АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Россия, Алтайский край, г. Барнаул, проспект Ленина,76, тел.: (385-2) 29-88-01

http://www.altai-krai.arbitr.ru; е-mail: a03.info@arbitr.ru

Именем  Российской  Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Барнаул                                                                                                Дело № А03-1070/2018

Резолютивная часть решения объявлена 10 февраля 2020 года

В полном объеме решение изготовлено 17 февраля 2020 года

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Музюкина Д.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью "АТП "Алтаймолпром" о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 035 821 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 308 420 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2, паспорт, ФИО3 по доверенности № 22 АА 2289315 от 13.02.2018, 

от ответчика – директора ФИО4 (приказ № 18 от 14.09.2017), паспорт, ФИО5 по доверенности от 11.11.2019, паспорт, ФИО6 по доверенности от 11.11.2019, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, Предприниматель) обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "АТП "Алтаймолпром" (далее – ООО "АТП "Алтаймолпром", Общество) о взыскании 2 035 821 руб. неосновательного обогащения и 308 420 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами (с учетом уточнения исковых требований, т. 7 л.д. 1-2).

Исковые требования со ссылками на статьи 395, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обоснованы следующим: за разными лицами – истцом и ответчиком было зарегистрировано право собственности на один и тот же объект недвижимости - здание, расположенное по адресу: 

<

...> (103). Решением Арбитражного суда Алтайского края от 09.11.2016 по делу № А03-11073/14, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2017, признано отсутствующим зарегистрированное право собственности предпринимателя ФИО2 на указанное здание. В период владения зданием Предприниматель произвел в нем ремонт, приобрел материалы, оплатил услуги по эксплуатации техники с экипажем. Поскольку право собственности на спорное здание в итоге было признано за ООО "АТП "Алтаймолпром", на стороне последнего образовалось неосновательное обогащение в виде стоимости приобретенных материалов, оказанных услуг и выполненных работ, которая должна быть возвращена истцу.

Общество представило отзывы на заявление, в которых против удовлетворения требований возражало, указывая на пропуск срока исковой давности, недоказанность размера взыскиваемых сумм, отсутствие необходимости ремонта здания, недобросовестность поведения истца, осуществившего ремонт при наличии между сторонами спора о праве, нарушение строительных норм и правил при производстве ремонтных работ, осуществление реконструкции здания без соответствующего разрешения.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, проведя судебные экспертизы, допросив свидетелей и экспертов, суд установил следующие обстоятельства.

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю 27.01.2014 зарегистрировано право собственности ИП ФИО2 на здание (здание управления) общей площадью 2 300,8 кв. м, адрес (местоположение): Россия, 

<

...>, кадастровый номер 22:65:011713:1446.

Здание управления расположено на земельном участке общей площадью 6 180 кв. м с кадастровым номером 22:65:163036:27 по адресу: 

<

...>, принадлежащем на праве собственности ООО "АТП "Алтаймолпром", зарегистрированном 30.10.2012.

ООО "АТП "Алтаймолпром" также является собственником здания "Гараж", назначение: нежилое, литера А, этажность - 2, подземная этажность - 0, кадастровый номер 22:65:011713:1212, расположенного по адресу: 

<

...>.

При рассмотрении дела № А03-11073/14 судами было установлено, что одно и то же здание по неизвестным причинам было дважды поставлено на технический учет. В результате ошибки работников БТИ на спорное здание было оформлено два техпаспорта с разными адресами, после чего здание было дважды поставлено на кадастровый учет и оформлено два кадастровых паспорта, а в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю заведено два регистрационных дела, в итоге право собственности на один и тот же объект недвижимости оказалось зарегистрировано за разными лицами.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 09.11.2016 по делу № А03-11073/14, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2017, исковые требования Предпринимателя удовлетворены частично, признано отсутствующим зарегистрированное право собственности ООО "АТП "Алтаймолпром" на здание гаража. В удовлетворении остальной части требований отказано. Встречный иск Общества также удовлетворен, признано отсутствующим зарегистрированное право собственности ИП ФИО2 на здание управления.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19.04.2017 решение Арбитражного суда Алтайского края от 09.11.2016 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2017 отменены в части удовлетворения искового требования Предпринимателя о признании отсутствующим права собственности ООО "АТП "Алтаймолпром" на объект недвижимости - гараж общей площадью 2 163,4 кв. м, расположенный по адресу: 

<

...>.

В этой части принят новый судебный акт, которым отказано в удовлетворении искового требования ИП ФИО2 о признании отсутствующим права собственности Общества на объект недвижимости - гараж общей площадью 2 163,4 кв. м, расположенный по адресу: 

<

...>.

В остальной части обжалуемые судебные акты оставлены без изменения.

01.03.2014 ИП ФИО2 (Заказчик) заключил с ФИО7 (Исполнитель) договор № 5 по подготовке к ремонту здания по адресу: 

<

...> (Лит.А и А1) S=2300,8 кв. м, по условиям которого (с учетом дополнительного соглашения от 10.03.2014) Заказчик поручает, а Исполнитель обязуется  выполнить работы по разборке стропильных конструкций крыши с кровельным оцинкованным листом площадью 1900 кв. м; по демонтажу деревянных перегородок на втором этаже здания площадью 90,06 кв. м, по устройству каркаса перегородок из профилированных труб 80x80; по монтажу колонны из двутавра 40 Ш2 на первом этаже здания; по очистке перекрытия от шлака с перевозкой на 20 м. объемом 85 куб. м и сдать результат работы Заказчику, а Заказчик обязуется принять результат работ и оплатить его.

Работа по договору выполняется из материала Заказчика.

Общая стоимость работ по договору – 200 000 руб.

Согласно акту выполненных работ от 29.04.2014 Исполнитель выполнил все строительные работы, поименованные в договоре от 01.03.2014 и дополнительном соглашении к нему. 

Предприниматель оплатил ФИО7 200 000 рублей, что подтверждается расходным кассовым ордером от 21.04.2014 (т. 1 л.д. 15-17, 21).

Кроме того, как указывает истец, расходы на приобретение материалов для выполнения работ по договору от 01.03.2014 составили 39 568,50 руб.

27.05.2014 ИП ФИО2 (Заказчик) заключил с ФИО8 (Исполнитель) договор по восстановлению крыши административного здания по адресу: 

<

...>, по условиям которого (с учетом дополнительного соглашения от 03.06.2014) Заказчик поручает, а Исполнитель обязуется выполнить работы по устройству стропильной системы с использованием шпилек, уголков крепежных, скоб строительных объемом 41 куб. м; по устройству обрешетки под профлист площадью 1900 кв. м; по устройству деревянного перекрытия с устройством балок площадью 120 кв. м; по восстановлению кирпичной кладки карниза объемом 3,7 куб. м; по облицовке карниза профлистом С-8 с полимерным покрытием площадью 57,6 кв. м; по устройству кровельного покрытия из профлиста с полимерным покрытием площадью 1900 кв. м; по монтажу доборных элементов площадью 70,92 кв. м; по укладке пароизоляции из Ондутис R70 площадью 1050 кв. м; по утеплению перекрытия мин.плитой объемом 140.28 куб. м; по очистке перекрытия от шлака с перевозкой на 20 м. объемом 72 куб. м; по устройству ветровлагозащиты из Ондутис А100 площадью 1050 кв. м и сдать результат работы Заказчику, а Заказчик обязуется принять результат работ и оплатить его.

Работа по договору выполняется из материала Заказчика.

Общая стоимость работ по договору – 680 000 руб.

Согласно акту выполненных работ от 30.11.2014 Исполнитель выполнил все строительные работы, поименованные в договоре от 27.05.2014 и дополнительном соглашении к нему. 

Предприниматель оплатил ФИО8 680 000 рублей, что подтверждается расходными кассовыми ордерами (т. 1 л.д. 22-23, 67-80).

Кроме того, как указывает истец, расходы на приобретение материалов для выполнения работ по договору от 27.05.2014 составили 913 530,68 руб.

Дополнительно Предпринимателем оплачены услуги ООО "Сибстрой" по эксплуатации техники с экипажем для выполнения погрузо-разгрузочных работ на объекте заказчика по адресу 

<

...>. Стоимость услуг составила 268 500 (т. 1 л.д. 81, 97-98, т. 5 л.д. 73).

30 ноября 2017 г. Предприниматель направил в адрес Общества претензию с требованием уплатить сумму неосновательного обогащения в размер 2 101 599,58 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 160 246,93 руб., что подтверждается почтовой квитанцией, описью вложения (т. 1 л.д. 26-27).

Поскольку претензия осталась без удовлетворения, ИП ФИО2 обратился с иском в арбитражный суд.

Суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению на основании следующего.

В соответствии со статьей 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

По смыслу названной нормы для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: приобретение или сбережение имущества на стороне приобретателя (то есть увеличение стоимости его имущества); приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, что, как правило, означает уменьшение стоимости имущества потерпевшего вследствие выбытия из его состава некоторой части имущества; отсутствие правовых оснований, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке.

 Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

В силу положений, закрепленных в части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца, размер данного обогащения. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Из материалов дела следует и не оспаривается ответчиком, что истцом были проведены работы по ремонту здания, в том числе его крыши. Таким образом, улучшение имущества, увеличение его стоимости произошло за счет Предпринимателя, финансировавшего ремонтные работы. В настоящее время единственным собственником здания является Общество. Следовательно, у ООО "АТП "Алтаймолпром" возникло неосновательное обогащение за счет истца, которое подлежит возврату последнему.

Заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклоняется.

Согласно статье 195 ГГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По мнению Общества, начало течения срока исковой давности следует исчислять с даты окончания работ по договору от 27.05.2014, заключенному между истцом и ФИО8, а именно, с 30.11.2014 – даты подписания акта выполненных работ по данному договору (т. 4 л.д. 117-118), либо с даты, когда Предприниматель лишился права владения зданием – с 24.11.2014 (т. 7 л.д. 5).

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Право собственности на здание у Предпринимателя прекратилось с 03.02.2017 -даты принятия Седьмым арбитражным апелляционным судом постановления по делу № А03-11073/14.

До указанной даты ИП ФИО2 являлся собственником спорного здания, который в силу положений статьи 210 ГК РФ должен нести бремя содержания принадлежащего ему имущества. Следовательно, до 03.02.2017 права Предпринимателя не могли быть нарушены тем обстоятельством, что он осуществил ремонт принадлежащего ему на праве собственности здании.

Более того, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2017 оставлено без изменения решение Арбитражного суда Алтайского края от 09.11.2016 по делу № А03-11073/14, которым суд, в частности, признал отсутствующим зарегистрированное право собственности ООО "АТП "Алтаймолпром" на спорное здание. Таким образом, начиная с 03.02.2017, у здания вообще отсутствовал собственник, то есть надлежащий ответчик по настоящему иску. Такое лицо появилось только 19.04.17 – с даты принятия Арбитражным судом Западно-Сибирского округа постановления, которым отказано в удовлетворении искового требования ИП ФИО2 о признании отсутствующим права собственности Общества на объект спорный объект недвижимости. Фактически указанным судебным актом подтверждено право собственности ответчика. Следовательно, о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите своего права, Предприниматель узнал только 19.04.2017.

Таким образом, течение срока исковой давности начинается 19.04.2017. В суд ИП ФИО2 обратился 29.01.2018, вследствие чего срок исковой давности Предпринимателем не пропущен.

Ссылка ответчика на недобросовестность поведения истца, осуществившего ремонт при наличии между сторонами спора о праве, судом отклоняется, поскольку по результатам обследования нежилого здания эксперты ФИО9 и ФИО10 в пришли к выводам о существовавшей необходимости в проведении ремонтных работ для целей сохранения здания и технической возможности нормальной эксплуатации нежилого здания с учетом его целевого назначения, что нашло отражение в заключении экспертов № 59-18-09-01 от 28.09.2018, а также в дополнениях и уточнениях к данному заключению от 01.02.2019 (т. 3 л.д. 102, т. 4 л.д. 69).

Поскольку, как уже указывалось, Предприниматель в силу положений статьи 210 ГК РФ должен был нести бремя содержания принадлежащего ему имущества, а  необходимость в проведении ремонтных работ для целей сохранения здания и технической возможности нормальной эксплуатации здания реально существовала, то действия ИП ФИО2, направленные на поддержание здания, его конструктивных элементов в надлежащем техническом состоянии, не могут считаться недобросовестными, даже будучи совершенными в период правовой неопределенности относительно надлежащего собственника данного здания.

В обоснование своих возражений ответчик указывал на то, что ремонтные работы произведены Предпринимателем с нарушением ГОСТов и СНиПов, а результат работ создает угрозу жизни и здоровью людей, вследствие чего такой результат работ не может быть использован Обществом и, как следствие, не может являться неосновательным обогащением последнего.

Судом по ходатайству ответчика была назначена дополнительная экспертиза. Эксперт ФИО11 пришел к следующим выводам, отраженным в заключении эксперта № 004-04.19: возведенные в рамках договора № 5 от 01.03.2014 конструкции находятся в исправном состоянии, дефектов либо повреждений, влияющих на снижение несущей способности и (или) их эксплуатационных показателей не выявлено.

По результатам осмотра работ, выполненных в рамках договора от 27.05.2014, дефектов и повреждений строительных конструкций, влияющих на снижение несущей способности и (или) их эксплуатационных показателей, не выявлено, строительные конструкции находятся в работоспособном состоянии.

Экспертом выявлены отдельные отступления от строительных норм и правил при производстве работ, что при определенных внешних факторах (например, шквальный ветер) может привести к потере устойчивости строительных конструкций крыши и её деформации либо разрушению, что может создать угрозу жизни и здоровью граждан.

Между тем, суд отмечает, что данный вывод эксперта носит предположительный характер (может привести к потере устойчивости, а может и не привести; может создать угрозу, а может и не создать).

Эксперт пришел к выводам о том, что работы по ремонту крыши не привели к ухудшению показателей надежности и безопасности здания, а также к выводу о том, что в результате производства работ предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции, установленные градостроительным регламентом, не превышены (т. 5 л.д. 37-40).

По ходатайству ответчика о назначении повторной экспертизы суд с учетом постановки новых вопросов назначил повторную и дополнительную судебную экспертизу.

Как следует из заключения № 77-19-11-314 от 12.11.2019, составленного экспертом ФИО12, крыша, чердачное перекрытие, перемычка оконного проёма на втором этаже, кирпичные стены, колонна на первом этаже соответствуют требованиям указанных в заключении ГОСТов и СНиПов. В то же время, крыша с учётом выполненных работ по договорам не соответствует строительным нормам и правилам в части главы 3 ГОСТ Р 56705-2015 "Конструкции деревянные для строительства. Термины и определения", узлу 13 на рисунке 1 Серии 2.160-9, рисунку К.4 ГОСТ 21.504-2016 "Система проектной документации для строительства (СПДС). Правила выполнения рабочей документации деревянных конструкций", рисунку 11 Типовой технологической карте (ТТК) "Капитальный ремонт зданий монтажной стропильной системы крыши из деревянных элементов", рисункам 1, 2 Типовой технологической карте (ТТК) "Устройство стропильной системы крыши из деревянных элементов", пунктам 9.6, 9.10, 9.11, 9.46, 9.50 СП 64.13330.2017 "Деревянные конструкции. Актуализированная редакция СНиП П-25-80" (с Изменениями N 1,2), в целом не соответствует СП 64.13330.2017 "Деревянные конструкции. Актуализированная редакция СНиП П-25-80" (с Изменениями N 1,2), пункту 6.15.14 СП 14.13330.2018 "Строительство в сейсмических районах. Актуализированная редакция СНиП II-7-81*", пункту 10.6 МДС 12-33.2007 "Кровельные работы", таблице 6, таблице 7 ГОСТ 21779-82 "Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Технологические допуски".

Создают угрозу жизни и здоровью работы по устройству крыши, выполненные на основании договора № 5 от 01.03.2014 и  договора от 27.05.2014.

Выявленные недостатки выполненных работ на крыше являются устранимыми.

Стоимость работ и материалов, необходимых для устранения недостатков на здании расположенном по адресу: 

<

...>, на дату составления экспертного заключения составляет 1 057 538 рублей.

В результате производства работ произошли изменения здания, затрагивающие конструктивные и другие характеристики его надежности и безопасности, но не произошли изменения здания, превышающие предельные параметры разрешенной реконструкции, установленные градостроительным регламентом (т. 6 л.д. 31-32).

Суд отмечает, что спорные работы по ремонту здания выполнены в 2014 году, между тем, ГОСТ Р 56705-2015, ГОСТ 21.504-2016, СП 64.13330.2017,  СП 14.15330.2018, на нарушения которых указывает эксперт, приняты после 2014 года. Обратной силы данные нормативные акты не имеют, следовательно, к рассматриваемым правоотношениям они неприменимы.

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 19.03.2014, в разделе "Вопросы применения материального права" указано, что при рассмотрении дел, связанных с самовольным строительством, судам следует применять градостроительные и строительные нормы и правила в редакции, действовавшей на время возведения самовольной постройки.

Аналогично эксперт должен был проверить качество работ на соответствие нормативным актам, действовавшим в момент выполнения данных работ. 

На основании вышеизложенного суд критически относится к выводу эксперта ФИО12 об аварийном состоянии крыши, поскольку данный вывод сделан им, в свою очередь, на основании вывода о несоответствии работ вышеуказанным неприменимым  ГОСТам и СНиПам.

Кроме того, вышеуказанные ГОСТы и СНиПы включены в Перечень документов в области стандартизации, в результате применения которых на добровольной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона от 30 декабря 2009 г. N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений", утвержденный приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 17.04.2019 № 831.

Таким образом, применение данных документов не является обязательным, а несоответствие работ вышепоименованным ГОСТам и СНиПам не является нарушением обязательных требований государственных стандартов и не может расцениваться как несоблюдение требований Технического регламента о безопасности зданий и сооружений. 

Согласно статьям 8, 16 Федерального Закона от 31.05.2001 N 73-Ф3 "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

 Эксперт обязан: провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

Отсюда следует, что экспертное заключение должно отражать весь ход экспертного исследования: наименование поступивших на экспертизу материалов, их осмотр, сравнительное исследование, описание применяемых методик, оценку результатов и изложение выводов (суждений) эксперта.

Не может быть достоверным заключение, если выводы эксперта не вытекают из исследовательской части, не аргументированы и не обоснованы.

Между тем, вывод эксперта ФИО12, о том, что работы создают угрозу жизни и здоровью граждан, основан на недействующих нормативных актах и не подтвержден соответствующими исследованиями, результаты которых позволили бы эксперту сделать вывод о наличии техногенных воздействий результата работ на человека.

Статьей 64 АПК РФ предусмотрено, что экспертное заключение относится к доказательствам по делу и оценивается судами наравне со всеми представленными по делу доказательствами по правилам статьи 71 Кодекса, в том числе как допустимое доказательство.

При таких обстоятельствах заключение № 77-19-11-314 от 12.11.2019, составленное экспертом ФИО12, не принимается судом в качестве доказательства.

В качестве доказательств того обстоятельства, что спорные работы являются реконструкцией здания, ответчик ссылается на письма отдела архитектуры и градостроительства администрации г. Бийска от 10.05.2018 и от 20.06.2018 (т. 2 л.д. 104, т. 4 л.д. 134). 

Между тем, данные письма не являются допустимыми доказательствами ввиду следующего.

В силу части 14 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) - это изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

Между тем, в указанных письмах отсутствует информация о том, на основании чего комитет пришел к указанному в письмах выводу, по каким критериям из перечисленных в части 14 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации спорные работы относятся к реконструкции. Кроме того, как следует из содержания писем, комитетом исследование крыши Комитетом не проводилось. 

Таким образом, в деле отсутствуют надлежащие доказательства того, что ремонтные работы произведены Предпринимателем с нарушением ГОСТов и СНиПов, результат работ создает угрозу жизни и здоровью людей, а также того обстоятельства, что спорные работы являются реконструкцией здания.

Определяя размер неосновательного обогащения ответчика в 2 035 821 руб., истец исходит из следующего: стоимость работ по договору № 5 от 01.03.2014 составила 193 368 руб.; стоимость материалов для выполнения работ по договору № 5 от 01.03.2014 составила 36 162 руб.; стоимость работ по договору от 27.05.2014 составила 624 260 руб. (со ссылкой на заключение экспертов № 59-18-09-01 от 28.09.2018). Стоимость материалов для выполнения работ по договору от 27.05.2014 составила 913 530 руб. Стоимость услуг по эксплуатации техники с экипажем для выполнения погрузо-разгрузочных работ на объекте составила 268 500 руб. (т. 7 л.д. 2).

Для определения размера неосновательного обогащения ответчика судом была назначена судебная экспертиза. Первоначально эксперты ФИО9 и ФИО10 в заключении № 59-18-09-01 от 28.09.2018 пришли к следующим выводам: общая стоимость фактически выполненных работ по договору № 5 от 01.03.2014 (с оборудованием и материалами) составляет 192 156 руб.; общая стоимость фактически выполненных работ по договору от 27.05.2014 (с оборудованием и материалами) составляет 2 742 680 руб. (т. 3 л.д. 101, 115-117, 120-124).

После допроса в судебном заседании 10.01.2019 эксперта ФИО9, с учетом замечаний и возражений ответчика, произведя дополнительный визуальный и инструментальный осмотр объекта, исследования и измерения, эксперты ФИО9 и ФИО10 01.02.2019 составили дополнения и уточнения к ранее представленному заключению экспертов № 59-18-09-01 от 28.09.2018, в которых пришли к следующим выводам: общая стоимость фактически выполненных работ по договору № 5 от 01.03.2014 (с оборудованием и материалами) составляет 168 745 руб.; общая стоимость фактически выполненных работ по договору от 27.05.2014 (с оборудованием и материалами) составляет 1 671 407 руб. (т. 4 л.д. 68, 76-78, 79-82).

С учетом вышеприведенных норм, касающихся порядка проведения экспертизы, составления заключения и оценки его судом оснований не согласиться с выводами экспертов, изложенными в дополнениях и уточнениях к заключению экспертов № 59-18-09-01 от 28.09.2018, у суда не имеется.

Доводы ответчика о том, что в дополнениях и уточнениях к заключению экспертов отсутствует расписка экспертов о том, что они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, судом отклоняется, поскольку такая расписка имеется в первоначальном заключении экспертов № 59-18-09-01 от 28.09.2018. Поскольку эксперты определением от 06.07.2018 были судом предупреждены об уголовной ответственности, что подтверждается соответствующей распиской, повторного предупреждения, а также повторного составления расписки не требуется и законом не предусмотрено.

Таким образом, размер подлежащего взысканию с ответчика неосновательного обогащения, полученного Обществом в результате выполнения работ по договору № 5 от 01.03.2014 (с учетом оборудования и материалов), составляет 168 745 руб.

Поскольку размер требований истца в части работ по договору от 27.05.2014 (с учетом оборудования и материалов) (1 537 790 руб.) меньше, чем установлено экспертами (1 671 407 руб.), суд удовлетворяет исковые требования в данной части исходя из размера требований, заявленного истцом.

Как следует из материалов дела, пояснений истца, показаний свидетеля ФИО8, в ходе выполнения работ по договору от 27.05.2014 была использована техника: экскаватор, манипулятор, грузовой автомобиль, принадлежащие ООО "Сибстрой". За оказанные ООО "Сибстрой" услуги по эксплуатации техники с экипажем для выполнения погрузо-разгрузочных работ на спорном здании Предприниматель оплатил 268 500 рублей. Данные обстоятельства подтверждаются актом на выполнение работ услуг № 56 от 18.08.2014, счетом № 56 от 18.08.2014, квитанцией к приходному кассовому ордеру № 8 от 20.08.2014, письмом ООО "Сибстрой" от 23.01.2019. (т. 1 л.д. 81, 97-98, т. 5 л.д. 73).

Поскольку выполнение работ по договору от 27.05.2014 осуществлено с использованием вышеуказанной техники, а достижение полезного эффекта от произведенного ремонта неразрывно связано с использование спецтехники, стоимость услуг по её эксплуатации также подлежит включению в состав неосновательного обогащения ответчика.

Таким образом, общий размер неосновательного обогащения, подлежащего взысканию с  ООО "АТП "Алтаймолпром", составляет 1 975 036 руб. (168 745 + 1 537 790 + 268 500).

Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Статьей 395 ГК РФ предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 статьи 395 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 7 от 24.03.2016 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договор, другие сделки, причинение вреда, неосновательное обогащение или иные основания, указанные в ГК РФ).

Поскольку возврат стоимости неосновательного обогащения ответчик не произвел, требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами суд находит правомерным.

На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств (пункт 2 статьи 1107 ГК РФ).

Истец просит взыскать с ответчика проценты за период с 30.12.2017 по 15.01.2020 в размере 308 420 руб. 82 коп., обосновывая дату начала периода начисления процентов тем, что в претензии от 30.11.2017 ответчику было предложено возвратить сумму неосновательного обогащения до 30.12.2017.

По расчету суда размер подлежащих уплате процентов на сумму неосновательного обогащения в размере 1 975 036 руб. за период с 30.12.2017 по 15.01.2020 составляет 297 188 руб. 49 коп.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика процентов, начисляемых до дня фактического погашения задолженности.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Предпринимателем при обращении в суд была уплачена государственная пошлина в размере 7 000 руб., а также понесены расходы на оплату услуг экспертов в размере 25 000 руб. (т. 3 л.д. 32). Поскольку стоимость экспертизы составила 20 000 руб., суд определил перечислить экспертам указанную ими сумму (т. 4 л.д. 51-52). Таким образом, истцом понесены судебные расходы в размере 27 000 руб. (7 000 + 20 000), а 5 000 руб. подлежат возврату истцу с депозитного счета арбитражного суда.

Поскольку иск удовлетворен частично (96,7%), размер подлежащих взысканию с Общества судебных расходов составляет 26 109  руб. (96,7% от 27 000 руб.).

Обществом понесены расходы на оплату услуг экспертов в размере 36 000 руб. (т. 5 л.д. 1).

С учетом правила пропорционального распределения с истца в пользу ответчика подлежит взысканию 1 188 руб. судебных расходов (3,3% от  36 000 руб.).

В соответствии с абзацем вторым части 5 статьи 170 АПК РФ при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

Как указано в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", суд вправе осуществить зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и иных присуждаемых им денежных сумм как встречных.

Всего с ООО "АТП "Алтаймолпром" в пользу ИП ФИО2 взыскивается 2 298 333,49 руб. (1 975 036 руб. + 297 188 руб. 49 коп. + 26 109 руб.).

Таким образом, в результате зачета сумм удовлетворенных исковых требований, а также судебных издержек, понесенных сторонами, с Общества в пользу Предпринимателя подлежит взысканию 2 297 145 руб. 49 коп. (2 298 333,49 руб. - 1 188 руб.).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 1 от 21 января 2016 г. "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу.

На момент принятия решения по делу размер требований, поддерживаемых Предпринимателем, составлял 2 344 241; размер подлежащей уплате государственной пошлины для указанной суммы иска составляет 34 361 руб.

ИП ФИО2 доплату государственной пошлины в размере 27 361 руб. (34 361 руб. – 7 000 руб.) не произвел.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. 

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Следовательно, обязанность по уплате оставшейся части государственной пошлины в размере 27 361 руб. возлагается на стороны обратно пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, а именно, 26 458 руб. государственной пошлины подлежит взысканию в доход федерального бюджета с ООО "АТП "Алтаймолпром" (96,7% от 27 361 руб.) и 903руб. – с Предпринимателя (3,3% от 27 361  руб.).

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "АТП "Алтаймолпром" в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 2 272 224 руб. 49 коп., в том числе 1 975 036 руб. стоимости неосновательного обогащения и 297 188 руб. 49 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 26 109 руб. судебных расходов.

Проценты за пользование чужими денежными средствами взыскивать по день фактической уплаты суммы основного долга в размере 1 975 036 руб., начиная с 22.01.2020, в размере ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды начисления процентов.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью "АТП "Алтаймолпром" 1 188 руб. судебных расходов.

В результате зачета взыскать с общества с ограниченной ответственностью "АТП "Алтаймолпром" в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 2 297 145 руб. 49 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "АТП "Алтаймолпром" в доход федерального бюджета 26 458 руб. государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета 903 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения.

СудьяД.В. Музюкин