АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-21667/2016

г. Владивосток

21 февраля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 14 февраля 2019 года. 

Полный текст решения изготовлен 21 февраля 2019 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи В.В. Краснова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО2   

к обществу с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации: 28.11.2002); ФИО3; ФИО4 

третье лицо: ИФНС России по Ленинскому району г. Владивостока

о признании недействительной сделки об отчуждении доли и применении последствий её недействительности,

при участии в заседании:

от истца – лично ФИО2, паспорт, ФИО5, у/а, устное подтверждение полномочий; 

от ответчиков: от ООО «Алс-Эм» - ФИО6, паспорт, доверенность от 21.10.2016 сроком на 3 года;

от ФИО3 – лично ФИО3, паспорт, ФИО7, у/а, доверенность от 03.08.2016 сроком на 3 года (07.02.2019, 13.02.2019);

от ФИО4 – лично ФИО4, паспорт, ФИО8, паспорт, доверенность от 06.07.2018;

от третьего лица – не явились, извещены;

установил:

ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Приморского края с иском к ответчикам - обществу с ограниченной ответственностью «АЛС-ЭМ», ФИО3, ФИО4 (далее – Общество, ФИО3, ФИО4) о признании недействительной (ничтожной) сделки по отчуждению доли в уставном капитале Общества в размере 94,6%, совершенную путем принятия в состав участников Общества ФИО4, увеличения уставного капитала Общества за счет дополнительно внесенных вкладов и перераспределения долей участников в уставном капитале Общества, оформленную решением № 1/16 единственного участника Общества ФИО3 от 12.07.2016 и протоколом № 1/16 внеочередного общего собрания участников Общества от 04.08.2016; применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде восстановления права ФИО3 на долю в уставном капитале Общества в размере 100% с уставным капиталом 6 406 руб. и прекращения права ФИО4 на долю в уставном капитале Общества в размере 94,6% (с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ)

Решением Арбитражного суда Приморского края от 14.02.2017 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2017 решение отменено, производство по делу прекращено со ссылкой на неподведомственность спора арбитражному суду.

 Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 11.07.2017 вывод о неподведомственности спора арбитражному суду признан ошибочным, судебный акт апелляционного суда отменен, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд второй инстанции для разрешения спора по существу заявленных требований.

 Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2017 решение суда первой инстанции от 14.02.2017 оставлено без изменения.

Постановлением Федерального Арбитражного Суда Дальневосточного округа от 07.08.2018 №Ф03-451/2018 решение от 14.02.2017, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2017 по делу №А51-21667/2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию арбитражного суда Приморского края.

В судебном заседании 07.02.2019 в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 13.02.2019 и 14.02.2019.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явилось, представителей не направило. Суд, руководствуясь статьей 156 АПК РФ, провел судебное заседание в его отсутствие.  

ФИО2 исковые требования поддержал, считает, что оспариваемая сделка по распоряжению совместным имуществом является недействительной, так как совершена с нарушением статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) - в отсутствие согласия супруга, и в силу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) является притворной (прикрывает отчуждение доли). Отмечает, что сделка, совершенная путем включения в состав участников Общества пасынка истца – ФИО4 с внесением им неэквивалентного вклада в уставный капитал и увеличения за счет этого уставного капитала, имела целью такое перераспределение долей, в результате которого действительная доля ФИО3 (а следовательно и истца) в уставном капитале Общества уменьшилась со 100% до 5,4 %. Ссылаясь на пункт 2 статьи 163 ГК РФ, пункт 3 статьи 35 СК РФ, статьи 17, 19, 21 Закона об ООО, указывает на необходимость нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, в том числе путем увеличения уставного капитала за счет вкладов третьих лиц. В подтверждение позиции о нарушении своих прав (это нарушение состоит в уменьшении действительной доли в совместно нажитом имуществе) истец ссылается на постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 №9913/2013. Настаивает на осведомленности как бывшей супруги ФИО3, так и её сына ФИО4 об отсутствии согласия истца на совершение сделок с долями в семейном Обществе, указывает на намеренные, осуществленные во время бракоразводного процесса действия ответчиков по выведению долей во избежание их раздела как совместно нажитого имущества. В обоснование приводит ряд обстоятельств: стороны спора длительное время проживали одной семьей; ФИО4 несколько лет работает в семейном предприятии (Обществе) и был информирован о разводе Ш-вых; 21.06.2017 ФИО4 учредил новое предприятие с такими же, как в Обществе, видами деятельности (по мнению заявителя, для вывода активов); адресованное супруге письмо, направленное ей по электронной почте 07.07.2016 (с предостережением относительно недопустимости распоряжения общим имуществом), было доступно ФИО4, так как с этого адреса ведется рабочая переписка Общества. Считает, что объективные причины для принятия 12.07.2016 ФИО4 в состав участников Общества отсутствовали, также отсутствовала экономическая необходимость привлечения дополнительных средств и увеличения уставного капитала Общества на 04.08.2016 (учитывая показатели баланса, стабильность работы и незначительность увеличения), при этом не опровергнута возможность увеличения уставного капитала за счет собственных ресурсов Общества. Отмечает, что при наличии согласия на включение пасынка в состав участников Общества он (истец) мог оформить соответствующее нотариальное согласие, как это было сделано в отношении совместно нажитой квартиры, подаренной пасынку к 17.08.2016. Информирует о завершении в настоящее время дела по разделу имущества Ш-вых, в рамках которого принято решение, согласно которому доля в размере 5,4% разделена поровну между супругами.

Общество просит в удовлетворении исковых требований отказать. Ссылку на необходимость нотариально заверенного согласия супруга при увеличении другим супругом уставного капитала общества, в котором он является единственным участником, находит ошибочной, так как в этом случае удостоверяется не сделка, а подпись на решении учредителя увеличить уставный капитал. В рассматриваемом случае решения и нотариальные свидетельства представлены. Полагает, что убежденность истца об осведомленности ФИО4 о несогласии истца с оспоренными действиями основывается лишь на предположениях, ничем не подтвержденных. При этом ФИО4 давно проживает отдельно по иному адресу, нестабильность отношений супругов не должна влечь его осведомленности о несогласии на сделку, учитывая неоднократность расторжения и заключения брака между ними. Представленный в деле скриншот письма в адрес ФИО3 не считает допустимым доказательством обсуждаемой осведомленности. Не соглашается с доводом об отсутствии экономической обоснованности в увеличении уставного капитала Общества, учитывая, что возможность заключать международные контракты и участвовать в тендерах и аукционах поставлена в зависимость от размера уставного капитала. Считает, что права ФИО2 как участника Общества прекратились по его собственному усмотрению в связи с распоряжением им своей долей в размере 84% - прекращение прав участника состоялось 29.03.2007 путем заключения и исполнения договора купли-продажи доли в уставном капитале. 

ФИО3 поддерживает позицию общества в полном объеме, заявляет ходатайство о фальсификации копии электронного письма в ее адрес от 07.07.2016 (с предостережением относительно недопустимости распоряжения общим имуществом), в удовлетворении которого судом отказано, поскольку согласно ответу ООО «Мэйл.Ру» на запрос суда о предоставлении надлежащим образом заверенной копии электронного письма (ps://e.mail.ru/message/ 14678511190000000743/?folder=500000), отправленного в 11 часов 25 минут (время г. Владивостока) 07.07.2016 с электронной почты истца ФИО2 (shinkarevvm@mail.ru) в адрес ответчика ФИО3 (yanashinkareva@gmail.com) указано, что в электронном почтовом ящике shinkarevvm@mail.ru запрашиваемое письмо, отправленное в адрес yanashinkareva@gmail.com в конкретное время и дату, отсутствует, что не может свидетельствовать о достоверности и однозначности подтверждения факта отправки и получения данного письма ФИО3, равно как и не свидетельствует о факте не отправки и не получения данного письма ФИО3

ФИО4 также просит в удовлетворении иска отказать. Считает, что ФИО3, став единственным участником Общества после отчуждения ей 29.03.2007 ФИО2 своей доли, могла самостоятельно и в полном объеме распоряжаться полученной долей, принимать иные корпоративные решения, факт нахождения в браке не влияет на свободу таких действий. Поскольку права в отношении Общества у ФИО2 отсутствуют, то оспариваемые сделки не могут его права нарушить. Утверждает, что не знал и не мог знать о возможном несогласии ФИО2 на увеличение уставного капитала. В этой связи ссылается на то, что ФИО2 более 10 лет не участвует в управлении Обществом, вышел на пенсию и прекратил свою деятельность в компании, не проявляя интереса к тому, что происходит в Обществе; не выразил ФИО2 каких-либо возражений и на момент дарения квартиры при том, что ФИО4 на тот момент уже занимался непосредственным управлением компании и истец об этом знал. Ссылается на свою добросовестность, на внесение своих личных средств для увеличения уставного капитала Общества, что повлекло заключение ряда сделок. Основываясь на статье 10 ГК РФ, поведение ФИО2 расценивает как недобросовестное, направленное на причинение вреда корпоративным интересам Общества и дестабилизацию бизнеса.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения сторон, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.  

Между ФИО2 и ФИО3 заключен брак 17.03.1993, расторгнут 16.06.1998. Впоследствии между указанными лицами заключен брак 15.01.1999, расторгнут 26.06.2001. В дальнейшем между указанными лицами брак заключен 29.10.2004, расторгнут 27.09.2016. Брачный договор между указанными лицами не заключался. 

Также, товарищество с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» (ОГРН 

<

***>) создано 14.09.1994, учредителями АООТ «АКФЕСЛада-Сервис» с долей 50%, ФИО3 с долей 50%. 

В соответствии с протоколом общего собрания участников ТОО «Алс-Эм» № 1 от 29.02.1996 приняты решения о выходе из состава участников ООО «Алс-Эм» общества АООТ «АКФЕС-Лада-Сервис», принятии в состав участников ФИО2, об увеличении уставного капитала товарищества до 6 406 250 рублей за счет взноса ФИО2 как вновь принятого участника, о распределении долей: ФИО3 – 16%, ФИО2- 84%. 

В связи с приведением в соответствие с законом об обществах с ограниченной ответственностью ТОО «Алс-Эм» в 1998 году преобразовано в ООО «Алс-Эм». 

Впоследствии между ФИО2 и ФИО3 в связи с частичным отчуждением доли заключен учредительный договор в редакции от 27.09.2005, которым участники ООО «Алс-Эм» распределили доли следующим образом: ФИО2 – 70%, ФИО3 – 30%. 

29.03.2007 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи доли в ООО «Алс-Эм», согласно которому ФИО2 продал 70% доли в уставном капитале ООО «Алс-Эм» своей супруге ФИО3 за 4 484 руб., в результате чего последняя стала единственным участником и руководителем ООО «Алс-Эм». 

На основании решения 1/16 от 12.07.2016 единственного участника ООО «Алс-Эм» ФИО3 в состав участников ООО «Алс-Эм» принят ФИО4, уставной капитал общества увеличен за счет внесения вклада ФИО4 в размере 11 393 руб., стал составлять 17 799 руб., доли за счет этого распределены следующим образом: доля ФИО3 составляет 36%, доля ФИО4 составляет 64%. 

В соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Алс-Эм» от 04.08.2016 № 1/16, уставной капитал увеличен за счет внесения ФИО4 вклада в уставной капитал общества в размере 100 000 руб., в результате уставной капитал увеличен за счет внесения вклада ФИО4 и стал составлять 117 799 руб. вместо 17 799 руб., доли участников перераспределились: доля ФИО3 стала составлять – 5,4%, доля ФИО4 – 94,6%. 

Истец, полагая, что сделка по распоряжению совместным имуществом, совершена путем включения в состав участников общества ФИО4 с перераспределением долей в уставном капитале ООО «Алс-Эм» является ничтожной, так как совершена в нарушение закона, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 17 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) увеличение уставного капитала общества может осуществляться за счет имущества общества, и (или) за счет дополнительных вкладов участников общества, и (или), если это не запрещено уставом общества, за счет вкладов третьих лиц, принимаемых в общество. 

Одновременно с решением об увеличении уставного капитала общества на основании заявления третьего лица или заявлений третьих лиц о принятии его или их в общество и внесении вклада должны быть приняты решения о принятии его или их в общество, о внесении в устав общества изменений в связи с увеличением уставного капитала общества, об определении номинальной стоимости и размера доли или долей третьего лица или третьих лиц, а также об изменении размеров долей участников общества. Такие решения принимаются всеми участниками общества единогласно. Номинальная стоимость доли, приобретаемой каждым третьим лицом, принимаемым в общество, не должна быть больше стоимости его вклада (пункт 2 статьи 19 Закона об ООО). 

Положения устава ООО «Алс-Эм» не запрещают увеличение уставного капитала общества на основании заявления третьего лица.

На основании части 1 статьи 256 ГК РФ и статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, в том числе доли в уставном капитале коммерческих организаций, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо кем из супругов внесены денежные средства, является их совместной собственностью.

На момент создания ТОО «Алс-Эм» 14.09.1994, ФИО2 и ФИО3 являлись супругами, брак между которыми был заключен 17.03.1993, расторгнут впоследствии 16.06.1998. 

Отношения собственности супругов на указанный момент создания общества подлежали регулированию положениями Гражданского кодекса РСФСР (далее ГК РСФСР, утв. ВС РСФСР 11.06.1964), Кодекса о браке и семье РСФСР (далее КоБС РСФСР , утв. ВС РСФСР 30.07.1969). 

В соответствии со статьей 116 ГК РСФСР имущество может принадлежать на праве общей собственности двум или нескольким колхозам или иным кооперативным и другим общественным организациям, либо государству и одному или нескольким колхозам или иным кооперативным и другим общественным организациям, либо двум или нескольким гражданам. Различается общая собственность с определением долей (долевая собственность) или без определения долей (совместная собственность). 

Согласно статье 20 КоБС РСФСР имущество, нажитое супругами во время брака, является их общей совместной собственностью. Супруги имеют равные права владения, пользования и распоряжения этим имуществом. 

Таким образом, к моменту создания товарищества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм», доли участия в таковом, приобретенные ФИО3, являлись общей совместной собственностью супругов Ш-вых. 

Непосредственно ФИО2 приобрел статус участника ТОО «Алс-Эм» по итогам проведения общего собрания участников ТОО «Алс-Эм» от 26.02.1996. Данным собранием из состава участников товарищества выведено АООТ «Акфес-Лада-Сервис», в состав участников введен ФИО2, осуществлено увеличение уставного капитала товарищества до 6 406 250 рублей за счет средств вновь принятого участника (ФИО2), распределены доли участников (ФИО2 84%, ФИО3 16%). 

Указанные действия, с учетом вступления в силу Семейного кодекса РФ только с 01.03.1996, подпадают по правовое регулирование Части первой Гражданского кодекса РФ, КоБС РСФСР. 

Осуществляя толкование содержания протокола №1 от 26.02.1996 с учетом положений статей 254, 431 ГК РФ, суд не усматривает оснований для оценки состоявшегося распределения долей участников товарищества пропорционально внесенным вкладам, что соответствует положениям, регулирующим порядок участия в соответствующем юридическом лице, критериям раздела общего совместного имущества супругов, нажитого в браке, с учетом специфики семейных имущественных отношений, в том числе предыдущего и последующего поведения сторон (внесение в качестве дополнительного вклада ФИО2 общих денежных средств семьи, последующее использование дивидендов от доли в общих семейных интересах, при недоказанности материалами дела обратного). 

Расторжение брака не является основанием для прекращения права общей долевой собственности на имущество, нажитое в браке, до момента его раздела. Данный подход последовательно раскрывается как применительно к КоБС РСФСР, так и к Семейному кодексу РФ (далее СК РФ) в пунктах 8, 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.02.1973 № 3 (ред. от 27.05.1998) «О некоторых вопросах, возникших в практике применения судами Кодекса о браке и семье РСФСР», пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака». 

Таким образом, к моменту расторжения 16.06.1998 брака между ФИО2 и ФИО3, приобретенное имущество, в частности, в виде долей участия в товариществе «Алс-Эм», ввиду  отсутствия осуществления раздела продолжило оставаться общим совместным имуществом данных лиц, сохранив этот статус и после вступления указанных лиц в повторный брак 15.01.1999, расторгнутый 26.06.2001, также без осуществления раздела совместно нажитого имущества к указанному моменту. Аналогичным образом указанное имущество сохранило свой статус общего совместного имущества и к моменту вступления лиц в брак в третий раз 29.10.2004. 

Также не подлежит признанию в качестве соглашения, направленного на раздел совместно нажитого супружеского имущества учредительный договор между супругами Ш-выми, заключенный 27.09.2005 о распределении долей в уставном капитале ООО «Алс-Эм» (ФИО2 70%, ФИО3 30%), в силу следующего.  

Осуществление распределения долей в уставном капитале юридического лица по итогам проведения общего собрания участников такого лица, являясь действием, предусмотренным положениями законодательства о соответствующих юридических лицах, даже будучи осуществленным между лицами, являющимися на соответствующий момент супругами, в силу своей правовой природы, направленной на установление и изменение корпоративных правоотношений, не может быть безусловно отнесено к соглашению о разделе совместно нажитого супружеского имущества для целей изменения законного режима такового с общей совместной собственности супругов на индивидуальную собственность каждого из супругов. 

Напротив, соглашение о разделе совместно нажитого супружеского имущества по своему содержанию должно прямо свидетельствовать о достижении супругами согласия именно на раздел такого имущества для целей изменения его правового режима с общей совместной собственности на личную собственность супругов, не допуская произвольного толкования в силу неопределенности своего содержания применительно к семейноимущественным отношениям, исключая подхода к оценке его содержания со стороны самих супругов, а также третьих лиц, включая наследников и контрагентов. 

Данная определенность правового волеизъявления о разделе совместно нажитого супружеского имущества для придания ему правового режима личной собственности направлена на защиту интересов самих супругов на будущее время (в том числе в случае изменения характера личных взаимоотношений, имеющихся на момент заключения соответствующего соглашения), их наследников (для целей определения размера и состава наследственной массы), договорных контрагентов (для формирования четкой позиции о наличии либо отсутствии необходимости получения согласия второго супруга на совершение тех или иных сделок со спорным имуществом), фискальных и правоохранительных органов. 

Именно достижению указанной цели формирования максимальной определенности соответствующих соглашений в части направленности их правовых последствий служат внесенные Федеральным законом от 29.12.2015 № 391-ФЗ изменения в пункт 2 статьи 38 СК РФ, согласно которым общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению, при этом соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено. 

В силу изложенного, ранее действовавшая редакция указанного пункта 2 статьи 38 СК РФ о допустимости заключения соглашений о разделе общего имущества супругов их соглашению в иной форме, подлежит толкованию в смысле необходимости прямого указания в соответствующем соглашении на выражаемую волю сторон в виде прекращения режима общей совместной собственности, установления в отношении подлежащего разделу имущества режима индивидуальной собственности, в том числе путем ссылки на пункт 2 статьи 38 СК РФ. 

Вместе с тем, ни одному из приведенных критериев учредительный договор между супругами Ш-выми, заключенный в редакции 27.09.2005, не отвечает, будучи направленным исключительно на формирование корпоративных правоотношений между указанными лицами. 

Кроме того, согласно содержанию протокола общего собрания от 27.09.2005, основанием для внесения изменений в учредительный договор о перераспределении размера долей выступило не соглашение о чистом перераспределении долей в уставном капитале (не исключающее занятие позиции о возможном заключении соглашения о разделе совместного имущества), но непосредственно договор купли-продажи 14% долей от 23.09.2015 от ФИО2 к ФИО3, каковым по существу оформлено приобретение ФИО3 имущества в период брака за общие денежные средства, при недоказанности материалами дела иного (что также само по себе влечет признание возникновения права общей совместной собственности на приобретаемое имущество). 

Оценивая содержание договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Алс-Эм» от 29.03.2007, согласно которому ФИО2 продал 70% доли в уставном капитале ООО «Алс-Эм» ФИО3 за 4 484 руб., в результате чего последняя стала единственным участником ООО «Алс-Эм», суд приходит к выводу об отсутствии оснований полагать, что ФИО3 на основании указанного договора приобрела право личной собственности на отчуждаемые ФИО2 70% долей в уставном капитале общества.

Так, указанная сделка затрагивала долю в уставном капитале, изначально имеющую режим общей совместной собственности супругов в силу изложенного выше, данная доля приобреталась ФИО3 при нахождении в брачных отношениях с ФИО2, оплачивалась ею за счет денежных средств, относящихся к совместной собственности супругов, при недоказанности материалами дела обратного. 

Позиция о заключении указанной сделки в порядке фактического прикрытия сделки дарения доли, по существу ведет к признанию ничтожности отмеченного договора купли-продажи по правилам пункта 2 статьи 179 ГК РФ в применимой редакции, а также не меняет правового результата оценки таковой сделки. 

Так, с позиции применения конструкции договора дарения, предметом дарения в таком случае также выступает не индивидуальное имущество дарителя (ФИО2), способного перенести на одаряемого (ФИО3) право индивидуальной собственности, но объект, относимый к общему имуществу супругов ввиду изложенных выше обстоятельств отсутствия ранее произведенного и влекущего соответствующие правовые последствия раздела супружеского имущества по правилам семейного законодательства. Кроме того, с учетом особенностей личных отношений супругов, влияющих в том числе на формирование цены, отличной от рыночной, и безусловной возможности на указанный момент заключения между ними непосредственного договора дарения, оснований для оценки спорного договора от 29.03.2007 в качестве притворной сделки у суда не имеется. 

Таким образом, формирование супругами Ш-выми оптимальной на соответствующий период их взаимоотношений формы принадлежности корпоративных прав для консолидации управления обществом единолично ФИО3, в рассматриваемом случае не оказало влияние на правовой режим принадлежности долей участия в уставном капитале общества, относившихся и продолживших относиться к общему совместному имуществу супругов. 

Приведенный подход соответствует существу позиции Верховного Суда РФ о порядке формирования состава общей совместной собственности супругов, закрепленный в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 (ред. от 06.02.2007) «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака». 

В соответствии с пунктом 2 статьи 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. 

Таким образом, приведенная законодательно установленная презумпция согласия второго супруга на совершение сделки по распоряжению общим имуществом может быть опровергнута, при возложении законом бремени доказывания на истца, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. 

Как следует из материалов дела, 11.03.2016 истцом подано исковое заявление в мировой суд судебного участка № 24 Советского района г. Владивостока о расторжении брака, а 14.07.2016 самой ФИО3 подано исковое заявление в Советский суд г. Владивостока о разделе совместно нажитого имущества, что свидетельствует о нестабильности семейных отношений и об осведомленности ФИО3 ко дню совершения оспариваемых сделок о намерении ФИО2 с ней разводиться и об отсутствии его согласия на отчуждение доли в ООО «Алс-Эм».

Сын ответчицы ФИО4 как член семьи, всегда находившийся рядом с матерью, со слов истца, разговоров своей матери был информирован о нестабильных отношениях в браке, о расторжении брака, о разделе имущества, об отсутствии согласия истца на совершение сделок с долями в семейном бизнесе. ФИО4 несколько лет работал в семейном предприятии и знал, что истец не даст согласия на отчуждение ему доли в ООО «Алс-Эм».

Осведомленность о бракоразводном процессе и разделе имущества  также подтверждается представленными в материалы дела фотографиями с семейного ужина в мае 2016 года, на которых истец, ФИО3, ФИО4 выглядят грустными, печальными, в отличии от других гостей.

Ссылка ответчиков на показания свидетелей с указанного ужина о том, что в поведении ФИО2, ФИО3, ФИО4 никаких подозрений на наличие бракоразводного процесса не было, а также о разводе они родственникам и друзьям не сообщали, не свидетельствует о том, что они не собирались разводиться и делить имущество, между ними могла быть договоренность об этом не сообщать, в силу уважения родственников и друзей скандалы при них они не устраивали. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что на момент совершения оспариваемых сделок ФИО3 и ФИО4 знали о несогласии ФИО2 на отчуждение доли ООО «Алс-Эм». 

Более того, последовательность событий и действий ответчиков в совокупности подтверждает указанный вывод суда: 11.03.2016 истцом подано исковое заявление в мировой суд о расторжении брака; 12.07.2016 ФИО4 принят в состав участников общества и им внесен вклад в уставной капитал общества в размере 11 393 руб., в результате чего размер доли ФИО3 уменьшился и составил 36 % уставного капитала общества; 14.07.2016 (через два дня после совершенной сделки) ФИО3 подано исковое заявление о разделе совместно нажитого имущества; 04.08.2016 увеличен размер уставного капитала общества путем внесения ФИО4 дополнительного вклада в размере 100 000 руб., в результате чего размер доли участника общества ФИО3 опять уменьшился и составил 5,4 % уставного капитала общества.

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец указывал на притворность сделки, считая, что состоявшееся увеличение капитала общества прикрывает отчуждение части доли, с целью вывода её из состава имущества, подлежащего разделу между супругами ввиду прекращения брака.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Как было отмечено ранее, сделка по введению в состав нового участника общества ФИО4 и по увеличению уставного капитала за счет вклада нового участника с перераспределением доли участия в его пользу с её установлением в размере 94,6%, совершена в период нестабильных брачных отношений супругов Ш-вых, попыток инициировать бракоразводный процесс.

В период оспариваемых действий не было острой необходимости на увеличение уставного капитала ни по причине действующего законодательства, ни по причине финансового состояния фирмы, так как продукция фирмы была востребована, угрозы несостоятельности (банкротства) не представлялось, увеличение уставного капитала было возможно за счет собственных ресурсов общества (следует из анализа балансов представленных ИФНС за период 2015-2016 годов), оборот общества составлял более 200 000 руб. Увеличение уставного капитала не показало существенного роста доходности фирмы. Государственных контрактов в 2016 году не заключалось, также как и контрактов с иностранными агентами после внесенных ФИО4 инвестиций. Также ответчиками не представлено доказательств необходимости увеличения уставного капитала для возможности участия в государственных закупках (на что указывали в своих пояснениях ответчики). Доказательств наличия таких требований в аукционной (конкурсной) документации каких либо торгов, проводимых муниципальными или государственными заказчиками, и в которых участвовало бы общество, в материалы дела не представлено.

Таким образом, ответчиками не представлены документы, свидетельствующие, что с введением нового участника и внесением им дополнительных денежных средств общество оптимизировало, увеличило свою финансовую деятельность.

Принимая во внимание изложенное, суд считает оспариваемые истцом сделки притворными по смыслу части 2 статьи 170 ГК РФ, прикрывающими собой сделку отчуждения ФИО3 в пользу ФИО4 части доли в размере 94,6% уставного капитала общества.

Аналогичная правовая позиция (о возможности квалификации сделки по введению в состав новых участников в качестве притворной, прикрывающей сделку по отчуждению доли в уставном капитале общества) изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 № 9913/13 по делу № А33-18938/2011. 

Согласно правилам пункта 2 статья 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 СК РФ для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки. 

В связи с отсутствием нотариально удостоверенного согласия ФИО2 на совершение сделки, а также принимая во внимание осведомленность ФИО4 о бракоразводном процессе его матери с истцом, сделка по увеличению уставного капитала ООО «Алс-Эм» до 117 799 рублей за счет вклада ФИО4 (прикрываемая ФИО3 сделка по отчуждению в пользу ФИО4 части принадлежащей ФИО2 доли в уставном капитале общества) является недействительной. 

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 данной статьи). 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2). 

То есть последствием признания сделки недействительной является двусторонняя реституция - возврат сторон в первоначальное положение. Иные последствия Законом об обществах с ограниченной ответственностью не предусмотрены.

В силу положений статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся судом на ответчиков. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Признать недействительной сделку по увеличению уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм», совершенную путем принятия в состав участников общества ФИО4, внесения за его счет дополнительных вкладов в уставной капитал общества в общем размере 111 393 рубля и перераспределением долей участников в уставном капитале общества, оформленные решением № 1/16 единственного участника ООО «Алс-Эм» ФИО3 от 12.07.2016 и протоколом № 1/16 внеочередного общего собрания участников ООО «Алс-Эм» от 04.08.2016

Применить последствия недействительности сделки путем восстановления размера уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» до 6 406 рублей, восстановления доли ФИО3 в размере 100%, существовавшем до совершения сделки.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» в пользу ФИО4 111 393 (сто одиннадцать тысяч триста девяносто три) рубля.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Алс-Эм» в пользу ФИО2 4 000 (четыре тысячи) рублей государственной пошлины. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 4 000 (четыре тысячи) рублей государственной пошлины. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 4 000 (четыре тысячи) рублей государственной пошлины. 

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

СудьяВ.В. Краснов