АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-4327/2019

г. Тюмень

18 октября 2019 года

Решение в виде резолютивной части принято 11 октября 2019 года.

Решение изготовлено в полном объеме 18 октября 2019 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Халявина Е.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью УК «Тарманы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Перспектива-Т» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании убытков в размере 410 108 руб. 50 коп.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – акционерное общество «Строительно-монтажная фирма «Гидравлик» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

В судебном заседании приняли участие: 

от истца: ФИО2 по доверенности от 10.01.2019;

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 05.04.2019;

от третьего лица: не явился.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью УК «Тарманы» (далее – истец, управляющая компания) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Перспектива-Т» (далее – ответчик, застройщик) о взыскании 387 608 руб. 50 коп. убытков, 20 000 руб. компенсации на оплату экспертизы (с учетом принятого судом уточнения исковых требований).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Строительно-монтажная фирма «Гидравлик» (далее – третье лицо).

В отзыве на иск ответчик исковые требования не признал, указал, что истцом не учтены преюдициальные обстоятельства, установленные решением Ленинского районного суда города Тюмени от 07.11.2018 по делу № 2-7556/2018; экспертное заключение № 22-18 от 31.08.2018 не может являться допустимым доказательством; ответственность за качество установленной муфты несет подрядчик АО «СМФ «Гидравлик».

Третье лицо отзыв на иск не представило.

От истца поступило дополнение к исковому заявлению.

Суд приобщил к материалам дела дополнительные доказательства истца.

Представитель истца в судебном заседании 11.10.2019 исковые требования поддержал, представитель ответчика иск не признал.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ответчик является застройщиком жилого дома по адресу: по адресу: 

<

...>.

Как следует из материалов дела, между ответчиком (заказчик) и третьим лицом (подрядчик) заключен договор подряда № 17/12 от 17.12.2015 (далее – договор подряда, т. 1 л.д. 112-117), согласно пункту 1.1 которого заказчик поручает и оплачивает, а подрядчик принимает на себя обязательство выполнить на объекте Многоквартирный жилой дом с объектами соцкультбыта 1 этап строительства. Жилой дом ГП1», по адресу: Тюменская обл., г. Тюмень, 

<

...> (далее «Объект») следующие работы: монтаж внутренних систем водоснабжения, водоотведения, отопления; монтаж наружных сетей водоснабжения, водоотведения, отопления.

В обоснование договорных отношений с третьим лицом ответчик представил в материалы дела расчетные документы (т. 2 л.д. 58-140, т. 3 л.д. 1-35).

Судом установлено, что жилой дом, находящийся по адресу: 

<

...>, в спорный период находился в управлении истца, что подтверждается договором управления многоквартирным домом № 31 «А»-1 от 19.05.2017 (т. 1 л.д. 14-31).

Как следует из пояснений истца, в связи с систематическими порывами систем водоснабжения (стояков и прилегающих труб) в квартирах собственников многоквартирного жилого дома (далее – МКД) по ул. Игримская, д. 31а, что подтверждается актами (т. 1 л.д. 52-58), управляющей компанией были расклеены соответствующие уведомления о некачественных трубах и о том, что данный вопрос решается с застройщиком (письмо № 36 от 16.02.2018 (т. 1 л.д. 44).

Собственником квартиры № 36 в вышеуказанном МКД в целях безопасности было принято решение об установке четырех запирающих устройств (кранов) с фильтрами и установки их на вводе холодной и горячей воды в квартиру от стояка. Сантехником управляющей компании 04.06.2018 была произведена замена данных кранов, после монтажа проведены испытания кранов, течей не обнаружено.

В результате срыва резьбового соединения комбинированной муфты перехода полипропиленовой трубы на сталь в квартире № 36 МКД по адресу: 

<

...> (акт от 10.07.2018 – т. 1 л.д. 59), 08.07.2018 произошло затопление квартиры № 30, в результате которого был нанесен вред имуществу и внутренней отделке данной квартиры (акт от 10.07.2018 – т. 1 л.д. 60).

Собственники квартиры № 30 ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились в Ленинский районный суд г. Тюмени с требованиями о компенсации материального ущерба, компенсации за оплаченную экспертизу, судебных издержек и штрафа, в размере 50% от суммы иска.

Решением Ленинского районного суда г. Тюмени от 07.11.2018 по делу № 2-7556/2018 с управляющей компании в пользу ФИО4, ФИО5, действующих в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей взыскан ущерб по 121 869 руб. 50 коп., по 2 000 руб. морального вреда, по 9 000 руб. расходов по оплате услуг эксперта, по 60 934 руб. 75 коп. штрафа за нарушение прав потребителей. В остальной части иска отказано. Этим же решением с управляющей компании в соответствующий бюджет взыскана госпошлина в размере 5 937 руб. 39 коп. (т. 1 л.д. 35-37). 

Во исполнение решения Ленинского районного суда г. Тюмени от 07.11.2018 по делу № 2-7556/2018 управляющая компания погасила задолженность по указанному решению по платежным поручениям № 44 от 25.02.2019, № 45 от 25.02.2019 (т. 3 л.д. 57-58).

Для определения причин затопления квартиры управляющей компанией была проведена независимая экспертиза комбинированной муфты экспертным учреждением ОАО «Уральский институт металлов». Стоимость данной экспертизы составила 20 000 руб., что подтверждается счетом на оплату № УТ-986 от 20.08.2018 (т. 1 л.д. 41).

Согласно экспертному заключению № 22-18 от 31.08.2018 причиной разрушения резьбовой части муфты комбинированной марки PPRC 20 ½ НР и последующего затопления явилась неоднородность микроструктуры латуни, наличие многочисленных пор и корольков, носящих производственный характер (т. 1 л.д. 45-51, т. 3 л.д. 42-48).

 Как считает истец, затопление произошло в связи с изначальной установкой некачественного технического оборудования при строительстве и вводе в эксплуатацию МКД по адресу: 

<

...>.

Истец полагает, что в результате не добросовестных действий и некачественно выполненных работ застройщика МКД, управляющая компания понесла убытки в размере 410 108 руб. 50 коп.

На претензию истца с требованием о возмещении убытков от 05.03.2019 № 51 ответчик не ответил (т. 1 л.д. 33-34), что послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса российской Федерации (далее – ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Для применения ответственности, предусмотренной указанной нормой права, необходимо наличие состава правонарушения, включающего причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникшими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера вреда.

Вина причинителя вреда по статье 1064 ГК РФ презюмируется, по смыслу пункта 2 указанной нормы отсутствие вины в причинении вреда должно доказываться ответчиком.

В силу статьи 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В силу статьи 1082 ГК РФ требование о возмещении вреда в порядке регресса может быть удовлетворено в натуре или путем возмещения причиненных убытков.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности условий: факта наступления вреда, вины причинителя вреда, противоправности поведения причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 № 25-П, определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 № 18-КГ15-237).

В пункте 12 Постановления № 25, в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Кроме того, должником доказывается отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 30 декабря 2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон о долевом строительстве) застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства, качество которого соответствует условиям договора, требованиям технических регламентов, проектной документации и градостроительных регламентов, а также иным обязательным требованиям.

В соответствии с частью 5 статьи 7 Закона о долевом строительстве гарантийный срок для объекта долевого строительства, за исключением технологического и инженерного оборудования, входящего в состав такого объекта долевого строительства, устанавливается договором и не может составлять менее чем пять лет. Указанный гарантийный срок исчисляется со дня передачи объекта долевого строительства, за исключением технологического и инженерного оборудования, входящего в состав такого объекта долевого строительства, участнику долевого строительства, если иное не предусмотрено договором.

Частью 5.1 статьи 7 Закона о долевом строительстве установлено, что гарантийный срок на технологическое и инженерное оборудование, входящее в состав передаваемого участникам долевого строительства объекта долевого строительства, устанавливается договором и не может составлять менее чем три года. Указанный гарантийный срок исчисляется со дня подписания первого передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства.

В соответствии с частью 6 статьи 7 Закона о долевом строительстве участник долевого строительства вправе предъявить застройщику требования в связи с ненадлежащим качеством объекта долевого строительства при условии, если недостатки были выявлены в течение гарантийного срока.

Требования качества к зданиям и сооружениям любого назначения устанавливаются Федеральным законом от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» (далее - Федеральный закон № 384-ФЗ).

В соответствии со статьей 7 Федерального закона № 384-ФЗ строительные конструкции и основание здания или сооружения должны обладать такой прочностью и устойчивостью, чтобы в процессе строительства и эксплуатации не возникало угрозы причинения вреда жизни или здоровью людей, имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни и здоровью животных и растений в результате:

1) разрушения отдельных несущих строительных конструкций или их частей;

2) разрушения всего здания, сооружения или их части;

3) деформации недопустимой величины строительных конструкций, основания здания или сооружения и геологических массивов прилегающей территории;

4) повреждения части здания или сооружения, сетей инженерно-технического обеспечения или систем инженерно-технического обеспечения в результате деформации, перемещений либо потери устойчивости несущих строительных конструкций, в том числе отклонений от вертикальности.

Как следует из материалов дела, указанный МКД введен в эксплуатацию 31.03.2017 (разрешение на ввод в эксплуатацию № 72-304-319-2014), следовательно, находился на гарантийном обслуживании застройщика до 31.03.2022, а технические коммуникации сроком, минимум до 31.03.2020.

Таким образом, бремя доказывания установки качественных технических коммуникаций лежит на застройщике (ответчике).

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что затопление произошло в результате разрушения муфты комбинированной типа 20 марки PPRC ½ HP (далее – муфта).

Ссылаясь на надлежащее выполнение работ по обустройству ХВС и ГВС с использованием сертифицированных материалов, ответчик представил в материалы дела исполнительно-техническую документацию и сертификаты соответствия на смонтированное оборудование (т. 2 л.д. 37-57).

Вместе с тем срок действия сертификатов истек в 2017 году, а аварийная ситуация произошла в 2018 году. 

Сертификат сроком действия по 2019 года выдан в отношении противопожарной муфты, следовательно, не относится к спорному оборудованию.

При этом срок гарантийных обязательств застройщика на момент аварийной ситуации не истек. 

Кроме того, из экспертного заключения ОАО «Уральский институт металлов» Испытательный центр «Ставан-Тест» № 22-18 от 31.08.2018 следует, что причиной разрушения резьбовой части муфты и последующего затопления явилась неоднородность микроструктуры латуни, наличие многочисленных пор и корольков, носящих производственный характер. Как указано в экспертизе многочисленные дефекты значительно снизили конструктивную прочность детали, что привело к зарождению трещин во время изготовления и монтажа изделия. Во время эксплуатации трещины перешли в долом. 

Также в обоснование своей позиции об отсутствии на стороне застройщика вины ответчик ссылается на вывод Ленинского районного суда г. Тюмени по гражданскому делу № 2-7556/2018 (т. 1 л.д. 35-37) о вине управляющей компании и на экспертное заключение № 008-СЭ-2018 (т. 2 л.д. 4-18), положенное в основу данного решения.

Действительно в рамках дела № 2-7556/2018 суд пришел к выводу о наличии вины управляющей компании на основании экспертного заключения № 008-СЭ-2018, согласно которому в результате визуально-инструментального обследования и анализа регламентирующей документации эксперт пришел к следующим выводам: причиной разрушения является некачественный монтаж – чрезмерное затягивание крана отсекающего на муфту соединительную с использованием объемного герметизирующего материала; поврежденный элемент – муфта соединительная отвода от общедомового стояка системы холодного водоснабжения к внутриквартирной системе находится в зоне ответственности управляющей компании, т.к. относится к общедомовому имуществу.

В отсутствие иных доказательств Ленинский районный суд г. Тюмени пришел к выводу о наличии вины управляющей компании, в связи с чем удовлетворил требования собственников пострадавшей от затопления квартиры.

Однако в рамках настоящего дела управляющей компанией представлено экспертное заключение № 22-18, для подготовки которого муфта подвергнута спектральному анализу на эмиссионном приборе «SPECTORMAX» (Германия), получены результаты химического анализа. Данные исследования позволили эксперту прийти к ранее названным выводам о ненадлежащем качестве данной детали.      

Экспертное заключение № 22-18 не являлось предметом исследования суда в рамках дела № 2-7556/2018, застройщик не участвовал в указанном деле. 

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в настоящее дело доказательства, в том числе экспертные заключения, суд установил, что причиной затопления и причинения убытков является установленная застройщиком муфта ненадлежащего качества.

При этом суд учитывает основательность исследования в экспертном заключении № 22-18, выразившееся в спектральном анализе спорной муфты, тогда как экспертное заключение № 008-СЭ-2018 основано на визуально-инструментального обследовании и, следовательно, не может опровергнуть выводов о некачественной детали.  

Суд считает, что обращение собственников квартиры к управляющей организации за возмещением убытков и фактическое возмещение последним таких убытков, не является основанием для освобождения застройщика от гарантийных обязательств, предусмотренных законом.

Произведенная замена отсекающих кранов сотрудником управляющей компании (т. 2 л.д. 37) не доказывает отсутствие вины застройщика в установке некачественной муфты, поскольку сантехник не заменял спорную муфту. Кроме того, аварийная ситуация произошла спустя месяц после проведения данных работ (работы произведены 04.06.2018, а затопление произошло 08.07.2019).

Учитывая, что бремя доказывания установки качественных коммуникаций в силу гарантийных обязательств лежит на застройщике (ответчик), а материалы дела не содержат доказательств, позволяющих прийти к однозначному выводу о возникновении дефекта муфты из-за действий управляющей компании, суд пришел к выводу о возникновении убытков по вине ответчика. 

Факт того, что установка всего сантехнического оборудования, в том числе и указанной муфты, осуществлялась застройщиком до сдачи многоквартирного дома в эксплуатацию, ответчиком не оспаривается.

Наличие чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) ответчик не доказал, как не доказал и отсутствие своей вины в ненадлежащем исполнении обязательства.

Сомнения застройщика относительно идентичности изъятой муфты и подвергнутой экспертной оценке муфты в ходе судебной проверки не нашли своего подтверждения.

Демонтаж муфты происходил в присутствии представителя ответчика (инженер ФИО8), что подтверждается актом от 10.07.2018 (т. 3 л.д. 69-70). Описание муфты в данном акте соответствует описанию муфты в отношении, которой проведена экспертиза. Каких-либо несоответствий не выявлено.

Направление муфты на экспертизу спустя месяц после демонтажа само по себе не свидетельствует о подмене данной детали. Заявляя такой довод, истец не подкрепил его надлежащими доказательствами (статья 65 АПК РФ). 

Кроме того, в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ и пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

 Ответчик указывает, что ответственность за установку и качество муфты несет третье лицо (подрядчик).

Из пунктов 1, 3 статьи 706 ГК РФ следует, что, если из закона или договора подряда не вытекает обязанность подрядчика выполнить предусмотренную в договоре работу лично, подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчиков). В этом случае подрядчик выступает в роли генерального подрядчика. Генеральный подрядчик несет перед заказчиком ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств субподрядчиком в соответствии с правилами пункта 1 статьи 313 и статьи 403 ГК РФ.

Тот факт, что работы, по утверждению ответчика, выполнялись силами привлеченной подрядной организации, не является основанием для освобождения застройщика от ответственности, наступившей вследствие допущенных застройщиком нарушений при осуществлении строительства МКД.

При этом ответчик не лишен права обратиться к третьему лицу в порядке регресса.

Истец, с учетом заявленного ходатайства об уточнении размера исковых требований, просит взыскать с ответчика 387 608 руб. 50 коп. убытков, понесенных в связи с возмещением на основании судебного акта собственникам спорной квартиры стоимости ущерба, причиненного затоплением квартиры, 20 000 руб. компенсации на оплату экспертизы, 11 202 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Размер убытков истец определяет по сумме удовлетворенных требований решением Ленинского районного суда г. Тюмени от 07.11.2018 по делу № 2-7556/2018.

Вместе с тем суд считает такой подход ошибочным.

Из решения Ленинского районного суда г. Тюмени от 07.11.2018 по № 2-7556/2018 следует, что с управляющей компании взысканы штраф (121 869 руб. 50 коп.) и расходы по экспертизе (18 000 руб.), в связи с неисполнением ею в добровольном порядке законных требований собственников квартиры; исполнение управляющей компанией в добровольном порядке требований собственников имущества исключило бы несение названных расходов.

Несение истцом в гражданском деле всех расходов автоматически не влечет их возложение на ответчика.

В случае добровольного удовлетворения требований собственников истец избежал бы взыскания судебных расходов по экспертизе и ответственности в виде штрафа, так как у истца имелась возможность добровольно удовлетворить требования собственников в сроки, установленные пунктом 5 статьи 28 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), с последующим предъявлением расходов застройщику. 

При этом суд, исходит из того, что Законом о защите прав потребителей установлена обязанность изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации, уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) по принятию мер к урегулированию спора и возмещению убытков гражданину без доведения спора до судебного разбирательства.

Штраф в соответствии со статьей 13 Закона о защите прав потребителей (пункт 6) в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, взыскивается судом лишь в случае неудовлетворения в добровольном порядке требований потребителя.

Таким образом, отсутствует причинно-следственная связь между несением истцом указанных расходов и ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств. Истец не представил в материалы настоящего дела доказательств, которые свидетельствовали бы об отсутствии у него реальной возможности удовлетворить в добровольном порядке требования собственников квартиры.

Оснований для удовлетворения иска в указанной части не имеется.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что убытки, понесенные за оплату штрафа в размере 121 869 руб. 50 коп. и расходы на проведение экспертизы в размере 18 000 руб., не могут быть включены в состав убытков в рамках настоящего дела и не подлежат взысканию с ответчика ввиду отсутствия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и несением истцом расходов по рассмотренному делу в суде общей юрисдикции.

В части возмещения ущерба имуществу собственников квартиры в размере 243 739 руб., установленный вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции, суд считает доказанным. Истец произвел возмещение платежными поручениями от 25.02.2019 (т. 3 л.д. 57-58). Доказательств причинения ущерба в ином размере в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ).   

Поскольку факт допущенных застройщиком нарушений при осуществлении строительства дома, а также размер убытков материалами дела доказаны, суд приходит к выводу об удовлетворении требования о взыскании с ответчика убытков в виде понесенных истцом расходов при выплате собственникам квартиры денежных средств, взысканных с управляющей компании в их пользу по решению Ленинского районного суда г. Тюмени от 07.11.2018 по гражданскому делу № 2-7556/2018 в части возмещения ущерба имуществу в размере 243 739 руб. и возмещения морального вреда в размере 4 000 руб., установив причинную связь между допущенными застройщиком нарушениями при осуществлении строительства дома и понесенными управляющей компанией убытками.

Следует отметить, что компенсация морального вреда в пользу физического лица по решению суда общей юрисдикции или мирового судьи не исключает возможности предъявления лицом, выплатившим такую компенсацию, требования о взыскании на основании статей 15, 393 ГК РФ убытков в этой части как понесенных расходов к контрагенту, не исполнившему или ненадлежащим образом исполнившему обязательства. 

Такой подход соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.05.2011 № 16777/10.

При таких обстоятельствах, исковые требования управляющей компании о взыскании с застройщика убытков подлежат удовлетворению частично, в размере компенсированного собственникам квартиры материального ущерба в сумме 243 739 руб. и морального вреда в размере 4 000 руб.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию 247 739 руб. убытков.

Согласно статье 110 АПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, на подготовку отчета об оценке недвижимости при оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости юридическим лицом, на обжалование в вышестоящий налоговый орган актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 106, 129 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 106, 148 АПК РФ).

Расходы истца на подготовку экспертного заключения № 22-18 от 31.08.2018, составленного ОАО «Уральский институт металлов» Испытательный центр «Ставан-Тест», являются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек.

Вместе с тем, понесенные участвующими в деле лицами судебные расходы, к которым также относятся денежные суммы, выплаченные эксперту, распределяются в соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ.

Как установлено судом, ответчик понес судебные издержки на экспертизу в размере 20 000 руб. При этом, учитывая, что исковые требования удовлетворены частично (на 63,92 %), на ответчика относится 12 784 руб. судебных издержек. В остальной части расходы относятся на истца.

При обращении в суд истцом уплачена государственная пошлина в размере 11 202 руб.

Исковые требования удовлетворены в размере 247 739 руб., соответственно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 6 872 руб. (статья 110 АПК РФ). 

Излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 450 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.22, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью УК «Тарманы» удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Перспектива-Т» в пользу общества с ограниченной ответственностью УК «Тарманы» 247 739 руб. убытков, 12 784 руб. судебных издержек на экспертизу, 6 872 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, а всего 267 395 руб. 

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью УК «Тарманы» из федерального бюджета 450 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 15.03.2019 № 71.    

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы в Арбитражный суд Тюменской области.

 Судья

Халявин Е.С.