Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

«27» июля

2017г.

Дело №

А40-72341/17-20-595              

 

Резолютивная часть решения объявлена «24» июля 2017г.

Полный текст решения изготовлен «27» июля 2017г.

Арбитражный суд в составе:

Судьи

 Бедрацкой А.В.

    протокол ведется помощником судьи Михалевым П.В.

с участием

от заявителя – Михайловской Е.Б., Тимаева З.И., дов. от 12.04.2017г.

№ 2030, Растатуева А.А., дов. от 24.05.2017г., от ответчика – Яременко И.В., дов. от 

25.01.2017г. № 01-17/007, Корчагиной О.А., дов. от 25.01.2017г. № 01-17/006

рассмотрел дело по заявлению

Открытого акционерного общества "Филип Моррис Кубань" (ОГРН 1022301172740, ИНН 1022301172740, 350038, Краснодарский край, г. Краснодар, ул. Ипподромная, д. 10)

 

к

МИ ФНС по КН № 3 (ОГРН 1047702057732; ИНН 7702246311; 129110, г. Москва, ул. Б. Переяславская, д. 66, стр. 1)

 

о

признании недействительным решения

                                                                         от 30.09.2016г. № 20-14/3/331 в части

УСТАНОВИЛ:

Закрытое акционерное общество "Филип Моррис Ижора" обратилось с заявлением в арбитражный суд к МИ ФНС по КН № 3 о признании недействительным решения от 30.09.2016г. № 20-14/3/331 в части доначисления налога на прибыль за 2012-2014 год в сумме 7673251 руб., соответствующей суммы пени и штрафа по основаниям, описанным в п.2.1 мотивировочной части решения, доначисления НДФЛ за 2012-2014 год в сумме 510458 руб., соответствующих сумм пени и штрафа по основаниям, указанным в п. 2.6 мотивировочной части решения, а также указания данной суммы НДФЛ в качестве недоимки в 3.1 резолютивной части решения и предложения её уплатить в п.3.2 резолютивной части решения.

Заявление мотивировано тем, что ненормативный акт ответчика в обжалуемой части нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

Ответчик с требованиями заявителя не согласен по доводам, изложенным в  решении, отзыве.

Оценив в совокупности представленные доказательства, выслушав представителей сторон, суд считает заявление подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 3 (далее - «Инспекция») провела выездную налоговую проверку ОАО «Филип Моррис Кубань» (далее - «Общество») за 2012-2014 годы. По итогам рассмотрения акта проверки (т.1 л.д. 39) и представленных Обществом возражений (т.1 л.д. 96) вынесено Решение о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.09.2016 № 20-14/3/331 (далее - «Решение Инспекции») (т.4 л.д. 108).

Решением ФНС России от 24.01.2017 № СА-4-9/1083@ (т.4 л.д. 63), принятым по апелляционной жалобе Общества (т.4 л.д. 33), Решение Инспекции в обжалуемой Обществом в суд части оставлено без изменения.

Суд считает доводы заявителя законными и обоснованными, и подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Доначисления налога на прибыль за 2012-2014 годы в сумме 7 673 251 руб., соответствующих сумм пени и штрафа (п. 2.1 мотивировочной части Решения Инспекции),

Доначисления НДФЛ за 2012-2014 год в сумме 510 458 руб., соответствующих сумм пени и штрафа (п. 2.6 мотивировочной части Решения Инспекции), а также указания данной суммы НДФЛ в качестве недоимки Общества в п. 3.1 резолютивной части Решения Инспекции и предложения ее уплатить Обществу в п. 3.2 резолютивной части Решения Инспекции.

Из материалов дела следует, что Общество осуществляет производство и оптовую реализацию табачных изделий.

В течение 2012-2014 годов Общество производило мероприятия по оптимизации численности и состава персонала, в связи чем с 50 сотрудниками трудовые договоры расторгнуты по соглашению сторон на основании ст. 78 Трудового Кодекса РФ (далее - «ТК РФ») в соответствии с пунктом 2.3.2 Коллективного Договора. При расторжении трудовых договоров Общество произвело работникам выплаты, кратные их окладам и предусмотренные соглашениями о расторжении, на общую сумму 38 366 252 руб. (в том числе в 2012г. - 9 265 325 руб., в 2013г. - 7 724 099 руб., в 2014г. - 21 376 828 руб.) (далее - «Выплаты при увольнении»). Указанные суммы отнесены в состав расходов по налогу на прибыль за 2012-2014гг.

Инспекция полагает, что выплаты при увольнении экономически не обоснованы и не направлены на получение дохода, поскольку уволившиеся работники в экономической деятельности Общества больше принимать участия не будут. По мнению Инспекции, выплаты при увольнении учтены Обществом в составе расходов для целей налога на прибыль в нарушение п. 1 ст. 252, п. 2 ст. 253, ст. 255, п. 21 и 49 ст. 270 НК РФ.

Общество не согласно с отказом в учете в составе расходов по налогу на прибыль Выплат при увольнении. Позиция Инспекции противоречит положениям статей 252, 253, 255 НК РФ и позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определениях от 28.03.2017 № 305-КГ16-16457, от 27.03.2017 № 305-КГ16-18369, от 23.09.2016 № 305-КГ16-5939, от 20.03.2017 № 305-КГ16-17247. 

В соответствии с п. 2 ст. 253 НК РФ к числу учитываемых для целей налогообложения расходов налогоплательщика, связанных с производством и реализацией, помимо прочих, относятся расходы на оплату труда, в состав которых на основании ст. 255 НК РФ включаются любые начисления работникам в денежной и (или) натуральной формах, предусмотренные нормами законодательства Российской Федерации, трудовыми договорами (контрактами) и (или) коллективными договорами.

В частности, согласно п. 9 ст. 255 НК РФ (в редакции, действовавшей в период 2012-2014гг.) к расходам на оплату труда относились начисления работникам, высвобождаемым в связи с реорганизацией или ликвидацией налогоплательщика, сокращением численности или штата работников налогоплательщика.

Этому корреспондирует гарантированное статьей 178 ТК РФ право работников, увольняемых в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации, на получение от работодателя выходного пособия, а также на сохранение за собой среднего месячного заработка на период трудоустройства. Данные гарантированные законом выплаты по существу представляют собой заработную плату, сохраняемую за работниками на период вынужденной невозможности реализации ими права на оплачиваемый труд в течение определенных данной нормой предельных сроков и признаются законодателем в качестве затрат, необходимых для ведения экономической деятельности налогоплательщиком. В то же время статья 178 ТК РФ предусматривает, что трудовым договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий. При этом, как указал Верховный Суд РФ в Определении от 28.03.2017 № 305-КГ16-16457, такие выплаты могут выполнять как функцию выходного пособия (заработка, сохраняемого на относительно небольшой период времени до трудоустройства работника) - так и по существу выступать платой за согласие работника на отказ от трудового договора.

В свою очередь, на основании п. 25 ст. 255 НК РФ допускается учет в целях налогообложения других видов расходов, произведенных в пользу работника, предусмотренных трудовым договором и (или) коллективным договором.

Таким образом, ст. 255 НК РФ установлен открытый перечень расходов на оплату труда работников, учитываемых в целях налогообложения, при условии, что эти выплаты производятся в рамках трудовых и связанных с ними отношений.

Учитывая положения статей 253, 255 НК РФ в их взаимной связи со статьями 9, 178 ТК РФ, то обстоятельство, что выплаты работникам Общества произведены во исполнение соглашений о расторжении трудовых договоров, обусловливает возможность признать Выплаты при увольнении в целях налога на прибыль на основании ст. 255 НК РФ при условии их экономической оправданности.

При этом ограничение, установленное п. 21 ст. 270 НК РФ, в данном случае не применяется, поскольку выплаты производятся в рамках трудовых и связанных с ними отношений. Кроме того, согласно статье 9 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров. С учетом этого Верховным Судом РФ в Определении от 17 мая 2013г. № 14-КГ13-2 указано, что соглашение о расторжении трудового договора является актом, содержащим нормы трудового права, что также свидетельствует о не применении п. 21 ст. 270 НК РФ.

В проверяемый период в отношениях между Обществом и его работниками последовательно действовали Коллективные договоры от 17.09.2010 и 04.09.2013. Они содержали идентичный пункт 2.3.2 согласно которому "Программа высвобождения работников подразумевает прекращение трудового договора по соглашению сторон с выплатой компенсации, производимой в соответствии с таблицей п. 2.3.3 в случае структурной реорганизации" (т.6 л.д. 51).

Положения о выплатах работникам, содержащиеся в пункте 2.3.2 Коллективных договоров были включены в договоры в соответствии с требованиями трудового коллектива. При этом, трудовой коллектив под структурной реорганизацией понимал любого рода изменения численности и состава персонала.

Поскольку ТК РФ не содержит понятия "структурная реорганизация", необходимость и форма структурной реорганизации определяется Обществом самостоятельно. В частности, со структурной реорганизацией Общество связывает перераспределение обязанностей внутри отдела, изменение организационной структуры, выведение и создание организационных единиц, упразднение отдельных должностей, изменение требований к компетенции и экспертизе работников. Одновременно, законодательство Российской Федерации не предполагает оформления каких-либо документов, связанных с проведением структурной реорганизации в таких случаях.

Приведенный пункт Коллективного договора применялся при расторжении трудового договора по соглашению сторон (по инициативе Общества во избежание спорных и конфликтных ситуаций с работником и соблюдения баланса интересов сторон). Конкретная сумма выплаты по каждому работнику рассчитывалась на основании п. 2.3.3 Коллективного договора и указывалась в соглашении о расторжении. Большинство соглашений о расторжении содержат ссылку на выплату компенсации по Программе высвобождения работников на основании п. 2.3 Коллективного договора.

В связи с этим Выплаты при увольнении производились на основании п. 2.3.2 Коллективного договора.

Налоговое законодательство не содержит положений, позволяющих налоговому органу при применении ст. 252 НК РФ оценивать произведенные налогоплательщиками расходы с позиции их экономической целесообразности. Расходы признаются экономически обоснованными, если они необходимы для деятельности налогоплательщика (постановления Президиума ВАС РФ от 09.03.2011 № 8905/10, от 25.02.2010 № 13640/09).

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль также не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией.

Увольнение работника является завершающим этапом его вовлечения в деятельность налогоплательщика, в связи с чем вывод о несоответствии расходов, производимых при увольнении работников, требованиям п. 1 ст. 252 НК РФ не может следовать из того факта, что работник в дальнейшем не сможет приносить доход организации результатом своего труда. Организация сама определяет оптимальный способ расторжения трудового договора с учетом норм трудового права (в частности, сокращение штата или соглашение сторон). Вмешательство в такой выбор налогоплательщика означало бы оценку целесообразности его действий, что недопустимо.

Общество в течение 2012-2014 годов проводило мероприятия по оптимизации численности и состава персонала. Трудовые показатели ряда сотрудников перестали соответствовать ожиданиям Общества, ряд должностей предполагалось упразднить с сокращением общего количества работников для оптимизации затрат. При этом Общество действовало в строгом соответствии с трудовым законодательством, проводя увольнение работников одним из способов, предусмотренным ТК РФ - расторжение трудового договора по соглашению сторон (ст. 78 ТК РФ). Данный способ был выбран, поскольку он позволяет избежать существенных финансовых, временных и репутационных потерь, возникающих при сокращении численности или штата работников на основании п. 2 ст. 81 ТК РФ.

Так, при сокращении численности или штата работников работодатель должен предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность); предупредить о предстоящем увольнении не менее чем за два месяца до увольнения (ст. 181 ТК РФ); определить работников, имеющих преимущественное право на оставление на работе (ст. 179 ТК РФ); учитывать мнение профсоюза (ст. 373 ТК РФ) и соблюсти иные требования, приводящие на практике к многочисленным спорам и разногласиям, а также нанесению ущерба имиджу Общества.

Напротив, соглашение сторон, заключаемое на основании ст. 78 ТК РФ, позволяет избежать указанных конфликтных ситуаций с соблюдением интересов как работника, так и работодателя. Кроме того, Выплаты при увольнении стимулировали работника на сохранение конфиденциальности, неиспользование служебной информации, полученной во время выполнения трудовых обязанностей для занятия другой деятельностью, которая может нанести ущерб Обществу.

В результате проведенной Обществом оптимизации численности и состава персонала количество работников уменьшилось, а его выручка увеличилась. Так, согласно Сведениям о неполной занятости и движении работников, численность сотрудников Общества на конец января 2012 года составляла 678 человек (т.5 л.д. 87), а на конец 2014 года - 587 человек (т.5 л.д. 5). В связи с этим является необоснованным довод Инспекции об отсутствии доказательств уменьшения численности работников (абз. 4 стр. 4 Отзыва).

Упразднение должностей, а также отсутствие приема на должности работников, уволенных по соглашению сторон общей численностью 32 человек подтверждается штатными расписаниями за 2012 - 2015 годы (т.6 л.д. 3).

В отдельных же случаях (18 человек) увольнения работников по соглашению сторон были произведены Обществом в целях повышения эффективности производственного процесса, так как трудовые показатели данных работников перестали соответствовать ожиданиям Общества. Это потребовало незамедлительных кадровых решений по замене данных сотрудников на более эффективных и мотивированных специалистов. При этом основная часть данных увольнений предусматривала перевод на освободившиеся должности других сотрудников Общества. Должности сотрудников, переведенных на место уволенных работников, сокращались, что подтверждается данными штатного расписания.

Так, в 2012г. уволен старший оператор сигаретного цеха Бурыкин В.Л. На его место переведен Купряшин А.Е. с должности оператора сигаретного цеха. При этом на место Купряшина А.Е. никто не принимался, что подтверждается сокращением количества операторов сигаретного цеха со 110 человек на 01.01.2012 (т.6 л.д. 3) до 106 человек на 01.01.2013 (т.6 л.д.14) и далее до 89 человек на 01.01.2015 (т.6 л.д. 36).

В 2012г. уволен наладчик сигаретного цеха Манин В.В. На его место переведен Алехин A.M. с должности оператора сигаретного цеха. При этом на место Алехина A.M. никто не принимался, что подтверждается сокращением количества операторов сигаретного цеха со ПО человек на 01.01.2012 (т.6 л.д. 3) до 106 человек на 01.01.2013 (т.6 л.д. 14) и далее до 89 человек на 01.01.2015 (т.6 л.д. 36).

В 2012г. уволен старший оператор сигаретного цеха Разогреев В.В. На его место переведена Сливина Н.В. с должности оператора сигаретного цеха. При этом на место Сливиной Н.В. никто не принимался, что подтверждается сокращением количества операторов сигаретного цеха со 110 человек на 01.01.2012 (т.6 л.д. 3) до 106 человек на 01.01.2013 (т.6 л.д. 14) и далее до 89 человек на 01.01.2015 (т.6 л.д. 36).

В 2013г. уволен оператор складского хозяйства Сафаров Х.Т. На его место переведен Александров О.А. с должности координатора участка. При этом на место Александрова О.А. никто не принимался, что подтверждается сокращением количества координаторов участка с 16 человек на 01.01.2013 (т. 6 л.д. 14) до 13 человек на 01.01.2014 (т.6 л.д. 25).

В 2013г. уволен старший оператор смены табачного цеха Субботин В.В. На его место переведен Рукавишников Р.В. с должности старшего оператора табачного цеха. При этом на место Рукавишникова Р.В. никто не принимался, что подтверждается сокращением количества старших операторов табачного цеха с 23 человек на 01.01.2013 (т.6 л.д. 14) до 22 человек на 01.01.2014 (т.6 л.д. 25).

В 2014г. уволен координатор службы эксплуатации Федотов О.Н. На его место переведен Гапоненко П.Н. с должности инженера по поддержке эксплуатации инженерных коммуникаций и проектов развития. При этом на место Гапоненко П.Н. никто не принимался, что подтверждается сокращением позиции инженера по поддержке эксплуатации инженерных коммуникаций и проектов развития с 1 человека на 01.01.2014 (т.6 л.д. 25) до 0 человек на 01.01.2015 (т.6 л.д. 36).

В 2014г. уволена инспектор отдела обеспечения качества Княгницкая О.В. На ее место переведена Лукьянова Л.В. с должности старшего оператора сигаретного цеха. При этом на место Лукьяновой Л.В. никто не принимался, что подтверждается сокращением количества операторов сигаретного цеха с 66 человек на 01.01.2014 (т.6 л.д. 25) до 62 человек на 01.01.2015 (т.6 л.д. 36).

В 2014г. уволен начальник смены инженерного отдела Ибрагимов А.А. На его место переведен Тарасов А.С. с должности техника по оборудованию инженерного отдела. При этом на место Тарасова А.С. никто не принимался, что подтверждается сокращением количества техников по оборудованию инженерного отдела с 9 человек на 01.01.2014 (т.6 л.д. 25) до 8 человек на 01.01.2015 (т.6 л.д. 36).

В 2014г. уволен координатор участка централизованного размещения отходов отдела управления системой снабжения Афанасьев В.Н. На его место переведен Иванов Д.А. с должности тренера водителей погрузчиков отдела управления системой снабжения. При этом на место Иванова Д.А. никто не принимался, что подтверждается сокращением позиции тренера водителей погрузчиков с 1 человека на 01.01.2014 (т.6 л.д. 25) до 0 человек на 01.01.2015 (т.6 л.д. 36).

В ряде случаев сокращение позиции не производилось, но на место уволенного переводился или принимался работник с меньшей с меньшей заработной платой.

Так, в 2012г. уволен инженер по проектам Истошин Л.Л., заработная плата которого составляла 135 160 руб. в месяц. На его место принят на работу Рунец А.А. с существенно меньшей суммой заработной платы (57 620 руб. в месяц).

В 2014г. уволен начальник службы по ремонту и технологическому обслуживанию Гайдаш С.А. Его заработная плата на дату увольнения составляла 133 570 руб. в месяц. На его место переведен Щербина СВ. с меньшей заработной платой в размере 104 430 руб. в месяц.

В 2014г. уволен инженер по оборудованию и технологии Алтуньян В.Ю. Его заработная плата на дату увольнения составляла 90 910 руб. в месяц. На его место переведен Мищенко Д.А. с меньшей заработной платой в размере 63 920 руб. в месяц.

В 2014г. уволен оператор технологического процесса табачного цеха Марченко Д.В. Его заработная плата на дату увольнения составляла 43 296 руб. в месяц. На его место переведен Жуков М.В. с должности оператора участка упаковки готовой продукции сигаретного цеха с меньшей заработной платой - 32 060 руб. 

Приведенные данные подтверждают проведение Обществом структурной реорганизации, то есть масштабных изменений во внутренней структуре Общества со снижением общего количества работников, а также перемещением эффективных сотрудников одних отделов на должности с повышением в другие отделы.

В результате Общество получило экономию на расходах в сумме 7 816 024 руб., которую рассчитало по следующей методике:

сумма экономии в месяц по сотрудникам, должности которых после увольнения не были замещены иными работниками, равна сумме оплаты труда за месяц;

сумма экономии в месяц по сотрудникам, на должности которых после увольнения переведены иные сотрудники (с сокращением прежней должности переведенных сотрудников) равна разнице между а) суммой месячных оплат труда уволенного сотрудника и переведенного сотрудника (до перевода) и б) оклада переведенного сотрудника после перевода.

по иным сотрудникам учтена разница между месячной оплатой труда уволенного работника и переведенного/нанятого работника.

сумма общей экономии увеличена на сумму заработной платы уволенных работников за каждый полный месяц за период с начала следующего после увольнения года до замещения должности иным работником.

сумма общей экономии уменьшена на сумму превышения заработной платы переведенных/принятых работников над заработной платой уволенных работников.

Как следует из расчетов, приведенных в Сводной таблице, Общество снизило расходы на оплату труда только за 2013-2016гг. по уволенным в 2012 - 2014гг. работникам на 46 182 276 руб., что на 7 816 024 руб. превышает сумму Выплат при увольнении (38 366 252 руб.).

Доводы Инспекции о последовательном увеличении суммы оклада работников за проверяемый период не имеют значения для целей настоящего спора, поскольку означают оценку налоговым органом целесообразности коммерческих решений Общества, что недопустимо. Кроме того, регулярное повышение заработной платы очевидно повышает престижность работы в Обществе, мотивацию работников и способствует росту выручки даже при уменьшении общего количества работников. Так, выручка Общества от реализации товаров за 2012-2015 годы росла, что подтверждается налоговыми регистрами учета доходов и составила: 7,4 млрд. в 2011г.; 9,8 млрд. в 2012г.; 12,8 млрд. в 2013г.; 15,6 млрд. в 2014г.; 17,9 млрд. в 2015г.

Таким образом, Выплаты при увольнении являются экономически оправданными расходами, так как они позволили оптимизировать численность, состав персонала и расходы Общества при одновременном увеличении его выручки.

Выплаты при увольнении направлены в первую очередь на разрешение возможной конфликтной ситуации при увольнении и не служили цели личного обогащения работника. Размер выплат был закреплен в Коллективном договоре.

Как разъяснено в Определении Верховного Суда РФ от 27.03.2017 № 305-КГ16-18369, при значительном размере Выплат при увольнении, их явной несопоставимости обычному размеру выходного пособия, на которое в соответствии со статьей 178 ТК РФ вправе рассчитывать увольняемый работник, длительности его трудового стажа и внесенному им трудовому вкладу, а также иным обстоятельствам, характеризующим трудовую деятельность работника, на налогоплательщике лежит бремя раскрытия доказательств, обосновывающих природу произведенных выплат и их экономическую оправданность. При этом следует иметь в виду, что размер выплат при увольнении по соглашению сторон может и не совпадать в полной мере с размером выплат, предусмотренных трудовым законодательством в случае увольнения по сокращению штатов или в связи с ликвидацией предприятия, поскольку на его размер может влиять то обстоятельство, что такая выплата представляет собой, в том числе и своего рода плату за согласие работника на отказ от трудового договора. В то же время ее размер законодательством не определен, а устанавливается соглашением сторон.

При согласовании с работником суммы выплаты при увольнении Общество исходило из длительности трудового стажа работника и его вклада в деятельность Общества, что прямо предусмотрено таблицей п. 2.3.3 Коллективного договора, из которой следует, что размер выплаты при увольнении прямо пропорционален количеству отработанных в Обществе лет. В связи с широкой формулировкой п. 2.3.2 Коллективного договора, Общество не могло без согласия работника произвести выплату при увольнении в меньшем размере, поскольку это нарушило бы предоставленные работнику Коллективным договором гарантии.

Ссылаясь на завышение стажа Субботина В.В. при расчете выплаты при увольнении Инспекция не учитывает, что он работал в Обществе с 1990г., что подтверждается личной карточкой работника и приказом о приеме на работу от 02.04.1990г.

Инспекция необоснованно ссылается на абсолютный размер выплат работникам, сравнивая их по критериям "больше миллиона" или "гораздо меньшие суммы". Очевидно, что заработные платы работников различаются. Поэтому и размер выплаты при увольнении, исчисленный как количество месячных заработных плат, также будет различаться в отношении разных работников. В то же время работники получали сопоставимые суммы Выплат при увольнении в относительном выражении, то есть пропорционально месячной заработной плате и стажу работы. Такой подход соответствует подходу законодателя, заложенному в ст. 178 ТК РФ при исчислении выходного пособия в размере среднего месячного заработка за определенное количество месяцев.

Кроме того, размер оспариваемых выплат по соглашению сторон в налоговой базе по налогу на прибыль Общества за 2012, 2013 и 2014гг. в относительном выражении составляет 0,259%, 0,133% и 0,298%) соответственно от налогооблагаемой базы. Данный факт свидетельствует о том, что Общество при заключении соглашений о расторжении никоим образом не преследовало цель минимизировать налоговые отчисления по налогу на прибыль. Напротив, Общество руководствовалось соображениями целесообразности выбора оптимального способа расторжения трудового договора с конкретным работником с учетом необходимости соблюдения баланса интересов сторон и предотвращения возможной конфликтной ситуации.

Согласно решению Инспекции от 30.09.2016 № 20-14/3/331 в нарушение п. 1 ст. 252 НК РФ, п. 2 ст. 253 НК РФ, ст. 255 НК РФ, п. 21 ст. 270 НК РФ, п. 49 ст. 270 НК РФ ОАО «Филипп Моррис Кубань» занижена налоговая база по налогу на прибыль организаций в результате неправомерного включения в состав расходов на оплату труда суммы произведенных выплат (дополнительного вознаграждения) по соглашению сторон при увольнении работников в период 2012-2014 годы в размере 38 366 252 руб.

Общая сумма начисленного налога на прибыль организаций составила 7 673 251руб., пени -2 198 343 руб., штраф -1 534 650 руб.

С учетом правовой позиции отраженной в Определении Верховного Суда РФ от 27 марта 2017г. № 305-КГ16-18369, Инспекцией произведен расчет расходов Общества за 2012-2014гг. по выплатам в пользу работников в связи с расторжением трудового договора превышающего пятикратный среднемесячный заработок.

Согласно указанному расчету ОАО «Филипп Моррис Кубань» занижена налоговая база по налогу на прибыль организаций в результате неправомерного включения в состав расходов на оплату труда суммы произведенных выплат (дополнительного вознаграждения) по соглашению сторон при увольнении работников в период 2012 - 2014 годы в размере 24 281 532 руб. (в том числе 2012-5 298 255 руб., 2013- 4 872 049 руб., 2014 - 14 111 228 руб.).

Соответственно с учетом правовой позиции отраженной в ОпределенииВерховного Суда РФ от 27 марта 2017г. № 305-КГ16-18369 решение Инспекции вчасти начисления неуплаченного налога на прибыль организаций в сумме 4 852 306руб., штрафа - 971 261 руб., пеней - 1 425 517 руб. является законным иобоснованным.	

Неудержание, неисчисление и неперечисление в бюджет НДФЛ со стоимости услуг по проведению культурно-развлекательных мероприятий для работников Общества (пункт 2.6 Решения Инспекции).

Общество организовывало культурно-развлекательные мероприятия для своих сотрудников. Для организации данных мероприятий Общество привлекало, в частности, ООО "Каррера". Согласно позиции Инспекции, Общество неправомерно не исчислило и не удержало НДФЛ с дохода сотрудников от участия в указанных мероприятиях в сумме 1 640 787 руб. Расчет НДФЛ приведен в Приложении № 3 к Решению Инспекции.

Общество не согласно с выводами Инспекции в части доначисления Обществу НДФЛ в сумме 510 458 руб., соответствующих сумм пеней и штрафов по следующим основаниям:

Сумма в размере 3 926 600 руб., уплаченная поставщику культурно-развлекательных услуг - ООО "Каррера", включена Обществом в доход работников в течение 2012-2015гг. и соответствующий НДФЛ в сумме 510 458 руб. исчислен и уплачен в бюджет. Таким образом, Инспекция повторно доначислила уже уплаченный налог.

Данный факт подтверждается расчетными ведомостями и сводами по виду оплат; сравнительной таблицей между Приложением № 3 к Решению Инспекции и расчетными ведомостями с указанием:

суммы дохода;

наименования поставщика услуг - ООО "Каррера";

периода, в котором соответствующая сумма была включена в доход работников Общества;

табельного номера и фамилии сотрудника.

Как следует из данных документов, сумма 3 926 600 руб. включена Обществом в доход работников в октябре 2012г. (759 200 руб.), в ноябре 2013г. (600 000 руб.), мае 2014г. (897 000 руб.), октябре 2014г. (720 000 руб.), январе 2015г. (950 400 руб.).

Указанные документы приложены Обществом к возражениям и апелляционной жалобе, а также имеются в материалах дела (т. 1 л.д. 109, т.2 л.д. 124; т.3 л.д. 1, т.4 л.д. 42).

Таким образом, сумма 3 926 600 руб. уже была включена Обществом в доход работников и НДФЛ в размере 510 458 руб. своевременно исчислен, удержан и уплачен Обществом в бюджет.

Инспекция незаконно указывает доначисления по НДФЛ в качестве недоимки Общества в п. 3.1. резолютивной части Решения Инспекции и предлагает ее погасить Обществу в п. 3.2. резолютивной части Решения Инспекции и в Требовании от 13.02.2017 № 235.

Согласно налоговому законодательству Общество не является налогоплательщиком НДФЛ, но выступает налоговым агентом по НДФЛ (ст. 226 НК РФ). Согласно п. 4 ст. 24 НК РФ налоговые агенты перечисляют удержанные у налогоплательщика налоги в порядке, предусмотренном НК РФ. Уплата налога за счет средств налоговых агентов не допускается (п. 9 ст. 226 НК РФ).

Принудительное исполнение обязанностей налогового агента путем взыскания с него неперечисленных сумм налога, а также соответствующих сумм пеней возможно в случае, когда налоговым агентом сумма налога была удержана у налогоплательщика, но не перечислена в бюджет (п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013г. № 57). Инспекция прямо указывает, что Общество с полученного работниками дохода в виде участия в культурно-развлекательных мероприятиях НДФЛ не исчисляло и не удерживало (поел. абз. стр. 46 Решения Инспекции).

В Отзыве Инспекция указывает, что "п. 3.1. Решения лишь отображает фактическую обязанность    налогового    агента    по    исполнению    им    норм    действующего законодательства в части удержания и перечисления НДФЛ" (абз. 4 стр. 12 Отзыва). 

Вместе с тем, указанное обстоятельство не соответствует действительности, поскольку впоследствии Инспекция указала данную сумму НДФЛ в качестве недоимки и в требовании от 13.02.2017 № 235 (т.3 л.д. 103) (так же как и в Решении Инспекции). Общество ее уплатило платежным поручением   №   47318   от   21.02.2017.   Следовательно,   действия   Инспекции подтверждают, что сумма НДФЛ намеренно указана в качестве недоимки в Решении Инспекции. При этом, ссылаясь на следование утвержденной ФНС РФ форме, Инспекция не учитывает, что п. 3.2 резолютивной части Решения Инспекции позволял указать  на обязанность  Общества по  удержанию  НДФЛ, для этого специально предусмотрен раздел: "Иные предложения". Инспекция намеренно оставила данный раздел пустым, поскольку посчитала правомерным взыскание неудержанного НДФЛ с Общества.

Таким образом, указание НДФЛ в качестве недоимки Общества в п. 3.1. резолютивной части Решения Инспекции и предложение ее погасить Обществу в п. 3.2. резолютивной части Решения Инспекции незаконно. 

Таким образом, Обществу незаконно доначислен НДФЛ за 2012-2014гг. в сумме 510 458 руб., а также соответствующие суммы пени и штрафов.

Учитывая изложенные обстоятельства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другие положения Кодекса, признает частично обоснованными требования, заявленные ОАО "Филип Моррис Кубань" к МИФНС России по КН № 3.

Уплаченная заявителем при подаче заявления госпошлина подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167, 169, 170, 198, 201 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным, не соответствующим Налоговому кодексу РФ, решение МИ ФНС по КН № 3 (ОГРН 1047702057732; ИНН 7702246311; 129110, г. Москва, ул. Б. Переяславская, д. 66, стр. 1) от 30.09.2016г. № 20-14/3/331 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное в отношении Открытого акционерного общества "Филип Моррис Кубань" (ОГРН 1022301172740, ИНН 1022301172740, 350038, Краснодарский край, г. Краснодар, ул. Ипподромная, д. 10), в части доначисления налога на прибыль за 2012-2014 год в сумме 2820945 руб., соответствующей суммы пени и штрафа по основаниям, указанным в п. 2.1 мотивировочной части решения; доначисления НДФЛ на 2012-2014 год в сумме 510458 руб., соответствующих сумм пени и штрафа по основаниям, указанным в п. 2.6 мотивировочной части решения, а также указания данной суммы НДФЛ в качестве недоимки в 3.1 резолютивной части решения и предложения её уплатить в п.3.2 резолютивной части решения.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с МИ ФНС по КН № 3 (ОГРН 1047702057732; ИНН 7702246311; 129110, г. Москва, ул. Б. Переяславская, д. 66, стр. 1) в пользу Открытое акционерное общество "Филип Моррис Кубань" (ОГРН 1022301172740, ИНН 1022301172740, 350038, Краснодарский край, г. Краснодар, ул. Ипподромная, д. 10) госпошлину в размере 3000 (Три тысячи) руб. 00 коп., уплаченную платежным поручением № 51072 от 13.04.2017г. 

          	Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца после принятия решения и в суд кассационной инстанции в двухмесячный срок со дня вступления решения в законную силу.

 

Судья:

А.В. Бедрацкая