Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А70-16773/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 октября 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                  Качур Ю.И.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и ФИО3 (далее - ответчики) на определение Арбитражного суда Тюменской области от 20.03.2023 (судья Поляков В.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2023 (судьи Брежнева О.Ю., Горбунова Е.А., Дубок О.В.) по делу № А70-16773/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН 

<

***>, далее - должник), принятые по заявлению финансового управляющего ФИО5 (далее – финансовый управляющий) к ФИО3, ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

В судебном заседании приняли участие: представитель ФИО3 - ФИО6 по доверенности от 02.03.2023, представитель ФИО2 - ФИО7, ФИО8 по доверенности от 30.03.2023, представитель финансового управляющего – ФИО9 по доверенности от 20.05.2023, ФИО5

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация «Открытие» (далее - ПАО Банк «ФК «Открытие»), принятого определением Арбитражного суда Тюменской области от 12.10.2020.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 05.12.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5, который 07.02.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании договора дарения, заключенного 30.10.2017 между ФИО3 и ФИО2 в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером: 72:23:0218002:8688 площадью 172,6 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – спорное нежилое помещение), применении последствий недействительности этой сделки.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 20.03.2023, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2023, заявление финансового управляющего удовлетворено, признан недействительным договор дарения, заключенный 30.10.2017 между ФИО3 и ФИО2, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу спорное нежилое помещение.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчики обратились с кассационными жалобами, в которых просят их отменить, направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО3  указывает, что финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки с пропуском срока исковой давности, введя суд в заблуждение относительно начала его исчисления. По мнению кассатора, факт неплатежеспособности ФИО4 или факт недостаточности имущества не доказан, выводы судов об обратном ошибочны. Указывает, что на дату совершения оспариваемой сделки кредитные обязательства общества с ограниченной ответственностью «СМУ «Тюменьоблстрой» (далее – ООО «СМУ «Тюменьоблстрой») были обеспечены залогом имущества общества, что позволяло полагаться поручителю ФИО4 на погашение задолженности без наступления последствий по договору поручительства. Судами не учтено, что ФИО3 не была осведомлена об обстоятельствах, препятствовавших ФИО4 распорядиться спорным объектом недвижимости.

Доводы ФИО2 сводятся к пропуску финансовым управляющим срока исковой давности для подачи заявления об оспаривании сделки; кассатор полагает, что судами не дана оценка всем доводам и доказательствам, представленным сторонами.

В судебном заседании представители ответчиков поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах, финансовый управляющий и его представитель возражают против доводов кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, с 28.01.1997 по 06.03.2018 ФИО4 и ФИО3 состояли в браке.

ФИО3 30.10.2017 подарила нежилое помещение своему сыну ФИО2, право собственности за которым зарегистрировано территориальным подразделением Росреестра 07.11.2017.

Полагая, что спорная сделка направлена на вывод активов должника с целью уклонения от удовлетворения требований кредиторов, финансовый управляющий имуществом должником обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из доказанности наличия совокупности признаков недействительности оспариваемой сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) указано, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

На момент заключения договора дарения от 30.10.2017 должник являлся поручителем по обязательствам ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» перед ПАО Банк «ФК «Открытие» (семь обеспечительных сделок), требования, вытекающие из которых включены в реестр требований кредиторов ФИО4 по настоящему делу.

Определением суда от 04.02.2020 по делу № А70-3391/2018 ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМУ «Тюменьоблстрой», из содержания данного судебного акта следует, что ФИО4 являлся контролирующим ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» лицом, датой объективного банкротства этой организации признано 30.10.2017.

В рамках указанного обособленного спора установлено, что договор от 13.04.2016 № 1604-03-СМР(СУБ) с ФГУП «ГВСУ по специальным объектам» расторгнут заказчиком в одностороннем порядке в связи с просрочкой выполнения работ ООО «СМУ «Тюменьоблстрой». В связи с расторжением договора у ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» возникла обязанность по возврату неотработанного аванса в размере 52 371 969,36 руб., 10 192 470,76 руб. суммы задолженности по оплате генподрядных услуг, 994 453,26 руб. суммы ущерба по устранению дефектов, 21 983 482,17 руб. суммы неустойки за просрочку исполнения обязательств. Более того, супруга ФИО2 – ИП ФИО10 оказывала ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» услуги бухгалтерского учета и осуществляла юридическое обслуживание по заключенным с должником договорам от 01.07.2017 № 003/Б на ведение бухгалтерского учета, от 01.07.2017 № 003/Ю на юридическое обслуживание, что предполагает детальную осведомленность ФИО10 о текущей финансово-хозяйственной ситуации в ООО «СМУ «Тюменьоблстрой».

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.11.2015 № 89-КГ15-13, договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Отклоняя доводы о том, что 30.10.2017 в день дачи согласия на дарение спорного помещения сыну, ФИО3 передала должнику денежные средства в наличной форме в размере 3 740 000 руб. в счет стоимости его доли в общем имуществе, что подтверждается представленной распиской, суд апелляционной инстанции обоснованно принял во внимание отсутствие доказательств снятия денежных средств со счетов вклада, сумма 3 750 000 руб. на расчетные счета ФИО4 не внесена, какое-либо имущество должник не приобрел, все имущество ФИО11 реализовано в период с октября 2017 года за исключением единственного пригодного жилья.

Участники оспариваемых сделок являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами (супруга должника и сын должника), при этом, осведомленность о цели совершения сделки презюмируется.

С учетом установленных обстоятельств, суды обоснованно признали спорную сделку недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Относительно довода о пропуске срока исковой давности.

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 32 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 данного Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 данного Закона оснований.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Отклоняя данный довод суды первой и апелляционной инстанций обоснованно указали на необходимость исчисления указанного срока с момента получения информации о спорном объекте из выписки Единого государственного реестра недвижимости (далее - ЕГРН) от 10.02.2022, то есть спустя два месяца (включая нерабочие праздничные дни в январе 2022 года) с момента утверждения в деле о банкротстве (05.12.2021). Такой подход соответствует смыслу разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления № 63.

Суждения ФИО2 о том, что судами не исследованы все представленные по делу доказательства, не приведены мотивы по всем заявленным доводам, подлежит отклонению, так как отсутствие в мотивировочной части судебных актов выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства и доводов, заявленных сторонами в отзывах, письменных пояснениях, дополнениях, не свидетельствует о том, что они не оценивались судом.

Доводы кассаторов о том, что в выписке ЕГРН от 10.02.2022 не содержатся сведения об оспариваемой сделке, не свидетельствует о пропуске срока финансовым управляющим.

Суды отклоняя данный довод верно исходили из того, что управляющему для установления факта совершения сделки необходимо узнать о виде гражданских правоотношений, совершенных между должником и третьим лицом (купля-продажа, подряд, заем), в том числе: предмете совершенной сделки (имущество, деньги, права требования и т.д.), условиях сделки (возмездность, безвозмездность, цена, условия оплаты, сроки оплаты и т.д.); лице с кем совершена сделка (надлежащем ответчике). При этом, для начала течения срока исковой давности не достаточно узнать о факте совершения сделки (ее существенных условиях), в силу прямого указания пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве необходимо, чтобы арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Оценив в совокупности представленные доказательства, а именно выписку из ЕГРН от 10.02.2022, а также приняв во внимание пояснения финансового управляющего о том, что изначально информация о правах ФИО4, бывшей супруги ФИО3, ФИО2, ФИО10, а также об объектах недвижимости и переходах прав была запрошена посредством онлайн сервиса ФГИС ЕГРН, однако в электронном виде не сохранились суды пришли к верному выводу о том, что срок для обращения в суд не пропущен.

Согласно заявлению информация о спорном объекте получена финансовым управляющим из выписки ЕГРН от 10.02.2022, то есть спустя два месяца (включая нерабочие праздничные дни в январе 2022 года) с момента утверждения в деле о банкротстве.

Суды верно указали, что данный период отвечает требованиям статьи 20.3 Закона о банкротстве в части добросовестности и оперативности принимаемых мер по установлению имущества должника, а также фактов совершенных за его счет сделок. Иная объективная и более ранняя дата, в которую финансовый управляющий мог и должен был установить необходимую совокупность сведений для возможности обращения с заявлением об оспаривании сделки, ответчиками убедительными доводами не обоснована.

Таким образом, обращаясь с настоящим заявлением 07.02.2023, финансовый управляющий срок исковой давности не пропустил.

Также суды верно указали, что сама по себе осведомленность управляющего о наличии брачных отношений должника (действующих или прекратившихся) не свидетельствует о безусловной осведомленности о составе собственности супруги. Решение Тюменского районного суда Тюменской области от 02.02.2018 по делу № 2-343/2018 сведений о спорном имуществе также не содержит, в условиях сокрытия должником информации об отчуждении имущества его супругой получение финансовым управляющим сведений об отчуждении спорного помещения ранее получения информации об имущественных правах самого должника было невозможно.

Доводы кассационных жалоб данные выводы судов не опровергают, оснований для иной оценки или иных выводов в данной части у суда округа нет.

Судами оценен и верно отклонен довод кассаторов о недоказанности признаков неплатежеспособности и неосведомленности ФИО3 о цели причинения вреда кредиторам.

Как верно указали суды, определением от 04.02.2022 по делу № А70-3391/2018 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 к субсидиарной ответственности установлено, что в связи с расторжением договора у ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» возникла обязанность по возврату неотработанного аванса в размере 52 371 969,36 руб., 10 192 470,76 руб. суммы задолженности по оплате генподрядных услуг, 994 453,26 руб. суммы ущерба по устранению дефектов, 21 983 482,17 руб. суммы неустойки за просрочку исполнения обязательств. Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2018 (резолютивная часть объявлена 14.11.2018) требования ФГУП «ГВСУ по специальным объектам» были признаны обоснованными и включены в четвертую очередь реестра требований кредиторов ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» в размере 85 742 375,55 руб., в том числе: 52 371 969,36 руб. – сумма неотработанного аванса, 10 192 470,76 руб. – сумма задолженности по оплате оказанных генподрядных услуг, 994 453,26 руб. – сумма ущерба по устранению дефектов, допущенных должником при производстве работ, 200 000 руб. сумма расходов по уплате государственной пошлины по делу № А40-134604/17, 21 983 482,17 руб. – сумма неустойки по делу № А40-134604/17.

Таким образом, руководитель должника ФИО12, подписывая бухгалтерский баланс по состоянию на 30.09.2017, с отражением в нем превышения активов над пассивами всего на 2 млн. руб., должен был осознавать, что в результате расторжения ФГУП «ГВСУ по специальным объектам» договора № 1604-03-СМР(СУБ) от 13.04.2016 у произошло превышение совокупного размера обязательств должника над реальной стоимостью его активов, что повлекло обязанность ФИО12 с даты подписания бухгалтерского баланса обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» несостоятельным (банкротом).

Обстоятельства частичного прекращения исполнения должником обязательств перед контрагентами на дату 30.09.2017 установлены судом при рассмотрении обособленных споров о признании сделок недействительными по делу № А70-3391/2018, что, в частности, следует из постановлений Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2019, от 26.08.2019 по делу № А70-3391/2018.

В указанном определении суд также пришел к выводу о том, что и в дальнейшем произошло наращивание размера обязательств ООО «СМУ «Тюменьоблстрой».

При этом суд указал, что ФИО4 (в том числе) презумпции контролирующего должника лица не опроверг. ФИО4 являлся участником общества (50 % в уставном капитале общества), в связи с чем суд пришел к выводу о том, что ФИО4, ФИО12 и ФИО10 отвечают критериям контролирующего должника лица.

Таким образом ФИО4 знал о невозможности погашения подконтрольной организацией возникшей задолженности, и как следствие неизбежности его ответственности перед кредиторами, в том числе в качестве поручителя.

Из материалов настоящего обособленного спора следует, что в период с 28.01.1997 по 06.03.2018 ФИО4 и ФИО3 состояли в браке. То есть, на дату совершения сделки (07.11.2017) являлись заинтересованными лицами. Само по себе указание в решении суда общей юрисдикции от 2018 года о расторжении брака о том, что супруги с 2016 года проживают раздельно не опровергают выводы суда об их заинтересованности (в том числе сына ФИО2) на дату совершения сделки, учитывая, что брак был расторгнут спустя два года.

Как верно указали суды ответчик ФИО2 является сыном ФИО13 и супругом ФИО10, при этом, в определении суда от 04.02.2020 по делу № А70-3391/2018 установлено, что ФИО10 являлась участником ООО «СМУ «Тюменьоблстрой» (25 % в уставном капитале общества на дату 11.12.2017), кроме этого,  согласно определению Арбитражного суда Тюменской области от 03.07.2018, ИП ФИО10 оказывала должнику услуги бухгалтерского учета и осуществляла юридическое обслуживание по заключенным с должником договорам от 01.07.2017 № 003/Б на ведение бухгалтерского учета, от 01.07.2017 № 003/Ю на юридическое обслуживание, что предполагает детальную осведомленность ФИО10 о текущей финансово-хозяйственной ситуации в обществе.

С учетом изложенного, суды пришли к верному выводу о том, что все участники сделки были осведомлены о цели причинения вреда кредиторам.

Доводы кассационных жалоб данные выводы суда не опровергают.

Аргументы кассаторов о том, что обязательства были обеспечены залогом, что позволяло поручителю полагаться на погашение задолженности без наступления последствий по договору поручительства верно отклонены судами, поскольку поручитель отвечает солидарно с должником, независимо от наличия или отсутствия предмета залога. Наступление солидарной ответственности должника и поручителя не исключают возможности реализации предмета залога и погашения требований перед кредитором.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, были предметом рассмотрения в судебных инстанциях, получили надлежащую правовую оценку, не опровергают выводов судов и направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Согласно правовому подходу, изложенному в определении от 17.02.2015 № 274-О Конституционного Суда Российской Федерации, иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Изложенные заявителями кассационных жалоб доводы сводятся к несогласию с произведенной судами оценкой представленных в материалы дела доказательств и сделанными не ее основании выводами.

Вместе с тем переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допущена (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями части 7 статьи 71 АПК РФ. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

Несогласие заявителей с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела, а потому не может служить основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке (статьи 286, 287 АПК РФ).

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 20.03.2023 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2023 по делу № А70-16773/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       В.А. Зюков

 

Судьи                                                                                    Ю.И. Качур

 

ФИО1