﻿ 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А74-20451/2018

г. Красноярск

05 февраля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена «29» января 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен «05» февраля 2020 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Белан Н.Н.,

судей: Бутиной И.Н., Парфентьевой О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тоцким В.А.,

при участии представителя ответчика - Акулова Р.В. по доверенности от 01.10.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Илона», общества с ограниченной ответственностью «МЭП», индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича

на решение Арбитражного суда Республики Хакасия

от «28» мая 2019 года по делу № А74-20451/2018, принятое судьёй Лиходиенко А.В.,

установил:

индивидуальный предприниматель Ибатуллин Азамат Валерьянович (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд Республики Хакасия с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «МЭП» (далее – общество «МЭП») о взыскании компенсации за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения со знаком обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 182764, в размере 600 000 рублей (с учетом принятого судом первой инстанции уточнения предмета исковых требований в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Фирма «Илона» (далее – фирма «Илона»).

Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 28.05.2019 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с данным судебным актом, истец, ответчик и третье лицо обратились в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14.08.2019 решение Арбитражного Республики Хакасия от 28.05.2019 отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 25.10.2019 постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 14.08.2019 по делу N А74-20451/2018 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Третий арбитражный апелляционный суд.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14 января 2020 года в деле №А74-20451/2018 произведена замена председательствующего судьи   Петровской О.В. на судью Белан Н.Н.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14 января 2020 года сформирован состав суда для рассмотрения дела №А74-20451/2018  – председательствующий Белан Н.Н.,  судьи Бутина И.Н., Парфентьева О.Ю.

Материалами дела подтверждается надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом первой инстанции.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступном информационном сервисе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).

При изложенных обстоятельствах, в силу статей 121-123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб и рассматривает жалобы в отсутствие представителей истца и третьего лица.

Истец в апелляционной жалобе указал, что решение суда первой инстанции является незаконным и необоснованным в части изложения мотивировочной части. По мнению истца, является неверным вывод суда о том, что обозначение «1000 мелочей» не имеет различительной способности, поскольку сам факт регистрации товарного  знака №182764 доказывает наличие у этого товарного знака различительной способности; в решении суд не указал, по какой причине он посчитал обоснованным размер компенсации 600 000 рублей, суд должен был указать на то, что заявленная к взысканию сумма является значительно меньше, чем размер компенсации, которую истец вправе требовать от ответчика.

Ответчик в апелляционной жалобе и дополнительных пояснениях ссылается на следующие доводы:

- надлежащих доказательств фактического нахождения магазина истца в материалы дела не представлено; отсутствуют доказательства наличия прав на используемый истцом магазин «1000 мелочей»; магазин являлся непродовольственным с аналогичным ассортиментом товара, реализацией которого занимается как ответчик, так и третье лицо;

- на момент рассмотрения дела правовая охрана спорного товарного знака прекращена, что влечет отказ в удовлетворении иска, о досрочном прекращении такой правовой охраны вынесено решение в рамках дела № СИП-107/2016;

- вывеска «1000 мелочей» над нежилым помещением, арендуемым ответчиком, не является товарным знаком, используемым ответчиком;

- ответчику передана в аренду часть нежилого помещения без вывески «1000 мелочей», ответчик не имеет права убрать данную вывеску;

- истец злоупотребляет правом, недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением исключительного права на средства индивидуализации, не допускается в силу статьи 14.8 Федерального закона «О защите конкуренции».

Третье лицо в апелляционной жалобе ссылается на следующие доводы:

- действия истца по распоряжению товарным знаком являются злоупотреблением правом и не подлежат защите;

- отсутствуют доказательства использования товарного знака «1000 мелочей» ответчиком;

- суд пришел к неверным выводам о возможности смешения товарного знака истца и вывески ответчика;

- действия истца нарушают законодательство о конкуренции.

Истец представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы ответчика.

Законность и обоснованность принятого решения проверены в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав доводы представителя ответчика, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения спора.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, комбинированный знак обслуживания  по свидетельству Российской Федерации N 182764 зарегистрирован 20.12.1999 на имя общества с ограниченной ответственностью Торгово-производственная фирма "1000 мелочей" с приоритетом от 30.11.1995 по заявке N 957113614 в отношении услуг 35-го класса "закупка товаров" и 42-го класса "реализация товаров" Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

В результате государственной регистрации перехода исключительного права на товарный знак без заключения договора правообладателем данного знака обслуживания стало общество с ограниченной ответственностью "Шаман", о чем 29.05.2017 внесена запись в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр товарных знаков).

В последующем 31.05.2017 в Государственный реестр товарных знаков внесена запись о государственной регистрации договора об отчуждении исключительного права на товарный знак в отношении всех товаров и услуг с информацией о новом правообладателе спорного знака обслуживания, а именно, о предпринимателе Ибатуллине Азамате Валерьяновиче.

Предпринимателю стало известно о том, что общество "МЭП" использует сходное с его знаком обслуживания обозначение "1000 мелочей" в качестве наименования магазина, расположенного по адресу ул. Советская, д. 96, г. Черногорск, Республика Хакасия.

Предприниматель, ссылаясь на отсутствие у общества "МЭП" разрешения на использование спорного знака обслуживания, а также на то, что его действия по использованию обозначения "1000 мелочей" в качестве наименования магазина нарушают исключительное право на знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 182764, направил в адрес общества "МЭП" досудебное предложение об урегулировании спора с требованиями о прекращении всякого использования обозначения "1000 мелочей" и о взыскании компенсации за незаконное использование знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 182764 в размере 10 000 000 рублей, определенным в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) как двукратный размер стоимости товаров, проданных обществом "МЭП" в течение последних трех лет с использованием вышеуказанного товарного знака.

Поскольку общество "МЭП" добровольно не исполнило требования претензии, в том числе не выплатило компенсацию за нарушение исключительного права на спорный знак обслуживания, предприниматель обратился в Арбитражный суд Республики Хакасия с настоящим исковым заявлением с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительного права на спорный знак обслуживания в размере 600 000 рублей.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования в полном объеме, исходил из доказанности наличия у предпринимателя исключительного права на знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 182764, а также из доказанности факта нарушения исключительного права на этот знак обслуживания путем использования сходного со спорным знаком обозначения в своей коммерческой деятельности, в частности при продаже товаров. При этом суд первой инстанции пришел к выводам об отсутствии различительной способности у спорного знака обслуживания и о сходстве использованного ответчиком для индивидуализации своей деятельности по реализации товаров обозначения и знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 182764.

В соответствии с пунктом 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон, приняв во внимание указания Суда по интеллектуальным правам, изложенные в постановлении от 25.10.2019 по настоящему делу, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную указанным Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требований, в том числе, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как закреплено в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок (пункт 3 статьи 1515 ГК РФ).

Таким образом, использование для индивидуализации товаров и услуг обозначения, тождественного или сходного с ним до степени смешения товарному знаку иного лица, является нарушением исключительного права на товарный знак.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования тождественного или сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Факт принадлежности предпринимателю исключительного права на знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 182764 установлен судом первой инстанции на основании оценки представленных в материалы дела доказательств. Данный факт лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Вывод суда первой инстанции о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца основан на том, что используемое ответчиком в качестве наименования магазина обозначение "1000 мелочей" сходно до степени смешения с товарным знаком истца N 182764.

На основании оценки представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции установил, что словесное сочетание "1000 мелочей" как элемент средства индивидуализации истца и фирменное наименование магазина, в котором располагается ответчик - "1000 мелочей", являются текстуально тождественными. Суд указал, что отдельные графические отличия (наличие в сравниваемых обозначениях изобразительных элементов) не влияют на сходное восприятие этих обозначений, поскольку ассоциирование их в целом достигается за счет включения в состав семантически, графически и фонетически сходных словесных  элементов. При восприятии обозначения, состоящего из  изобразительного и словесного элементов, внимание потребителя, как правило, ассоциируется на словесном элементе.

Таким образом, суд первой инстанции установил только сходство элемента "1000 мелочей", без проведения комплексного анализа сходства противопоставляемых товарного знака и спорного обозначения и без исследования обстоятельств, которые имеют существенное значение для рассмотрения спора.

Независимо от того, что вопрос сходства (или его отсутствия) сравниваемых обозначений является вопросом факта, суды не могут подходить к рассмотрению этого вопроса произвольно.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), методологическими подходами, изложенными в Руководстве по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 N 128 (далее - Руководство N 128).

Так, в соответствии с пунктом 41 Правил N 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 названных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 44 Правил N 482 установлено, что комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 данных Правил N 482, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В пункте 162 постановления от 23.04.2019 N 10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При определении сходства комбинированных обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, экспертиза по таким вопросам не проводится.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака.

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений.

Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом.

При этом, поскольку знак обслуживания истца является комбинированным, а используемое ответчиком обозначение словесным, при оценке сравниваемых обозначений в целом подлежит учету влияние словесных элементов.

В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится. Вхождение одного обозначения (например, словесного элемента, являющегося единственным элементом в защищаемом товарном знаке истца) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений. В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений.

При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков.

Проведя сравнительный анализ товарного знака истца и использованного ответчиком для индивидуализации своей деятельности по реализации товаров обозначения, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Принадлежащий истцу товарный знак №182764 представляет собой комбинированное обозначение, которое включает в себя графическое изображение – круг, внутри которого располагается цифровой элемент – «1000» и словесный элемент – «мелочей».

Используемое ответчиком обозначение содержит цифровой элемент – «1000» и словесный элемент – «мелочей».

Таким образом, товарный знак истца и обозначение ответчика включают в себя тождественные цифровой элемент «1000» и словесный элемент – «мелочей», и имеют звуковое и смысловое сходство.

При оценке товарного знака истца и обозначения ответчика на предмет наличия (отсутствия) графического и визуального сходства, суд апелляционной инстанции установил следующее:

В товарном знаке истца:

- цифровой элемент «1000» и словесный элемент «мелочей» занимают центральное (доминирующее) положение в комбинированном обозначении истца, восприятие обозначения как товарного знака в целом усиливается графическим элементом – кругом;

- словесный элемент «мелочей» выполнен мелким шрифтом по сравнению с шрифтом, которым выполнен  цифровой элемент «1000»;

- значимыми элементами, влияющими на восприятие товарного знака в целом и на общее впечатление о данном товарном знаке, являются цифровой элемент «1000» и графический элемент – круг, словесный элемент «мелочей» имеет меньшее влияние на визуальное восприятие, поскольку  выполнен мелким шрифтом.

Суд апелляционной инстанции установил, что цифровой и графический элементы в комбинированном обозначении истца имеют большую значимость в осуществлении обозначением его основной функции - индивидуализации товаров или услуг; при восприятии данного конкретного комбинированного обозначения, состоящего из цифрового, графического и словесного элементов,  внимание акцентируется на цифровом элементе «1000» в виду выполнения его более крупным шрифтом относительно шрифта, которым выполнен словесный элемент «мелочей».

В обозначении ответчика:

- цифровой элемент «1000» и словесный элемент «мелочей» выполнены одинаковым шрифтом, элементы расположены последовательно друг за другом;

- графические элементы отсутствуют, имеющиеся цифровой элемент «1000» и словесный элемент «мелочей» равнозначны по восприятию.

При сопоставлении спорного обозначения ответчика с товарным знаком истца с точки зрения их графического и визуального сходства судом апелляционной инстанции  учтены правовые позиции, изложенные в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 2979/06, от 17.04.2012 N 16577/11, в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, согласно которым вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Оценив товарный знак №182764 и обозначение ответчика, исследовав значимость составляющих элементов товарного знака истца и обозначения ответчика, влияющих на восприятие обозначения в сознании потребителей в целом и на общее впечатление о данном обозначении путем его прочтения с учетом наличия словесного элемента, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обозначение ответчика не ассоциируется с товарным знаком истца в целом, несмотря на наличие сходных цифрового и словесного элементов.

Сходство до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца, а также опасность смешения судом апелляционной инстанции не установлены. Обозначение ответчика, исходя из общего впечатления, не воспринимается в качестве товарного знака истца.

Поскольку сходство до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения иска отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции соглашается с доводом истца о том, что вывод суда первой инстанции об отсутствии различительной способности товарного знака  №182764 является ошибочным.

В соответствии с частью 1 статьи 1483 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается государственная регистрация в качестве товарных знаков обозначений, не обладающих различительной способностью или состоящих только из элементов:

1) вошедших во всеобщее употребление для обозначения товаров определенного вида;

2) являющихся общепринятыми символами и терминами;

3) характеризующих товары, в том числе указывающих на их вид, качество, количество, свойство, назначение, ценность, а также на время, место и способ их производства или сбыта;

4) представляющих собой форму товаров, которая определяется исключительно или главным образом свойством либо назначением товаров.

Принадлежащий истцу товарный знак № 182764 зарегистрирован 20.12.1999 на имя общества с ограниченной ответственностью Торговопроизводственная фирма «1000 мелочей» с приоритетом от 30.11.1995 по заявке № 957113614 в отношении услуг 35-го класса «закупка товаров» и 42-го класса «реализация товаров» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, правовая охрана товарного знака не прекращена, в связи с чем, не имеется оснований для вывода об отсутствии у товарного знака  различительной способности.

Доводам ответчика и третьего лица о злоупотреблении истцом правом по основанию отсутствия доказательств осуществления деятельности и использования товарного знака №182764 Судом по интеллектуальным правам дана оценка в постановлении от 25.10.2019.

Поскольку сходство до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца судом апелляционной инстанции не установлено, суд апелляционной инстанции не оценивает доводы истца, касающиеся размера компенсации.

Решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «28» мая 2019 года по делу     № А74-20451/2018 подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска и апелляционных жалоб истца, ответчика и третьего лица, в том числе кассационной жалобы истца, относятся на истца.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «28» мая 2019 года по делу № А74-20451/2018  отменить. Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича (ИНН 027810700736 ОГРН 311028012400084) в пользу  общества с ограниченной ответственностью «МЭП» (ИНН 1901056040, ОГРН 1021900533126) 3000 рублей расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича (ИНН 027810700736 ОГРН 311028012400084) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Илона» (ИНН 1901054966, 1021900522687) 3000 рублей расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

Н.Н. Белан

Судьи:

И.Н. Бутина

 

О.Ю. Парфентьева