/

 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-17908/2018-ГК

г. Пермь

21 января 2019 года

Дело № А60-33305/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 января 2019 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Гребенкиной Н.А., 

судей  Дружининой Л.В., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Балтаевой Р.Н.,

при участии: 

от истца, ООО «МГ»: Боярский Д.А. по доверенности;

от ответчика, ПАО «Энел Россия»: Мезенова Н.В. по доверенности, Ширяева Т.И. по доверенности;

в отсутствие представителей третьего лица, извещенного о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, ПАО «Энел Россия»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 11 октября 2018 года,

принятое судьей Чукавиной Т.В.,

по делу № А60-33305/2018

по иску ООО «МГ» (ОГРН 1136686001726, ИНН 6686020986)

к ПАО «Энел Россия» (ОГРН 1046604013257, ИНН 6671156423),

третье лицо: конкурсный управляющий ООО «Нефтегазспецстрой», 

о взыскании задолженности по договорам подряда, 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Мадикс Групп» (далее – ООО «МГ») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о взыскании с публичного акционерного общества «Энел Россия» (далее – ПАО «Энел Россия») задолженности по договору № 4520041001 от 26.06.2013 в сумме 1 380 129 руб. 98 коп., долга по договору № 4520040952 от 24.06.2013 в размере 5 632 535 руб. 73 коп. за вычетом суммы на устранение недостатков в размере 605 314 руб. (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции к рассмотрению на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 05.09.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечен конкурсный управляющий ООО «Нефтегазспецстрой».  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2018 исковые требования удовлетворены.

Ответчик, не согласившись с принятым решением, обратился с апелляционной жалобой. Ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность, имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; неправильное применение судом норм материального и процессуального права, просил решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении исковых требований отказать, применив срок исковой давности. 

В обоснование апелляционной жалобы ответчиком приведены доводы о том, что в соответствии с условиями заключенных сторонами договоров подряда гарантийное удержание не является каким-либо вознаграждением, выплачиваемым исключительно по окончании гарантийного срока по договорам подряда. Несмотря на правильное определение судом правовой природы гарантийных удержаний как части оплаты за фактически выполненные работы по результатам сдачи всех работ заказчику, что не противоречит статье 746 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, как полагает ответчик, неверно определил наличие взаимосвязи выплаты гарантийных удержаний и гарантийных сроков. По мнению заявителя жалобы, выплата гарантийного удержания заказчиком за полностью выполненные подрядчиком работы не поставлена в какую-либо зависимость от начала, течения или окончания гарантийных сроков по данным договорам. В нарушение статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, как полагает ответчик, суд определил начало течения срока исковой давности не по окончании исполнения обязательств подрядчиком по договорам подряда, а по истечении гарантийного срока.

Заявителем жалобы также отмечено, что суд не учел, что значимым обстоятельством для определения начала течения срока исковой давности по взысканию окончательного расчета за выполненные работы является именно момент сдачи результата работ заказчику и срок окончания на оплату гарантийных удержаний (пункт 6.3 спорных договоров подряда), выполняющих платежные функции окончательного расчета заказчиком за выполненные работы. Истец с момента принятия результата фактически выполненных работ знал (должен был знать) о наличии у него права на получение окончательного расчета по договору, несмотря на отсутствие по вине истца итогового акта сдачи-приемки выполненных работ (пункт 4.3 договора).

Заявитель жалобы считает, что возникшие между сторонами разногласия относительно качества результата выполненных работ, не продлевают срока исковой давности, фактическая эксплуатация объектов заказчиком, на которых выполнялись работы, не является в силу статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для перерыва или приостановления срока исковой давности.

Кроме того, как полагает ответчик, именно несоблюдение предусмотренного пунктом 4.3 договоров подряда порядка сдачи-приемки заказчику выполненных работ и отсутствие обстоятельств, предусмотренных пунктом 6.3 договоров подряда, является фактическим обоснованием его довода об отсутствии обстоятельств, предусматривающих возможность выплаты гарантийного удержания, что соответствует условиям договора цессии (абзац 2 пункта 1.1). Ответчик, приводя довод об отсутствии у истца права требовать возврата гарантийного удержания, не заявляет об отсутствии такого права как такового (что противоречило бы положениям пункта 1 статьи 388.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а утверждает, что условия возникновения такого права, как они определены договорами подряда, на дату заключения договоров цессии и на текущую дату не наступили, но при надлежащем исполнении подрядчиком или истцом безусловно наступили бы и повлекли бы обязанность ответчика по оплате гарантийного удержания новому кредитору.

Заявитель жалобы считает, что вывод суда о переходе к истцу права требования взыскания гарантийного удержания к ответчику на законных основаниях сделан без учета положений статей 157, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», с учетом того, что сделка уступки права требования совершена под отлагательным условием и должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права требования к этому лицу.

Вместе с тем апеллянт считает, что судом не учтены положения абзаца 7 пункта 1 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом которых невозможен переход прав требования к цессионарию при открытом конкурсном производстве в отношении ООО «Нефтегазспецстрой».

Вопреки выводам суда первой инстанции, как считает ответчик, письмо ответчика № 1833 от 03.09.2015, представленное в материалы дела в качестве доказательства в отношении приемки работ по договору подряда № 4520040952 от 24.06.2013, вручено подрядчику 11.09.2015, о чем в материалы дела представлено соответствующее почтовое уведомление. Тем самым подрядчик был уведомлен о позиции ответчика по устранению замечаний по выполненным работам. 

Ответчик, ссылаясь на нарушение судом норм процессуального права, указал на отсутствие мотивированной оценки суда доводам ответчика о том, что представленные истцом дефектные ведомости не имеют даты составления, подписаны одновременно истцом и третьим лицом, что не соответствует условиям договоров и не дает возможности определить время их составления, что также является нарушением статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Полагает, что обстоятельства, изложенные в отзыве третьего лица, подписанном представителем Рыбиной И.А., чьи полномочия на подписание отзыва не подтверждены представленной в материалы дела доверенностью, не могут быть признаны судом установленными. Считает, что в нарушение части 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд использовал акты сверки, предоставленные неуполномоченным представителем третьего лица, при отклонении довода ответчика о невозможности перехода прав требования.

Истец, возражая на доводы апелляционной жалобы, представил в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменный отзыв, ссылаясь на отсутствие нарушений судом при принятии обжалуемого решения норм материального и процессуального права, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя жалобы доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель истца в заседании суда апелляционной инстанции с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу, считает решение суда законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Привлеченное к участию в деле третье лицо письменное отношение на апелляционную жалобу не выразило, явку своих представителей для участия в деле не обеспечило.  

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей третьего лица, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции между ОАО «Энел ОГК-5» (заказчик) и ООО «Нефтегазспецстрой» (подрядчик) был заключен договор подряда № 4520040952 от 24.06.2013, согласно условиям которого подрядчик обязуется выполнить комплекс работ, включая предоставление материалов и строительно-монтажные работы по наращиванию дамбы 4-го яруса золоотвала № 2 до отметки 204,5 м на объекте «Рефтинская ГРЭС. Реконструкция системы золошлакоудаления с использованием экологически приемлемых, технологически надежных и экономически целесообразных технологий и сдать результата работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить выполненные работы в порядке раздела 5 договора (пункт 1.1 договора). 

Виды и стоимость работ определяются в соответствии с техническим заданием и сметной документацией.

Сроки выполнения работ определены с июня по август 2013 года. 

Дополнительным соглашением № 1 от 28.02.2014 стороны исключили часть работ из ранее согласованного объема, установили новую общую стоимость работ в размере 56 325 357 руб. 37 коп. 

Подрядчик исполнил обязательство по выполнению работ надлежащим образом, все предусмотренные работы были выполнены, приняты заказчиком без замечаний. 

Выполнение работ подтверждается представленными в материалы дела актами о приемке выполненных работ № 1 от 25.07.2013, № 2 от 31.08.2013, № 3 от 25.09.2013, № 4 от 25.10.2013, № 5 от 25.11.2013, № 6 от 20.12.2013, № 1 от 20.12.2013.

Стоимость выполненных работ составила 56 325 357 руб. 37 коп., что подтверждается справками о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 25.07.2013, № 2 от 31.08.2013, № 3 от 25.09.2013, № 4 от 25.10.2013, № 5 от 25.11.2013, № 6 от 20.12.2013. 

Документы подписаны сторонами без каких-либо возражений. 

Порядок оплаты установлен пунктом 5.2 договора. Авансовый платеж выплачивается заказчиком в течение 10 рабочих дней с даты получения от подрядчика банковской гарантии, договора поручительства, счета (пункт 5.2.1 договора). 

В силу пункта 5.2 договора, оплата оставшейся части производится в течение 45 календарных дней с даты получения от подрядчика следующих документов: счет на сумму, составляющую 100 % стоимости выполненных работ, уменьшенную на 10 % (гарантийных удержаний согласно пункту 6.2 договора) и уменьшенную на 30 % от суммы счета (в счет погашения авансового платежа); акт о приемке выполненных работ формы № КС-2, справка о стоимости работ по форме № КС-3; счет-фактура на полную стоимость работ; полный комплект исполнительной, технической и иной документации на выполненные объемы работ. 

Стоимость работ оплачена заказчиком в полном объеме, за исключением гарантийного удержания.

На основании пунктов 6.2-6.5 договора заказчик удерживает денежные средства в размере 5 632 535 руб. 73 коп. 

Согласно пункту 6.2 договора, исполнение обязательств подрядчика обеспечивается гарантийными удержаниями заказчика, представляющими собой часть оплаты работ в размере 10 % от стоимости работ, причитающейся к выплате подрядчику согласно подписанным сторонами актам. 

Согласно пункту 6.3 договора, в случае надлежащего исполнения подрядчиком обязательств, гарантийные удержания выплачиваются заказчиком в полном объеме в течение 45 календарных дней с момента подписания сторонами итогового акта сдачи-приемки всех выполненных работ по договору. 

Кроме того, 25.03.2013 между ОАО «Энел ОГК-5» (заказчик) и ООО «Нефтегазспецстрой» (подрядчик) заключен договор подряда № 4520041001, согласно условиям которого подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика комплекс строительно-монтажных работ по реконструкции разводящей распределительной сети золошлакопроводов дамбы 4-го яруса золоотвала № 2 на объекте «Рефтинская ГРЭС. Реконструкция системы золошлакоудаления с использованием экологически приемлемых, технологически надежных и экономически целесообразных технологий «ОАО «Энел ОГК-5» и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить выполненные работы (пункт 1.1 договора). 

Срок выполнения работ определен с 10.07.2013 по 31.10.2013 (пункт 1.2 договора). 

Общая стоимость работ составляет 14 201 300 руб. (пункт 5.1 договора).

Подрядчик исполнил обязательство по выполнению работ надлежащим образом, все предусмотренные работы были выполнены, приняты заказчиком без замечаний, что подтверждается актами о приемке выполненных работ № 1 от 25.07.2013, № 2 от 25.08.2013, № 3 от 25.09.2013, № 4 от 25.10.2013, № 5 от 25.11.2013, № 6 от 20.12.2013, № 7 от 25.03.2014. 

Стоимость выполненных работ подтверждается справками о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 25.07.2013, № 2 от 25.08.2013, № 3 от 25.09.2013, № 4 от 25.10.2013, № 5 от 25.11.2013, № 6 от 20.12.2013. 

Документы подписаны без каких-либо возражений. 

На основании пунктов 6.2-6.5 договора заказчик удерживает денежные средства в размере 1 380 129 руб. 98 коп. 

Согласно пункту 6.2 договора, исполнение обязательств подрядчика обеспечивается гарантийными удержаниями заказчика, представляющими собой часть оплаты работ в размере 10 % от стоимости работ, причитающейся к выплате подрядчику согласно подписанным сторонами актам. 

Согласно пункту 6.3 договора, в случае надлежащего исполнения подрядчиком обязательств, гарантийные удержания выплачиваются заказчиком в полном объеме в течение 45 календарных дней с момента подписания сторонами итогового акта сдачи-приемки всех выполненных работ по договору.

Ответчиком обязательство по оплате выполненных подрядчиком работ на основании договора исполнено частично. 

Как следует из материалов дела, гарантийное удержание по договору подряда № 4520040952 от 24.06.2013 и по договору подряда № 4520041001 от 25.06.2013 не возращено. 

25.06.2015 в Единый государственный реестр юридических лиц внесено новое наименование ОАО «Энел ОГК-5» – ПАО «Энел Россия». 

02.07.2016 между ООО «Нефтегазспецстрой» и ООО «Мадикс Групп» заключены договоры уступки требования, по условиям которых компании «Мадикс Групп» было уступлено требование к ПАО «Энел Россия» о выплате гарантийного удержания в размере 1 380 129 руб. 98 коп. и 5 632 535 руб. 73 коп.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком обязательства по возврату суммы гарантийного удержания в добровольном порядке, право требования которого перешло истцу по договорам уступки, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд. 

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 307, 309, 382, 702, 711, 740, 746, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав уступку прав требования состоявшейся и не противоречащей закону, исходил из того, что работы подрядчиком выполнены и приняты заказчиком, что подтверждается актами о приемке выполненных работ, стоимость работ подтверждена справками о стоимости выполненных работ и затрат, обязанность по оплате ответчиком гарантийного удержания в размере 6 407 351 руб. 67 коп. (то есть, за вычетом расходов по устранению недостатков) в установленный договорами подряда срок не исполнена. 

Отклоняя заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд принял во внимание условия договоров подряда и установил, что поскольку гарантийное удержание выплачивается в случае надлежащего выполнения работ, то для исчисления сроков исковой давности необходимо учитывать гарантийный срок в отношении соответствующих работ. С учетом указанных обстоятельств начало течения срока исковой давности определено судом с 27.03.2016, в связи с чем суд пришел к выводу, что к моменту подачи настоящего иска в суд срок исковой давности не является пропущенным.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения явившихся представителей истца и ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта и удовлетворения жалобы не установил.

Проанализировав условия заключенных сторонами договоров № 4520041001 от 26.06.2013 и № 4520040952 от 24.06.2013, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что по своей правовой природе они являются договорами строительного подряда. Соответственно, правоотношения сторон по данным договорам регулируются § 1 и § 3 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В силу статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

По смыслу статей 702, 711, 740, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда, основанием для возникновения у подрядчика обязательства по оплате выполненных работ является сдача подрядчиком и принятие заказчиком результатов работы. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности и с учетом обстоятельств дела определил момент начала течения срока исковой давности. Доводы апелляционной жалобы об ином порядке исчисления срока исковой давности подлежат отклонению на основании следующего.

Заявитель апелляционной жалобы ошибочно полагает, что срок исковой давности необходимо исчислять с даты подписания промежуточных актов о приемке выполненных работ по форме № КС-2, последний из которых составлен 25.03.2014. Указанная позиция противоречит буквальному содержанию условий договоров об уплате гарантийных удержаний и поведению сторон.

Согласно пункту 6.2 каждого договора, исполнение обязательств подрядчика обеспечивается гарантийными удержаниями заказчика, представляющими собой часть оплаты работ в размере 10 % от стоимости работ, причитающейся к выплате подрядчику согласно подписанным сторонами актам. За счет гарантийных удержаний удовлетворяются требования заказчика, связанные с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, в частности, по выплате неустоек, штрафов, возмещение расходов на устранение недостатков работ, убытков (пункт 6.4 договоров). 

Удовлетворение требований за счет гарантийных удержаний реализуется путем направления письменного уведомления (пункты 6.5.1, 6.5.2 договоров).

Согласно пункту 6.3 договоров, в случае надлежащего исполнения подрядчиком обязательств, гарантийные удержания выплачиваются заказчиком в полном объеме в течение 45 календарных дней с момента подписания сторонами итогового акта сдачи-приемки всех выполненных работ по договору.

По мнению апелляционной коллегии, приведенная позиция ПАО «Энел Россия» противоречит его предыдущему поведению. Как указывает сам заявитель жалобы, при подписании договоров цессии между ООО «НГСС» и ООО «Мадикс Групп» 02.07.2016 все стороны констатировали, что срок исполнения обязательств еще не наступил. Соответствующая позиция первоначально была обозначена ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции. Впоследствии в рамках судебного процесса, ПАО «Энел Россия» изменило свою позицию в отношении требования истца о взыскании долга и стало заявлять о наступлении срока оплаты еще в 2014 году. Данные заявления противоречат предыдущему поведению ответчика, а потому подлежат отклонению судом апелляционной инстанции как основанные на противоречивом и недобросовестном поведении (принцип эстоппеля и правила venire contra factum proprium – никто не может противоречить собственному предыдущему поведению). 

Определение срока исковой давности в рассматриваемом случае осуществляется по общим правилам, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Согласно пункту 1 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. 

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Пунктами 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Как следует из пункта 1.5 договора подряда № 4520040952 от 24.06.2013, срок окончания выполнения работ – август 2013 года. Работы по договору приняты, что подтверждается актами о приемке выполненных работ № 1 от 25.07.2013, № 2 от 31.08.2013, № 3 от 25.09.2013, № 4 от 25.10.2013, № 5 от 25.11.2013, № 6 от 20.12.2013, № 1 от 20.12.2013.

Суд первой инстанции определил начало течения срока исковой давности датами истечения гарантийных сроков по каждому из договоров с учетом того, что гарантийное удержание выплачивается в случае надлежащего выполнения работ. 

Срок гарантии качества результаты выполненных работ составляет 36 месяцев с момента подписания акта сдачи-приемки всех выполненных работ (пункт 7.1 договора).

Последний акт о приемке выполненных работ № 1 датирован 20.12.2013, таким образом, срок исковой давности начинает течь с 22.12.2016 и к моменту подачи настоящего иска в суд не является пропущенным.

Срок выполнения работ по договору подряда № 4520041001 определен с 10.07.2013 года по 31.10.2013 года (пункт 1.2 договора).

Последний акт о приемке выполненных работ №7 датирован 25.03.2014. 

Срок гарантии качества результаты выполненных работ составляет 24 месяца с момента подписания акта сдачи-приемки всех выполненных работ (пункт 7.1 договора), таким образом, срок исковой давности начинает течь с 27.03.2016 года и к моменту подачи настоящего иска в суд также не является пропущенным.

При этом суд первой инстанции принял во внимание обеспечительную функцию гарантийного удержания, позицию ООО «Мадикс Групп» по делу.

По мнению апелляционной коллеги, принимая во внимание обстоятельства настоящего дела, указанный подход суда первой инстанции к определению срока исковой давности является обоснованным и прав ответчика не нарушает.

По общему правилу в силу статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации, установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может также определяться указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Вместе с тем согласно пункту 1 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации исчисление срока исполнения обязательства допускается, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.

Гарантийное удержание выполняет обеспечительную функцию, а именно – обеспечивает имущественный интерес заказчика на случай выявления недостатков выполненных работ. В этом случае заказчик будет иметь возможность устранить недостатки выполненных работ за счет средств, которые будут причитаться подрядчику. Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017 по делу № 304-ЭС17-1977. 

С учетом положений статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации встречное предоставление за уже полученное ранее исполнение может быть обусловлено совершением определенных действий либо наступлением обстоятельств, зависящих от воли кредитора, должника, от взаимодействия должника с третьими лицами или неких внешних обстоятельств. 

Включение в текст договора соответствующего условия обеспечивает законный интерес кредитора на получение причитающегося ему возмещения в случае выявления факта ненадлежащего выполнения подрядчиком своих обязанностей по договору (например, работ ненадлежащего качества) и может рассматриваться как непоименованный способ обеспечения исполнения обязательств (пункт 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, стороны договоров строительного подряда вправе установить порядок оплаты выполненных работ по своему усмотрению (пункты 1 и 4 статьи 421, статья 190 Гражданского кодекса Российской Федерации), в частности, предусмотреть в нем оплату части стоимости выполненных работ по договору строительного подряда (гарантийное удержание) после выполнения всех работ подрядчиком и наступления поименованного в договоре обстоятельства (подписания итогового акта), что не противоречит положениям статей 327.1, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как уже было указано, пунктом 6.3 договоров срок выплаты заказчиком гарантийного удержания в полном объеме поставлен в зависимость от надлежащего исполнения подрядчиком обязательств и подписания сторонами итогового акта сдачи-приемки всех выполненных работ по договору.

По условиям договора итоговый акт сдачи-приемки всех выполненных работ представляет собой документ, подтверждающий окончательную приемку объекта и исполнение обязательств по договору (пункт 4.7 договоров). Этот документ подтверждает выполнение работ в полном соответствии с договором и технической документации. При этом если работы выполнены с недостатками, то основания для подписания итогового акта отсутствуют. Следовательно, до устранения недостатков работ отказ заказчика от подписания соответствующего акта являлся обоснованным.

Установленный договорами подряда порядок оплаты, с экономической точки зрения, выполняет обеспечительную функцию, является относительно распространенным в обороте и не противоречит пункту 2 статьи 746 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данных правовой подход соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2013 № 4030/13.

Вместе с тем, с учетом условия договоров о выплате гарантийного удержания в течение установленного срока с момента подписания сторонами итогового акта сдачи-приемки всех выполненных работ по договору, следует признать, что в период после наступления указанного события (подписания итогового акта) обеспечительный характер указанного платежа прекращает свое действие, соответствующее условие договора следует рассматривать лишь как определенный порядок оплаты возникшей задолженности по договору. 

При этом арбитражным судом установлено и материалами дела подтверждается, что с момента завершения работ до предъявления иска прошло более 4 лет. Все работы по договорам были завершены, переданы заказчику, промежуточные акты формы КС-2 и справки о стоимости работ формы КС-3 подписаны сторонами в отсутствие претензий относительно объемов и суммы выполненных по договорам работ, результат работ не лишен для заказчика потребительской ценности, используется (эксплуатируется) им, что также подтверждается пояснениями представителя ответчика, данными в судебном заседании суда апелляционной инстанции. Из материалов дела следует, что выявленные в период гарантии недостатки работ, не носящие существенный характер, устранены силами сторонних организаций, что сторонами не оспаривается и не опровергнуто по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом итоговый акт сдачи-приемки работ по договорам строительного подряда так и не был подписан. 

При таких условиях в отношениях сторон возникла неопределенность относительно наступления обстоятельства, с которым связана выплата гарантийных удержаний, поскольку подписание итогового акта между сторонами не состоялось. 

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», по смыслу пункта 1 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исполнения обязательства может исчисляться, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.

Если действия кредитора, совершение которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока – в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статьи 328 или 406 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичный подход приведен в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2017.

С учетом изложенного, по мнению апелляционной коллегии, в рассматриваемой ситуации условие договоров о перечислении денежных средств только после подписания итогового акта приводит к неопределенности положения кредитора (подрядчика), который уже осуществил свое исполнение по договору.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает возможным при выявлении воли сторон договора исходить из принципов добросовестности, разумности и справедливости (статья 6 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Очевидно, что воля сторон при заключении рассматриваемых договоров не была направлена на заключение сделок на безвозмездной основе, при этом стороны определенным образом оговорили лишь временные условия перечисления денежных средств в оплату выполненных работ.

Если соответствующее условие не наступает и для участников отношений очевидно, что оно не наступит в течение разумного срока, срок исполнения обязательства, как это предусмотрено условиями договора, приобретает неопределенный характер, в связи с чем субподрядчик вправе требовать встречного исполнения по правилам пункта 2 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание факт выполнения подрядчиком спорных работ по договорам, их сдачу заказчику и приемку последним, подписание сторонами актов о приемке выполненных работ без возражений, отсутствие существенных недостатков выполненных работ, устранение выявленных недостатков силами сторонних организаций, более того, истечение в настоящее время срока гарантийных обязательств по договорам, однако, отсутствие оплаты ответчиком гарантийного удержания в качестве завершающего платежа по договору в разумные сроки и ссылки последнего на невозможность исполнения своих обязательств ввиду не подписания сторонами итогового акта, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что после устранения всех недостатков выполненных работ основания для отказа в подписании соответствующего акта у заказчика отсутствовали, соответственно, у ответчика возникла обязанность оплатить выполненные работы, обязательство ответчика по оплате выполненных и принятых работ следует признать наступившим на основе принципа добросовестности (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Отказ ответчика от оплаты выполненных подрядчиком работ будет противоречить возмездному характеру правоотношений и изначальному волеизъявлению сторон, соответственно, истец вправе требовать встречного исполнения обязательств по оплате на основании пункта 2 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем, в обоснование заявленного искового требования истец ссылался на истечение всех разумных сроков с момента завершения работ. По условиям договора подписание итогового акта сдачи-приемки работ является условием, преимущественно зависящим от воли сторон, что соответствует закону. Вместе с тем в рассматриваемом случае подписание итогового акта стало невозможным в силу определенных обстоятельств, в том числе, банкротства подрядчика. Руководствуясь приведенными правовыми подходами, истец определил гарантийный срок в отношении выполненных работ по договору как разумный срок, по истечении которого наступает обязанность по оплате. Выбор в качестве разумного срока гарантии на работы был обусловлен тем, что в этот период времени никаких замечаний по качеству работы не поступало, исходя из первоначально имевшейся у конкурсного управляющего документации. По истечении гарантийного срока заказчик и вовсе утратил право выдвигать какие-либо замечания. В указанной ситуации условия договоров подряда о выплате гарантийного удержания перестали выполнять свою гарантийную (обеспечительную) функцию.

Сроком гарантии является период времени, в течение которого заказчик вправе предъявить подрядчику требования, вытекающие из недостатков выполненных работ.

Таким образом, с учетом позиции сторон суд первой инстанции определил начало течения срока исковой давности датой истечения срока гарантии как разумного периода времени, по истечении которого обязательство по оплате приобрело неопределенный характер, что не нарушает права заказчика.

Вопреки утверждениям апеллянта, основания для исчисления срока давности с момента фактического завершения работ отсутствовали, так как такой подход не учитывает ни обеспечительную функцию гарантийного удержания и ни отсутствие предусмотренного договорами формально-юридического основания оплаты в виде подписанного итогового акта. Поскольку результат работ по договорам подряда принят заказчиком и используется им, то гарантийное удержание в любом случае утрачивает свою обеспечительную функцию и является лишь частью оплаты работ по договорам. 

Таким образом, в рассматриваемой ситуации, в отсутствие подписания итогового акта (моментом подписания которого по условиям договоров было обусловлено возникновение обязательства по возврату гарантийного удержания, и соответствующий срок с учетом установленных судом обстоятельств очевидно не наступит), именно истечение срока гарантии обоснованно определено судом первой инстанции моментом, с которого истцу стало известно о нарушении своих прав. Более того, такой подход также представляется разумным и в силу того, что до истечения срока гарантии существует вероятность выявления недостатков работ и, соответственно, по общему правилу, правомерного использования гарантийного удержания заказчиком для устранения недостатков, что также не нарушает и права истца.

При изложенных выше обстоятельствах у ответчика возникла обязанность по выплате гарантийных удержаний в связи с выполнением строительных работ по договорам, устранением всех недостатков работ, истечением гарантийных сроков, истечением всех разумных сроков оплаты с момента завершения работ, а также потребительской ценностью выполненных подрядчиком работ для заказчика.

Как усматривается из материалов дела, последние работы по договорам были завершены 25.03.2014. 

09.02.2015 ООО «Нефтегазспецстрой» направило ПАО «Энел Россия» письмо № НГСС-15/805-Р от 06.02.2015, в котором в очередной раз указывается о завершении всех работ по двум договорам, уклонении заказчика от подписания итоговых актов. К письму были приложены, в том числе, акты итоговой сдачи всех работ по двум договорам. 26.02.2015 письмо было поручено адресатом. 

Из представленных ответчиком и третьим лицом документов следует, что в ходе проверки качества выполнения работ по каждому договору заказчик выявил ряд недостатков и предъявил требования об их устранении.

Перечень недостатков приводится в дефектных ведомостях и локальных сметах. 

Все иные работы были выполнены подрядчиком в полном объеме и надлежащим образом, что подтверждается подписанными сторонами актами выполненных работ.

Стоимость устранения недостатков составляет: 145 609 руб. 64 коп. по договору № 4520041001 от 25.06.2013 и 459 704 руб. 40 коп. по договору № 4520040952 от 24.06.2013. 

Принимая во внимание представленные трехсторонние, подписанные подрядчиком, заказчиком и истцом дефектные ведомости на ремонтно-восстановительные работы, составленные на их основе сметы на устранение недостатков истец уменьшил сумму исковых требований на 605 314 руб. 04 коп. (стоимость устранения недостатков), заявление об уменьшении иска принято судом первой инстанции к рассмотрению на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В 2016 году заказчик устранил недостатки за свой счет, что сторонами не оспорено. 

Между тем, представленные ответчиком документы не были приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку по обоснованной оценке суда не свидетельствуют о затратах ответчика на устранение недостатков именно спорных работ, поскольку характер и вид работ, заактированный в актах формы КС-2, подписанных ответчиком и АО «Дистманн» не соотносится с недостатками, зафиксированных в дефектных ведомостях на ремонтно-восстановительные работы. Отсутствуют документы, подтверждающие фактические затраты. Представленный ответчиком локальный сметный расчет на сумму 2 986 678 руб., в котором ответчик произвел расчет стоимости затрат по устранению недостатков, является односторонним документом ответчика, который не соотносится с материалами дела.

При этом из материалов дела следует, что с 2013 года какие-либо замечания от заказчика относительно выполненных работ, кроме указанных в дефектных ведомостях, в адрес подрядчика не поступали. 

Таким образом, основания для удержания всей спорной суммы отсутствуют, так как эта сумма превышает доказанный размер затрат заказчика на устранение недостатков, что соответствует положениям статей 711, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Невозможность в настоящее время, несмотря на устранение недостатков, подписания итогового акта приемки не препятствует взысканию суммы гарантийного удержания, ставшей частью оплаты работ по договорам, так как обязательство по оплате признано арбитражным судом наступившим.

Как следует из материалов дела, гарантийное удержание по договору подряда № 4520040952 от 24.06.2013 в размере 5 632 535 руб. 73 коп. и по договору подряда № 4520041001 от 25.06.2013 ответчиком не возращено. 

02.07.2016 между ООО «Нефтегазспецстрой» и ООО «Мадикс Групп» заключены договоры уступки требования, по условиям которых компании «Мадикс Групп» было уступлено требование к ПАО «Энел Россия» о выплате гарантийного удержания в размере 1 380 129 руб. 98 коп. и 5 632 535 руб. 73 коп. 

Возражения ответчика относительно того, что он не извещен о состоявшейся уступке права требования, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, так как неизвещение должника о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу не влечет отказ в удовлетворении заявленного истцом требования.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. 

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору. 

Довод заявителя жалобы о неизвещении его об уступке прав требования в рассматриваемом случае правового значения не имеет, поскольку если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий (пункт 3 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие уведомления должника именно от нового кредитора о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу не влечет недействительность или незаключенность договора цессии и не освобождает должника от исполнения принятых на себя обязательств. 

Доказательств того, что обязательства были надлежащим образом исполнены должником перед истцом, либо последующими кредиторами, материалы дела не содержат (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем отсутствие уведомления ответчика об уступке по договору от 02.07.2016 не освобождает должника от исполнения обязательства новому кредитору.

При этом следует отметить, что после предъявления истцом требования ответчик был вправе в силу пункта 1 статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации потребовать от нового кредитора представления ему надлежащих доказательств перехода к нему права требования по спорному договору. Вместе с тем, ответчик признается извещенным о состоявшемся переходе прав как минимум из досудебной претензии, все необходимые документы, удостоверяющие право требования (договор уступки, уведомления, документация о выполнении работ) в связи с рассмотрением настоящего спора переданы истцом в распоряжение ответчика.

Должник не вправе в дальнейшем ссылаться на отсутствие уведомления об уступке, если из содержания представленного сообщения о заключении договора уступки он с очевидностью мог определить момент перехода права. Данный правовой подход соответствует разъяснениям пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54. В рассматриваемом случае ответчик не мог не знать, что моментом уступки будет являться момент наступления обязанности по выплате гарантийного удержания. В любом случае определение этого момента стало возможным только в рамках судебных разбирательств.

Довод о невозможности перехода прав требования к цессионарию в связи с признанием ООО «Нефтегазспецстрой» несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него конкурсного производства не обоснован, правового значения для разрешения настоящего спора не имеет и на правомерные выводы суда первой инстанции не влияет в силу того, что договор уступки от 02.07.2016 заключен еще до введения в отношении должника процедуры наблюдения (определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2016 по делу № А40-17519/2016). 

Указанный договор уступки права требования (цессии) от 02.07.2016, в рамках дела о банкротстве заинтересованными лицами не оспорен, недействительным по специальным основаниям Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не признан, ответчик о недействительности, либо незаключенности договора цессии в судебном порядке не заявлял, в связи с чем договор цессии правомерно признан судом первой инстанции соответствующими требованиям статей 382-384 Гражданского кодекса Российской Федерации, а уступка требований – состоявшейся. 

Следовательно, договор уступки соответствует положениям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации и свидетельствует о перемене лиц в спорных правоотношениях. 

Таким образом, к истцу перешло право требования взыскания гарантийного удержания к ответчику на законных основаниях.

При этом доводы апелляционной жалобы о том, что момент перехода права не определен, что, по мнению ответчика, свидетельствует о том, что право требования вообще не может быть передано по договору уступки, основано на неверном толковании ответчиком положений договоров подряда о порядке оплаты и норм материального права. 

В рассматриваемом случае момент передачи права совпадал бы с моментом подписания итогового акта, как это предусмотрено условиями договоров подряда (пункт 6.3). Поскольку для участников данной сделки в рамках уступки права требования момент перехода права требования привязан к подписанию итогового акта, при этом который с учетом обстоятельств настоящего дела даже в отсутствие подписания данного документа соответствующее условие договора об оплате гарантийного удержания признано судом наступившим, в том числе с учетом окончания гарантийного обязательства, то уступку следует признать состоявшейся как уступку будущего права требования.  

Поскольку сроки гарантийных обязательств собственно по выполненным работам в настоящее время истекли, а в отношении должника введена процедура банкротства, что привело к невозможности подписания итогового акта, поскольку возникновение неопределенности при определении срока возникновения соответствующего обязательства по возврату гарантийного удержания произошло только в последующем, уже после того, как состоялась уступка будущего права требования. 

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, в рассматриваемом случае содержание договора цессии позволяет определить его предмет. При этом вопрос о существовании требования на момент совершения уступок не имеет правового значения, так как соглашение об уступке права (требования), предметом которого является не возникшее на момент заключения данного соглашения право, не только не противоречит законодательству, но и прямо им допускается (статья 388.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54, согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее (пункт 2 статьи 388.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, вопреки доводу жалобы ответчика, соглашение об уступке права (требования), предметом которого является не возникшее на момент заключения данного соглашения право, не противоречит действующему законодательству.

Вместе с тем допустимость уступки права (требования) не ставится в зависимость от того, является ли оно бесспорным и обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120.

Довод апелляционной жалобы о подписании отзыва на исковое заявление неуполномоченным представителем третьего лица не свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права, поскольку не может быть признан значимым и на итоговые выводы суда первой инстанции не влияет при доказанности обстоятельств спора представленной в материалы дела совокупностью надлежащих доказательств. При этом заявителем жалобы не приведено каких-либо иных доказательств, по существу опровергающих достоверность представленных третьим лицом сведений. Сам конкурсный управляющий, лично извещенный о времени и месте судебного разбирательства, никоим образом не оспаривает действия своего представителя.

Кроме того, судом первой инстанции приняты во внимание доводы заказчика о том, что между сторонами договора велась обширная переписка относительно работ по устранению недостатков. При таких обстоятельствах факт направления (вручения) письма № 1833 от 03.09.2015 принципиального значения не имеет. Получение указанного письма адресатом по существу не оспаривалось и не является значимым обстоятельством по спору.

Вместе с тем суд первой инстанции обоснованно принял во внимание дефектные ведомости, представленные истцом, и отклонил документы об иной стоимости работ по устранению недостатков, представленные ответчиком.

Представленные дефектные ведомости являются единственными документами, совместно составленными заказчиком, подрядчиком (ООО «Нефтегазспецстрой») и субподрядчиком (ООО «Мадикс Групп»). 

Со стороны ПАО «Энел Россия» ведомости подписаны С.В. Пайдешевым, который в соответствии с представленным в материалы дела приказом ответчика от 28.05.2013 № 0120 назначен ответственным лицом со стороны заказчика за проверку выполненных работ, осуществление мероприятий строительного контроля.

Кроме того, ведомости и соответствующие сметы на устранение недостатков неоднократно направлялись для подписания заказчику письмами, что подтверждается почтовыми накладными от 12.03.2015, 17.12.2015, 18.01.2016. Получение писем или их содержание ответчиком не оспаривается. 

Указанные обстоятельства опровергают довод ответчика о недостоверности смет в связи с отсутствием даты подписания. Вполне очевидно, что ведомости были составлены до их отправки.

При этом судом первой инстанции обоснованно отклонен представленный ответчиком локальный сметный расчет на сумму 2 986 678 руб., так как данный документ составлен ответчиком в одностороннем порядке, не соотносится с материалами дела, не согласован с участниками строительства (в том числе, с АО «Дистманн», устранявшим недостатки). Более того, расчет противоречит актам выполненных работ по устранению недостатков, представленным самим ответчиком.

Также судом обоснованно отклонены ссылки ответчика на акты выполненных работ, составленных с АО «Дистманн». В данных документах указаны работы в десятки раз превышающие по стоимости работы, выполненные с недостатками. В данных документах представлены работы по всему объекту в целом. Большая часть таких работ не имеет отношения к деятельности ООО «Мадикс Групп» по спорным договорам. 

Представители ООО «Мадикс Групп» в судебном заседании суда первой инстанции совместно с представителем ПАО «Энел Россия» проверили акты выполненных работ и пришли к общему мнению, что в них указаны лишние объемы работ. Как верно отметил суд первой инстанции, указанные в актах виды работ не соответствуют согласованным сторонами дефектным ведомостям. 

Даже если принять во внимание односторонний локальный сметный расчет ответчика, стоимость работ по нему будет меньше общего размера гарантийных удержаний. Расчет долга ответчиком при этом арифметически не оспорен, контррасчет не представлен (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В то же время заказчиком требования в порядке пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках настоящего дела не заявлены. Допустимые доказательства, подтверждающие иную стоимость выполненных в рамках вышеуказанных договоров спорных работ и необходимость соответствующего уменьшения их цены, ответчик при рассмотрении настоящего дела со своей стороны не представил.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание единственный согласованный всеми сторонами документ о видах и стоимости работ, отклонил односторонний документ и документы, содержащие несоотносимые виды работ.

Поскольку работы подрядчиком выполнены и приняты заказчиком, что подтверждается указанными выше актами о приемке выполненных работ, стоимость работ также подтверждается материалам дела, а именно справками о стоимости выполненных работ и затрат, обязанность по оплате ответчиком гарантийного удержания в установленный договорами подряда срок не исполнена, суд первой инстанции правомерно признал подлежащими удовлетворению на основании статей 307, 309, 382 Гражданского кодекса Российской Федерации требование истца о взыскании гарантийного удержания за вычетом расходов по устранению недостатков в качестве оплаты работ по договору в размере 6 407 351 руб. 67 коп.

Иные доводы жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклонены как не влекущие отмену правильного судебного акта.

Доводы, приведенные ответчиком в апелляционной жалобе, в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований. Обстоятельства дела установлены судом первой инстанции верно и в полном объеме. Выводы суда надлежащим образом мотивированы, сделаны на основе верной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для их иной оценки апелляционным судом, в зависимости от доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 11 октября 2018 года по делу № А60-33305/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

 

Председательствующий

 

Н.А. Гребенкина

 

Судьи

 

Л.В. Дружинина

 

 

О.В. Суслова