234/2022-55315(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А27-13577/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2022 года.  Постановление изготовлено в полном объёме 21 сентября 2022 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:  председательствующего Шаровой Н.А.,  

судей Жирных О.В.,  ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств веб-конференций  помощником судьи Нурписовым А.Т. рассмотрел кассационную жалобу администрации  Калтанского городского округа (далее – Администрация) на определение Арбитражного  суда Кемеровской области от 31.01.2022 (судья Селищева В.Е.) и постановление Седьмого  арбитражного апелляционного суда от 21.04.2022 (судьи Дубовик В.С., Сбитнев А.Ю.,  Апциаури Л.Н.) по делу № А27-13577/2020 о несостоятельности (банкротстве)  муниципального унитарного предприятия «Управляющая компания жилищно-коммунального хозяйства» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – предприятие  «УК ЖКХ», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 (далее – управляющий) об оспаривании сделки должника,  заключённой с муниципальным унитарным предприятием управляющая компания  «Жилищно-коммунального хозяйства Калтанского городского округа» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>, далее – предприятие УК «ЖКХ КГО», ответчик).  

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции  информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) приняли  участие: представители администрации Калтанского городского округа – ФИО3  по доверенности от 04.02.2022 № 2; конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 07.04.2021.  

Суд установил: 

в деле о банкротстве должника управляющий обратилась в суд с заявлением  о признании недействительным договора уступки права требования от 15.08.2019 № 4/19,  применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика  в пользу должника 1 708 829,81 руб.  

 К участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: муниципальное  унитарное предприятие Калтанского городского округа «УКВО» (далее – предприятие  КГО «УКВО», третье лицо), ФИО5 (бывший руководитель  

должника).  

 Определением суда от 31.01.2022, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 21.04.2022, оспариваемая сделка признана недействительной,  право требования ответчика к третьему лицу на сумму 1 708 829,81 руб. восстановлено;  с ответчика в пользу должника взыскано 1 708 829,81 руб.  

 В кассационной жалобе Администрация просит определение от 31.01.2022  и постановление от 21.04.2022 отменить, принять новый судебный акт об отказе  в удовлетворении заявления управляющего.  

 В обоснование жалобы заявителем приведены следующие доводы: в оспариваемой  сделке отсутствует признак неравноценного встречного предоставления вследствие того,  что данная сделка являлась взаимосвязанной с договорами возмездного оказания услуг  от 29.12.2018 № 34-18, от 01.04.2019 № 22/19 между ответчиком и третьим лицом,  договором технического обслуживания от 29.12.2018 № 12УКВО между должником  и третьим лицом, совокупностью которых опосредуется ряд хозяйственных операций,  направленных на достижение основной экономической цели - обслуживания имущества  должника силами третьего лица; спорная сделка являлась необходимым бухгалтерским  документом для сальдирования встречных требований по указанным договорам, а значит  она не может быть оспорено по специальным основаниям, предусмотренным  положениями статей 61.1-61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); результатом  совершения спорной сделки в цепочке исполнение указанных договоров является  уменьшение задолженности должника перед третьим лицом на 1 708 829,81 руб.  (с 3 678 379,42 руб. до 1 969 549,61 руб.), что свидетельствует о равноценности встречного  предоставления и отсутствии вреда имущественным правам кредиторов; критерии  неплатёжеспособности или недостаточности имущества не могут применяться с 2019 года  по отношению к должнику, предоставлявшему услуги населению по водоснабжению и  водоотведению на основании фиксированного тарифа, направленного не на прибыльность  деятельности должника, а на минимизацию стоимости услуг для потребителей; наличие  одного учредителя в лице муниципалитета не свидетельствует об аффилированности  должника с ответчиком и третьим лицом.  

 Поступивший от управляющего отзыв на кассационную жалобу не подлежит  приобщению к материалам кассационного производства в связи с отсутствием  доказательств его направления иным участвующим в споре лицам, в соответствии  с частью 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ).  

 Представитель Администрации в судебном заседании поддержал доводы,  изложенные кассационной жалобе.  

 Представитель управляющего возражал против удовлетворения кассационной  жалобы.  

 Суд кассационной инстанции, проверив в соответствии с положениями статей 284,  286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального  права, изучив материалы дела, исходя из доводов кассационной жалобы, пояснений  участвующих в заседании лиц, пришёл к выводу об отсутствии оснований для отмены  

обжалуемых судебных актов.  

 Как следует из материалов дела и установлено судами, 15.08.2019 между ответчиком  (первоначальный кредитор) и должником (новый кредитор) заключён договор № 4/19  уступки права требования, по условиям которого первоначальный кредитор уступил,  а новый кредитор принял на себя право требования к третьему лицу по договорам  возмездного оказания услуг от 29.12.2018 № 34-18, от 01.04.2019 № 22/19 года (за период  февраль-июль 2019 года) на общую сумму 1 708 829 руб.  

 Должник в 2019 году полностью по номиналу оплатил первоначальному кредитору  уступленное право требования в размере его номинальной стоимости.  

 Ссылаясь на то, что договор уступки права требования заключён с целью  причинения вреда кредиторам должника, поскольку должник принял и полностью  оплатил ответчику право требования к лицу, признанному банкротом, уже имеющему  значительную непогашенную задолженность перед должником по иным основаниям, на  момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства  перед иными кредиторами, о чём аффилированному с должником ответчику известно,  управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

 Удовлетворяя заявления, суд первой инстанции исходил из доказанности  совокупности условий для признания спорной сделки недействительной на основании  пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

 При этом суд отметил, что в результате заключения оспариваемой сделки должник  приобрёл неликвидный актив, признаки сальдирования встречных обязательств  отсутствуют.  

 Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции,  указав на то, что оспариваемый договор не несёт для должника никакой экономической  выгоды, направлен на замену ликвидных активов (денежных средств) на неликвидный  – право требования к заведомо неплатёжеспособному третьему лицу, находящемуся  в состоянии финансового кризиса, имеющему перед должником долг в размере более  9 млн руб. по иным основаниям.  

 Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле  доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.  

 Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки  должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном  исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

 Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления,  то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств  другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных  пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

 Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только  на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных  

им обстоятельств (с учётом пункта 6 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных  

с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  далее – Постановление № 63).  

 Для правильного разрешения вопроса о наличии у оспариваемых сделок признаков  недействительности, предусмотренных положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве, необходимо установить факт совершения сделки в определённый период  времени до возбуждения дела о банкротстве (один года), причинение вреда  имущественным правам кредиторов (по существу - неравноценность встречного  предоставления), наличие у должника на дату совершения сделки признаков  неплатёжеспособности, осведомлённость об этом другой стороны сделки  (недобросовестность контрагента) или её заинтересованность.  

 Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или  недостаточности имущества должника.  

 В рассматриваемом случае спорный договор уступки от 15.08.2019 заключён  в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом  (23.06.2020), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве, ввиду чего для признания данных сделок недействительными  достаточно установить обстоятельства, свидетельствующие об их неравноценности.  

 Исследуя обстоятельства совершения оспариваемой сделки, суды установили,  что в результате совершения договора уступки должник приобрёл у ответчика  неликвидную задолженность третьего лица, который на момент совершения спорной  сделки (15.08.2019) не отвечал признакам платёжеспособности, так как в отношении него  определением суда от 16.05.2019 по делу № А27-1647/2019 введено наблюдение, о чем  было достоверно известно должнику (предприятие «УК ЖКХ») и ответчику (предприятие  УК «ЖКХ КГО») как аффилированным лицам по отношению к третьему лицу  (предприятие КГО «УКВО») через контролирующего их Калтанского городского округа  в лице Администрации, при этом в качестве расчёта по данному договору должником  перечислены денежные средства по номинальной стоимости в размере 1 708 829,81 руб.,  в результате которого должник фактически лишился своего имущества.  

 Исходя из того, что фактически в результате спорной сделки ответчик получил  реальные оплату долга в размере 1 708 829,81 руб., а должник взамен получил  неликвидную дебиторскую задолженность, рыночной стоимостью 1 760 руб., суды  пришли к обоснованному выводу о доказанности того, что спорная сделка совершена  в отсутствие равноценного встречного предоставления, суды признали данную сделку  недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

 Отклонив доводы ответчика и Администрации о заключении должником,  ответчиком и третьим лицом единой сделки в рамках общих обязательственных  правоотношений, суды признал, что содержание взаимных предоставлений указанных лиц  происходило по разным, самостоятельным и не связанным между собой договорам.  

 В отличие от зачёта, происходящего посредством одностороннего заявления,  адресованного другой стороне, сальдирование, представляющее собой расчёт итогового  обязательства одной из сторон в рамках одного договора или в рамках единого  обязательственного отношения (которое может быть оформлено в нескольких  взаимосвязанных договорах между одними и теми же сторонами).  

Вместе с тем заключённые между ответчиком, должником и третьим лицом договоры,  имея различные предмет, цели, содержание прав и обязанностей, не могут быть признаны  единой сделкой и как следствие не свидетельствуют о каком-либо сальдировании.  

Доводы кассатора о зачёте также не могут быть приняты. 

 Ссылаясь на то, что между должником, ответчиком и третьим лицом проведено  сальдирование имевшихся взаимных обязательств, ответчик и Администрация  в указывали на то, что участники сделок, в том числе договора возмездного оказания  услуг от 29.12.2018 № 12 (обслуживание объектов водоотведения), по которому  у должника имелась задолженность перед третьим лицом в сумме 3 678 379,42 руб.  за период с 29.12.2018 по 15.08.2019, погасили значительную часть задолженности друг  перед другом, в частности в результате совершения спорной сделки на сумму  1 708 829,81 руб. задолженность должника перед третьим лицом уменьшилась  до 1 969 549,61 руб.  

 Судами установлено, что первичные учётные документы к договору  от 29.12.2018 № 12 (обслуживание объектов водоотведения) со стороны должника не  подписаны, управляющий факт передачи ему надлежащим образом составленных  документов по данным правоотношениям отрицал.  

Имеющиеся в деле документы об исполнения этого договора имеют односторонний  характер и за одни и те же отчётные периоды в материалы дела представлены документы  разного содержания, поэтому суды правильно исходили из недоказанности наличия  задолженности должника перед третьим лицом достоверными доказательствами.  

Таким образом, в рамках настоящего обособленного спора не подтверждён факт  наличия задолженности должника перед третьим лицом по указанному договору  возмездного оказания услуг от 29.12.2018 № 12.  

Кроме того, зачёт является сделкой, в предмет которой входит прекращение  встречных обязательств и может быть односторонней (по заявлению одной стороны) или  многосторонней (по соглашению, договору). По правилам статьи 161 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделки юридических лиц между собой  должны совершаться в простой письменной форме. Договор считается заключённым, если  между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по  всем существенным условиям договора, в частности о его предмете (статья 432 ГК РФ).  

В тексте спорной сделки или каких-либо иных письменных документах сторон  сделки и третьего лица встречные обязательства, заявленные к прекращению зачётом,  не идентифицированы (основания и иные существенные условия не указаны), встречное  волеизъявление сторон каких-либо обязательств на их зачёт, вопреки доводам кассатора,  отсутствует.  

В итоге полного установления фактических обстоятельств и надлежащей оценки  по правилам статьи 71 АПК РФ доказательств судами сделан правильный вывод об  

отсутствии оснований считать спорную сделку повлёкшей зачёт встречных  требований, что могло бы исключить причинение вреда должнику и его кредиторам.  

Довод кассатора об уменьшении этой задолженности путём совершения спорной  сделки до 1 969 549,61 руб. не подтверждён, поскольку третье лицо в настоящем деле не  заявило о включении в реестр указанной задолженности.  

 Поскольку спорная сделка совершена при неравноценном встречном  предоставлении, его получателем является заинтересованное по отношению к должнику,  осведомлённое об указанной цели, лицо, при этом в результате совершения спорных  сделок из конкурсной массы выбыл ликвидный актив, что причинило имущественный  вред кредиторам должника, суды также правомерно признали договор цессии  недействительным на основании пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).  

 Установив наличие оснований для признания спорных сделок недействительными,  руководствуясь статьёй 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьёй 61.6  Закона о банкротстве, суды применили последствия недействительности сделок,  характере реституции предметом обжалования сам по себе не является.  

Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций  в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их  совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов  соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам,  нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального  права не допущено.  

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ,  для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба  удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ,  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 31.01.2022 и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2022 по делу № А27-13577/2020  оставить без изменения, кассационную жалобу администрации Калтанского городского  округа – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий Н.А. Шарова  

Судьи О.В. Жирных  

 ФИО1