Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А03-5053/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                  Крюковой Л.А.,

судей                                                                  Сергеевой Т.А.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на решение от 07.06.2023 Арбитражного суда Алтайского края (судья Захарова Я.В.) и постановление от 26.09.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Подцепилова М.Ю., Ваганова Р.А., Марченко Н.В.) по делу № А03-5053/2021 по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Региональные телесистемы» (659335, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Региональные телесистемы+» (659335, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 310220413200070, ИНН 

<

***>) о признании недействительными договоров купли-продажи, истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Аринтел» ФИО4.

Суд установил:

ФИО2 (далее - ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Алтайского края с исками, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и впоследствии объединенными по правилам статьи 130 АПК РФ в одно производство для совместного рассмотрения, к обществу с ограниченной ответственностью «Региональные телесистемы» (далее - общество «РТС») и обществу с ограниченной ответственностью «Региональные телесистемы+» (далее - общество «РТС+», совместно - соответчики) о признании недействительными договоров купли-продажи оборудования от 16.05.2017, от 21.07.2017, от 31.07.2017 (далее - договоры от 16.05.2017, 21.07.2017, 31.07.2017, совместно - договоры продажи оборудования № 1), заключенных между обществом «РТС» и обществом с ограниченной ответственностью «Аринтел» (далее - общество «Аринтел»), актов приема-передачи к ним от 16.05.2017, 21.07.2017, 31.07.2017 (далее - акты приема-передачи оборудования), расходных кассовых ордеров от 31.07.2017 № 74, от 04.12.2017 № 105 (далее - РКО № 74, 105), договора купли-продажи оборудования от 14.09.2019 № 2 (далее - договор продажи оборудования № 2), заключенного между обществами «РТС» и «РТС+»; к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее - предприниматель, ответчик) и обществу «РТС» о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 27.07.2017 (далее - договор продажи транспортного средства № 1), заключенного между обществом «Аринтел» и предпринимателем, договора купли-продажи транспортного средства от 31.07.2017 (далее - договор продажи транспортного средства № 2), заключенного между предпринимателем и обществом «РТС»; истребовании из чужого незаконного владения имущества, переданного по договорам продажи оборудования № 1, 2, продажи транспортного средства № 1, 2 и возврата его обществу «Аринтел».

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен конкурсный управляющий обществом «Аринтел» ФИО4.

Решением от 07.06.2023 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 21.09.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которых просит их отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, поскольку в основу принятых судебных актов положены доказательства (договоры продажи оборудования № 1, акты приема-передачи к ним), исключенные из числа доказательств, а также недостоверные доказательства (данные программного комплекса «1С:Бухгалтерия» и копии бухгалтерских документов общества «РТС»), которые могли подвергаться изменению в процессе их формирования, судами неправомерно отказано в назначении повторной экспертизы по делу, основания возникновения права собственности на спорное имущество у общества «РТС» не проверены, срок исковой давности применен судами необоснованно.

Судом кассационной инстанции отказано в приобщении к материалам дела отзыва общества «РТС+» на кассационную жалобу, не содержащего в нарушение части 2 статьи 279 АПК РФ доказательств его направления в адрес лиц, участвующих в деле.

До судебного заседания от кассатора в суд округа поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с невозможностью обеспечения явки представителя истца в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд округа не усматривает оснований для его удовлетворения, поскольку неявка представителя стороны не препятствует рассмотрению кассационной жалобы.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в соответствии со статьями 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, заявленных в кассационной жалобе (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, при создании общества «Аринтел» ФИО2 являлся единственным его участником и единоличным исполнительным органом.

Полагая, что имущество, указанное в договорах продажи оборудования № 1 и транспортного средства № 1, выбыло из владения общества «Аринтел» помимо воли юридического лица, указанные договоры ФИО2 не подписывал, последний обратился в арбитражный суд с соответствующими исками, объединенными для совместного рассмотрения.

В целях установления наличия признаков фальсификации подписи ФИО2 в договорах продажи оборудования № 1, актах приема-передачи и РКО № 74, а также лица, подписавшего указанные документы от имени директора общества «Аринтел», определением от 14.04.2022 Арбитражным судом Алтайского края назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью Экспертно-консалтинговый центр «Независимая экспертиза» ФИО5.

Согласно заключению эксперта от 11.04.2022 № 03-22-03-78 признаков технической подделки документов в виде монтажа подписи ФИО2 не установлено, в отсутствие оригиналов исследуемых документов экспертом указано на вероятность выполнения подписей в исследованных документах от имени ФИО2 не им, а другим лицом.

По результатам проверки заявления ФИО2 о фальсификации доказательств определением от 11.10.2022 Арбитражным судом Алтайского края договоры продажи оборудования № 1 и акты приема-передачи к ним исключены из числа доказательств по делу.

При рассмотрении спора судами установлено, что решением от 24.03.2014 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-9656/2013, возбужденному по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Интелком», общество «Аринтел» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Определением от 18.11.2015 Арбитражным судом Алтайского края производство по делу № А03-9656/2013 о признании общества «Аринтел» несостоятельным (банкротом) прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедуры конкурсного производства, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Повторно дело о несостоятельности (банкротстве) общества «Аринтел» возбуждено Арбитражным судом Алтайского края в 2019 году с присвоением ему № А03-9981/2019.

В рамках рассмотрения заявления конкурсного управляющего обществом «Аринтел» по делу № А03-9981/2019 об истребовании от бывшего директора указанного общества - ФИО2 имущества и документов должника последний пояснил, что все имущество юридического лица реализовано конкурсным управляющим ФИО6 в 2014 году в процедуре банкротства общества «Аринтел» в рамках дела № А03-9656/2013 по договорам купли-продажи, транспортное средство УАЗ 3962 списано конкурсным управляющим как неликвидное, о чем сообщено на собрании комитета кредиторов 17.11.2014.

Из бухгалтерской документации общества «РТС», в том числе электронной базы данных «1С: Бухгалтерия», изъятой согласно протоколу осмотра места происшествия от 03.04.2019 в ходе производства по уголовному делу № 12001010050000440, следует, что договоры продажи оборудования № 1 учтены в качестве основных средств общества «РТС», в бухгалтерской отчетности отражена оплата по ним путем выдачи денежных средств обществу «Аринтел» по РКО № 74, 105, что подтверждено отчетом по проводкам в счете 60 и свидетельскими показаниями главного бухгалтера общества «РТС» ФИО7, которая кроме того пояснила, что ФИО2 длительное время являлся фактическим руководителем общества «РТС» и оригиналы всех документов находились у него.

Также ФИО2, являясь участником общества «РТС» с долей в уставном капитале 25%, на внеочередном собрании участников указанного общества 31.10.2020 голосовал за привлечение директора (ФИО8) к уголовной ответственности за реализацию им обществу «РТС+» имущества общей стоимостью около 5 млн. руб., инвентарные номера которого совпадают с оборудованием, указанным в качестве предмета по договорам продажи оборудования № 1.

Для установления наличия в электронной базе данных «1С:Бухгалтерия» общества «РТС» сведений о договорах продажи оборудования № 1, расчетах по ним и учета указанных операций в книге учета доходов и расходов, определением от 11.10.2022  Арбитражным судом Алтайского края назначено проведение бухгалтерской судебной экспертизы, проведение которой поручено экспертам федерального бюджетного учреждения Алтайская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Из заключения эксперта от 13.12.2022 № 2597/6-3 следует, что в представленной на экспертизу электронной базе данных «1C: Бухгалтерия» общества «РТС» содержатся сведения о проводках по обозначенным договорам, в книге учета доходов и расходов, в том числе при исчислении налоговой базы, учтены операции по указанным договорам на общую сумму 3 899 532 руб.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласилась апелляционная коллегия, руководствовался статьями 1, 11, 12, 166, 167, 168, 199, 200, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьями 61.1, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, изложенными в пунктах 32, 34, 36 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление № 10/22), пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 19 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.04.1997 № 13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исходил из доказанности выбытия спорного имущества из владения общества «Аринтел» по воле юридического лица, осведомленности директора ФИО2 об этом, отсутствия оснований для признания сделок недействительными и истребования имущества из чужого незаконного владения, обращения в суд с пропуском срока исковой давности.

Поддерживая в рассматриваемом случае выводы судов первой и апелляционной инстанций, суд округа находит их соответствующими представленным в дело доказательствам, установленным на их основе обстоятельствам спора и примененному законодательству.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (статья 301 ГК РФ).

В силу правовой позиции, приведенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020, из положений статей 301, 302 ГК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 35 и 39 Постановления № 10/22, следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются: наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности. Бремя доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли, а в случае недоказанности этого факта - бремя доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на самого собственника.

При этом возложенное на лицо, участвующее в деле, бремя доказывания соответствующих юридически значимых обстоятельств по смыслу статей 9, 65 АПК РФ реализуется им с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

Обычный  стандарт  доказывания  («разумная  степень  достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-186005) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

В случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны (что характерно, в частности, для споров, осложненных банкротным элементом, аффилированностью лиц (формально-юридической или фактической), корпоративным конфликтом участников юридического лица), цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств.

Тесная экономическая связь позволяет аффилированным лицам внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, основанных на договорных связях аффилированных лиц, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности (реальности) соответствующих хозяйственных операций (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-17063(3), № 305-ЭС18-17063(4), от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2)), когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Такая проверка должна быть еще строже, чем при использовании стандарта «ясные и убедительные доказательства», то есть суд для удовлетворения требований должен не только убедиться в реальности хозяйственных операций, но и углубиться в правовую природу отношений сторон, изучив их характер, причины возникновения, экономический смысл, их поведение в предшествующий период и сопоставить установленное с их доводами.

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572).

В пункте 1 статьи 181 ГК РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 АПК РФ, в том числе преюдициально установленные в рамках дел № А03-9656/2013, А03-9981/2019, А03-3326/2021 обстоятельства, правильно распределив бремя доказывания в споре между аффилированными лицами с корпоративным конфликтом, приняв во внимание, что в отношении общества «Аринтел», единоличным исполнительным органом которого является ФИО2, дважды возбуждалось дело о несостоятельности банкротстве, первое из которых в 2015 году прекращено после реализации в 2014 году всего имущества должника и недостаточности средств для финансирования процедуры; в ходе повторно возбужденного в 2019 году дела о несостоятельности общества «Аринтел» ФИО2 при истребовании от него арбитражным управляющим документов и имущества письменно подтверждал его отсутствие у должника; являясь участником и контролирующим лицом общества «РТС» (фактический руководитель) с августа 2017 года имел достоверную информацию о переходе к данному юридическому лицу прав на спорное имущество, учтенное в качестве основных средств общества и отраженное в его налоговой отчетности, инициировал обращение в правоохранительные органы о возбуждении уголовного преследования в отношении директора общества «РТС» за реализацию спорного имущества в пользу общества «РТС+» по цене ниже рыночной, при этом, оставаясь директором общества «Аринтел», каких-либо правопритязаний на данное имущество не заявлял, суды пришли к аргументированному выводу о выбытии спорного оборудования и транспортного средства из владения общества «Аринтел» по воле его руководителя, признав обоснованным заявление общества «РТС» о пропуске истцом срока исковой давности, определив начало его исчисления с 03.08.2017 и учтя дату обращения с исками (апрель 2021 года и апрель 2022 года), в связи с чем отказали в иске.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций в рамках конкретного дела, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Суд кассационной инстанции полагает, что проведенная судами оценка доказательств соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, предусматривающей стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения одному из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308), а также установленному в гражданском обороте стандарту поведения добросовестного его участника, определяемому по критерию ожидаемости действий субъекта оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В отсутствие разумных объяснений причин, по которым истец, настаивающий на фальсификации его подписи на оспариваемых договорах, актах и расходных ордерах, не заявлял в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций, а также в кассационной жалобе о подложности проставленной на указанных документах печати общества «Аринтел», являющейся средством индивидуализации юридического лица (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 09.03.2016 № 303-ЭС15-16683), находящейся по общему правилу в распоряжении уполномоченных лиц, коими являются органы управления, а также не представлял доказательств ее утраты либо неправомерного удержания арбитражными управляющими после прекращения первого судебного дела о банкротстве должника, учитывая, что в рамках дела № А03-3326/2021 печать организации истцом также не истребовалась, что предполагает ее наличие у последнего, оснований не согласится с выводами суда о реализации спорного имущества по воле уполномоченных лиц общества «Аринтел» у суда кассационной инстанции не имеется.

В целом доводы кассационной жалобы, касающиеся вопросов волеизъявления истца о передаче оборудования и транспортного средства, его осведомленности, сопряжены с обращенным к суду округа требованием об иной оценке доказательств и установлении обстоятельств, отличных от установленных судами первой и апелляционной инстанций, что не входит в компетенцию суда округа. Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2015 № 274-О, положения статей 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Согласно статье 288 АПК РФ и разъяснениям, содержащимся в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», нарушение или неправильное применение норм процессуального права могут послужить основанием для отмены судебного акта в кассационном порядке, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, повлекло за собой судебную ошибку существенного и непреодолимого характера (например, если обжалуемый судебный акт основан на недопустимых доказательствах (статья 68 АПК РФ), судами неправильно применены основания для освобождения от доказывания (статья 69 АПК РФ).

Таких нарушений судами не допущено.

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы, объяснения лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса, полученные путем использования систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции.

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (часть 5 статьи 71 АПК РФ).

Принимая во внимание совокупность обстоятельств, установленных судами на основании исследования допустимых доказательств по делу, подтверждающих осведомленность и волеизъявление руководителя общества «Аринтел» на реализацию спорного имущества, суды обеих инстанций, сочтя их достаточными для подтверждения юридически значимых обстоятельств, пришли к мотивированному выводу об отсутствии необходимости в назначении повторной почерковедческой экспертизы по делу.

Основания для отмены решения и постановления в соответствии со статьей 288 АПК РФ судом округа не установлены. При указанных обстоятельствах кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 07.06.2023 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 26.09.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-5053/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Л.А. Крюкова

 

Судьи                                                                                                                  Т.А. Сергеева

 

ФИО1