АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000,

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-9246/2018

город Кемерово

14 марта 2019 года

Дата оглашения резолютивной части решения: 06 марта 2019 года 

Дата изготовления судебного акта в полном объёме: 14 марта 2019 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Шикина Г.М.

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Красноярск,

к обществу с ограниченной ответственностью «КемЭнерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Кемерово,

третьи лица: ООО «РЭС», город Кемерово,

Региональная энергетическая комиссия Кемеровской области, город Кемерово, 

о взыскании 774 331 руб. 45 коп. 

при участии: 

от истца: ФИО2, представитель, доверенность от 17.12.2018 № 42/261, паспорт,

установил:

публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания «Сибири» (далее – ПАО «МРСК Сибири», истец) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «КемЭнерго» (далее – ООО «КемЭнерго», ответчик) о взыскании 741 259 руб. 86 коп. неосновательного обогащения, выразившегося в недополученном за декабрь 2017 года доходе, 42 343 руб. 20 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, с дальнейшим начислением по день фактической оплаты задолженности (с учетом уточненных исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Требования истца обоснованы ссылками на статьи 307, 309, 314 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Определением суда от 17.05.2018 принято исковое заявление, назначено предварительное судебное заседание на 21.06.2018.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.06.2018 дело было признано подготовленным к рассмотрению по существу, судебное разбирательство назначено в судебном заседании 19.07.2018, затем  неоднократно откладывалось, в том числе по ходатайствам истца и ответчика.

В настоящее судебное заседание ответчик, извещенный о времени и месте судебного разбирательства, явку представителя не обеспечил, ходатайств не заявил. 

Региональная энергетическая комиссия Кемеровской области (далее – РЭК КО) явку представителя не обеспечила, о дате и времени судебного заседания извещена надлежащим образом. 

Судебное заседание, с согласия представителя истца, проведено в отсутствие ответчика, третьих лиц в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, опираясь на представленные доказательства, просит взыскать сумму неосновательного обогащения, выразившегося в недополученном в период с июня по декабрь 2017 года доходе, в связи с включением в договор дополнительных объектов (ПС Щегловская, потребитель – ОАО «Карьер Известковый», ПС Пачинская ЛЭП, потребитель – ООО «Власовская», ПС Береговая, потребитель – СПК «Береговой») с учетом ранее заявленного ходатайства об уточнении исковых требований.

Ответчик в отзыве на исковое заявление, дополнениях к отзыву на заявленные требования возразил, просит в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно и не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования. Объективно возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования, которыми предусмотрено возмещение убытков регулируемым организациям в последующих периодах регулирования при наличии неучтенных расходов, понесенных по не зависящим от этих организаций причинам (пункт 7 Основ № 1178, пункт 20 Методических указаний № 20-э/2).

При этом само по себе отсутствие при установлении тарифа тех или иных потребителей либо точек поставки автоматически не означает невозможность оплаты услуг по передаче электроэнергии во всех случаях. При рассмотрении спора об оплате услуг по передаче электроэнергии решающее правовое значение приобретают конкретные фактические обстоятельства дела. В частности, необходимо принимать во внимание, по каким причинам и вследствие каких обстоятельств в договоре на оказание услуг по передаче электроэнергии и (или) в индивидуальном тарифе отсутствуют конкретные потребители или точки поставки. При этом при рассмотрении конкретных споров необходимо учитывать схему договорных правоотношений, конкретные условия договора, а также добросовестность поведения сторон, как при его заключении, так и при его исполнении, а также добросовестность поведения сторон на рынке энергоснабжения при оказании услуг по передаче электроэнергии.

РЭК КО в письменном отзыве на иск указала, что согласно абзацу шестому пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике) одним из общих принципов организации экономических отношений и одной из основ государственной политики в сфере электроэнергетики является соблюдение баланса экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии.

При расчетах между территориальными сетевыми организациями (далее – ТСО) должен соблюдаться принцип компенсации затрат всем ТСО, участвующим в оказании услуг в регионе, который реализуется через распределение котловой выручки посредством применения индивидуальных тарифов.

По общему правилу тарифные решения принимаются исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используется объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил № 1178, пункт 81 Основ ценообразования № 1178).

По существу, тарифным решением, включающим единые (котловые) тарифы и обосновывающие их данные, утверждаются параметры экономического функционирования электросетевого комплекса региона на период регулирования. А участие в регулируемой деятельности всех ТСО и учет их интересов при принятии тарифного решения определяют обязанность ТСО придерживаться в своей деятельности установленных параметров, следование которым призвано обеспечивать формирование котловой валовой выручки, а также ее справедливое и безубыточное распределение между ТСО региона.

Таким образом, для сохранения баланса интересов всех ТСО и потребителей услуг, по общему правилу, требования сетевой организации должны основываться на тарифном решении.

Вместе с тем применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения, ликвидация предыдущих сетевых организаций и т.п.) в связи с обычной хозяйственной деятельностью территориальных сетевых организаций и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывающие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2).

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы истца, ответчика, письменные пояснения регулирующего органа, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Между ОАО «МРСК Сибири» (сетевая организация 1) и ответчиком (сетевая организация 2) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 28.03.2017 № 18.4200.2740.17.

В соответствии с пунктом 2.1. договора стороны обязуются осуществлять взаимное предоставление услуг по передаче электрической энергии путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежавших сторонам на праве собственности и (или) ином законном основании, и оплачивать друг другу услуги по передаче электроэнергии в порядке и сроки, установленные договором.

Величина максимальной мощности энергопринимающих устройств, технологически присоединённых в установленном законодательством РФ порядке к электрической сети, с распределением указанных величин по каждой точке поставки определена в приложении № 2 (пункт 2.2.1. договора). 

Сетевые организации 1 и 2 в срок не позднее 12 числа месяца, следующего за расчетным, представляют друг другу акт об оказании услуг по передаче электроэнергии (по форме Приложения № 6.1. к договору) и счет-фактуру за расчетный месяц (пункт 4.2. договора).

Перечень точек присоединения электрической сети сетевой организации 2 к сетевой организации 1 согласован сторонами в Приложении 1.1. к договору, в приложении № 2 согласованы технические характеристики точек присоединения. 

Согласно пункту 4.7. договора выбор тарифа определяется стороной, осуществляющей оплату услуг по передаче электроэнергии, путем направления письменного уведомления в адрес другой стороны по настоящему договору в течение одного месяца со дня официального опубликования уполномоченным регулирующим органом постановления об установлении соответствующих цен (тарифов).

Порядок расчетов за оказанные услуги сторонами установлен в разделе 4 договора. 

Договор  вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует по 31.12.2017 с условием о продлении срока его действия (пункты 6.1., 6.2. договора).

Постановлением РЭК КО от 31.01.2017 № 10 на первое и второе полугодие 2017 года утверждены индивидуальные тарифы для взаиморасчетов между смежными сетевыми компаниями, в том числе для взаиморасчетов между ООО «Кемэнерго» и филиалом ПАО «МРСК Сибири» – «Кузбассэнерго – РЭС». Тарифы утверждены одновременно в двух вариантах: одноставочный и двухставочный.

Для расчета за услуги по передаче электрической энергии в 2017 году ПАО «МРСК Сибири» применяет согласованный Сторонами одноставочный тариф.

Постановлением РЭК КО от 31.01.2017 № 10 установлено, что базой для расчета ставки индивидуальных тарифов на оплату технологического расхода (потерь) электрической энергии между сетевыми организациями является плановый сальдированный переток электроэнергии между сетевыми организациями. Оплата услуг осуществляется за фактический объем сальдированного перетока.

Письмом от 20.10.2017 № 251 ООО «Кемэнерго» сообщило о включении в договор новых точек присоединения: ПС Щегловская (потребитель – ОАО «Карьер Известковый»), ПС Пачинская ЛЭП (потребитель – ООО «Власовская»), ПС Береговая (потребитель – СПК «Береговой»), на основании договоров безвозмездного пользования имуществом от 01.10.2016 № 12/16 и от 01.01.2016 № 01-2/16-Т, договора аренды имущества от 01.07.2016 № б/н.

Таким образом, ранее оплата за услуги по передаче электрической энергии по вышеуказанным объектам осуществлялась в адрес филиала ПАО «МРСК Сибири» - «Кузбассэнерго – РЭС» по индивидуальному тарифу ООО «РЭС», в настоящее время оплата за данные услуги осуществляется в адрес филиала по индивидуальному тарифу ООО «Кемэнерго», при этом разница в тарифах составила 850,3 руб./тыс. кВтч.

В декабре 2017 года истец оказывал ответчику услуги по передаче электроэнергии по договору от 28.03.2017 № 18.4200.2740.17.

Истец указывает, что точки поставки электрической энергии ПС Щегловская, ПС Пачинская ЛЭП, ПС Береговая, которыми дополнено Приложение № 1.1 к договору, не были учтены при тарифном регулировании на 2017 год.

По мнению истца, получение ответчиком объектов электросетевого хозяйства по договорам аренды после тарифного регулирования привело к недополучению истцом необходимой валовой выручки (НВВ). Указанные действия ответчика свидетельствуют о злоупотреблении правом, поскольку экономический смысл получения объектов электросетевого хозяйства в аренду направлен на искусственное перераспределение финансовых потоков, формирующих совокупную НВВ, в свою пользу, что нарушает цели и принципы государственного регулирования цен. Истец полагает, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, выразившееся в разнице между стоимостью оказанных услуг по индивидуальному тарифу на услуги по передаче электрической энергии (между смежными сетевыми организациями ПАО «МРСК Сибири» и ООО «РЭС») и индивидуальным тарифом на услуги по передаче электрической энергии (между смежными сетевыми организациями ПАО «МРСК Сибири» и ООО «КемЭнерго») по согласованным в договоре точкам поставки.

Согласно расчету истца, неосновательное обогащение за декабрь 2017 года составило 741 259 руб. 86 коп.

Суд удовлетворил исковые требования в связи со следующим. 

Статьей 8 ГК РФ установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом иными правовыми актами, а также действий граждан и юридических лиц, в том числе, – из неосновательного обогащения.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В статье 1105 ГК РФ предусмотрено, что в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Таким образом,  неосновательное обогащение может иметь место при наличии двух условий одновременно:

-  приобретения или сбережения одним лицом (приобретателем) имущества за счёт другого лица (потерпевшего), что подразумевает увеличение (при приобретении) или сохранение в прежнем размере (сбережение) имущества на одной стороне, явившееся следствием соответствующего его уменьшения или неполучения на другой стороне;

- данное приобретение (сбережение) имущества (денег) произошло у одного лица за счёт другого при отсутствии оснований, предусмотренных законом, иными правовыми актами либо на основании сделки.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в виде разницы между стоимостью оказанных услуг по индивидуальному тарифу на услуги по передаче электрической энергии (между смежными сетевыми организациями ПАО «МРСК Сибири» и ООО «РЭС») и индивидуальным тарифом на услуги по передаче электрической энергии (между смежными сетевыми организациями ПАО «МРСК Сибири» и ООО «КемЭнерго») по согласованным в договоре точкам поставки.

ПАО «МРСК Сибири» является территориальной сетевой организацией, по отношению к которой ООО «КемЭнерго» обладает статусом смежной сетевой организации; в предусмотренном законом порядке ООО «КемЭнерго» установлены индивидуальные тарифы для взаиморасчетов с ПАО «МРСК Сибири».

Настоящий спор возник между сторонами в связи с получением ответчиком по договорам безвозмездного пользования имуществом и аренды объектов электросетевого хозяйства в середине периода тарифного регулирования, что привело, по мнению истца, к недополучению истцом необходимой валовой выручки (далее – НВВ).

Пунктом 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением  Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), определено, что собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются положения настоящих Правил, предусмотренные для сетевых организаций.

В соответствии с абзацем первым части 4 статьи 26 Закона об электроэнергетике в случае, если происходит смена собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики, которые ранее в надлежащем порядке были технологически присоединены, а виды производственной деятельности, осуществляемой новым собственником или иным законным владельцем, не влекут за собой пересмотр величины присоединенной мощности и не требуют изменения схемы внешнего электроснабжения и категории надежности электроснабжения, повторное технологическое присоединение не требуется и ранее определенные границы балансовой принадлежности устройств или объектов и ответственности за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства не изменяются. При этом новый собственник или иной законный владелец энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики обязан уведомить сетевую организацию или владельца объектов электросетевого хозяйства о переходе права собственности или возникновении иного основания владения энергопринимающими устройствами или объектами электроэнергетики.

Пункт 34 Правил № 861 устанавливает обязанности по договору смежных сетевых организаций предоставления услуг по передаче электрической энергии и оплаты этих услуг и (или) осуществления встречного предоставления услуг по передаче электрической энергии.

В силу подпункта «г» пункта 41 Правил № 861 по договору между смежными сетевыми организациями при исполнении договора между территориальными сетевыми организациями, обслуживающими потребителей, расположенных на территории одного субъекта Российской Федерации, сторонами договора осуществляется взаимное предоставление услуг по передаче электрической энергии, при этом потребителями услуг являются обе стороны.

Из указанных норм следует, что смежные сетевые организации одновременно являются исполнителями и потребителями услуг по передаче электрической энергии и, следовательно, несут встречные обязанности по оплате услуг по передаче электрической энергии.

Согласно абзацу восьмому пункта 2 Правил № 861 сетевыми организациями признаются организации, владеющие на праве собственности или на ином установленном федеральными законами основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по передаче электрической энергии и осуществляют в установленном порядке технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям.

Согласно пункту 15 Правил № 861 сетевая организация обязана обеспечить передачу электрической энергии в точке поставки потребителя услуг (потребителя электрической энергии, в интересах которого заключается договор), качество и параметры которой должны соответствовать техническим регламентам с соблюдением величин аварийной и технологической брони.

Под «точкой поставки» понимается место исполнения обязательств по договору об оказании услуг по передаче электрической энергии, используемое для определения объема взаимных обязательств сторон по договору, расположенное на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности электросетей, а до составления в  установленном порядке   акта разграничения балансовой принадлежности электросетей – в точке присоединения энергопринимающего устройства (объекта электроэнергетики).

На основании договоров аренды от 01.05.2017, от 01.10.2017, заключенных с АО «Тандер», ООО  «СЧ Недвижимость» ООО «КемЭнерго» приняло за плату во временное владение и пользование дополнительные объекты ПС Щегловская, ПС Пачинская ЛЭП, ПС Береговая. 

С момента заключения договоров безвозмездного пользования имуществом и аренды и передачи объектов электросетевого хозяйства ответчику фактически он стал организацией, оказывающей услуги по передаче электроэнергии конечным абонентам с использованием данного оборудования.

Реализация принципа недискриминационного доступа к услугам по передаче электроэнергии осуществляется через котловую экономическую модель, в рамках которой денежные средства, оплаченные потребителями по единому (котловому) тарифу, впоследствии распределяются между участвовавшими в оказании услуг сетевыми организациями по индивидуальным тарифам, установленным для пар смежных сетевых организаций (далее – индивидуальные тарифы) (пункт 42 Правил № 861, пункт 49 Методических указаний № 20-э/2).

В соответствии с пунктом 42 Правил № 861, пунктом 83 Основ ценообразования № 1178, пунктом 49 Методических указаний № 20-э/2 расчет единых (котловых) тарифов в регионе производится на основе необходимой валовой выручки, определяемой исходя из расходов по осуществлению деятельности по передаче электрической энергии и суммы прибыли, отнесенной на передачу электрической энергии. Для расчета единых (котловых) тарифов в регионе суммируются НВВ всех сетевых организаций по соответствующему уровню напряжения. Индивидуальные тарифы для взаиморасчетов пары сетевых организаций определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации – получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и НВВ.

Порядок расчета и исходные данные, на основании которых устанавливаются котловые и индивидуальные тарифы, указаны в разделе VIII и таблице № П1.30 Методических указаний 20-э/2. Размер тарифа рассчитывается в виде экономически обоснованной ставки как соотношение между валовой выручкой, необходимой для качественного и бесперебойного оказания услуг по передаче электроэнергии, и объема этих услуг. При определении НВВ в расчет принимается стоимость работ, выполняемых организацией на объектах электросетевого хозяйства, находящихся у нее на законных основаниях и используемых для передачи электроэнергии.

По общему правилу тарифные решения принимаются исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используются объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил № 1178, пункт 81 Основ ценообразования № 1178).

Предложенные регулируемыми организациями величины проверяются экспертным путем на соответствие экономической обоснованности планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли, на обеспечение экономической обоснованности затрат на передачу электроэнергии. Кроме того, учитывается результат деятельности сетевых организаций по итогам работы за период действия ранее утвержденных тарифов. Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23, статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования № 1178, пункты 7, 22, 23, 31 Правил № 1178, разделы IV, V Методических указаний № 20-э/2).

Из указанных правовых норм следует, что расчеты за услуги по передаче электроэнергии осуществляются по регулируемым ценам, которые устанавливаются на основании прогнозных, однако имеющих экономическое обоснование на момент утверждения тарифа данных (в том числе сведений о составе и характеристиках объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации, объемах перетока электроэнергии через эти объекты).

При расчетах должен соблюдаться принцип компенсации затрат всем сетевым организациям, участвующим в оказании услуг в регионе, который реализуется через распределение котловой выручки посредством применения индивидуальных тарифов.

Тарифным решением, включающим котловой и индивидуальные тарифы и обосновывающие их данные, по существу утверждаются параметры экономического функционирования электросетевого комплекса региона на период регулирования. 

Участие в регулируемой деятельности всех сетевых организаций и учет их интересов при принятии тарифного решения определяют обязанность сетевых организаций придерживаться в своей деятельности установленных параметров. Следование этим величинам должно обеспечивать как формирование котловой валовой выручки, так и ее справедливое и безубыточное распределение между сетевыми организациями.

Таким образом, для сохранения баланса интересов всех сетевых организаций и потребителей услуг по общему правилу требования сетевой организации об оплате услуг должны основываться на тарифном решении.

Вместе с тем применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования. Так, нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных расходов (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2). Иной подход означал бы нарушение баланса интересов сетевых организаций при распределении котловой выручки в пользу «держателя котла».

Как следует из письменных пояснений Региональной энергетической комиссии Кемеровской области (т. 2 л.д. 40 – 42), при установлении тарифов учитываются только те объекты, которые заявлены, документально подтверждены и планируются к использованию в течение периода регулирования. 

Поскольку объекты ПС Щегловская, ПС Пачинская ЛЭП, ПС Береговая (точки поставки) не были учтены при тарифном регулировании на 2017 год, доказательства последующей корректировки выручки за 2017 год мерами тарифного регулирования (посредством изменения индивидуальных тарифов между парой смежных сетевых организаций ПАО «МРСК Сибири» и ООО «КемЭнерго») в материалы дела не представлены, суд приходит к выводу о том, что ответчик не вправе претендовать на оплату услуг по передаче электроэнергии в отношении спорных точек поставки за 2017 год по котловому тарифу. Иное бы означало осуществление сторонами расчетов в обход тарифно-балансового регулирования.

При рассмотрении настоящего дела суд учитывает также необходимость проверки обстоятельств, связанных с экономическим смыслом получения объектов электросетевого хозяйства в аренду, установление цели, которую преследовал ответчик, заключая эти договоры, выяснить, были ли они направлены на искусственное перераспределение ответчиком финансовых потоков, формирующих совокупную НВВ, в свою пользу. Распределение денежных средств должно осуществляться законным способом, а не путем заключения договоров не имеющего экономического смысла (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139 по делу № А27-18141/2013). 

Между тем, ответчиком по данному обстоятельству не представлены доказательства, подтверждающие экономический смысл заключенных договоров договоров безвозмездного пользования имуществом и аренды, разумность и целесообразность его действий при их заключении.     

С учетом изложенного получение оплаты услуг по передаче электроэнергии от гарантирующего поставщика в декабре 2017 года по котловому тарифу привело к возникновению на стороне ответчика неосновательного обогащения.

Сумма неосновательного обогащения рассчитана истцом как разница между стоимостью услуг, оплаченных гарантирующим поставщиком ответчику по котловому тарифу, и произведенной оплатой ответчиком в адрес истца за оказанные услуги по индивидуальному тарифу в отношении точек поставки ПС Щегловская, ПС Пачинская ЛЭП, ПС Береговая и за декабрь 2017 года составила 741 259 руб. 86 коп.

Расчет суммы неосновательного обогащения проверен судом. Арифметическая правильность расчета ответчиком не оспорена.

Гражданское законодательство исходит из принципа добросовестности действий участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей; добросовестность  участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются;  никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3,4 статьи 1, пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Статьей 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения этих требований, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Действия, совершенные по воле сетевой организации, направленные на изменение без объективных причин, заложенных при формировании тарифа параметров, влекущие такие последствия, как необоснованное увеличение фактической валовой выручки этой сетевой организации по сравнению с плановой, дисбаланс тарифного решения, расходы, связанные с оплатой не включенных в НВВ услуг для других сетевых организаций, что не согласуется ни с интересами субъектов электроэнергетики, ни с общими принципами организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики, могут квалифицироваться как недобросовестные.

Суд соглашается с доводами ПАО «МРСК Сибири», что ответчик злоупотребляет своими правами, выразившимися в совершении сделок по аренде с единственной целью – получением им неосновательного излишка НВВ.

Таким образом, исковые требования о взыскании неосновательного обогащения являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере 741 259 руб. 86 коп. 

Истцом также заявлено требование о взыскании 42 343 руб. 20 коп. (после уточнения) процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 23.01.2018 по 28.10.2018, начисленными на сумму неосновательного обогащения, а также процентов с 29.10.2018 по день фактической оплаты с учетом ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В силу статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором (часть 1). Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (часть3).

Согласно расчету истца проценты за пользование чужими денежными средствами, за период с 23.01.2018 по 28.10.2018, начисленные на сумму неосновательного обогащения за декабрь 2017 года составили 42 343 руб. 20 коп. (ставка 7,5 %).

Расчет проверен судом, ответчиком не оспорен, судом признан верным.

В соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение спора относятся на ответчика. 

Руководствуясь статьями 150, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КемЭнерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Кемерово, в пользу публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

<

...> 259 руб. 86 коп. неосновательного обогащения, 42 343 руб. 20 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 18 487 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КемЭнерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Кемерово, в пользу публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Красноярск, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные с 29.10.2018 на сумму долга 741 259 руб. 86 коп. за каждый день просрочки до момента фактического исполнения обязательства.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КемЭнерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Кемерово, в доход федерального бюджета 185 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск, через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                                                                 Г.М. Шикин