АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

29 марта 2024 года

Дело №

А56-16680/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Чернышевой А.А., Яковца А.В.,

при участии финансового управляющего ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 19.09.2022),

рассмотрев 20.03.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.08.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по делу № А56-16680/2018/сд.1,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Инженерноэнергетический комплекс» 12.02.2018 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Корпорация «Мегаполис», адрес: 195067, Санкт-Петербург, ул. Маршала Тухачевского, д. 22, лит. А, оф. 425, ОГРН 

<

***>,              ИНН 

<

***> (далее – Общество) несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 17.04.2018 заявление ООО «Инженерноэнергетический комплекс» возвращено. 

ООО «Инженерно-энергетический комплекс» 03.05.2018 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 27.11.2018 произведена замена ООО «Инженерно-энергетический комплекс» на его правопреемника акционерное общество «Инженерно-энергетический комплекс».

Определением от 11.03.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.03.2020 № 51.

Решением от 08.09.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 

В арбитражный суд через информационную систему «Мой арбитр» от конкурсного управляющего Обществом ФИО4 15.11.2022 поступило заявление (зарегистрировано 19.11.2022), с учетом принятого судом уточнения, о признании недействительными сделками должника договора от 28.03.2018 № Лаг – 21/105/2018, заключенного Обществом в лице ФИО2 и гражданином ФИО5, а также внесения в кассу предприятия денежных средств в соответствии с квитанциями к приходно-кассовым ордерам от 30.03.2017 № 6, от 07.04.2017 № 7, от 14.04.2017 № 8, от 27.04.2017 № 9, от 18.05.2017 № 10. 

Определениями арбитражного суда от 29.11.2022 и 18.05.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц привлечены финансовый управляющий имуществом ФИО5 - ФИО1 и жилищно-строительный кооператив (далее – ЖСК) «Лаголово». 

Определением от 14.08.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024, признан недействительным договор от 28.03.2017 № Лаг-21/105/2017. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда  и направить дело на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.

Податель кассационной жалобы указывает, что конкурсным управляющим пропущен годичный срок исковой давности, установленный законом для признания оспоримой сделки недействительной. Податель жалобы ссылается на неправомерное применение судами первой и апелляционной инстанций  положений стати 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). По мнению подателя жалобы, квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ  возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. Податель жалобы считает, что сделка подлежала оспариванию на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Податель жалобы полагает, что обстоятельства, указанные конкурсным управляющим при оспаривании сделки не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве. Как указал податель жалобы,  ссылка судов на положения статей  10 и 168 ГК РФ  и неприменение положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, привело к неправомерному применению трехгодичного срока исковой давности в обход  сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должником ФИО4 просит оставить в силе принятые по делу судебные акты, считая их обоснованными и законными.

В судебном заседании представитель ФИО2 и финансовый управляющий имуществом гражданина ФИО5 поддержали доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –       АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Обществом (застройщиком) и участником долевого строительства ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., Пр. Художников, дом 17 корп. 1, кв. 125, Санкт-Петербург) заключен договор от 28.03.2017 участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома № Лаг-21/105/2017. Предметом договора указана 3-комнатная квартира с проектным номером 105 общей площадью 93,42 м2 , расположенная на 8 этаже в секции 2 по цене           4 671 000 руб. При этом доказательств оплаты по спорному договору не представлено.

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.08.2021 по делу № А56-16680/2018/истр.3 по ходатайству конкурсного управляющего суд истребовал у Отдела Записи актов гражданского состояния Выборгского района (далее – ЗАГС) сведения в отношении ФИО2 (06.09.1975 года рождении, адрес регистрации: Санкт-Петербург, ул. Веденеева, д. 2, кв. 63, ИНН 

<

***>), свидетельства о государственной регистрации заключения брака, о государственной регистрации расторжения брака, о государственной регистрации перемены имени, о государственной регистрации рождения детей, о государственной регистрации усыновления (удочерения), о государственной регистрации отцовства, о государственной регистрации внесения исправлений в записи актов гражданского состояния, а также копию свидетельства о рождении ФИО5 

Из предоставленных сведений следует, что ФИО2, занимавшая должность генерального директора продавца квартиры – Общества, является матерью покупателя квартиры – ФИО5 

Конкурсным управляющим Обществом 09.07.2021 ФИО5 было направлено уведомление о расторжении договора от 28.03.2017 № Лаг -21/105/2017.

На заявление управляющего, поданное в Управление Росреестра по Ленинградской области через сервис Многофункциональный центр Ленинградской области, 28.10.2021, был получен ответ за номером PKPVDMFC-2021-08-04-б99798 с информацией о внесении записи в Единый государственный реестр недвижимости о расторжении договора участия в долевом строительстве от 28.03.2017 № Лаг-21/105/2017. Соответствующее уведомление (в приложении) было направлено управлением Росреестра по Ленинградской области ФИО5

Объекты недвижимости Общества вместе с обременяющими их правами были переданы ЖСК «Лаголово» в рамках утвержденного определением Арбитражного суда от 04.07.2019 по делу № А56-50508/2016/3.6 мирового соглашения к договору № И-1/11 об инвестировании и строительстве жилого дома от 15.04.2011. В собственность ЖСК «Лаголово» перешел объект незавершенного строительства - многоквартирный жилой дом по адресу 

<

...>, кадастровый номер 47:14:1306007:12 (II этап строительства). 

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.11.2019 по делу № А56-50508/2016/з.9. в отношении ФИО5 введена процедура банкротства, финансовым управляющим утвержден ФИО1 

ФИО5 обратился в Ломоносовский районный суд Санкт-Петербурга  с исковыми заявлениями о признании расторжения договора долевого участия в строительстве недействительным и о признании права собственности на квартиру. В обоснование данных заявлений ФИО5 ссылался на имевшую место оплату по договору долевого участия в строительстве, подтверждая этот факт квитанциями к приходно-кассовым ордерам, подписанными его матерью. В соответствии с данными квитанциями ФИО5 в период с 30.03.2017 по 18.05.2017 внёс в кассу Общества денежные средства в сумме 4 671 000 руб. 

Вместе с тем, согласно выпискам по счетам должника денежные средства из кассы Общества на банковский счёт должника не поступали. 

Конкурсный управляющий Обществом считает, что указанные платежи фактически не совершались, а квитанции к приходно-кассовым ордерам были подписаны между заинтересованными лицами с целью вывода актива (причинения вреда должнику) – вышеуказанной квартиры.

Ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на положения статей 10 и 168 ГК РФ, конкурсный управляющий должником обратился 15.11.2022 в суд с настоящим заявлением о признании недействительными сделок должника. 

При рассмотрении судом спора ФИО2 и ответчиком было заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности, а так же представлены пояснения относительно оплаты по договору денежными средствами, полученными ФИО5 по целевому кредитному договору, заключенному с банком, и поступившими от продажи доли в квартире. 

Суд первой инстанции, о отклоняя позицию ответчика об исполнении условий договора по оплате стоимости квартиры, критически оценил представленные квитанции к приходно-кассовоым ордерам от 30.03.2017 № 6, от 07.04.2017 № 7, от 14.04.2017 № 8, от 27.04.2017 № 9, от 18.05.2017 № 10, а также представленный кредитный договор  от 07.04.2017 № 2017-4002, заключенный ФИО5 и публичным акционерным обществом (далее – ПАО)  «Витабанк» (новый кредитор ПАО «Совкомбанк»), в соответствии с которым ПАО «Витабанк» предоставило ФИО5 кредит в размере           2 500 000 руб. сроком на 120 месяцев, поскольку доказательств внесения на расчетный счет должника указанных денежных средств в материалах дела не имеется.

Как указал суд,  действуя добросовестно и разумно, участники гражданско-правового оборота должны осознавать безопасность заключаемой сделки с использованием наличных денежных средств, в целях подтверждения реальности совершенной сделки, при этом, в нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств перечисления денежных средств Обществу ответчиком представлено не было. При этом суд установил,  что представленные квитанции к приходно-кассовым ордерам подписаны ФИО2, являющейся заинтересованным по отношению к ответчику лицом. 

Суд первой инстанции, квалифицировал оспариваемый договор как ничтожную сделку, признал оспариваемый договор недействительным на основании статьи 10 ГК РФ и указал на то, что конкурсным управляющим не пропущен трехлетний срок, установленный для применения последствий ничтожности сделок. 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, не усмотрев оснований для применения к спорным правоотношениям положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и годичного срока для оспаривания сделки.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в связи со следующим. 

Для квалификации сделки как ничтожной заявителю необходимо доказать, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае суды, квалифицировав сделку как ничтожную, не указали, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Данный подход привел к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий, обратившись с заявлением о признании договора недействительной сделкой, сослался на отсутствие оплаты подтвержденной банковскими выписками, а также любых иных документов подтверждающих оплату по договору участия в долевом строительстве. 

Таким образом, обстоятельства, положенные судами в обоснование вывода о недействительности сделки, а именно;  заключение договора в период неплатежеспособности Общества, с целью причинения вреда кредиторам и вывода ликвидного имущества; аффилированность сторон оспариваемого договора,  отсутствие надлежащих доказательств оплаты по оспариваемому договору, в полной мере укладывались в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

С учетом изложенного оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ и, как следствие, трехлетнего срока исковой давности не имелось.

В силу статьи 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, действуя в пределах предоставленных ему прав, узнать о совершении сделки и о том, что эта сделка нарушает его права.

Разъяснения относительно определения момента, с которого начинает течь годичный срок исковой давности при оспаривании арбитражным управляющим подозрительных сделок, даны в абзаце втором пункта 32 Постановления № 63. Срок исковой давности исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статью 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности, прежде всего, с моментом, когда первый уполномоченный на оспаривание сделок арбитражный управляющий должен был, то есть имел реальную возможность, узнать о сделке и о нарушении этой сделкой прав кредиторов.

Абзацем третьим пункта 1 статьи 67 Закона о банкротстве на временного управляющего возложена обязанность по проведению анализа финансового состояния должника. 

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2020 (резолютивная часть объявлена 05.03.2020) в отношении Общества введена процедура наблюдения. Временным управляющим был утвержден ФИО4 

Как установлено материалами дела, спорный договор не являлся уникальным для должника, такого рода сделки совершились при выполнении обычной хозяйственной деятельности Общества. 

В связи с исполнением предусмотренной абзацем седьмым пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве обязанности по сбору сведений о подозрительных сделках ФИО4, исполнявшим обязанности временного управляющего должником,  должно было быть установлено отсутствие поступления оплаты на расчетный счет должника по договору, заключенному Обществом со ФИО5

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2020 (резолютивная часть объявлена 03.09.2020) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Управляющим утвержден ФИО4 

Основным доводом конкурсного управляющего, оспаривавшего договор долевого участия в строительстве, явилось отсутствие денежных средств, поступивших от оспариваемой сделки, на счетах Общества.

Суд округа считает, что при условии соблюдения годичного срока исковой давности с момента введения процедуры конкурсного производства, конкурсный управляющий ФИО4, находившийся  в процедуре банкротства Общества с 05.03.2020, должен был обратиться в суд заявлением об оспаривании сделки в срок до 03.09.2021. 

Из рассматриваемого заявления об оспаривании сделки усматривается, что конкурсный управляющий  ссылается на установление факта аффилированности сторон оспариваемого договора (Общества в лице ФИО2 и ФИО6). 

Однако документы от ЗАГС поступили в материалы дела 30.09.2021, соответственно, срок для подачи в суд  заявления об оспаривании сделки заканчивался 30.09.2022. 

При этом  с заявлением конкурсный управляющий обратился  только 15.11.2022, то есть с пропуском срока  исковой давности. 

Конкурсный управляющий не привел убедительных доводов невозможности своевременного обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

С учетом приведенных правовых норм и разъяснений, установив, что заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника подано по истечении годичного срока исковой давности, суд округа считает возможным, не направляя дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.08.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по делу № А56-16680/2018/сд.1 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Корпорация «Мегаполис» ФИО4 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Корпорация «Мегаполис» в пользу ФИО2 3000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы. 

Приостановление исполнения судебных актов, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.02.2024 по настоящему делу, отменить. 

 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

 

А.А. Чернышева

 А.В. Яковец