Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А59-9/2017

г. Владивосток

11 апреля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 апреля 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой,

судей К.П. Засорина, Л.А. Мокроусовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, 

апелляционное производство № 05АП-233/2018 

на определение от 01.12.2017 судьи Ю.А. Дремовой

об отказе в установлении требований

по делу № А59-9/2017 Арбитражного суда Сахалинской области 

по заявлению ФИО3

о признании общества с ограниченной ответственностью «Технопарк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО3 - представитель ФИО4 (доверенность от 07.03.2018 сроком на 5 лет, паспорт);

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле о банкротстве;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 14.07.2017 заявленные требования ФИО3 признаны обоснованными, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Технопарк» (далее - ООО «Технопарк») введена процедура наблюдения сроком на 5 месяцев - до 10.12.2017, временным управляющим утвержден ФИО5. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 132 от 22.07.2016.

В настоящее время решением от 04.12.2017 в отношении должника открыта процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

В период действия в отношении должника процедуры наблюдения ФИО2 обратился с заявлением о включении в реестр кредиторов ООО «Технопарк» требований в размере 1 765 072 рублей.

Определением от 01.12.2017 в удовлетворении заявленных требований отказано, с чем ФИО2 не согласился, обжаловав судебный акт в апелляционном порядке.

Настаивая на обоснованности своих требований к должнику, заявитель жалобы указывает, что внесение им как поручителем платежей по кредитному договору за ООО «Технопарк» было обусловлено осведомленностью ФИО2 о неспособности общества исполнить кредитные обязательства перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк», Банк) и стремлением избежать штрафных санкций за просрочку исполнения. При этом апеллянт утверждает о наличии у него финансовой возможности для погашения кредита за счет личных средств и возражает против выводов суда первой инстанции об исполнении обязательств ООО «Технопарк» за счет средств самого общества.

В представленном письменном отзыве и дополнениях к нему ФИО3 (заявитель по делу о банкротстве) выразила несогласие с позицией апеллянта и полагала определение суда первой инстанции законным и обоснованным. В числе прочего, ФИО3 считала недоказанной финансовую возможность ФИО2 исполнить обязательства должника перед Банком, а также ставила под сомнение действительность факта внесения денежных средств заявителем именно в рамках договора поручительства.

Конкурсный управляющий должником также возражал против удовлетворения апелляционной жалобы заявителя требований, обратив внимание суда на совершение ФИО2 ряда недобросовестных действий, позволивших ему использовать денежные средства общества как собственные.

Принявшие участие в состоявшихся 06.03.2018 и 04.04.2018 судебных заседаниях кредиторы ФИО3 и ФИО4 настаивали на отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы. Неявка в заседания суда иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, не препятствовала коллегии рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав материалы дела, суд установил, что в обеспечение исполнения обязательств по возврату денежных средств в размере 1 750 000 рублей и уплате процентов, принятых ООО «Технопарк» в рамках заключенного с ПАО «Сбербанк России» кредитного договора № 

<

***> от 29.04.2013, между Банком и ФИО2 был заключен договор поручительства № 

<

***>/1 от 29.04.2013 (далее – договор поручительства). 

Согласно пункту 1.1. Приложения № 1 к договору поручительства Поручитель и Заемщик отвечают перед Кредитором солидарно. 

К Поручителю, исполнившему обязательство за Заемщика по кредитному договору, переходят права Банка по этому обязательству в том объеме, в котором Поручитель удовлетворил требования Банка. Датой оплаты Поручителем задолженности по Договору считается дата зачисления на корреспондентский счет Банка денежных средств, перечисленных Поручителем в счет погашения задолженности Заемщика по кредитному договору, или списания средств в счет погашения задолженности Заемщика со счета поручителя (пункты 1.4, 1.5 Приложения № 1 к договору поручительства). 

Как указал заявитель требований, с учетом произведенной им в период с 29.04.2014 по 25.10.2016 по чекам-ордерам и приходным кассовым ордерам частичной оплаты кредитных обязательств заемщика на сумму 1 765 072 рублей, к ФИО2 перешли права Банка по получению исполнения от должника в данной части, в связи с чем кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением об установлении требований.

По результатам рассмотрения заявления ФИО2 суд первой инстанции отказал в установлении требований заявителя, поскольку признал недоказанным факт нарушения ООО «Технопарк» кредитных обязательств и возникновения у ФИО2 солидарной обязанности их исполнения, а также сделал вывод о том, что погашение задолженности по кредитному договору производилось за счет денежных средств самого должника, а не личных средств кредитора.

Проверив в предусмотренном статьями 266, 268, 272 АПК РФ порядке правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и в отзывах на неё, судебная коллегия считает, что определение суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд в течение пятнадцати календарных дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия (пункт 2 статьи 71 Закона о банкротстве).

Как установлено пунктом 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление Пленума № 35) в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В силу названных норм права в круг доказывания по спорам об установлении размера требований кредиторов в обязательном порядке входят обстоятельства возникновения долга. При этом подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют не исполненные должником обязательства; её размер.

Заявляя настоящие требования к должнику, ФИО2 указал на исполнение им как поручителем в период с 29.04.2014 по 25.10.2016 кредитных обязательств ООО «Технопарк» в размере 1 765 072 рублей в связи с отсутствием у общества денежных средств.

В силу статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

При неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (статья 363 ГК РФ).

Оспаривая требования ФИО2, конкурсный управляющий должником указал, что по смыслу вышеприведенной статьи 363 ГК РФ, обязательства поручителя возникают у последнего вследствие просрочки исполнения основным должником, тогда как в настоящем случае доказательств, свидетельствующих о соответствующем поведении ООО «Технопарк», не представлено. В этой связи ФИО5 поставил под сомнение необходимость и фактическое исполнение заявителем требований солидарной обязанности по уплате долга. 

Между тем, согласно пункту 1 статьи 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

По смыслу данной нормы поручителю предоставляется право исполнить обеспеченное им обязательство за должника. Действуя таким образом, поручитель на законных основаниях препятствует наступлению условий, которые повлекли бы его обязательства перед кредитором.

Исходя из изложенного, следует признать, что само по себе исполнение поручителем обязательств заемщика в отсутствие просрочки оплаты со стороны последнего не противоречит закону. 

При этом, исходя из того, что право требования к должнику возникает у поручителя с момента исполнения обязанности должника перед кредитором, срок исковой давности по такому требованию в соответствии со статьей 200 ГК РФ подлежит исчислению с даты совершения соответствующих платежей. 

В этой связи судом первой инстанции правомерно установлено и апеллянтом не оспорено, что по совершенным 29.04.2014 и 29.05.2014 платежам (по чекам – ордерам № 1 и № 2 на сумму 64 605 рублей и 65 000 рублей соответственно) ФИО2 при обращении в суд 22.06.2017 пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в установлении требований.

Требования кредитора, основанные на иных представленных платежных документах, также признаны судом необоснованными.

Так, в части чеков – ордеров и приходных кассовых ордеров в качестве назначения платежа указано «погашение задолженности ООО «Технопарк» по кредитному договору № 

<

***> от 29.04.2013», «задолженность ООО «Технопарк» (приходный кассовый ордер № 60 от 30.06.2014, чек-ордер № 1 от 29.07.2014, чек-ордер № 1 от 23.09.2014, чек-ордер № 33 от 28.10.2014, чек-ордер № 18 от 28.11.2014, чек-ордер № 30 от 26.12.2014, чек-ордер № 5001 от 10.02.2015, чек-ордер № 132 от 18.03.2015), однако не содержится сведений о внесении ФИО2 денежных средств в рамках исполнения его обязательств по договору поручительства. 

Другие платежные документы (чек-ордер № 2 от 29.08.2014, приходные кассовые ордера за период с 01.06.2015 по 25.10.2016) не имеют информации о назначении платежа и по смыслу статьи 67 АПК РФ не могут быть признаны относимыми доказательствами внесения ФИО2 денежных средств по договору поручительства. Аналогичные выводы сделаны апелляционным судом и в отношении чека-ордера № 21-9 от 10.02.2015 с назначением платежа «дополнительный взнос. Универсальный Сбербанка России на 5 лет».

Кроме того, материалами дела не подтверждается финансовая состоятельность апеллянта в период осуществления платежей, поскольку сведения представленных справок формы 2-НДФЛ (т.2 л.д. 96-98) не свидетельствуют о наличии у ФИО2 соразмерных заявленным требованиям (1 765 072 рубля) доходов (сведения о доходах за 2014 год отсутствуют, годовой доход за 2015 год составил 183 710 рублей, за 2016 год - 186 176 рублей).

Вопреки доводам апеллянта, представленные выписка по вкладу ФИО2 в ПАО «Сбербанк России» за период с 29.05.2014 по 30.10.2016 (т.2 л.д. 1-29), выписка по банковской карте за период с 29.11.2014 по 30.10.2016 (т. 3 л.д. 127-149), отражая движение денежных средств, не позволяют достоверно установить доход заявителя требований и утверждать о направлении снятых со счета денежных средств на погашение кредитных обязательств ООО «Технопарк» в рамках предоставления обеспечения по договору поручительства. При этом необходимо 

В то же время, коллегия отмечает, что согласно выписке по счету ООО «Технопарк» в КБ «Долинск» (АО) за период с 29.04.2013 по 25.10.2016 (т.1, л.д. 75-102), после внесения в ЕГРЮЛ записи о возложении на ФИО2 с 18.06.2013 полномочий директора общества и по 20.01.2014 с расчетного счета общества по основаниям «в подотчет» и «на хозрасходы» были сняты денежные средства в общем размере 2 498 000 рублей, в том числе ФИО2 – 140 000 рублей. Согласно выписке по счету ООО «Технопарк» в ПАО «Сбербанк России» за период с 29.04.2013 по 31.12.2013 (т.1 л.д. 107-114) в подотчет ФИО2 выдано 136 000 рублей.

Кроме того, обращает на себя внимание тот факт, что согласно представленному в материалы дела расходному кассовому ордеру от 29.04.2014 № 6 ФИО2 в подотчет выдано 64 605 рублей (т. 3 л.д. 13), и в тот же день на основании банковского ордера № 1-1 денежная сумма в указанном размере внесена апеллянтом в Банк (т. 1 л.д. 18, т.1 л.д. 108).

Также следует отметить неотражение кредиторской задолженности ООО «Технопарк» перед ФИО2 в предоставленных в рамках банкротного дела расшифровках дебиторской и кредиторской задолженности должника (приложение к дополнению к отзыву ФИО3 на апелляционную жалобу).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, апелляционный суд критически относится к указанию заявителя жалобы на исполнение им обязательств кредитных должника за счет личных средств и, с учетом заинтересованности ФИО2 по отношению к должнику (статья 19 Закона о банкротстве) ввиду наличия полномочий генерального директора общества (запись ЕГРЮЛ от 18.06.2013) и статуса единственного учредителя (запись ЕГРЮЛ от 04.03.2014), полагает обоснованным указание суда первой инстанции на внесение ФИО2 денежных средств для погашения кредитных обязательств ООО «Технопарк» за счет самого общества.

Опровергая данный вывод, апеллянт со ссылкой на наличие картотеки неисполненных платежей к расчетному счету должника в КБ «Долинск» (АО) и прекращение ведения кассовых книг с 2015 года обратил внимание суда на отсутствие у общества в спорный период доходов от хозяйственной деятельности и невозможность гашения кредитной задолженности средствами организации.

Между тем, учитывая вышеприведенное обстоятельство передачи денежных средств должника в подотчет сотрудникам и самому ФИО2 в отсутствие оправдательных документов, а также принимая во внимание неподтвержденность дохода ФИО2, достаточного для исполнения кредитных обязательств за ООО Технопарк» в размере 1 765 072 рублей и отсутствие в документах, оформляющих гашение кредита, указания на договор поручительства, коллегия полагает данный довод заявителя несостоятельным и не свидетельствующим об обоснованности требований кредитора. Само по себе отсутствие денежных средств на счетах общества не препятствует аккумулированию средств в кассе организации или их нахождению в подотчете сотрудников, при этом такие средства не перестают быть средствами организации.

При рассмотрении настоящего обособленного спора значимыми представляются также следующие отмеченные ФИО3 обстоятельства.

Как следует из представленного в материалы дела Заключения эксперта № 002/15, по состоянию на 31.03.2013 стоимость чистых активов должника составляла 20 759 058 рублей 49 копеек (т. 2 л.д. 132-168).

Эффективно осуществляя хозяйственную деятельность (перевозку грузов неспециализированными автотранспортными средствами), ООО «Технопарк» в лице генерального директора ФИО2 произвело отчуждение единиц спецтехники, в том числе по договору купли-продажи     № 10/01 от 09.01.2014, заключенному с ФИО6 (на сумму 980 238 рублей 05 копеек – т.3 л.д. 19-22)), а также по договору           № 14/14 от 14.01.2014, заключенному с ООО «ТехноСтрой» (на сумму 2 340 000 рублей – т.3 л.д. 23-26). 

Согласно представленной в материалы дела выписке по счету должника в ПАО «Сбербанк России» за период с 29.04.2013 по 31.12.2013 расчет по сделке с ФИО6 на сумму 980 238 рублей 05 копеек состоялся 31.03.2014 (позиция 23 выписки), согласно выписке по счету должника в КБ «Долинск» (АО) за период с 29.04.2013 по 25.10.2016 расчет по сделке с ООО «Технострой» на сумму 590 000 рублей произведен 06.02.2014 (т. 1 л.д. 101). 

Между тем, несмотря на то, что поступивших средств было достаточно для погашения кредитных обязательств ООО «Технопарк» перед Банком, данные средства были направлены директором общества на иные цели.

В частности, 06.02.2014 поступившие от ООО «Технострой» денежные средства (590 000 рублей) были переведены обществу с ограниченной ответственностью «Альфа Сервис» с основанием платежа «Оплата по договору займа № 01/2014 от 05.02.2014» (т.2 л.д. 101). При этом согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Альфа Сервис» (т. 2 л.д. 100-108) генеральным директором и единственным участником указанного общества является ФИО7 (согласно пояснениям конкурсного управляющего и ФИО3 - супруга ФИО2)

Частичный возврат займа от ООО «Альфа Сервис» в размере 100 000 рублей осуществлен 02.04.2014, данная сумма в полном объеме направлена на погашение штрафов ФИО2 (т.2 л.д. 102).

Денежные средства, внесенные ФИО6 в кассу общества (980 238 рублей 05 копеек) и зачисленные директором должника на расчетный счет, были переведены 31.03.2014 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авто-Лидер» по основанию «Оплата по договору. Счет № 0001451 от 16.12.2014 за автозапчасти» (т.2 л.д. 116). При этом суд отмечает, что согласно данным ЕГРЮЛ (т. 2 л.д. 118-123) ООО «Авто-Лидер» зарегистрировано незадолго до сделки с ООО «Технопарк» (12.03.2014), а счет, указанный в основании платежа, датирован более поздней датой, чем дата платежа (31.03.2014). При этом, с учетом предшествующего отчуждения спецтехники, коллегия ставит под сомнение потребность ООО «Технопарк» в значительном объеме запчастей.

В связи с изложенным, оценив предоставленные в материалы обособленного спора доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции поддерживает позицию суда первой инстанции о необоснованности заявленных требований ФИО2

При этом коллегия не усматривает оснований согласиться с доводом ФИО3 и конкурсного управляющего о корпоративном характере предъявленных ФИО2 требований, поскольку они мотивированы исполнением обеспечительных обязательствах по кредитному договору должника. С учетом статуса кредитных организаций, определенного нормами Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», подписание договоров поручительства в обеспечение исполнения заемщиком принятых на себя кредитных обязательств является одной из часто применяемых банковской системой мер в обеспечение исполнения обязательств, направленной на реализацию нормальных экономических интересов должника, в частности, на получение кредита для развития общего с должником бизнеса. Следовательно, доводы ФИО3 и конкурсного управляющего относительно наличия оснований для применения при рассмотрении данного обособленного спора правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), являются ошибочными.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения и не опровергают выводы суда первой инстанции, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено

Вопрос о распределении судебных расходов не рассматривался коллегией, поскольку в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по данной категории дел не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный 

апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Сахалинской области от 01.12.2017 по делу № А59-9/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Председательствующий

Е.Н. Шалаганова

Судьи

К.П. Засорин

Л.А. Мокроусова