывод о заключении договора с целью создания искусственной задолженности.

При указанных обстоятельствах вывод судов о наличии совокупности обстоятельств для признания спорного договора недействительным на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является правильным.

Исходя из пунктов 1 и 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, суды указали, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Учитывая, что должник неправомерно возвратил ответчику денежные средства в размере 10 550 тыс. рублей, суды применили последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 10 550 тыс. рублей.

Довод кассационной жалобы о том, что наличие кредиторской задолженности не свидетельствует о неплатежеспособности должника, был предметом рассмотрения апелляционного суда и обоснованно отклонен. Апелляционный суд верно указал, что само по себе наличие у должника неисполненных денежных обязательств перед отдельными кредиторами не является безусловным основанием для квалификации признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества при оспаривании сделок должника. Для установления неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки, конкурсному управляющему необходимо было представить соответствующие доказательства, провести среди прочего анализ не только кредиторской задолженности должника, но и всего принадлежащего ему имущества (активов). Вместе с тем, в данном случае апелляционный суд исходил из того, что данные разъяснения не подлежат применению, учитывая, что должник и ответчик являются аффилированными лицами.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.04.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2024 по делу № А53-21565/2021  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                С.М. Илюшников

                                                                                                                           Н.А. Сороколетова