ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-63929/2023

07 мая 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена   23 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 мая 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.А. Дмитриевой,

при участии:  

финансовый управляющий ФИО1 лично, 

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 22.04.2025,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36276/2024) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.10.2024 по обособленному спору № А56-63929/2023/сд.1 (судья ФИО5), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО1 к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, 

третьи лица: 

1. ФИО2 

2. ФИО7 

3. ФИО8,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратился ФИО6 с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 13.07.2023 указанное заявление принято к производству.

Решением арбитражного суда от 11.09.2023 (резолютивная часть объявлена 06.09.2023) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО9.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 172(7617) от 16.09.2023.

Определением арбитражного суда от 27.02.2024 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, финансовым управляющим утвержден ФИО1, член Ассоциация Арбитражных управляющих «ОРИОН».

В арбитражный суд 01.04.2024 от финансового управляющего поступило заявление о признании недействительным договора купли-продажи от 19.04.2021 транспортного средства Hyndai Creta, VIN 

<

***>, регистрационный знак А1920Е198, год выпуска 2018, цвет: коричневый; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 849 664 руб.

Согласно ответу Управления ГИБДД ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области собственниками спорного транспортного средства по состоянию на 09.10.2021 являлась ФИО2, по состоянию на 02.05.2023 ФИО7, с 17.03.2024 собственником является ФИО8.

Определением арбитражного суда от 22.05.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО2, ФИО7, ФИО8.

Определением арбитражного суда от 10.10.2024 заявление удовлетворено.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит определение отменить, ссылается на неполное исследование фактических обстоятельств дела, указывая на отсутствие надлежащего извещения ответчика о рассмотрении настоящего спора, в связи с чем ФИО4 была лишена возможности представить доказательства. Ответчик указывает на обращение в органы почтовой связи, которые информации о направленной на имя ФИО4 корреспонденции за последние полгода не предоставили с указанием на то, что такая информация не отразилась. В этой связи ответчик полагает, что судом первой инстанции допущены процессуальные нарушения. 

Также ФИО4 указывает на мнимость оспариваемой сделки, заключённой между должником и мамой его подруги ФИО10 – собственницы квартиры, где все трое (ФИО11 (Элоян) Н.А., ФИО4 и ФИО6) были зарегистрированы. По указанной сделке никакие деньги не передавались, расписки в получении денежных средств не писались. Стоимость в договоре (245 000 руб.) установлена лишь формально, поскольку должник планировал, что ответчик не будет формально числиться собственником автомобиля более полугода. Даная мнимая сделка заключена по просьбе ФИО6 с целью избежать наложения ареста на автомобиль, с учетом имущественных требований к должнику со стороны страховой организации. При этом решением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 13.09.2021 по делу №2-4537/2021 рыночная стоимость автомобиля, исходя из его индивидуальных характеристик, на основании отчёта об оценке определена в сумме 597 000 руб. Таким образом, отчёт финансового управляющего должником, в котором установлена стоимость 1 209 000 руб., к спорному автомобилю не применим. Поскольку сделка являлась мнимой, транспортное средство в собственность ФИО4 не передавалось, должник продолжал его эксплуатировать, в подтверждение чего ответчик представляет постановление о совершении должником административного правонарушения при управлении спорным транспортным средством от  09.06.2021. Поскольку судебное разбирательство в Красносельском районном суде Санкт-Петербурга было завершено, наложения ареста на автомобиль должник избежал, а между дочерью ответчика и должником произошла ссора, данное транспортное средство по еще одной мнимой сделке отчуждено ФИО2 – жене друга должника. Данный договор купли-продажи ответчик также подписал по просьбе должника, который продолжил пользоваться автомобилем. Собственником автомобиля 02.05.2023 стала ФИО7, а с 17.03.2024 и по настоящее время собственник ФИО8 Вместе с тем, арбитражный управляющий ФИО1 обладает статусом адвоката, учредил свою коллегию адвокатов, в которой состоит бывшая собственница спорного автомобиля – ФИО7, а ФИО8 является родной тётей арбитражного управляющего. Податель жалобы также указывал, что арбитражный управляющий ФИО1 и должник ФИО6 были задолго знакомы до банкротства, ответчик и её дочь также являлись доверителями управляющего. Таким образом, как полагал ответчик, действия финансового управляющего по оспариванию настоящей сделки являются недобросовестными.

В судебном заседании 19.02.2025 представитель ФИО4 доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, в порядке статьи 66 АПК РФ ходатайствовал об истребовании дополнительных документов:

1) Истребовать в Российском Союзе Автостраховщиков: страховые полиса за период владения спорным транспортным средством Hyndai Creta, VIN 

<

***>, регистрационный знак 

<

***>, год выпуска 2018, цвет: коричневый, собственника ФИО7 и ФИО8;

2) Истребовать в Управлении Госавтоинспекции ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области договора купли-продажи по спорному транспортному средству Hyndai Creta, VIN 

<

***>, регистрационный знак 

<

***>, год выпуска 2018, цвет: коричневый, по которому продавцом является ФИО2, а покупателем ФИО7 и по которому продавцом является ФИО7, а покупателем ФИО8;

3) Истребовать в органах ЗАГС документы, подтверждающие родство ФИО12 (является матерью арбитражного управляющего ФИО1), ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также ФИО8 (является тетей арбитражного управляющего ФИО1), ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Финансовый управляющий ФИО1 против удовлетворения ходатайства об истребовании и доводов, приведённых в апелляционной жалобе, возражал, в частности указал на отсутствие знакомства с должником до возбуждения процедуры банкротства.

Определением от 19.02.2025 апелляционный суд отложил судебное разбирательство, истребовал дополнительные доказательства в Российском Союзе Автостраховщиков и Управлении Госавтоинспекции ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Также суд предложил финансовому управляющему ФИО1 и ФИО6, привлеченным третьим лицам   представить мотивированные письменные пояснения.

ФИО8 представлен отзыв, в котором указала на свою добросовестность, отсутствие аффилированности по отношению к должнику и сведений о его финансовом положении, приобретение автомобиля у ФИО7 по рыночной стоимости, надлежащее оформление сделки и осуществление расчётов с продавцом в полном объеме.

От финансового управляющего ФИО1 поступили возражения, в которых указал на неравноценность встречного предоставления по сделке, заключенной ФИО6 с ФИО4, в связи с тем, что она совершена на сумму 245 000 руб., в то время как средняя рыночная стоимость аналогичных автомобилей на дату продажи составляла 1 209 000 руб. Финансовый управляющий обращает внимание, что в суде первой инстанции ходатайств о назначении экспертизы по определению рыночной стоимости автомобиля не заявлялось. Стоимость автомобиля в договоре купли-продажи от 22.03.2023, заключенном между ФИО7 и ФИО2, установлена в размере 1 300 000 руб., равно как и в договоре купли-продажи от 12.03.2024, заключенном между ФИО8 и ФИО7 Финансовый управляющий отметил, что в материалы спора не представлено доказательств, что автомобиль на момент его приобретения ответчиком находился в неудовлетворительном техническом состоянии. При этом ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику. В этой связи управляющий полагает, что оспариваемая сделка заключена между ФИО6 и ФИО4 с целью вывода ликвидного актива из конкурсной массы должника, а последующие приобретатели автомобиля являются добросовестными покупателями. В обоснование своей позиции финансовым управляющим представлены копии договоров купли-продажи транспортного средства от 22.03.2023 и 12.03.2024.

Также в материалы спора поступил отзыв от ФИО7, которая пояснила, что спорный автомобиль приобретен ей 22.03.2023 у ФИО2 за 1 300 000 руб. Объявление о продаже транспортного средства было опубликовано 10.03.2023 на электронной торговой площадке Авто.ру, что подтверждается онлайн-отчётом по данному автомобилю, заинтересовавшись предложением ФИО7 связалась с собственником и после осмотра автомобиля приобрела его по обозначенной стоимости. В обоснование своей позиции ФИО7 представила копию договора купли-продажи транспортного средства от 22.03.2023, а также онлайн-отчёт от 10.03.2025.

Определением от 26.03.2025 апелляционный суд отложил судебное разбирательство на 23.04.2025.

В материалы спора в ответ на запрос суда поступило письмо от Акционерного общества «Национальная Страховая Информационная Система» (далее – АО «НСИС») с приложением сведений о договорах страхования.

В день судебного заседания от ФИО4 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное тем, что на момент ознакомления представителя с материалами спора ответы на судебные запросы не поступили, вместе с тем в настоящее время представитель ответчика находится на больничном и не имеет возможности присутствовать в судебном заседании.

В судебном заседании 23.04.2025 финансовый управляющий ФИО1 против удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства и апелляционной жалобы возражал.

Представитель ФИО2 вопрос об отложении судебного разбирательства оставил на усмотрение суда, при этом против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Рассмотрев ходатайство ФИО4, апелляционный суд не усмотрел оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, для его удовлетворения. Материалы спора содержат  необходимые документы для рассмотрения апелляционной жалобы по существу, при этом участие представителя ответчика ФИО4 в судебном заседании апелляционного суда обязательным не признано.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Как следует из материалов дела, 19.04.2021 между ФИО6 и ФИО4 заключен договор купли-продажи транспортного средства: Hyndai Creta, VIN 

<

***>, регистрационный знак А1920Е198, год выпуска 2018, цвет коричневый.

Согласно пункту 3 договора стоимость транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 245 000 руб.

Финансовый управляющий, полагая, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, поскольку рыночная стоимость спорного автомобиля на день заключения договора составляла 1 849 664 руб., ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, признавая договор купли-продажи транспортного средства от 19.04.2021 недействительным, исходил из того, что заявителем в материалы дела представлен отчёт об оценке автомобиля, согласно которому его стоимость по состоянию на 12.08.2024 составляла 1 849 664 руб. В этой связи суд констатировал, что согласованная сторонами стоимость автомобиля существенно отличается от рыночной, что не мог не осознавать добросовестный приобретатель транспортного средства. Суд первой инстанции пришел к выводу об осведомлённости ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника совершаемой сделкой, признав доказанным основания для признания договора недействительным применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве. Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции с учётом отсутствия спорного автомобиля в собственности ответчика, счёл возможным взыскать с ФИО4 денежные средства в размере 1 849 664 руб., поскольку иная стоимость автомобиля не доказана.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, письменные позиции иных лиц, участвующих в деле, в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Поскольку настоящее дело о банкротстве возбуждено 13.07.2023, оспариваемая сделка совершена 19.04.2021, она совершена в пределах трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В данном случае заявитель настаивает на том, что сделка совершена должником при неравноценном встречном исполнении, указывая на установленную в договоре стоимость – 245 000 руб. притом, что по результатам проведенной финансовым управляющим оценки рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 12.08.2024 составляла 1 849 664 руб. При таких обстоятельствах финансовый управляющий считает, что продажа транспортного средства повлекла вывод ликвидного имущества должника из конкурсной массы в отсутствие равноценного встречного исполнения, о чём покупатель, совершая такую сделку, был осведомлён.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

В рассматриваемом случае из договора следует, что спорное транспортное средство оценено на сумму 245 000 руб., пунктом 3 установлено, что за проданный автомобиль продавец деньги получил полностью. Между тем доказательств оплаты ФИО4 транспортного средства, являвшегося предметом оспариваемого договора купли-продажи, в материалы спора не представлено. В частности не представлена расписка, либо иной документ, подтверждающий факт передачи денежных средств должнику.

В отсутствие таких доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется оснований полагать, что ФИО4 действительно исполнены обязательства по оплате транспортного средства.

Апелляционный суд принимает во внимание, что материалы спора также не содержат доказательств предъявления должником требований к ФИО4 об оплате стоимости спорного транспортного средства, обращения в суд с требованием о взыскании задолженности по договору купли-продажи, иных доказательств, подтверждающих наличие у должника действительного намерения получить денежные средства за отчуждённое в пользу ответчика транспортное средство.

Должником не представлены доказательства расходования спорных денежных средств. В свою очередь ФИО4 настаивает на том, что установленная в договоре стоимость носила формальный характер и продавцу не выплачивалась. Ответчик обращает внимание на один адрес регистрации продавца-должника и покупателя-ответчика, который усматривается как из самого договора, так и из ответа ГУ МВД РФ на запрос суда. В обоснование своей позиции ответчик дополнительно представил справку по форме 9, из которой следует, что должник ФИО6 вселен собственником квартиры как член семьи, а ответчик ФИО4 является матерью собственника.

Указанные сведения, которые участвующими в деле лицами не оспорены и не опровергнуты в отсутствие доказательств иного свидетельствуют о «дружественном» характере отношений между должником и ФИО4

В этой связи следует учесть, что финансовый управляющий, заявляя о недействительности сделки, ссылается на неравноценность встречного исполнения, исходя из чего, также предполагает, что её стороны преследовали цель причинения имущественного вреда кредиторам должника. Однако управляющий не приводит доводов в подтверждение наличия у ФИО6 на момент заключения сделки признаков неплатежеспособности, не раскрывает сведений о том, обязательства перед какими кредиторами не были исполнены должником.

Раскрывая мотивы совершения оспариваемой сделки, ФИО4 пояснила, что она заключена по просьбе должника, поскольку в апреле 2021 года ФИО6 стало известно о возможном судебном разбирательстве между ним и страховой компанией САО «РЕСО-Гарантия». Переоформив единственное имущество (автомобиль) на ФИО4, должник избежал наложения ареста на данный автомобиль. Судебное разбирательство в Красносельском районном суде Санкт-Петербурга по гражданскому делу № 2-4537/2021 между должником и страховой компанией закончилось в сентябре 2021 года и главная цель мнимой сделки, которую преследовал ФИО6, была достигнута (автомобиль спасён от наложения ареста). Так как действие страхового полиса по спорному автомобилю заканчивалось в октябре 2021 года, а также между дочерью ФИО4 и ФИО6 произошла ссора, должник принял решение переоформить автомобиль на жену своего друга – ФИО2 При этом по договору купли-продажи спорного автомобиля от 08.10.2021, заключённому между ответчиком и ФИО2, ответчику никакие денежные средства не передавались, расписки не писались, акт передачи не составлялся, автомобиль ответчиком также не передавался, так как распоряжался им должник.

Ответчиком в материалы спора представлено решение Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 13.09.2021 по делу № 2-4537/2021, которым частично удовлетворены исковые требования САО «РЕСО-Гарантия», в его пользу с ФИО6 взыскано 597 000 руб. При этом удовлетворено ходатайство истца о наложении ареста на имущество ФИО6 на обозначенную сумму. Из указанного решения следует, что требования истца о взыскании основаны на договоре, по которому должнику было выплачено страховое возмещение, автомобиль был похищен, затем найден, однако ответчик страховой компании денежные средства не возвратил.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает необходимым оценить позицию ФИО4 относительно мнимости договора купли-продажи транспортного средства от 19.04.2021, исходя из имеющихся в материалах спора и дополнительно представленных доказательств.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида перехода права собственности на движимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Оценив представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что договор купли-продажи транспортного средства от 19.04.2021 является мнимой сделкой, принимая во внимание нижеследующее.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (пункт 1 статьи 486 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В предмет договора входит передача собственником правомочий владения, пользования, распоряжения вещью покупателю.

Из материалов дела следует, что спорное транспортное средство фактически не выбывало из владения должника.   

Согласно ответу Управления ГИБДД ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области собственниками спорного транспортного средства являлись: ФИО6 в период с 17.06.2018 по 16.04.2021, ФИО4 по состоянию на 19.04.2021, ФИО2 по состоянию на 09.10.2021, ФИО7 по состоянию на 02.05.2023, ФИО8 по состоянию на 17.03.2024.

В целях установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания, апелляционный суд в порядке статьи 66 АПК РФ истребовал у АО «НСИС» сведения о страховых полисах за период владения спорным транспортным средством Hyndai Creta, VIN 

<

***>, регистрационный знак 

<

***>, год выпуска 2018, цвет: коричневый, собственника ФИО7 (собственник с 02.05.2023) и ФИО8 (собственник с 17.03.2024).

В ответ на запрос суда от АО «НСИС» поступили сведения о договорах страхования, из которых усматривается, что 18.04.2021, должник ФИО6 (страхователь) самостоятельно обратился в страховую компанию и заключил с ПАО «Группа Ренессанс Страхование» договоры в отношении спорного автомобиля на пол года. При этом лицами, допущенными к управлению автомобилем, являлись ФИО6 и ФИО13 Данные обстоятельства также подтверждены ответчиком представленной копией страхового полиса сроком действия с 19.04.2021 по 18.10.2021 (л.д. 93).

Сохранение транспортного средства после заключения договора купли-продажи от 19.04.2021 во владении, пользовании и распоряжении должника также подтверждается следующим.

В отношении ФИО6, как лица управляющего спорным транспортным средством, 09.06.2021, то есть когда собственником являлась ФИО4, составлен протокол об административном правонарушении №47АД004211. Также в обозначенную дату вынесено постановление № 18810347210580003484, адрес правонарушения: Ленинградская область, Ломоносовский район, гп Новоселье, Красносельское ш., д. 6, нарушитель ФИО6

Проанализировав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что после формальной реализации автомобиля в пользу ФИО4, с целью избежания обращения на него взыскания по иску страховой компании,  транспортное средство фактически находилось во владении и пользовании должника.

Если предположить, что ФИО4 имела реальное намерение приобрести транспортное средство в собственность, то после 19.04.2021 могла и должна была иметь интерес не только в постановке транспортного средства на учёт, но и в страховании. Между тем, как указано выше, страхователем транспортного средства являлся ФИО6, он же был допущен к управлению транспортным средством и фактически им управлял, поскольку почти по истечении двух месяцев в отношении него вынесено постановление о привлечении к административной ответственности за правонарушение, допущенное при управлении спорным автомобилем. В то же время сама ФИО4 как лицо, допущенное к управлению транспортным средством, в страховом полисе не значилась, тогда как именно она должна была совершать действия по эксплуатации, содержанию, а также передаче имущества в собственность другому лицу, в частности ФИО2 Однако материалы дела свидетельствуют об обратном.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства опровергают волю сторон на заключение и исполнение договора купли-продажи транспортного средства от 19.04.2021. В суде апелляционной инстанции должник не подтвердил исполнение спорного договора.

При этом заключение договора в отсутствие намерения и фактической передачи автомобиля покупателю свидетельствует о мнимости такого договора (пункт 1 статьи 170 ГК РФ) и охватывается понятием «злоупотребление правом», которое не может быть признано добросовестным поведением участников гражданского оборота и не подлежит судебной защите (статья 10 ГК РФ).

С учётом изложенного, оспариваемый договор является недействительным в соответствии со статьёй 10 и пунктом 1 статьи 170 ГК РФ.

При установлении приведённых обстоятельств наличие либо отсутствие у должника на момент заключения договора купли-продажи признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества и осведомленность об этом другой стороны сделки не имеет правового значения для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 170 ГК РФ.

Рассмотрев требование финансового управляющего о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 849 664 руб. (рыночной стоимости имущества), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оно не подлежит удовлетворению, исходя из следующего.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки, по общему правилу,  каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

В данном случае суд первой инстанции, удовлетворяя требования заявителя в части применения последствий недействительности сделки и взыскивая с ответчика денежные средства в размере 1 849 664 руб. исходил из того, что финансовым управляющим проведена оценка рыночной стоимости автомобиля и иная цена имущества не доказана.

Между тем следует отметить, что спорное транспортное средство входило в предмет исследования по делу № 2-4537/2021 о взыскании с должника денежных средств в пользу страховой организации. В ходе рассмотрения данного дела на основании отчёта № 19280, выполненного ООО «Северо-Западный региональный центр независимых экспертиз», установлено, что рыночная стоимость транспортного средства по состоянию  на 20.03.2021 составляла 597 000 руб. Проведение данной экспертизы в суде общей юрисдикции по времени корреспондирует периоду совершения между должником и ответчиком оспариваемой сделки, что предопределяет возможность учета результатов экспертизы и при рассмотрении настоящего дела, применительно к актуализации рыночной стоимости конкретного автомобиля. 

Однако, как полагает апелляционный суд,  поскольку спорное транспортное средство ответчику фактически не передавалось, а продолжало находиться во владении должника, который продолжал его эксплуатацию, а впоследствии его отчуждение также по настоянию должника  произведено в пользу третьего лица,  при отсутствии сведений о получении ответчиком встречного предоставления в какой-либо сумме, при этом со стороны финансового управляющего  требований о недействительности иных договоров в рамках настоящего и иного спора не заявлено, возврат транспортного средства в порядке реституции в конкурсную массу невозможен. При этом, апелляционный суд полагает, что следует отказать в применении  реституции в виде взыскания с ответчика денежных средств в размере рыночной стоимости имущества (597 000 руб.), с учетом того, что недобросовестную цель в совершении мнимой сделки, в первую очередь, преследовал должник, воспользовавшись в соответствующий период дружеским расположением к нему со стороны ответчика, в условиях отсутствия фактической передачи транспортного средства ответчику, продолжения его эксплуатации со стороны должника и при отсутствии сведений об осуществлении каких-либо расчетов по оспариваемой сделке. В свою очередь, принимая во внимание субъектный состав участников вторичных сделок с транспортным средством, а также доводы и пояснения, изложенные в апелляционной жалобе ответчика, апелляционный суд полагает, что цель, преследуемая финансовым управляющим посредством инициации настоящего обособленного спора в отношении только  ответчика, непосредственно не связана с целью пополнения конкурсной массы должника, а обусловлена причинами субъективного (личного) характера, в условиях выявления фактов личного знакомства управляющего с должником.   Как полагает апелляционный суд, действия должника, который в рамках настоящего обособленного спора не представлял своей позиции и каких-либо возражений как по заявлению управляющего, так и по апелляционной жалобе ответчика, исходя из установления судом обстоятельств совершения оспариваемой сделки, фактически  свидетельствуют о наличии оснований для его неосвобождения от обязательств перед кредиторами, при условии наличия соответствующего объема кредиторской задолженности, послужившей основанием для инициации процедуры банкротства, в рамках  завершения соответствующей процедуры.    

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в удовлетворении заявления финансового управляющего в части применения последствий недействительности сделки в отношении ответчика надлежит отказать.

Учитывая изложенное, определение суда первой инстанции подлежит отмене в части применения последствий недействительности сделки, в остальной части обжалуемое определение (применительно к его резолютивной части) подлежит оставлению без изменения, с учетом дополнительных выводов, изложенных в настоящем постановлении. 

Судебные расходы распределены по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.10.2024 по обособленному спору № А56-63929/2023/сд.1 отменить в части применения последствий недействительности сделки.

В указанной части в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.

В остальной обжалуемой части определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО4 10000 руб. судебных расходов по апелляционной жалобе. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

А.Ю. Слоневская

 И.В. Сотов