ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-68153/2023

Дело № А40-111266/21

г. Москва

06 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей А.С. Маслова, Ж.В. Поташовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ООО «Торговая компания «Нова» на определение Арбитражного суда города Москвы от 04.09.2023 по делу №А40-111266/21, вынесенное судьей М.А. Грачевым в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «НОВАТЕК»,

о признании недействительными акты приема передачи векселей от 14.02.2019, от 10.11.2017, от 23.10.2017 на сумму 7 352 942,48 руб., заключенные между ООО «НОВАТЕК» и ООО «Торговая компания «Нова», применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

Лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2021 ООО «НОВАТЕК» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсного производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (член САМРО «ААУ», почтовый адрес для направления корреспонденции 117638, г. Москва, а/я 48). 

Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №164(7126) от 11.09.2021. 

В Арбитражный суд города Москвы 19.09.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, к ответчику: ООО «Бинова». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2022 произведена процессуальная замена ответчика ООО «Бинова» на правопреемника ООО «Торговая компания «Нова» по заявлению конкурсного управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.09.2023 признаны недействительными акты приема передачи векселей от 14.02.2019, от 10.11.2017, от 23.10.2017 на сумму 7 352 942,48 руб., заключенные между ООО «НОВАТЕК» и ООО «Торговая компания «Нова», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Торговая компания «Нова» в конкурсную массу ООО «НОВАТЕК» денежных средств в размере 24 152 942,48 руб.

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ООО «Торговая компания «Нова» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить. 

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что судом первой инстанции было оставлено без внимания ходатайство о применении срока исковой давности. Кроме того, указывает, что суд первой инстанции не дал оценки доводам ООО «ТК «Нова», не указав мотивы, по которым доводы ответчика были отклонены, а также, судом не установлена точная дата наступления признаков неплатежеспособности должника. 

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

Апеллянт и иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии со ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 АПК РФ в отсутствие участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в отсутствие участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с заявлением о признании сделки недействительной, конкурсный управляющий указывал, что было им установлено, что в период с 19.10.2017 по 02.10.2019 между ООО «Новатек» и ООО «Бинова» были подписаны акты приема передачи векселей: от 19.10.2017, от 23.10.2017, от 10.11.2017, от 14.02.2019, от 02.10.2019. 

Согласно содержанию указанных актов приема-передачи, передача векселей Сбербанка России осуществлялась в рамках договора №3 001 от 20.02.2017, договора поставки №010917 от 01.09.2017, договора поставки №0709/2018 от 07.09.2018. 

Так, анализ бухгалтерской документации указывает на безвозмездный характер передачи обозначенных векселей Сбербанка России. 

Конкурсный управляющий полагал, что указанные взаимосвязанные сделки совершенны в отсутствие равноценного встречного исполнения обязательств со стороны ООО «Бинова», сделки причинили вред имущественным правам кредиторов, а потому являются недействительными в силу п. 1 ст. 61.2, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Разрешая по существу заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался следующим. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Как указано в абзаце седьмом пункта 5 вышеназванного постановления, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.). 

Из абзаца четвертого пункта 4 указанного постановления следует, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее - ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемых сделок) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

Статьей пункта 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

В силу пункта 3 статьи 10 в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. 

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. 

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ). 

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. 

В соответствии со ст. 421 ГК РФ заключение договора между сторонами носит свободный (диспозитивный) характер. Стороны самостоятельно определяют и отражают в договоре все необходимые условия его заключения. 

Согласно ст. 209 ГК РФ собственник имущества вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации. 

Законодатель раскрывает принцип свободы договора путем перечисления тех возможностей (правомочий), которыми наделены субъекты гражданского права: заключать или не заключать договор, определять вид заключаемого договора, формулировать условия договора по своему усмотрению (ст. 421 ГК РФ). 

Предусмотренные законом ограничения свободы договора преследуют одну из трех целей: защита слабой стороны договора, защита интересов кредиторов либо защита публичных интересов (государства, общества).

 Злоупотребление свободой договора представляет собой умышленное несоблюдение одним из контрагентов предусмотренных законом ограничений договорной свободы, повлекшее причинение ущерба другому контрагенту, третьим лицам или государству. Для злоупотребления свободой договора характерны такие признаки как: видимость легальности поведения субъекта; использование недозволенных средств и способов осуществления права (свободы); осуществление права вопреки его социальному назначению; осознание лицом незаконности своих действий (наличие умысла); причинение ущерба другим лицам вследствие совершения вышеуказанных действий. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. 

Таким образом, злоупотребление правом представляет собой особый тип гражданского правонарушения.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца 36 статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления от 23.12.2010 № 63, наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на дату подписания актов приема передачи от 14.02.2019, от 02.10.2019 должник прекратил исполнять обязательства перед своими контрагентами, в настоящее время включенными в реестр требований кредиторов, в том числе перед заявителем.

Таким образом, на дату подписания указанных актов приема передачи должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Кроме того, судом первой инстанции установлено наличие взаимной связи между должником и ответчиком, по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки, которая подтверждена вступившими в законную силу судебными актами в рамках настоящего дела о банкротстве.

Вместе с тем, В силу п. 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В соответствии с нормами п. п. 1 - 2 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: 

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; 

- лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6), по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. 

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. 

При этом согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка

Так, учитывая, что ООО «Торговая компания «Нова» по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки являлось заинтересованным лицом, предполагается, что оно знало о совершении должником сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов ООО «НОВАТЕК».

Конкурсный управляющий оспаривает акты приема-передачи векселей от 02.10.2019, 19.10.2017,23.10.2017,10.11.2017,14.02.2019, согласно которым ООО «НОВАТЕК» передало ООО «Бинова» (правопреемник ООО «Торговая компания «Нова») векселя ПАО Сбербанк на сумму 34 800 000 руб. и применению последствий недействительности сделки в виде возврата переданного по указанным актам. 

В рамках рассмотрения обособленного спора, определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2023 судом были истребованы в ПАО Сбербанк документы, касающиеся векселей, указанных в оспариваемых актах приема-передачи, а именно: Вексель ВГ 0281997 на сумму 4 000 000 руб.; Вексель ВГ 0281998 на сумму 2 000 000 руб.; Вексель ВГ 0267317 на сумму 2 000 000 руб.; Вексель ВГ 0267318 на сумму 6 000 000 руб.; Вексель ВГ 0266341 на сумму 8 000 000 руб.; Вексель ВГ 0505280 на сумму 3 810 000 руб.; Вексель ВГ 0505281 на сумму 4 990 000 руб.; Вексель ВГ 0499909 на сумму 1 000 000 руб.; Вексель ВГ 0499910 на сумму 1 000 000 руб.; Вексель ВГ 0499911 на сумму 1 000 000 руб.; Вексель ВГ 0499912 на сумму 1 000 000 руб. 

Как следует из передаточных надписей на векселях и актах приема-передачи, указанные векселя были переданы в ООО «Бинова» (правопреемник ООО «Торговая компания «Нова»). 

В материалы дела ответчиком представлены пояснения, на основании каких сделок были переданы векселя по вышеуказанным актам и представлены документы.

Рассмотрев требования заявителя в отношении признания недействительным акта приема-передачи векселей от 02.10.2019 (Вексель ВГ 0499909 на сумму 1 000 000 руб.; Вексель ВГ 0499910 на сумму 1 000 000 руб.; Вексель ВГ 0499911 на сумму 1 000 000 руб.; Вексель ВГ 0499912 на сумму 1 000 000 руб.) суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения на основании следующего.

Так, согласно представленного акта векселя были переданы по договору купли- продажи автомобиля между юридическими лицами № 0709/18 от 07.09.2018. 

Согласно п.3.1, представленного договора стоимость договора была определена как 5 310 000 руб. 

Согласно п.3.2 договора оплата должна быть произведена в течение 180 рабочих дней с момента подписания договора. 

Предметом договора являлся автомобиль BMWX6M, VIN: 

<

***>, который был передан от ООО «Бинова» в ООО «НОВАТЕК», зарегистрирован за должником и далее продан должником в ООО «Торговая компания «Нова», за который был произведен полный расчет.

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что в отношении акта приема-передачи векселей от 02.10.2019 ответчиком в материалы дела представлены достаточные доказательства, свидетельствующие об отсутствии оснований для удовлетворения требований в отношении указанного акта приема-передачи.

Рассмотрев акт приема-передачи векселей от 19.10.2017 (Вексель ВГ 0281997 на сумму 4 000 000 руб.; Вексель ВГ 0281998 на сумму 2 000 000 руб.) суд пришел к следующим выводам. 

Согласно представленного акта векселя были переданы по договору займа № З-001 от 20.02.2017. 

Согласно указанного договора ООО «Бинова» передало ООО «НОТАВЕК» денежные средства в виде займа в сумме 15 900 000 руб. под 12 % годовых. 

Займ был представлен должнику следующими суммами, что подтверждено представленными в материалах дела документами (платежными поручениями и банковскими выпискам): 27.02.2017 - 2 900 000 руб., 28.02.2017 – 3 200 000 руб., 01.03.2017 – 2 600 000 руб., 17.03.2017 – 800 000 руб., 26.06.2017 - 2 900 000 руб.; 09.06.2017 – 3 500 000 руб. 

Итого - 15 900 000 руб. 

Должником был произведен возврат части суммы займа 10 000 000 руб., что подтверждено следующими документами (платежными поручения и банковскими выписками) ПАО Сбербанк: 21.07.2017 – 3 500 000 руб., 25.07.2017 -1 500 000 руб., 27.07.2017 - 2 000 000 руб., 01.08.2017 - 000 руб. 

Таким образом, был получен займ в сумме 15 900 000 руб., который был частично погашен денежными средствами в сумме 10 000 000 руб. и частично указанными в акте приема-передачи от 19.10.2017 года векселями на сумму 6 000 000 руб. 

Рассмотрев акт приема-передачи векселей от 23.10.2017 (Вексель ВГ 0267317 на сумму 2 000 000 руб.; Вексель ВГ 0267318 на сумму 6 000 000 руб.) суд пришел к следующим выводам. 

Согласно представленного акта приема-передачи векселей, указанными в нем векселями производилось закрытие следующим образом: Сумма 647 057,52 рубля по Договору займа №З-001 от 20.02.2017 и сумма 7 352 942,48 рублей по Договору № 010917 от 01.09.2017. 

Проанализировав расчеты по всем платежам по договору займа № З-001 от 20.02.2017 с учетом всех выдачей и погашений, как путем перечисления денежных средств, так и путем закрытия части займа передачей векселей, судом первой инстанции установлено, что указанный займ погашен в полном объеме, при наличии переплаты в сумме 24 163,07 руб. 

Далее в указанном акте приема-передачи указано, что по договору № 010917 от 01.09.2017 были переданы векселя на сумму 7 352 942,48 рублей. 

Указанный договор признан мнимой сделкой на основании вступившего в законную силу определения Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2022 по делу № А40-111266/2021. 

Судом было установлено, что все платежи, причисленные в рамках указанного договора, были без встречного предоставления, соответственно, и передача векселей в счет данного Договора носит передачу высоколиквидного имущества без встречного предоставления. 

Так, передача векселей на акт приема-передачи от 21.10.2017 по Договору №010017 от 01.09.2017 в сумме 7 352 942,48 рублей, была направлены на вывод имущества должника в пользу аффилированного лица. 

В отношении акта приема-передачи векселей от 10.11.2017 (Вексель ВГ 0266341 на сумму 8 000 000 руб.) и акта приема-передачи векселей от 14.02.2019 (Вексель ВГ 0505280 на сумму 4 990 000 руб., Вексель ВГ 0505281 на сумму 3 810 000 руб.) суд пришел к следующим выводам. 

Согласно информации, указанной в данных актах приема-передачи векселей, они были переданы в счет исполнения обязательств по Договору № 010917 от 01.09.2017, который как было указано ранее признан мнимой сделкой, без встречного предоставления. 

При этом векселя по акту приема- передачи от 14.02.2019 были предъявлены в банк к исполнению физическими лицами, не указанными в передаточной надписи. 

Так, согласно материалам дела, вексель ВГ 0505280 предъявлен к оплате ФИО2, зарегистрированный в Пермском крае, а вексель ВГ 0505281 - ФИО3, также зарегистрированной в Пермском крае.

 Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что передача векселей по актам приема-передачи от 10.11.2017 и 14.02.2019 года на сумму 16 800 000 руб., в счет исполнения обязательств по Договору № 010917 от 01.09.2017 была также направлена на вывод высоколиквидного имущества в пользу аффилированного лица. 

Каких-либо доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в материалы дела не представлено, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к  выводу о доказанности конкурсным управляющим обстоятельств, указывающих на недействительность сделок по основаниям, предусмотренным в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также 10, 168 ГК РФ.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия отмечает, что суд первой инстанции дал оценку доводам ответчика и представленным в материалы дела документам при вынесении обжалуемого судебного акта по существу.

Вместе с тем, то обстоятельство, что в судебном акте не отражены все имеющиеся в деле доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки.

Относительно довода апеллянта о пропуске конкурсным управляющим срока давности, судебная коллегия отмечает следующее.

Апеллянт указывает, что часть оспариваемых сделок (Акт приема-передачи векселей от 10.11.2017 и 23.10.2017) были совершены за пределами трехлетнего срока, они не могли быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Как указывалось ранее, решением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2021 ООО признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсного производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (член САМРО «ААУ», почтовый адрес для направления корреспонденции 117638, г. Москва, а/я 48). 

Так, ФИО1 был утвержден конкурсным управляющим ФИО4 решением суда от 26.08.2021.

С заявлением о признании недействительными сделок в Арбитражный суд города Москвы конкурсный управляющий обратился 18.09.2022.

Из разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), следует, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. В силу положений статьи 10 ГК РФ злоупотребление правом - это всегда виновное правонарушение, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, является основанием для признания этих сделок ничтожными на основании статьи 168 ГК РФ как не соответствующих.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.10.2017 N 304-ЭС17-11489(2) по делу N А70-14296/2015, договор займа в деле о банкротстве может быть признан мнимой сделкой в случае, если предоставление займа и его возврат могут быть квалифицированы как перераспределение средств между аффилированными лицами (перечисление денежных средств имеет транзитный характер), то есть действия сторон носят характер, который очевидно выходит за рамки разумной экономической деятельности, при этом воля сторон не направлена на вступление в договорные отношения.

По общему правилу, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Это правило касается и подачи иска конкурсными кредиторами (пункт 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Согласно статье 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Применительно к вышеперечисленным нормам права и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации доводы заявителя о том, что сделка совершена за пределами периода подозрительности, о пропуске срока исковой давности судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку срок исковой давности следует исчислять с даты, когда конкурсный управляющий узнал о данной сделке, соответственно трехлетний срок на оспаривание сделки, предусмотренный статьей 181 ГК РФ, не пропущен.

Доводы апеллянта об ином порядке определения момента начала исчисления срока исковой давности подлежат отклонению, как основанные на неправильном понимании норм права.

Между тем, иные доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ним.

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения апелляционным судом не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 270 АПК РФ, основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. 

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства

Определение суда законно и обоснованно. Основания для отмены определения отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.09.2023 по делу №А40-111266/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Ю.Н. Федорова

Судьи:А.С. Маслов

Ж.В. Поташова