ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А61-3739/2019

г. Ессентуки

31 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 января 2025 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой М.Е., при участии в судебном заседании представителя ПАО «ОФК Банк, в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО1 (доверенность от 07.09.2023), представителей Управления Федеральной налоговой службы по Республике Северная Осетия-Алания – ФИО2 (доверенность от 15.01.2025) и ФИО3 (доверенность от 16.07.2024), представителя общества с ограниченной ответственностью «Трейд-Агро» - ФИО4 (доверенность от 12.04.2024), представителя ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 12.05.2022), представителя ФИО7 – ФИО6 (доверенность от 12.05.2022), представителя ФИО8 – ФИО6 (доверенность от 12.05.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ПАО «ОФК Банк, в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», конкурсного управляющего ООО «Ракурс» ФИО9, Управления Федеральной налоговой службы по Республике Северная Осетия-Алания, общества с ограниченной ответственностью «Трейд-Агро на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 30.10.2024 по делу № А61-3739/2019, принятое по результатам рассмотрения заявлений конкурсного управляющего ООО «Ракурс» и ООО «Трейд-Агро» о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно ответчиков: 1) ФИО7, 2) ФИО8, 3) ФИО5 по обязательствам ООО «Ракурс»,, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ракурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ракурс» конкурсный кредитор - ООО «Трейд-Агро» обратилось в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО7, ФИО8, ФИО5, ФИО10, ФИО10 к субсидиарной ответственности по не исполненным обязательствам должника.

К указанному заявлению кредитора в порядке статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) присоединился конкурсный управляющий должника ФИО11

Определением суда от 30.06.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 31.08.2023, заявленные требования удовлетворены. Суд установил наличие оснований для привлечения в солидарном порядке ФИО7, ФИО8, ФИО5, ФИО10, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; приостановил рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности ответчиков до окончания расчетов с кредиторами в процедуре конкурсного производства общества. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.12.2023 определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 30.06.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2023 по делу № А61-3739/2019 в отношении ФИО7, ФИО8 и ФИО5 отменены. В указанной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Северная Осетия – Алания. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 30.10.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован отсутствием оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ПАО «ОФК Банк, в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», конкурсный управляющий ООО «Ракурс» ФИО9, Управление Федеральной налоговой службы по Республике Северная Осетия-Алания, ООО «Трейд-Агро» обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности. В обосновании жалобы апеллянты ссылаются на то, что суд первой инстанции необоснованно распределил бремя доказывания, поскольку материалами дела подтверждено фактическое участие ответчиков в деятельности должника, то последние должны были представить соответствующие доказательства обратного, что сделано не было. Суд не принял во внимание обстоятельства, установленные налоговым органом в решении № 9 от 07.12.2020. Также судом дана ненадлежащая оценка нотариально заверенным показаниям свидетеля ФИО12, постановлению о привлечении в качестве обвиняемого ФИО5 от 15.08.2024, протоколам допроса подозреваемого ФИО13 от 15.08.2024, от 29.07.2024, протоколу допроса ФИО10 от 29.07.2024. Подробно доводы изложены в апелляционных жалобах.

До судебного заседания от ФИО5, ФИО7, ФИО8 поступило ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору до вступления в законную силу судебного акта в отношении ФИО5 по делу № 1-64/2025 (1-305/2024).

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении в связи с отсутствием правовых оснований.

Так в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Из содержания данной нормы следует, что обязанность суда приостановить производство по делу по указанному основанию связана не с наличием другого дела в производстве судов, а с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу.

С учетом вышеизложенного ходатайство подлежит отклонению, поскольку для приостановления производства по настоящему делу не имеется оснований, предусмотренных статьей 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ПАО «ОФК Банк, в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, свою апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представители Управления Федеральной налоговой службы по Республике Северная Осетия-Алания поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просили определение суда первой инстанции отменить, свою апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Трейд-Агро» поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, свою апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО5, ФИО7, ФИО8 возражал против доводов, изложенных в апелляционных жалобах, поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционные жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 27.12.2024 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 30.10.2024 по делу № А61-3739/2019 подлежит отмене, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 Закона о банкротстве. В новой главе содержатся материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. В ситуации, когда контролирующее должника лицо совершило действия (бездействие) до 01.07.2017, а заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после указанной даты, подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве. В то же время суду следует руководствоваться материально-правовыми правилами статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям, с учетом разъяснений пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 137 от 27.04.2010 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73 -ФЗ (в частности, статья 10) и Закона о банкротстве банков в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статьи 4.2 и 14) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, поскольку обстоятельства, указанные в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а именно, получение необоснованной налоговой выгоды путем создания фиктивного документооборота, а также безосновательное перечисление денежных средств в адрес заинтересованных лиц в сумме, превышающей 2,5 млрд. руб., имели место в 2016-2018 годах, применению подлежат материальные нормы Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 № 73-ФЗ, в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ к событиям, произошедшим до 29.07.2017, и в редакции Закона № 266-ФЗ к событиям, произошедшим с 30.07.2017.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

-   причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

-   документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

-        требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В действующей до 29.07.2017 редакции Закона о банкротстве понятие контролирующего лица было закреплено в статье 2 Закона о банкротстве, согласно которой контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

В действующей с 30.07.2017 редакции Закона о банкротстве понятие контролирующего лица установлено в статье 61.10 Закона о банкротстве, согласно которой в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1)   в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2)   в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3)   в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4)   иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и

(или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 ст.61.10 Закона о банкротстве.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1)     являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2)     имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)     извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, с 30.07.2017 в Закон о банкротстве введено новое понятие в презумпцию определения статуса контролирующего лица, а именно, понятие выгодоприобретателя от незаконных или недобросовестных лиц, входящих в органы управления должника.

Учитывая тот факт, что предусмотренное пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно разъяснениям пункта 7 Постановления Пленума № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе, принципу добросовестности.

Предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе, по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе, посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Согласно разъяснениям пункта 4 Постановления Пленума № 53 по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть, принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе, об уплате обязательных платежей из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В пункте 21 Постановления Пленума № 53 указано, что если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, основанием для привлечения к ответственности является установление взаимосвязи несостоятельности должника не с объективными рыночными факторами, а исключительно с поведением самого должника, воля которого формируется контролирующими его лицами, что отражено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745 (2) по делу № А56-83793/2014.

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в пункте 3 Постановления Пленума № 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам следует проанализировать поведение лиц, которые входили в одну группу. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

При этом возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения; 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами и конкурсным управляющим отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Возможность определять действия должника может достигаться, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (пункт 22 Постановления Пленума № 53).

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.

Так налоговым органом проведена выездная налоговая проверка в отношении должника, по результатам которой подготовлено решение № 9 от 07.12.2020. Указанное решение в установленном законом порядке не оспорено, а следовательно, выводы изложенные в указанном решении имеют существенное значении при рассмотрении настоящего обособленного спора. 

Как установлено в ходе выездной налоговой проверки, для реализации схемы по незаконному получению необоснованной налоговой выгоды при помощи технических организаций, а впоследствии для вывода денежных средств из ООО "Ракурс", ответчики привлекли номинальных директоров - бывших сотрудников ООО НГ ЧОП "Панчер" (ООО НГ ЧОП "Панчер" до 31.10.2016 также было зарегистрировано по адресу: 

<

...>): Генеральным директором и учредителем ООО "Кентавр" с 06.02.2018 является ФИО10. До этого момента единственным учредителем и руководителем являлся ФИО14.

ФИО10 с 28.09.2017 по 05.02.2019 также являлся генеральным директором ООО "Орфей". Генеральным директором ООО "Орфей" с 25.06.2015 по 25.03.2016 являлся ФИО5. Единственным учредителем ООО "Орфей" с 11.12.2014 является ООО "Гигант".

С 01.08.2014 по 23.03.2022 учредителем ООО "Гигант" являлся ФИО5, генеральным директор общества с 23.08.2012 по 28.05.2013 являлся ФИО8.

Генеральным директором и учредителем ООО "Триумф" с 30.11.2015 является ФИО10 (брат ФИО10).

Учредителем ООО "Пересвет" с 24.07.2014 по 06.05.2015 являлось ООО "Забава". Генеральным директором ООО "Забава" является ФИО5, учредителем с долей участия 99% - ФИО15.

Генеральным директором и учредителем ООО "Транспродмаркет" с 09.12.2015 является ФИО16.

ФИО16 с 13.05.2009 по 23.04.2014 также являлся генеральным директором ООО "Орион".

В свою очередь, ООО "Орион" в период с 27.11.2012 по 11.12.2014 являлось учредителем ООО "Орфей" (конечный бенефициар ООО "Орфей" ФИО5, ФИО15).

Учредителем ООО "ТД Купеческий" с 21.04.2016 и до настоящего времени является ФИО17.

Также доказательством подконтрольности указанных организаций ответчикам и согласованности их действий является перечисление с расчетного счета ООО "Ракурс" на расчетный счет ООО "Торговый дом Купеческий" денежных средств с назначением платежа "оплата за векселя" в 2018 году в сумме 16 053 692 руб. Указанная сумма на следующий день (26.10.2018) перечислена на расчетный счет ООО "Гигант". Следующий платеж с аналогичным назначением от ООО "Торговый дом "Купеческий" в адрес ООО "Гигант" поступил в размере 3 749 588 руб. Также с расчетного счета ООО "Торговый дом Купеческий" в адрес ФИО8 перечисляются денежные средства с назначением платежа "оплата за векселя". На счет ФИО8 поступила сумма в размере 16 708 000 руб.

Как установили уполномоченный орган и суд при рассмотрении требования уполномоченного органа о включении в реестр требований должника задолженности по налогам (определение суда от 28.05.2021), за период 2016-2018 года должником перечислено без встречного обеспечения в адрес ООО "Кентавр", ООО "Транспродмаркет", ООО "Пересвет", ООО "Торговый дом Купеческий" (группа взаимозависимых организаций) по фиктивным основаниям - 2 976 802 222 руб.

После признания должника банкротом и отзыва у ООО "Ракурс" лицензии на производство алкоголя и спиртосодержащей продукции по адресу должника продолжило свою деятельность ООО "Орфей".

Налоговым органом также проведена выездная налоговая проверка в отношении деятельности ООО "Орфей", по результатам которой 11.03.2022 вынесено решение N 2621 "О привлечении ООО "Орфей" к ответственности за совершение налогового правонарушения".

Из материалов, полученных в ходе выездной налоговой проверки, а также с учетом информации, отраженной в налоговой отчетности проверяемого лица ООО "Орфей" и его контрагентов 1, 2, 3-го и последующих звеньев (ООО "Кентавр", ООО "Бастион", ООО "Фаворит", ООО "Бумсервис", ООО "Триумф", ООО "Топаз", ООО "Арго" и др.), информации о движении денежных средств по расчетным счетам указанных организаций, следует, что финансово-хозяйственные взаимоотношения ООО "Орфей" и его контрагентов содержат признаки нереальности операций, направлены на создание фиктивной видимости реальной экономической деятельности, с целью занижения налогооблагаемой базы через неправомерное необоснованное применение налоговых вычетов ООО "Орфей" (выгодоприобретатель).

Как указывает налоговый орган, согласно данным "Контур-Фокус" ФИО5 является одним из конечных владельцев ООО "Орфей", кроме того является генеральным директором ООО "Забава", которое по данным ЕГРЮЛ, выступало учредителем в ООО "Пересвет" (5 звено цепочки).

Бывший руководитель ООО "Орфей" ФИО18 получал доходы согласно справки 2-НДФЛ в 2017-2019 в ООО "Пересвет", с 06.02.2019 стал руководителем ООО "Орфей". Родная сестра ФИО19 (с 2017 года по настоящее время является учредителем и руководителем ООО "Пересвет") ФИО20 получала доход согласно справки 2-НДФЛ в ООО "Орфей".

ООО "Топаз" имеет одни контактные данные, в том числе номер телефона с ООО "Гигант".

ООО "Бумсервис" с 27.01.2015 до 15.04.2016 являлось учредителем ООО "Ракурс".

По аналогии с ООО "Ракурс" сумма доначислений составляет более чем 756 млн. руб. налогов, пени, штрафов. Лицензия у ООО "Орфей" отозвана 19.11.2020.

Выездная налоговая проверка проведена в отношении деятельности ООО "Пересвет", располагающегося по адресу Республика Северная Осетия - Алания, 

<

...> (адрес обособленного подразделения ООО "Ракурс", собственник помещения - ООО "Гигант"). На расчетный счет ООО "Пересвет" от ООО "Ракурс" через ООО "Кентравр" перечислено 1 124 114 449 руб.

По результатам налоговой проверки решением налогового органа от 07.12.2020 № 164 ООО "Пересвет" доначислены налоги в размере 84 150 622 руб., пени - 45 615 069,89 руб.

Для получения необоснованных вычетов по НДС ООО "Пересвет" как и ООО "Ракурс", ООО "Орфей" использованы ООО "Кентавр", ООО "Буллетпруф", ООО "Бастион", ООО "Фаворит", ООО "ТД Купеческий" и др.

Проверками установлено, что у контрагентов ООО "Ракурс", ООО "Пересвет", ООО "Орфей" отсутствовали трудовые ресурсы для осуществления деятельности, какое-либо имущество, управленческий персонал, а также расходы, свидетельствующие о реальном характере осуществления деятельности. Налоговым органом установлен технический характер деятельности, фиктивный документооборот и перечисление денежных средств для создания видимости осуществления облагаемых НДС операций.

Налоговые декларации юридических лиц, отраженных в "цепочке" схемных операций (ООО "Ракурс", ООО "Транспродмаркет", ООО "Триумф", ООО "Торговый дом Купеческий", ООО "Кентавр", ООО "Буллетпруф", ООО "Пересвет", ООО "Орфей"), представлены через специализированного оператора связи - АО "ПФ "СКВ Контур". IP адрес, через который представлена отчетность: 78.110.148.61, что подтверждает факт взаимозависимости и вхождения этих лиц в одну группу.

После начала проведения проверки имущество ООО "Пересвет" в виде транспортных средств передано ООО "ТД Купеческий", АО "Исток".

Учредителем ООО "Первая Спиртовая Мануфактура" является ООО "Зернопродукт", в свою очередь, учредителем ООО "Зернопродукт" с долей участия в уставном капитале 100% с 17.11.2015 до 15.11.2018 являлся ФИО21, который, в настоящее время является генеральным директором ООО "Орфей".

Учредитель с 09.02.2021 ООО "Зернопродукт" ФИО22 с 10.07.201826.03.2021 являлся директором ООО "Исток-Зерно", учредитель ООО "Исток-Зерно" до 11.03.2021 - ФИО5

Совместные действия ответчиков, направленные на получение необоснованной налоговой выгоды, создание новых юридических лиц с использованием аналогичного с должником вида деятельности, перевод имущества, работников и денежных потоков на вновь созданное общество, не свидетельствует о соблюдении принципа добросовестности поведения, и исключили возможность погашения задолженности по обязательным платежам.

Такую деятельность нельзя признать добросовестной, поскольку она причиняет вред независимым кредиторам и создает для корпоративной группы необоснованные преимущества, которые ни один участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы. В данном случае преимущества выразились в отсутствии необходимости уплачивать обязательные платежи и производить расчеты с иными кредиторами.

Проведенными контрольными мероприятиями в ходе выездной налоговой проверки установлена совокупность действий налогоплательщика, направленных на построение искаженных, искусственных договорных отношений, имитация реальной экономической деятельности подставных лиц (проблемных контрагентов).

Кроме того, во исполнение указаний суда кассационной инстанции, судом апелляционной инстанции проведен анализ перечислении денежных средств ООО «Пересвет», ООО «Триумф», ООО «Орфей», ООО «ТД Купеческий», полученных от ООО «Ракурс» через ООО «КЕНТАВР», ООО «Транспродмаркет», из которого следует следующее.

Так ООО «Ракурс» перечислено ООО «Кентавр» в 2016 году - 447 274 182 рублей за поставку товара (комплектующие материалы), от ООО «Кентавр» денежные средства перечисляются ООО «Пересвет» в размере 126 746 399 рублей, ООО «Бастион» в размере 112 192 363 рублей, АО «Исток» в размере 8 1310 000 рублей (по договорам купли-продажи векселя, займы, цессия), ООО «Триумф» в размере 43 984 400 рублей, ООО «Транспродмаркет» в размере 4 825 490 рублей. Встречного обеспечения в виде комплектующих материалов ООО «Ракурс» не получило. Данный факт установлен исходя из отсутствия факта приобретения продавцом комплектующих  и  невозможности транспортировки  в  виду наличия технического характера деятельности продавца. Все вышеуказанные организации являются взаимозависимыми. 

В 2017 году ООО «Ракурс» перечислено 544 297 668 рублей. От ООО «Кентавр» денежные средства перечисляются ООО «Пересвет» в размере 498 684 025 рублей, ООО «Статус-Групп» в размере 29 890 348 рублей, ООО «Триумф» в размере 36 530 904 рублей. От ООО «Пересвет» на счета ООО «Торговый дом Купеческий» в размере 211 835 396 рублей, далее на счета ООО «Исток» в размере 71 190 000 рублей в виде займов.

В 2018 году ООО «Ракурс» перечислено 232 941 876 рублей.

Всего за период 2016-2018 года должником необоснованно перечислено в адрес ООО «Кентавр» 1 224 513 726 рублей.

ООО «Ракурс» перечислено ООО «Транспродмаркет» за поставку товара (комплектующие материалы) в 2016 году в размере 1 460 153 рублей; в 2017 году в размере 631 624 373 рублей, которые далее перечисляются ООО «Триумф» в размере 572 092 973 рублей. В 2018 году в размере 1 032 925 127 рублей, которые перечисляются ООО «ТД Купеческий» в размере 687 354 277 рублей, далее ООО «Торговый дом Купеческий» перечисляет ООО «Кентавр» в размере 396 313 814 рублей, и далее АО «Исток» в размере 198 137 000 рублей в виде займов, доказательств возврата суммы займов не имеется. 

Всего за период 2016-2018 года должником перечислено в адрес ООО «Транспродмаркет» 1 666 009 653 рублей.

Кроме того, ООО «Ракурс» в 2018 перечислено денежных средств без фактического получения встречного обеспечения в адрес ООО «Пересвет» 65 090 762 рублей, ООО «Торговый дом Купеческий» 21 188 081 рублей.

С учетом представленной бухгалтерской отчетности у должника за 2016 активы составили всего 1 093 354 000 рублей, в том числе стоимость основных средств - 65 562 000 рублей, запасов - 76 618 000 рублей, дебиторской задолженности - 951 174 000 рублей. Сделки по неправомерному перечислению денежных средств должник осуществил в адрес взаимозависимых ООО «Кентавр» и ООО «Транспродмаркет» на 448 734 335 рублей, что составляет 41% от активов должника. Данные обстоятельства подтверждают причинение указанными сделками существенного вреда должнику и невозможность дальнейшего осуществления финансово-хозяйственной деятельности.

Из представленной бухгалтерской отчетности за 2017 активы должника составили всего 554 269 000 рублей, в том числе стоимость основных средств - 109 002 000 рублей, запасов - 132 421000 рублей, дебиторской задолженности - 312 846 000 рублей. Сделки по неправомерному перечислению денежных средств должник осуществил в адрес взаимозависимых лиц - ООО «Кентавр» и ООО «Транспродмаркет» на 1 185 922 041 рублей, что составляет 214% от активов должника.

Из представленной бухгалтерской отчетности должника за 2018 активы составили всего 1 010 501 000 рублей, в том числе стоимость основных средств - 99 586 000 рублей, запасов -185 810 000 рублей, дебиторской задолженности -725 105 000 рублей. Сделки по неправомерному перечислению денежных средств должник осуществил в адрес взаимозависимых лиц - ООО «Кентавр», ООО «Транспродмаркет», ООО «Пересвет» и ООО «Торговый дом Купеческий» на 1 352 145 846 рублей, что составляет 134% от активов должника.

Указанные выше обстоятельства, свидетельствуют о выводе денежных средств должника в размере 2 976 802 222 рублей, данный размер является существенным.

Соответственно, невозможность погашения суммы задолженности перед бюджетом РФ и перед иными кредиторами в размере 3 405 029 800 руб. обусловлена принятыми контролирующими должника лицами действиями по выводу из гражданского оборота должника денежных средств в размере 2 976 802 222 руб.

Указанные факты подтверждают вывод денежных средств, соответствие сделок критериям существенной убыточности и значимости для должника, что свидетельствует о том, что ответчики являются контролирующими должника лицами и их действия предполагает наличие субсидиарной ответственности. 

Подтверждение факта реализации схемы ухода от налогообложения, предполагающей разделение организаций на центры прибыли и убытков свидетельствует то, что как только накапливался долг, должник прекращал деятельность, организация банкротилась, затем контролирующими лицами создавались новые организации без задолженности.

В отношении ООО «ЛВЗ Правобережный» номинальный руководитель и юридический адрес организации совпалает с ООО «Пересвет»; ООО «ЛВЗ Правобережный» и ООО «Пересвет» арендовали производственные помещения у ООО «Гигант». Процедура банкротства ООО «ЛВЗ Правобережный» завершена 30.04.2020, задолженность перед уполномоченным органом в размере 2 370 млн рублей списана.

В отношении ООО «Пересвет» 16.06.2023 прекращено производство по делу о банкротстве в связи с отсутствием денежных средств и имущества должника, в соответствии п.п. 4,3 п. 1 ст. 59 Налогового кодекса Российской Федерации задолженность перед налоговым органом 145 млн рублей списана.

В отношении ООО «Орфей» введена процедура конкурсного производства, задолженность по обязательным платежам 703 млн рублей.

В отношении ООО «Первая спиртовая мануфактура» 13.11.2024 прекращено производство по делу о банкротстве (оспаривается), сумма задолженности перед бюджетом 104 млн рублей.

В отношении ООО «Исток спирт» 27.11.2024 прекращено производство по делу о банкротстве (оспаривается), сумма задолженности перед бюджетом 103 млн рублей. ООО «Исток Спирт» использовало схему минимизации налогов с теми же техническими контрагентами, что и ООО «Ракурс».

ООО «Первая спиртовая мануфактура», расположенная по одному адресу с ООО «Ракурс» - на ул. Тельмана, 82, Б, также заявила налоговые вычеты по НДС с теми же техническими контрагентами. Руководство ООО «Первая спиртовая мануфактура» осуществляет управляющая компания ООО «Зернопродукт», директором которой с 2015 по 2018 являлся - ФИО23. В настоящее время ФИО23 является директором ООО «Орфей» (учредителем которого является ООО «Гигант»), а также получает доход в ООО «Гигант» (ФИО5 являлся генеральным директором ООО «Гигант», а также учредителем с долей участия 99%). Учредителем ООО «Пересвет» с 24.07.2014 по 18.01.2022 (одно из звеньев по выводу денежных средств с должника, взаимозависимое юридическое лицо) являлось ООО «Забава» ИНН 

<

***>. Генеральным директором ООО «Забава» является ФИО5. Генеральным директором и учредителем ООО «Транспродмаркет» является ФИО16 с 09.12.2015, получал доходы в ООО ЧОП «Панчер» в период с 2016-2018. ФИО16 также являлся генеральным директором ООО «Орион». В свою очередь, ООО «Орион» являлось учредителем ООО «Орфей» ИНН

<

***> (конечный бенефициар ООО «Орфей» ФИО5).

Указанное выше также свидетельствует о том, что ответчики являются контролирующими должника лицами. 

Кроме того, факт наличия со стороны семьи К-вых контролирующего характера должника, подтверждается заключением ФИО8 договоров поручительства по обязательствам должника, а именно: - договор поручительства № 2017-860-862/4 от 27.07.2017, согласно которому ФИО8 отвечает перед ПАО "ОФК Банк", в том же порядке и объеме за исполнение ООО "Ракурс" обязательств по договорам о предоставлении банковских гарантий; - договор поручительства от 29.12.2017 № ДСК/1079, заключенный с ФИО8 и АКБ "ЦентроКредит" в обеспечение исполнения ООО "Ракурс" обязательств по договорам о предоставлении банковских гарантий; - договор поручительства от 04.03.2019 № ДСК/113, заключенный ООО "ТД Купеческий" и АКБ "ЦентроКредит" в обеспечение исполнения ООО "Ракурс" обязательств по договорам о предоставлении банковских гарантий.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13 по делу № А67-6922/11, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем и должником объясняет мотивы совершения обеспечительной сделки.

По смыслу разъяснений пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга).

Наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Таким образом, заключение договоров поручительства ФИО8, ООО ТД "Купеческий" с АКБ "ЦентроКредит" по обязательствам должника свидетельствует о соответствующей взаимосвязанности ФИО8, а также ООО ТД "Купеческий" с ООО «Ракурс».

Доказательством подконтрольности указанных организаций семье К-вых и согласованности их действий также является перечисление 25.10.2018 с расчетного счета ООО «Ракурс» на расчетный счет ООО «Торговый дом Купеческий» денежных средств с назначением платежа «оплата за векселя» в 2018 в сумме 16 053 692 рублей. Указанная сумма ООО «Торговый дом Купеческий» на следующий день (26.10.2018) перечисляет на расчетный счет ООО «Гигант». Следующий платеж с аналогичным назначением от ООО «Торговый дом «Купеческий» в адрес ООО «Гигант» в размере 3 749 588 руб. произведен также 26.10.2018. С расчетного счета ООО «Торговый дом Купеческий» в адрес ФИО8 17.05.2018, 29.05.2018, 27.06.2018, 23.07.2018, 28.08.2018, 25.09.2018, 26.10.2018, 03.12.2018, 26.12.2018 перечисляются денежные средства с назначением платежа «оплата за векселя». На счет ФИО8 поступила сумма в размере 16 708 000 рублей.

Кроме того, приговором Мещанского районного суда г. Москвы от 09.03.2021, которым бывший президент и председатель правления Банка ФИО24 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 4 статьи 204 и частью 2 статьи 201 УК РФ, выразившихся в причинении имущественного вреда Банку, установлено, что ФИО7 являлся бенефициаром спиртовых и ликероводочных заводов ООО «Орфей», ООО «Гигант», ООО «ЛВЗ Правобережный», ООО «Ракурс», ООО «Первая Спиртовая Мануфактура»; как правило, участниками и директорами которых являлись номинальные лица и его родственники (сыновья ФИО25 Батраз и Рудольф), при этом все основные бизнес-решения (например, выбор контрагентов, формирование цены на товар, заключение ключевых контрактов) принимались лично ФИО7, который является поручителем по обязательствам АО «Исток», ООО «Первая Спиртовая Мануфактура» перед АО «КБ Солидарность».

На неформальную связь между Банком (в лице бенефициара ФИО26) и Должником (в лице бенефициаров - К-вых), указывает также факт заключения «банковских гарантий» на нерыночных условиях. 

Согласно бухгалтерской отчетности, по состоянию на 2017 год активы Должника составляли всего 554 269 000,00 руб., в том числе стоимость основных средств – 109 002 000,00 руб., запасов – 132 421 000,00 руб., дебиторской задолженности – 312 846 000,00 руб. Учитывая размер обеспеченных гарантиями обязательств Должника перед ФНС России по Договорам банковской гарантии в размере 946 630 000,00 руб., предоставление Должником в обеспечение своих обязательств перед Банком залогового имущества, не гарантирующего в случае возникновения задолженности ее возврат, залоговой стоимостью 464 176 176,68 руб., большая часть которого (в размере 419 000 000,00 руб.) на момент включения Банка в реестр кредиторов Должника отсутствовала, и несоразмерность активов Должника в период заключения Договоров банковской гарантии и размера предоставленных банковских гарантий указывают на факт заключения «банковских гарантий» на нерыночных условиях. 

Размер обеспеченных гарантиями обязательств Должника перед ФНС России по Договорам банковской гарантии - 946 630 тыс. руб., в то время как в обеспечение своих обязательств перед Банком Должником представлено залоговое имущество, залоговой стоимостью 464 176 тыс. руб. (т.е. не гарантирующее в случае возникновения задолженности ее возврата) большая часть которого (в размере 419 000 тыс. руб.) на момент включения Банка в реестр кредиторов Должника отсутствовала. В последующем, обязательство Должника по уплате суммы акциза перед налоговым органом фактически исполняется Банком. 

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства разумного экономического обоснования предоставления Банком юридическому лицу (ООО «Ракурс») гарантий на миллиардные суммы на невыгодных для себя условиях.

Указанное свидетельствует о взаимосвязанности ФИО7, ФИО8, ООО «Торговый Дом «Купеческий», ООО «Ракурс», АО «Исток».

Следовательно, факт того, что ответчики являются контролирующими должника лицами подтвержден материалами дела. Вывод суда первой инстанции об обратном не основан на надлежащих доказательствах.

Также в качестве доказательства, подтверждающего, что семья К-вых является контролирующим должника лицом, в материалы дела представлено нотариально заверенное показание гражданина ФИО12, в которых отражено, что К-вы являются лицами, контролировавшими Должника. 

Отказывая в принятии указанных показаний в качестве доказательств, суд первой инстанции не учел, что согласно нормам Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным судом РФ 11 февраля 1993 г. № 4462-1, в соответствии с которыми о просьбе заинтересованных лиц нотариус обеспечивает доказательства, необходимые в случае возникновения дела в суде или административном органе, если имеются основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным. 

В силу статьи 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус обязан предупредить свидетеля и эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного показания или заключения и за отказ или уклонение от дачи показания или заключения. 

Таким образом, нотариально заверенные свидетельские показания ФИО12 являются письменными доказательствами и подлежали оценке судом по правилам статей 71 и 75 Арбитражного процессуального кодекса РФ наряду с другими доказательствами, а также в совокупности и взаимосвязи с ними.  

При таких обстоятельствах, с учетом иных представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что указанные показания подтверждают факт отнесения ответчиков к контролирующим должника лицам.

Кроме того, из постановления Руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республики Северная Осетия-Алания генерал-лейтенанта юстиции ФИО27 о привлечении в качестве обвиняемого от 15.08.2024  следует, что ФИО5, в период не позднее конца января 2016 года по 26 июля 2019 г., являясь контролирующим лицом группы аффилированных организаций по производству алкогольной продукции, действуя по предварительному сговору совместно с аффилированным ему руководителем ООО «Ракурс» ФИО13, совершили преднамеренное банкротство ООО «Ракурс», группой лиц по предварительному сговору.

Указанное постановление не принято судом первой инстанции в качестве доказательства наличия в действиях ФИО5 виновности.

Однако согласно абзацу 2 пункта 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», (далее - Постановление Пленума № 53), доказательства, полученные в ходе производства по делам об административных правонарушениях и уголовным делам, могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается заявитель, предъявивший требование о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности. 

Согласно сложившейся судебной практики в качестве доказывания фактов контроля определенных лиц над и их вины в доведении должника до банкротства могут быть приняты постановления о привлечении контролирующих лиц обвиняемыми по уголовным делам (постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.02.2020 по делу № А40-208852/2015, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020 по делу № А40- 81262/2016).

Следовательно, указанное постановление наравне с иными представленными в материалы дела доказательствами свидетельствует о незаконности действий ответчика.

С учетом изложенного, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности факта отнесения ответчиком к контролируемым должника лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие:

- причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона,

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Указанные нормы презюмируют наличие причинно-следственной связи признания Должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся, либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 N 305-ЭС17-13426, от 10.07.2018 N 309-ЭС18-8773, от 13.08.2018 N 305-ЭС18-11260).

Причинно-следственная связь между противоправными действиями ФИО8, ФИО5, ФИО7 и невозможностью полного погашения требований кредиторов заключается в том, что планомерный вывод денежных средств на счет подконтрольных организаций послужил основанием для невозможности исполнения обязательств по уплате налогов и платежей по банковским гарантиям. 

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления Пленума № 53, такие сделки должны быть значимы для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являться существенно убыточными.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Судом апелляционной инстанции установлено, что причиной банкротства ООО «Ракурс» послужила организация контролирующими должника лицами схемы уклонения от исполнения обязанности по уплате возникшей по результатам налоговой проверки задолженности, а также согласование, заключение и одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособными исполнить обязательство лицами по выводу денежных средств.

Последствием таких действий явилась несостоятельность ООО «Ракурс», что в свою очередь привело к причинению ущерба должнику и его кредиторам, т.к. фактически безвозмездно в пользу аффилированных компаний выбыли денежные средства, за счет которых можно было бы погасить требования независимых кредиторов.

В связи с чем, имеет место наличие совокупности всех условий, необходимых для солидарного привлечения контролирующих ООО «Ракурс» лиц к субсидиарной ответственности за совершение вредоносных сделок в виде вывода денежных средств, а также создание фиктивных отношений с целью уклонения от уплаты налогов и сборов.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, заявителями доказано наличие оснований для применения презумпции, предусмотренной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО7, ФИО8 и ФИО5 к субсидиарной ответственности.

При этом устанавливая размер субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Судом учтено, что в настоящее время невозможно определить размер субсидиарной ответственности, мероприятия конкурсного производства не завершены. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым приостановить рассмотрение настоящего заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пунктам 9 - 11 статьи 61.16 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 41 постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности при рассмотрении апелляционных жалоб), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода.

Поскольку судом установлено наличие оснований для привлечения ответчиков - ФИО7, ФИО8 и ФИО5 к субсидиарной ответственности, а расчеты с кредиторами не завершены, производство по спору о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности следует приостановить до окончания расчетов с кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 30.10.2024 по делу № А61-3739/2019 в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с неправильным применением норм материального права подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства ФИО5, ФИО7, ФИО8 о приостановлении производства по настоящему обособленному спору отказать.

Определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 30.10.2024 по делу № А61-3739/2019 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Заявленные требования о привлечении ФИО7, ФИО8 и ФИО5 к субсидиарной ответственности удовлетворить. 

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7, ФИО8 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной? ответственностью «Ракурс».

Приостановить производство по обособленному спору о привлечении ФИО7, ФИО8 и ФИО5 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами общества с ограниченной? ответственностью «Ракурс».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

Судьи

Д.А. Белов

Н.Н. Годило