СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А45-30335/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 20 мая 2024 года.  

 Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Павлюк Т.В., судей Зайцевой О.О.,  ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белозеровой А.А., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 ( № 07АП-2508/23(8)), общества с ограниченной ответственностью «Арго» ( № 07АП-2508/23(9)), на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 21.02.2024 по делу № А45-30335/2022 (судья Белкина Т.Ю.) по заявлению акционерного общества «Карасёвское» о включении требования в  реестр требований кредиторов должника – сельскохозяйственного производственного кооператива «Мильтюшихинский» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 633555, Новосибирская область, 

<

...>),  

 В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие: 

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 06.12.2023, паспорт;  

от АО «Карасёвское»: ФИО4, представитель по доверенности от 02.04.2023, паспорт;  от ООО «АРГО»: ФИО5, представитель по доверенности от 29.12.2023, паспорт;  

от иных лиц: без участия (извещены); 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.12.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО6.  

24.12.2022 в газете «Коммерсантъ» дана публикация о введении в отношении должника  процедуры банкротства - наблюдения.  

16.12.2022 аналогичные сведения опубликованы на сайте ЕФРСБ. 23.01.2023 (посредством электронной связи) акционерное общество «Карасёвское» обратилось в Арбитражный  

суд Новосибирской области с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника в размере 27 103 896 руб. 00 коп., в том числе 15 103 200 руб. 00 коп. –  основной долг, 12 000 696 руб. 00 коп. – неустойка.  

24.04.2023 (посредством электронной связи) от заявителя поступили пояснения, уточнил заявленные требования, просит включить в реестр требований кредиторов должника  требование в размере 24 324 907 руб. 20 коп., в том числе: 15 103 200 руб. 00 коп. – основной  долг, 9 221 707 руб. 20 коп. – неустойка (задолженность рассчитана с учетом даты введения  наблюдения и введенного моратория).  

Уточнения судом приняты в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Определением суда от 21.02.2024 требование акционерного общества «Карасёвское» в  размере 15 103 200 руб. 00 коп. – основной долг, 9 221 707 руб. 20 коп. – неустойки, в реестр  требований кредиторов сельскохозяйственного производственного кооператива «Мильтюшихинский» с отнесением в третью очередь удовлетворения.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ООО «Арго» обратились в  суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение отменить, направить на  новое рассмотрение. Апелляционные жалобы мотивированы неполным выяснением обстоятельств дела, несоответствием выводов, изложенных в решении фактическим обстоятельствам дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств.  

В соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в материалы дела представлены отзывы на апелляционные жалобы.  

В судебном заседании представители поддержали свои правовые позиции. 

В соответствии со статьей 123, 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявив- шихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов, пояснений, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ, суд  апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене или изменению  по следующим основаниям.  

Из материалов дела следует, между АО «Карасевское» (кредитор, продавец) и СХПК  «Мильтюшихинский» (должник, покупатель) подписан договор поставки сельскохозяйственных животных от 30.08.2020.  

Согласно пункту 1.1. договора поставщик обязуется поставить покупателю живой  крупный скот (далее "КРС" или "Товар"), принадлежащий ему на праве собственности, а покупатель обязуется принять этот товар и оплатить его стоимость, в соответствии с условиями  настоящего договора. Наименование, количество, весовой диапазон товара, цена товара, способ доставки, срок поставки товара согласуется сторонами в Спецификации № 1. Согласованная Спецификация является неотъемлемой частью договора (пункт 1.2. договора).  

В рамках данного договора АО «Карасевское» поставило товар СХПК «Мильтюшихинский» по товарным накладным на сумму 15 103 200 руб. 00 коп. должник свои обязательства по оплате товара не исполнил.  

Таким образом, сумма основного долга покупателя по договору поставки составляет 15  103 200 руб. 00 коп.  

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из того, что наличие задолженности перед кредитором подтверждено материалами дела, при этом учитывая,  что аффилированность кредитора по отношению к должнику не доказана, а равно сама по  себе не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования такого  кредитора, доказательств наличия имущественного кризиса не представлено, при этом конкурсными кредиторами не указаны обстоятельства, которые позволили бы квалифицировать  договор поставки со стороны АО "Карасевское" как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, суд  не установил оснований для понижения в очередности удовлетворения.  

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам, сделаны при правильном применении норм права.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, установленным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от  процедуры банкротства, введенной в отношении должника.  

Закон о банкротстве возлагает на арбитражный суд обязанность проверить обоснованность требований кредиторов с учетом возражений, поступивших относительно этих требований. Отсутствие возражений лиц, указанных в части 2 статьи 71 Закона о банкротстве, на  включение заявленных требований кредиторов в реестр не освобождает арбитражный суд от  проверки обоснованности этих требований.  

Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в  реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований  кредиторов (часть 5 статьи 71 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71, пунктов 3 - 5 статьи  100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной  стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении  требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. По смыслу названых норм права, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных требований к должнику и  выясняет наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.  

Не устраненные контролирующим лицом разумных сомнений относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).  

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара,  предполагается, что, финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица,  пока не доказано иное (пункт 4 Обзора судебной практики).  

В пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением  в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним  лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) разъяснено, что на аффилирован- ном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно  мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135- ФЗ "О защите конкуренции" группой лиц признается совокупность физических лиц и (или)  

юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:  

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое  лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет  в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании  письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества  голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого  хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);  

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;  

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое  лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на  основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;  

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного  совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;  

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического  лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);  

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят  процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета  директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;  

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе  усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;  

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части  признаку;  

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические  лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном  (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).  

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности и добросовестности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса).  

Следует учитывать, что в обычном обороте аффилированные юридические лица, действующие добросовестно и разумно, не имеют объективных причин взыскивать долги друг с  друга, они стремятся оптимизировать внутригрупповую задолженность.  

Согласно абзацу 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются  кредиторы по денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия. Участник коммерческой организации располагает различными процедурами управления корпорацией и ее имуществом, влияет на формирование волеизъявления высшего органа корпоративного юридического лица.  

Такой способ удовлетворения интересов управомоченной стороны отличает корпоративные отношения от типичного гражданско-правового регулирования, где субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в  формировании воли контрагента. Кредитор, выдавая кредит в обычной практике взаимоотношений участников гражданского оборота, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы, а также стремится повысить вероятность исполнения заемщиком  своего обязательства по возврату денег, заключая в этих целях обеспечительные сделки.  

Положение статьи 2 Закона о банкротстве, исключающее из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, определяется также тем, что характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.  

Участники общества - должника ответственны за эффективную деятельность самого  общества и, соответственно, несут риск наступления негативных последствий своего управления им.  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как  член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об  обществах с ограниченной ответственностью") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника, в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических  управленческих решений.  

В тоже время согласно позиции, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.  

Специфика рассмотрения дел о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам, подписанным  должником и кредитором, если содержание этих документов не подтверждается иными, не  зависящими от названных лиц доказательствами.  

Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сформулирована  правовая позиция (постановление от 13.05.2014 № 1446/14), получившая свое развитие в правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (определение от 09.10.2015 № 305- КГ15-5805) о том, что возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать  необоснованность требования другого кредитора, обычно объективным образом ограничена,  поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно  представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять  затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать  всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.  

Таким образом, кредитор, предъявляющий требования, должен не только доказать их  обоснованность, но и опровергнуть обоснованные возражения иных лиц, участвующих в деле.  

Согласно пункту 2 статьи 65 АПК РФ определение предмета доказывания, то есть совокупности обстоятельств, которые необходимо установить для вынесения законного и  обоснованного судебного акта, является компетенцией суда, рассматривающего дело.  

Суд квалифицировал названный договор как заключённый договор поставки, исходя из  норм статей 432, 465 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) с учётом  наличия в материалах дела документов (товарных накладных), позволяющих установить  наименование и количество переданного товара, отсутствия доказательств наличия между  сторонами иных правоотношений, учитывая, что при оценке условия договора о предмете  суд должен исследовать не только сведения, содержащиеся в договоре, но и все имеющиеся  документы, относящиеся к предмету договора, в том числе действия сторон, связанные с исполнением договора. Представленные в дело документы (товарная накладная) свидетельствуют о том, что разногласия в определении предмета договора между сторонами отсутствовали.  

Как следует из материалов дела, должник поставленную продукцию не оплатил, в связи  с чем на день рассмотрения спора задолженность за поставленный товар составил 15 103 200  руб. 00 коп.  

Согласно пункту 2.4 договора в случае неоплаты покупателем поставленного товара  начисляется неустойка в размере 0,1% от суммы задолженности.  

Кредитором представлен расчет неустойки с учетом постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".  

Расчет задолженности ни кем не оспорен, судом проверен и признан верным. Доказательств оплаты названной суммы должником не представлено. 

Факт реальности спорных сделок подтверждается договором от 30.08.2020, заключенным между кредитором и должником на поставку сельскохозяйственных животных, УПД №  322, № 519; спецификацией, актами приема -передачи от 31.08.2020 и 20.10.2020; товарно-транспортными накладными, письмом ГБУ НСО "Управление ветеринарии Черепановского  района Новосибирской области", карточками коров, проданных 30.08.2020 и 20.10.2020, сведения о выращивании, книгами покупок-продаж, представленными налоговым органом.  

С учетом изложенного, заявленное требование правомерно удовлетворено судом. 

Исследовав доводы апелляционных жалоб коллегией судей установлено, что возражения кредиторов сводятся к несогласию с выводом суда о недоказанности взаимосвязи между  АО "Карасевское" и СХПК "Мильтюшихинский" позволяющей признать их аффилирован- ными лицами через совместное ведение бизнеса.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для понижения требования в  очередности.  

В пункте 2 Обзора Верховного суда РФ от 29.01.2020 указано, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он от- 

носится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих, поскольку сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному  обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале (абзац  восьмой статьи 2 Закона о банкротстве). Действующее законодательство о банкротстве не  содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоратив- ных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц.  

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск  утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные  риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).  

Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не  может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (в  очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора  судебной практики).  

Таким образом, в ситуации аффилированности кредитора и должника, при установлении факта наличия задолженности по договорам судам надлежит дополнительно установить,  каково было имущественное положение должника в момент получения им финансирования,  присутствовали ли признаки имущественного кризиса (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2020 № 307-ЭС20-6662 (4)).  

Понижение очередности требований контролирующих лиц, как правило, имеет место в  тех случаях, когда возникновение указанных требований связано с финансированием должника контролирующим лицом в рамках корпоративных правоотношений, исходя из принципа преимущественного удовлетворения требований независимых кредиторов относительно  требований кредиторов, возникающих из правоотношений по управлению должником.  

Субординация требований осуществляется в связи с явно несправедливым уравниванием прав независимых кредиторов с требованиями контролировавших должника лиц, которые, избрав отличную от предписанной Законом о банкротстве модель поведения, пошли на  

дополнительный риск и предоставили подконтрольному им лицу компенсационное финансирование. В таких условиях риск объективного банкротства должника и, как следствие,  утраты компенсационного финансирования, не может в равной степени перекладываться на  независимых кредиторов.  

По существу, понижение очередности удовлетворения требования аффилированного с  должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса  между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота  

Тем самым, субординация требования осуществляется в условиях возникновения задолженности для исключения получения заинтересованными лицами необоснованных выгод  от банкротства связанного с ними предприятия.  

В рассматриваемом случае, установленные фактические обстоятельства не позволили  прийти к выводу о том, что заинтересованные между собой лица реализовали какую-либо  противоправную схему, направленную на осуществление должником убыточной деятельности, прибыль от которой идет в пользу аффилированных компаний в ущерб независимым  кредиторам, при том, что реальный характер отношений подтверждается материалами дела.  

Как следует из выписки ЕГРЮЛ в отношении должника, АО "Карасевское" в одну  группу лиц с должником.  

В пунктах 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве отражено, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: - лицо,  которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите  конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; - лицо, которое является аффилиро- ванным лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: - руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от  своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; - лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; - лица, признаваемые заинтересованными в совершении  должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих  видах юридических лиц.  

В статье 4 Закона Российской Советской Федеративной Социалистической Республики  от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на  товарных рынках» аффилированные лица – это физические и юридические лица, способные  оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих  предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица являются, в том числе член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо,  осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.  

В силу части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц,  соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков, в том числе  юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого  юридического лица физическое лицо или юридическое лицо (пункт 2 части 1 статьи 9); лица,  каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку  входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких  лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку (пункт  8 части 2 статьи 9).  

Следуя материалам дела, АО "Карасевское" и ЗАО "Крутишинское" является одним из  крупных предприятий на территории Новосибирской области, занимающийся сельскохозяйственным производством – выращивание и поставка зерновых культур, производство семян  различных сельскохозяйственных культур, выращивание КРС, производство молока и мяса,  и т.д., следовательно, у кредитора имеется ряд контрагентов, которым предложены аналогичные условия по поставке товара, более того, для должника с учетом его объема была сделана небольшая скидка, что безусловно указывает на рыночность, возникших отношений,  сертификаты соответствия подтверждают сбор урожая кредитором и подтверждает реальность поставки товара должнику. Из анализа выписок по расчетным счетам можно сделать  вывод, что некоторые контрагенты кредитора, также, как и должник, не рассчитываются с  ним около 1-1,5 лет, но потом с учетом специфики сельского хозяйства (сбор урожая осенью)  полностью закрывают задолженность.  

ООО «Арго» указывает, что в качестве наличия признака аффилированности служит  факт длительных отношений между ЗАО «Крутишинское», АО «Карасевское» и должником,  при наличии просроченных обязательств.  

Вместе с тем, все договоры, которые заключались с должником соответствуют рыночным условиям, которые также были обеспечены неустойкой, а в некоторых случаях и дого- 

вором залога (прайс лист рыночных цен, запись нотариуса о внесении записи о залоге и договор залога имеются в материалах дела). Стоимость предмета залога превышала кредиторскую задолженность должника перед ЗАО «Крутишинское».  

Таким образом, ЗАО «Крутишинское», зная об особенностях сельскохозяйственного  производства, при формировании своей экономической цели, учитывало, что наиболее вероятным способом возврата долга (за 2020 г.) будет планомерный расчет поздней осенью 2021  и 2022 года. Для ЗАО «Крутишинское», осуществляющего оперативную торговлю зерном,  такой способ представлял экономический интерес, поскольку гарантировал ему определенный объем наращиваемых продаж по завершении уборочной по рыночной цене и давал возможность заключить контракты на поставку будущего урожая.  

Кроме того, кредитор указывает, что должник выравнивает свою финансовую ситуацию, поскольку начал расчеты с ЗАО «Крутишинское» в 2023 г. (в том числе по текущим  обязательствам), у должника имеется достаточно денежных средств и имущества для удовлетворения всех требований кредиторов.  

Таким образом, учитывая сложности, возникающие в ходе сельскохозяйственных работ, кредитор не спешил взыскивать задолженность, рассчитывая на последующее исполнение должником своих обязательств, кредитор рассчитывал на расчет с ним после реализации  товара должником осенью 2022 года. Более того, для кредитора истребование задолженности  у должника в размере 15 млн.руб. не имело существенного значения, поскольку товарооборот с должником составлял около 10-13% от всех договоров.  

В то же время, верно суждение суда о том, что ООО «Арго» обжалуя процессуальное  правопреемство независимого кредитора на ЗАО «Крутишинское», не осведомлено о специфике возникающих между сельхозяйственными производителями отношений, поскольку  само не осуществляет деятельность в сельском хозяйстве. ООО «Арго» не предоставило разумного обоснования приобретения права требования к производителю сельскохозяйственной продукции у ООО «Русское поле Новосибирск», которое, в свою очередь, также не  взыскивало задолженность и включилось в реестр требований кредиторов с суммой долга.  ООО «Арго» не указало на экономическую целесообразность для него во вступлении в дело  о банкротстве должника путем приобретения требований к нему на незначительную сумму.  При этом, ООО «Арго», будучи осведомленным о намерении приобрести ЗАО «Крутишинское» также права (требования) у ООО «Арго», не представило разумных объяснений отсутствия у него намерений на получение удовлетворения своих требований к должнику путем  отчуждения прав в пользу ЗАО «Крутишинское».  

Кроме того, на момент заключения договора у должника не было признаков объективного банкротства, что подтверждается представленными бухгалтерскими балансами (за 2020  

и 2021 годы, за 2019 г. - 166 394 тыс. руб, за 2020 — 191 546 тыс. руб., за 2021 — 183 430  тыс. руб.) и ревизионными заключениями, договор заключен на рыночных условиях.  

Учитывая, что аффилированность кредитора по отношению к должнику не доказана, а  равно сама по себе не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора, доказательств наличия имущественного кризиса не представлено,  при этом конкурсными кредиторами не указаны обстоятельства, которые позволили бы квалифицировать договор поставки со стороны АО "Карасевское" как способ компенсационного  финансирования должника в том смысле, который заложен в Обзоре судебной практики от  29.01.2020, суд правомерно отказал в удовлетворении возражений конкурсного управляющего.  

Вопреки доводам возражающих кредиторов должник и конкурсные кредиторы не подпадают под признаки юридической аффилированности в смысле ст. 4 Закона РСФСР от  22.03.1991 № 948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической  деятельности на товарных рынках» и ст. 19 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» и не имеют возможности влиять на решения, принимаемые органами управления друг друга.  

Доводы о фактической аффилированности кредиторов и должника не имеют под собой  оснований.  

Так, на фактическую аффилированность могут указывать совместный (согласованный)  характер действий сторон, выходящих за пределы обычной хозяйственной практики, наличие устойчивой связи, общности экономических интересов, возможность влияния на принятие решений в сфере предпринимательской деятельности, заключение стороной заведомо  невыгодной для себя сделки, а равно сделки, лишённой экономической выгоды, согласованность действий в отношениях с третьими лицами или иного нетипичного поведения участника оборота (см. Определение ВС РФ № 307-ЭС22-15103 (2,5) от 23.03.2023).  

В рассматриваемом случае признаков наличия совместных противоправных действий  или действий, направленных на злоупотребление правами, не имеется. Сделки совершены по  рыночным ценам, в рамках основной хозяйственной деятельности должника и кредитора  (сельское хозяйство). Все сделки сопровождались фактическим перемещение товарно-материальных ценностей (что не оспорено лицами, участвующими в деле) и были направлены на обеспечение деятельности должника в соответствующий период.  

Кроме того следует отметить, что должник своевременно рассчитался по всем обязательствам, возникшим в 2021 г., и частично погасил кредиторскую задолженность за 2020 г.  (по разовым услугам), зарекомендовав себя надежным партнером.  

То есть, кредитор не сомневался в платежеспособности должника, поскольку последний исправно исполнял свои обязательства, более того, у кредитора до 31.03.2022 г. находились транспортные средства должника в залоге, стоимость которых значительно превышает  неисполненные обязательства (неоплаченные договоры 2020 г. на сумму 15 560 000 руб.).  

Следовательно, кредитор, не сомневался в платежеспособности должника. 

Более того, в рамках дела № А45-30335/2022 судами была дана оценка указанным доводам.  

Так доводы общества «Арго» о наличии отношений по договору покрытия были предметом оценки судов и правомерно отклонены ими со ссылкой на наличие у общества «Крутишинское» самостоятельной финансовой возможности приобретения у кредитора спорного  права требования.  

При этом судами детально исследованы обстоятельства осуществления обществом  «Крутишинское», являющимся одним из крупнейших сельскохозяйственных предприятий  Новосибирской области, хозяйственной деятельности, его экономических отношений с кооперативом; проанализировано движение денежных средств по расчётному счёту в период  заключения и исполнения договора цессии.  

Выводы судов об отсутствии оснований для понижения очерёдности требования общества, тем более для отказа в процессуальном правопреемстве, являются верными, сделанными при правильном применении приведённых норм права в их толковании, данном высшей  судебной инстанцией».  

Аргументы ФИО2 по экспертизе и по заявлению о фальсификации доказательств,  признаются судом апелляционной несостоятельными.  

Коллегия судей принимает во внимание возражения кредитора о том, что у должника в  наличии имеется как минимум две печати, указанное подтверждается Постановлением об  отказе в возбуждении уголовного дела от 18.03.2022.  

Суд апелляционной инстанции соглашается, что оснований для назначения по делу судебной экспертизы суду не представлено, поскольку способы и методы проверки заявления о  фальсификации законом детально не регламентированы, их определение относится к полномочиям суда, проводящего такую проверку. В то же время, процессуальным законодательством суду предоставлено право рассмотреть заявление о фальсификации путем анализа и  сопоставления иных доказательств. В этой связи, указанное заявление направлено ни на что  иное, кроме как, на затягивание процесса.  

Кроме того, отклоняя заявление о фальсификации судом правомерно указано на то, что  на документах, о фальсификации которых заявлено, проставлена печать должника, доказательств выбытия которой из владения общества не представлено. При этом представитель  

ФИО7 не ставит под сомнение оттиск печати на спорных документах. Соответственно,  названные документы подписаны со стороны должника уполномоченным лицом, во владении которого находится печать.  

Несогласие подателей жалоб с выводами суда первой инстанции не является процессуальным основанием отмены судебного акта, принятого с соблюдением норм материального и  процессуального права.  

Суд апелляционной инстанции считает, что материалы дела исследованы судом полно,  всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая  правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.  

 Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда  апелляционной инстанции не имеется. Апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению. В связи с тем, что подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на определения, принятые в рамках дела о банкротстве, вопрос о распределении судебных расходов судом апелляционной инстанции не разрешается.  

 Руководствуясь статьями 258, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 21.02.2024 по делу № А4530335/2022 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Арго» – без удовлетворения.  

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства  в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца  со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.  

 Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее  следующего дня после дня его принятия.  

 Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса  "Картотека арбитражных дел" http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной  сети "Интернет".  

 Председательствующий Т.В. Павлюк  

 судьи О.О. Зайцева  

 ФИО1