Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №

А40-108886/2019-146-950

29 июля 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено 29 июля 2019 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Председательствующего судьи

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ЯНДЕКС» (119021, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата регистрации: 18.09.2002, ИНН: 

<

***>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 107078, 

<

...>),

третье лицо: ООО «Ф.О.Н.» (127562, 

<

...>)

о признании незаконным Решение Московского УФАС от 26.10.2018  по делу № 3-27-228/77-18, о признании незаконным предписание Московского УФАС от 26.10.2018  № 623,

при участии: от заявителя –  ФИО3 (Паспорт, Доверенность № б/н от 04.03.2019),  ФИО4 (Паспорт, Доверенность № б/н  от 30.05.2019); от ответчика – ФИО5 (Удостоверение № 19116, Доверенность № 03-35 от 28.05.2019); от третьего лица -  неявка, извещен

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЯНДЕКС» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконным и отмене решения Московского УФАС России от 26.10.2018  по делу № 3-27-228/77-18 и предписания Московского УФАС России от 26.10.2018  № 623.

Представители заявителя в судебное заседание явились,  поддержали заявленные требования по доводам, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против заявленных требований по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, в материалах дела имеются документы, подтверждающие его надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства. Суд посчитал возможным рассмотреть дело без участия третьего лица в порядке, предусмотренном ст.156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, явившихся в процесс, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, суд установил, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из заявления, антимонопольным органом рассмотрено дело в отношении ООО «ЯНДЕКС» по факту распространения рекламы букмекерской конторы «Фонбет»  в видеоконтенте прямых трансляций матчей чемпионата мира по футболу FIFA 2018 года и в записях лучших моментов: на главной странице сайта Яндекс по адресу yandex.ru, на сервисах Яндекс.Поиск, Яндекс.Видео, Яндекс.Телепрограмма, Яндекс.Новости.

Указанное дело было рассмотрено в соответствии с требованиями гл. 5 Федерального закона от 13.03.2006 № 38-ФЗ "О рекламе" (далее - Закон о рекламе) и по правилам рассмотрения антимонопольным органом дел, возбужденным по признакам нарушения законодательства Российской Федерации о рекламе, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2006 № 508 (далее - Правила рассмотрения антимонопольным органом дел, возбужденным по признакам нарушения законодательства Российской Федерации о рекламе).

Согласно материалам дела, антимонопольный орган, рассмотрев материалы дела, пришел к выводу о том, что распространение рекламы букмекерской конторы "Фонбет", самостоятельно добавленной в аудиовизуальное произведение (в видеоконтент прямых трансляций матчей Чемпионата мира по футболу FIFA 2018 года и в записи лучших моментов, который транслировался акционерным обществом "Первый канал", ООО "Яндекс", осуществлялось с нарушением ч.ч. 2, 3 ст. 27 Закона о рекламе.

Из материалов дела усматривается, что антимонопольный орган пришел к такому выводу, поскольку спорная реклама размещалась на сайтах/сервисах Яндекс.Поиск, Яндекс.Видео, Яндекс.Телепрограмма, Яндекс.Новости, которые не попадают под ограничения, предусмотренные Законом о рекламе и дозволяющие распространять рекламу азартных игр в сети "Интернет", в связи с чем вынес оспариваемое решение от 26.10.2018  по делу № 3-27-228/77-18.

В целях устранения выявленных нарушений заявителю было выдано обязательное для исполнения предписание от 26.10.2018 № 623.

Посчитав указанные решение и предписание незаконными и нарушающими его права и законные интересы, Заявитель обратился в арбитражный суд.

В соответствии с ч.4 ст.198 АПК РФ заявление об оспаривании ненормативного правового акта может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

Суд установил, что срок для оспаривания ненормативного правового акта, установленный ч.4 ст.198 АПК заявителем не пропущен.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст.13 Гражданского кодекса РФ, п.6 Постановления Пленума ВС и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

Согласно ч.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Удовлетворяя заявленные требования, суд руководствуется следующим.

Как следует из материалов дела, в оспариваемом Решении Московское УФАС России ссылается на то, что рассматриваемая реклама была самостоятельно добавлена ООО «Яндекс» в видеоконтент прямых трансляций матчей Чемпионата мира по футболу FIFA 2018 года, а также на то, что рассматриваемая реклама не является составляющей частью аудиовизуальных произведений, которые были размещены АО «Первый канал» на собственных Интернет-ресурсах. При этом, антимонопольный орган в решении сослался на то, что под распространителем (продукции средства массовой информации) понимается лицо, осуществившее распространение продукции средства массовой информации по договору с редакцией, издателем или на иных законных основаниях.

Таким образом, из оспариваемого решения усматривается, что антимонопольный орган усмотрел в действиях заявителя нарушение Закона о рекламе в связи с тем, что, заявитель осуществлял на своих ресурсах показ аудиовизуальных произведений (прямых трансляций АО «Первый канал» матчей Чемпионата мира по футболу FIFA 2018), размещенных АО «Первый канал» на собственных Интернет-ресурсах, и добавил туда спорную рекламу, не имея при этом статуса распространителя продукции средства массовой информации. 

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что степень причастности Яндекса к распространению трансляции Турнира не имела значения для целей рассмотрения антимонопольного дела, а действия заявителя по исполнению договора с АО «Первый канал» (продвижению трансляций Турнира на сайтах Яндекса) не являются нарушением требований ч.2 и ч.3 ст.27 Закона о рекламе, ввиду следующего.

В указанных нормах Закона о рекламе содержатся ограничения по распространению в определенных местах (на определенных носителях) рекламы основанных на риске игр, пари, а также организаторов игр и средств индивидуализации организаторов азартных игр («Реклама азартных игр»). В случае, если сама по себе продукция средства массовой информации является допустимым местом распространения Рекламы азартных игр, то распространение такой продукции средства массовой информации, сопровождающееся показом Рекламы азартных игр, не нарушает требования ч.2 и ч.3 ст.27 Закона о рекламе. 

При этом, суд принимает во внимание то обстоятельство, что в оспариваемом Решении отсутствуют выводы о том, что трансляция Турнира является недопустимым местом для распространения Рекламы азартных игр. 

Кроме того, суд отмечает, что тот факт, что заявитель привлекал внимание пользователей к трансляции Турнира (путем создания специального раздела на сайте Яндекса с информацией о Турнире, путем размещения рекламы такой трансляции и т.п.), не означает, что заявитель являлся единственным лицом, которое осуществляет саму трансляцию.

При этом, согласно материалам дела, антимонопольный орган не оспаривает, что  Турнир является трансляцией в прямом эфире спортивных соревнований (матчей Чемпионата мира по футболу FIFA 2018) на Интернет-ресурсах Первого канала. 

Таким образом, суд отмечает, что независимо от степени участия Яндекса в продвижении трансляции Турнира, сама по себе трансляция не перестает быть местом, в котором допускается распространять Рекламу азартных игр.

Следовательно, в действиях Яндекса отсутствуют нарушения требований ч.2 и ч.3 ст.27 Закона о рекламе при распространении Спорной рекламы. 

В части доводов антимонопольного органа о том, что спорная реклама была самостоятельно добавлена заявителем в трансляции Турнира, суд отмечает следующее.

В соответствии с п.7 ст.3 Закона о рекламе рекламораспространителем является лицо, осуществившее распространение рекламы любым способом, в любой форме и с использованием любых средств. 

При этом, из материалов дела следует, что заявитель не оспаривает свой статус рекламораспространителя в отношении распространения спорной рекламы в трансляциях Турнира. 

Вместе с тем, в ч.2 ст.27 Закона о рекламе отсутствуют какие-либо указания на допустимые способы распространения Рекламы азартных игр, если при этом соблюдаются общие ограничения, установленные указанной статьей. 

Так, Реклама азартных игр может распространяться в теле- и радиопрограммах с 22 до 7 часов местного времени (п.1 ч.2 ст.27 Закона о рекламе), во время трансляции в прямом эфире или в записи спортивных соревнований (в том числе спортивных матчей, игр, боев, гонок) при условии, что общая продолжительность такой рекламы составляет не более двадцати процентов общего допустимого времени трансляции рекламы во время трансляции спортивных соревнований, установленного в соответствии с ч.3 и 9 ст.14, ч.2 и 8 ст.15 Закона о рекламе (ч.2.1 Закона о рекламе). 

Следовательно, если указанные выше ограничения соблюдаются, то технический способ показа такой рекламы не влияет на признание такой рекламы распространенной правомерно. 

Положения ч.2 ст.27 Закона о рекламе, равно как и аналогичные положения Закона о рекламе, регулирующие отдельные способы распространения рекламы, к которой применяются специальные требования (например, ст.24 и ст.26 Закона о рекламе) не содержат никаких ограничений по перечню лиц, которые могут выступать в качестве рекламораспространителя. 

Суд принимает во внимание, что в ч.2 ст.27 Закона о рекламе отсутствует указание на то, что рекламораспространителем в отношении Рекламы азартных игр в теле- и радиопрограммах может являться исключительно владелец соответствующего средства массовой информации или распространитель продукции средства массовой информации. 

В ч.2.1 ст.27 Закона о рекламе отсутствует указание на то, что единственным лицом, которое может распространять Рекламу азартных игр в трансляциях спортивных соревнований, является лицо, которое осуществляет такую трансляцию. 

В пп.б) ч.2.2 ст.27 Закона о рекламе отсутствует указание на то, что распространителем Рекламы азартных игр может являться только владелец сайта, зарегистрированного в качестве сетевого издания, специализирующегося на материалах и сообщениях физкультурно-спортивного характера.

Суд также учитывает, что специфика распространения рекламы в сети Интернет предполагает, что рекламораспространителем по смыслу Закона о рекламе чаще всего выступают не сами владельцы контента, в котором распространяется реклама, а третьи лица (рекламные сети, например, Яндекс или Google). 

Таким образом, тот факт, что заявитель не является организатором трансляции Турнира или распространителем продукции средства массовой информации, а также владельцем сайтов в сети Интернет, на которых осуществлялась трансляция, не имеет значения для квалификации действий по распространению спорной рекламы в такой трансляции в качестве нарушения ч.2.2 ст.27 Закона о рекламе. 

При этом, ч.2.1 ст.27 Закона о рекламе содержит ссылки на ч.3 и ч.9 ст.14 указанного закона.

Согласно ч.3 ст.14 Закона о рекламе, общая продолжительность распространяемой в телепрограмме рекламы (в том числе такой рекламы, как телемагазины), прерывания телепрограммы рекламой (в том числе спонсорской рекламой) и совмещения рекламы с телепрограммой способом "бегущей строки" или иным способом ее наложения на кадр телепрограммы не может превышать двадцать процентов времени вещания в течение часа и пятнадцать процентов времени вещания в течение суток, за исключением случаев, предусмотренных ч.3.4 и ч.3.5 указанной статьи.

Исходя из ч.9 ст.14 Закона о рекламе, трансляция в прямом эфире или в записи спортивного соревнования, в котором не предусмотрены перерывы или остановки, может прерываться рекламой таким образом, чтобы прерывание трансляции не привело к потере части существенной информации о спортивном соревновании. При этом общая продолжительность такой рекламы не может превышать двадцать процентов фактического времени трансляции спортивного соревнования.

Таким образом, суд отмечает, что Закон о рекламе прямо предусматривает, что трансляции телепрограммы могут прерываться рекламой. 

Из изложенного следует, что реклама, которой прерываются такие трансляции, может не являться неотъемлемой частью таких трансляций. 

Следовательно, допустимым является любая технология показа рекламы при прерывании трансляций телепрограмм при условии, что соблюдаются общие требования, установленные ч.3 и ч.9 ст.14 Закона о рекламе. 

При этом, суд также учитывает, в формулировке нормы, предусмотренной ч.2.1 ст.27 Закона о рекламе, используется оборот «во время трансляции». Это означает, что Законом о рекламе допускается распространение рекламы, технически не являющейся частью самой трансляции, если такое распространение происходит во время трансляции. Если бы законодателем имелось в виду другое регулирование, в тексте нормы использовался бы оборот «в трансляции». Иное толкование приводит к искажению смысла нормы ч.2.1 ст.27 Закона о рекламе.

Как следует из материалов дела, распространение спорной рекламы осуществлялось во время трансляции матча Турнира между командами Египта и Уругвая. Указанный довод ответчиком не оспаривается. 

Следовательно, с учетом изложенного, действия заявителя по распространению спорной рекламы не нарушали требования ч.2 и ч.3 ст.27 Закона о рекламе.

Федеральным законом от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» («Закон о связи») предусмотрены следующие определения (ст.2 Закона о связи):

- телеканал, радиоканал  сформированная в соответствии с сеткой вещания и выходящая в свет (эфир) под постоянным наименованием и с установленной периодичностью совокупность теле, радиопрограмм и (или) соответственно иных аудиовизуальных, звуковых сообщений и материалов;

- трансляция телеканалов и (или) радиоканалов  прием и доставка до пользовательского оборудования (оконечного оборудования) сигнала, посредством которого осуществляется распространение телеканалов и (или) радиоканалов, или прием и передача в эфир данного сигнала;

- пользовательское оборудование (оконечное оборудование)  технические средства для передачи и (или) приема сигналов электросвязи по линиям связи, подключенные к абонентским линиям и находящиеся в пользовании абонентов или предназначенные для таких целей;

- электросвязь  любые излучение, передача или прием знаков, сигналов, голосовой информации, письменного текста, изображений, звуков или сообщений любого рода по радиосистеме, проводной, оптической и другим электромагнитным системам.

Из указанных положений Закона о связи следует, что трансляция телеканалов может потребляться пользователями на любом устройстве (оконечном оборудовании), в том числе посредством сети Интернет.

Суд отмечает, что в ч.2.1 ст.27 Закона о рекламе предусмотрено самостоятельное правило, допускающее распространение Рекламы азартных игр при трансляции спортивных соревнований в прямом эфире или в записи, без каких-либо исключений по техническим способам (через традиционное телевидение, Интернет, радио и т.п.) распространения этих трансляций. Кроме того, п.1 ч.2 ст.27 Закона о рекламе также не предусматривает каких-либо ограничений по месту и времени распространения теле- и радиопрограмм (например, посредством сети Интернет). 

Таким образом, в Законе о рекламе и в Законе о связи отсутствуют специальные запреты на размещение Рекламы азартных игр в теле- и радиопрограммах, трансляция которых осуществляется в сети Интернет (п.1 ч.2 ст.27 Закона о рекламе), а также в трансляциях в прямом эфире или в записи спортивных соревнований, если такие трансляции осуществляются в сети Интернет.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что трансляции матчей Турнира, которые были осуществлены АО «Первый канал», и доступ к которым осуществлялся на интернет-ресурсах Яндекса, являются трансляциями спортивных соревнований в значении, используемом в части 2.1 статьи 27 Закона о рекламе. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что размещение заявителем спорной рекламы в трансляциях матчей Турнира не нарушало требования Закона о рекламе. 

Кроме того, суд отмечает следующее.

Размещение Рекламы осуществлялось на основании Договора возмездного оказания услуг № 141-К от 14.06.2018 («Договор»), который был заключен между заявителем и АО «Первый канал».

В соответствии с п.2.1 Договора заявитель по заданию Первого канала оказывает услуги по информационной поддержке, направленной на продвижение трансляции Турнира, осуществляемой Первым каналом на ресурсах Первого канала. Под ресурсами Первого канала в соответствии с п.1.1 Договора понимаются Интернет-ресурсы и эфирные ресурсы, владельцем которых является Первый канал. 

Согласно п.3.1 Договора Первый канал обязуется обеспечить для пользователей платформы Яндекса возможность получать доступ к Видеоконтенту, который доводится до всеобщего сведения на Интернет-ресурсах Первого канала, при помощи технических средств платформы Яндекса в формате прямой трансляции Видеоконтента или в формате производных произведений в составе Видеоконтента. 

При этом под Видеоконтентом согласно п.1.1 Договора понимаются аудиовизуальные произведения, которые представляют собой прямые трансляции Первым каналом матчей Турнира путем доведения до всеобщего сведения на Интернет-ресурсах Первого канала и/или размещения в эфире Первого канала.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что вывод антимонопольного органа, изложенный в решении, относительно того, что исходя из анализа указанных положений, следует, что на ресурсах ООО «Яндекс» осуществлялся показ аудиовизуальных произведений (прямые трансляции АО «Первый канал» матчей Чемпионата мира по футболу FIFA 2018, производные произведения, созданные на основании трансляций матчей Чемпионата мира по футболу FIFA 2018), которые были размещены АО «Первый канал» на собственных Интернет-ресурсах, противоречит положениям п.2.1 и п.3.1 Договора, поскольку из указанных пунктов усматривается, что  Яндекс не осуществляет трансляции или показ аудиовизуальных произведений (Видеоконтент в терминах Договора), а оказывает услуги по продвижению трансляций Турнира.

Доводы антимонопольного органа о нарушении заявителем условий договора, заключенного с АО «Первый канал», суд также отклоняет, ввиду следующего.

Согласно материалам дела, в Договоре четко указано, что Яндекс осуществляет исключительно информационную поддержку продвижения видеоконтента (Трансляций Турнира) Первого канала (п.2.1 Договора). 

При этом, суд также отмечает, что в Договоре неоднократно фиксируется факт того, что сами Трансляции размещаются и доводятся до сведения пользователей на сайтах (ресурсах) Первого канала (определение «Видеоконтент» в п.1.1 Договора, п.2.1, 3.1, 3.2, 3.5, 3.6, 3.7, 3.8, 3.10 Договора). 

Кроме того, Договор не содержит положений, которые бы регулировали передачу прав на видеоконтент (Трансляции Турнира) от Первого канала к Яндексу, либо предоставляли бы Яндексу право создавать какие-то производные произведения путем модификации, адаптации или иной переработки видеоконтента. 

В соответствии с п.2.2. Договора, Первый канал предоставляет Яндексу право отображать Рекламные материалы при трансляции Видеоконтента, за что Яндекс обязуется уплатить Первому каналу часть от дохода в порядке и на условиях, предусмотренных Договором.

При этом, согласно материалам дела, заявитель добавлял спорную рекламу к Трансляциям Турнира во время перерывов таких Трансляций на основании Договора с Первым каналом. 

Согласно пункту 9 части 2 статьи 1260 ГК РФ под переработкой произведения понимается создание производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки и тому подобного). То есть, для переработки необходимо существенное изменение внешнего способа подачи или отображения всего изначального произведения. 

При этом, суд отмечает, что антимонопольным органом не оспаривается тот факт, что единственное участие Яндекса заключается в добавлении к Трансляциям Турнира Спорной рекламы. Следовательно, действия Яндекса, которые сводились исключительно к показу Спорной рекламы в перерывах Трансляций Турнира, не могут считаться переработкой изначального произведения (Трансляций Турнира), а доводы Управления подлежат отклонению как несостоятельные.

При этом, суд отмечает, что доводы ответчика относительно создания Яндексом производного произведения, размещения Трансляций Турнира на собственных ресурсах не подтверждены материалами дела. 

Суд также отмечает, что принятие антимонопольным органом оспариваемого решения является основанием для применения к заявителю мер административной ответственности в соответствии с ч.4 Закона о рекламе. 

При этом ст.14.3 КоАП РФ, которой устанавливается административная ответственность за нарушение законодательства о рекламе, предполагает наложение штрафа на юридические лица в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что возможность применения антимонопольным органом мер ответственности, предусмотренных ст.14.3 КоАП РФ, нарушает права и законные интересы заявителя.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что права и охраняемые законом интересы Заявителя в сфере предпринимательской и экономической деятельности нарушены обжалуемыми ненормативными правовыми актами, поскольку указанные акты не соответствуют закону.

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В соответствии со ст. 13 ГК РФ, п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №6, Пленума ВАС РФ №8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ, заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что оспариваемые решение и предписание  приняты с нарушением действующего законодательства и нарушают права заявителей в сфере предпринимательской деятельности.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные статьей 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что решение Московского УФАС России от 26.10.2018  по делу № 3-27-228/77-18 и предписание Московского УФАС России от 26.10.2018 № 623 подлежат признанию недействительными.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать недействительными решение Московского УФАС России от 26.10.2018  по делу № 3-27-228/77-18 и предписание от 26.10.2018  № 623.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ЯНДЕКС» госпошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Проверено на соответствие гражданскому законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд. 

Судья:В.А. Яцева